Цитаты из книги «Возвращение», страница 2

За воротами меня встретила Аю, схватила поводья, но уводить кобылу не спешила – ее переполняли эмоции.

– Я-я! – твердила она восторженно. – Я-я! Я-я – ошша! Оши ошша! Я-я оши!

В переводе с ее птичьего языка это означало что-то вроде «дядя привел хорошую лошадь, дядя хороший». Нужно будет сказать Лауриню, что он хороший дядя, вдруг его это порадует?

Веди себя уверенно, действуй понаглее, и многое может сойти с рук.

- Это... что? - подозрительно тихим голосом спросил Лауринь. - И где у него перед?

- Перед у него там, где зубы, - весело сказала я. - Но проверять не советую!

- Но все же...

- Это велья, - сказала я, осторожно погладив огромную голову. - Вельская овчарка.

– Нельзя верить в одного бога сильнее других, госпожа Нарен, – неожиданно серьезно произнес папаша Власий. – Они фальшь чуют. Помочь не помогут, а навредят, если просить будешь, но веры взамен не дашь. Дары да жертвы – оно хорошо, только богам не то нужно.

– Вы меня запутали, – сказала я со смешком. – Значит, вы во всех перечисленных веруете?

– А почему же нет? – старик улыбался, но глаза у него были серьезными. – Верю я в них, их милостью жив-здоров, и семья моя тоже. Только, госпожа Нарен, – сказал он негромко, – боги далеко, а мы-то здесь, землю топчем. И много нас, всех не расслышат. Так нужно делать то, что должен, что правильным почитаешь, что сердце подсказывает, и не сомневаться в себе. А то если уж и в себе усомнишься, то кому еще-то верить?

Только ты - мерило своих деяний. Только тебе решать за себя. И наказан ты будешь - если будешь, - именно по делам своим. Вечность наедине с собой, вот какова кара для таких людей. Покой - вот награда для них.

Я вам толкую о своей жизненной трагедии, а вы мне о колбасе!

– И долго же вы спите! – Лауринь глянул на меня с издевкой. Сам он выглядел куда лучше, чем пару дней назад. – Я уж думал, вас поцелуем придется будить, как в сказке!

– Вы бы тогда рисковали превратиться в лягушонка, – заметила я, – как в сказке!

– Прекрасная бы из нас вышла пара, – заметил он. – Чудовище и лягушонок…

Нужно доверять своему чутью, интуиции, которая никогда меня не подводила. Верить себе и делать то, что считаешь должным, и не жалеть о том, что сделал или не сделал, потому что это твой выбор, и принимать его нужно таким, каков он есть.

Капитан вышел, а я присела на корточки рядом с Аю. Меня интересовало кое-что.

– Аю, этот господин тебе что-нибудь дал? – спросила я. Было у меня подозрение, что сердобольный Лауринь мог сунуть девчонке хоть конфету какую-нибудь. Аю таращилась на меня непонимающе. Я постаралась сформулировать вопрос попроще: – Дядя дал Аю что-нибудь?

Аю решительно помотала головой.

– Ты говоришь правду?

Точно такие же уверенные кивки.

– Тогда почему Аю решила, что дядя хороший?

Девчонка задумалась. Потом пожала плечами – жест вышел совсем взрослый.

– Аю ать! – сказала она.

Вот, значит, как. «Аю знать!», и все тут.

Но и остановиться я не могла: почуяв след, я буду идти по нему до тех пор, пока не найду виновного. А если след остынет… Что ж, поищу еще один, не впервой!