Читать книгу: «Последняя императрица»

Книга 1

Ровно тысячу лет продлится

эпоха магии и спокойствия.

И падет тогда последняя Императрица

имя которой все начало

от руки слуги своего

и станет слуга Императором печальным

вестником госпожи своей

вестником возлюбленной невесты своей.

Глава 1.

По улицам столицы бегали радостные дети, на их лицах сверкали широкие улыбки. Звонкий смех раздавался ото всюду и заражал счастьем угрюмых взрослых. Веселое настроение и атмосфера приближающегося праздника буквально витали в воздухе, развеивая серость будней и добавляя ярких красок городу и его жителям. Дома были украшены гирляндами с яркими лампочками и разноцветными флажками, каменные дороги полнились меловыми рисунками, а фонари вдоль них, не без помощи крохотных лесных фей, увил плющ с фиолетовыми и голубыми цветами. Их свежий аромат заполнял улицы и цеплялся за одежду, проходящих мимо существ, оседая искрящейся пыльцой. На торговой площади воздух пропитался запахом сладкой выпечки и заморских пряностей, таким ароматным что перед глазами сразу вставали картинки мягких маковых булочек и бабушкиных пирогов.

Праздник тысячелетия со дня основания империи решили посетить чуть больше, чем все, из-за чего на всех проспектах и площадях уже сейчас было много народу. В вечер перед праздником на улице можно было встретить существо любой расы. Чаще всего встречались оборотни да люди, но сам Кристиан уже два раза наткнулся на лешего, а утром по приказу императрицы он встречал посла драконов и делегацию эльфов из леса жизни. Воспоминание об этом вызвало горькую улыбку на его лице, которую быстро стерла довольная ухмылка, стоило ему увидеть двух молодых людей, помогающих пожилой ведьме, хотя сами они были больше похожи на тех кто издевается над младшими. Казалось, атмосфера праздника делала всех чуточку добрее и счастливее. На улице было просто невозможно встретить человека с угрюмым выражением лица.

Пока Кристиан Оссхаерт прогуливался меж домов, оценивая обстановку в городе, один из организаторов фестиваля гудел у него над ухом и докладывал о процессе подготовки празднования. Кристиан уделял ему ничтожно мало внимания. Как главный советник и правая рука императрицы он обязан следить чтобы все было готово вовремя, но его больше волновало, как прошла заготовка зачарованных мечей, которые ему обещал старый гном. Мысли об этом увлекли Кристиана чуть сильнее чем нужно было, из-за чего он не заметил и столкнулся с ребенком. Это была девочка с милыми оленьими рожками, она звонко извинилась и, широко улыбнувшись, побежала дальше с другими ребятами, держа в руке какую-то сладость. Кристиан не весело усмехнулся, не смени он голубые глаза на карие, с помощью магии, девочка скорее всего испугалась бы его.

– Во время фестиваля такое случается постоянно, – тяжело вздохнул организатор, прервав ход мыслей Кристиана. – Дети носятся туда-сюда, мешают взрослым, так еще и занимаются карманичеством.

– Сомневаюсь, что в праздник дети будут воровать, – возразил Кристиан и насупил темные брови.

– Обычные возможно нет, но сорванцы Столичной Магической Академии точно что-то выкинут. На время фестиваля мы установим блокаторы элементарной магии, чтобы избежать нежеланных скажем так происшествий. Но говоря на частоту я сильно сомневаюсь, что это поможет избежать краж, ведь это уже вошло в традицию.

– Воровать из карманов аристократов конфеты и соревноваться кто больше набрал, как я мог забыть, – на сарказм Кристиана никак не отреагировали.

– Вам не кажется эта традиция хотя бы немного неправильной? – спросил Оссхаерт.

– Кажется. Но она стала актуальной только благодаря Императрице Шейли, которая была известной воровкой. До того, как переняла корону от матери, она обкрадывала зажравшихся аристократов и раздавала деньги детям крестьян. Сейчас люди специально раскладывают по карманам конфеты, чтобы детишки могли повторить поступок одной из Императриц. Если рассматривать с этой стороны, то эта традиция не кажется такой уж странной, – мужчина говорил это все с мягкой улыбкой, похоже его очень воодушевляет эта история. Это значительно снижало настроение Кристиана.

– И всё же это кража.

– И что с того? Определенно это доставляет много проблем, ведь молодежь иногда придумывает совсем невероятные и сумасшедшие способы стащить что-то, но это будь здоров как развивает креативность. Никто не хочет повторяться – организатор говорил так, словно общался с трехлетним ребенком, а не советником действующей Императрицы.

– Ладно забудьте, – устало вздохнул Кристиан, в его планы определенно не входил спор со слепым последователем Люциферов. У него не было совершенно никакого желания спорить с кем-то чье имя он даже не потрудился запомнить.

Когда они приближались к главной площади города, уже вечерело. Стены замка из белоснежного мрамора, что с трех сторон укрывали площадь, были покрыты цветущими розами. Синие цветы впитывали закатные лучи летнего солнца и приковывали к себе взоры окружающих. Они слегка колыхались на горном ветре, что пропускал через себя замок. Он – величайшее творение природы которое духи преподнесли императорской семье в знак благословения на пути правления Люциферов. Тысячелетний замок без трещин, но увитый плющом сейчас горел сотнями праздничных огней приветствуя гостей и вызывая восторг своей величественной красотой. Витражные окна отражали лучи, тающего за горизонтом солнца, бросая цветные пятна на площадь, где разворачивали свои палатки торговцы. На лицах у каждого играла радостная улыбка, завершая картину прекрасной сказки. Сказки, столь прогнившей изнутри… Но завтра она закончится, прямо во время фестиваля, когда Кристиан убьет Императрицу, властительницу этого мира.

Глава 2.

Волнение из-за приближающегося переворота не давало Кристиану уснуть той ночью. Несмотря на старания Кристиана держать голову в холодном спокойствии, в нее то и дело лезли картины провала и следующей за ним смерти. План, который Оссхаерт вынашивал множество месяцев был идеален и готов к осуществлению, но постороннее чувство сомнения усердно мешало Кристиану успокоиться. Стоило ему задуматься об убийстве Императрицы, сердце словно сковывали тиски призывая отказаться от этой идеи. Кристиан не понимал, чем вызваны такие эмоции, это определенно не страх или неуверенность. Он ненавидел Императрицу и колебания, что появлялись в его душе, он ненавидел не меньше. Желание освободить империю было не непоколебимо, но будь другой способ Кристиан однозначно попытался бы спасти и саму Императрицу, и это ему не нравилось.

– Мы все умрем, – безрадостно говорит Эдвард Веверн на последнем собрании мятежников.

– Прекрати быть таким пессимистом, – с улыбкой упрекнула его жена Екатерина – не понимаю, как ты согласился выступить против Императрицы, при этом так сильно боясь ее.

– Я уже говорил, что это инстинкты, а не страх. Да и не мог же я оставить вас одних отдуваться.

– Как мило, – безразлично протянул Кристиан. – Но я бы хотел, чтобы ты доложил о заготовке оружия, а не говорил о том что мы и так прекрасно знаем.

– Мечи готовы, гном выполнил свою часть сделки. Мой отряд уже распределил их между остальными, – Эдвард сразу стал серьезным.

– Замечательно, – Кристиан тяжело вздохнул.

– Тебя что-то гложет? – обратилась к Кристиану Екатерина. Как всегда проницательна. Она по птичьи склонила голову, светлые кудри закрыли часть золотых узоров на ее лице, а желтые глаза заглядывали в саму душу. Кристиан не любил, когда она так делает.

– Нет, – просто соврал он. Екатерина сузила глаза, но ничего не сказала. В гостиничной комнате на несколько минут повисла напряженная тишина, никто не двигался и только карие глаза Эдварда бегали между лучшим другом и женой. Наконец, когда в окна начали бить рассветные лучи, Кристиан оттолкнулся от стены и подошел к двери.

– Все будет хорошо, у меня странное ощущение что все пройдет куда лучше чем мы ожидаем, – сказал он.

– Твое предчувствие нас не спасет, – строго заметил Эдвард, проводя рукой по каштановым волосам. – Нам очень повезло что действующая Императрица не имеет связи с миром, но помни что она не только самый сильный во всех измерениях маг, но и сумасшедшая. Кто знает, что она решит с нами сделать.

– Не переживай, я об этом ни на секунду не забываю, – с этими словами Оссхаерт ушел. Кристиану нужно было вернуться во дворец, пока Императрица не заметила его отсутствия.

Глухой звук удара и зал заполнил крик. Голова очередного аристократа покатилась по полу, а ведь только десять утра. Его жена визжала от ужаса, закрывая рот обеими руками, и пытаясь подавить рвотные позывы. Рубиновая кровь стекала с черного меча Императрицы и ее платья. Сама она… Смеялась. Громко, безудержно, безумно. Кристиан правда ненавидел видеть ее такой, так же сильно, как и присутствовать на таких казнях. Императрица закинула меч на плече, а второй рукой схватила за волосы голову пожилого мужчины, которого только что отправила в круг перерождения. Посмотрев в остекленевшие глаза, она улыбнулась еще шире, обнажая клыки.

– Ты должен быть крайне благодарен мне за такую легкую смерть, – произнес чарующий голос Императрицы.

– За что вы так с ним, – сквозь рыдания прокричала овдовевшая дама. С лица Императрицы сошла улыбка и она перевела взор алых глаз на свою подчиненную. Вертикальные зрачки словно отыскали новую жертву. Рыдания мгновенно затихли, женщина боялась даже вздохнуть под этим взглядом.

– О боги, ты такая скучная! – лицо Императрицы выражало скуку и отвращение.

– В-вы считаете это веселым? – промямлила вдова, не веря своим ушам. – Да как вы можете…

– Как я могу? Я Императрица, я Люцифер, я владею этим миром. Думаешь кто-то посмеет мне возражать, – она вновь расхохоталась.

Осталось совсем немного подождать. Уже этой ночью Императрица навсегда перестанет смеяться. Нужно только проявить терпение и ничего не испортить.

– Богиня покарает вас, – кричала женщина.

– Я тебя умоляю, если бы она была против, то давно остановила бы меня. Уведите ее, – Императрица улеглась на троне и закрыла глаза, ей на грудь сразу же запрыгнула черная лиса. Верный питомец Императрицы начал слизывать капельки алой жидкости с лица своей хозяйки. Двери тронного зала закрылись и наступила тишина. Кристиан не отрывал взгляда от Императрицы.

Кира Люцифер, так звали девушку на троне. Прекрасную, но безумную. Черные прямые волосы укрывали фарфоровые плечи и спускались до тонкой талии, обтянутой шелком черного платья. Аккуратные руки, сейчас запачканные кровью, поглаживали темную шерсть, заставляя ее слипаться. Босые ноги заброшены на подлокотник. Такой до невозможного беззаботный и скучающий вид, отлично пускал пыль в глаза. В таком положении Императрица Кира могла показаться хрупкой принцессой, которую можно разбить неосторожным движением, но все было совсем наоборот. Кира не просто так носит фамилию Люцифер. Они превосходные охотники, а Кира так вовсе огонь, на который слетаются мотыльки.

– Ты снова витаешь в облаках Оссхаерт, – эти слова заставили его вздрогнуть. Кристиан ничего не ответил, Императрица открыла глаза, смотря в высокий потолок. Она в принципе старалась не смотреть в лицо своим подчиненным, понимая, что увидит в них лишь страх.

– Сегодня праздник, – он старался говорить без упрека. Лицо Императрицы потеряло все эмоции и стало очень уставшим.

– Я помню, поэтому и веселюсь как могу, – она замолчала, явно с трудом решаясь произнести следующие слова. – Проверь чтобы корона была готова к празднованию и можешь быть свободен.

Кристиан слегка поклонился и поспешил покинуть "кровавый" зал. Пока он шел по светлым коридорам голову не покидали мысли о короне. Императрица Кира ни разу за два года своего правления не надевала тиару, что принадлежит императорской семье и ей по праву наследия.

– Корона – это регалия показывающая власть, зачем мне носить ее если о моем положении и так знает каждое существо нашего мира, – так когда-то ответила Императрица на вопрос почему она не носит один из атрибутов правительницы. Но Кристиан знал настоящую причину, ведь он был там, когда она убила свою мать и предыдущую Императрицу. Оссхаерт не хотел вспоминать об этом, заставляющем стынуть кровь в жилах, случае, но память так и подкидывала картины. Вид того, как Кира, потерявшая разум, вгрызалась в плоть своей матери, отрывала куски мяса и хрустела костями, заставил Кристиана ощутить тошноту и новую волну жалости и отвращения к Императрице. Тогда она тоже улыбалась, это был первый раз, когда Кристиан, Екатерина и Эдвард узрели эту грязную улыбку. Воспоминания о том дне были на удивление туманны, и не позволяли выстроить четкую картину того, что там произошло. Кристиан не раз пытался вспомнить что привело к такому исходу, но каждый раз он словно натыкался на стену и получал в подарок не унимающуюся головную боль.

Эдвард и Екатерина тоже не помнят тот день, но каждый из них помнит, что тогда стояли прямо за спиной Кристиана и видели картину, наполненную кровью. Друзья Оссхаерта никогда не пытались разобраться, что же привело к такому исходу. Веверн уверен, что Императрица уже тогда была не в себе и убила свою мать только ради того, чтобы занять трон. И, к сожалению Кристиана, никто с этим не спорил. За целую тысячу лет такого ни разу не происходило. Клан Люциферов всегда был эталоном правящей семьи: великолепно подготовленные приемники, отсутствие борьбы за власть между сестрами и братьями передача короны, как только наследница достигала совершеннолетия и проводила дебют. Так должно было быть и дальше, но действующая Императрица перерезала возможность этого на корню. Если бы она не доказала свое безумство на деле никто бы даже и не задумался что она съела свою мать ради короны. Иронично что при этом Императрица даже не смотрит на эту самую корону.

На улицах яблоку негде было упасть. Фестиваль был в самом разгаре, уличные музыканты играли задорную мелодию, которая волнами растекалась по всей площади, утягивая слушателей в течение танца. Всюду бегали дети и подростки, лица многих были разрисованы гримом и сверкали улыбками. Взрослые ходили между торговых лавок выискивая различные диковинки и покупая детям сладости. Дриады прохожим раздавали живые цветы, маленькие феички играли с детьми, русалки давали выступления, а духи сидели где только можно, наблюдая за существами материального мира. Радость существ флюидами растекалась в воздухе заражая всех вокруг, вызывая все больше и больше улыбок. Было жаль разрушать это спокойствие, но у Кристиана просто не было выбора. Он под видом пьяной группы вел свой отряд через дворцовую площадь, к его счастью, это выглядело достаточно правдоподобно. Шестеро вампиров, одетых в простую рабочую одежду, следовали за ним как тени, стараясь не привлекать лишнего внимания. Рыцари из охраны косо на них поглядывали, но когда замечали Кристиана сразу успокаивались. Удивительно как много мог дать статус правой руки Императрицы. Оссхаерт повел своих людей к входу для прислуги, который должны были охранять двое солдат из личной охраны Императрицы, но их там не оказалось. Кристиан и группа вампиров беспрепятственно проникли в замок, что сильно беспокоило главу мятежников. Они отправились в сторону складских помещений, где их дожидался Эдвард со своим отрядом.

– Происходит что-то странное, – сказал Веверн, как только они объединились. – Во всем дворце нет ни одного стража.

– Я тоже это заметил.

– Думаешь Императрица ждала нас? – спросила Екатерина, выглядывая в коридор.

– В таком случае мы должны уже быть мертвы, – прошипел Эдвард.

– Он прав. Если Императрица Кира знала, что мы придем, то она бы отправила стражей схватить нас, а не распускала их, – Кристиан ненадолго замолчал. – В любом случае нам уже некуда отступать. Если стражей нет во дворце, то нам это только на руку, мы проберемся в торный зал и убьем Императрицу. У нас есть десять минут, нам нужно успеть до того, как она выйдет с речью к народу.

– Все чисто, – подтвердила Екатерина.

– Идем.

Двадцать человек отправились по коридорам. Они были совершенно пусты, и если раньше они вызывали восторг своей изящностью, то сейчас навевали только ужас. Слабого света электрических свечей еле хватало чтобы разбирать дорогу, обычные люди вовсе не смогли бы хоть что-то разглядеть. Красные ковровые дорожки приглушали звук аккуратных шагов. Ещё один поворот и они выйдут к дверям в тронный зал. Группа замедлилась, прислушиваясь, но это было не нужно. Даже двери в тронный зал были без охраны. Кристиан начал беспокоиться, а в замке ли вообще Императрица? По кивку все обнажили клинки, исписанные рунами, и распахнули массивные двери.

В отличи от коридоров зал был заполнен светом, что заставило на секунду всех зажмуриться.

– Привел друзей Оссхаерт? – Кристиан мгновенно распахнул глаза, ожидая увидеть полный зал стражи, но он ошибся. В тронном зале никого кроме Императрицы не было. Она восседала на троне, одна нога на другой, спина прямая, а на губах отвратительная улыбка.

– Похоже она и правда безумна, – прошептал Эдвард. – Она что не понимает в какой ситуации находится?

– И в какой же такой ситуация я нахожусь Эдвард?

– Почему нигде нет стражи? – прервал их Кристиан, и кажется впервые он столкнулся с ледяным взором Императрицы. Тело прошибло дрожью, но то был не страх. Как бы сильно Оссхаерт не пытался, но он никогда не испытывал его по отношению к Кире Люцифер.

– Я их отпустила веселиться, ты же сам говорил, что сегодня праздник, – она смотрела исподлобья, положив голову на тонкие ручки, она насмехалась над ним.

– Вот и спасибо, – выкрикнул один из вампиров за спиной Кристиана и ринулся к Императрице, замахиваясь мечем. Он успел сделать два широких шага, прежде чем упасть замертво. Императрица не шелохнулась, все что она сделала это перевела взгляд, на дурака что сейчас валялся на полу без пульса.

– Как это… – зашептали сзади. Императрица вновь вернула взгляд к Кристиану.

– Ох это очень просто, я всего на всего выжгла его сердце, – при этих словах все замолкли, что вызвало улыбку на лице ее Величества. – Я контролирую ману которая течет в каждом, небольшой стимул с моей стороны и ваша сила убьет вас же.

– И? Вы все еще думаете, что сможете убить меня? – вопрос, заданный всем, но обращенный только к Кристиану. Он сделал медленный шаг вперед, а затем еще один.

– А что потом? – Кристиан замер, не ожидая услышать таких слов. Кира Люцифер смотрела заинтересованно и без улыбки.

– Что? – прошептал он.

– Что будет после того, как ты меня убьешь? – Кристиан сглотнул, снова это ощущение давящие на сердце тисками. Он не хотел, не хотел убивать ее и за это ненавидел себя. Язвительная ухмылка, полная отвращения к самому себе, искривила его губы, и Кира бросила на них короткий взгляд перед тем, как ответить похожей. Кристиан хотел стереть ее, потому что она выражала боль. Он не знал почему так решил, но был уверен в том, что прав.

– Почему молчишь нечесть? – Она начинала злиться, тон голоса заледенел, а брови нахмурились. Кристиан не понимал какую игру ведет последняя Люцифер, но он хотел сыграть. И он молчал. Голубые глаза не мигая встречали алый взгляд. Императрица встала, все кто остался за спиной у Кристиана напряглись, а трое, кажется, вовсе поспешили ретироваться. За высокими окнами шумел фестиваль, а в зале стояла гробовая тишина.

– Когда я умру, место Императора займешь ты? – Кира стояла ничего не делая, просто ждала ответа.

– Когда… – прошептал Кристиан и его лицо потеряло недавнюю ухмылку. Она не собиралась остаться живой, понял он. Кристиан во все глаза взирал на Киру, словно мог разглядеть ее мотивы. Что-то было чудовищно неправильное в ее настрое и это вызывало мерзкое липкое ощущение, похожее на плохое предчувствие, такое как бывает перед самой страшной ошибкой в жизни.

– Да, – ответила за него Екатерина, грозно встречая взгляд Кристиана, когда он повернулся к ней. Она не простит ему колебания. – Сегодня он станет Императором.

– Верно, – воскликнула Императрица, а на ее губы снова наползла отвратная улыбка. Она подняла руку и щелкнула пальцами. Вампиры что помогали в перевороте начали захлебываться в крови и криках, из глаз потекли алые струйки. Когтями они сдирали свою кожу оставляя на полу ошметки своих тел. Металлический запах заполнил зал, вызывая тошноту. Кристиан крепче сжал рукоять своего меча, если бы он не медлил…

Он больше ощутил приближение чем увидел или услышал. Его тело действовало на автомате, одно отточенное годами тренировок движение и меч встретился со сталью чужого клинка. Императрица усмехалась ему прямо в лицо, а в следующую секунду ноги Кристиана сковал лед. Кира, насмехаясь над своей жертвой отошла и осмотрела работу своего заклинания. Кристиан начал быстро шептать пламенное заклинание, но в следующую секунду его плечо пронзила ледяная стрела. От стрелы по руке начал расползаться иней, заставляя ее неметь.

Императрица даже не читала заклинаний, ее власть над маной не шла ни в какое сравнение с силой обычных существ. Победить такое чудовище было невыполнимой задачей, для любого, кто слабее богов.

– Ну, не сдавайся так просто, – приторным тоном протянула Императрица, прочитав мысли Кристиана. Его зубы скрипнули, а кровь запылала, гоня ману по телу. Он с шипением выдернул ледяной осколок из плеча и бросил им в Императрицу. Эта попытка выглядела действительно жалко, но в глазах правительницы блеснул интерес.

Кристиан вонзил свой меч в лед, сковавший его ступни и тот раскололся. Пока он выбирался, Императрица просто наблюдала за ним, попутно заковывая в ледяную тюрьму Эдварда и Екатерину. Это произошло мгновенно, так что Кристиан не услышал даже хрипа с их стороны. Он старался концентрироваться только на ненависти, которая пылала в его венах. Увидев решимость в его глазах, Императрица одобрительно присвистнула, будто нарошно старалась разозлить нечестивого еще сильнее, прогоняя из души любые намеки на сомнения.

Кристиан бросился к ней. Он никогда не был искусным во владении мечем, а потому был слишком простым противником для Императрицы, лучшей мечницы своего поколения. Она даже не блокировала его выпады и только игриво уходила из-под атаки. Казалось ее забавляла эта ситуация. Кристиан понимал, она изматывала его, но продолжал наносить удар за ударом. Рано или поздно она оступится, совершит ошибку и Оссхаерт воспользуется этим.

По спине вовсю струился пот, а руки тряслись от напряжения, но Кристиан не отступал. С каждым ударом он нападал все яростнее, и Императрица наконец-то начала защищаться, но не более. В ее глазах все сильнее разгорался интерес и восхищение, она все еще не воспринимала Кристиана как достойного противника, но была явно поражена его упорством.

Оссхаерт уставал, силы стремительно покидали его. Легкие горели от нехватки воздуха, а тело постепенно деревенело. Кристиан был в себе разочарован, он даже не смог стать противником для Императрицы, он был для нее игрушкой. Новым развлечением не более.

– Ты молодец, – вдруг сказала Императрица и исчезла. Она буквально растворилась в воздухе, вводя Кристиана в замешательство. Ровно до той секунды пока он не ощутил на спине чужой взгляд. Он резко крутанулся на пятках и его меч пронзил жесткую плоть. Кристиан встретился с удивленным взглядом Императрицы, ее лицо было на расстоянии вздоха. Из уголков губ побежали струйки крови. Она опустила взгляд на свою грудь, точный удар клинка пришелся ровно в сердце.

– Не думала, что ты успеешь отреагировать – прошептала она, вновь поднимая взгляд. – Похоже я проиграла.

Она оттолкнулась, соскальзывая с меча, и внезапно расхохоталась. Это был другой смех. Кристиан такого никогда от нее не слышал. Он был таким чистым и настоящим, что это ввело юношу в ступор и Кира воспользовалась этим. Она схватила его за руку, и, прежде чем Кристиан успел среагировать, потащила на балкон, с которого должна была произносить речь.

Народ, завидев любимую Императрицу и, не знавший о ее чудовищных поступках, взорвался радостными криками. Все они ожидали поздравлений от Императрицы и какую-нибудь воодушевляющую речь. Дамы в красивых платьях, мужчины в самых чистых рубашках и детишки с полными руками конфет притихли, ожидая слов Императрицы.

– Сегодня, в день тысячелетия основания нашей Великой Империи, я Кира Люцифер нарекаю Кристиана Оссхаерта новым правителем, и первым за тысячу лет Императором. Моему верному советнику сегодня я доверяю свой народ и корону, – Кира из последних сил, трясущимися руками сняла золотую корону и надела ее на ошеломленного Кристиана. Все вокруг погрузилось в тишину, народ, явно ждавший не этого, совсем смолк. Оссхаерт круглыми глазами смотрел на улыбающееся лицо Киры.

– Что за шутки? – прошипел он.

– Никаких шуток, – Кира зашлась в кровавом кашле и пошатнулась, но удержалась на ногах, ухватившись за нового Императора

– Ты почти убил меня, по закону империя переходит в твои руки – она уже шептала, все больше оседая на пол балкона.

– Нет, – неровно произнес Кристиан. – Тебя нельзя так просто убить, – Кира лишь усмехнулась. К ним аккуратно подошли Екатерина и Эдвард. В глазах Екатерины стояли слезы, а Эдвард выглядел угрюмее чем когда-либо. Почему? Они ведь победили. Переворот окончен, они достигли своей цели. Кристиан сильнее сжал в объятиях Киру.

– Идиоты, – слабо рассмеялась она. – Вы одержали верх над самой Люцифер, должны ведь гордиться этим. Почему у всех вас такие кислые лица?

– Я тебя ненавижу, – выдавил Кристиан, Кира кивнула будто давно об этом знала и рассыпалась искрящейся пылью, которую сразу же унес ветер. Оссхаерт с неверием смотрел на свои руки. Все не может вот так закончиться верно? Он взглянул на своих друзей, Екатерина с усердием стирала с лица слезы. Она тоже не понимала почему плачет, но было понятно, что она корит себя за эти слезы. Эдвард до побеления костяшек сжимал кулаки и с непониманием смотрел на место, где секунду назад было окровавленное тело Киры.

До Кристиана долетели возгласы людей снизу. Он взял себя в руки и поднялся на ноги. Люди снова затихли и Кристиан не смог выдавить из себя ничего кроме приказа о продолжении праздника. После этого он просто ушел, желая поскорее вернуться в свои покои.

Глава 3

Рассветные лучи начали заливать кабинет Императора и выделять пыль, летающую в воздухе. Книжные стеллажи что расположились вдоль стен уже несколько дней были пусты, все книги из них в неаккуратных стопках, что вот-вот упадут стояли на узорном ковре. В попытках найти нужную информацию Император проводил бессонные ночи в кабинете, читая и перечитывая книги, оставленные Люциферами. Четверо суток поисков так и не дали результатов, зато время без сна сейчас Кристиан восполнял, сидя в кресле и выпивая седьмую чашку кофе за ночь. Спутанные черные волосы лезли в покрасневшие глаза, раздражая их еще сильнее. Позвоночник настойчиво требовал сменить неудобное кресло на мягкую кровать, но несмотря на это Кристиан не допускал мысли о том, чтобы заснуть, не только потому что проблема Империи требовала срочного решения, но и из-за снов что выжимали из него последние соки.

Легкое потрескивание камина с холодным огнем, немного отвлекало от проблем навалившихся на Кристиана стоило ему надеть корону и занять трон. Несомненно, благодаря тому что Кира при людно передала бразды правления Кристиану, серьезных волнений народа не последовало, и никто не выступал против него как Императора, ведь они без сомнений доверяли ей. Люциферы тысячу лет хранили покой своего народа, поэтому никто не смел сомневаться в решении одной из них. Но даже с таким подарком от последней Императрицы Кристиану приходиться нелегко.

Прошло всего две недели после переворота и свержения последней Люцифер, но Империя уже терпит колоссальные проблемы. Как только умерла Кира некому стало стабилизировать ману в окружающей среде и природа взбесилась. Север Мирного континента покрыли снега, и большая часть саженцев погибла, юг поразила засуха, уничтожив половину посевов. Земли оборотней и вампиров затапливают дожди, а континент маны чуть ли не ежедневно настигают природные катастрофы, извержение вулканов и землетрясения.

На фоне всего этого разгоревшийся конфликт с вампирами и параллельно с оборотнями. Но и этого мало на голову Кристиана, драконы собирались объявить войну империи. Если это произойдет, все земли Империи станут жалким пепелищем и повезет если кому-то удастся выжить. Многие сотни лет драконы поддерживали и защищали империю и Люциферов, но прошла неделя после смерти Киры, и они начали разорять деревни, близь моря драконов. Кристиан пытался найти человека, знавшего язык драконов, но любой из них отказывался связываться с огнедышащими рептилиями. Все, кого находил Император говорили, что он обязан справиться сам, дескать Люциферы сделали бы именно так. Как понял Кристиан никто не собирался помогать человеку, занявшего место их любимой Императрицы. Люциферы всегда решали все вопросы сами, на их стороне были главы всех рас, все значимые фигуры в политике и экономике, но они никогда не обращались к ним за помощью. Восстания, кризис, голод – ничего из этого не было проблемой для Императриц, щелчок пальцев или пару строк заклинания и мир уже подстроился под желание своей владелицы.

Но у Кристиана не было таких сил, поэтому он сидел над книгами со знаниями лучших правительниц, с надеждой найти ответ, как поступить. В такие моменты он очень жалел, что Первая Императрица запретила использование интернета и способствовала его уничтожению. Оссхаерт понимал, что существование такой вещи уничтожало магию знаний, но не мог отрицать его удобство. Кристиан со вздохом отставил чашку на кофейный столик перед камином и взял в руки следующую книгу, когда в дверь постучали.

– Кристиан тебе нужно отдохнуть, – строго сказала Екатерина, подходя ближе и ставя полную чашку к остальным.

– Я обязательно сделаю это как только пойму, как предотвратить войну, – недовольно пробормотал он, сканируя содержание "Основ ведения переговоров с нечеловеческими расами". Екатерина сурово на него посмотрела и тяжело вздохнула.

– Как ты чувствуешь себя Кристиан?

– Как человек не спавший четыре дня и готовый продать свою спину на подпольном аукционе лишь бы избавиться от боли в пояснице, – Екатерина пораженно ахнула и дала Кристиану легкий подзатыльник, не заботясь о наказании что может последовать за причинение вреда Императору.

– Хватит паясничать, ты знаешь, что я спрашиваю не об этом.

– Откуда у тебя эта ужасная привычка бить близких людей? – Кристиан почесал затылок, с напускным безразличием смотря на суровую подругу. Екатерина не отвечала, но посылала ему красноречивый взгляд, ясно говорящий что она не прочь сделать это еще раз.

– Ты слишком переживаешь об этом, – вздохнул Кристиан.

– Это серьезно, тебе уже двадцать три. Слишком мало представителей твоей расы доживают до двадцати пяти, – ее взгляд стал мягче и печальнее. В кабинете повисла тишина, прерываемая пением птиц за окном и потрескиванием камина.

– Я не чувствую приближение смерти Екатерина, поверь я имел с ней достаточно дел, чтобы понять если она будет стоять у меня за спиной, – наконец тихо ответил Кристиан. – Сейчас у нас в любом случае есть дела поважнее, – он взял принесенную чашку и отхлебнул немного, сразу скривившись.

– Что это?

– Особый энергетический напиток, – улыбнулась Екатерина, успокоенная словами друга.

– Что-то из того чей рецепт передается из поколения в поколение? – пытаясь понять почему вкус показался ему знакомым.

– Нет, на самом деле я не знаю откуда он известен мне. Называется Благословение Луны. Просто в какой-то момент готовясь к экзаменам в академии начала постоянно пить его – губы Екатерины растянулись еще шире при воспоминании о днях, проведенных в стенах академии. Те дни вызывали улыбку и на лице Кристиана, не такую широкую, но достаточно счастливую.

Академия святой Акиры. Место, где Кристиан встретил Екатерину и Эдварда и, к сожалению, место, заплывшее в памяти. У Оссхаерта осталось не больше пяти четких воспоминаний из академии. Он не помнит, как в первый раз встретил своих единственных друзей, зато в голове отложилось, как прогуливал занятия, сбегая в ближайший лес или отсыпаясь в комнате. Помнит половину турнира по фехтованию и не помнит, как проходили обеды в столовой. Воспоминания об этом месте, в котором все было просто, вызывают у Кристиана головную боль и легкую тоску по прошедшим временам.

– Я постараюсь поискать что-то в имперской библиотеке, – сказала Екатерина, открывая дверь и замирая на месте.

– Что такое? – спросил Кристиан и подошел к ней. Через плечо Екатерины он увидел, как в коридоре перед дверями в кабинет сидит черная лиса. Желтые умные глаза впивались в Кристина.

– Тень, – прошептал он, и лиса фыркнула, отзываясь на свое имя. Животное прошлой Императрицы просто исчезло вслед за своей хозяйкой в день переворота, и никак не могло находиться перед ними. Кристиан в неверии протянул руку, желая проверить не мираж ли это, но лисица понеслась прочь, виляя своим черным хвостом. Оссхаерт выбежал в коридор следуя за животным, взявшимся из ниоткуда. В спину ему что-то кричала Екатерина, но он словно вовсе не слышал ее. Тень словно играла с ним, стоило Кристиану потерять ее из виду как он вновь видел хвост из-за угла.

Эти догонялки продолжались не долго, они закончились, как только лиса забежала в покои последней Императрицы. Дверь была слегка приоткрыта и из комнаты лился мягкий свет, Кристиан засомневался всего на секунду прежде, чем распахнуть дверь. Посреди маленькой комнаты стояла кровать с балдахином, рядом с ней на полу сидела Тень. Встретившись со взглядом Кристиана, она полезла под кровать, пару раз чихнув от скопившейся там пыли. Оссхаерт с любопытством и непониманием встал на колени перед кроватью, намереваясь узнать, что задумала лиса, но не успел он этого сделать как Тень выползла из тьмы, испачкав всю шерсть в паутине и держа в зубах несколько листов бумаги. Она положила их перед Императором и стоило ему дотронуться до бумаги, лиса довольно фыркнула и растворилась в темной дымке оставляя Кристиана в полном замешательстве.

На сколько было известно Кристиану Оссхаерту, лиса Императрицы не была магическим животным. Тень была просто зверем, таким же глупым как любое другое животное. Бывший советник часто пересекался с этой лисой, когда она свободно разгуливала по коридорам дворца. Иногда она даже пробиралась в его комнату и занимала кровать, но от нее никогда не чувствовалась магия. Никогда…

Кристиан чувствовал будто упускает из-под носа ту ниточку, за которую нужно было ухватиться. Голову заполнили мысли о загадочной лисе, но ни одна из них не задерживалась на долго. Кристиан начал испытывать мигрень, он облокотился на кровать. что именно он упускает? Почему, кажется, что он знал о том, что лиса магзверь? Он ведь…Не знал… Внезапно голову прострелило болью, а перед глазами появилась картинка, подозрительно напоминающая размытые воспоминания что Кристиан и раньше не мог прояснить.

– Это магический зверь, – женским голосом произнес сильно искаженный силуэт. Маленький лисенок на руках Кристиана недовольно фыркнул.

– Черт, – боль в голове стала невыносимой, Кристиан с силой потер виски и зашипел. Избавиться от боли это не помогло, Оссхаерт попытался сконцентрироваться на чем-то кроме воспоминаний, как делал, всегда избавляясь от боли, приходившей стоило ему порыться у себя в голове. Комната предыдущей императрицы была удивительна мала, в нее кое-как уместилась кровать, шкаф и стол. Императрица всегда запрещала Кристиану приближаться к своим покоям, поэтому он впервые находился здесь. Мебель из темного дуба и ничего больше, в комнате не было каких-либо личных вещей, возможно, слуги уже все выкинули. При мысли о вещах Императрицы Кристиан вспомнил о бумагах, что все еще держал в своих руках и их содержание сильно поразило его. Глаза Кристиана забегали по бумаге все быстрее, а на губах появилась улыбка полная надежды. Ему не верилось, что лиса, животное, принадлежавшее прошлой императрице, помогло ему найти ответ и возможно спасти империю от войны.

Бумаги так любезно оставленные Кристиану лисой, описывали возможную причину агрессии драконов и основные положения договоренности Люциферов с ними. Все предыдущие поколения правительниц гарантировали прекращения охоты на драконов и браконьерства. Как оказалось, до начала эпохи Люциферов детенышей драконов обильно отлавливали и продавали, но с появлением Первой Императрицы Киры охота была объявлена вне закона и море драконов стало таким же спокойным, как и в доисторические времена.

Чистокровных Люциферов больше не осталось, из-за этого логично было предположить, что люди, осмелели, подумав, что уследить за этим больше никто не может, и возобновили торговлю чешуей, клыками и кровью. Ни для кого не секрет, что от нарушения закона людей удерживало только осознание что Люциферы об этом неизбежно узнают. Связь с миром позволяла Люциферам получать его знания, что бы не происходило в измерении, Императрицы знали об этом. Сам мир, заботу о котором Верховная Богиня поручила Люциферам, шептал им все потаенные секреты людей, рубя на корню возможность противозаконной деятельности.

На самом деле Кристиан ожидал что подобное может произойти, ощущение безнаказанности во все времена негативно влияло на людей, поэтому первым был указ о реорганизации полиции. Но, к удивлению, Кристиана за две недели не было особого роста преступлений, сейчас это бездействие напоминало затишье перед бурей, ведь разорение драконьего гнезда ни шло ни в какое сравнение с воровством и мародерством. Глупый поступок человека подверг опасности весь мир, а предотвратить это могла даже последняя Императрица, у которой не было связи с миром.

Сжав вырванные листы, Кристиан покинул комнату и направился обратно в кабинет. Когда он пришел, помещение было пустым. Кристиан направился к столу и позвонил Эдварду.

– Здравствуйте Ваше Величество, – ответили почти мгновенно и с явно звучавшей насмешкой, новоиспеченный Император, не привыкший к такому обращению, скривился, но ничего по этому поводу не сказал.

– Собери мне лучших своих солдат, чтобы я мог отправиться к морю драконов, – быстро выпалил Кристиан, меряя шагами пространство кабинета.

– Отправиться куда? Ты что с ума сошел? – Эдвард закашлялся, будто чем-то поперхнулся от неожиданности вопроса.

– Кажется я узнал причину, почему драконы начали разорять сушу, и поскольку никто в это дело ввязываться не хочет у меня не остается выбора, кроме как поехать самому, – на одном дыхании протараторил Оссхаерт, а на другой стороне повисло короткое молчание.

– Хорошо, к завтрашнему утру все будет готово, но просто знай, что ты идиот, – трубку повесили, а Кристиан остановился и с раздражением уставился на экран телефона. Оссхаерт вновь задумался о заманчивой возможности погнать своего нахального друга взашей, но нежелание потерять способного сторонника в который раз одержало верх над минутной слабостью перед эмоциями. Несмотря на это Кристиан все равно выпустил усталый вздох и запустил пятерню в и без того спутанные волосы.

– Возможное решение проблемы с драконами довольно хорошо успокаивало напряженные в течении последних нескольких дней, нервы, из-за чего Кристиана начало клонить в сон. Подавляя сладкий зевок, он подошел к кофейному столику, на котором все еще стояла чашка с варевом от Екатерины. Что ж решение одной проблемы не значило что об остальных можно забыть, именно по этому Императору предстояло разобрать еще две стопки бумаг, сваленных на столе, прежде чем у него появиться возможность добраться до кровати и забыться сном. Единственное на что надеялся Кристиан, что в этот раз попытка заснуть не обернется новым приступом головной боли и он сможет наконец-то отдохнуть. С этой надеждой Император сел за уже свой стол и занялся перебиранием документов, докладов и многочисленных жалоб.

Глава 4.

– А сюда ты ее зачем притащил? – без укора спросил нежный женский голос, пока силуэт сидел на кровати и рассматривал маленького лисенка напротив.

– Я не могу оставить это животное себе, ты же знаешь как они реагируют на нечесть, – спокойно ответил Кристиан, словно продумал ответ заранее. Он сидел на соседней кровати, что была покрыта вышитыми подсолнухами. Светлая комната была теплой и уютной, даже несмотря на то, что аура Кристиана делала температуру вокруг ниже на несколько градусов. Силуэт девушки сидел, подобрав под себя скрещенные ноги и неподвижно следил за движениями побитого и немного окровавленного лисенка. Животное так же не двигалось, наблюдая за хозяйкой комнаты.

– Значит ты хочешь, чтобы ее пригрела я?

– В общем да, – силуэт медленно повернулся к Кристиану. – Тебе не составит труда получить разрешение на содержание простого животного, – лисенок при этих словах запрыгнул на стол между и по нему добрался до Кристиана взбираясь ему на руки.

– Это магический зверь, – силуэт свесил ноги с кровати. Маленькая лисичка при этих словах фыркнула и спрятала мордочку в рубашке Кристиана. – Видишь? Именно поэтому она и относится к тебе так хорошо, у вас похожие силы, – в голосе слышалась нескрываемая улыбка.

– Но я не чувствую от нее магию, – ответил недовольно Кристиан, пытаясь оттолкнуть зверя подальше. Он не любил животных и с радостью оставил бы и это недоразумение, но жалкий вид раненного комочка шерсти слишком сильно повлиял на обычно спокойного Оссхаерта.

– Это потому, что у нее нет собственной магии, это конечно редко встречается, но есть животные, которые преобразуют ману существ, с которыми свяжутся, – спокойно пояснил женский голос, этой девушке определенно нравилась картина что разворачивалась перед ней.

– Она с кем-то повязана? – силуэт покачал головой. – Тогда свяжись с ней, – силуэт рассмеялся, чистым и звонким смехом.

– Почему это должна быть я? Этому зверю понравился ты.

– Потому что я терпеть не могу животных, – прошипел Кристиан скидывая лису на пол. Она что-то пропищала и облокотилась передними лапами на ногу своего спасителя. Оссхаерт не желал принимать такого выражения признательности и с неприязнью взирал на животное, со стороны вновь послышался женский смех.

– Хорошо, – Кристиан с подозрением взглянул на силуэт – но при одном условии – он так и знал.

– Каком?

– Ты дашь ей имя.

– Это глупо.

– Либо так, либо никак, – силуэт аккуратно поднял лису на руки, ожидая ответа. Эта девушка всегда такая чертовски надоедливая.

– Пусть будет Тень.

Кристиан подскочил в своей кровати с силой сжимая виски, словно таким образом мог выдавить боль из головы. Это ожидаемо не помогло, и он застонал от ощущения звона в ушах и молотков, бьющих по ним набатом. Простыни были мокрыми от пота, а дыхание сбито. В голове всплывали картины из сна, посылая новые волны боли. Снова надежды на спокойный отдых сгинули в тягучей боли от сна что был хуже любого кошмара. За последние две недели Кристиан начал ненавидеть эти странные сновидения так же сильно, как кошмары о прошлой жизни, временах до встречи с Первой Императрицей Кирой.

Сейчас Оссхаерт чувствовал себя еще хуже, чем до того, как лег спать. Жгучая боль в висках вытягивала последние крохи энергии, не давая даже обдумать что происходило с ним и его головой. Когда это только началось он подумал, что возможно пришло время умирать, но даже смерть нечестивой души не была столь мучительно как эти сновидения.

Кристиан с силой провел руками по лицу, не желая вновь поддаваться усталости и попадать в лапы сна. Он нашарил рукой свой телефон и проверил время, до отправления к драконам оставалась еще пара часов. Осознание этого не сделало Кристиана даже чуточку счастливее, время, которое он мог потратить на сон Оссхаерт решил обменять на пару отменных синяков под глазами и несколько чашек кофе.

Утро было слишком ранним чтобы поднимать прислугу, лишь ради кофе, поэтому Кристиан направился на кухню. Коридоры замка все еще были темными, но в отличие от дня фестиваля они не навевали страх. В предрассветных сумерках они выглядели более чем уютно, легкий свет от электрических свечей придавал стенам желтые оттенки, делая картины на них более контрастными. Пейзажи древних мегаполисов с высотными зданиями, казались невыносимо далекими и серыми по сравнению с настоящей Империей. С приходом Люциферов мир заиграл новыми красками, после предотвращения войны они очистили магию и эфир, из-за этого природа начала процветать. Древние города были уничтожены, а на их руинах Люциферы возвели Империю, обитель природной магии и спокойствия для всех магических существ кроме них самих. Развитие магии отбросило прогресс человечества на несколько столетий назад, и хоть многие изобретения тех времен были переконструированы под существование с маной, так же огромное количество было оставлено лишь как памятники истории.

Кристиан почти счастливо вздохнул, благодаря богов что кофемашины смогли пройти отбор магией. Он просто не представлял бы свою жизнь без легкодоступного кофе, особенно после таких кошмарных ночей. Времени пока готовился энергетический напиток с лихвой хватало чтобы обдумать значение сна, Кристиан слегка опасался задумываться об этом, не желая вновь испытывать волны нахлынувшей боли. Легка мигрень не прекращалась последние недели ни на секунду, и после сна с женским силуэтом она лишь усилилась.

Преодолевая ощущение разрывающегося сознания, Кристиан с удивительной четкостью вспоминал картины из сна. Обычно сны и кошмары забываются стоит проснуться, но вид комнаты и диалог не выходил из головы. Оссхаерт задавался вопросом почему ему снилось что-то подобное и кто была та девушка из сна, но ответа не находил. Разум подсказывал что не стоит заострять на этом внимание, это всего лишь сон, они почти никогда ничего не значат и являются лишь игрой мозга. Но что-то не давало Кристиану покоя, сон выглядел слишком реалистично и достаточно знакомым или скорее привычным, чтобы задуматься о его происхождении.

– Тень, – прошептал Кристиан в пустой кухне замка, под шум кофеварки. Мысли о лисице начали вертеться в голове, а на руках появилось ощущение теплого меха и тяжести хрупкого животного, которого он держал во сне. Он скрестил руки на груди, стараясь избавиться от этого чувства, и оперся спиной на стол. Кристиан пытался понять, что послужило причиной странного поведения животного, даже если принять тот факт, что Тень более разумное существо чем обычные зверушки, это не объясняло почему лиса чью хозяйку он убил, вдруг решила помочь ему избежать разрушительного конфликта. Никакие мысли по этому поводу не посещали голову Императора, возможно из-за усталости его мозг работал медленнее обычного, но он точно не собирался предпринимать попытку уснуть.

После поездки к драконам он определенно отправит кого-то на поиски хорошего врача, что сможет избавить его от головной боли, ведь придворный лекарь только и делает что разводит руками.

Благодаря транспортному кругу телепортации, путь до моря драконов занял не более трех часов. Большую часть времени Император и группа существ, собранных Эдвардом, потратили на то, чтобы добраться от точки перемещения до побережья. Весь этот промежуток дороги их окружал редкий лесок, некоторые деревья которого были подпалены драконьим огнем. Количество чистой маны в воздухе увеличивалось все сильнее с приближением к воде, заставляя нескольких чувствительных дриад задыхаться, будто воздух становился очень разряженным.

Группа вышла на протяжный, крутой, песчаный берег. С него открывался вид на гряду островов, территорию, которую полностью заселяли только драконы. Лазурная вода играла яркими бликами, ослепляя светом дневного солнца и копируя пронзительную голубизну неба. Невысокие волны, которые поднимал сильный непрерывный ветер, пеной бились о берег, отбрасывая брызги и оставляя после себя мелкие дары моря. Вдалеке виднелось несколько островов, расположившихся подобно молодому месяцу, вечно бодрствующие вулканы на двух из них покрывали небо пеплом, куполом укрывая землю от солнечного света. Крайние острова, вопреки своим горящим братьям, были полностью покрыты дикой зеленью, создавая убежища для мелких древесных драконов. Эти земли окружали кипящие воды, дом водяных дрейков и виверн, скрывая и легким туманом, словно пытаясь спрятать острова от злостных нарушителей спокойствия драконов.

Кристиан спрыгнул с лошади черной масти и привязал её к ближайшему дереву, за ним повторили и другие члены команды. Берег был слишком крутой для лошадей, поэтому они оставили их и спустились к воде, следуя за Императором, что стремительно шел по мокрому песку.

– А как мы, собственно, доберемся до самих островов? – спросил один из сопровождающих, кидая на Кристиана насмешливый взгляд. Оссхаерт ничего не ответил, предпочитая не обращать внимания на людей, не принимавших его как нового Императора. Он молча шел вдоль берега, не отрывая взгляда от островов, игнорируя шепот и смешки у себя за спиной.

– Мы могли бы заморозить воду и пройти по ледяному мосту, правда на это уйдет много времени. Люцифер бы просто нас телепортировала туда и дело с концом, – выкрикнул все тот же парень, на этот раз Кристиан остановился и бросил на рыцаря пронзительный взгляд полный презрения.

– Мы не собираемся идти туда идиот, – прошипел он, в ответ на него устремились непонимающие взгляды.

– Зачем же мы сюда тащились? – разочарованно спросила какая-то девушка, пытаясь перекричать ветер. Кристиан снова замолчал, переводя взор на мгновение стихшие волны, которые через секунду забурлили, выбрасывая с пузырями потоки пара. Группа Кристиана с поразительной скоростью отдалилась от воды на, по их мнению, безопасное расстояние. Сам Оссхаерт скрестил руки на груди и полностью повернулся к воде, из которой выполз огромный дрейк. Он грозной фигурой возвышался над Кристианом, из его ноздрей валил пар, а чешуя цвета индиго переливалась на солнце. Увидев перед собой все великолепие дракона, Император понял стремление многих людей обладать этой прекрасной чешуей. Дрейк издал звук подобный волнам, бьющимся о песчаный берег, это звучало как предупреждение, но не угроза. Это слегка успокоило Кристиана, по крайней мере это было неплохим началом.

– Мне нужен огненный змей Валдай – громко произнес Оссхаерт, гордо смотря на чудовище перед собой. На такое заявление дрейк взревел словно гром во время шторма, что ж это было более угрожающе, что определенно напугало людей пришедших с Кристианом. Воды у берега вновь закипели, выпуская на сушу еще двух дрейков с более темным окрасом. Их глаза угрожающе сверкали, и они были уже готовы напасть на непрошеных гостей, но их прервал рев, доносившийся с неба. Место, где стоял Кристиан накрыло огромной тенью и через секунду перед ним приземлился, сотрясая землю, дракон вдвое больше троих дрейков вместе взятых. На его голове были мощные выступы, покрытые черной чешуей, что спускалась дальше по шее. Хребет его был пронизан громадными шипами, обтянутыми прочной кожей. Тело дракона покрыто панцирем, за исключением огромных черных крыльев и массивного хвоста. Он склонил свою голову к земле, желая лучше рассмотреть крохотного человека осмелившегося прийти к его территориям и привести с собой вооруженных воинов. Дракон выпустил через нос две струйки дыма в сторону Кристиана. Оссхаерт склонился перед ним, признавая величие хозяина земель драконов.

– Приветствую вас владыка драконов Валдай, – произнес он, не поднимая головы. – Я пришел чтобы обсудить с вами сделку, что вы заключили с первой Люцифер.

– Люди нарушили условия сделки, – произнес низкий и рычащий голос дракона. – Нам не о чем с тобой разговаривать человек. Убирайся отсюда пока есть возможность сохранить свою никчемную жизнь.

– Я не уйду, пока не буду уверен что вы прекратите разорять мои земли, – громко произнес ровным голосом Кристиан. Он поднял голову и без страха заглянул в золотые глаза дракона, любое волнение, бушевавшее в груди, исчезло, на место ему пришла холодная решимость. Если он умрет в этот самый момент, то корону примет Эдвард или Екатерина, так что за благополучие Империи можно не переживать. Осталось сделать все возможное чтобы драконы перестали нападать на деревни Империи и людей.

Валдай ничего не предпринимал, он не нападал, но и не говорил. Будто что-то для себя решив он кивнул, а его тело залилось золотым светом, настолько ярким, что Кристиан непроизвольно зажмурился. Когда он открыл глаза, перед ним стоял высокий мужчина. Он был одет в черный с золотом хитон, смолянистые волосы доходили до колен, а желтые глаза с вертикальными зрачками смотрели на Кристиана.

– Так это ты потомок демона Оссхаерта, – произнес дракон. – Я ждал тебя.

– Откуда вы знаете обо мне? – брови Кристиана сошлись вместе.

– Меня предупредили о том, что ты придешь.

– Кто?

– Это не важно, важно то, что ты можешь предложить мне человек, чтобы драконы перестали нападать на отныне твои земли, – человеческое лицо Валдая ничего не выражало, но глаза неотрывно изучали Кристиана который молчал. У него было достаточно времени чтобы обдумать что можно было бы предложить, но дело было в том, что он не хотел предлагать.

– Разве вы обязательно должны разорять мои земли? Вы прекрасно знаете, что в настоящее время Империя не может гарантировать полное прекращение охоты на драконов, но это не значит, что вы должны открывать ответную охоту на людей.

– Хочешь, чтобы мой народ истребляли, а мы просто прощали это? – дракон оскалил острые клыки, подходя ближе к Оссхаерту.

– Нет. Но мы можем условиться что любой пойманный на браконьерстве будет передан на драконий суд, но это значит, что невинные люди не должны страдать от вашего огня, – уверенно произнес Кристиан, наблюдая как при этих словах лицо дракона расплывается в удовлетворенной улыбке.

– Она предупреждала что ты так ответишь, – Оссхаерт хотел было спросить о ком говорит владыка драконов, но его перебили раньше. – Хорошо.

Кристиан моргнул в замешательстве, пытаясь понять не ослышался ли он. Ветер гоняющий волны стих, люди которых привел Кристиан замерли, пытаясь не производить ни звука и прислушиваясь к разговору между правителями.

– Хорошо? – с недоверием спросил Оссхаерт.

– Да. За тысячу лет Люциферы доказали, что их слову можно верить и в этот раз драконы доверятся посланницам Верховной Богини.

– Сейчас вы договариваетесь со мной, а не Люциферами. Какое они имеют отношение к этому? – и снова все сводится к Люциферам, Кристиан осознавал что они имели огромное значение в истории, но их эпоха прошла и это разжигало в его сердце раздражение.

– Они причастны ко всему что происходит в мире, принадлежащем им. О твоем приходе меня предупредила еще Императрица Кира, та кого вы называете Первой. “Ровно тысячу лет продлится правление моей семьи, ровно на тысячу лет драконы обретут покой, а как падет последняя Императрица так придет к тебе мой названый брат, потомок Оссхаерта. Он предложит тебе свое слово и ты должен будешь принять его владыка драконов Валдай, если желаешь сохранить свой народ от гнева одной из моих дочерей” – таковы были слова Первой Императрицы, так скажи мне человек это ты, тот что в прошлом воплощении души своей стал братом Первой Люцифер?

Способности Люциферов и правда поражали воображение, Императрица что жила тысячу лет назад знала, что будет происходить в далеком будущем. Она знала каждый шаг Кристиана, возможно Первая не зря называла его своим братом в прошлой жизни. Теперь, кажется, Кристиан понимал почему она всегда отказывалась предсказывать его будущее, похоже ей было известно, что когда-то он убьет последнюю представительницу ее рода. Но почему не остановила, почему позволила случиться всему если могла предотвратить. Скорее всего на ситуацию повлияли их извечные причуды со следованием судьбе.

– Да, – хмыкнул Кристиан. – Я первый человек получивший красную печать Люциферов, – на это дракон просто кивнул.

– Это чувствуется, отпечаток посланниц на твоей душе, – Валдай взмахнул рукой и дрейки вернулись в воду, скрываясь в ее глубине. – Хоть Люциферы все время своего правления проявляли уважение к драконам как к одним из их прародителей, я не рискну навлекать их гнев на свой народ. Так что я принимаю твое слово брат Люциферов, можешь уходить и быть спокойным за свои земли. Отныне твое правление поддерживают драконы, будь благодарен судьбе, – Кристиан собирался сказать что-то в ответ, но его мысли сбил шепот, что принес вернувшийся ветер. Пара слов произнесённых на неизвестном Оссхаерту языке и его реакция, заставили Валдая тепло улыбнуться. Дракон последний раз взглянул на Кристиана.

– Теперь мне ясно почему она выбрала тебя, – он щелкнул пальцами и под ногами Кристиана появился круг перемещения, а через секунду Император уже стоял посередине своего кабинета.

Он выпустил разочарованный вздох, и запустил руку в волосы, растрепавшиеся из-за сильного ветра на побережье. Его действительно раздражали дела, связанные со всемогущими Люциферами и такими же могущественными существами, которые никогда не слушают и делают только то, что захотят. Кристиан действительно не понимал, неужели так сложно дослушать, а не избавляться от собеседника, телепортируя его куда подальше. Единственное что его успокаивало что план с приманкой в виде отряда солдат, чтобы выманить драконов сработал и Валдай заключил с Империей новый договор. На данный момент Императору предстояло разобраться всего лишь с природными катастрофами, угрозой голода, который придет вслед за мертвыми посевами, возмущениями вампиров и оборотней, провести реорганизацию армии и разобрать еще огромную кипу бумаг с жалобами от народа, провести собрание аристократии и решить, как усилить контроль за браконьерами. Что же, могло быть и хуже. По крайней мере народ еще не собирается поднимать восстания.

Глава 5.

Кристиан вновь очнулся покрытый холодным потом, от ужасной головной боли. Очередной сон с участием черной лисы, на этот раз она была более взрослой и выпрашивала еду пока Кристиан с друзьями ужинали в столовой академии, вызывал сильные пульсации в висках. Оссхаерт с силой потер лицо и оглядел комнату. Его покои уже заливало дневное солнце, игриво отражаясь от глянцевых поверхностей. На столе, около окна лежали разобранные на кануне вечером документы. Несколько рубашек аккуратно висели на спинке стула, пол был укрыт мягким красным ковром, на котором были раскиданы несколько книг по истории Империи. Широкая кровать заскрипела под Кристианом, когда он вставал. Он едва успел накинуть рубашку как в дверь постучали и не дожидаясь ответа вошла Екатерина, по обыкновению с широкой улыбкой.

– Я пришла тебя обрадовать, – сказала она, подходя ближе, не обращая внимания на хмурое выражение лица своего друга.

– Если ты не принесла мне веревку и мыло можешь уходить, – прошипел Кристиан в который раз хватаясь за голову. Его слова не произвели впечатления на девушку.

– Есть вариант получше, я нашла существо, которое должно помочь с твоими головными болями – Кристиан на мгновение замер, после чего перевел недоверчивый взгляд на подругу.

– Даже дворцовый лекарь не знает, что с этим делать.

– Тот, кого я нашла лучше, он эльф. Все что тебе придется сделать это в кои-то веки попридержать свой скверный характер в узде, – на это Кристиан цокнул языком, но спорить не стал.

Он был готов на что угодно, лишь бы избавиться от невыносимой головной боли. Но если бы Кристиан только знал кем именно является эльф которого нашла Екатерина, ни за что на свете не пришел бы к этому дому. Небольшое двухэтажное здание из красного кирпича, увитого с северной стороны плющом, располагалось на окраине Столицы и выглядело самым обычным.

– Ну что Ваше Величество, думаю стоит постучать, – ехидно произнес Эдвард, который вызвался сопровождать его в городе.

– Я правда ненавижу тебя и твою жену, – сквозь зубы прошипел Кристиан, подходя к двери, ведущей в обитель Лукаса Люцифер. Он постучал, в доме послышались какие-то шорохи и через секунду дверь распахнулась.

– Убирайся отсюда, – сказал мужчина, как только увидел, что на его пороге стоит новый Император, и захлопнул дверь. Кристиан тяжело вздохнул и вновь постучал, он не для того проделал путь от дворца до сюда, чтобы перед ним хлопали дверью. Никто не ответил, Оссхаерт взглянул на своего друга, но тот лишь пожал плечами.

– Господин Лукас я понимаю вашу злость, но мне действительно нужна ваша помощь, – в ответ тишина. – Вы в любом случае не можете проигнорировать приказ Императора, – на этот раз слова вызвали реакцию, причем более острую, чем мог ожидать Кристиан. Дверь вновь распахнулась и из дома выскочил эльф, хватая не ожидавшего этого Оссхаерта, за грудки и впечатывая его в стену. Эдвард быстро среагировал и обнажил свой меч, приставляя его к горлу Лукаса, но он, казалось, даже не заметил этого. Он только смотрел на Кристиана взглядом полным чистой ярости.

– Да как ты смеешь использовать против меня свой титул, после того как сверг мою дочь и забрал ее корону? – словно ядом выплюнул мужчина, сильнее вжимая Кристиана в стену. Оссхаерт спокойно встретил взгляд и подал знак рукой Эдварду чтобы тот убрал меч. Его друг колебался секунду, прежде чем выполнить приказ, не упуская возможности взглянуть на Кристиана как на сумасшедшего.

– Во-первых ваша дочь сама передала мне корону, а во-вторых, вы сами вынудили меня упомянуть титул Императора, – ровным тоном ответил Оссхаерт.

– Я не буду лечить того, кто пронзил сердце моей дочери.

– Вы можете этого не делать, но хотя бы назовите причину головной боли. Возможно, этого хватит придворному лекарю, – Кристиан ждал ответа, но так его и не услышал. Лукас долгие минуты смотрел куда-то сквозь Оссхаерта, будто был в трансе, из которого он вышел стоило порыву ветра ударить его. Лукас встряхнул головой словно освобождаясь от остатков наваждения, он недовольно оглядел Кристиана, который без эмоционально смотрел в ответ, но его пальцы все же разжались. Он прошел в дом, напоследок бросив чтобы Эдвард оставался на улице.

Кристиан пошел вслед за ним, под выкрики Эдварда, о том что он действительно выжил из ума, раз идет за таким агрессивным существом, да еще и без охраны. Коридор с лева уходил на лестницу на второй этаж, а двери справа вели в большую кухню-гостиную светлых тонов. Стены бледно зеленого цвета у пола покрывались узорами болотного оттенка, и хранили на себе множество фотографий в рамках. На кухонном островке, Лукас расставлял различные баночки с порошками и эликсирами. Тонкие бледные руки порхали над магическими реагентами, светлые волосы Лукаса были собраны в высокий хвост, открывая взору длинные уши. Зеленые глаза встретились с голубыми, и Лукас поманил Кристиана рукой ближе. Оссхаерт осторожно приблизился, и его схватили за подбородок заставляя открыть рот. Ничего не разглядев Лукас развернулся и молча вышел из кухни, что дало время Кристиану еще раз оглядеться, его внимание привлекла фотография, стоящая на камине в гостиной. На ней была изображена счастливая семья, Лукас и его жена Мирабель широко улыбались, обнимая девочку лет шести. Девочка с двумя черными хвостиками и милым пластырем на щеке сверкала широкой белозубой улыбкой и лиловыми глазами. Лиловыми… Но ведь у Киры были красные глаза, верно? Перед глазами вспыхнул хитрый взгляд пурпурных глаз и Кристиана настигла новая волна головной боли.

– Ничего здесь не трогай, – злобно прошипел Лукас, забирая из рук Оссхаерта фотографию и ставя ее на место. Он схватил Кристиана за руку и потащил обратно на кухню, громко топая и бубня под нос ругательства, Лукас был явно не доволен визитом любопытного гостя.

– Почему Кира не похожа ни на вас, ни на Императрицу Мирабель? – не удержался от вопроса Кристиан, он не обратил внимания что это прозвучало грубо. Движения рук Лукаса над цветными баночками на секунду приостановились, прошла по меньшей мере минута, прежде чем он ответил.

– Кира похожа на Мирабель больше, чем ты можешь себе представить, – голос эльфа был тихим и безжизненным, когда он говорил это. На имени мертвой жены он запнулся и Кристиан уверен, что если бы он видел его лицо, а не затылок, то узрел выражение полное боли и печального отчаяния.

– У Мирабель были белоснежные волосы и голубые глаза, у вас они тоже светлые, так почему Кира была брюнеткой с кроваво красными глазами, – не унимался Оссхаерт, больше из-за раздражения вызванного сравнением Киры и Мирабель. По его мнению, они были различны как огонь и вода. Кира была пожаром, уничтожающим все на своем пути, пугающим, но неизбежно притягивающим взгляд. Мирабель всегда была спокойна как вода озера, на ее губах всегда играла мягкая, добрая улыбка. Она относилась к своим подданным, так будто все они были частью ее семьи, которую она безвозмездно оберегала от бед. Когда Кристиан обучался у нее, часто слышал рассказы о ее любимой дочери, умной, сильной, послушной, идеальной. Он никогда не понимал, что могло произойти с девочкой, постоянно читающей книги и готовящейся стать следующей Императрицей, чтобы она стала такой. Возможно, если бы этого не случилось, Кира и правда была бы похожа на свою мать.

– Ты должен был знать, что внешность Люциферов не зависит от генетики. На то как выглядит Люцифер влияет их магическая сила, в противовес связи с тьмой волосы Мирабель были белыми, так же и с Кирой, – снова вернулся недовольный тон.

– С Кирой? Хотите сказать, что ее магия была светлой? – Кристиан горько усмехнулся, вспоминая как она заставила его людей захлебываться кровью.

– У моей дочери была сильнейшая связь с Верховной Богиней за всю историю Люциферов, – Лукас обернулся на Кристиана и гордо улыбнулся, на счет магии он так и не высказался.

– Из-за этого вопрос почему она свернула с пути Люциферов, становится еще более уместным. Возможно она вовсе не ваша с Мирабель дочь, тогда все становится логичным, то что Кира не имела связи с миром, ее пренебрежительное отношение к Империи, то как легко ее оказалось убить, – под конец фразы голос Кристиана дрогнул, разочарование последним фактом снова нахлынуло, хотя прошел почти месяц. Все это время он старался не думать о тех эмоциях что испытал, когда пронзил сердце Императрице и казалось увидел ее менее безумной чем всегда. Он не собирался говорить что-то настолько низкое, только не отцу, потерявшему по его вине дочь. Осознав, что только что произнес Кристиан нахмурился и уже представил, как получает удар по лицу, но, к его удивлению, Лукас коротко рассмеялся и полностью повернулся к нему, держа в руках какое-то зелье.

– Идиот, мир не может существовать если последняя Люцифер умрет, – Лукас улыбнулся уголком губ, а Кристиан воззрился на него широкими от удивления глазами.

– Что? – осознание сказанных Лукасом слов, ударило не хуже кулака которого ожидал Кристиан. Дыхание перехватило, а перед глазами появился момент, когда «умерла» Императрица и Кристиан понял какой же он на самом деле дурак. Он ведь видел раньше, как умирают Люциферы, но ни разу они не рассыпались на миллионы искр и не исчезали. Это был дешевый трюк, на который Кристиан не задумываясь клюнул. Мир все еще существует, а это значит, что Кира жива и от понимания этого внутри Кристиана разливалось непривычное спокойствие и тепло, которое вводило его в замешательство.

– Держи это поможет избавиться от головных болей ну или хотя бы притупить их, большего сделать не могу и не желаю терпеть тебя в своем доме дольше необходимого, – Лукас вложил ему в руку зелье и вытолкал его к выходу, не обращая внимания на возмущения и вопросы Кристиана. – Больше не приходи, – сказал он, когда выпихнул гостя за порог, и вежливо улыбнувшись захлопнул дверь. Кристиан сурово уставился на дверь с намерением биться в нее пока не получит объяснения.

– Ты вроде цел, похоже все прошло лучше, чем предполагалось да? – весело спросил Эдвард, вырастая за спиной своего друга. Кристиан обернулся и бросил злобный взгляд, Эдвард сразу поднял руки в знак капитуляции, ведь он знал, что Кристиан в плохом настроение бывает очень страшен. Оссхаерт выпустил раздраженный вздох и запустил руку в волосы, он так чертовски сильно ненавидит иметь дело с людьми Люциферов. Никогда ничего не объясняют.

– У меня есть новости, как вернемся в замок бери Екатерину и приходи ко мне в кабинет, – он еще раз глянул на закрытую дверь собираясь постучать, но по не понятным причинам это желание исчезло словно его унес порыв налетевшего ветра и Кристиан ушел, оставив в покое Лукаса Люцифера. По крайней мере на время, пока не выяснится что-нибудь еще.

Император действительно не понимал действий и мотивов Киры Люцифер. Она была жива, в этом Кристиан был уверен, Лукас бы не стал врать об этом. Но раз так, то, чего добивается Кира? Почему она отказалась от трона, почему передала корону именно ему, зачем инсценировала свою смерть? Единственный ответ, который приходил в голову Кристиана, это то, что она безумна, но вместе с ним приходил и вопрос, а была ли она на самом деле сумасшедшей? Кристиан знал, что все Люциферы превосходные актрисы, хотя в этом случае подходит слово лгуньи. Кира с изящной легкостью могла бы убедить всех в своем безумии, но главный вопрос зачем ей делать это?

– Привет, как прошла встреча с Лукасом? – спросила Екатерина с насмешливой улыбкой, входя в кабинет под руку с Эдвардом.

– Кира жива, – без предисловий вывалил Кристиан на своих друзей шокирующую информацию. Эдвард был удивлен и кажется немного напуган, а Екатерина нахмурилась, сжимая левой рукой кулон, подаренный ей сестрой. Она всегда так делала, когда переживала.

– Что это значит? – четко прошептала Екатерина, на что Кристиан покачал головой.

– Я сам толком ничего не знаю, но Лукас намекнул что если бы она была мертва, то мир был бы разрушен. И если говорить откровенно, то мне действует на нервы, что я ничего не понимаю, – он откинулся на спинку кресла, поднимая взгляд в потолок и запуская руку в волосы. Глупая привычка, от которой Кристиан давно собирается избавиться.

– А что, если она захочет вернуть себе Империю и решит напасть на нас? – как бы в шутку спросил Эдвард, хотя интонация выдавала его волнение, как и то, что он постукивал ногтями по столу.

– В этом нет смысла, – ответила ему жена. – Она просто сумасшедшая, думаю ей было скучно управлять Империей вот и устроила спектакль. Не удивлюсь если это она натравила на наши земли драконов, – Кристиан нахмурился на ее слова и отрицательно покачал головой.

– Я знаю, что у тебя есть причины ненавидеть Люциферов, но не перегибай палку. Даже если Кира и правда безумна она бы не стала причинять такие беды своему дому, – ему было приятно, что друзья без вопросов поверили его словам, но Кристиану не нравилось их отношение к последней Императрице. Он и сам сильно ненавидел ее, да и сейчас это не изменилось, но Кира всегда заботилась о своей Империи. Разумеется, она делала это в своем безумном стиле, но даже при сумасшедшей на троне в Империи было меньше проблем чем когда корону надел Кристиан. Он не раз видел, как она наказывала преступников, без сомнений это было чересчур жестоко, но от этого преступность была почти нулевая. За возможность развлечься на природе она даровала фермерам дожди в сезоны засухи… Почему Кристиан вообще решил, что сможет справиться лучше, чем Кира? Ох, это было одно из тех раздумий, вызывающих головную боль.

– Она убивала людей на право и налево, как ты можешь быть уверен, что она именно так и не поступила, – с отвращением спросил Эдвард, перестав стучать пальцами.

– Я провел с ней достаточно времени что бы знать, что эту черту она не перейдет.

– Во всем этом нет никакого смысла! – воскликнула Екатерина, вскакивая со стула, злобно смотря на Кристиана.

– Есть, – спокойно ответил он, скрещивая руки на груди. – Просто никто из нас его не видит, – он вздохнул. – Люциферы существа, предвидящие будущие и способные менять судьбы, возможно такое что если бы Кира вела себя иначе, то произошло что-нибудь ужасное. В прошлой жизни я часто видел, как Люциферы изображают жажду крови, граничащую с безумием только для того, чтобы убедить своего врага что их стоит бояться. Может быть такое что здесь похожий случай.

– Я не собираюсь выслушивать как ты оправдываешь это чудовище, – прошипела Екатерина и выбежала из кабинета, хлопнув дверью. Кристиан громко выдохнул и провел рукой по волосам.

– Пожалуйста собери небольшой отряд из рыцарей гвардии и попробуй отыскать Киру, потребуем ответов от нее самой. Если найти ничего не удастся, то оставим эту историю в прошлом будем надеяться, что она не будет создавать проблем, – отдал приказ Император.

– Есть Ваше Величество, но если не против, то я пока не буду говорить об этом Кат,е – последнюю часть Эдвард прошептал, почти заговорщически.

– Делай как считаешь нужным.

Эдвард встал и поклонившись покинул комнату, оставляя Кристиана наедине со своими мыслями полными сожалений от принятых решений и ощущением слабой радости от того, что Кира была жива.

Глава 6.

Дела в Империи медленно приходили в порядок. За прошедший месяц был решен вопрос предполагаемого будущей зимой голода, с помощью нанятых дриад удалось восстановить большую часть погибших посевов. Голода удалось избежать по большей части благодаря богатой казне Империи, что после себя оставили Люциферы, без этих денег договориться с дриадами не удалось бы. Так же помогла сделка с оборотнями, по наступлении холодов они отправят на Мирный континент часть производимого мяса, даже не смотря на напряженные отношения с Империей. Оборотни и вампиры все еще пытались добиться независимости от императорской власти, но они стали менее активными в этом вопросе стоило владыке драконов Валдаю публично оказать свою поддержку нынешнему Императору на последнем съезде глав территорий. Оборотни казалось вовсе смирились с тем что не смогли изменить положения своих земель, их устраивала некоторая обособленность от Империи которой они обладали, и после тонкого намека от Императора, что они могут лишиться и этого если продолжат активные действия в этом направлении, они вовсе успокоились. С вампирами дела обстояли сложнее, Кристиан считал, что в этом замешано личное недовольство Вевернов, ведь Эдвард выходец из главной семьи вампиров. Похоже, что отказ Эдварда от титула главы рода и вампиров доставил некоторые проблемы Империи. До настоящего времени вампиры не предприняли ничего кроме сокращения поставок продукции и закрытия территории, в целом ничего что сильно ударило бы по Империи, особенно учитывая, что в крайнем случае можно было прекратить поставлять в земли вампиров искусственную кровь.

Ключевой проблемой Империи оставались буйства природы. Дожди затапливали прибрежные города, землетрясения тревожили континент Маны, а Мирный континент с севера засыпали снега, с юга сжигали засухи. Проблему с извержениями вулканов также помогли решить драконы, в обмен на огонь этих самых вулканов. За два месяца после «смерти» последней Императрицы природа, кажется, немного успокоилась, посылая меньше бед чем в самом начале, но больше, чем хотелось бы Императору. Взять бушующую природную ману под контроль, в скором времени должны были эльфы из великого леса вместе с призывателями духов, но судя по прогнозам ассоциации магов это будет возможно только на континенте Маны, а значит Мирный континент так и останется под гнетом стихийных напастей.

Особое внимание Кристиан уделял реорганизации армии, всю последнюю неделю. Утром общий план был передан генералам, которые, мягко говоря, восприняли его не очень хорошо. Система армии, созданная Люциферами более чем устраивала солдат, но никто так и не выступил против нововведений. Все рыцари были выучены беспрекословно выполнять приказы Императриц, но Кристиан был уверен, что в скором времени кто-то точно взбунтуется, в армии было много горячих личностей, особенно среди учеников Люциферов. Это приведет к определенным проблемам, поняв, что и эти проблемы решать ему, Император вздохнул и запустил руку в волосы. Тогда в кабинет постучали.

– Войдите, – крикнул Кристиан, быстро поправляя свои волосы.

– Приветствую Ваше Величество, – устало сказал Эдвард, проходя в кабинет и падая на стул перед Императором.

– Есть что доложить? – с легкой надеждой спросил Кристиан, Эдвард покачал головой.

– Она как сквозь землю провалилась, – Эдвард с раздражением потер лицо. Кира Люцифер. Еще одна загадка, не дававшая покоя, не только Оссхаерту. Прошел ровно месяц, как Кристиан посетил Лукаса, но за это время они не нашли ничего, ни единой зацепки куда она могла подеваться. Оссхаерт не был слишком удивлен этим, в своей первой жизни он не раз был свидетелем того, как хорошо умеют скрываться Люциферы, они словно становились другими людьми. Возможно, если бы Кристиан самостоятельно искал Киру, то смог бы ее найти, ведь она была единственным существом ауру которого он не мог видеть, но он не мог просто взять и оставить управление Империей чтобы бегать за призраком. Погоня за той, кого нельзя поймать сильно выматывала, это было хорошо видно по усталому виду Эдварда, даже не смотря на всю хваленую выносливость вампиров.

– Тогда нам стоит прекратить эти бесплодный поиски, – едва Кристиан успел закончить как на столе перед ним начала расползаться черная дымка. Он отскочил назад, чуть не опрокинув кресло, а Эдвард обнажил меч. Не успело пройти одного удара сердца, как из дыма материализовалась черная лисица. Тень сделала движение, словно стряхивала с сухой шерсти воду и взглянула своими желтыми глазами на Кристиана. Будто поняв замешательство на его лице лиса задорно фыркнула.

– Что за черт, – прошипел Эдвард, привлекая внимание Тени, но всего на секунду, прежде чем она вернула взгляд к Императору. Лиса медленно прошагала по столу и спрыгнула на пол, она перестала глазеть на Кристиана и направилась к выходу. Под внимательными взглядами Тень села рядом с дверью, ожидая что ей откроют. Выйдя из замешательства Оссхаерт послал прищуренный взгляд животному и скрестил руки на груди, давая понять что он не сдвинется с места, только чтобы потакать желаниям какой-то лисы. Тень ответила прищуром и взмахом хвоста.

– Это ведь лиса Императрицы, – недоумевая произнес Эдвард, наконец-то убирая меч и прерывая гляделки Императора с животным. Кристиан перевел взгляд на друга и задумался, насколько хорошо проводились поиски если ниточка ведущая прямиком к Кире сейчас сидела в этой самой комнате. Он наклонил голову и с интересом осмотрел лисицу. Сейчас в Империи было все относительно спокойно, значит Тень пришла не для того, чтобы помочь решить очередной конфликт. Возможно, она появилась во время разговора о своей хозяйке именно для того, чтобы привести их к ней, но почему было не появиться раньше?

– Зачем ты пришла сюда? – обратился к животному Кристиан, разумеется, ему не ответили, но Тень вновь посмотрела на дверь. Видимо был только один способ узнать зачем она здесь. Оссхаерт прошел мимо удивленного Эдварда к двери и открыл ее. Прежде чем пройти в открывшийся проход, Тень словно кошка обтерлась о ноги Кристиана и удовлетворенно фыркнув, под почти злобный взгляд, она вышла.

В этот раз Тень не устраивала догонялки, она спокойно вела Кристиана и Эдварда по ведомому только ей маршруту. Проходя мимо прислуги, она неизбежно притягивала вопросительные или удивленные взгляды. Путешествие длиной в десять минут прошло в молчании и закончилось в катакомбах под замком.

Большую часть пути по холодным туннелям Кристиан вспоминал как в прошлый раз он приходил туда. Тогда он сопровождал Киру, она была в очень плохом расположении духа и собиралась наказать человека, распространявшего наркотики по Империи. В тот день Императрица не позволила никому из подчиненных находиться в комнате, даже если обычно заставляла Кристиана присутствовать на жестоких казнях. Оссхаерт остался ждать ее в самом начале коридоров, но даже так слышал душераздирающие вопли, что эхом разносились по всем катакомбам. Тогда Кристиан впервые за долгое время не видел безумную улыбку на губах Люцифер, и тогда же он впервые ощутил, как по спине бежит холод от взгляда Императрицы. Лицо, полностью лишенное эмоций, хорошо отпечаталось в памяти Оссхаерта, как и легкий тремор рук, который Кира пыталась скрыть, сжимая кулаки до побеления костяшек. Кристиану показалось, что в тот день Императрица вовсе избегала его, но тогда он предпочел не уделять этому внимания, списывая странное поведение на безумие.

Прошло уже много времени с того дня, но коридоры остались неизменными, такие же холодные, мокрые и темные. Ничем не отличающиеся друг от друга каменные стены, расходились запутанным лабиринтом, который постоянно заканчивался тупиками. Как это произошло и сейчас. Тень привела их в закоулок без выхода. Эдвард уже собирался возмутиться как лиса прошла сквозь стену, не мало удивив этим своих последователей. Кристиан раньше часто посещал катакомбы, но ни разу не натыкался на тайные проходы. Он подозревал об их существовании, но до этого момента не находил.

Ведомый лисой и любопытством Кристиан, медленно и аккуратно прошел вслед за Тенью. Комната, открывшаяся ему, заставила удивленно вздохнуть. Каменные пол и стены, маленького помещения были усыпаны сияющими белыми цветами, которые выглядывали из ярко-зеленой травы. Воздух был пропитан маной, которая буквально искрилась, летая как частички пыли. Большую часть пола покрывал огромный магический круг, его края были исписаны древними рунами и вымершим языком, а сердцевина была укрыта замысловатыми узорами, напоминающими те, что были на лице Екатерины.

– Вау, – благоговейно прошептал Эдвард, стоящий за спиной Кристиана. Это заставило его оторваться от созерцания комнаты и перевести взгляд на Тень.

– И? зачем ты привела нас сюда? – спросил Император, он не ожидал ответа, но надеялся, что лиса сделает еще что-нибудь, что могло бы объяснить, что они здесь делали. Тень не оправдала его надежд, просто растворившись в той же дымке, из которой появилась, а Кристиан вновь подумал, что ненавидит дела, связанные с Люциферами ведь, они всегда заканчиваются так. Император только собирался сделать шаг к кругу чтобы получше осмотреть его, как телефон в кармане затрезвонил. Один из его помощников сообщил что перед замком на площади возмущаются ученики Императрицы Мирабель. Что же, Кристиан этого ожидал, удивительно что они ждали так долго.

– Осмотри круг, потом сообщишь мне что нашел, – приказал Император и направился к выступающим. Это определенно будет утомительно, Кристиан запустил руку в волосы.

Император Кристиан вышел из массивных дверей замка и присоединился к, стоящей на ступенях, хмурой Екатерине. Он был немного удивлен не видеть обыкновенной улыбки подруги, но все стало понятным, когда ему на глаза попалась старшая сестра Екатерины. Лилит Уайт стояла в первых рядах и хмурила брови на Императора. Она подняла руку и галдевшие до этого недовольные рыцари за ее спиной замолчали.

– Прежде всего мы хотели бы узнать, по какой причине вы переводите личный отряд имперской семьи в резервные войска, а также почему вы расформировали учебные группы солдат, – Лилит вышла вперед, представляя интересы рыцарей. Император подошел к краю ступеней и убрал руки в карманы брюк, он возвышался почти на метр над выступающими и смотрел сверху вниз.

– У каждого ученика Люцифер навыки на порядок выше, чем у любого рыцаря, поэтому вы будите выполнять условия договора с драконами в качестве резервных войск. В Империи сейчас спокойно поэтому ваше вмешательство в работу остальных частей армии не является необходимым. Что по поводу учебной группы… Методы обучения, которые пропагандировали Люциферы хоть и эффективны, но ныне считаются неприемлемыми по причине не гуманности, – рыцари недовольно зашумели, кидая вразброс обзывательства. Лилит вновь махнула рукой, и все замолчали.

– Вы настоящий идиот Ваше Величество, – на это Кристиан никак не отреагировал, но слева от него Екатерина что-то недовольно пробурчала. – Вы ведь были правой рукой молодой Императрицы, как вы могли предать ее? – Лилит смотрела злобно, а ее голос понизился до шипения. И Кристиан понимал ее. Она не была знакома с безумством Киры и видела лишь образ девочки, который ей дала ее учительница Мирабель. Он собирался объяснить свою точку зрения Лилит, возможно это было бы оправдание, но она перебила его.

– Единственное, о чем просят все Люциферы своих приближенных это чтобы они всегда доверяли им и были рядом. Люциферы не делают что-то просто так или из своего желания. Так какое оправдание есть у вас? – эти слова дали Кристиану понять, что никакой ответ сейчас не будет верным, а также колыхнули что-то в его душе.

– Я буду совершать ужасные поступки, из-за которых ты можешь возненавидеть меня, но несмотря на это оставайся рядом тогда ты поймешь, что чудовищами не становятся без причины, – прошептал печальный голос в его голове. Голос знакомый и отзывающейся в душе тоской, так говорил силуэт из ненавистных снов. Подзабытая боль вернулась, заставив Кристиана скривить губы от неприятных ощущений. Рука в волосах помогла немного успокоиться и вернуться к реальности. Екатерина уже кричала на свою сестру, а Лилит не обращая на нее внимания смотрела на Кристиана.

– Почему ты так злишься на меня за смерть Киры, она ведь убила твою наставницу Мирабель, – негромко спросил он, привлекая этим внимание остальных. Лилит взглянула на него с прищуром.

– Мирабель с самого рождения дочери была готова умереть от ее рук, но все равно завещала нам оберегать Киру, поэтому мы в память о ней должны были всячески помогать молодой Императрице. Но ты… Ты тот, кого Кира выбрала сама, тот кого она называла частью семьи и кого защищала, поэтому я просто не могу понять за что ты предал ее, – на мгновение Кристиан застыл, пытаясь осознать не послышалось ли ему. Несколько месяцев назад он бы рассмеялся над такой чушью, но сейчас Кристиан не отмахивался от этих слов столь просто. Подозрения, связанные с Кирой терзавшие его последнее время, заставляли прислушаться и в глубине признать, что Лилит права называя его идиотом.

– Что ты имеешь ввиду?

– Неужели ты правда считаешь, что ваш переворот прошел без особых проблем только благодаря вашим усилиям, – Лилит насмешливо усмехнулась. – За день до переворота молодая Императрица предупредила всех своих рыцарей о том, что вы готовили и приказала не мешать. Я не знаю, что подтолкнуло ее к такому, но, если бы не прямой приказ Императрицы Киры, я бы убила тебя в тот же день как ты посмел взойти на трон.

– Да как ты смеешь говорить такое Императору, – закричала Екатерина. Кристиан молчал, с интересом разглядывая ауру Лилит. До того, как увидеть отражение ее души, он думал, что она пылает гневом, направленным на него, но как он ошибался. Его взгляду предстала, душа, преисполненная печали и тоски, Лилит не ненавидела Кристиана, но искренне не могла понять его действий. Она была им разочарована, но не винила его за смерть Киры. Лилит, казалось, жалела, что он позволил Кире использовать себя, в неведомых ему самому целях. По крайней мере так он увидел значение ауры.

– Наш отряд отказывается подчиняться придурку вроде вас Ваше Величество, – произнесла с издевкой Лилит и повела за собой рыцарей прочь.

– Стой, – крикнул Кристиан, на секунду заколебавшись перед вопросом. Лилит остановилась, но не обернулась. – Может ли таких существ как Люциферы постигнуть безумие? – слова были сказаны слегка нервно, ведь Кристиан уже знал каков был ответ. Сестра Екатерины медленно обернулась к нему и покачала головой.

– Магическую силу Люциферов сдерживает сознание нашего мира, если бы Люцифер на самом деле сошла с ума ее бы убило мировое проклятье, потому что мир не мог бы быть уверен что в приступе безумия она бы не уничтожила его, – она ненадолго замолчала, прежде чем продолжить. – К тому же Верховная Богиня не взвалила бы ответственность за сохранность на умалишенную.

На этом разговор был закончен. Кристиан молча смотрел, как удаляются рыцари, пока Екатерина возмущалась рядом. Он не был способен сказать что-либо еще и даже не мог услышать, что именно бормотала его подруга. Кристиан тонул в своих мыслях. Кира была жива и мало того не была сумасшедшей, похоже она и правда была хитрой лисой, с которой он иногда ее сравнивал.

– В какую игру ты играешь Аметист? – прошептал Кристиан, внезапно пришедшее в голову прозвище, глядя в чистое бескрайнее небо. Его слова подхватил внезапный порыв ветра, растрепавший темные волосы, и унес их к самому солнцу. На своей памяти Кристиан не называл так Киру, но по ощущениям это прозвище было ее вторым именем, оно было знакомым и привычным. Аметист хорошо подходил Кире, об этом подумал Оссхаерт когда возвращался в свой кабинет.

Глава 7.

Они сидели на крыше академии и рассматривали россыпь звезд на ночном небе. Комфортное молчание укрывало их словно одеяло, пока они наслаждались тихим шелестом листьев и пением ночных птиц. Кристиан закурил сигарету и завел тихий разговор. Силуэт обрел некую четкость, но черты лица за исключением лиловых глаз и озорной улыбки Кристиан разглядеть не мог. Девушка была одета во что-то похожее на форму академии, черные брюки и свободная рубашка слегка расплывались в глазах, а на шее блестел красный амулет. Больше никаких деталей, за которые можно было бы зацепиться и запомнить.

Кристиан рассматривал девушку пока шел разговор, который он не мог разобрать. По ходу разговора он мог слышать изменение интонации и смех силуэта, но в остальное время он будто находился под толщей воды, которая мешала вести диалог. Девушка снова рассмеялась и с хитрой ухмылкой приблизилась к лицу Кристиана, заставляя взглянуть в аметистовые кристаллы вместо глаз, которые переливались серебром. Кристиан выпустил в нее струю горького дыма, отчего она забавно поморщилась, но с места не сдвинулась. Он прошептал что-то еще, из чего он смог разобрать только имя. Аманда. Ее лицо, казалось, потеряло толику озорства, а губы растянулись в крохотной улыбке, которая должна была внушить спокойствие, но Кристиан почувствовал от нее только неутолимую печаль.

– Хочешь я подарю тебе эту Империю? – это было последнее что он услышал, прежде чем проснуться.

Холодный пот стекал по спине, пока Кристиан пытался выровнять свое дыхание. Трясущиеся руки он погрузил в волосы и с силой оттянул их, головная боль заставляла видеть белые пятна перед глазами и теряться в пространстве. Едва дождавшись пока, зрение прояснится, Кристиан завертел головой в поисках спасительного зелья. Бутылек что дал ему Лукас стоял на тумбе рядом с кроватью. Схватив его Оссхаерт моментально опрокинул часть содержимого в себя и откинулся на кровать, дожидаясь действия лекарства. Эффект не заставил долго себя ждать, зелье эльфа работало быстро, но плохо. Головная боль становилась намного более терпимой, если сравнивать с тем, что было с самого начала, но никогда не проходила до конца. Как только Кристиана настигали сны с этой Амандой, боль возвращалась с новой силой, словно озлобленной на то, что ее посмели ослабить.

Почувствовав облегчение благодаря избавлению от приступа мигрени, Кристиан вздохнул и поднял взгляд к потолку своей комнаты, в голове прогоняя картины из сна. Он чувствовал небольшое удивление и разочарование, увидев фотографию в доме Лукаса Кристиан начал думать, что ему снилась Кира, к тому же она была связана с Тенью, но сегодня у силуэта девушки из снов появилось имя Аманда и Оссхаерт не мог не признать, как сильно различаются эти образы. Даже если не брать в расчет, как выяснилось, фальшивое безумие Киры они были очень разными. В тех редких случаях, когда Кристиан, казалось, видел Императрицу без маски сумасшедшей, она никогда не выглядела такой живой как Аманда. Если на ее лице не играла жуткая улыбка оно становилось безэмоциональным, настолько что могло показаться мертвым. Аманда была совершенно другой. Во всех снах на ее лице было видно озорство и счастье, она словно источала жизнь, от нее исходило невероятное количество энергии, которую окружающие впитывали будто капли воды в пустыне. И аура ее была великолепна, в то время как у других она выглядела как дымка или большой мыльный пузырь, у Аманды за спиной были огромные черные крылья. Кристиан никогда в жизни ни в прошлой, ни в настоящей не видел такого. В последнее время Аманда основательно поселилась у него в мыслях, заставляя ломать голову. Кто же такая эта девушка Аманда, и как она связана с ним?

Кристиан поднялся с кровати и бросил краткий взгляд в окно. Полная луна освещала на половину спящий город, покрывая холодным светом черепичные крыши. Пока ночные существа бодрствовали, бродя по улицам, другие забывались сладким сном. Кристиан тоже хотел бы получить такую возможность. Он тяжело вздохнул и, проведя рукой по волосам, покинул свои покои. Кристиан бесцельно бродил по коридорам замка, в надежде отыскать сон, который после пробуждения не хотел идти к нему, даже несмотря на усталость, оставшуюся после приступа головной боли. Пытаясь ни на чем не концентрироваться, Кристиан быстро пропускал появлявшиеся мысли. Он даже не обращал внимания на путь, которым идет, поэтому был слегка удивлен, когда обнаружил себя перед стеной в катакомбах. Перед той за которой был спрятан древний магический круг. По своей формуле он напомнил Кристиану круг телепортации, но многие символы были ему не знакомы, так что он не мог быть уверен. Судя по докладу Эдварда, круг был достаточно древним чтобы тягаться по возрасту с владыкой драконов, а также он не работал. Возможно, он был слишком старым, из-за чего некоторые элементы повредились, или же для его работы были необходимы какие-то особые условия.

Кристиан помедлил пару секунд перед стеной, прежде чем положить ладонь на место прохода, убеждаясь, что тайная дверь не закрылась. Когда рука прошла сквозь камни Оссхаерт шагнул следом. Комната осталась прежней, разве что цветов стало больше, а прямо по середине круга сидела черная лиса. Кристиан уже даже не удивился, увидев ее. Пока он стоял за спиной у него было ощущение что может встретить ее.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Кристиан, разумеется, ему не ответили. Тень неподвижно сидела и смотрела своими желтыми глазами на него. Оссхаерт вновь оглядел комнату, питая надежду что он просто что-то упустил и поэтому лиса снова его навестила, но никаких новых деталей он не заметил. Кристиан перевел взгляд на Тень, и испустив тяжелый вздох запустил руку в волосы. Он подошел, ближе ожидая что что-нибудь произойдет, но все было тихо. Тогда Оссхаерт присел на корточки и протянул руку к лисе, ведомый странным ощущением что именно так и нужно сделать, но Тень тут же бросилась на него, сжав челюсти на его запястье. Укус был достаточно сильным чтобы прокусить бледную кожу и по руке Кристиана тонкой струйкой полилась алая кровь. Он выругался себе под нос и вскочил на ноги зажимая рану, кровь громкими каплями ударилась о пол. Эхо этого тихого звука пронеслось по комнате и магический круг запылал. Часть рун и узоров, что находились в центре засветились золотым светом. Кристиан с удивлением взирал на магические узоры, продолжая сжимать руку. Ничего не происходило, а золотое свечение перестало растекаться по контурам круга, Оссхаерт перевел ошалелый взгляд на лису, что спокойно сидела перед ним. Тень с особым интересом разглядывала очертания круга, не обращая внимания на жертву своего нападения. Прошло не больше десяти секунд как свечение исчезло, оставляя после себя нетронутые контуры заклинания.

– И что это было? – слегка придушенно и язвительно спросил Кристиан. Лиса перевела на него взгляд и дернула ушами. Она внимательно осмотрела его с ног до головы и кивнула, будто что-то отметила для себя и исчезла в дымке. Кристиан раздраженно зарычал и запустил руку в волосы, с удивлением замечая, что кровь остановилась. Он подошел поближе к одному из светящихся цветов чтобы получше разглядеть рану и увидел, что она уже полностью затянулась. Это было удивительно ведь представители нечестивых душ, к которым относился Кристиан, не обладали повышенной регенерацией. Оссхаерт провел кончиками пальцев по едва заметным бледным следам, с легким изумлением разглядывая их.

Отойдя от непонятного транса Кристиан, вновь оглядел магический круг. Он подошел к самому центру и присев на корточки провел пальцами по вырезанному в камне узору. Следов крови не осталось, а значит круг работал на поглощении врожденной маны, взгляд Кристиана еще раз прошелся по рунам и словам на древнем языке, но он не обнаружил элементов, указывающих на какие-либо обязательные условия активации. Подумав об этом еще немного, Кристиан поднялся на ноги и пошарил по карманам, не найдя телефон он еще раз пробежался глазами по надписям на круге. Позже он посмотрит значение слов на древнем языке и вернется сюда, но сейчас Оссхаерт хотел поскорее убраться из этого места из-за гнетущего чувства что за ним кто-то наблюдает. В глубине души он надеялся, что это лиса Императрицы следит за ним сидя в одной из густых теней помещения, но интуиция подсказывала что он ошибается и Кристиан был уверен, что не хочет узнавать верный ответ.

К глубочайшему сожалению Кристиана, сбежать от этого ощущения ему не удалось. Весь следующий день он ощущал, что рядом с ним постоянно кто-то находиться. Это невыносимо мешало сосредоточиться на поставленных задачах, что несомненно действовало Императору на нервы. Куда бы он не шел ощущение не покидало его, будь он в кабинете или в своей спальне. К Императору пару раз заходила Екатерина с докладами об организации церквей и своим фирменным варевом, но, когда Кристиан спросил не чувствует ли она чьего-то присутствия, получил в ответ недоуменный взгляд и отрицательный взмах головой, так еще и вопрос не умирает ли он в придачу.

Если бы за его спиной и правда стояла смерть, он бы чувствовал, как веет холодом или как по спине бегут мурашки, но ничего из этого не было. На удивление он чувствовал лишь слабое тепло и подрагивание воздуха, это больше ощущалось как будто у него кто-то над душой стоит. Такое присутствие не было пугающим и не несло угрозы, но сильно действовало на нервы, выматывая Императора не хуже бессонных ночей.

Не имея возможности сконцентрироваться на обязанностях Императора Кристиан направился в Императорскую библиотеку, которая занимала почти всю территорию северного крыла замка. Помещение было разделено на два этажа и а множество книжных стеллажей уходило далеко в глубь. Первый этаж был обустроен под читательский зал с мягкими диванчиками и дубовыми столами, вдоль его стен также располагались полки с книгами. Весь второй этаж был уставлен книжными шкафами. Все помещение было хорошо освещено мягким светом магических свечей, что никогда не гаснут и безопасны для книг. Стены молочного цвета на выступах были украшены позолотой и барельефами, и резко контрастировали с мебелью из темного дерева. Потолок был покрыт яркой фреской с изображением богинь: Весты, Маат, Минервы и Афины-Паллады. В древности, задолго до начала эпохи Люциферов эти богини почитались у людей как божества дарующие знания, им поклонялись и строили храмы. Когда люди признали многобожье ересью против истинного бога, они покинули человеческий мир и забрали свои благословения. Несколько тысячелетий люд земной не признавал других богов за исключением трех основных, но это изменилось, когда Люциферы заявили о своем существовании и правах на мир. Они стали проводниками между мирами богов и людей, а также донесли до людей знание о богах. Мышление людей тяжело принимало истину о том, что их слепая вера в единство бога была необоснованна и что божество создавшее миры людей было мертво, но со временем они вновь начали почитать всех богов, вернув благосклонность многих из них.

Кристиан поднялся по деревянной боковой лестнице на второй этаж и пробежался глазами по названиям книжных отделов. Благодаря тому что в библиотеке использовался систематический каталог он быстро нашел раздел с информацией о древних языках. Кристиан водил пальцами по кожаным корешкам, вытягивая с полок едва ли не каждую вторую книгу. Собрав огромную стопку чтива, он спустился вниз и с грохотом поставил все книги на резной стол. Это действие заставило подняться в воздух старый слой пыли, что привело к тому, что Кристиан чихнул. В следующий миг вокруг него поднялся легкий, теплый ветерок, а чужое присутствие стало еще ощутимее, заставив Кристиана вздрогнуть и судорожно оглядеться. Библиотека по-прежнему была пуста и беззвучна. На короткую секунду ему показалось что он услышал тихое, но звонкое хихиканье.

– Это уже даже не смешно – в пустоту помещения прошептал нахмурившийся Кристиан. Ответа не последовало, но ощущение присутствия ослабло достаточно чтобы перестать действовать на нервы и позволить сконцентрироваться на взятых книгах.

Вплоть до поздней ночи Кристиан просидел, зарывшись в древних книгах и пытаясь отыскать перевод фраз, вырезанных в катакомбах. Эти несколько часов почти ничего не дали, за исключением затекшей спины и усталости. Оссхаерту удалось найти значение только пары слов, что были абсолютно не связаны между собой и не давали пищи для дальнейших размышлений. Кровь, рубин и райские сады, это все что смог перевести Император, остальные слова как узнал Кристиан были написаны на древнеангельском и не могли быть переведены, ведь этот язык использовался еще до появления людских измерений, следовательно записей которые помогли бы перевести их не осталось.

Глава 8.

В воздухе витал затхлый запах пыли и чернил, разбавленный легким ароматом кофе и цветочного чая. В окна пробивались редкие лучи вечернего солнца, пятнами освещая книжные шкафы. Они были в весьма плачевном состоянии, во многих местах виднелись трещины, а дальние от входа стеллажи в некоторых местах вовсе были покрыты плесенью. За библиотекой академии следили из рук вон плохо, исключением разве что являлся отдел религиозной литературы. Такое отношение к книгам вызывало у Аманды раздраженные вздохи, каждый раз когда она находила новый очаг плесени, и закатывание глаз при виде безответственного библиотекаря. Изредка при спорах с ответственным за сохранность обители знаний, она цокала языком, вызывая крохотную улыбку на губах Кристиана. Он считал забавным, что девушка, часто скрывающая свое раздражение за дружелюбной улыбкой, открыто показывала свою неприязнь к простому библиотекарю.

Вокруг была тишина, прерываемая шелестом бумаги, когда Аманда или Кристиан перелистывали страницы. Девушка была полностью поглощена чтением, пока Кристиан по большей части был увлечен рассматриванием своей одноклассницы. Аманда Роузен не отрывала взгляда от очередной книги по истории древних, лишь изредка потрагивая руку к чашке с ароматным чаем. Она сидела на стуле, притянув к себе ноги, и как и Кристиан была одета в форму академии. Ее черные волосы были собраны в аккуратный высокий хвост, вид которого портила только выбивающаяся из общего направления челка. Возле ее стула были оставлены резные ножны, в которых находился извечный спутник и личный меч Аманды.

Роузен перевернула очередную страницу и подняла взор аметистовых глаз, встречаясь со взглядом Кристиана. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, после чего Аманда по птичьи наклонила голову, будто задавая вопрос, но Кристиан лишь покачал головой посылая такой же, как и вопрос немой ответ и потянулся за своим кофе. Роузен пожала плечами и вернулась к чтению, не желая прерывать комфортную тишину. Это могло бы сойти ей с рук если бы Кристиан не подал наконец свой голос.

– Можно задать вопрос?

– Это уже вопрос, но у меня сегодня хорошее настроение так что можешь спрашивать, – ответила с легкой усмешкой Аманда, не отрываясь от чтения.

– Что ты думаешь об Эдварде? – лицо девушки скривилось не дольше чем на секунду, прежде чем обрести спокойное выражение, но этого было достаточно чтобы Кристиан смог понять ответ.

– У меня есть подозрение что это не совсем тот вопрос, который ты хотел задать.

– Верно, – он на несколько секунд замолчал, разглядывая реакцию Аманды. – Эдвард и Екатерина, что ты думаешь на счет их отношений?

– Думаю, что это не мое дело, – она спокойно перевернула еще одну страницу, хотя Кристиану показалось что при этом вопросе у нее дернулся глаз.

– Как по мне это плохая идея. – Аманда наконец-то подняла на него взгляд, не выражающий ничего. – Эдвард заносчивый идиот, он только испортит твою дорогую подружку. Екатерина святая, в буквальном смысле этого слова, она должна найти себе кого-нибудь получше – глаза Аманды наполнились насмешкой.

– Ты так говоришь только потому, что тебя обидела его бывшая девушка, – на это заявление Кристиан цыкнул и отвернулся, что заставило Роузен тихо хихикнуть. На некоторое время повисла тишина, прежде чем Аманда продолжила – Возможно они и не идеальная пара, но Екатерина счастлива с ним, и я уверена в будущем будет также. Хотя я не отрицаю что Эдвард мне все еще не нравиться.

Кристиан взглянул на Аманду, ее лицо стало задумчивым и немного холодным. Он знал, что она недолюбливает Веверна, ведь на то были причины, но Кристиан был уверен, что она Роузен будет против его отношений со своей лучшей подругой. Учитывая все что пришлось перенести Екатерине и самой Аманде по вине Эдварда, она имела полное право хотя бы высказаться, и возможно накричать на Уайт за ее опрометчивость, но она этого не сделала. Поэтому Кристиан был слегка удивлен ее смирением, ведь обычно она реагировала более активно.

– Как думаешь что они будут делать если Лесли взбеситься? – спросил Кристиан, вновь наблюдая как кривятся губы Аманды. Она молчала пока откладывала книгу и брала в руки чашку с янтарным напитком.

– С этим я помогу им разобраться.

– А с семьей Эдварда? – Кристиан думал, что Аманда не станет отвечать на этот вопрос и оставит весь этот разговор, но вопреки его ожиданиям она усмехнулась, и отпила чай, в попытке спрятать улыбку.

– С этим тоже, – Кристиан недоверчиво на нее посмотрел, явно давая понять, что сомневается в такой возможности, но она лишь шире улыбнулась. – Считай, что у меня есть связи, которые помогут сделать так что никто из Вевернов не сможет помешать их отношениям.

Оссхаерт кивнул и на этом их диалог был закончен. Аманда вновь вернулась к своей книге, а Кристиан занялся любованием пейзажами, что казались разноцветными из-за витражей на окнах. Их окутывала тишина, которая стала уже их постоянным спутником, и в которой было так легко затеряться во времени. Красное солнце медленно таяло за горизонтом, оставляя все больше и больше книжных стеллажей в густой тени, пока его лучи вовсе не покинули библиотеку. Тьма окутывала тонким покрывалом, даря спокойствие и мешая разбирать буквы на бумаге, но когда Кристиан оглядел Аманду она читала, кажется, даже не обращая внимания на то, что стало слишком темно для этого занятия. Несмотря на то, что у нее, как и у Кристиана было хорошо развито ночное зрение, он был уверен, что читать при таком освещении все же было проблематично, учитывая как Аманда едва заметно жмурилась. Но эта девушка была слишком уперта чтобы сходить за свечами, поэтому Кристиан решил, что отвлечь ее было хорошей идеей.

– А что на счет тебя? – Аманда резко вскинула голову и в замешательстве посмотрела на своего собеседника. Ее взгляд обрел некую задумчивость, словно она пыталась осознать не прослушала ли она часть разговора, и это определенно позабавило Кристиана.

– Что на счет меня? – слегка неуверенно спросила Аманда.

– Екатерина на три года младше тебя, не думаешь что тебе тоже пора начать встречаться с кем-нибудь, – она явно была удивлена таким вопросом, если судить по тому как расширились ее глаза. Аманда молчала несколько минут молчала, после чего нахмурила брови.

– Неет, – с легкой вопросительной интонацией произнесла она. – Да и с чего бы, мне и одной хорошо. К чему вообще такой вопрос? – она закрыла свою книгу, а Кристиан пожал плечами.

– Просто интересно стало, тебе уже девятнадцать, в этом возрасте девушки часто встречают свои вторые половинки. Тем более на тебя нередко засматриваются парни с академии – с легкой издевкой сказал Кристиан, более чем уверенный что Аманда не замечает интереса противоположного пола в свою сторону.

– Я тебя сейчас ударю, – грозно ответила Роузен, не пытаясь ничего отрицать, но и подтверждать тоже. Она тяжело вздохнула после чего более спокойно взглянула на своего друга.

– Предположим, что ты прав, и кого же мне стоит выбрать по твоему мнению, – она опустила ноги на пол и облокотилась локтями на стол, говоря притворно сладким голосом. Кристиан повторил ее движение, перегибаясь через стол.

– Да хотя бы Николаса, – Аманда посмотрела на него как на сумасшедшего, чем вызвала тихий смех Кристиана. Хоть отношения между Амандой и Ником можно было назвать относительно теплыми, это явно был перебор.

– Ты это сейчас серьезно? – обманчиво спокойным голосом спросила она, а когда получила вполне серьезный взгляд со стороны Кристиана, злобно зашипела. – Ты не мог не заметить, как сильно он действует на нервы.

– Но при этом ты все еще считаешь его своим лучшим другом, – насмешливо ответил Кристиан.

– Вот именно, – твердо сказала Аманда, после чего на минуту замолчала вглядываясь в глаза Оссхаерта. Словно найдя там то, что искала, она хитро оглядела лицо Кристиана. Уголок ее губ дернулся в таинственной усмешке. – Хотя знаешь, возможно, ты прав. Не зря же он в детстве он предлагал мне выйти за него замуж.

Настала очередь Кристиана удивляться. Все что он хотел это безобидно подшутить над подругой, а не подталкивать ее к размышлениям об отношениях с их общим другом. Если говорить откровенно он был против такой перспективы, и это было вовсе не из-за щемящего чувства в груди, которое заставило его нахмуриться. Уловив эмоцию недовольства на лице Кристиана, Аманда заливисто рассмеялась, нарушая неприкосновенную тишину академии. Таким поведением она вызвала у вопросительный взгляд у своего друга, после чего Аманда кротко улыбнулась и придвинулась ближе.

– Ревность очень плохая эмоция Кристи, – заговорщически прошептала она, вызывая выражение похожее на отвращение на его лице.

– Я говорил не называть меня так, – злобным шепотом ответил Кристиан, стараясь не концентрироваться на том, что его уличили на беспочвенной ревности. Аманда улыбалась так, словно ее вообще не волновала зловещая интонация в голосе друга. И эта улыбка обезоружила Кристиана, заставляя не отрывать взгляда и задумываться о том, о чем он наверняка пожалеет позже.

– А если вместо Николаса буду я? – на грани слышимости произнес Оссхаерт, боясь говорить слишком громко. Радостная улыбка в миг слетела с лица Аманды, сменившись на секунду замешательством, а затем чем-то жестоким.

– Нет, – резко прозвучал ответ, Кристиан собирался сказать что-то еще, возможно отшутиться, возможно что-то объяснить, но его прервал такой же категоричный отказ, после чего Аманда поднялась из-за стола и забрав, с него пару книг, быстро ушла прочь, ни разу не обернувшись и оставляя Кристиана наедине со своими мыслями.

Глава 9.

Кристиан резко сел в своей кровати, сразу же сгибаясь пополам и хватаясь руками за голову. Она раскалывалась. Казалось, будто ее поместили между молотом и наковальней. В висках сильно пульсировало. Все тело нещадно горело. Кристиану показалось что его кожа вот-вот расплавиться и стечет с костей подобно лаве. От него останется только обугленный скелет. В ушах стоял шум, изредка прерываемый чьим-то голосом. Кристиан отчетливо слышал только неровный стук своего сердца. Оно билось так сильно, будто стремилось пробить ребра. Оссхаерт попытался раскрыть крепко зажмуренные глаза. Перед ними все плыло, а голова начала кружиться. Он понял, что задыхается. Кристиан раскрыл рот, но не успел сделать полного вдоха. Стоило холодному воздуху попасть в легкие, Кристиан зашелся надрывным кашлем. Таким сильным, что заболели ребра. Казалось, еще чуть-чуть и он просто выкашляет свои внутренности. Воздуха не хватало. Все тело ломило.

Сквозь пелену боли Кристиан начал ощущать на себе чьи-то руки. Он попытался вырваться, но тело было слишком слабо. Сознание безвольно накрыли воспоминания. О заброшенной больнице. О безумных врачах. О множестве рук на обессиленном теле. Прерывистое, поверхностное дыхание остановилось вовсе. Кристиана накрыло давно позабытое чувство паники и беспомощности. Тело трясло как от лихорадки. Но все это прекратилось в одну секунду. Кристиан ощутил, как на его волосы легла прохладная рука. Она поглаживала и охлаждала жар, который сжигал Кристиана всего пару секунд назад. Это так сильно удивило его, что тело само замерло. Боль совсем немного стихла, но этого хватило чтобы прервать шум в ушах.

– Кристиан! – в который раз крикнула Екатерина. Оссхаерт поднял на нее свой удивленный взгляд. Лицо святой было залито слезами, она в панике смотрела на своего друга и крепко сжимала его плечи. Кристиан сделал осторожный вздох, и с удовольствием понял, что его не накрыл новый приступ кашля. Он огляделся. Они все еще находились в его покоях, но помимо Екатерины там были еще Эдвард и придворный лекарь. Пожилой мужчина с запутанной бородой и круглыми очками, неотрывно следил за Императором. Одна его рука лежала прямо над сердцем Кристиана и слабо светилась зеленым светом, свойственным исцеляющей магии, вторая сжимала какой-то камень, похожий на аквамарин. Эдвард стоял у двери со скрещенными руками, он хмурился, не отводя взгляда от своего друга. Насупленные брови и постукивание ноги, с головой выдавало его беспокойство. Ощущение руки в волосах пропало. Никто из присутствующих не прикасался к его голове.

– Что… – голос Кристиана сорвался и он попытался снова. – Что случилось? – голос звучал хрипло, будто он непрерывно кричал всю ночь. Несколько секунд все молчали, потом Екатерина еще раз оглядела Кристиана обеспокоенным взглядом и с едва заметным облегчением вздохнула. Она вытерла свои слезы, которые не хотели останавливаться и шмыгнула носом.

– Ты четыре дня не просыпался, мы пытались тебя разбудить, но ничего не получалось. Сегодня утром у тебя поднялась высокая температура, – Екатерина снова всхлипнула, а слезы потекли с новой силой от неприятных воспоминаний. – Тебя всего трясло, но ты не просыпался и только хрипел от боли.

Четыре дня? В голову Кристиана никак не укладывалось, как такое могло произойти. Вспоминая свой сон, он понимал, что послужило причиной сильной головной боли, но, чтобы он провел несколько дней в бессознательном состоянии? Такого еще ни разу не происходило, даже если Кристиану снились сны с Амандой последствия никогда не были такими серьезными. Так почему сейчас?

– Ваше Величество, – обратился к нему лекарь, заметив его замешательство. – Это вполне нормальное явление при резкой трансформации маны.

Кристиан перевел на него удивленный взгляд. Трансформация маны? У него? Оссхаерту захотелось рассмеяться на это, что он и сделал.

– У меня не может быть никакой трансформации, – уже серьезно произнес он. – У нечестивых душ мана не изменяется, особенно в моем возрасте.

– Так и есть, но вы абсолютно точно являетесь исключением, Ваше Величество. Когда вы приходили ко мне с жалобой на головную боль природа вашей маны была другой. Как нечестивая душа вы черпали силу от связанного с вами демона Оссхаерта, но сейчас мана в вашем теле имеет более природный характер. Похоже, что недавно на вас подействовал какой-то импульс, который привел к резкому изменению маны.

Импульс. При этом слове, у Кристиана перед глазами появилась комната из катакомб, с огромным древним кругом и лисой бывшей Императрицы. В комнате дрогнул воздух, будто появился сквозняк, и Оссхаерт вспомнил о чувстве будто рядом с ним кто-то находиться. Прислушавшись к своим ощущениям, он осознал, что до сих пор замечает чужое присутствие. Это было сложно, учитывая всех присутствующих в комнате, но Кристиан ясно ощущал на себе пристальный взгляд, хотя на него не смотрели.

Придворный лекарь переводил взгляд с Екатерины на Эдварда и обратно, будто обращался к ним, а не Императору, пока они с удивлением смотрели на него. Видимо друзья Кристиана тоже впервые слышали о причине его плачевного состояния. Оссхаерт перевел взгляд в дальний угол комнаты, воздух подрагивал и искажал свет. Там словно сливались холодные и горячие потоки воздуха, и Кристиан был уверен, что пристально смотрели на него именно оттуда. К его удивлению сейчас чужое присутствие не ощущалось таким напрягающим как было раньше. Теперь оно дарило спокойствие и чувство защищенности. Еще несколько дней назад Кристиан был уверен, что давно не нуждается в защите, но… Сейчас, после нагнавших его внутренних демонов, которых он думается похоронил еще в прошлой жизни, он ощущал сильную потребность в этом спокойствии. Потрясение от настигнувшего его давнего кошмара было столь сильно что он мог бы потонуть в своем страхе, если бы не отрезвляющее ощущение чужой руки в волосах и присутствие мнимого наблюдателя.

– К чему может привести трансформация маны? – привлекая к себе внимание, серьезно спросил Эдвард.

– По сути своей трансформация это переход на новый уровень магических способностей. Проще говоря, Император Кристиан становится сильнее. А температура и другие физические недуги, неизменные спутники трансформации, – лекарь перевел взгляд на Кристиана. – Но можете не волноваться Ваше Величество, это продлиться еще не больше трех дней, так как основные изменения произошли пока вы спали.

Кристиан кивнул, все еще не до конца уверенный в словах лекаря. На самом деле он доверял врачу что занимался лечением последних трех поколений Люциферов, но было сложно поверить в то, что его магия претерпевает какие-либо изменения. По ощущениям Кристиан стал только слабее и истощеннее, но это могло и подождать.

Внезапно осознание буквально ударило в голову. Четыре дня! Он провалялся без сознания целых четыре дня, а кто же в это время выполнял его обязанности Императора? Кристиан посмотрел в окно, солнечный диск уже закатывался за горизонт, а значит сегодня он уже не успеет выполнить и части накопившихся за это время дел. Он застонал и пустил руку в волосы, уже представляя сколько работы ему предстоит сделать в кротчайшие сроки. А он ведь почти закончил разбирать скопившиеся документы. Почему-то Кристиан был уверен, что в этот раз стопки бумаг будут даже выше.

– Что-нибудь серьезное происходило пока я был без сознания? – спросил он, всей душой надеясь, что за несколько дней в Империи не успели поднять восстание или того хуже вновь разозлить драконов.

– Эм… Да, все хорошо, так что ты можешь отдохнуть несколько дней, – слишком быстро протараторила Екатерина, вызывая у Кристиана сомнения. Он внимательно вгляделся в ее лицо, но наткнулся только на дежурную улыбку. Лицо Эдварда тоже было вполне спокойным, и только глаза доктора забегали между святой и командиром гвардии.

– Что произошло? – твердо произнес Кристиан. Улыбка Екатерины едва заметно дрогнула, а взгляд стал менее уверенным.

– Ничего настолько серьезного что бы не могло подождать, пока ты поправишься.

– С этим я согласен, Ваше Величество. Вам не стоит сейчас напрягаться, – сказал лекарь. – Я бы посоветовал вам еще поспать, во сне преобразование маны проходит проще.

Кристиан собирался возразить, что не нуждается больше в отдыхе, но даже несмотря на несколько дней беспрерывного сна, его прервал зевок. Обратив внимание на свое состояние, он понял, что все еще сильно уставший и был бы не против проспать еще несколько часов. Кристиан ощутил, как колыхнулись пряди его волос от сквозняка в закрытом помещении и как слипаются глаза. Он лег обратно на кровать в легком сомнении. Кристиану не хотелось вновь видеть странные сны с загадочной девушкой, но усталость упрямо брала свое. Ему даже не хватило сил чтобы приказать присутствующим покинуть комнату, или просто что-нибудь им ответить. Единственное что он успел, прежде чем погрузиться в сон, это снова почувствовать на своих волосах легкое прикосновение и услышать хриплый шепот.

– Прости… – произнес призрачный шепот, в котором слышалась глубокая печаль. – Что свалила все это на тебя.

Впервые за долгое время Кристиану ничего не снилось, хотя он был уверен, что будет мучиться от кошмаров. Спокойный сон принес с собой долгожданную энергию которой так не хватало Императору и ясность мыслей. Открыв глаза, он первым делом посмотрел в окно, яркое солнце пряталось за густыми облаками, поэтому было сложно определить сколько на этот раз длился сон Оссхаерта.

Он сел на кровати и огляделся в поисках своего телефона, и с удивлением отметил изменения в ощущении собственной маны. Темная демоническая энергия, что всю жизнь текла в его венах стала еще гуще, но больше его поразило другое. На правом предплечье появились золотые отметины, своей формой они напоминали терновые кусты, за которыми скрывался герб Люциферов. От внезапно появившейся татуировки по телу растекалась божественная энергия, которую Кристиан часто ощущал от Екатерины. Божественное тепло сливалось с ледяной тьмой, и эта смесь вызывала мурашки на коже, будто электрический импульс прокатывался по телу.

Кристиан пару раз вздохнул, унимая охватившее его удивление, и кончиками пальцев провел по татуировке. Она отозвалась слабым сиянием и новой волной светлой энергии.

В противовес теплым ощущениям, перед глазами Императора всплыла отнюдь не прекрасная картина. Кристиан увидел разоренную деревню. Он в панике огляделся. Небольшое поселение было безжизненно. В домах не горел свет, а на улицах сплошь и рядом лежали тела мертвецов. Всего в паре шагов от Императора лежала бездыханная женщина. На ее лице застыл ничем не прикрытый ужас. Остекленевшие глаза уставились в темное небо. Земля под ней пропиталась алой кровью. Рваная рана на груди давно перестала кровоточить. Кристиан еще раз огляделся, тело непроизвольно напряглось. Кулаки сжались до побеления костяшек, а лицо исказила гримаса гнева. Кто посмел свершить такое? – задавался вопросом Кристиан. Поблизости не было ни души. Внимание Оссхаерта привлекли тела. Девушка рядом с ним определенно была убита мечем, но все остальные выглядели так будто их разорвали звери. То там, то здесь были разбросаны куски плоти. На телах виднелись разодранные раны от когтей, а земля, пропитанная кровью, была усеяна огромными звериными следами.

За спиной Кристиан услышал треск и низкое утробное рычание. Вздрогнув, он резко обернулся. Из-за дома вышел мужчина. Свободная рубаха была покрыта кровью, в руках он крутил меч. У него были коротко остриженные волосы и широкие плечи. Его лицо было раздраженным, он что-то бормотал себе под нос. Мужчина оглядывал деревню, будто что-то выискивал. Пару раз его взгляд пробежался по месту, где стоял Кристиана, но он его словно не видел. Раздалось еще одно рычание. Из-за дома, где был мужчина вышел демонический зверь. Чудовище размером с дом, покрутило головой. Впадины вместо глаз сочились черным дымом, они выискивали очередную жертву, не замечая Кристиана и мужчины.

Оссхаерта разрывала злость, он хотел разорвать чудовище что сотворило такое с жителями этой деревни. Он избавил Империю от Киры не для того, чтобы ее разорял кто-то другой, но у него даже не было оружия.

– Кто ты такой? – через зубы громко сказал Кристиан, но ему не ответили. Ни мужчина, ни зверь вообще никак не отреагировали, будто его и нет здесь вовсе. Оссхаерт вспомнил, что сюда его привела татуировка. Он взглянул на свои руки и с удивлением осознал, что они едва видны. Судя по всему, он и правда не находился в этой деревне, возможно, переместилось только сознание. Но почему?

Зверь с черной шкурой, расплывавшейся в пространстве, прошел вперед. Он просто прошел мимо мужчины, вызывая небольшое замешательство у Кристиана, насколько он знал звери убивают каждого кого встречают на своем пути. Так почему зверь просто проигнорировал мужчину и пошел дальше? Идя вперед, зверь не обращал внимания на то, как хрустят кости мертвецов под его массивными лапами, зато это замечал Кристиан. Не осознавая того, он издал глухое рычание. Гнев растекался по телу подобно лаве, а аура нечестивой души холодным туманом стелилась по земле. Внезапно мужчина резко повернулся в сторону Кристиана, его лицо расколола противная ухмылка. Его глаза не концентрировались на Оссхаерте, мужчина его попросту не видел, но явно чувствовал. Демонический зверь все еще не реагировал, зато мужчина казалось был готов расхохотаться.

Кристиан собирался подойти к нему, но всего раз, моргнув он перестал видеть деревню. Он вновь оказался в своих покоях во дворце, все так же, как было до странного видения. По телу все еще растекалась волны энергии, расходящейся от татуировки, а грудь согревало что-то горячее. Оссхаерт заглянул под рубашку и увидел на шее подвеску. Золотая цепочка и темно красный камень… Именно эта подвеска была у Аманды, когда они болтали на крыше, и которой не было в последнем сне. Кристиан собирался снять, взявшийся непонятно откуда кулон, но его отвлекли голоса за стеной. Кристиан встал с кровати и приблизился к двери.

– Император не может сейчас выслушать вас, – сказала Екатерина, ее голос звучал напряженно.

– Это дело не терпит отлагательств, – грозно ответил какой-то мужчина. Скорее всего это был Шон, ответственный за доклады Императору и глава информационной гильдии.

– Вам стоит уйти. Мы пригласим вас, когда Император Кристиан будет готов принять вас – на этот раз это был Эдвард.

– Демонические звери… – воскликнул Шон, но не успел продолжить как Кристиан распахнул дверь и сбил его с мысли.

– Что со зверями? – сурово спросил Император. Не дай богиня чтобы трагедия в видении Кристиана произошла на самом деле.

– Ваше Величество, – в легком замешательстве пролепетал долговязый мужчина. Шон колебался. Несколько секунд он не решался отвечать, но не обращая внимания на отрицательные взмахи головой Эдварда и Екатерины, он собрался и уверенно взглянул в глаза Императора.

– В последние месяцы было замечено что демонические звери стали более активными. Время от времени такой рост активности вполне естественен, поэтому не было нужды докладывать об этом, но… За последние несколько дней звери разорили больше пяти поселений в лесу жизни, а еще они стали сбиваться в стаи.

На секунду, или две Кристиан потерял дар речи. Это были до невероятного ужасные новости. Они вполне могли встать на ровне с конфликтом с драконами. После нападений драконов, прибрежные деревни быстро восстанавливались, только потому что почти всем удавалось спастись, но в случае с демоническими зверями… Погибали все, точно также как было в ведении Кристиана. Он нахмурился, прокручивая в голове все увиденные картины. Его внимание зацепилось за внешний вид мертвой женщины.

– Что насчет поселения темных эльфов у северного корня Иггдрасиля? – спросил он, моля богов о том, чтобы он ошибался. К его разочарованию Шон выглядел удивленным всего секунду, он опустил глаза, а взгляд его наполнило сожаление. Такое сильное словно он сам был виноват в гибели такого количества существ.

– Пару часов назад доложили, что стая зверей полностью уничтожила деревню. Никто не спасся, – под конец фразы голос мужчины сошел на нет. В коридоре повисло молчание.

– А что с мужчиной? – не унимался Кристиан, крепче сжимая кулаки.

– Каким мужчиной? – непонимающе спросил Шон.

– Которого звери не тронули, – раздражение все больше разрасталось в груди Кристиана.

– Не было никакого мужчины, все в деревне мертвы, – немного неуверенно ответил мужчина.

На пару минут повисла тишина. Кристиан обдумывал что делать дальше, пока Екатерина и Эдвард с беспокойством оглядывали его. Император не выполнял свои обязанности всего четыре дня, но за это время успела появиться угроза всемирного масштаба.

– Насколько большие стаи успели обнаружить? – наконец-то произнес Кристиан.

– Самая многочисленная включала в себя пять зверей.

– Понятно… Собери отряд из двадцати лучших солдат гвардии, попытайся завербовать кого-то из учеников Люциферов, – обратился к Эдварду Император. – А ты можешь быть свободен Шон.

– Что?! – воскликнула Екатерина. – Нет! Ты же не собираешься устраивать охоту на демонических зверей? – она схватила Кристиана за руку. Широко распахнутые глаза с ужасом взирали на друга. Между ними повисла угнетающая тишина, в которой Шон предпочел долго не оставаться и ретировался. Оссхаерт молчал, не решаясь отвечать девушке, он понимал, чего она так боится, но не мог просто оставить все как есть.

– Нет, пожалуйста… – на грани шепота произнесла Екатерина, переводя взгляд с друга на мужа и обратно. – Вы же понимаете, насколько демонические звери опасны? Думаете Люциферы просто так не позволяли никому охотиться на них?

– А у нас есть выбор? – спокойно спросил Кристиан, Екатерина не ответила – ты и сама прекрасно понимаешь, именно, потому что они опасны мы не можем позволить им становиться сильнее.

– Милая ты можешь в этом не участвовать, – попытался успокоить свою жену Эдвард, но стало только хуже. По щекам Екатерины побежали слезы, которые она упорно старалась стереть. Ее губы скривились в отвращении, она всегда ненавидела, то, как легко довести ее до слез. Она прикрыла лицо руками и пару раз глубоко вздохнула.

– Я и не собиралась принимать участие в вашей безумной затее, – грубо произнесла она, в попытке скрыть свою слабость. Екатерина убрала руки от покрасневшего лица и грозно взглянула на своих близких – я благословлю ваше оружие чтобы было проще убивать зверей, но только попробуйте умереть и я вас в порошок сотру.

– Как скажешь, – в один голос ответили Эдвард и Кристиан, не желая спорить с таким заявлением. Это немного разрядило обстановку хотя оба парня были уверены, что слова Екатерины не являлись шуткой.

Эдвард слегка улыбнулся и ушел, бросив напоследок что соберет отряд солдат как можно скорее. Возможно, этот вампир часто раздражающий, но Кристиан был благодарен ему за то, как он ответственно относится к своей работе.

Екатерина повела его обратно в спальню. Хоть Кристиан и выглядел намного лучше, она все равно сказала, что он должен оставаться в постели пока есть возможность. Оссхаерт не особо сопротивлялся этому, ему было необходимо какое-то время побыть в тишине и спокойствии. Из-за суматохи и работы у него совершенно не было времени обдумать что с ним происходило. Странные реалистичные сны, проблемы со здоровьем, а теперь еще и трансформация маны. Он хотел просто посидеть со своими мыслями.

– А это еще что такое? – вдруг спросила Екатерина, хватаясь за правую руку Кристиана. Она закатала рукав рубашки, скрывающий до этого золотые линии, и с удивлением стала осматривать их.

– Вообще-то я надеялся, что это ты мне объяснишь. От этой штуки исходит сильная божественная энергия, разве ты не должна знать, что это? Ты же святая, – сказал Кристиан, сжимая и разжимая пальцы.

– Я первый раз такое вижу, – ответила Екатерина, не отрываясь от татуировки. – По исходящей энергии это похоже на печать богини, но рисунок странный. Это выглядит как печать Люциферов нашего измерения, но я никогда не слышала, чтобы они были золотыми, а тем более располагались не на левом плече.

– После того как это появилось, я увидел деревню темных эльфов, уже после нападения демонических зверей. Я будто находился там и в тоже время нет, в деревне был подозрительный мужчина. Подозреваю что он убил одну из эльфиек. А еще зверь на него не нападал, – Кристиан отвел взгляд от руки и встретился с пораженным взглядом Екатерины.

– Невозможно, – прошептала она. – Ты хоть понимаешь, что это значит? – Кристиан отрицательно покачал головой, с непониманием смотря на подругу.

– Ты обрел связь с миром, – так же тихо сказала она, вводя Оссхаерта в сильное замешательство.

– Не может быть, никто кроме чистокровных Люциферов не может установить связь с миром – на этот довод Екатерина кивнула и вернула взгляд к татуировке.

– Видишь эти лозы терновника, – она дождалась кивка. – Во всех фолиантах, которые сохранились от святой Акиры, терновником изображалось сознание нашего мира. Подобно этим лозам каждое измерение окутывают потоки маны, с их помощью сознание миров общается с Люциферами. Святая Акира писала, что мир будто передает им видение того, чему сам стал свидетелем. Я могу ошибаться, но мне кажется, что именно из-за связи с миром ты смог увидеть деревню эльфов.

– Как такое вообще возможно? – Екатерина пожала плечами. – Я думал, что для образования связи нужно колоссальное количество врожденной маны, такое же как у Люциферов.

– Не думаю, что это так. Прежде всего не у всех Люциферов была связь с миром, так что количество маны не показатель. В одном старом фолианте было написано, что мир связывается с теми, кого он считает достойными. Полагаю раз ты смог занять место Люциферов, то сознание мира посчитало тебя достаточно сильным чтобы связаться с тобой, – Екатерина широко улыбнулась, как часто это делает и провела рукой по золотым завиткам.

– Но зачем миру вообще делать это?

– Думаю мировое сознание признало тебя как нового хранителя равновесия. Изначально мир связался с Люциферами именно из-за создания самой Империи и того, что они должны были беречь спокойствие в мире и баланс сил. Сейчас место Императора занимаешь ты, так что и роль хранителя должно быть тоже, – Кристиан скривился. Он не хотел заниматься чем-то настолько сложным. Управление Империей и без того отнимало слишком много сил, так что брать на себя ответственность за баланс в мире Оссхаерт уж точно не собирался, но он не был уверен, что у него есть выбор. Сознание мира имеет такую же власть, как и Верховная Богиня, а заставить передумать что-то бездушное просто невозможно.

– Тебе нужно поговорить об этом с Лукасом Люцифером, – внезапно сказала Екатерина, заставив Кристиана подавиться воздухом. Он в замешательстве взглянул на подругу – не смотри на меня так. У тебя на руке почти печать Люциферов, он точно знает об этом больше – она ненадолго замолчала, что-то обдумывая. – Тем более что это скорее всего связанно с его дочерью и тем спектаклем что она устроила.

– Считаешь, что в этом замешана Кира? – почему-то при упоминании бывшей Императрицы, выражение лица Екатерины приобрело оттенок грусти. Даже несмотря на то, что она всегда утверждала, что ненавидит Люциферов.

– Не знаю, но поговорить с Лукасом не помешает – она серьезно глянула на друга. – И советую узнать у него что-нибудь что поможет в сражении со зверями. Насколько я знаю он с Императрицей Мирабель ходил на охоту, хотя и не участвовал.

В ответ Кристиан только кивнул, погружаясь в свои мысли. Он был согласен с Екатериной, рано или поздно ему бы пришлось еще раз встретиться с отцом Киры, так что охота на зверей была хорошим предлогом для встречи. Говоря откровенно, Кристиан сомневался, что Лукас так просто ему поможет. Даже если по итогу Оссхаерт так и не убил предыдущую Императрицу, он стал причиной почему Кира пропала и перестала контактировать со своим отцом. По крайней мере так это видел сам Кристиан.

Император все еще не понимал действий Киры. Несмотря на то, что он много часов уделял размышлениям на эту тему, ему так и не удалось понять ее мотивы. Единственное к чему смог прийти Кристиан – это осознание того, что причины на самом деле мало его волнуют. Когда он понял, что Кира Люцифер на самом деле не страдала безумием, а лишь играла неведомую ему роль, волнение на этот счет пропало. В мыслях перестали мелькать вопросы, которые он не мог задать ей, на смену им пришли размышления о делах Империи и других насущных заботах. Всю свою жизнь, как прошлую, так и настоящую, Кристиан не задумываясь доверял Люциферам. Императрицы всегда поступали на благо Империи и ее жителей, даже если из-за этого страдали сами. Если бы Кира не притворялась сумасшедшей Оссхаерт даже не задумался бы о перевороте, он бы сделал все возможное чтобы понять мотивы и принять жестокость как необходимую плату за спокойствие в мире Люциферов. Кристиан ведь и раньше встречался с тем, как иногда жестоко поступали Императрицы, стремясь защитить спокойствие на своих землях, так что он бы смог принять такое. Если бы только Кира не притворялась…

   Сейчас Кристиан был уверен, что за таким поведением Киры стояла какая-то серьезная причина. Он не знает, чего она добивалась своим показным безумием, но прошлое не изменить, по крайней мере ему это не по силам, а значит он просто будет следовать тому куда ведет его эта игра.

Глава 10.

Кристиан постучал в дверь, немного подрагивая от холода, несмотря на плащ с капюшоном. Моросящий дождь был довольно теплым, но его сопровождал пронизывающий ветер, который сдувал все летнее тепло. Империю скоро настигнет осень, а значит такая погода будет все чаще. Лесные существа все чаще будут выбираться из своих домов, чтобы впитать ману водного элемента, а другие, напротив, будут стараться не выходить на улицу дабы не подхватить простуду и сохранить ощущение уюта. Будут сидеть с чашками какао у окна и с неприязнью смотреть на тех, кто осмелился покинуть свой дом.

Помниться Кристиан как-то застал Киру за подобным занятием. Она стояла у окна в своем кабинете, грея руки о бокал со сладким напитком. Ее взгляд неотрывно следил за жителями, которые гуляли по улицам под дождем, в нем не было неприязни, скорее он был непритязательным. И возможно совсем чуточку тоскливым. Это был один из немногих случаев, когда Кристиан видел Киру совершенно нормальной, и то он быстро закончился. Спустя пару секунд Императрица заметила, что находилась в комнате не одна, и нацепила безумную ухмылку. Она тогда будто в шутку обвинила Кристиана в слежке и вернулась к столу с бумагами. Задумываясь об этом сейчас, Император понял, что Кира почти всегда находилась в своем кабинете, когда бы он ее не искал всегда находил ее зарытой в бумаги. Странно что раньше Кристиан не замечал этого.

Дверь резко распахнулась, заставив Оссхаерта вздрогнуть от неожиданности. Из проема на него хмуро смотрел Лукас, пару секунд он сканировал Императора взглядом, прежде чем, не произнося ни слова пройти в глубь дома. Дверь осталась открыта в молчаливом приглашении. Кристиан прошел вслед за Лукасом на кухню, снимая влажный капюшон. Все было почти так же, как и в прошлый визит Императора, разве что из-за отсутствия теплого солнечного света дом казался более холодным и неприветливым. Проходя через гостиную, Кристиан отметил, что на камине больше не было фотографии, он увидел ее на кухонном островке, когда уже сел на высокий стул. Лукас молчал, готовя что-то, пахло это до отвратительного химозно, так что Оссхаерт предположил, что это очередное зелье. Он еще раз огляделся, не желая отвлекать эльфа и тем самым злить его, но передумал и нахмурился.

– А она что тут делает? – обманчиво спокойным голосом спросил Кристиан, пальцем указывая на черную лисицу. Она сидела рядом с Лукасом, но из-за тени, что образовывал угол, Император не смог разглядеть ее раньше. Эльф отложил деревянную поварешку и посмотрел куда указывал парень.

– Полагаю проверяет тебя, – он беззаботно пожал плечами.

– И что это значит?

– А ты как думаешь? – Кристиан раздраженно вздохнул, понимая, что отвечать ему не собираются. Он некоторое время смотрел на лису, пока в голове у него не щелкнуло.

– Кира здесь? – его голос звучал более неуверенно, чем он того хотел. Лукас повернулся к нему, и облокотившись спиной на стол покачал головой. На его лице не было каких-либо эмоций, ни злости, ни грусти, просто ничего.

– Ее вообще нет, – уточнил Лукас.

– Вы говорили, что она жива, – твердо произнес Кристиан, еще сильнее хмурясь.

– Я говорил не так, – прошипел эльф, но раздражение быстро исчезло с его лица. – Но да это так… Строго говоря она жива, но ее нет в нашем измерении.

– Тогда, где она?

– Зачем пришел сюда? – проигнорировал его Лукас. Кристиан злился, но допытываться не стал. Если он сейчас повздорит с эльфом, то рискует вообще не получить ответов. А вопросы есть и поважнее чем нынешнее местонахождение бывшей Императрицы. Кристиан стянул с себя плащ и закатал рукав, обнажая недавно появившуюся татуировку. Как только он это сделал Тень перепрыгнула на островок и приблизилась к его руке, радостно пища. Лисица начала ластиться к Оссхаерту, на что он скривился и отодвинул ее левой рукой. Он правда ненавидел животных и не скинул Тень со стола только из благодарности за помощь с драконами. От зверушки его отвлекло приближение Лукаса, эльф схватил запястье Кристиана приближая золотые узоры к глазам. На минуту другую повисла тишина, прерываемая только бурлением оставленного зелья.

– Похоже, что все прошло хорошо, – сказал Лукас обращаясь к животному.

– И что это значит? – еще больше распаляясь, спросил Кристиан, обращая внимание эльфа на себя. Лукас не ответил, хоть и перевел свой взгляд на гостя. Оссхаерт раздраженно сжал кулаки, стараясь не показывать своих эмоций. За окном сверкнула молния. Не успело пройти и секунды, как раздался громкий треск, сопровождаемый громом, и из кухонных шкафчиков вылетели стекла. Кристиан вздрогнул, не ожидая подобного, а Лукас инстинктивно прикрыл голову руками. Битое стекло посыпалось на пол, усеивая его блестящими осколками и издавая звон. Когда все стихло Лукас огляделся, оценивая ущерб, а после грозно насупив брови глянул на Кристиана.

– Держи себя в руках, черт побери, – прошипел он.

– Что? – злобно воскликнул Кристиан. – А я здесь причем?

Лукас взглянул на него как на идиота. Тень задорно прыгала по столу, издавая радостные звуки, совсем не опасаясь острого стекла. Кристиан с легким отвращением оглядел ее, странное животное под стать своей хозяйке. Эльф раздраженно вздохнул и с силой потер лицо.

– Не понимаю почему она выбрала именно тебя, – как-то устало произнес Лукас.

– Это, – он обвел пальцем, усыпанную осколками кухню – сделал ты. Твое тело перенесло сильную трансформацию маны, так что теперь природная мана окружающая тебя, реагирует на твои всплески эмоций, так что советую следить за своей эмоциональной составляющей.

– Не может такого быть, я же не Люцифер чтобы такой властью над маной обладать – скептически произнес Кристиан, но все же постарался успокоить свое раздражение. На его заявление ничего не ответили, только Тень в очередной раз фыркнула. Кажется, Оссхаерт впервые видел это животное таким активным.

– Ладно, допустим, – спустя минуту игры в гляделки, сдался Кристиан. – Но тогда что это такое? – он указал на золотые линии, покрывающие все предплечье.

– Это знак связи с сознанием мира, – более спокойно ответил Лукас

– Но у Люциферов такого не было.

– Потому что у них это работает по-другому, – и снова повисло молчание.

– Терновник – это сознание мира, но тогда зачем здесь печать Люциферов, – спросил Кристиан, разглядывая татуировку. Внезапно Тень еле слышно зашипела. На Лукаса.

– На этот вопрос я тебе не отвечу – Кристиан с подозрением глянул на лису.

– Но вы знаете ответ? – Лукас этого никак не отрицал, но и явного подтверждения не дал.

– Тебя интересует что-то еще? – спросил эльф, заметив, что Кристиан пока не собирался уходить. В ответ он получил кивок.

– Я собираюсь на охоту за демоническими зверями, – всего на секунду глаза Лукаса распахнулись в удивлении, прежде чем он взял себя в руки. – Насколько мне известно вы ходили на охоту с Мирабель, возможно вы сможете дать какой-нибудь совет?

– Не бери с собой много существ, пятеро не больше, и все из них должны быть учениками Люциферов, – моментально ответил эльф, но Кристиан покачал головой.

– С недавних пор звери стали сбиваться в стаи, пять человек слишком мало. Да и все, кто имеет желтую печать Люциферов отказались выполнять мои приказы как Императора.

– Это не важно, даже если они будут тебя до глубины души ненавидеть, все равно пойдут за тобой. Возьми с собой Лилит, Рейвен и Клода больше никого. Чем больше с тобой будет существ, тем сложнее будет убить демонического зверя, – Тень согласно фыркнула. Кристиан хотел возразить, но он понимал, что словам Лукаса можно верить, хоть он и не был чистокровным Люцифером, но прожив столько лет рядом с Мирабель он бы не стал намеренно врать. Судя по собранности Лукаса, было понятно, что он осознает всю серьезность угрозы демонических зверей.

– Идем, дам тебе кое-что – внезапно сказал Лукас.

Аккуратно обходя осколки он вышел с кухни и пошел на второй этаж. Кристиан направился за ним. Деревянная лестница, к удивлению, не скрипела и вела в светлый коридор, на стенах с цветочным рисунком висело несколько картин. Они напоминали Кристиану пейзажи древних городов что висели в замке. Лукас повел их в конец короткого коридора, минуя несколько дверей он остановился у самой дальней комнаты. Простая дверь, выкрашенная в серый цвет, с легкостью поддалась, впуская гостей. В помещении царил творческий беспорядок, на полу были разбросаны тюбики с краской и листы бумаги. Где-то были простые зарисовки, некоторые листы были пусты и ждали пока их заполнят рисунками, рядом с кроватью стояло несколько холстов с карандашными пейзажами. Сама кровать была аккуратно заправлена, но на ней валялось несколько мелков и альбом с выдранными листами. Прямо по середине комнаты стоял мольберт, занавешенный какой-то зеленой тряпкой, что была перепачкана краской. На рабочем столе были разбросаны кисти и цветные карандаши.

Обстановка в комнате не слабо удивила Кристиана, он бы никогда не подумал что хмурый Лукас увлекается искусством. Его взгляд зацепился за карандашный рисунок, на который он едва не наступил. Подняв его Кристиан с легким замешательством, узнал академию святой Акиры, в которой провел несколько лет учась вместе с Эдвардом и Екатериной.

– Держи он тебе сильно пригодиться, – сказал Лукас, отвлекая Кристиана от рисунка в руках. Он протягивал Кристиану меч, при виде которого у парня прервалось дыхание. Красивые серебристые ножны, украшенные замысловатым узором, надолго приковали к себе взгляд и возвращали Кристиана в сон. В старую библиотеку, с загадочной девушкой.

– Это же меч Аманды, – словно задыхаясь прошептал он, во все глаза смотря на Лукаса. Лицо эльфа мгновенно побледнело, а рот несколько раз открылся в попытке что-то сказать. Удивление в глазах Лукаса граничило с паникой, прежде чем он нахмурился, с непониманием смотря на Оссхаерта.

– Откуда тебе известно это имя? – тихо прошептал эльф, что-то ломая в Кристиане. Видя все эти сны он был уверен что это не более чем игра его подсознания, но теперь… Мысли в его голове резко смешались, превратились в рой мельтешащих насекомых, не давая уцепиться за одну конкретную. Грудь резко обожгло и Кристиан вспомнил о подвеске, что не раз видел во снах на Аманде. Потянув за золотую цепочку, он освободил кулон из-под рубашки, при виде которого из легких Лукаса вырвался рваный вздох. Он поднял глаза на Кристиана и взглянул с острым сочувствием.

– О бедное дитя… – уже более четко произнес эльф, качая головой. – Мне так жаль.

В душе Кристиана все сильнее разрасталось замешательство. Он никак не мог понять, о чем сожалеет Лукас. Как вообще он связан с девушкой из сна? Что случилось с Амандой после академии? Что вообще происходит? Все эти вопросы роились в голове Кристиана, вызывая уже знакомую головную боль.

– О чем вы? – Лукас только покачал головой.

– Я не могу об этом рассказать, прости, – ответ прозвучал почти безнадежно, поднимая в душе Кристиана волну негодования.

– Что происходит? Кто вообще такая Аманда и как она связана с Люциферами? Мне снятся сны с ее участием, будто бы мы вместе обучались в академии, но я никогда не видел ее прежде, – его голос неестественно хрипел и парню это явно не нравилось. Долгие годы он без особых проблем держал свои эмоции под контролем, но одно упоминание Аманды и вся хваленая выдержка полетела к чертям. Дышать получалось через раз, а сознание не прояснялось вовсе. Благо хоть руки не дрожали, но и это удавалось Кристиану с трудом.

За окном одна за одной мелькали молнии, сопровождаемые почти непрерывным громом. Дождь хлестал по стеклу, а ветер будто вовсе намеревался ворваться в комнату и перевернуть все вверх дном. Небо, что совсем недавно было светло серым, стало почти черным. Казалось, сама природа прогневалась на существ и хотела сжить их со свету. Невольно в голову Кристиана забралась мысль, возможно дожди что затапливали земли добрались и до Столицы. По его спине побежали мерзкие мурашки, от четкого ощущения постороннего присутствия. Оно было почти осязаемым, и Кристиану показалось что возможно сейчас он сможет увидеть своего преследователя, но в комнате больше никого не было.

– Она злится, – тихо сказал Лукас, отвлекая Оссхаерта на себя, когда очередная молния ударила совсем рядом с домом. Он хотел сказать что-то еще, но его вновь прервало шипение лисы, что все это время сидела рядом с ногами Кристиана.

– Кто? – эльф вновь покачал головой, отказываясь давать ответ на этот вопрос.

– Тебе стоит пойти домой, – едва не умоляюще, произнес Лукас, выталкивая Кристиана из комнаты. А он не особо-то и сопротивлялся, но остановился прямо перед входной дверью. Эльф все же впихнул ему в руки серебристые ножны, в надежде поскорее выпроводить гостя.

– Если не вы то, кто может дать мне ответы? – в ответ молчание. – Мне необходимо с кем-то поговорить об этом. Сейчас в Империи определенно происходит что-то странное и я без моего же ведома в этом замешан, так что мне хотелось бы получить чуть больше ответов.

– Единственная от кого ты можешь получить ответы это Кира, – спустя минуту раздумий ответил Лукас.

– И где мне ее искать, если ее нет в нашем измерении? – с легким раздражением спросил Кристиан.

– Ты ее уже нашел, – в ответ на недоуменный взгляд парня, эльф только покачал головой. Как она еще не открутилась? – Послушай Кристиан, для твоего же блага я не могу многое тебе сказать, но если хочешь связаться с Кирой, то следуй за лисой. Больше я тебе ничем помочь не могу, – сказал Лукас, прежде чем вытолкнуть Кристиана под буйство стихии.

Оссхаерт выругался под нос и натянул на голову капюшон, в попытке скрыться от проливного дождя. Крепко сжимая в руках меч, он помчался в сторону дворца. Плащ ни капельки не спасал от разбушевавшейся погоды. Сильный ветер склонял деревья к самой земле, завывая с каждой секундой все сильнее. Шум дождя сливался с воем ветров в пугающую какофонию, услышав которую можно было понять, почему все улицы были пусты. Казалось, еще немного и ветер закрутиться в смертоносный вихрь, сметая все на своем пути. Удивительно как хорошо такая погода подходила под настроение Кристиана.

Голову заполняли все новые и новые вопросы, пока все не прекратилось. В одну секунду Кристиан видел улицу Столицы, которую затапливал дождь, а в другую оказался уже в другом месте. Он находился в каком-то просторном помещении, рассмотреть которое не успел. В нескольких шагах перед ним на полу сидела как ему показалось Аманда, Кристиан не успел ничего понять, как она перерезала свое запястье небольшим кинжалом. Не успев испугаться, он увидел, как под Амандой засветился магический круг. Круг, который был удивительно похож на тот, что был в катакомбах. Письмена определенно были другими, но сама формула заклинания повторялась точь-в-точь.

Моргнув Кристиан, вновь обнаружил себя под ливнем, стоящим посреди улицы. Чувствуя, как капли были по лицу, он уже приготовился к невыносимой головной боли, что всегда преследовала его после снов об академии, но ее не последовало. Боль не смешивала мысли, наоборот видение выстроило все их в одну цепочку.

   Магический круг. Слова Лукаса. Видение. Лиса. Именно Тень привела его в катакомбы с начерченным заклинанием, все что оставалось сделать Кристиану это активировать его. Он не понимал как с этим связана девушка из снов, но был уверен, что видение с ней, дало ответ как связаться с последней Люцифер. Это еще больше разжигало его интерес к Аманде, и теперь узнав, что она была больше чем просто наваждением в царстве снов, Кристиан вознамерился отыскать ее. Взяв себя в руки, он направился к замку, немного жалея, что разобраться с этим в ближайшее время ему не удастся. Прежде чем играть в детектива и раскрывать тайны, он должен позаботиться о демонических зверях.

Глава 11.

Вокруг не было ничего. Абсолютно. Кристиана окружала непроглядная тьма. Она была настолько густая, что он с трудом мог разглядеть свои руки. Было тихо, тишина была звенящей. Казалось, она была настолько оглушительна, что перекрывала любые мысли в голове Кристиана. Ноги сами несли его непонятно куда, просто двигали его дальше в пустоту, не издавая звука шагов. Он шел долго, это время Кристиан мог сравнить с вечностью. Остановиться его заставило чье-то шипение. В окружающей тишине оно прозвучало невероятно громко и резко, создавая далекое эхо. Это напоминало шипение животного. Похожие звуки обычно издавали кошки, стоило Кристиану пройти по близости. Он замер оглядываясь, ничего по-прежнему видно не было, но на спине стал ощущаться уже знакомый пристальный взгляд.

Кристиан повернулся и в этот миг все вокруг залило ярким светом, заставляя его жмуриться. Когда он смог открыть глаза то увидел бескрайний океан. Водная гладь не имела конца и края, соединяясь вдалеке с пронзительно голубым небом. Казалось, Кристиан попал в мир самого спокойствия и безмятежности. В шагах пяти от него стояла девушка, постукивая ногой по водяной поверхности она нарушала это впечатление. Девушка стояла к нему спиной, со скрещенными на груди руками. Черные волосы были собраны в две косы, что немного терялись на фоне легкого платья того же цвета. Внезапно она перестала дергать ногой и раздраженно вздохнула через зубы, все еще не оборачиваясь к Кристиану.

– Ты куда лезешь, идиот? – прошипела девушка, и от звука ее голоса Императора передернуло. Только увидев ее, Кристиан подумал, что это очередной сон с Амандой, даже несмотря на непривычную обстановку вокруг, но как же он ошибся. Они были похожи, до невозможного похожи, даже некоторые близнецы не походят так друг на друга. И голос их был одинаковый, но Кристиан сразу понял, что обознался.

– О чем вы? – слегка опустив голову спросил он, глядя на собеседницу исподлобья.

– Хватит притворяться, мы оба знаем, что ты не настолько глуп, – наконец-то она к нему повернулась, и Кристиан сразу отметил изменения. На лице у Киры не было сумасшедшей ухмылочки, зато оно было перекошено от злости. Темные брови были сведены вместе, красные глаза метали молнии, а пухлые губы были сжаты настолько что превратились в тонкую линию. Поза, что обычно была расслабленной сейчас показывала тревожность, которую отчаянно пытались скрыть. Похоже Кира не хотела, чтобы Кристиан узнал, что она нервничает.

– Не смей отправляться на охоту, – сказала бывшая Императрица, отвлекая Кристиана от разглядывания. Она разомкнула руки и расслабленно опустила их вдоль тела, стирая все признаки нервозности, лицо тоже разгладилось. Похоже поняв, что Кристиан прочитал ее эмоции, Кира полностью абстрагировалась от него. Сейчас она больше подходила окружению, тоже источала непостижимую безмятежность.

– Это ваше присутствие я постоянно ощущал? – мало обращая внимания на ее слова, спросил Кристиан. Оп, снова треснула маска спокойствия, когда у Киры дернулся глаз от такой дерзости. Осознав смысл фразы, она едва заметно нахмурилась. Судя по реакции Кристиан не должен, был чувствовать, что за ним наблюдают, но это так и этого было уже не изменить. Кира глубоко вздохнула.

– Мой отец сказал тебе что я могу дать тебе ответы, которые ты ищешь, – начала она, разжигая в Кристиане надежду. – Но это не значит, что я так и сделаю, – и сразу же заливая ее водой.

– Почему вы отдали мне Империю?

– Так было нужно.

– Кому нужно? Зачем?

– Я здесь не для того, чтобы отвечать на твои вопросы, – холодно ответила Кира.

– Тогда зачем вы здесь?

– Ты должен оставить демонических зверей в покое, – опустив глаза сказала бывшая Императрица, заставляя Кристиана отшатнуться от удивления.

– Вы в своем уме? Если оставить все как есть, умрет множество существ, которые являются гражданами вашей Империи, – нахмурился Кристиан, даже не осознавая, что только что назвал Киру Императрицей.

– У меня уже нет Империи, – поправила она его и подняла на него решительный взгляд. Кристиан впервые видел такие глаза у нее, раньше он часто видел такую же решимость в глазах Первой Императрицы и ее дочерей, но у Киры никогда. В этот момент она выглядела как истинная Люцифер – властительница мира.

– Послушай, я не могу и не буду отвечать на твои расспросы, узнав правду ты добавишь мне еще больше проблем. Объясняться перед тобой я тоже не собираюсь, но скажу одно. Если ты начнешь охоту все станет еще хуже, – спокойно, даже как-то успокаивающе сказала она.

– Почему? – Кристиан немного приблизился к Кире, все так же хмурясь, это произошло непроизвольно, почти инстинктивно. Она была немного ниже Оссхаерта, но несмотря на это, казалось, что она смотрит на него свысока. Возможно, так происходило из-за гордых глаз и королевской осанки.

– Не могу сказать, тебе придется просто поверить.

– Это из-за мужчины, которого не трогают звери? – неожиданно предположил Кристиан и что-то в глазах Киры поменялось. На ее лице мелькали эмоции, не все из которых Оссхаерт успевал понять, выделились только две. Страх. Ярость. В секунду Кира оказалась на расстоянии вздоха. Она схватила Кристиана за шею и притянула ближе. Алые взгляд впился в его глаза. В ее глазах плескался гнев, от которого по спине побежали мурашки, даже несмотря на то, что Кристиан понимал, он направлен не на него.

– Когда этот ублюдок успел до тебя добраться? – тихим и неровным от эмоций голосом спросила Кира. Кристиан не сразу нашелся с ответом, его сильно удивила ее реакция. Не слабее чем неожиданная близость.

– Я с ним не встречался, но у меня было ведение, – ровно ответил Кристиан, стараясь успокоить внезапно взбушевавшееся сердце. И Киру вместе с ним.

– Ведение из академии? – Кира снова поджала губы. Кристиану показалось что она не хотела слышать утвердительный ответ, поэтому он покачал головой. Но этот ответ, кажется, понравился ей еще меньше, она убрала руку с шеи Кристиана, но он не отстранился, чем вызвал еще один хмурый взгляд.

– Когда я видел, то ведение мне показалось что он меня заметил. Такое возможно?

– Обычно нет, но с этим мужчиной все обстоит по-другому.

– Кто он? – на это Кира покачала головой.

– А Аманда?

– Она мертва, – слишком резко ответила девушка. У Кристиана прервалось дыхание, и он с неверием смотрел на Киру. Она же глядела на свои руки. Пальцы стали прозрачными, и она чертыхнулась себе под нос.

– Осталось мало времени, – констатировала она, возвращая взгляд на Кристиана. Кажется, на секунду в ее глазах промелькнуло сожаление.

– Но кто она такая? – сломлено прошептал Кристиан.

– Ты не хочешь этого знать.

– Нет, хочу. Почему она снится мне? – возразил Оссхаерт, а Кира посмотрела на него нерешительно. Она колебалась, решая давать ответ или нет.

– Она была твоей возлюбленной, – это было определенно не то, что он ожидал услышать. Девушка внезапно скривилась, на ее лице промелькнула гримаса боли. Она снова осмотрела себя, ее тело почти все стало прозрачным, а вместе с тем мир вокруг стал подрагивать, но Кристиан на это не обращал внимания. В его голове все повторялись слова Киры, перекрывая все остальные мысли.

– Слушай внимательно, ты ни за что не должен столкнуться с тем мужчиной, – в голосе проскользнуло что-то отчаянное и умоляющее. Это было настолько неожиданно, что смогло отвлечь Кристиана от мыслей об Аманде и он вновь взглянул Кире в глаза.

– Хорошо, – тихо ответил он. Кира кивнула и развернулась к нему спиной. Мир вокруг разрушался, пока она уходила.

– Где ты, Аметист? – внезапно спросил Оссхаерт, чувствуя, что Кира вот-вот исчезнет. Он чрезвычайно хотел знать где она находиться, в настоящем мире. Хотел найти ее, возможно поговорить или вовсе молчать, все что угодно, но лишь бы рядом с ней. Услышав такое обращение Кира, вздрогнула и обернулась. Ее лицо пару секунд выражало только удивление, которое быстро исчезло. Ее губы растянулись в широкой улыбке, а глаза слегка прищурились, словно ее позабавило давно позабытое прозвище. В груди у Кристиана что-то защемило. Он и на долю секунды не поверил в искренность этого веселья, все его нутро от чего-то кричало что за этим напускным озорством скрывается глубокая печаль. Настолько сильная, что способна утопить Киру в своих темных глубинах если ее не спасти. Оссхаерт вновь непроизвольно шагнул к ней, желая прикоснуться, будто бы так мог выхватить ее из щупалец печали.

– Прекрати, – задорно сказала она, в противовес мыслям Кристиана.

– Что прекратить?

– Не вспоминай.

И она исчезла. Пронзительно голубой мир начал рассыпаться осколками стекла и погружаться во тьму. Кристиан снова остался один, в безграничной пустоте своего внутреннего мира. Он был один во тьме, пока не распахнул глаза.

Кажется, он задремал в своем кабинете, разбирая документы с собрания аристократов. После сна, грудь Кристиана все еще сдавливали тиски, которые никак не хотели его отпускать. Что-то тянущее поселилось у него внутри, заставляя хмуриться. Прогоняя в голове разговор с Кирой, Кристиан старался анализировать каждое слово, каждую реакцию как Киры, так и свою. Он ей не верил. Не потому, что она не вызывала доверия, все как раз было наоборот, а потому что он чувствовал эту лож. Она снова лгала ему. От злости у Кристиана скрипнули зубы, а лампа на его столе треснула. Черт бы побрал эту связь с окружающей маной. Он запустил руку в волосы и сделал пару глубоких вздохов, в попытке успокоиться.

Все же Кира солгала не о всем. Судя по реакции Кристиану и правда не следовало встречаться с мужчиной из ведения, но в остальном правда едва ощущалась. Оссхаерт был уверен, что об Аманде Кира соврала. Она точно была жива, уж слишком резко Кира говорила о ее смерти. Она явно не хотела говорить о девушке из снов Кристиана. Пусть так, видимо с ней видеться ему тоже не стоит, но почему Кира назвала Аманду его возлюбленной. Будь это так он бы не забыл ее. Судя по снам, он и правда был влюблен в нее, но ведь это было не взаимно. Стоп.

Не вспоминай – такими были последние слова Киры. Она сказала это после того, как Кристиан вспомнил ее прозвище. Возможно ли что кто-то повлиял на его память так чтобы он забыл не только Аманду, но и потерял воспоминания, связанные с Кирой. Но зачем кому-то это делать?

Кристиан положил подбородок на переплетенные пальцы и задумался. Возможно, был смысл стирать воспоминания с Кирой, вероятно кто-то хотел настроить его против нее. Но почему Кира ничего не сказала если обо всем знала? На этот вопрос у него не было ответа… Какой был смысл стирать из его памяти Аманду? Кто она такая, раз ее связь с Кристианом кому-то мешала?

– Кристиан! – в кабинет ворвался взволнованный Эдвард. Под нахмуренный взгляд Императора он подбежал к столу и оперся на него руками.

– У нас серьезные проблемы, – сказал он между вздохами. – Демонические звери разорили еще три поселения и подобрались слишком близко к сердцу леса.

– Когда они успели? – прорычал Кристиан, поднимаясь со своего места.

– Они не прекращают атаковать деревни, – он ненадолго замолчал. – А еще перед замком собрались несколько человек из отряда Лилит.

Кристиан резко остановился. Кажется, Лукас был прав. Если Лилит привела людей для того, чтобы помочь, а не снова спорить по поводу их перевода, то они смогут отправятся прямо сейчас. Кристиан не мог позволить зверям убить еще больше существ. Но слова Киры заставили его колебаться.

– Скажи лекарю чтобы подготовил зелье маскировки, – распорядился Кристиан.

– Есть Ваше Величество, – сразу ответил Эдвард, хоть и был удивлен приказом. – А Лилит?

– Я сам разберусь.

Кристиан почти бегом направился к площади. Петляющие коридоры мешали быстро добраться и Оссхаерт пару раз задел плечом углы, даже не обращая на них внимания. Он резко открыл двери, с такой силой что они с грохотом ударились о белые стены.

Лилит и еще двое человек обернулись к Кристиану. В них он узнал Рейвен и Клода, тех людей что советовал Лукас. Они переглянулись и Лилит преклонила колено перед Императором, вслед за ней опустились и ее спутники.

– Ваше Величество прошу, позвольте нам разобраться с демоническими зверями, – Лилит подняла голову и заглянула в глаза Императору. – По всей Империи уже распространились слухи о том что происходит на континенте Маны, хоть по вашему приказу это больше не является нашей обязанностью но мы не можем просто сидеть и ждать пока наш дом разрушат – ее спутники кивнули, поддерживая слова лидера.

– Я буду только благодарен если вы поможете в охоте на зверей. Я надеюсь, отправиться меньше, чем через час, так что вы можете подождать в замке. Но… – Кристиан взглянул на руку Лилит, точнее туда, где должна была быть ее правая рука.

– Подобного не повториться, с прошлой встречи с демоническим зверем я постоянно тренировалась. Сейчас мне под силу убить это отродье с завязанными глазами, – отозвалась Лилит. Ее слова кому-то могли бы показаться высокомерными, но Кристиан знал, что она говорит правду. После того как потеряла руку она практически поселилась на тренировочном плаце, чтобы стать сильнее и защитить свой дом, чего не смогла сделать в прошлый раз.

– Ты хранительница сердца древа жизни, разве целесообразно просить тебя отправиться с нами? – при этих словах лицо Лилит стало более хмурым.

– Императрица Мирабель дала мне дозволение на охоту, когда была жива, а ее дочь Императрица Кира поручила мне быть ответственной за сохранность леса жизни. Если вы боитесь, что, сожрав меня зверь получит доступ к древу жизни, то можете об этом не переживать, Императрица Кира наложила заклинание на мою связь с лесом. Если мне будет грозить опасность, то связь оборвется и лес будет в безопасности – пару минут Кристиан стоял молча и обдумывал слова Лилит.

– Хорошо.

– Ваше Величество, – из дверей вышел Эдвард и протянул Кристиану склянку с густым зельем – отряд что я собрал будет готов в течении двадцати минут.

– Нет, прикажи им остаться. Поеду только я и эти трое – Кристиан кивнул на людей Лилит, которые уже поднялись с колен и поприветствовали Эдварда.

– Ты где мозги оставил? – воскликнул Эдвард, резко отшатнувшись от удивления. – Четверо человек слишком мало, даже если они ученики Мирабель.

– Я знаю, что делаю, – холодно заметил Кристиан, возвращаясь в замок.

– И ты думаешь, что мы просто так тебя отпустим на неминуемую смерть, – не унимался вампир. – Ты хоть представляешь, что на это скажет Катя?

– Думаю для начала она молча меня ударит, а потом уже разразиться криками о том какой я идиот, – саркастично ответил Кристиан по пути в свои покои.

– Так и будет! Кристиан ты не можешь отправиться убивать демонических зверей с таким маленьким отрядом. В пасти этих чудовищ погибла не одна Люцифер, а ты сам собрался справляться?

Кристиан оставил его без ответа. Прямо перед лицом друга он захлопнул дверь в свою комнату и облегченно выдохнул. Благодаря магии не было слышно, что Эдвард кричит, но Кристиан был уверен, что он проклинает его всем на чем свет стоит.

Кристиан прошелся по комнате ближе к кровати. Рядом с изголовьем лежал меч, что Оссхаерт получил от Лукаса. Он взял его в руки и понял, что они немного трясутся. Нет, Кристиан не боялся, страх перед сражением не настигал его уже много-много лет. Это было больше похоже на волнительное предвкушение. Возможно, примешивалась легкая нервозность, из-за того, что Кристиан осознавал, он ослушивается прямого приказа Киры. Но, с другой стороны, она сказала не лезть в это, чтобы не столкнуться с подозрительным мужчиной, так что Кристиан надеялся, что они не встретятся. Все же возможно такое что он с отрядом Лилит натолкнется на стаи зверей без этого мужчины. Оставалось только надеяться на свою удачу. У Кристиана было плохое предчувствие по этому поводу, но он не мог поступить иначе. Первая Императрица всегда повторяла: «Если у тебя есть сила, значит ты должен использовать ее чтобы защищать слабых».

На случай если он встретиться с тем мужчиной из ведения, у него есть зелье. Кристиан надеялся, что если мужчина его не узнает, то все будет хорошо. Если нет, то Кира сама виновата, что ничего не объяснила ему. Кристиан пристегнул ножны и вышел из покоев. Пора подражать Люциферам, идеальным правительницам, и защитить Империю, что он заполучил.

Глава 12.

Лес жизни больше не оправдывал своего названия. Все вокруг замерло словно чего-то ожидало. Птицы, что обычно не прекращали своего пения, сейчас совсем затихли. Животные перестали бегать по тропинкам и копошиться в норах. Лес вокруг казался безжизненным. Единственными звуками были завывающий ветер и едва слышный топот копыт, который хоть как-то разбавлял гнетущую атмосферу. По сравнению со Столицей ветра здесь были слабее, но это не особо спасало путников от замерзания. Каждый из них старался натянуть капюшон как можно сильнее, чтобы спастись от щиплющего щеки холода. Едва ли это помогало.

Они медленно двигались сквозь чащобу, несмотря на то что деревья расступались перед ними, открывая дорогу своей хранительнице. Узкая тропинка вела их все глубже, прямиком к сердцу леса. Кристиан подозревал что именно туда продвигаются демонические звери, около получаса назад он получил подтверждение своей догадки. По пути они наткнулись на одну из разоренных деревень. Вся земля была пропитана кровью, как алой, так и черной. Судя по следам битвы, на помощь деревенским успел отряд рыцарей, но… Выживших найти не удалось, все, как и в ведении Кристиана были мертвы. На лице каждого трупа был выражен безмолвный ужас, которым так любят лакомиться звери. Сердце каждого было вырвано, а на его месте зияла черная дыра. Все жители погибли исключительно от лап чудовищ, никаких признаков мужчины, которого упоминала Кира. Это немного успокоило Кристиана, он не верил бывшей Императрице, но жуткий мужчина не вызывал у него доверия, а потому и желания встретиться с ним не было.

Чем ближе они были к середине леса, тем сильнее стиралось ощущение чужого присутствия и тем сильнее менялась окружающая мана. Она чувствовалась липкой, вязкой и до ужаса неправильной. Тьма была стихией Кристиана, но та черта, что окутала лес была ему чужой. Силы Оссхаерта всегда напоминали ему о глубокой и тихой ночи, о спокойствии в буйстве красок и света. Тьма в лесу была другой. Она пропитана ненавистью и болью и дарит разрушения и страх, а не покой. Хоть силы Императора и были связаны с тьмой они были противоположны силам зверей. Их только называю демоническими, но в отличие от Кристиана, с демонами они не связаны. Император не знал, как появились эти чудовища, но был уверен, что они состоят из той же тьмы что удерживают в своих телах Люциферы.

– Демонические звери отравляют лес, – будто подслушав его мысли, произнесла Лилит. Ее глаза горели ненавистью, когда она оглядывала лес и Кристиан не был уверен, влияет на нее окружающая тьма, или нет. Рокель, девушка с короткими синими волосами, подвела свою лошадь ближе и опустила руку на плече подруги в молчаливой поддержке. Казалось, это помогло Лилит взять себя в руки и немного успокоиться. Все шествие завершал светловолосый парень, который не проронил ни слова за всю дорогу, и лишь кивнул своему лидеру.

За свистом ветра было сложно что-то услышать, так что Кристиан скорее почувствовал движение, с удивлением обнаружив что присутствие мнимого наблюдателя пропало вовсе. Справа от тропинки было повалено, давно сгнившее дерево, обросшее плотным слоем мха. Оссхаерт пару секунд вглядывался в это место, пока на дерево не запрыгнула лиса. Животное напоминало здешних обитателей, но не относилось к ним.

– Что ты здесь делаешь, Тень? – нахмурившись спросил Кристиан у животного. Судя по всему, у него развилась привычка говорить с теми, кто не отвечает.

С появлением лисы в душу Кристиана начали забираться подозрения. Он вспомнил об опасениях Екатерины, на счет того, что Кира стоит за проблемами Империи, и начал задумываться, а не она ли стоит за нападениями демонических зверей. Именно бывшая Императрица не желала, чтобы он останавливал чудовищ, но при этом не объяснила причин. Еще в особенно плохие дни Кристиан ощущал от нее такую же темную энергию. Раньше Люциферы ежегодно устраивали охоту на зверей, но Кира ни разу такого не организовывала. Возможно, именно из-за этого их стало слишком много, и они начали сбиваться в стаи.

– Она хочет, чтобы мы шли за ней, – тихо сказал Клод, отвлекая Императора от неприятных размышлений. Он внимательно следил за лисой, что уже спрыгнула с бревна и виляла своим хвостом. Тень смотрела только на Кристиана, побуждая его следовать за собой. Император колебался, он не верил Кире, а Тень принадлежала именно ей, но также она была связана с Амандой. Каждый раз обдумывая это, Кристиан приходил к выводу что лиса помогала ему из-за его связи с Амандой в прошлом. Это было единственной причиной, которую он находил.

– Значит мы так и сделаем, – отрезал Император и повел лошадь вслед за удаляющейся лисой.

Мимо пролетали ветви голубых елей, над головой смыкались сосны, а в ушах свистел ветер. Чем ближе к горизонту опускалось солнце, тем яснее становилось небо, открывая зрению россыпь звезд. Кристиан всего на секунду поднял взгляд, вспоминая ночи проведенные на крыше академии вместе с Амандой. Картины на крыше были особенно мутными по сравнению с другими воспоминаниями, что являлись ему во снах, но они были особо прекрасны. Их сопровождала тишина и покой, после них Кристиан всегда просыпался менее нервным и подолгу вглядывался в небо, независимо от времени суток. Пару раз Эдвард подшутил, что он так задумчив из-за того, что влюбился, и Кристиан с раздражением понимал, что не может поспорить. Девушка из снов плотно засела в его голове, особенно после слов Киры. Его возлюбленная, лицо которой он не может вспомнить. Зубы Кристиана скрипнули от досады, и он усилием вернул мысли к зверям. Как раз вовремя чтобы увидеть здание виднеющиеся из-за деревьев.

От вида академии у Кристиана на пару секунд перехватило дыхание. Яркое место, что принимало сотни учеников, сейчас было заброшено. Красный кирпич весь покрылся паутиной трещин, пара окон в которых раньше горел счет были разбиты. Каменные ступени были разбиты и Кристиан боялся увидеть во что превратился внутренний двор. Тень не останавливалась, она направилась за академию, туда, где находился тренировочный плац. Лиса привела их прямо в центр и замерла, ее шерсть распушилась, а хвост подрагивал, точно у кошки. Кристиан огляделся, но не заметил опасности. Плац выглядел почти так же, как и три года назад. Окруженный каменными трибунами, он начал покрываться зеленой травой, и Император невольно задумался, как давно академию забросили. Он соскочил с лошади и стянул капюшон для лучшего обзора, его спутники повторили за ним. Вокруг было слишком тихо, в памяти Кристиана ночи в академии всегда сопровождали сверчки. Сейчас не было даже их, что уж говорить о других животных.

Внезапно Тень хрипло залаяла куда-то за спину Кристиана. Лошади встали на дыбы, чуть не затоптав хозяев, с громким ржанием они бросились прочь. Грудь Оссхаерта обожгло, под его рубашкой засветился амулет Аманды, посылая по его телу волну энергии. Лилит, Клод и Рокель обступили Императора полукругом и обнажили мечи. Закрывая правителя спинами, они вглядывались во тьму. Со стороны здания послышалось рычание, от звука которого задрожал воздух. Кристиана ударило волной черной удушающей энергии. Из-за трибун вышел демонический зверь, под его массивными лапами содрогалась земля. Огромное чудовище уставилось на них своими пустыми глазницами. Лилит перехватила свою скьявону и понеслась на зверя. Взбесившееся чудовище бросилось к ней. Прямо перед Лилит клацнула пасть, она оттолкнулась ногами и, сделав рандат, приземлилась на голый череп монстра. Зверь такого не ожидал, обычно своей магией демонические звери пробуждают все страхи своей жертвы, вызывая такой ужас что они не могут сдвинуться и теряются в своем сознании. Едва не соскользнув, Лилит ударила мечем в шею зверя, и вся покрылась брызгами черной крови. Чудовище взвыло и рухнуло на землю.

Кристиан услышал треск и обернулся, со стороны леса вышло еще два чудовища. Император уже взялся за рукоять меча, но не успел его обнажить как Клод схватил его за руку. На вопросительный взгляд Клод только покачал головой и указал на Лилит. Старшая Уайт уже оказалась перед чудовищами. Она не испытывала ни капли страха, поэтому звери не могли околдовать ее. Лилит яростно оставляла раны на телах зверей, мстя за каждого существа, погибшего в их пасти. Она мстила за отравление леса и разрушение ее дома. Теперь Кристиан понял Клода, он просил дать Лилит возможность отомстить.

Наблюдая за битвой, Кристиан задыхался в отвращении. Яд черной энергии растекался везде вокруг. Он вызывал тошноту и заставлял руки гореть, а золотую татуировку под рубашкой зудеть. В кончиках пальцев искрилась магия. Она пыталась вырваться и сразить чудовищ, но Кристиан не решался вступать в бой. Сейчас он бы только помешал.

Туша последнего зверя с грохотом упала наземь. Одежда Лилит насквозь пропиталась черной кровью, пока она подходила жидкость стекала на землю мгновенно впитываясь. Уайт убрала меч в ножны, подняла взгляд на Императора и вздрогнула. Она нахмурилась, увидев что-то за его спиной.

– Ты задержался – раздался грубый голос и Кристиан резко обернулся. Рядом с трибунами, из-за которых вышел первый зверь стоял мужчина из ведения. У него на боках расположились два гладиуса и хоть руки мужчины были скрещены на груди, они были неприкрытой угрозой. Черные глаза сверкали безумными искрами, а губы искажала отвратительная усмешка. Такая же какую Кристиан видел у Киры.

– Мы с вами знакомы? – дружелюбно спросил Клод, пока Кристиан сделал незаметный шаг за своего спутника.

– Я говорил не с тобой, – таким же тоном ответил мужчина, наклоняя голову в бок. Он не отрывал голодного взгляда от Императора, и Кристиан пожалел, что не послушался Киру. От незнакомца исходил запах гнилой плоти и огня, так пахли чудовища разорявшие земли Кристиана, и это заставило Императора чаще сглатывать кислую слюну. Он осознавал, что мужчина перед ним опасен, намного опаснее неразумных порождений зла.

– Мужчина здесь находиться небезопасно, вам стоит вернуться домой – назидательным тоном произнесла Лилит. Она была насторожена, все ее нутро кричало о необходимости бежать от незнакомца подальше, но она не двигалась. Лилит стояла на своем месте и только сжимала эфес своего меча, она понимала, что с одной рукой не справится с мужчиной, а потому доверила это Рокель и Клоду. Они словно стали живым щитом для защиты Императора, и Кристиану это не нравилось. Он не хотел, чтобы за его сохранность платили другие, но также понимал, что ничего сделать он не может.

– Я думал ты придешь намного раньше Кристиан, – проговорил мужчина и разочаровано покачал головой. При звуке своего имени Император вздрогнул, он не думал, что мужчина сможет его узнать даже с маскировкой. Кристиан был уверен, что оленьи рога и пятнистая зеленая кожа легко скроют его особенно от человека, которого он видел впервые.

– Ты хоть знаешь сколько я существ убил пока ты прятался в своем замке? – смех, который извергал мужчина, увидев перекошенное гневом лицо Императора, заставлял леденеть кости. Это был смех настоящего безумца, и он был в тысячу раз ужаснее того, что приходилось слышать Кристиану от Императрицы. От этого звука поежилась даже Лилит, которая минуту назад разделывала туши чудовищ, которых боятся все живые существа. Трое рыцарей переглянулись и в их глазах мелькнуло некое понимание, которое заставило Лилит нервно сглотнуть.

– Ваше Величество мы выиграем время, вы должны любой ценой сбежать отсюда, – прошептала она Кристиану, что заставило его нахмуриться. У него скрипнули зубы, а ногти уперлись в ладони. Сейчас, видя испуг на лице бесстрашной ученицы Мирабель, он начал понимать какую ошибку совершил. Ему стоило послушать предостережение Киры.

– Ты кто такой? – с наигранным спокойствием спросил Кристиан. Он сделал шаг навстречу, но его сразу схватили за руку. Рокель и Лилит за одну, Клод за другую.

– О так Кира и правда стерла тебе память? – удивился мужчина, вводя Кристиана в легкое шоковое состояние. Кира стерла? Оссхаерт скинул с себя чужие руки и сделал два шага навстречу мужчине, вызывая у того удивленную ухмылку.

– Это не ответ, – холодно произнес Кристиан и убрал руки в карманы. Если бы он этого не сделал магия точно сорвалась бы с пальцев и Кристиан сомневался, что она могла помочь. Та мощь, которая исходила от мужчины не шла ни в какое сравнение с тем, что Император ощущал от владыки драконов. Пока тот не нападал, Кристиан надеялся поговорить, возможно он сможет получить ответы на некоторые свои вопросы.

– Она что правда бросила тебя с проблемами Империи и сбежала? – мужчина снова рассмеялся, хватаясь за живот. Хриплый хохот отражался от трибун и эхом уносился в ночное небо. От него по коже проходили мурашки, но Кристиан списывал их на пронизывающий ветер.

– Так она что, правда не придет если я тебя убью? – мужчине хватило секунды, чтобы схватиться за клинок и направить его в сердце Кристиана. Если бы не быстрая реакция Оссхаерта и помощь Клода, у сердца Императора был бы передоз железа. В последнее мгновение Клод успел схватить руку мужчины и вонзить охотничий кинжал между лучевой и локтевой костью. Мужчина даже не поморщился.

– Зря, – с безумной улыбкой проговорил мужчина и свободной рукой схватил Клода за горло. Уже через секунду по плацу разлетелся хруст, у Клода едва успели расшириться глаза, как его тело безвольно повисло в крепкой руке безумца.

– Клод! – закричала Рокель, но не осмелилась броситься к безжизненному телу. Мужчина огорченно вздохнул и отбросил труп в сторону, всего раз, пробежавшись по нему глазами.

– А я надеялся, что с вами можно будет повеселиться, – мужчина пнул ногой тело и обернулся к Кристиану. – Какое разочарование, – но Оссхаерт его не слышал. В голове все еще раздавался оглушающий хруст и взгляд, осознающий настигнувшую смерть. Кристиан не хотел когда-либо вновь быть свидетелем такой смерти. У него едва вышло сделать дрожащий вдох, грудь сразу наполнил запах железа. Кристиан медленно перевел взгляд на шею Клода, она была не просто сломана, ее раздавили в фарш. При виде этой картины в голове Кристиана все опустело. На задворках подсознания можно было разглядеть воспоминания из его прошлой жизни, те, что были до его становления нечестивой душой. Кристиан четко слышал, как с таким же хрустом ломаются его собственные кости и видел, как его тело превращается в недееспособную массу. Он помнил с каким смирением и благодарностью уходил из мира живых.

– Скажи, – не своим голосом начал Кристиан и увидел неподдельное удивление у мужчины. – О твоей смерти кто-то будет жалеть?

– Если бы меня можно было… – начал мужчина, но его прервал сильный удар магической энергии. Он сбил незнакомца с ног и откинул на пару метров. За спиной Кристиана послышались удивленные вздохи его спутниц, но он не обратил на это внимания. Он концентрировался исключительно на импульсе, который выпускал амулет Аманды и разжигал его ману. Сознание Кристиана покрылось тьмой, как и все вокруг. Минутой ранее светлая лунная ночь, покрылась непроглядной тьмой. Небесное светило скрылось за черным дымом, который поглотил все пространство плаца.

Тьма – все что окружало Кристиана. В облаке черного дыма никто не мог видеть, никто за исключением Кристиана. Он видел, слышал, ощущал. Словно паук он покрыл пространство вокруг своей тьмой и как охотник следил за любым колебанием. Кристиан чувствовал дыхание каждого и слышал движение мужчины. Он озирался в полной темноте и пытался понять откуда нападут, но он не был напуган и это разозлило Кристиана, так же как заинтересовало.

– Не прилично перебивать других, – прокричал мужчина и зашипел, когда получил удар в бок. Он не заметил приближения Кристиана, как и его ухода. Оссхаерт словно хищник кружил вокруг добычи, раз за разом нанося удары. Мужчина никак не реагировал на них, только сильнее злился. Кристиан понимал, что никогда не был силен физически, но магия на мужчину не действовала. Какое бы заклинание Император не использовал, магия пропадала в теле незнакомца.

Мужчина пытался достать Кристиана, но был слеп подобно новорожденному котенку и не мог нанести и удара. Кристиан без удовольствия наблюдал за этим спектаклем. Мужчина не восприимчив к магии, но и сам магию использовать не мог. Кристиан с легкостью мог бы его убить, так почему Кира боится такого беспомощного человека?

– Судя по твоим словам, ты хотел выманить Киру, убив меня, – произнес Кристиан. Он постоянно ходил, чтобы мужчина не мог найти его по звуку голоса, но не особо считал это необходимым. Просто предосторожность. – Зачем тебе это?

– Она должна мне кое в чем помочь, – жалость. Мужчина перед ним не вселял больше страха, только жалость. У незнакомца уже была разбита бровь, из которой текла кровь, полностью заплывший правый глаз и выбитый зуб. Кристиан может поклясться, что слышал хруст ребер при последнем ударе, но мужчина словно и не чувствовал вовсе.

– Тогда ты ошибся, выбрав в качестве рычага меня, – окровавленные губы мужчины вновь растянулись в ухмылке.

– О нет, я уверен, что не ошибся. На самом деле и правда удивительно что она не примчалась на помощь своему принцу, – мужчина махнул мечем по тому месту, где раньше стоял Кристиан.

– Считаешь мне нужна помощь, чтобы разобраться с тобой? – усмехнулся Кристиан.

– Решай сам, – ответил он. – Жаль, что она еще не пришла, но, когда убью тебя она должна прибежать как миленькая. В прошлый раз ее заплаканное лицо было действительно великолепно, – мужчина запрокинул голову, будто вспоминая и его улыбка приняла пошлый оттенок. Кристиан нахмурился, услышав его мерзкие слова. Кира плакала? Та безумная и холодная Императрица, которая с такой же отвратной ухмылкой резала людей направо и налево?

– Прошлый раз? – вместо этого спросил Кристиан.

– Не помнишь? Ты там был, – мужчина покрутился вокруг своей оси. – Помню твое перекошенное лицо, выглядел так будто хотел разорвать мне глотку, но Кира кричала та-ак громко, – мужчина запнулся, когда получил еще один удар в челюсть. Что-то глубоко в Кристиане, отзывалось на его слова и пробуждало яростное желание вырвать его сердце своими руками.

– Будет грустно если она не будет так же плакать над смертью своего возлюбленного, – мужчина попытался достать Кристиана, но во тьме запнулся о свои ноги и упал ничком на землю.

– Ты сказал Кира стерла мне воспоминания, зачем? – гневно прошипел Кристиан.

– Не знаю, может быть думала, что так я до тебя не доберусь, – ухмыльнулся мужчина и поднялся на ноги.

– Ты и не добрался.

– Ошибаешься.

– Ты мне надоел, – холодно произнес Кристиан и быстрым движением пронзил грудь мужчины мечем. Почему Кира боится кого-то настолько никчемного?

– Я же сказал, – прошипел мужчина, когда Кристиан начал доставать меч из застывшего тела, заставив его дернуться. Он не успел что-либо сделать, мужчина приблизился, сильнее насаживаясь на сталь, пронзившую его сердце, и ударил своим гладиусом Кристиана в живот. Из горла Императора вырвался сдавленный крик, и тьма вокруг быстро развеялась. Оссхаерт в ужасе уставился на мужчину, ведь тот должен быть уже мертв. – Не стоит перебивать других.

Кристиан попытался отстраниться, но мужчина оставил лезвие в животе и схватил его за воротник плаща. Незнакомец огляделся, и его улыбка начала медленно гаснуть.

– Видимо тебя и правда придется убить, чтобы она пришла, – мужчина поднял руку со вторым лезвием и замахнулся. Кристиан едва смог пошевелиться, но этого хватило чтобы удар сместился и лезвие вошло не в шею, а ключицу. Оссхаерту не хватило воздуха, чтобы вскрикнуть. Глаза ослепила вспышка боли, а сознание подернулось пеленой. Боль была острой и пульсирующей, если бы ее не притуплял выброс адреналина, Кристиан мгновенно бы потерял сознание. Боль раздирала тело, при вдохе Оссхаерт услышал булькающий звук и в следующую секунду задохнулся в надрывном кашле. Кровь брызгами слетала с его губ, оставаясь каплями на лице мужчины. Ему не удавалось вздохнуть, организм пытался выгнать жидкость из легких и не давал секунды, глотнуть воздуха. Кристиан понимал, лезвие проткнуло легкое, если ему срочно не окажут помощь он умрет.

Император ощутил на себе пару рук и не смог даже дернуться. Рокель и Лилит рывком оттащили его от мужчины. Кристиан поднял мутный взгляд и увидел, как мужчина вытаскивает из своей груди меч Аманды даже не поморщившись. Он только хмурился, все оглядываясь вокруг, в надежде увидеть Киру. В душе Кристиана что-то начало тянуть, от осознания того, что Кира все-таки не пришла. Наверное, в глубине души он и сам на это надеялся.

Что-то во всем теле отзывалось на его надежду. Амулет Аманды раскалился еще сильнее и посылал по венам все новые потоки энергии, которые ослабляли боль. На эту же энергию отзывался меч Аманды. Белый камень приобрел золотой оттенок в руках мужчины, что заставило отвратительную улыбку вновь расцвести. Мужчина поднял глаза на Кристиана, и они встретились взглядами, незнакомец хотел что-то сказать, но внезапно закрыл рот и нахмурился.

– Прости, но я его забираю, – раздался рокочущий голос и на плече Кристиана аккуратно легла когтистая рука.

– Не вмешивайся ящерица, – мужчина направился к ним.

– Народ должен защищать своего Императора, – прошипел Валдай, и все вокруг залилось золотым светом.

Глава 13.

Кристиан не двигался чисто на подсознательном уровне, он знал, стоит ему шевельнуться и его настигнет боль. Ясности сознания не хватало, чтобы понять, где он находился, но место было явно вдалеке от опасности. Вокруг было тихо и тепло. В воздухе витали запахи травы и цветов, в воображении Кристиана это ассоциировалось с насекомыми или другими животными, но было слишком тихо. Кристиан слышал только как колышутся листья на ветру, звук шел откуда-то со стороны. Наверное, он находился недалеко от какой-нибудь рощи.

Оссхаерт осторожно сделал вдох, с удовольствием от отсутствия боли. Он не открывал глаз, но четко понимал, что находится под ярким солнцем. Сквозь закрытые веки просачивался мягкий свет и не давал вновь окунуться в сон, но это было хорошо. В последние несколько месяцев Кристиан не мог расслабиться и почувствовать покой, но неизвестное место было словно колыбель.

Солнце резко скрылось и перестало согревать лицо Кристиана. Он нахмурился и медленно открыл глаза. Над ним нависло лицо Киры, слишком гладкое, чтобы прочитать ее эмоции.

– Долго ты тут будешь валяться? – спросила она и выпрямилась, вновь открывая дорогу солнечным лучам. Кристиан пару секунд просто смотрел на девушку, пытаясь понять ее настрой. Ничего угрожающего не найдя, он сел и оглянулся.

Он лежал посреди какого-то луга, залитого солнцем. Сочная трава и множество белых цветов окружало его на сотни метров вокруг, сменяясь вдалеке густой рощей. Небо было чистым, но на нем не было видно солнца, казалось сам небосвод источает теплый свет, прекрасно обходясь без дневного светила.

– Где мы? – Кристиан отметил, что его голос звучал немного хрипло, несмотря на то что боль от ран не ощущалась. Он поднялся на ноги и повернулся к Кире, она не сводила с него внимательного взгляда. Проследив за ее взглядом Кристиан, заметил полное отсутствие ран и немало удивился, хотя теперь было ясно отсутствие боли.

– В Райских садах, – Кира взяла его за подбородок и повернула голову, оглядывая место куда мужчина ударил его во второй раз.

– Я что умер? – запнувшись спросил Кристиан, смерть уже настигала его один раз, но тогда он не переносился в обитель Верховной Богини.

– Пока нет, – она отпустила его и отошла. – Валдай успел тебя забрать, сейчас драконы усиленно борются за твою жизнь.

– Твое тело сейчас в землях драконов, – пояснила Кира, увидев замешательство Кристиана. – Здесь только сознание.

– А что насчет моих спутников?

– Они тоже у драконов, – Кира ненадолго замолчала. – Кроме Клода.

– Понятно, – Кристиан не мог поднять взгляда, вспоминая на какую смерть обрек молодого парня. На несколько минут повисло гнетущая тишина, в которой казалось можно было расслышать неутешительные мысли Кристиана, пока Кира не прервала тишину тактичным кашлем.

Кира скрестила руки на груди и направила пронзительный взгляд прямо в душу Кристиана. Сердце Оссхаерта запнулось и ускорило свой ход, в глазах бывшей Императрицы плескалось столько боли, что Кристиан невольно потерял дар речи.

– То, о чем говорил тот мужчина, – начал Оссхаерт, но запнулся, когда внезапно Кира приблизилась и втянула носом воздух, так будто принюхивалась.

– От тебя несет им, – прошипела она и скривилась. Кира не отстранялась и смотрела Кристиану прямо в глаза. Она мотнула головой и все же ответила на вопрос. – Я не знаю о чем вы говорили. Нельзя было что бы он понял, что я приглядываю за тобой, поэтому перестала наблюдать, когда ты приближался к академии, – она наконец-то отстранилась. – Жаль, что ты все испортил.

– Что я испортил? – нахмурился Кристиан.

– Мой план по защите твоей шкуры.

– Прости, – неуверенно и слегка вопросительно произнес он.

– Ничего, – уголки ее губ дрогнули в улыбке. – Зная тебя, было глупо полагать что ты послушаешься меня и оставишь невинных существ в опасности.

– Верно, надо было хотя бы немного объяснить ситуацию, – Кристиан убрал руки в карманы походных брюк. – Кто он вообще такой?

– Драйган, – прошептала Кира, словно произнести имя мужчины было для нее сродни пытке. Она отвернулась от Кристиана и медленно направилась в неизвестном направлении, проверив следует ли собеседник за ней. – Он – причина, по которой я сбежала из нашего мира.

– Я не понимаю, – честно ответил Кристиан. В голове не возникало ни одного предположения, почему тот человек может быть опасен, и тем более почему он выжил, при условии, что не относится к бессмертной расе.

– Он хочет заполучить мою силу, чтобы добраться до Верховной Богини и убить ее, – Кира говорила это спокойно, и Кристиан действительно не понимал, как она может оставаться спокойной в такой ситуации. Он иногда видел, как Императрица встречает чрезвычайные ситуации, в такие моменты с ее лица всегда спадала сумасшедшая ухмылка и она становилась расчетливой и холодной правительницей. Сейчас же такое спокойствие было слегка неуместным.

– Но если Богиня умрет, то… – он не посмел закончить предложение.

– Да. Тогда все миры, кроме измерения богов исчезнут. Сила Богини питает их с момента создания, когда она умрет даже силы всех Люциферов не хватит что бы сохранить их, – она обернулась и взглянула на реакцию Кристиана.

– Но зачем, он ведь тогда тоже умрет, – во рту резко пересохло, Кристиан первый раз слышал, что кто-то нацелился на Богиню. В прошлой своей жизни он часто становился свидетелем того, как Люциферов – дочерей богини, пытались убить, но никогда целью не становилась Богиня.

– Такого наше с ним предназначение, – услышав это, Кристиан резко остановился и схватил Киру за руку, заставляя ту обернуться.

– Ваше? – прохрипел он и Кира кивнула. Она не осмеливалась взглянуть ему в глаза.

– Но раз ты не с ним, то не хочешь этого? – едва не умоляюще произнес Кристиан.

– Как бы сильно я ни ненавидела Верховную Богиню, я никогда не пойду против нее. Может быть Драйган и верит, что мы должны объединиться и убить ее, я никогда не приму его сторону, – зло прошипела она.

– Я потеряла слишком много, чтобы теперь принимать его сторону, – намного тише добавила она и Кристиан вспомнил слова мужчины.

– Он говорил, что ты должна примчаться мне на помощь, учитывая прошлый раз. Почему? – Кира медленно подняла на него взгляд, и Кристиан понял, что она всеми силами только пытается казаться спокойной. Ее губы были едва заметно сжаты, а брови слегка нахмурены, ее тело двигалось деланно легко, но дыхание становилось тяжелее с каждой секундой.

– Потому что обещала защитить тебя, – наконец прошептала она и в душе Кристиана что-то дернулось в ответ на ее слова. Сейчас, глядя на такую Киру, ее хотелось сжать в объятиях и защищать ее саму. В ее глазах было слишком много печали, которую едва ли могло выдержать простое существо. Кира, которая стояла перед Кристианом выглядела сломленной.

– Прекрати на меня так смотреть, – вдруг прошипела Кира и выдернув руку отстранилась. – Оставь свою жалость для кого-нибудь другого.

– Он насмехался над тем, что ты плакала, – тихо сказал Кристиан, он не понимал зачем, но чувствовал, что обязан упомянуть это. При его словах Кира вздрогнула, и вся печаль испарилась из ее глаз.

– Тебе стоит успокоиться, – раздался мелодичный голос. Кира даже не посмотрела в сторону говорившего, ее взор был устремлен на траву. Она сжимала и разжимала кулаки, с такой силой что костяшки побелели.

– Не вам указывать, что мне делать Верховная.

– Дитя, если ты не успокоишься, то в твоем измерении природа снова впадет в бешенство, – спокойно ответила Богиня и повернулась к обомлевшему Кристиану. Он поспешил поклониться и услышал мягкий смех Богини. Кристиан выпрямился и взглянул на девушку, в чьем облике ясно читалось все великолепие Верховной Богини. Ее глаза были точно солнечные камни, а кожа молочная и чистая. Каскад волос был черным словно ночь, нет он и был самим звездным небом.

– Здравствуй Кристиан, рада с тобой встретиться, – с мягкой улыбкой проговорила Богиня.

– Для меня это большая честь, – ответил Кристиан и отвел взгляд на Киру. Его интересовало ее эмоциональное состояние, но он наткнулся на прежнюю маску равнодушия. Его взволновали слова Богини. Выходит, причиной катаклизмов и правда была Кира.

– Зачем вы пришли? – грубо спросила она у Богини, всячески избегая взгляда Кристиана.

– Хотела убедиться…

– Убедились? Уходите, – прервала ее Кира. Кристиан поражался тону, с каким Кира говорила с Верховной Богиней. На протяжении многих веков Люциферы были главными почитателями Верховной, все они если уважали свою создательницу, Кира же ее даже не боялась.

– Хорошо, – спокойно, с ноткой печали ответила Богиня и растворилась в воздухе.

– Помниться ты говорила, что не безумна – прошипел Кристиан.

– Она более чем заслуживает моей ненависти и знает об этом, так что не смей меня упрекать, – таким же тоном ответила Кира и тяжело вздохнула.

– Ты просил ответить на твои вопросы, раз уж ты все равно встретился с Драйганом, нет смысла что-либо скрывать, – после минуты молчания произнесла она.

– И ты правда ответишь без каких-либо увиливаний, – Кира решительно кивнула.

– Драйган угрожает нашему народу, что мне делать? Как я могу его остановить? – недолго думал Кристиан. На его вопрос Кира нахмурилась и внимательно осмотрела его, будто пыталась понять шутит он или нет.

– Кристиан, – протянула она – Надеюсь ты знаешь, что недавно вознесся до божества?

– Что? – Кристиан поперхнулся воздухом, от неожиданности вопроса.

– Твоя трансформация маны, – уточнила Кира и ждала понимания с его стороны и не найдя его нахмурилась.

– Ты говорил с Эдвардом после твоего многодневного обморока?

– Говорил, но думаю не о том, что ты имеешь ввиду, – неуверенно ответил Кристиан, а Кира закрыла лицо руками и застонала.

– Этот идиот, – прошипела она и взглянула на парня напротив. – После трансформации маны ты стал Богом Тьмы, и Эдвард должен был все тебе объяснить.

– Он ничего мне не говорил, – Кристиан нахмурился и задумался. – Эдвард тоже связан с тобой?

– Я не стирала ему память, он с самого начала подчинялся моим приказам.

– Тогда почему ты стерла ее мне?

– Я поправила память всех, кто со мной взаимодействовал за исключением Эда – поправила Кира.

– Хорошо, но это не ответ на вопрос, – Кристиан приблизился к Кире и слегка наклонился, заглядывая в ее алые глаза.

– Мне нужно было, чтобы ты меня убил, – чуть тише ответила Кира. – С воспоминаниями ты бы этого не сделал.

– Почему ты в этом так уверена? – спросил Кристиан, хотя и хотел задать вопрос по-другому.

– Я не могу вернуть твои воспоминания, – ответила Кира на не заданный вопрос. Кристиан печально вздохнул и собирался отстраниться, но его остановила рука, легшая на затылок, – Но я могу показать тебе воспоминания Аманды.

Оссхаерт нервно сглотнул, пытаясь удержать огонь запылавшей надежды.

– Это не даст ответы на все твои вопросы, но многое объяснит, – прошептала Кира.

– Не думаю, что лезть в чужие воспоминания хорошая идея, – слабо запротестовал Кристиан, его немного пугала неизвестность. Он не знал, что ожидать от этих знаний и как они могут изменить его жизнь.

– В твоей голове сейчас каша из осколков собственной памяти. Не все из того, что ты видел соответствует действительности, это все равно что собирать пазл из разных наборов. Если хочешь узнать правду о том, кто такая Аманда и как я связана с тобой тебе нужно их увидеть, – твердо заявила Кира и стала ожидать согласия. Кристиан сомневался в этой идее и не был уверен, что готов доверять Кире, но один раз он уже не прислушался к ней, а теперь находится на грани смерти.

   Кристиан сделал короткий кивок и прикрыл глаза.

– Я покажу тебе все кроме исполнения пророчества, – прошептала Кира и положила ладонь на лоб Кристиана. Его сознание медленно окутало тепло исходящее от руки Киры, и он погрузился в пучину чужих воспоминаний.

Книга 2.

В день своего дебюта

Последняя принцесса

именуемая первой

лишиться близкого своего

и падут небеса оплакивая ее боль

и мир содрогнется от силы плача.

Поднимет небеса породившая ее мать,

гибелью своей от руки чада своего

вернув равновесие миру души

дочери своей.

Глава 1.

Солнце все ещё скрывалось за горизонтом, посылая первые лучи зари над верхушками елей. Оно окрашивало край неба алым цветом, делая его все светлее с каждой минутой. В такое ранее время все ещё нежились в своих тёплых кроватках, не желая окунаться в суматоху холодного утра. Вот и Екатерина сейчас спала в обнимку со своей личной грелкой, серый кот Нолан тихо сопел под стать своей хозяйке сильнее прижимаясь и даря своё тепло. Короткая улыбка сама появилась на моих губах, когда соседка по комнате пробормотала что-то во сне и перевернувшись на другой бок случайно скинула своего фамильяра с кровати. Спросонья ничего не понимающее животное уставилось на хозяйку, недовольно мякнув Нолан развернулся и подошёл к моей постели. Он бесцеремонно запрыгнул на свободную подушку и уставился на меня своими желтыми глазами.

– Просто не могу уснуть, – я провела рукой по шелковистой шерсти. Нолан довольно заурчал и прикрыл глаза, пока я смотрела на него с долей белой зависти. Всю ночь глаз не удалось сомкнуть из-за странного предчувствия. Оно не покидало меня последние два дня, но сегодня оно было особо сильным. На удивление это не было чем-то плохим, это было похоже на то, как ребёнок ожидает своего дня рождения. Сегодня должно произойти что-то хорошее.

– Так все подойдите сюда, – прервал обеденную тренировку мистер Горфон. Все ученики сразу же направились к нему, за исключением Екатерины. Она повисла на моей руке, жалуясь, что её уже ноги держат и мне пришлось её тащить.

Возле преподавателя стоял незнакомый парень. Он хмуро глядел на обступивших его учеников и прямо-таки испускал флюиды недовольства. Они были такими сильными что хотелось его пожалеть. Ну или посмеяться. Что впринципе я и сделала, чем навлекла на себя более злой взгляд. Улыбка на моих губах еле заметно дрогнула, когда я увидела его глаза. Ох, что за бедное дитя. Правый глаз был подобен хрустальному горному озеру, знак чистой детской души, а левый был черным, как и тьма что окутала душу ребенка. Признаки нечестивых душ никто и никогда признавать не хотел, все старались отрицать это пятно человеческой истории, чем делали только хуже. Вот и сейчас, когда поняли представитель какой расы стоит перед ними, мои одноклассники стали осматривать парня с пренебрежением. Они будто смотрели на насекомое что забралось в их дом и нацелилось на их еду.

– Его зовут Кристиан Оссхаерт, с сегодняшнего дня он будет обучаться с вами, – басом сказал мистер Горфон. Вокруг послышались недовольные перешептывания и смешки, особенно громкие от компании Эдварда Веверна. Идиоты. Я схватила за руку Екатерину, что смотрела на происходящее глазами полными тоски и неуместного сочувствия, и протащила вперёд.

– Меня зовут Аманда Роузен, будем знакомы, – я протянула парню руку, он вопросительно поднял бровь, но все же ответил на рукопожатие.

– А я Екатерина Уайт, – спохватилась моя подруга и с широкой улыбкой пожала руку новенькому. На секунду мне показалось что он откажется отвечать на знакомство, мышцы на его лице дрогнули в раздражении, но секунду спустя его губы расплылись в учтивой улыбке. В которую я не на секунду не поверила.

– Мое имя вам известно, – его голос оказался глубже чем я предполагала, но он ему идеально подходил. Мой взгляд ещё раз прошелся по новому знакомому. Высокий брюнет с широкими плечами, но мышцы были выражены слабо. Запястья выглядели хрупкими, но пальцы были огрубевшими. Судя поэтому он владел мечом, но особо этим не пользовался. Предпочитал более легкое оружие?

– Так у вас ещё будет время на разговоры! Сейчас у нас тренировка, – прогремел на весь плац преподаватель и бросил в нас грозный взгляд.

– Точно, сядем вместе и поболтаем за ужином, – с улыбкой предложила Екатерина, явно воодушевленная знакомством. Я сощурила на неё глаза, мне не хотелось проводить ужин за разговорами с этим парнем. Я вообще не предполагала, что зайду дальше рукопожатия. Мой взгляд перешёл на Кристиана, он смотрел на меня с отражением моего недовольства. Уголок губ сам потянулся вверх, возможно провести время с этим парнем будет интересно. Его глаза прищурились, и он пожал плечами, давая Кате немое согласие. О, он тоже счел меня интересной, какая честь.

– Встретимся на ужине, – сказала я с лёгкой улыбкой и потянула Уайт обратно к брусьям, на которых занималась ранее, чувствуя на спине взгляд разных глаз.

Мы подошли к резным дверям под потолок, за которыми уже слышен звон посуди и разговоры учеников. Двери в высоту около трёх метров отворились и в нос сразу ударил запах запеченного мяса и трав. В витражные, арочные окна бил яркий свет закатного солнца, бросая на каменный пол и учеников разноцветные пятна. Длинные столы были выстроены в 4 ряда и были застелены молочными скатертями. Ученики с младших курсов носились по огромному помещению, убегая от куратора. Старшие ученики сидели за столами и обсуждали последние сплетни, некоторые сидели с книгами по магии или в телефонах с кем-то переписывались.

– Как думаешь, что скатерти самобранки дают сегодня? – поинтересовалась Катя, разглаживая подол платья, который замялся, когда она садилась.

– Судя по запаху что-то запечённое, – как только я тоже села за стол перед нами появились бокалы с чем-то темно фиолетовым и тарелки с запечённым мясом оленя заправленным соусом из морошки.

– Мм как вкусно выглядит, – улыбнулась Екатерина, но, когда поднесла напиток к губам скривилась, даже не успев попробовать.

– Что такое? – я взяла бокал и услышала запах ягод крони и лимонной мяты. Теперь понятно почему Катя сделала такое лицо. Ягоды крони имеют отвратительный запах похожий на смесь стухшего мяса и плесени, но несмотря на это они очень сладкие на вкус и помогают восстанавливать ману и снимают боль в мышцах. Судя по всему, запах пытались скрыть с помощью лимонной мяты, но, к сожалению, это вообще не помогло.

– Не понимаю, как может быть такой прекрасный вкус у ягод с таким запахом, – сказала Уайт отодвигая бокал подальше, перед этим прикрыв нос рукой.

– Всё же это лучше сока из грибов который на вкус так же ужасен, как и на запах, – я повторила действие Екатерины.

– Верно, – хихикнула она, обращая взгляд в противоположный угол обеденного зала. Там расположился Эд, обнимающий свою девушку, и его компания, при взгляде на них Екатерину словно пронзила боль. Только я хотела спросить все ли в порядке как напротив нас сел Кристиан, а на столе появилась ещё одна порция еды.

– Привет, – быстро переключилась Екатерина, а я сделала пометку расспросить её об этом позже.

– Угу, – ответил Кристиан даже не глядя на Екатерину. Он угрюмо пялился на меня. Я с улыбкой кивнула ему в качестве приветствия. К моему удивлению он сразу ответил.

– Почему ты перевелся после недели с начала обучения? – спросила Уайт стараясь разбавить неуютное для неё молчание.

– Ищу кое-кого, – не давая ничего определенного ответил Кристиан. Он сделал вид что очень увлечен мясом в своей тарелке. Екатерина в отличие от меня не поняла, что таким образом он старался показать, что не намерен далее развивать эту тему.

– Откуда ты перевелся, раз можешь позволить себе прогуливать занятия? – я перебила Екатерину скорее желая уколоть его за пропуски, чем спасти его от нежелательных расспросов.

– Из Имперской академии, – при упоминании столичной академии что-то внутри меня заледенело, стремясь сковать меня неприятными воспоминаниями. Мое лицо выражало удивление, точно, как у Екатерины.

– Правда? – В один голос спросили мы. Екатерину действительно воодушевляла любая информация об этой академии, но мне удалось в точности повторить её выражение лица.

– Правда, – Кристиан смерил меня оценивающим взглядом, от которого по спине хотели побежать мурашки, но я им этого не позволила. Проклятые имперские ученики, которые стараются забраться под кожу и проанализировать твою душу.

После этого ответа последовал поток по меньшей мере из двадцати вопросов от Екатерины. Кристиан отбивался как мог, но раздражался всё сильнее с каждым последующим вопросом.

Помниться в начале наше с Катей знакомства я вела себя так же. Когда я только попала сюда, Екатерина приклеилась ко мне как банный лист и не хотела отлипать. Даже не смотря на все усилия что я прикладывала чтобы отдалиться от неё. Со временем её навязчивое поведение перестало казаться мне таким напрягающим. Я привыкла к постоянному присутствию Екатерины рядом со мной. Как знать возможно она въестся в Кристиана как старая копоть и с ним повториться моя история.

– Интересная у тебя фамилия, – сказала я когда мясо в моей тарелке начало заканчиваться, а Кристиан стал похож на пороховую бочку у которой уже подожгли фитиль. Ещё пара секунд, ещё пара вопросов и он взорвется. Его взгляд перешёл на меня, а губы скривились. Он ничего не ответил, ведь вопроса как такового не было. Да ему и не нужно было, я и так знала почему он носит имя демона. На самом деле все это знали, поэтому и бросали настороженные взгляды со всех уголков столовой. Кристиан кожей ощущал их, но предпочитал игнорировать так же, как остальные пытаются не обращать на него внимания.

– Зачем ты вообще подошла ко мне если не хочешь общаться с нечистым? – спросил который без обиняков, с его лица вовсе пропали какие-либо эмоции.

– Упоминая твою фамилию я не старалась как-либо принизить тебя.

– Тогда зачем? – его брови в непонимании нахмурились. В каждом из моих слов он искал подвох, ведь иначе и быть не могло. Было видно, что Кристиан считает мои слова замудренным способом поиздеваться над ним.

– Просто удивлена что тебе так повезло, – парень оскалил зубы и глухо зарычал. – Ты мог столкнуться тогда с демонами намного хуже Оссхаерта, – сказала я, отпивая смердящий напиток и наблюдая как злость Кристиана сменяется удивлением.

– Откуда ты знаешь о нём?

– В детстве увлекалась демонологией и божественным словом, – ответила Я полуправдой. Обе эти дисциплины не были моими увлечениями, но по плану моего обучения они были обязательными, так что освоила я их безупречно.

– Ты не рассказывала, – удивленно произнесла Екатерина, уже закончившая свою трапезу.

– Я много чего тебе не рассказываю.

– Разве вы не подруги? – спросил Кристиан поглядывая то на меня, то на Уайт.

– Нет, – резко ответила я раньше, чем Катя успела открыть рот. Она нахмурилась, но ничего не сказала. Екатерина привыкла к такому моему отношению. Я ни разу за два года не назвала её подругой и никогда не назову, но это казалось вовсе не мешало ей постоянно таскаться за мной.

Кристиан с любопытством разглядывал меня, он даже не пытался этого скрыть. Я послала ему ослепительную улыбку и направилась к выходу из столовой. Рука потянулась непроизвольно и проходя мимо я на мгновение запустила руку в темные волосы Кристиана, портя архитектуру его прически. За спиной я услышала глухое рычание, что чуть ли не заставило меня захихикать, и то как Екатерина уговаривала парня прогуляться с нами ещё немного, он пытался вежливо, но твердо отказать. Его попытки не увенчались успехом и через минуту меня догнала Уайт тащащая Кристиана за руку. Она так и со мной так часто поступала, поэтому я не смогла сдержать маленькой улыбки. Наконец-то кто-то разделит со мной страдания от посягательств Екатерины на личные границы.

Столовая находилась в другом корпусе нежели общежитие, и чтобы перейти из одного в другой нужно преодолеть внутренний двор размером с половину футбольного поля. Он встретил нас прохладным вечерним ветром, мигом избавляя от ощущения духоты столовой. Воздух вокруг академии изобиловал чистой природной мной из-за чего в нём ощущался легкий аромат сандала. В этом месте кроме меня никто не слышал запаха магии, но при этом каждый ученик кичился своей "повышенной" чувствительности к ней. В дальних частях двора росли высокие лиственные деревья листья которых еще не успели тронуться желтизной. около дорожек выложенных камнем раскинулись клумбы с голубыми и темно бардовыми межсезонными розами которые благоухали круглый год несмотря на какие либо погодные условия. В самом центре расположен небольшой фонтан со статуей серебреного лебедя в центре, символом этой академии. Благодаря магии вода в этом фонтане никогда не замерзает, что зимой кажется очень романтичным. Наверное, именно поэтому это место так популярно у наших парочек, здесь многие признаются в своих чувствах и даже пошло поверье что если открыть любимому человеку сердце перед этим фонтаном, то он обязательно ответит взаимностью.

Я могла и дальше перебирать все глупости что говорят об этом месте, в пол-уха слушая разговор Екатерины и Кристиана, но стоило мне обойти фонтан на глаза попалась весьма неприятная личность, при виде которой у меня скрипнули зубы.

– Смотрите-ка кто тут у нас, – прохрипела Лесли Вульсен. Обычно голос оборотней был рычащим с ярко выраженной буквой р. Вроде её речь должна быть рычащей, но она больше похожа на до боли охрипший старушечий говор.

– Как никак наша знаменитая бездарность, – подхватил её брат близнец Нортон, его слушать было и то приятнее. Да и в принципе он был парнем приятным, правда трусливым немного. Он хоть и был принцем оборотней, но он до дрожи своего собственного хвоста боялся своей сестры. Причины его страха я не знала, зато знала, что пока близняшки нет поблизости он был добрым и открытым парнем. Как-то раз у нас даже вышло неплохо поболтать, тогда-то я и узнала, что он терпеть не может издевательства, в которые его втягивает сестра.

– Почему бы тебе не противостоять ей, – спросила я тогда, но в ответ получила только мотание головой.

– Тогда просто уйди от неё.

– Не могу.

– Потому что боишься её?

– Нет. Я пообещал нашей матери что никогда её не оставлю. Как бы плохо она не поступала, но она всё равно моя сестра. У оборотней стая стоит выше чего либо, так что я её не брошу.

Мне было жаль Нортона, но я его понимала. Во всей Империи семья признана высочайшим приоритетом в жизни, как подражание Императорской семье. Будь я на его месте поступала бы точно также, но просто так я оставить этого не могла. В тот единственный наш разговор мы заключили сделку и теперь совесть Нортона пусть и не была совершено спокойна, но значительно утихла и перестала скрести его душу своими когтями.

Как и всегда я встречала Нортона теплой улыбкой. Это каждый раз раздражало Лесли, но заметно успокаивало натянувшиеся нервы её брата.

– Готова к завтрашнему уроку магии? – приторно и с наигранным дружелюбием спросила Лесли, скаля свои острые зубы. Я ничего не ответила, моя улыбка оставалась на лице как приклеенная, а поза была расслабленной. За моей спиной шипела Екатерина, но не смела вмешиваться и, судя по всему, не давала сделать того же новенькому.

– Ты что язык проглотила? – прорычала девушка-оборотень. Её сильно злило что я никак не реагирую на её попытки поддеть меня. Подарки в виде дохлых мышей, испорченная одежда, запирание в кабинете и многое другое чем пыталась меня доконать Лесли не увенчалось успехом. С каждым разом мне становилось всё интереснее, что же она придумает в следующий раз, но фантазии у неё надолго не хватило и издевательства начали повторяться по кругу.

– Ха видимо долгое общение с растением разучило тебя понимать нормальный язык, – съязвила Лесли переводя взгляд на Екатерину.

– Пасть закрой шавка дранная, – сквозь зубы прошипела я, прежде чем успела себя остановить. Глаза Лесли округлились, да я и сама была удивлена не меньше, но то, что она посмела сравнить Екатерину с растением сразу разожгло огонёк ненависти в душе. Он вспыхнул словно сухая солома, политая бензином и острыми словами, вылетел из моего рта, который произвольно растянулся в язвительной улыбке. По взгляду было видно, что девушка готова разорвать меня в клочья своими появившимися когтями. Спас меня как обычно Нортон. Своеобразным способом, но спас. За секунду до того, как Лесли кинулась на меня он толкнул меня в фонтан и что-то зарычал. На моём месте бы злиться, но мне хотелось лишь смеяться. Нортон утащил свою сестру подальше, сказав, что я не заслуживаю их внимания, и пока она не видела одними губами произнес извинения. Глупый, добрый мальчишка.

Ко мне тут же подлетела Екатерина и помогла подняться из фонтана. С меня ручьями стекала вода. Одежда промокла насквозь и неприятно прилипала к телу, благо форма академии была из хороших материалов и не просвечивала. Уайт что-то недовольно бормотала, вытирая мне лицо платком, но я её не слушала. Сейчас я наблюдала за Кристианом. Вокруг него клубилась прозрачная тьма, она подрагивала и извивалась подобно змеям готовым наброситься на свою жертву. По его лицу ходили жевалки а глаза полнились неприкрытым гневом. Волосы, укладка которых была испорчена моими руками, спадали на глаза и покачивались в такт ветру. Такой грозный вид заставил меня улыбнуться. Наверное, Екатерине пришлось приложить много сил чтобы удержать его от вмешательства.

– Ну как представление? – спросила я, отталкивая руки Екатерины.

– Лучше, чем в имперской академии, – холодно ответил Кристиан сжимая и разжимая побелевшие пальцы. В этот раз я не смогла сдержать смеха, он эхом отражался от стен двора и никак не хотел стихать. Кристиан и правда сравнил издевательства надо мной с тем, что ему пришлось пережить в самой лучшей академии всей Империи.

– Видимо у тебя нервный срыв, – Кристиан подошёл на пару шагов и вгляделся в мои глаза. Я перестала смеяться, но удивленная улыбка прочно осталась на моих губах. Он понимал. Этот чертенок понимал, что только что произошло.

– Нет, просто мне очень нравится моя роль в этом спектакле.

– Роль идиотки? – он поднял свою ровную бровь.

– Паршивец, – несерьезно ответила я. Уголок его губ дёрнулся в намеке на улыбку, но не более. Он понял, что я намеренно стягиваю всё внимание Лесли на себя, чтобы она не издевалась над другими, и всё равно назвал меня идиоткой.

– Не смей так говорить, ты ничего не знаешь о нашей ситуации! – попыталась меня защитить Екатерина.

– Всё он знает, – сказала я Екатерине, даже не отводя глаз от омутов Кристиана.

– Мученичество самая идиотская привычка, которая только возможна, – он тоже не отводил глаз.

– Скажи это Люциферам, – при упоминании Императорской семьи его лицо поморщилось. Этот спор был за мной.

– Не хочешь ещё поболтать? – спросила я у Оссхаерта и не дожидаясь его ответа пошла в сторону общежития.

– А ты вроде как собиралась в библиотеку, – сказала я Екатерине, когда она собралась идти за мной. Раз в неделю она на ночь засиживалась в горах книг и сегодня собиралась поступить так же. Она словно совсем забыла об этом, но как только я напомнила, она умчалась даже не попрощавшись.

Я направилась на крышу общежития, периодически оглядываясь. Я не слышала, как Кристиан идёт за мной, но каждый раз, когда оборачивалась он был на пару шагов позади меня, молча следуя за мной.

Глава 2.

Верхушки елей едва дотягивались, до крыши, из-за чего весь лес открывался как на ладони. Деревья сливались между собой, образуя единый пласт зелени. Зелёный покров напоминал морскую гладь. Подобно волнам ветви двигались в такт завываниям ветра, создавая видимость колыхания зеленых волн. Даже звук потревоженной листвы и хвои напоминал шелестение морских волн, только запах был отнюдь не морской. Пахло не солью и солнцем, а сырой землёй, прохладой и лесными травами. Перед закатом вокруг академии расцветали сумеречные цветы, своим благоуханием они словно куполом покрывали островок человеческой жизни. Сладкий и манящий аромат отдаленно напоминал запах фиалок, которые любил разводить мой отец на широких подоконниках.

Солнце медленно катилось за линию горизонта, а меня поражало как различно выглядят рассвет и закат в одном и том же месте, с одним и тем же солнцем. Если рассвет встречал меня красным светом, в некоторых местах даря облакам лиловый оттенок, то закат топил весь лес в золоте. Не только чистое небо вбирало в себя краски закатного Солнца, но и всё на что попадали его лучи. Лес, что большую часть времени напоминает холодную тайгу, каждый вечер на какие-то мимолетные пару минут словно сам излучает тепло. Цвет голубых елей в свете Солнца потеплел и стал едва ли не изумрудным.

Хотя зима неумолимо приближалась, лес мало изменился. Даже немногие лиственные растения не хотели реагировать на изменения погоды и оставались ярко-зелёными, не желая терять свои прекрасные наряды и впадать в спячку.

Жители леса же реагировали совсем наоборот. Они чувствовали, что через пару месяцев морозы заберут бразды правления в природе, и найти еду будет практически невозможно. Я слышала, как белки тащат шишки в свои убежища, а птицы что остаются на зиму рыщут по лесу в поисках шерсти диких животных, чтобы утеплить свои гнезда. Где-то ещё дальше охотятся волки, выбирая жертв поупитаннее чтобы и самим поскорее накопить жир. Даже весной, в брачный период, лес не был таким живым и шумным. Он посылал мне столько звуков, рассказывающих об аспектах его жизни в преддверии зимы, что у любого бы разболелась голова. Вот только я к такому давно уже привыкла.

– Какая ты настоящая? – Кристиан наконец то прервал тишину леса. Прежде чем начать разговор он поджёг сигарету и теперь выдыхал отвратительно пахнущий дым, который напрочь перекрывал аромат цветов. Моё лицо само скривилось при этом запахе и продолжало изображать отвращение, пока до меня не дошёл смысл сказанных им слов. Не сдержавшись, я рассмеялась, смех прозвучал немного горько, и я не пыталась этого скрыть.

– И что же ты имеешь ввиду? – я вглядывалась в хмурые глаза Кристиана, не сдерживая однобокой ухмылки. Оссхаерт направил струю дыма прямо мне в лицо от чего я вновь нахмурилась и отодвинулась чуть дальше.

– Я хорошо различаю ложь, а ты насквозь пропитана ею. В тебе я сегодня не увидел ничего настоящего.

– Удивительно, – искренне прошептала я. Когда только увидела Кристиана, я думала, что узнала о нём все что только можно было. Молодой парень, владеющий мечем, скорее всего весьма посредственно, с неплохим запасом врождённой маны. Любимец темных духов, иначе бы они не летали вокруг него. Раз он нечестивая душа значит в прошлой жизни был связан с моей семьёй. После Первой Императрицы нечестивых не создавали, а значит связан он именно с ней. Каких-либо дарований в нём не чувствуется, а значит на службе у Первой он не был. По крайней мере Кристиан точно не был частью гвардии, слишком мало навыков для этого, а вот быть послом или шпионом он вполне мог. К моменту основания Империи он уже стал нечестивой душой, следовательно мог использовать тени. Послу такие навыки не нужны, значит всё-таки шпион. Поэтому он так внимателен и хорошо читает людей?

Хм… Перерождение нечестивых душ штука редкая, значит в этом тоже замешана одна из моих праматерей. С чего бы Люциферам вмешиваться в круг перерождения? Только чтобы отплатить долг, а судя по записям Первой Императрицы был только один такой человек. Дитя, которого она спасла, вырастила и которому дала имя Кристиан. Тот, кто сидел передо мной был тем ребёнком. Первая много писала о нём, хвалилась им будто собственным дитя.

После экспериментов и встречей со смертью он больше не был ребёнком. От него остались лишь мелкие осколки его хрустальной души, что впивались в его тело каждый раз, когда ему снились кошмары. Кристиан не успел увидеть жизни, как его познакомили с болью и старухой, что всегда носит с собой косу. До того инцидента он был активным мальчиком, который чрезвычайно любил шалить. Послушания в нем не было и капли, зато энергии и веселья, хоть отбавляй. Он легко находил общий язык с окружающими, любил шумные забавы. Кристиан без стеснения спорил с учителями, но располагал к себе открытостью и бойким умом. Он был способен выкрутиться из любой ситуации, кроме той, что навсегда сломала его.

Глядя сейчас в его глаза, я задумалась. А если бы он тогда не попал в тот проклятый детдом, был бы он сегодня так холоден с одноклассниками? Судя по тому, как описывала его воспоминания Первая, думаю он встретил бы их с громким приветствием и широкой улыбкой. Он был бы похож на Николаса. Ха, как хорошо, что Кристиан такой, какой он есть, да и сейчас он уже не тот сломленный ребёнок. Раны на его душе давно превратились в глубокие шрамы, которые лишь изредка напоминают о себе фантомной болью. Сейчас Кристиан силён душой и телом, об этом буквально кричит его прямой и гордый взгляд, который смотрит за все стены, которые я когда-либо возводила.

– Я знакома с Екатериной Уайт уже год, но она не знает, что искреннюю улыбку на моих губах она видела лишь пару раз. Это правда удивительно что тебе удалось разглядеть мою ложь за пару часов.

– Нет, – возразил Кристиан. – Я понял это с первого взгляда. Твоя улыбка ужасно фальшивая и она меня бесит, – теперь кривился он. На его лице было не отвращение, всего лишь сильное недовольство и от этого мне снова захотелось рассмеяться. Уж лучше бы он испытывал ко мне отвращение.

– Ты точно врёшь, – притворно, серьёзным тоном возразила я. – Раз мне все верят, она не может выглядеть такой уж ненастоящей.

На это Кристиан не ответил, я видела, как у него в голове и на языке вертелось пару колкостей, которыми он мог бы ответить, но он понимал, что я права, поэтому молчал. Жаль только, что ситуации это не меняет. Он просто парень, в нём нет ничего особенного, но Кристиан второй человек, который так просто меня прочитал.

– Ты интересный, Кристиан Оссхаерт, – я сладко ему улыбнулась, но ближе не придвинулась. Запах сигарет всё ещё раздражал мой чувствительный нос, и я не решалась приблизиться, хотя мне хотелось сесть как можно ближе и рассмотреть его глаза как следует.

Ты тоже, – это прозвучало почти как комплимент, хотя возможно это он и был. Таких людей как Кристиан мало что может заинтересовать, чаще всего они просто игнорируют окружающий их мир, так как не считают его достойным внимания.

– И чем жу я могу быть интересна? – на самом деле причин намного больше, всего того что мог назвать Кристиан. У меня столько секретов, что их хватило бы на десяток магических головоломок и каждый из них мог бы привлечь внимание этого парня, если бы он только мог их разглядеть.

– Твоя аура, – словно этим всё сказано, произнёс он. Кристиан внимательно вглядывался мне за спину, а Я ощущала как по его венам заискрилась мана. Я почти видела, как она растекалась от сердца, стремясь к его глазам. Тот, что голубой приобрёл серебряный отлив и отражал свет последних лучей Солнца словно бриллиант. Чёрный глаз посветлел и стал как янтарь с золотыми прожилками, а по краям радужки цвет больше напоминал виски. – У всех существ она выглядит как облако окружающее их или как мыльный пузырь, у тебя же за спиной крылья, – Кристиан протянул руку словно мог коснуться моей души. Он провёл рукой в месте, где должно быть начиналась моя аура, и меня словно током прошибло. По спине и до самого затылка прошёл табун мурашек, оставляя после себя неприятное липкое ощущение. Дыхание сбилось, а все ощущения буквально вопили об опасности. Магия в моём собственном теле откликнулась мгновенно. Частицы маны хаотично задергались, заставляя кровь вскипать. По венам словно разлился расплавленный металл, даря незабываемое ощущение словно тебя клеймят изнутри. Сердце с силой стучало о ребра, казалось, что ещё немного и они треснут, да и само оно от каждого удара ныло только сильнее. Грудь болела, её сдавливало ощущение паники. Я старалась дышать медленнее и глубже, чтобы успокоить неожиданный приступ, но легкие едва-едва поддавались. Не смотря на жар магии, их словно покрыл лёд не давая сделать вздоха. Мои губы сами скривились, нет это было не из-за боли. Я была раздражена реакцией своего тела, такой же отклик был только один раз. Тогда Я была при смерти. Кристиан взглянул мне в глаза и продолжил, он точно заметил мою реакцию, иначе бы он не вглядывался так усердно в мою ауру. – Огромные крылья, чёрные словно безлунная ночь. Они не похожи на фейские, твои крылья больше напоминают смесь ворона и падшего ангела. Каждое перо я могу видеть отчётливо, но в то же время их очертания размыты, будто это просто игра тени. Я первый раз вижу что-то подобное. Даже у Люциферов аура была самой обыкновенной, – он ненадолго замолчал. Мне хотелось пошутить над тем, что его речи стали больно романтичными для образа холодного парня, но меня остановил его хмурый взгляд. Кристиан немного отодвинулся и больше не делал попыток коснуться отражения моей души, но изучающего взгляда не отвёл. Он старался лишний раз не двигаться, не зная, что именно вызвало мой страх Кристиан пытался избежать возможного триггера. Я о причине только догадывалась. Все мои чувства восприятия все ещё были обострены, но дыхательные упражнения помогли избавиться от наплыва паники и успокоить бешено колотящееся сердце.

– Аура меняется в зависимости от эмоций, – наконец сказал Кристиан. – Изменяет цвет или форму, но твоя никак не изменилась.

Он оторвал взгляд от моих крыльев и посмотрел мне в глаза. Он был напряжен и удивлен, это читалось во взгляде и запахе его маны.

– Как долго ты топила эмоции и врала самой себе, раз даже твоя душа научилась лгать? – это было сказано без жалости, но моё сердце всё равно споткнулось. Я зашипела на него подскочила с теплой крыши, вновь теряя контроль над дыханием.

– Ты лезешь слишком глубоко, Кристи, – произнесла я, глядя на него сверху вниз и сверкая хищной ухмылкой.

– Как ты меня назвала? – Кристиан оскалил на меня острые демонические зубы. По крыше заструились потоки тьмы понижая температуру вокруг на несколько градусов. Он перестал сдерживать магическую ауру и меня накрыла ледяная волна его силы. То, что у всех вызывает дрожь поджилок и неконтролируемое мочеиспускание вмиг подавило все остатки моей паники. Хоть это и было странно, такое отношение мне было намного привычнее. Большинство существ испытывают ко мне ненависть чисто на подсознательном уровне и то, что этот парень не проявлял ко мне агрессии немного выбило меня из колеи.

Как бы самоуверенно это не звучало, но Кристиан мне не ровня. Я готова хоть сотню раз сразиться с ним, только бы он больше не заглядывал в мою душу. Не прикасался к ней.

– Посланных богиней снов, Кристи, – со смешком ответила я и уже собиралась направиться к двери с крыши, как меня остановили. Разъярённый Кристиан подскочил с насиженного места словно пружина, вылетевшая из какого-нибудь механизма, и зарычал. Его глаза сверкали, да вот только в них плескалась не ненависть, которую я ожидала увидеть, а азарт. Кристиан был зол это точно, его щеки раскраснелись от возмущения, а магия была готова сорваться с пальцев, но единственное что я от него чувствовала это интерес. Детский и ничем не прикрытый интерес.

– Не называй меня так, – низко прошептал Кристи.

– А то что? – не смогла остановить себя я. Я тоже злилась. Злилась на то, что он пытался забраться мне в душу, на то какое любопытство он разжигает во мне, на то что думает будто Я буду его слушаться. Кристи не отвечал, он прекрасно понимал, что ему нечего мне противопоставить. Раз он был шпионом в прошлой жизни, значит точно заметил, что Я единственная кому позволено носить с собой меч. Следовательно, должен понимать, что Я имею в этой академии какой никакой авторитет и угрожать он мне не может.

– А то Екатерина узнаёт, что ты лгунья до мозга костей.

– Стоп, что? – это было так неожиданно что Я едва не поперхнулась. Неужели Кристиан действительно угрожал мне Екатериной?

– Как думаешь Лгунья, что она скажет если узнает о твоей лжи? – он растянул губы в ехидной улыбке и Я была готова ногтями содрать её с его лица.

– Катись к чертям, Кристи.

– Спасибо Лгунья, но Я только недавно посещал родственников.

Мы молча смотрели друг на друга пару минут, и о боги, как же мне хотелось рассмеяться. Вероятно, если бы я и правда засмеялась, смех вышел бы слегка истеричным, только по этому Я отвечала на игру Кристиана. Наши серьёзные лица были почти идентичны, и у обоих сводило мышцы от сдерживаемой улыбки. Его шуточная угроза подняла мне настроение намного лучше, чем ода в честь моих крыльев.

– Не переходи границы Кристи, – в ответ он только цыкнул и демонстративно отвернулся. В этот раз я не стала сдерживать смех, всего пару секунд. За последние семь лет Кристиан первый кто услышал мой искренний смех и этот факт немного меня напрягал. Я покачала головой и собралась уходить.

– Благословенной ночи Лгунья, – сказал Кристиан, когда Я уже развернулась чтобы уйти.

– Не называй меня так, – вернула я его фразу, прежде чем захлопнуть за собой дверь на крышу. За деревянными досками я услышала приглушённый смех Кристиана от которого у меня пробежали приятные мурашки. Он был прекрасен, такой что похищает душу стоит только его услышать, может быть его мать сирена? Этот смех хотелось слышать постоянно, и я очень хотела услышать его на завтрашних занятиях. И, разумеется, я никогда в этом не признаюсь, даже самой себе.

Глава 3.

На весь плац разносился звук ударов дерева о дерево, отдаваясь в ушах ритмом сердца. На занятиях по фехтованию и девушки и парни выкладывались по полной, но со стороны все равно выглядели как мартышки с палками. Их неуклюжие движения почти причиняли мне боль. Соревнование по фехтованию, которое входило программу Игр, будет уже через месяц, а среди моей группы нормально держать меч может только Эдвард. Я всё лето ожидала только этого конкурса, но теперь было понятно, что он будет довольно унылым, с такими-то участниками. Каждый из них слишком быстро уставал из-за того, что не контролировал уход маны из тела. Более-менее с этим справлялась Екатерина, только потому что я как-то сказала ей об этом, но даже так она была такая же уставшая, как и остальные. Она в принципе была физически слабее наших одногруппников. Пот стекал по их лицам тонкими струйками, хотя с начала занятия прошло только пятнадцать минут, а вместе с ним из их тел утекала и Мана. Она смешивалась в воздухе создавая редкостное зловонье, за многие годы я привыкла к подобному запаху, но он едва ли стал от этого терпимее. Мана дриады пахла мокрой землей и скошенной травой, от Эдварда несло железом и ржавчиной, Екатерина пахла сладко, как сахарная вата и лаванда. Близняшки мермены что тренировались в паре, пахли солью и тиной. Лесли воняла как мокрая собака, хотя её брат пах лунным светом и полынью, что распространена на землях оборотней. Гномы и дворфы почти не пахли, или пахли как мокрые камни.

Контроль врождённой маны оставлял желать лучшего, такой сильный отток маны в сражении может привести к смерти, а эти идиоты даже не понимают почему так быстро теряют силы. Эдвард уже долгое время пытается научиться перекрывать выходы маны, но без хорошего наставника он справиться не сможет.

– Доброе утро, – сказала я, почувствовав ещё один запах. Мороз, мята, дрянные сигареты и горячий шоколад.

– Угу, – Кристиан оперся на ограждение и зевнул. В его глазах залегли тени, а под ними расползлись тёмные круги. Похоже кого-то всю ночь мучали кошмары и не дали выспаться, неудивительно что он так хмурится.

– Тебе не хватило пары? – он кивнул на старающихся в поте лица, усердно пытаясь подавить зевок.

– Мой партнёр скоро подойдёт, – я криво улыбнулась. На самом деле мне уже нетерпелось взять в руки меч и размять мышцы. Мне некуда было девать энергию и хотелось поскорее заняться делом, а не терять просто так время. Время, которое я могла бы потратить на то, чтобы стать сильнее и отточить свои навыки.

– Ты настолько слаба, что он решил не тратить попусту на тебя силы? – на какое-то мгновение мир остановился. Кристиан не пытался меня обидеть иначе бы я почувствовала злой умысел. Он назвал меня слабой. Этот манипулятор пытался меня разозлить, задеть мою гордость. Он хотел увидеть на что я способна без масок, которые я могла бы показать… Мне даже не нужно было слышать его мысли чтобы понять это. О богиня что за парня ты привела в мою жизнь?

– Я правда выгляжу такой слабой? – едва сдерживая смех, спросила я.

– Во владении мечем, но не магии, – на этот раз я расхохоталась.

– О тогда ты удивишься, – Кристиан в вопросе поднял свою бровь.

– Тебе повезло что мистер Горфон не заметил твоего опоздания, – перевела тему я. Не было смысла что-то ему объяснять, скоро он всё равно сам поймёт, что ошибся.

– Кстати, где он? – Кристиан снова зевнул, я пальцем указала на приближающегося мужчину. Мистер Горфон высокий мужчина лет сорока с крупным телосложением, черными волосами, завязанными в хвост и с такого же цвета модно стриженной бородкой. Я всегда уважала этого мужчину, по большему счету за технику боя.

– А ну разошлись, – грубо выкрикнул он. Ученики тут же подчинились и ушли к ограждению. Многие были рады наконец то передохнуть, только компания Эда как обычно чуть ли не плевалась ядом, хотя у самих руки дрожали от напряжения.

– Ты готова?

– Всегда готова, – отозвалась я и вышла на центр плаца. Всё тело было готово сорваться в бой и будто покалывало от ожидания. Я обнажила свой меч, наконец-то ощущая его тяжесть в руке. Мой бастард снегом блестел на солнце, белый клинок сверкал подобно стали, но был он из камня. Лезвие из магического минерала было острее обсидианового ножа и прочнее алмаза, оно могло рубить плоть и кости даже не затупляясь. Идеальное, смертоносное оружие и в тоже время произведение искусства.

Сэр Эстиан вооружился своим клеймором и встал в десяти шагах напротив меня в боевую стойку. Он слегка согнул ноги и поднял меч на уровень плеч. Я стояла правым боком к преподавателю, крепко держа клинок в опущенной правой руке. Само лезвие было направлено к ясному небу. Я ускорила дыхание, заставляя сердце быстрее гнать кислород по венам. Каждая мышца была напряжена до предела.

Я закрыла глаза и сделала вдох. Никаких лишних мыслей. Чужих мыслей. Секунда, вторая, рывок. Глаза Я открыла только почувствовав отдачу меча. Звон стали прорезал тишину плаца. Мечи скрипели от давления. Я смотрела прямо в глаза Сэру Эстиану. Чёрные глаза были спокойны. Никаких мыслей. Мистера Горфона было сложно читать во время боя. Он не думал. Мастерство на уровне инстинктов, рефлексов. Я увела клеймор в сторону и отступила на шаг. Горфон нанес ещё один удар. Рывок в право и Я ушла от удара. Меч просвистел у меня перед носом. Я оказалась с боку от противника. Уйти ему за спину не вышло. Горфон нанёс диагональный удар снизу. Я отошла ещё дальше. Больше он не мог меня достать.

Мы кружили вокруг друг друга, не нанося ударов. Любая попытка удара и противник отстраняется. Это было похоже на игру. Кто первый нападёт, тот вероятнее и проиграет.

Все чувства работали на пределе своих возможностей. Я слышала ровное дыхание. Учащенное сердцебиение. Подбадривающие крики Екатерины. Удивленные мысли Кристиана. Я видела каждое движение. Каждую тень. Я слышала запах костра и стали. Он был едва уловимым. Не зря мистер Горфон лучший мечник своего поколения.

Он проиграет. Мистер Горфон ринулся ко мне. Колющий удар в живот, который парировать сложнее всего. Я ушла влево. Новая череда ударов, которые Я с лёгкостьюблокировала. Движения выдавали намерения Горфона. Движение вперёд левой стороны корпуса. Значит рубящий удар из-за правого плеча. Шаг правой ногой. Диагональный вверх. Согнутые колени и сколоненая голова. Колющий в грудь.

Звон стали звучал всё быстрее и сливался в музыку. Песнь песка под сапогами и свист клинков в воздухе с каждым ударом звучали все громче. Ещё удар. Рывок. Мистер Горфон устал. Пот впитывался в его бороду и мешал крепко держать меч. Каждый новый удар становился всё менее уверенным. Пора заканчивать.

Я дождалась колющего удара и припав к земле ушла за спину. Я подняла меч и нанесла стремительный рубящий удар точно в шею преподавателя. Он успел обернуться и защититься. Острие его меча встретилось с плоскостью моего. От силы моего удара у Горфона онемели пальцы, и он потерял своё оружие. Мой сапог врезается чуть ниже солнечного сплетения, и мистер Горфон падает на спину. Пока сэр Эстиан не успел встать, я ногой прижала его грудь к земле и направила меч к глотке. Я была готова без колебаний убить его. Если бы он того заслуживал.

"Холодная и величественная" – услышала я из мыслей Кристиана.

– Прекрасно Роузен, я вновь признаю поражение, – мистер Горфон буквально прокряхтел это под натиском сапога. Только услышав это я дала подняться профессору и убрала меч в ножны.

– Сила, техника и выносливость как всегда на высоте, но ты слишком предсказуема Аманда. Используешь один и тот же трюк раз за разом, – Горфон поднял свой меч и упëр руки в боки.

– Возможно, но ни в один из этих раз вы не одержали победу, хотя прекрасно знали каким будет мой следующий ход, – я стояла прямо перед учителем и по сравнению с ним Я чувствовала себя маленькой и хрупкой девочкой. Многим было бы сложно поверить, что этот здоровяк только что проиграл мне.

– Верно, но ты должна понимать, что я не самый грозный противник. Хоть я и мастер меча, но, если против тебя выступит демон или вампир ты проиграешь, – ответил на неприятное замечание мистер Горфон, а у меня внутри застыл лёд. Вы меня сильно недооцениваете профессор Горфон, если и правда считаете, что против каждого противника у меня одинаковая стратегия, – мой голос прозвучал чрезмерно недовольно, видимо его замечание задело мою гордость чуточку сильнее чем я думала. Да чтобы я проиграла простому вампиру? Это было почти что смешно.

– Я правда очень надеюсь, что ошибаюсь на твой счёт, помни ты главный претендент на победу в турнире фехтования.

– Выскочка, – послышалось со стороны вампира. Его гордость была ещё более уязвлена чем моя. Эдвард никогда не признавал, что такая как я может быть лучше него. На его замечание Лесли показательно рассмеялась.

– Я помню, – сказала я глядя прямо в глаза Эдварда, после чего посмотрела на Екатерину. Она, прыгая побежала к мне, а когда взяла за руку обернулась и показала вампиру язык. На что он фыркнул и усмехнулся, а я незаметно закатила глаза. Вот же горе любовники.

– Почему так? – спросил у меня Кристиан, после занятия по практической магии. О чем ты? – мы вдвоём направлялись на крышу. Екатерина снова убежала в библиотеку на свидание с пылью, плесенью и знаниями. Меня не прельщала перспектива провести так вечер, поэтому я согласилась на приглашение Кристиана. О том что ты не можешь использовать магию.

Довольно неприятная тема. На занятии Кристиан стал свидетелем, того, как надо мной издеваются из-за магии, а мне и возразить нечего. Повезло что Миссис Сильвия быстро это прекратила и не требовала от меня участия в занятии.

– Просто не могу, – ложь, произносимая так часто что уже могла стать правдой.

Кристиан придержал для меня дверь на крышу, а после вышел сам. Как только мы устроились на нагретой солнцем крыше он достал сигарету и зажал между зубов. Пока он искал зажигалку, я выхватила сигарету из его губ и, переломив пополам, сбросила с крыши, ясно давая понять как я к этому настроена. Кристиан нахмурился и прорычал что-то нецензурное, но новую доставать не стал.

– Как скажешь, Лгунья, – я цыкнула на его упрек, но больше ничего не сказала. В какой-то степени я была благодарна что он не продолжил допрос, так как это сделала Екатерина. Когда она узнала, что я не могу колдовать то три дня без перерывов мучила меня расспросами. Она мне и шагу сделать не давала, пока я не наплела ей что-то про родословную и дефицит врождённой маны.

За это отличие мне и нравился Кристиан. С ним было проще и спокойнее. Мы оба легко читали друг друга и так же легко скрывали друг от друга свои тайны. Мы были как открытые книги, но на языке не известном нам обоим. Наше содержание было открыто нам, но было засекречено, зашифровано отчего понять его суть становилось ещё интереснее. Но мы знали, что не можем подпустить друга слишком близко. Я не знала причин Кристиана, а он моих, но мы оба уважали это. Ни я, ни он после первого разговора на этой крыше не лезли слишком глубоко. И это было слишком хорошо для обоих.

– Ты будешь встречать завтра нового преподавателя? – спросила я, желая сменить тему.

– Нет. Он прибудет слишком рано, я лучше посплю. А ты?

– Как бы я не хотела, но Екатерина в любом случае поднимет меня и потащит знакомиться. Она считает если сразу понравиться преподавателю, то будет проще получать высшие баллы.

– Это глупо. К нам пришлют ученика старшего курса Имперской академии, он будет оценивать так же, как учит Императрица.

– Жёстко и очень придирчиво? – на это Кристиан легко рассмеялся и по моей спине вновь пробежали мурашки.

– Я имел ввиду справедливо, но твои критерии тоже уместны, – он улыбался. Улыбка ему очень шла. С утра он выглядел вымотанным и чересчур бледным, сейчас же когда приближающаяся ночь питала его своей силой он был великолепен. Чёрные круги под глазами рассосались, а лицо приобрело более розовый оттенок, хотя в последних лучах скрывшегося Солнца он больше напоминал персиковый. Четкий профиль, высокие скулы. Он напоминал древние статуи эльфов, в которых увековечивали особо прекрасных представителей этой расы.

– Выглядишь так будто хочешь меня съесть, – с ухмылкой сказал Кристиан. Чёрт, я слишком долго пялилась.

– Может и так, – ответила я, наконец отводя взгляд. Я как могла скрывала своё смущение, но Кристиан не обращал внимания на мои старания.

– Уверен я отвратителен на вкус, – гадкий. Он гадкий, а не великолепный. И вовсе он не красивый, просто заносчивый идиот.

– Конечно ты же наполовину демон, – я нахмурилась и обняла свои колени, не отрывая взгляда от горизонта.

– И даже так ты хочешь меня попробовать? – он сам напросился. Я ударила его кулаком в плечо, вышло сильнее чем я ожидала и Кристиан повалился на крышу. Он даже не пытался снова сесть. Всё что он делал это хохотал, хватаясь за живот. Только немного успокаивался, как взглянув на мои порозовевшие щеки, больше от возмущения нежели смущения, вновь заходился хохотом. Я, не сдерживаясь шипела на него, но Кристиан не прекращал. Только спустя пять минут он смог успокоиться.

Больше мы ничего не говорили. Просто сидели, смотря на восходящую Луну и наслаждаясь молчаливым обществом друг друга. В моей голове вплоть до следующего утра раздавался низкий смех, искрящийся весельем. Я ненавижу этот прекрасный смех.

Глава 4.

Утро было испорчено уже тогда, когда Екатерина разбудила меня воодушевлёнными криками и заставила немедленно собираться ведь сегодня приедет ученик имперской академии. Едва дождавшись пока, я соберусь, Катя чуть ли не за шкирку потащила меня в торжественный зал, где собралась добрая половина учеников со всех курсов.

Сейчас только встало солнце и из открытых окон дул прохладный ветер, вызывая мурашки после тепла пухового одеяла, но похоже никто на это не обращал внимания. В центре зала учеников не было, судя по всему, оставили место что бы новый преподаватель мог без проблем переместиться. Сильный гул от разговоров и перешептываний прервался, когда в месте свободном от учащихся академии появилось слегка голубоватое сияние следом за ним явился и тренер нашего класса.

За то время пока мы не виделись он совсем не изменился. Всё те же неряшливые огненно рыжие волосы и глаза цвета зеленного леса, светящиеся детской радостью и искренностью. Может только чуть-чуть подрос, когда мы вместе учились в магической академии, он был одного со мной роста, но при этом среди других парней он не считался низким. Ему сейчас должно быть девятнадцать, как и мне, но манера одеваться как попало так и не ушла. В принципе с таким смазливым личиком мало кто обратит внимание на то, как ты одет.

Я была рада что за такой толпой он не смог бы меня разглядеть, но мне стало его немного жалко. Когда Ник переместился его глаза сразу округлились как у испуганного чешуйчатого кролика, судя по всему, он не ожидал такого радушного приёма и слегка удивился что его окружило столько существ. Не думаю, что это хоть немного его обременило, он всегда любил находится в центре внимания. По большему счету именно из-за это я и ненавидела, что он с самого детства за мной таскался, привлекая ко мне не нужное внимание.

Мне хотелось немедленно вернуться в комнату и спрятаться там до начала занятий. Этот баламутный парень совсем не умеет держать язык за зубами и мало этого, так он еще и знает кто я такая на самом деле, ведь с рождения был приближен к правящей династии и ко мне в том числе.

Как бы мне не хотелось уйти, Екатерина крепко держала меня за предплечье, не давая шанса сбежать незаметно, по ней было видно, что, если бы не толпа из учеников она бы тут же подбежала к красавчику преподавателю с расспросами. Из-за того, что я ее лучшая подруга если ей выпадет такая возможность я обязана буду пойти с ней, чего мне, собственно, совсем не хочется. Могу поспорить если он меня увидит тотчас пристанет с вопросами чем я занималась те три года после исключения из Магической академии, поэтому мне нужно было удалиться отсюда как можно скорее и уменьшить вероятность того, что он раскроет меня на всю академию.

– Кать, кажется, из-за такого столпотворения я начинаю задыхаться, давай ты останешься тут и попробуешь поболтать с новым учителем, а я пойду подышу свежим воздухом, – наигранно взмолилась я знакомой святой.

– Ты же просто притворяешься чтобы уйти от сюда? – она даже не посмотрела на меня. Её внимание было приковано к Лесли и Эдварду, что стояли ближе всех к новому преподавателю. Все возможно – на этот раз я все-таки получила взгляд от подруги. Екатерина придирчиво оглядела меня, выискивая признаки дурного самочувствия. Я приложила руку ко лбу и закатила глаза имитируя шуточный обморок. Иди уже – она пихнула меня в сторону выхода, и я как поспешила удалиться из зала, в котором даже холодный сквозняк не спасал от духоты. Улица встретила меня тишиной, холодом осеннего утра и запахом мяты и горячего шоколада.

– Кристиан? Почему ты тут, мне казалось, что ты собирался спать, – парень сидел на кромке фонтана с закрытыми глазами.

– Так было запланировано, – Крис говорил это пытаясь подавить зевок.

Это не ответ на вопрос.

А почему тебя это интересует? – произнося это, он встал, пришлось задрать голову что бы смотреть ему в глаза. Его телосложение сложно назвать крупным, плечи не очень широкие, а мышцы еле заметны, но это не умаляет того факта что он силен физически. Скорее всего это обусловлено высоким содержанием маны в теле или в его случае расой. Лохматые после сна волосы как вороного крыло мягко ниспадали на лицо, прикрывая уши, и купались в лучах рассветного солнца будто поглощая его свет и энергию. На лице радостно плясали блики, отбрасываемые водой из фонтана, они подчеркивали острые скулы и глубину, наполненных ленью и сонливостью, ледяных глаз.

– То, что ты пытаешься избежать ответа довольно подозрительно, – скептически ответила я, скрещивая руки на груди.

– Ладно ладно мисс детектив, если бы из-за приезда препода не создавали такого шума и не кричали под окнами мое тело до сих пор лежало бы в кровати, но так как меня все равно разбудили я решил посмотреть на разочарованные лица тех идиотов что собрались в зале, – он поднял руки как бы сдаваясь и кивнул в сторону дверей, откуда я недавно вышла. – Так кого прислали? – он спрятал ладони в карманах и широко зевнул, открывая взгляду белоснежные клыки.

– Николаса Рейда, – поддаваясь рефлексу я тоже зевнула.

– Я не удивлён, – он медленно направился в сторону общежития, и я последовала за ним.

– Почему?

– Люциферов там нет, так что он единственный достаточно способный.

– Вы знакомы? – я постаралась перевести тему и увести разговор подальше от правящей семьи. Говорить о ней было плохой идеей.

– Обучались в одной группе.

– В группе Мирабель? – я в замешательстве уставилась на Кристиана. Он с подозрением взглянул на меня и кивнул.

– Кого же ты ищешь раз бросил учёбу у Императрицы?

– Принцессу, – ноги резко приросли к месту, а собственные мысли накинулись на меня словно стервятники. Пальцы непроизвольно сжались, вдавливая ногти в ладони, после чего точно останутся кровавые полумесяцы.

– С чего ты взял что принцесса уже родилась? – я хмуро посмотрела ему в глаза. Кристиан опустил взгляд на мои руки, и я поспешила их расслабить.

– Мирабель с начала моего обучения только и делала что болтала о своей дочери.

– Да кто ты такой чтобы тебе такое рассказывали? – прошипела я. Как и при первом нашем разговоре все внутри у меня сжалось а мана раскалила кровь. Весь мир сузился до единственного мнимого ощущения опасности, которое я ощущала от Кристиана. Императрица не могла рассказать ему о таком, да будь он хоть трижды достойным красной печати не должен был узнать о принцессе. Я носом втянула воздух, но ничего. Кристиан не врал, его мана не изменила своего запаха. Это может стать настоящей катастрофой.

– Секрет, – после недолгого молчания ответил он и скрылся за массивными дверьми общежития пока я не решила устроить ему допрос.

Екатерина нервно рассмеялась после третьей неудачной попытки как-то разрядить атмосферу за столом. После вчерашнего разговора завтрак проходил крайне напряженно. Я всё время не отрывала глаз от тарелки с ягодной кашей, а Кристиан напротив не при тронулся к еде постоянно смотря на меня. После разговора о принцессе Люцифер я ему ни слова не сказала, и он все пытался понять причину. Кристиан не глупый, он далёк от такого определения. Я слышала его мысли, на самом деле после того разговора я постоянно прислушивалась к ним, надеясь услышать интересующий меня ответ. Кристиан считает, что я просто обиделась на него за то, что он не ответил, я бы не назвала то, что чувствовала обидой, но суть от этого не меняется. Так же он не упустил из виду мою реакцию на информацию об академии и Люциферах. Кристиан догадывается что я знакома с Николасом, и это наименьшая проблема, которая появилась у меня за последнее время.

Непонимание съедало меня изнутри, заставляя строить догадки и теории, и вызывало за собой страх. Неизвестность и неопределенность всегда подрывают контроль над ситуацией и неминуемо ведут к нарушению планов. Пока я не узнала, что Кристиан знает о принцессе, считала его нулевым коэффициентом, но теперь всё изменилось. Из-за того, что я не знаю почему Императрица доверила ему тайну принцессы, я могу считать Кристиана только неопределенной переменной, которая никак не вписывается в мои планы.

Я уверена, что Кристиан тот самый о котором писала Первая Императрица, но это не даёт ответов. В записях было сказано, что в прошлой жизни он получил красную печать Люциферов, а Первая нарекла его своим братом. Красная печать оставляют на душе, так чтобы даже после смерти и перерождения она оставалась с тем, кому её даровали, но от Кристиана я её не чувствовала. У него нет той частицы силы что Люциферы дарят членам своей названной семью, поэтому ещё подозрительнее то, что Императрица так просто с ним поделилась. Вплоть до дебюта принцессы о её рождении никто не должен знать, за исключением названной семьи Императрицы, таковы законы Империи, которым почти три тысячи лет. Что такого Императрица Мирабель разглядела в Кристиане раз рассказала ему, а главное зачем?

– Ты так и будешь меня игнорировать? – в который раз поинтересовался виновник всех моих проблем и в который раз остался без ответа. Кристиан злился, его мана перестала пахнуть горячим шоколадом, зато запах стал ещё более морозным и приобрёл пикантный оттенок. Мана вокруг тоже колебалась, вытягивая тени и делая их ещё чернее, он даже не отдавал себе отчёта в том, что выпускает магию.

Те, кто сидели по близости ощущали это как холод ползущей по полу, но не обращали внимания. В отличие от ужина, завтрак всегда проходил тихо и прохладно. После раннего подъема, мало у кого хватало сил громко разговаривать, так что тишина столовой прерывалась только звоном посуды. Утренний ветер, что дул в открытые форточки заставлял учеников сильнее кутаться в форменные пиджаки, поэтому никто и не заметил, что из-за Кристиана в помещении стало прохладнее. Никто кроме меня, даже Екатерина списала это на то, что осень вступает в свою полную силу, хотя нас ещё ждёт бабье лето.

– У меня есть дела, я уйду первой, – сказала я, закидывая в рот последнюю ложку каши. Я услышала, что Кристиан думает будто я сбегаю от разговора с ним, судя по всему, Екатерина подумала также. Что ж, мне на руку если они будут так считать, но у меня по планам вломиться в комнату преподавателя.

Глава 5.

Когда я обошла здание общежития, со стороны столовой уже было слышно выходящих учеников. После кофе все становились более энергичными, поэтому то тут то там слышались шумные разговоры, которые выдавали местонахождение потенциальных свидетелей моего проникновения. Я могла бы навестить Николаса ночью и снизить риск того, что меня застукают, если бы Ку Ши не следил чтобы после заката ученики не покидали своего общежития. Лучше уж попасться другим учителям, нежели стать жертвой нападения этого лохматого пса, если он не дайте боги спутает меня с вором. С рассветом директор уводит Ку Ши куда-то в лес, так что шанс попасться для меня сейчас практически равен нулю.

Учителя проживали на третьем этаже учебного корпуса и почти никогда не посещали ученического общежития. Они старались дать ученикам как можно больше личного пространства, но это не помешало им подселить Ника к нам. Его поселили под самой крышей, где оставалось пару свободных комнат. Наверное, его решили разместить именно здесь, потому что он всё ещё не закончил своё обучение и не может считаться полноправным преподавателем. Что ж это играло мне на руку, заднюю часть ученического общежития окружает только лес, поэтому пробраться незамеченной к окну будет проще, нежели взбираться по стене учебного корпуса, где любой, кто находится на плаце может меня увидеть.

Взобраться на третий этаж было бы для меня проще простого, если бы красный кирпич не крошился так сильно под пальцами. Я отошла от стены на пару шагов и оглядела окна нужного этажа. Все они были закрыты, но из-за окна по центру исходил запах медового бисквита. Я позволила себе крохотную улыбку, мана Николаса напомнила мне запах того, что я раньше ощущала домом. Я прошла вдоль стены, слыша, как под сапогами хрустит хвоя, и встала перед водостоком. Судя по звукам и запахам никого поблизости не было, поэтому я без волнения зацепилась за металлическую трубу и начала взбираться. Из-за гладкой поверхности ноги постоянно соскальзывали, а руки жгло от неизбежного трения. Крепления к стене были редкими, поэтому я даже решила не цепляться за них. Меньше трёх минут прошло, и я уже зацепилась за карниз, подтянувшись на руках я оказалась на крыше. Было бы проще просто подняться по лестнице, да выйти сюда как для разговоров с Кристианом, но я не хотела столкнуться с кем-нибудь в общежитии. Учитывая запах мокрой собаки, который я почувствовала, минуя второй этаж, я могла наткнуться на Лесли, чего откровенно не хотелось.

Пологий скат крыши не был скользким, поэтому я спокойно дошла до середины и наклонилась над краем. Расстояние от карниза до подоконника Николаса больше, чем между окнами. Если я повисну на руках, то едва ли достану до выступа и придётся прыгать. Хорошо, что я никогда не боялась высоты.

Я была почти права, мыски сапог еле касались каменного подоконника, но хотя бы не пришлось прыгать вслепую. Я медленно разжала пальцы и аккуратно встала на выступ, лицом упираясь в витражное стекло. Я осторожно толкнула окно, но оно не поддалось, и я выругалась себе под нос. Кто вообще запирает окна на замок? Я вгляделась за стекло, в комнате было темно и не было заметно какого-либо движения. До начала занятий было ещё пятнадцать минут, Ник ни за что бы не ушёл так рано, так, где он пропадает. Запах бисквита был сильным, значит скорее всего он ещё на этаже.

Я приложила к окну чуть больше силы, но ничего не изменилось. Я ещё раз выругалась и аккуратно присела, так чтобы замок был на уровне лица. Я приложила руку к стеклу и глубоко вздохнула. Мана тотчас закипела под кожей и искрами вырвалась с кончиков пальцев, образуя на гладкой поверхности магический круг размером с монетку.

– Ключ, – прошептала я, и замок с обратной стороны сразу щелкнул. На этот раз окно открылось без какого-либо сопротивления. Я спрыгнула на пол комнаты и резко втянула носом воздух. Рот наполнился металлическим вкусом, и я сглотнула. Запах металла в отличие от вкуса остался и смещался с сыростью помещения. Я оглядела стены и потолок, нигде не было видно мокрых следов, так что было не понятно откуда идёт запах сырости. Зато сразу стало понятно почему так пахнет пылью, она не только лежала на всех поверхностях, но и витала в воздухе. В лучах утреннего солнца её было видно особенно хорошо, так же, как и рыжую шерсть. Она лежала и на смятом покрывале, которым застелена старая узкая кровать. Довольно скудная комната, даже по сравнению с другими в общежитии. Кровать и небольшой комод расположились вдоль противоположных стен, здесь даже не было стола.

– Кто здесь? – в комнату влетел взволнованный Николас. Видимо он учуял запах и был готов увидеть кого-то покрытого кровью, но завидев меня встал как вкопанный. Его брови едва не затерялись в волосах.

– Ааа, – вопросительно протянул он, указывая на меня пальцем.

– Привет Рейд, – сказала я, шмыгая носом. Он радостно вскрикнул и бросился ко мне с раскинутыми руками, но в последний момент я увернулась от объятия. Ник запнулся о свои ноги и едва не упал скривившись. Обернувшись ко мне, он медленно изучил меня взглядом.

– Ты пропала три года назад! – с упреком сказал он, убедившись, что я и правда стою перед ним. Он был удивлён и очень рад, а запах маны стал отдавать лимоном. Я была уверена, что при встрече почувствую злость или хотя бы недовольство, но его не было.

– Я не пропадала, – я провела рукой под носом, проверяя не осталось ли красного следа. Сейчас меня больше волновало, чтобы на молочной рубашке не расцвели кровавые пятна, чем недовольство Ника.

– Ты ушла ничего мне, не сказав, – он отошёл к комоду, рядом с которым стоял чемодан и выудил из него носовой платок.

– Если бы я сказала куда направляюсь ты бы поплелся за мной, – сказала я, кивая в благодарность за платок, и прижала ткань к носу.

– Ты говоришь так будто я всегда доставляю тебе неприятности, – услышав молчание, означающее что так и есть, Ник бросил. – Ой, давай прекращай я твой лучший друг и как бы сильно я тебя не раздражал ты бы не хотела, чтобы я перестал им быть.

– Ещё раз попытаешься назвать меня этим именем и клянусь я отрежу тебе твой длинный язык, – процедила сквозь зубы, прерывая его прежде, чем он успел обратиться ко мне по имени. Николас был явно раздосадован что я не рада его видеть, но обижаться не стал. Казалось, он был готов к такому повороту событий и даже не сильно удивился, когда я без спроса пробралась в его комнату.

– Здесь никто не знает, что я училась в Имперской академии и что знакома с тобой, так что пожалуйста держи свой язык за зубами – попросила я, возвращая испачканный платок. Ник мне не ответил и только скрестил руки на груди, ожидая того, что я могу предложить взамен. Хитрый лис.

– Ладно, – я расставила руки в стороны и Ник мигом бросился в объятия. Он сжимал чуть ли не до хруста рёбер, будто не до конца убедился, что я настоящая.

– Я скучал, – надломлено прошептал он и внутри у меня что-то сжалось. За годы разлуки я редко позволяла себе погружаться в воспоминания, все свободное время я тратила на тренировки, лишь бы не было ни минуты на чувство тоски, а Ник нет. Он всегда был более сентиментальным чем я и наверняка часто тосковал, вспоминая меня. Рука сама нашла место на рыжих волосах и начала успокаивающе поглаживать.

– А я ни капли, – Ник на это тихо рассмеялся. Мы почти двадцать лет знакомы и за это время он научился безошибочно слышать ложь в моих словах.

– Я буду молчать о том, что мы знакомы, но даже не допускай мысли, что так просто отделаешься! – он отстранился и потряс меня за плечи, так сильно что я испугалась как бы у меня не оторвалась голова. – Тебя ждёт допрос на 164 вопроса и вечер откровений.

– Что? Откуда такое число?

– От тебя не было ни весточки, вот я и составил список всего что спрошу, когда мы встретимся.

– Рада знать, что ты остался прежним, – Ник скривился от прозвучавшего сарказма, но даже не подумал отстраняться.

– Почему ты скрываешь что училась в Столице?

– Спросишь об этом на допросе, – я отпихнула его в сторону и прошла к окну. Сев на подоконник и свесив ноги, я обернулась на Ника. В голове всплыл ещё один вопрос, который я должна была задать ему.

– Почему Кристиан Оссхаерт знает обо мне? – Николас едва заметно вздрогнул и отвел взгляд.

– Ну… В общем… – он нервно потер шею.

– Прекращай мямлить, – уже раздраженно сказала я.

– Он часть пророчества, – прошептал Ник, разжигая во мне огонёк гнева.

– Ложь. Я каждое слово пророчества помню, оно клеймом выжжено на обратной стороне моего черепа, не давая о себе забыть, – прошипела я, чувствуя, что Ник не врёт.

– Это другое. Тётя Мирабель сказала, что его оставила Первая Императрица на седьмом году после основания Империи, – поспешил объяснить Ник, поднимая руки в примирительном жесте.

– Что за пророчество? Первый раз о нем слышу, – ответа я не услышала, Ник только рьяно замотал головой.

– Мирабель строго настрого запретила тебе говорить о нём, сказала что это касается только тебя и Кристиана, – он не решался встречаться со мной взглядом и нервно делал вид что увлечён разглядыванием голых стен, но чувствуя на себе мой хмурый взгляд, все же продолжил. – Я сам не знаю о чем оно, Мирабель обсуждала его только с Крисом.

– Оно связано с какими-то узами между нами?

– Скорее всего – нехотя ответил Ник и пожал плечами. Я цыкнула и спрыгнула вниз, слыша за спиной вскрик Николаса. Падение не продлилось дольше трёх секунд, и я мягко приземлилась, уменьшая импульс от полёта, сильнее сгибая ноги.

– Сумасшедшая, – услышала я шипение Ника сверху и обернулась. Вцепившись в край подоконника, он оглядывал меня на предмет повреждений. Усмехнувшись, я отсалютовала ему двумя пальцами и двинулась ко входу в общежития, мне нужно было забрать сумку с учебниками из комнаты.

Чем ближе была комната, тем сильнее я ощущала волнами накатывающую тревогу. Явной опасности я не чувствовала. Запахи различались всё ещё плохо из-за реакции тела на использование магии. С каждым шагом мне всё реальнее чувствовался запах крови. Последние пятнадцать шагов я бежала. Распахнув дверь в комнату, я поняла, что не ошиблась. В воздухе стоял металлический запах, смешанный с приторным ароматом шоколада. За дверью в ванну раздавался надрывной кашель Екатерины. Я резко открыла дверь и у меня упало сердце. Катя стояла, склонившись над раковиной полной чёрных космей, а по её подбородку стекала густая тёмная кровь. Она вновь зашлась в кашле. К цветам в раковине прибавились новые, полностью пропитанные красной жидкостью.

Глава 6.

– Аманда, – испуганно прохрипела Екатерина, увидев меня в проходе. Она попыталась стереть струйку крови рукавом, но новый приступ кашля заставил её снова скрутиться. Екатерина с хрипом втягивала воздух, не осмеливаясь вновь поднять на меня взгляда. Кате было больно, а я не могла сдвинуться с места, чтобы хоть как-то ей помочь. Я ошеломленно смотрела на цветы и быстро выстраивала картину происходящего. Она была неутешительна и заставила все внутри заледенеть. Екатерина умирала.

Она покачнулась и едва не упала, но я успела её подхватить. Грудь Екатерины содрогнулась, предвещая новый приступ кашля. Я зажала её рот ладонью и зашипела, чувствуя, как раскаленная кровь обжигает мне вены изнутри. Из глаз Екатерины брызнули слёзы и тонкими струйками стекло по лицу оставляя после себя солёные дорожки. Она тряслась в тихих рыданиях, но я чувствовала, как её боль стихает. Моя же не прекращала нарастать, и я снова зашмыгала носом.

Екатерина плакала, не открывая глаз, а её сердце разрывали страх и отчаяние. Когда-то сладкий запах сахарной ваты и лаванды пропитался горечью безысходности и солёностью страха. Она обвила меня ледяными руками и прижалась как можно сильнее, будто пытаясь поглотить весь тот жар что пылал у меня под кожей. Едва приступ Екатерины прекратился, я перестала воздействие своей маны на неё, но тело всё равно продолжало гореть в агонии. Я начала задыхаться. Делая насколько возможно ровные и глубокие вдохи, я успокаивающе погладила Екатерину по спине.

– Мне так страшно… – прошептала она, когда слёзы начали заканчиваться, а на смену истерике пришла пустота.

– Я знаю, – мой шёпот звучал удивительно спокойно, и Екатерина как могла цеплялась за это спокойствие.

– Все будет хорошо.

– Аманда я умираю, – я прижала Екатерину сильнее, вдавливая в свою грудную клетку. Я была готова разорвать свою грудь и спрятать эту девочку за крепкими ребрами, прямо рядом с сердцем. Богиня ей ведь всего шестнадцать!

– Как давно это продолжается?

– Цветы появились только сегодня, а так уже две недели, – Екатерина прекратила плакать, её поглотила ловушка апатии. Она всё ещё дрожала в моих руках, и я корила себя за то, что ничего не заметила раньше, а сейчас отвлекаюсь на то, чтобы кровь не потекла с носа, постоянно сглатывая жидкость с металлическим привкусом.

– Почему раньше не сказала?

– А что бы это изменило? Ханахаки неизлечимая, смертельная болезнь.

– Это Эдвард? – спустя минуту молчания спросила я и Екатерина ощутимо вздрогнула. Я давно заметила взгляды украдкой и ту печаль, с которой она смотрит на вампира, когда он в компании своей девушки. Ещё очевиднее что между ними что-то есть, стало, когда Екатерина начала пропадать в библиотеке, а возвращаться пропитанной запахом ржавчины. Я ничего не говорила по поводу встреч с Эдом, не считала это необходимым до сегодняшнего дня.

– Ты знала? – я кивнула. – Почему не сказала?

– А чтобы это изменило?

– Ничего, – согласилась Екатерина.

– Когда ты ушла, к нам с Кристианом подошла Лесли. Она начала поддевать меня – мои ладони сами сжались в кулаки, а Екатерина продолжала шептать. – Но Эд вступился за меня… В своей манере. Когда Лесли указала ему на это, он сказал, что терпеть не может низших существ вроде меня, – так вот что послужило причиной приступа. Этот ублюдок…

– Хочешь я изобью его и заставлю быть с тобой? – Катя засмеялась, хотя я говорила серьёзно. – Или я могу избавиться от Лесли.

– Насильно мил не будешь, но спасибо за попытку, – она вздохнула поглубже и поднялась на ноги, качнувшись всего один раз.

– Ты не умрёшь, – я серьёзно взглянула в её глаза. – Клянусь своим именем что придумаю что-нибудь.

– Договорились, – она снова натянула маску широкой и весёлой улыбки. Она всего лишь ребёнок и у меня сердце кровью обливается, видя, насколько её улыбка выглядит настоящей хотя не является таковой.

Прошлый день был тяжелым и вставать утром оказалось даже сложнее чем я представляла. Весь день я ходила как в воду опущенная и только и могла что удивляться тому, как ярко может улыбаться Уайт, будто ничего и не случилось, будто костлявые пальцы смерти не сжимали её плечи. Тренировки и занятия проходили как в тумане, точно не помню, но, когда меня спрашивали я вроде отвечала однозначно или не отвечала вовсе. Единственное что помогло мне немного встряхнуться это отвратительный грибной сок, что подавали на ужин.

Внезапно прямо передо мной уселся недовольный Николас. Его брови были насуплены, но в глазах плескалось беспокойство. Я нахмурилась.

– Так давай рассказывай что случилось, – мы с Екатериной переглянулись.

– Понятия не имею о чем речь.

– Врёшь ты сегодня весь день понурая ходишь, – сказал Кристиан, садясь рядом с Ником. После того как они встретились на занятиях, не переставали ходить вместе. В Имперской академии они были хорошими друзьями, но последние месяцы их общение практически сошло на нет, зато после их встречи здесь дружба вновь стала явной и крепкой. Мне показалось это немного странным, но я была рада что у Николаса были сильные друзья кроме меня. И мне абсолютно точно не нравилось, что в число этих друзей входит Кристиан.

– В любом случае тебя это не касается, – ответила я Нику, неприкрыто игнорируя Кристи, на что он недовольно засопел.

– Э нет, тебя мало что может выбить из колеи, а значит это что-то серьезное и я хотя-бы как твой учитель должен знать всем дело, – настаивал на своём Николас.

– Черт с два я признаю тебя как учителя, – парировала я стараясь прекратить этот допрос. Меня раздражало что Кристи и Ник считают будто имеют право требовать от меня ответов, и если Оссхаерта можно было простить поскольку он не знал как я к этому отношусь, то Рэйда нет. Он не один раз пытался меня допрашивать, и не один раз получал за это.

– Тогда как лучший друг, – шевеление за нашим столом прекратилось, а взгляды Криса и Кати обратились к нам.

– В каком смысле лучший друг? – раздался одновременно их голос. У Екатерины удивленный, а у Криса с ноткой подозрительности.

– Клянусь в конечном счёте у меня закончиться терпение, и я отрежу тебе язык Рэйд, – недовольно проговорила я. – Теперь сам это разгребай.

– Подождите, вы были знакомы до того, как Николас прибыл сюда? И как давно? – Ник не спешил отвечать на вопрос Екатерины.

– С рождения, – все-таки бросил он отвернув голову.

– То есть как? Почему я об этом даже ни разу не слышала, – обратилась ко мне возмущённое Солнышко, я лишь отвернулась, давясь соком из грибов.

– Считай, что мы теперь квиты, – откровенно говоря мы не были квиты, с количеством и тяжестью моих секретов сокрытие ханахаки не сравниться, но ей об этом знать было не обязательно. Уайт поняла, что я имела ввиду, но всё равно осталась с надутыми щеками.

– То есть ты обучалась вместе с Ником в Имперской академии? Но когда?

– Три года назад прямо перед твоим переводом её выгнали из-за проваленного экзамена по практической магии, – ответил Крису Рэйд, после чего поймал мой недовольный взгляд.

– Как ты могла скрывать что училась у самой императрицы? – воскликнула Катя.

– Я у неё не училась, меня посчитали недостойной посещения класса Императрицы. Я вообще ни разу не пересеклась с ней за время учёбы там, – ложь, смешанная с правдой, легко лилась из моего рта. Моё заявление удивило не только её, но и Кристиана.

– Как такое возможно? Ты лучший мечник, которого я встречал и в магической академии и здесь, – недоумевал Крис, хотя его глаза выражали только недоверие.

– На самом деле императрица была готова принять её в ученицы в любой момент, Аманда сама отказалась, – могу поклясться Ник снова чуть не назвал меня старым именем, но успел исправиться, когда получил пинок под столом. За столом опять повисло молчание, а меня прожигали взгляды, будто говорящие что я сумасшедшая раз отказалась от обучения у самой Императрицы.

   Я поставила опустошённый стакан на стол и встала.

– Нам с Николасом нужно кое-что обсудить, – сказала я с наигранной улыбкой и потащила Ника прочь от столовой с сопутствующими нам любопытными взглядами. Он молча следовал за мной пока мы не вышли во внутренний двор и не остановились.

– Николас Рэйд когда ты уже научишься держать свой язык за зубами, – прошипела я в надежде что нас никто не слышит.

– Не раньше, чем ты научишься не прятать свой, – так же тихо проговорил он. – А теперь скажи мне что у тебя случилось на самом деле, – его тон был непреклонен, и я чуть не поежилась под его взглядом. Скрывать от него что-то бесполезно, за два десятилетия дружбы он начал читать меня как открытую книгу, да и тот факт, что Екатерина больна рано или поздно вскроется. Я несколько раз тяжело вздохнула прежде, чем ответить.

– У Уайт ханахаки, – мои слова повергли его в небольшой шок, такого он точно услышать не ожидал. – И я абсолютно не знаю, что мне делать, – я вновь вздохнула.

– Теперь понятно почему ты сама не своя, – он немного помолчал. – Что собираешься делать?

– Пока не знаю, это было слишком неожиданно, но я что-нибудь придумаю. Должна придумать, – страшные мысли снова заполонили голову.

– Почему бы не попросить о помощи императрицу?

– Она не поможет – мой ответ был мгновенный.

– Я знаю, что ты пока отказалась от неё но она все ещё твоя мать, уверен она не откажется помочь тебе. – Николас смотрел мне прямо в глаза с надеждой что я соглашусь.

– Я имела ввиду не это. Конечно, она всегда согласится мне помочь, но сейчас она просто не сможет ничего сделать, – в глазах Рэйда я увидела явное непонимание.

– Слушай на данный момент она сильнейший маг в истории Великой Империи, справиться с какой-то болезнью, даже если это ханахаки, для неё не составит труда.

– Это было бы так если бы Екатерина не была связана со мной, – и опять непонимание. – Это часть нашего проклятья Ник. Мы не можем как-либо воздействовать на тех, кто связан с членами нашей семьи.

– Я всё ещё не понимаю, – в глазах виднелось сожаление об этом.

– Когда Люцифер тесно контактирует с кем-то их судьбы связываются, поэтому будущее приближённых к моей семье становиться неясным и мы не можем его увидеть. Так же происходит и с другой магией, Люциферы могут магически воздействовать на всех кроме близких своих родственников. То есть мама может околдовать моего отца или своего советника, но она не может наложить заклятье на тебя или Катю, потому что вы связаны со мной, – я выпалила это на одном дыхании и когда закончила говорить, начала ловить воздух ртом.

– Выходит, помочь Екатерине можешь только ты? – я кивнула. – Но колдовать ты всё ещё не можешь, поэтому ты не знаешь, что делать? – и снова кивок, только в этот раз не столь уверенный. Я знала, что можно сделать, но была уверена, что Ник будет против этой затеи, да и я сама предпочла бы другой вариант, но времени оставалось слишком мало.

– Я поищу что-нибудь в библиотеке, возможно в одном из старом писаний эльфов найдется способ вылечить Екатерину.

– Я буду молить Богиню об этом, но большим помочь не могу. Через две недели мы отправляемся на Межакадемные игры, и я должен заниматься организацией, – грустно ответил Николас. Его действительно печалило что он не мог помочь, но по моему мнению в поиске информации из книг, он бы только мешал, поэтому я не слишком расстроилась, когда в библиотеке после занятий стала оставаться только я. И Кристиан.

Глава 7.

Я ненавидела эту библиотеку. Между стеллажей из темного дуба неизменно гулял запах плесени и затхлости, среди него напрочь терялся дивный аромат магии знаний, напоминающий то, как пахнет свет, разгоняющий тьму необразованности. Я нередко спорила с хранителем библиотеки, но он лишь отмахивался от меня, считая, что хорошо выполняет свою работу. За сорок восемь визитов сюда с жалобами и директрисой, мне так и не удалось достучаться до библиотекаря.

Это существо не следило даже за состоянием освещения, многим ученикам приходилось брать с собой сюда свечи, потому что лампочки в четырёх отделах давным-давно перегорели. Как-то я сделала ему замечание о том насколько открытый огонь свечей опасен для книг, но меня и тогда проигнорировали словно я была не более назойливой мухи. Раз моё вмешательство так нежелательно, я перестала пытаться. И посещать библиотеку вовсе.

В руках у меня была уже седьмая книга, в которой мог храниться способ победить ханахаки, но я никак не могла сосредоточиться на её содержании. Мне отвлекал отвратительный запах плесени, а от него я отстранялась, втягивая аромат кофе, дерьмовых сигарет и жасминового чая.

Я даже не поняла, когда здесь объявился Кристиан, кажется это было прямо перед тем, как догорела свеча, которую я принесла с собой. Появился из сгустка теней и просто уселся напротив меня, своевольно присвоив чашку кофе, что я приготовила на случай, если меня сморит сон. Сорваться и накричать на него, мне мешала уютная тишина, которая приходила только с его присутствием и желание отдалиться как можно дальше. Я не хотела с ним общаться, а потому игнорировала всеми возможными способами.

– Можно задать вопрос? – в третий раз спросил Кристиан.

– Это уже вопрос, – ответила я, не отрываясь от чтения.

– Что ты думаешь о Николасе? – я подняла бровь. – У меня есть подозрение, что это не совсем тот вопрос, который ты хотел задать.

– Верно, – он на несколько секунд замолчал. – Что на счет вас?

– Что на счет нас? – слегка неуверенно спросила я, неуверенная что хочу знать ответ на вопрос.

– Не думаешь, что вы могли бы стать хорошей парой? – Кристиан говорил это довольно-таки серьезно, а я задыхалась в кашле из-за того, что поперхнулась чаем. Этот вопрос был совсем не из той категории что я ожидала, я думала, что он будет допытываться причину, почему я его избегаю.

– Неет, – с легкой вопросительной интонацией произнесла я. – Да и с чего бы? Мне и одной хорошо. С чего вообще такой вопрос? – я захлопнула свою книгу, а Кристиан пожал плечами.

– Просто интересно стало, тебе уже девятнадцать, в этом возрасте девушки часто встречают свои вторые половинки. Тем более на тебя нередко засматриваются парни с академии, – с легкой издевкой сказал Кристиан, будто я не замечала какие взгляды на меня бросают парни с факультета по фехтованию.

– Я тебя сейчас ударю, – грозно ответила я. – Ты не мог не заметить, как сильно он действует на нервы.

– Но при этом ты все еще считаешь его своим лучшим другом, – насмешливо ответил Кристиан.

– Вот именно, – твердо сказала я, после чего на минуту замолчала вглядываясь в глаза Оссхаерта. Я пыталась понять причину, почему он вдруг затеял этот разговор. Читать Кристиана было сложно, поэтому я могла только догадываться, и поэтому решила проверить свою догадку. – Хотя знаешь, возможно, ты прав. Не зря же он в детстве он предлагал мне выйти за него замуж.

Настала очередь Кристиана удивляться, а затем нахмуриться. Уловив эмоцию недовольства на лице его, я неискренне рассмеялась, нарушая неприкосновенную тишину академии. Таким поведением я вызвала у Кристиана вопросительный взгляд. Моя догадка звучала все более правдиво и мне это не нравилось,

Ревность очень плохая эмоция Кристи, – заговорщически прошептала я, вызывая выражение похожее на отвращение на его лице.

– Я говорил не называть меня так, – злобным шепотом ответил Кристиан, вызывая на моих губах улыбку. С таким отношением мне было проще работать.

– А если вместо Николаса буду я? – на грани слышимости произнес Оссхаерт, боясь говорить слишком громко. Улыбка в миг слетела с моего лица.

– Нет, – резко ответила я, поднимаясь из-за стола. Кристиан собирался сказать что-то еще, возможно что-то объяснить, но я вновь прервала его. Лучше бы я ошиблась. Забрав, с собой пару книг, я как можно быстрее ушла прочь, не позволяя себе оборачиваться.

Это раздражало. Нас связывало только пару ночных разговоров на крыше или в библиотеке, но то, как Кристиан смотрел на меня выбивало почву из-под ног. Одного взгляда ему было достаточно чтобы прочитать мою душу, но тем не менее он вглядывался так словно я была величайшей тайной всех времён. В разноцветных глазах плескался ничем не прикрытый интерес, который пробуждался только в моём присутствии. Он не гас даже несмотря на все издевки что пролетали, между нами, возможно из-за них он разгорался только сильнее. Я не понимала, что он пытается отыскать, пристально вглядываясь в мои глаза, и это мне тоже не нравилось. Кристиан Оссхаерт был единственным человеком, которого я не могла прочитать. Он был интересным. И проблемным. Его интерес ко мне не заходил дальше долгих взглядов, но становился всё большей проблемой, потому что на его взгляды хотелось отвечать. Хотелось утонуть в омуте его глаз, забыть об обязанностях, просто поддаться его желаниям и сбежать в мир этих сладостных грёз. Хотелось прикоснуться, быть ближе, узнать какой была его душа и показать в ответ свою. От его лёгких прикосновений по телу словно растекались электрические разряды, нужда в которых становилась сродни наркотической зависимости.

Кристиан был желаннее самого греха и опаснее разъярённого дракона, в брачный период. А ещё он был назойливым.

– Убирайся, – прошипела я, как только он приблизился к столу.

– Нет необходимости быть такой грубой, – спокойно сказал Кристиан, садясь напротив меня. Я зарычала ему в ответ и не поднимая глаз продолжила есть ароматное рагу.

– Не воспринимай то, что я сказал за чистую монету, я всего лишь хотел кое-что проверить.

– Мне плевать на твои причины, не приближайся ко мне.

– Это твой приказ как принцессы? – он сказал это таким будничным тоном что я не сразу обратила внимание на смысл сказанного, а как осознала так кровь заледенела в моих жилах.

– Что? – спокойно произнесла я, всеми силами строя недоуменный вид и скрывая всю ту бурю эмоций что во мне вспыхнула, стоило упомянуть мой настоящий статус.

– Я вижу, что ты во мне заинтересована, – он с ленивой улыбкой непринужденно подпëр голову рукой, а у меня скрипнули зубы. – Если бы ты в библиотеке засмущалась, не отреагировала вовсе или отвесила пощечину, я бы поверил, что ты просто интересная девчонка, но теперь я уверен, что ты Люцифер.

Я ничего не ответила на это, в этом было мало смысла. Кристиан даже пах уверенностью, если бы я продолжила утверждать, что не отношусь к Люциферам только выставила бы себя последней дурой.

– Так могла отреагировать любая девушка, – возразила я.

– Отнюдь. Так себя ведут только Люциферы, я провёл с твоей семьёй не одно десятилетие, этого достаточно чтобы знать как вы реагируете, – я всё также не отнимала глаз от тарелки, но чувствовала как Крис прожигал меня взглядом, который то и дело блуждал от опущенных глаз до меча на бедре, словно он действительно боялся, что я могу на него напасть. – Особенно если учитывать, что их связывает предсказание.

– Чертов Николас, – я отбросила вилку, не в силах больше пихать в себя еду, и подняла глаза на Кристиана. Его лицо едва ли выражало что-то понятное, но было ясно что он рад встретить мой взгляд.

– Не вини его, я долгое время пытал его чтобы узнать что именно он такого тебе сказал, чтобы ты начала меня избегать, – Кристиан мрачно усмехнулся, в его глазах заплясали искорки детского озорства, которое не редко появлялось при наших перебранках.

– Ни на секунду в это не поверю, – холодно отрезала я, не желая поддерживать его игру.

– Что именно тебе известно об этом пророчестве? – Он опустил руку и немного придвинулся.

– По большему счёту ничего, но достаточно того, что в нём есть упоминание наших с тобой уз, – Кристиан вопросительно поднял бровь, требуя более обширного пояснения.

– О моей жизни есть ещё одно пророчество, о котором ты, судя по всему, не в курсе, – Кристиан кивнул. – Оно перекрывает любое другое, так что можешь даже не надеяться, что я подпущу тебя ближе.

– Что это за пророчество? Это не твоё дело – прорычала я.

– Нет, – прервала я его, когда он попытался возразить. Я встала со своего места и наклонилась, нависая над Кристианом. – Если моя мать не рассказала мне о втором пророчестве и послала тебя сюда, значит нам суждено быть вместе. Родственные души, связанные в прошлой жизни клятвой, половинки расколотой души, духовный супруги кем бы из них мы ни были, мне плевать. Дам тебе подсказку, Кристи, Люциферы единственные существа, которые шлют судьбу к чёрту и раз я одна из таких, то сделаю тоже самое. Мы исполняем далеко не все пророчества, так что и то которое связывает меня с тобой исполнено не будет, – протараторила я, всё ближе склоняясь к Кристиану и заглядывая в его глаза. – Никогда Кристиан Оссхаерт я не буду с тобой.

Я тяжело дышала после выплеска эмоций, но стояла неподвижно не в силах отстраниться. Я совершила ошибку придвинувшись так близко. Спокойные и невозмутимые омуты Кристиана полностью поглотили меня, с каждой секундой утаскивая всё глубже и глубже. Я уже не обращала внимания на взгляды учеников, которые сидели ближе всего к нашему столу, сейчас я тонула в ощущении теплого дыхания на моём лице и запахе. Мороз, мята, горячий шоколад и никаких сигарет. Зато появился аромат засахаренных фиалок – запах нежной, словно цветок, влюбленности. Я зашипела от осознания и дернулась отодвинуться.

– Ты не сказала, что не хотела бы этого, – спокойно произнес он, и я застыла на месте. Глупый просчёт с моей стороны, который я допустила, подчинившись эмоциям. – Я не буду спрашивать тебя. Если ты отказываешься даже от того, чтобы быть друзьями значит на то есть причина, которую я не буду выпытывать.

– Я в тебе не заинтересована, – мой голос прозвучал тихо и как-то сипло, по сравнению с гневной тирадой раньше, хоть в нём и было достаточно раздражения.

– Магия ненавидит ложь, Лгунья, – с легким упреком сказал Кристиан и откинулся на спинку стула, освобождая меня от плена своей близости.

– Я… – меня прервал оглушительный шлепок, мигом привлекший моё внимание. Прямо по середине столовой стояла полуобращённая Лесли, за руки её держал Нортон. Перед ней стоял Николас, прикрывая собой Эдварда, на щеке которого красовался румяный след от пощёчины.

– Скажи, что это ложь! – кричала Вульсен. – Скажи, что презираешь эту жалкую девчонку! – Эд ничего не отвечал, он лишь стоял, опустив голову.

– Что здесь происходит? – обратилась к Николасу Уайт, которая только вошла в столовую.

– Ты! – Лесли бросилась к Кате и одарила её размашистой пощёчиной, от её когтей на лице Уайт появились глубокие царапины, из которых начала быстро сочиться кровь. Я за секунду преодолела расстояние, отделявшее меня от Екатерины, и заслонила её собой, когда Вульсен намеревалась ударить ещё раз. Но удара не последовало, руку Лесли, занесённую для новой пощёчины, схватил Эдвард, чуть ли не до хруста сжимая её запястье.

– Не трогай их, – прошипел он, обнажая клыки. – Они тут не причём.

Екатерина стояла у меня за спиной пока её щёку магией залечивал подоспевший Кристиан, она была поражена и напугана, в то время как я кипела от гнева. Перед глазами так и стояла картина как я вырываю, у шавки посмевшей ударить Катю, руку, как она корчиться и вопит от боли, истекая кровью. За такую выходку я действительно была готова лишить Лесли руки, но поняв мой настрой Эд оттащил её подальше от меня, от чего я едва не зашипела от недовольства.

– Не причём?! – во всю глотку продолжала вопить Вульсен. – Эта вертихвостка охамутала тебя прямо перед нашей свадьбой, а ты говоришь, что она не виновата? – все в столовой мгновенно затихли, это поражающее заявление повергло в шок всех. Эда будто хлестнули эти слова, и он поморщился, после чего бросил быстрый взгляд в сторону Екатерины. Его взгляд задержался не дольше чем на секунду, а у меня в голове, щелкнув, собралась картина происходящего. Первое – Лесли узнала о встречах Эда и Кати в библиотеке, второе – Лесли и Эд помолвлены и это напугало меня гораздо больше гнева Вульсен.

За спиной послышался кашель, мое сердце словно оборвалось.

Глава 8.

Екатерина задыхалась, продолжая кашлять. Она упала на колени, и я кинулась к ней, наконец-то выйдя из ступора. Екатерина вымученно улыбнулась мне, а за спиной послышался крик Николаса.

– Приведи медиков! Быстро! – обратился он к старосте, и Василиса помчалась за лекарями. Тело Кати снова сотряс кашель, её плечи затряслись, а в руках появились окровавленные соцветия космеи. Воздух вокруг нас заполонил металлический запах крови – невероятно пугающий, подталкивающий к осознаю ужасного факта – Екатерина умирает, прямо сейчас.

– Аманда, – прорыдала она. Екатерина кашляла и давилась цветами с кровью, кровавые брызги фонтаном разлетались из её рта.

– Всё будет хорошо. Обещаю все будет хорошо, – зашептала я, обнимая её за плечи. Мой голос никогда в жизни так не дрожал.

Екатерина плакала навзрыд. Она едва покачала головой и выдавили сквозь рыдания:

– Не будет. Ничего уже не будет. Я умираю.

Она говорила с трудом, преодолевая удушье. Это значит, что цветы уже почти заполнили её лёгкие. Она схватила меня за руку, её ладони были ледяными словно снег в самую холодную зимнюю ночь.

– Я боюсь Аманда.

– Я знаю. Я тоже боюсь, но всё обойдется клянусь, – я гладила её по волосам, старясь хоть немного успокоить истерику, когда услышала, как распахнулась дверь в столовую. Как стремительно к нам приближались шаги, а потом женщина в белом халате опустилась рядом со мной. Из кармана она достала какое-то фиолетовое зелье и сказала, что это должно помочь. Екатерина уже не могла двигаться и просто чуть слышно сопела у меня на руках. Женщина приобняла Катю чтобы поднять её и унести в лазарет, но внезапно даже для себя я твердо произнесла:

– Нет. Я буду с ней, – я встала и подняла Уайт на руки, она показалась пушинкой, которая могла навсегда покинуть меня если Я не буду крепко её держать. Вместе с врачом мы помчались в лазарет. Весь этот путь Екатерина даже не кашляла и в моей голове начала биться мысль о том, что я не успела ей помочь. Единственное что немного утешало, почти неуловимое, слабое дыхание подруги на руках.

Я положила Уайт на одну из коек в огромном зале и стала ждать пока врачи что-то сделают. Сначала в Екатерину влили какое-то сияющее зелье, после чего сразу трое врачей создали заклинание лечения, но это не помогло. Что было дальше Я не знаю, меня прогнали сразу после того, как Катя снова разразилась кашлем. Я неспокойно сидела на деревянной лавке перед лазаретом и пыталась понять, что все происходящее не страшный сон. В ушах стоял стук сердца, то и дело пытающийся ускориться. Он заглушал все другие звуки. Я смотрела в стену напротив, будто пыталась прожечь там дыру, поэтому не заметила, как кто-то подсел ко мне.

– Ты как? – привлек моё внимание Кристиан. Мне его вопрос показался таким странным, возможно, потому что я не совсем смогла понять его смысл. Как я могу быть в порядке, когда моя единственная подруга вот-вот окажется в руках смерти? Кажется, я зарекалась никогда не называть Екатерину своей подругой. А мне то, казалось, что Кристиан понимает меня без слов.

– О чём ты? -усмехнулась я, чем вызвала нахмуренный взгляд. – Всё хорошо.

– Ты снова лжёшь, зачем?

– Сообщи, когда узнаешь, – я встала с лавки и под недовольное шипение взъерошив волосы Кристиана, лёгкой походкой направилась прочь от лазарета.

Мне нельзя показывать свою слабость ему и кому-либо ещё. Мне нужно делать вид что всё в порядке, что Я всё держу под контролем, хотя всё было наоборот. Такой тактики Люциферы придерживались всегда, делай вид что всё под контролем и всё в это поверят. Даже ты сам.

Я была благодарна что Кристиан не последовал за мной, и понимала, что он просто хотел меня подбодрить, но мне нужно многое обдумать и желательно в одиночестве.

Я вышла во двор и остановилась около фонтана. Сегодня необычайно холодный день для начала осени. Холод сопровождал сильный дождь, из-за которого я почти сразу промокла до последней нитки. Мысли казались слишком медленными, как бы я не старалась их подгонять. Они двигались так же медленно как плыли тучи над моей головой из-за отсутствия ветра. Так странно, по моему лицу хлещет дождь, но ветра совсем не слышно, слышен только звон капель и чьи-то шаги.

– Что ты здесь делаешь? – холодно спросила Я, смотря на Эдварда, который направлялся в сторону лазарета.

– Я пришёл узнать, как Екатерина – на удивление его голос не сочился ядом, а выглядел он слишком уставшим и печальным.

– Тебе здесь не рады, ты должен понимать, что это всё из-за тебя – сказала, как отрезала.

– Понятия не имею, о чем ты, – прошептал Эд, стараясь не смотреть мне в глаза. Он едва не дергался от напряжения, и еле сдерживался чтобы не начать заламывать себе пальцы.

– Хватит строить из себя идиота, я знаю, что у тебя достаточно мозгов чтобы понять, что происходит, – мой тон был холодным как сталь, казалось Эдвард даже немного вздрогнул.

– Будто мое понимание что-то меняет, – он поднял на меня взгляд и я заметила, что его глаза покраснели. Он плакал. – Послушай даже если бы я полюбил Уайт в ответ, Я не смог быть с ней. Я наследник вампирского престола и обязан жениться на Лесли, иначе оборотни опять начнут выступать против нас. Я не надеюсь, что ты поймешь, но…

– Я понимаю это, – прервала я его, политические браки, между кланами всеми силами, поддерживающими шаткий мир, не являются чем-то сверхъестественным. – Но не понимаю другого, зачем ты вообще связался с ней если был помолвлен? Поиграться хотел? – казалось мои слова причинили ему боль.

– Это вышло случайно, я не думал что наше общение может привести к такому. Я знаю, что выгляжу в твоих глазах последним уродом, но, если бы я знал, что все так обернется ни за что не приблизился бы к ней, – не думала, что Эдвард решиться показать мне своё сожаление и печаль, он всегда казался холодным, бесчувственным и нередко грубым парнем. Казался идеальным вампиром, таким как его воспитывали – жестоким, высокомерным, циничным.

– Я бы всё отдал если бы мог её спасти, – шёпот был едва различим, но это было именно то, чего я ждала. То, без чего я не могла бы вмешаться.

– Даже свою жизнь?

– Если это спасёт Катю, да. Можешь ненавидеть меня и дальше, но скажи, что с Уайт – голос Эдварда надорвался, я заметила, что его глаза были на мокром месте, хотя держался он довольно воинственно.

– Разрастание Ханахаки на время приостановили, но из-за этого сейчас она находится в бессознательном состоянии. Её жизнь всё ещё висит на волоске, но я могу это исправить, – Эд посмотрел на меня с сочувствием, видимо подумал, что я головой тронулась от горя. Он почти бросил какую-то колкость, но передумал, возможно решил, что мне и без того сейчас слишком плохо, думаю от части он был прав.

– Есть одно условие, – Эдвард взглянул на меня без особого интереса, но все-таки спросил.

– Какое?

– Умоляй меня, – Эд едва не подавился, услышав мои слова.

– Чего? Это шутка такая? – прошипел он.

– Встань на колени передо мной и моли меня чтобы я спасла Екатерину, иначе она умрёт.

– Интересно как ты это сделаешь, девочка без магии – он отвернулся, говоря это, но я чувствовала запах колебания от него. Ему не давал покоя мой уверенный вид, а я только ждала его молитвы.

Эдвард оглянулся по сторонам и скривился, словно не мог поверить, что и правда делает подобное, но отчаяние, которое он испытывал разъедало его изнутри, оставляя после себя дыры в душе, которые начинали гноиться точно язвы. Эдвард опустился на колени, не обращая внимания на грязь, что появилась из-за ливня и зашептал.

– Молю тебя, спаси Екатерину от ужасной участи что постигла её юную душу и тело. Забери взамен мою жизнь как расплату за ошибку что я позволил себе совершить, решив сблизиться с Екатериной Уайт, святой, светом, незапятнанным грязью этого паршивого мира.

– Сегодня ночью можешь прийти сюда, буду проводить ритуал, который спасёт Екатерину, – он даже не поднял головы, а я услышала запах соли. Дождь хорошо помогал спрятать слёзы. – Но знай, если, когда она очнётся, выясниться что ты соврал на счёт своих чувств и все-таки играл с ней, Я незамедлительно отрублю тебе голову Веверн, – сказала я, возвращаясь в лазарет. Он грустно усмехнулся:

– Договорились, – кинул он мне вдогонку и встав, направился в другую сторону. В запахе ржавчины появился аромат светлой надежды, аромат первоцветов.

Я закрыла за собой дверь и оглядела помещение лазарета. До ночного ритуала было ещё несколько часов, и Я позволила себе насладиться красотой этого места. В отличие от остальных корпусов, выполненных в стиле Ренессанса, лазарет был в готическом стиле. Высокие потолки на стрельчатых арках были исписаны портретами святых, в белых и синих одеяниях. Такие же остроконечные большие, витражные окна. На них были изображены подвиги Первой императрицы и символы Богини. Сейчас весь лазарет покрывал полумрак осеннего, дождливого вечера. Лампы в виде свечей ещё не включили, и единственным освещением была лампа для чтения, которая горела на тумбе около койки Уайт. Вдоль стен стояли пустые кровати с белоснежными простынями. В воздухе витал запах трав и лечебных зелий, а ещё стояла звенящая тишина, которая давила не только на уши, но и на душу.

   Я, шаркая сапогами по каменному полу, подошла к месту, где лежала Екатерина и аккуратно присела на край кровати. На изголовье висел оберег из сушёных трав и перьев магических птиц, а на шее Кати висело ожерелье из магических камней, которое сдерживало распространение Ханахаки. Она выглядела безумно бледной, будто жизнь уже покинула её. От этой мысли меня передёрнуло. Я взяла её за ледяную руку и начала продумывать детали ритуала. Я даже не заметила, как за раздумьями задремала, под неравномерное сопение Солнышка.

Проснулась Я после захода солнца на кровати Екатерины, всё так же держа её за руку. Телефон показывал десять часов вечера, самое время идти готовиться к ритуалу. Я встала с постели, и перед уходом легонько поцеловала Катин лоб, ещё раз обещая, что всё будет хорошо.

После того как тихо закрыла за собой дверь, Я направилась с в кабинет зельеварения, за всем необходимым для обряда.

– Что ты здесь делаешь? – зелёные глаза Ника были необычно серьёзными для него, это немного сбивало с толку. Он словно из-под земли вырос, когда я обходила фонтан, и смотрел на меня так будто поймал вора на месте преступления.

– Единственное чем я могу сейчас помочь Екатерине, это провести ритуал по сплетению душ, – казалось Ник был слегка удивлен моим ответом.

– Думаешь это хорошая идея? Ты просто перенесëшь на себя болезнь Екатерины и подвергнешь себя риску смерти, – он явно был недоволен моим решением, отчего рыжие брови насупились, а кулаки немного сжались.

– Это единственная возможность спасти её, – я немного помолчала обдумывая его слова. – Не переживай со мной ничего не случиться пока я безответно не влюблюсь.

– А если влюбишься, то повторишь нынешнюю учесть Уайт! – долгое время я не знала, что он так сильно не хочет меня терять, а потому жила, не задумываясь о его чувствах, но Ник должен понимать что риск смерти это неотъемлемая часть жизни любой Люцифер. Я всегда буду выбирать свою смерть, если это спасет жизнь другому человеку.

– Я буду в порядке, – я попыталась ободряюще улыбнуться, но думаю улыбка вышла слишком вымученной от чего Рэйд скривился. Я намерено не упомянула причину уверенности в этом. Это не важно ведь я ненавижу Кристиан Оссхаерта.

– А если нет? – чуть тише спросил он.

– Тогда обращусь за помощью к матери, в отличие от Екатерины на меня она влиять может, – Николас с облегчением вздохнул и вновь заглянул в мои глаза.

– Не боишься, что Екатерина разозлиться на тебя, когда узнает, что ты всё время врала ей? – его голос стал более оживлённым, меня это немного обрадовало. Было тяжело видеть его подавленным.

– Когда наши души сольются я увижу все самые важные её воспоминания, а она мои. Думаю, когда Катя увидит всю мою жизнь она поймёт меня и простит. По крайней мере я на это надеюсь, – если честно я боялась заглянуть в её воспоминания, никогда не любила лазить в голову людям, хоть периодически и слышу чужие мысли. – Я больше боюсь что она может попасть в опасность из-за знания моей личности, умы святых никак нельзя защитить магией, если кто-то проникнет к ней в голову и узнает кто я, то сможет использовать Екатерину как марионетку – это правда внушало страх больше, нежели обида подруги – единственное на что я молюсь, так это чтобы такой масштабный ритуал помог мне побороть отвержение маны, тогда о безопасности моих близких можно будет так сильно не переживать.

– Ты права было бы замечательно, если ты сможешь колдовать, тогда можно будет и дебют провести, – Ник улыбнулся одной из своих озорных улыбок, он, несомненно, любил светские приемы. – Если тебе нужна помощь с ритуалом только скажи.

– Будет хорошо если ты просто будешь рядом.

– Договорились, приду к полуночи, – с этими слова он удалился.

   Мои шаги раздавались эхом, когда Я шла по коридорам академии. Приходилось пользоваться фонариком из-за кромешной тьмы заполонившей всё здание академии. Мне крупно повезло что Ку Ши не успел заметить, как я перебегаю из корпуса в корпус.

Глава 9.

Как только двери открылись я услышала троих. Мороз, мята, горячий шоколад, ржавчина, первоцветы, медовый бисквит.

– А он что тут делает? – громким шепотом произнесла я, следя как Кристиан подходит ближе.

– Это Я его позвал, Крис нечесть и если что-то пойдёт не так он сможет помочь, – пока Ник говорил это, Кристиан и Эдвард подошли ближе к месту где я сидела на полу и расставляла зелёные свечи.

– Ладно – прошипела я, у меня не было времени выгонять отсюда Кристиана. Я прошла к большой коричневой сумке, вытащила зажигалку, пучок травы и тонкий брусок дерева.

– Держи, окури этим помещение пока стоишь без дела, – тихо проговорила я, пихая всё это в руки Рэйда. В обычной ситуации Николас обязательно бы возмутился и не стал ничего делать, но сейчас была серьезная ситуация и он молча начал выполнять просьбу. Когда Ник зажёг траву, в воздухе начал летать запах лаванды, мягкий и успокаивающий. А когда поджёг деревяшку, помещение заполнилось запахом кедра и ладана, смешиваясь с ароматом лаванды. Они помогали очищать помещение от негативной энергетики и оказывали лечебные действия.

Пока Ник ходил по залу лазарета и окуривал его, Я раскладывала магические камни ровно между свечей. Обсидиан, аквамарин и амазонит, все они помогают при восстановлении физического и ментального тела, так же отгоняют злую энергетику и помогает установить близость с божественной энергией. Я старалась проговаривать про себя абзацы из учебников, чтобы хоть как-то отвлечься от пристального внимания Криса и Эда.

– Может вы скажете наконец, что за ритуал вы проводите? – я на секунду оторвалась от своего занятия и переглянулась с Ником, решая, стоит ли рассказывать суть ритуала.

– Думаю им можно рассказать, они не смогут помочь если будут не в курсе что происходит, – наконец отвёл взгляд Рэйд.

– Можешь сказать им, но, если кто-то из них попытается мне помешать, сдерживать их будешь ты, – после недолго молчание ответила я, возвращаясь к кругу из предметов. Ник около минуты молчал, прежде чем все-таки ответил наблюдавшим бездельникам.

– Она собирается провести ритуал по слиянию душ, – тихо сказал Рэйд, стараясь спрятать взгляд.

– Что?! – одновременно с Эдом удивился Кристиан, за это я громко шикнула на них, приложив палец к губам и призывая к тишине.

– У тебя совсем крыша поехала? Этот ритуал не просто так был запрещён более пятисот лет назад, – уже тише проговорил Эдвард, судя по всему, он не хотел стать соучастником в чем-то противозаконным.

– Не думал, что такое произойдет, но я с ним согласен, – Кристиан обратил свой взгляд ко мне. – Он был запрещён, потому что слишком опасен, ты можешь умереть из-за него. Это не стоит такого риска, – я резко обернулась к нему и чётко увидела, какой я перед ним предстала. Глаза перестали искриться магией и стали почти черными с оттенком засохшей крови к краю радужки. Аура в виде крыльев перестала напоминать успокаивающую ночь, вместо этого они немного распахнулись и обрели цвет воды в старом глубоком колодце. Сейчас я внушала страх не только Кристиану, но и Эду с Ником.

– Я бы не стала заниматься этим если бы не была уверена в результате, – прошипела я, слегка скалясь. – Да и отказаться я не в праве, – я говорила, членораздельно подстегивая ощущение страха. Сердце Кристиана непроизвольно ускорило ход, а по телу прошли мурашки, казалось, если я продолжу так смотреть на него, ватные ноги вовсе подведут, и он рухнет передо мной на колени.

– В каком смысле не можешь отказаться? – тон голоса у Кристиана был поразительно спокойным, хотя я всем нутром ощущала как он готов сорваться с места.

– Потому что меня молили об этом.

Я медленно поднялась, не отрывая от него взгляда, и начала медленно подходить.

"Беги! " – настойчиво кричало тело Кристиана, но он даже не шевельнулся. Как бы сильно инстинкты не реагировали на меня, умом Кристиан не испытывал страха. Его сознание было спокойным словно вода в горном озере. Каждая мышца в теле Кристиана напряглась, ожидая, когда его настигнет скоропостижная смерть, но передо мной встал Николас закрывая от меня Криса.

– Успокойся, тебе нужно сохранять спокойствие если хочешь, чтобы ритуал прошёл успешно, – я перевела на него тяжёлый взгляд, но Ник сохранял внешнее спокойствие. Я, немного помедлив, молча кивнула. Мне едва ли удалось успокоиться, но Ник был прав, лишние эмоции только всё испортят. Невидимые крылья словно сложились, но глаза остались того же пугающего цвета – так видел меня Кристиан, я хотела, чтобы он видел меня такой. Я развернулась и подошла к койке, на которой всё это время лежала Екатерина. Аккуратно подняв её на руки, словно принцессу, я перенесла её в центр круга из свечей и камней.

– Почему ты позволяешь ей проводить ей этот ритуал? Мистер Николас ты все-таки учитель и должен пресекать такие выходки, – прошептал Эд, отойдя от шока. Он не знает, что Ник мой лучший друг, следственно думает, что Николас имеет надо мной хоть какую-то власть. Как наивно. В их глазах даже если сам Рэйд понимает, что я его не послушаю, он должен был хотя-бы пытаться меня остановить. Странно что он этого не делает.

– Во-первых, это бесполезно, а во-вторых, я уверен что она сможет провести этот ритуал, – сказал Ник, хотя сам хмурил брови, явно недовольный тем что происходит.

– Вы должно быть шутите, – Эд издал тихий смешок. – Она совершенно не способна колдовать. Аманда не сможет…

– Просто заткнись и посмотри, – прервал его Ник и вновь отвернулся ко мне. Пока они говорили я села рядом с Екатериной и начала распылять над ней жëлто-оранжевый порошок – экстракт апельсина. Когда склянка опустела, я положила руки на пол, едва задевая Екатерину. Я сразу увидела картину глазами Кристиана. Моя аура моментально изменилась, чернота исчезла, на ее место пришло золотое сияние. Огромные крылья словно у ангела расправились, и накрыли магический круг. Я тихо, неспеша запела заклинание ритуала.

Стоило прозвучать первому слову, как пол загорелся золотым сиянием, складывая из себя ритуальный круг. Мана, повинуясь моему желанию стекала по венам на пол. Подобно расплавленному металлу она заполняла собой форму круга, который был четкой схемой в моей голове.

Пламя свечей неспокойно заметалось, а в воздухе скопилось столько маны что стало трудно дышать. Грудь сперло. Воздух стал плотнее и будто начал быть ощутимым. Ещё более ощутимым стал запах железа. Голова заболела, а кровь пошла носом, Я позволила ей спокойно стекать по подбородку. Послышался звук шипения, кровь, касаясь каменного пола сразу начинала испаряться. Это было словно воду капали на раскалённый металл, жар которого сразу испарял влагу.

Я продолжала петь, а в голове словно начал играть духовой оркестр. Пение заклинаний значительно упрощает контроль маны и позволяет увеличить силу колдовства, но раскрыть весь потенциал такого вида магии могут только лучшие маги и волшебники. Как бы сильно магия не отвергала меня, я всё равно являюсь лучшей, за всю историю Великой Империи. У меня нет права на ошибку. Как бы сильно боль не раскалывала голову, как бы я не задыхалась, кашляя кровью, как бы долго мне не пришлось потом восстанавливаться я завершу это заклинание. Пусть лёгкие прожигала раскалённая мана, пусть рот был полон крови, Я обязана ответить на молитву, в которой взывали к моей помощи.

Как только я произнесла последние слова мана из круга устремилась к сердцу Екатерины, а сам он погас. Сознание резко покрылось пеленой, минута не больше, и я потеряю сознание.

– Как только Екатерина очнётся расскажешь ей о своих чувствах, – прохрипела я Эдварду, не в силах говорить громко. Взгляд заволокло дымкой, и я едва разглядела что происходило. Николас едва сдерживал Кристиана, который рвался ко мне и что-то кричал.

– Ты говорила, что я умру, – прошептал испуганный Эдвард и я перевела на него взгляд.

– Не говорила, что сегод…– я не успела закончить, силы окончательно иссякли. Последнее что я увидела, прежде чем потерять сознание это маму, выходящую из-за спины вампира.

Глава 10.

Когда я открыла глаза, то оказалась в первом значимом воспоминания Екатерины. Я находилась в её теле, но не контролировала его, а только наблюдала.

Первое что мне показало сознание Екатерины было семейным пикником. Казалось Кате тогда было около трёх лет. Её окружали гигантские деревья и не менее огромные цветы, самых разных расцветок. Прекрасный лес словно светился энергией жизни. Слышался тихий шёпот деревьев и лесных духов. Родители Екатерины сидели на красном пледе в середине поляны. Её мама классической красоты женщина, с белоснежной кожей и волосами цвета мяты, сделала замечание маленькой Кате чтобы та не носилась по округе. Отец Екатерины высокий блондин худощавого телосложения что-то обсуждал с Лилит Уайт, которая была копией своей матери.

Внезапно прямо перед лицом Кати пролетела огромная бабочка, за которой она побежала, не задумываясь о предостережении матери. Бежала она не долго так как зацепилась ногой за корень ближайшего дерева и упала на землю, устеленную высокой травой. Я даже почувствовала ту боль в ногах, свойственную стертым коленям. Сперва Екатерина начала всхлипывать и только потом расплакалась. Услышав плач сестры Лилит подбежала и подняла младшую на ноги.

– Мама же говорила тебе быть аккуратнее, – широко улыбаясь, произнесла старшая сестра.

– Я-я увидела бабочку и хотела поймать её для тебя, – пуще прежнего разревелась Уайт. Лилит рассмеялась и стала утирать слезы сестрёнки рукавом.

– Глупая, не расстраивайся из-за таких пустяков! Тем более как маленькая гиана ты должна защищать жителей этого леса, а не ловить их, – девочка так напоминающая маму тепло улыбалась и старалась утешить сестру.

– Я знаю, но, – всхлипнула последний раз Екатерина.

– Никаких, но, – ответила сестра, залечивая ссадины на коленях неуклюжей девочки. – Моя учительница говорит, что, если у меня нет дара лесного духа, значит он есть у моей милой младшей сестрёнки, – она потрепала Екатерину по голове, и взяв за руку повела к родителям.

– Но я слишком похожа на папу, а папа человек, получается, что и я человек, то есть очень слабая так же, как и папа, – надула щёки и подняла взгляд Екатерина на свою сестру.

– Обидно слышать такое дорогая – прозвучал мягкий мужской голос.

– Прости папочка я не хотела тебя обидеть, – рассмеялась Екатерина, взбираясь на колени к отцу. – Но ведь это правда! Лилит намного лучше меня…

Вся семья маленькой гианы рассмеялась.

– Почему вы смеётесь? – не понимала Катя.

– Доченька это не так работает, – прозвучал голос матери, похожий на журчание лесного ручейка. – Как и в твоей сестре в тебе есть частичка меня и частичка папы. Лилит так же, как и ты наша дочь, так что она не лучше тебя, вы обе самые лучшие девочки на свете – она обняла обеих своих дочерей.

– Но она такая сильная и красивая! А ещё она учиться в лучшей академии мира – воскликнула маленькая Екатерина. – Я бы так точно не смогла.

– Не говори глупостей Катя, сильная я, потому что много тренируюсь, если ты будешь делать так же, то станешь даже сильнее меня, а красотой ты меня уже превосходишь, – рассмеялась Лилит и начала щекотать Екатерину.

В смехе маленькой Уайт это воспоминание растворилось, и я оказалась во тьме. Вокруг начали вспыхивать другие воспоминания, но в них я не перемещалась. Это было похоже на фейерверк, зажигались фрагменты воспоминаний и тут же погасали. Мне удалось разглядеть картинки с пижамных вечеринок с Лилит, с семейных обедов, с приключений с друзьями; перед тем как меня затянуло в следующее значимое событие.

Я удивилась, когда поняла, что нахожусь не в воспоминании Уайт. Это было моё детство, моё воспоминание. Наверное, это одно из тех воспоминаний которое увидит Екатерина.

Я и маленький Ник тренировались неподалёку от гвардейцев, которые слушали наставления моей матери. В руках мы держали деревянные мечи и пытались отточить свои навыки фехтования. Дерево в моих руках казалось очень тяжёлым, особенно для пятилетнего ребёнка, но несмотря на это я продолжала отражать удары, которые наносил Николас.

 Он был немного ниже и пухлее меня, но несмотря на это двигался намного быстрее меня и уследить за движением меча было крайне сложно. Рэйд бил меня палкой по рукам, каждый раз, когда я пропускала удары, отчего боль в руках становилась невыносимой.

– Так я закончила разбираться с делами, – произнесла Императрица, подходя к нам. – Через 10 минут мы начнём занятие, а пока что идите отдохните, – я еле сдержала вздох облегчения, когда Николас перестал нападать на меня.

– Хорошо тётя Мирабель! – воскликнул мальчик. Бросив свой меч, он взял меня за руку и потащил за пределы манежа на свежий воздух. Я еле успела положить меч к остальному инвентарю.

– Ты сегодня хорошо постаралась, – весело сказал Николас, когда мы пришли в дворцовый сад, и потрепал меня по голове.

– Этого все равно недостаточно чтобы стать хорошей принцессой, – я отбросила его руку и села на деревянную лавку.

– По-моему ты слишком строга к себе, – Ник сел рядом.

– Не слишком, а в самый раз.

– Эй, мы ещё дети и нам нужно веселиться, а ты только и делаешь что тренируешься да учишься.

– Это мой долг как принцессы, я не могу тратить время на глупости, – я тяжело вздохнула.

– Вот именно! Ты принцесса и тебе не нужно ничего делать, Империя рано или поздно всё равно станет твоей, ты станешь новой Императрицей потом влюбишься в кого-нибудь сделаешь этого человека императором и будешь жить припеваючи. Если бы я был на твоём месте целыми днями только и делал что валялся в кровати и отдыхал, – протараторил маленький Ник.

– Если бы всё было так просто. Я вообще сомневаюсь, что смогу стать императрицей, если я не стану достойной, то отрекусь от титула будущей правительницы.

– Но твоя мать уже считает тебя достойной, она видит, как сильно ты стараешься. Тётя Мирабель может и кажется холодной и жестокой, но тебя она по-настоящему любит и ни за что не скажет, что ты чего-то не достойна, – ответил Ник смотря на розы в саду. Тогда я приняла его размышления, они казались логичными, но это было только потому, что я не знала содержания пророчества.

– Я это знаю, но я боюсь, что не смогу стать хорошей правительницей. Понимаешь предназначение Люциферов состоит не только в том, чтобы править, мы должны поддерживать магический баланс, защищать людей от злой энергии, сохранять спокойствие в мире в конце концов, но без магии ничего из этого сделать невозможно, – я поджала к себе колени и уткнулась в них лицом.

– Но ведь раньше люди как-то жили и без защиты Люциферов, я имею ввиду времена до Первой Императрицы, может лучше просто вернуть те времена? Тогда было много стран, много национальностей…

– И много конфликтов, – прервала я его. – Эпоха правления Люциферов началась только потому, что мир стоял на грани третьей мировой войны, в которой должны были погибнуть практически все люди. А ещё в те времена были гонения магов, а магических существ истребляли и считали их порождениями Сатаны. Тогда никакого спокойствия не было, а мира между существами тем более, если бы Первая Императрица не создала Великую Империю, то тебя бы не было, как и всей твоей семьи. Люди бы уничтожили всех оборотней, вампиров, дриад, кицуне, цуру и многих других, – я посмотрела прямо во встревоженные глаза Ника. – Эти времена ты хочешь вернуть?

– Нет конечно! – поспешно ответил он. – Я не знал о таких подробностях, сейчас люди живут мирно и спокойно, я и предположить не мог что когда-то они были такими жестокими. Но ведь люди одни из самых слабых существ как они могли угрожать магическим расам?

– Именно поэтому нам нужно поддерживать магический баланс. До эпохи Люциферов баланс был нарушен много столетий, хоть это и было не слишком значительно, тёмная магия преобладала и внушала людям страх, ненависть к существам не похожим на них, приносила боль и несчастья. Она буквально впитывалась в людей, сначала отравляла их, становилась от этого сильнее, а потом начинала отправлять и магических существ. Когда объявились Люциферы, чёрная магия попыталась отравить и нас, но ничего не вышло. Мы просто поглощаем её и сохраняем в своём теле, не позволяя влиять на наше измерение, так что если я слишком слаба чтобы сдержать эту энергию, то измерению грозит уничтожение.

– Поэтому ты так много тренируешься? Беспокоишься что из-за твоей слабости может умереть множество существ? – я кивнула.

– Да, но думаю больше я беспокоюсь за близких мне людей. Если я не справлюсь с ролью, которая предназначена всем Люциферам, умрёт моя семья. Мама, папа, даже ты… – я снова опустила голову на колени. – Вас уже хватает, так что и влюбляться я не планирую.

– А это ещё почему? – оживился Николас. – Допустим ты не станешь Императрицей, а будешь жить как обычная девушка. При таком раскладе влюбиться и выйти замуж вполне нормально, – я дала ему щелбан. – Ай! за что? – он потер свой лоб.

– За то, что ты дурак. Даже если я не буду править моя кровь слишком опасна.

– А это тут причём?

– О боги, – я тяжело вздохнула. – Смотри, предположим я выросту и найду себе возлюбленного. Возможно, сначала всё будет хорошо, но только до того момента пока кто-то не признает, что я из Люциферов, – Ник всё ещё не понимающе смотрел на меня. – Если заполучить и выпить нашу кровь можно стать таким же могущественным, как и Императрица, и поверь мне никто не откажется от такой силы. Допустим кто-то узнал, что я Люцифер, так ещё и без магии, этот кто-то определённо захочет меня убить, а из-за того, что Люциферы сосуды для тёмной энергии, нас многие ненавидят и хотят сделать как можно больнее. Всем в Империи известно, как сильно мы дорожим названой семьёй, так что самый лучший способ принести Люциферам побольше боли это убить кого-то из их близких. Так что если я в кого-то влюблюсь, то он будет постоянно находится под прицелом.

– Аа, – протянул маленький Ник. – Кажется теперь понятно… Тогда возьми меня в мужья я достаточно сильный чтобы суметь защититься и не умереть, – с широкой улыбкой, будто это самая гениальная мысль в его жизни, воскликнул он.

– Именно поэтому я и держу тебя рядом, ты достаточно сильный чтобы защитить меня. Но моим мужем ты точно не станешь, уж слишком ты раздражающий, – я спрыгнула с лавки и медленным шагом пошла обратно в манеж.

– Тц, – цыкнул он. – То есть я так и останусь твоим другом, прямо как мой отец для твоей мамы.

– Ага, она говорит, что у каждой Люцифер есть такой раздражающий друг, который ругает их каждый раз, когда они рискуют своей жизнью и используют так много магии что подвергаются проклятью.

– Значит мне придётся стать таким для тебя.

– Магия меня отвергает и риска жизни пока нет, так что можешь оставить эту идею, – меня веселил его горделивый вид.

– Это пока нет повода использовать магию, а я уверен что когда-нибудь такое произойдет. Зато сейчас я могу ругать тебя, когда ты засиживаешься допоздна за учебниками или переусердствуешь на тренировках, – Нику явно нравилась такая возможность. Он расхохотался своим мыслям и побежал в манеж, наверное, хочет рассказать об этом разговоре своему отцу, капитану гвардии. Картинка сменилась.

Екатерина проснулась в своей маленькой розовой комнате. Вокруг неё на кровати лежали мягкие игрушки, на полу была разбросана одежда. Катю мучило какое-то плохое предчувствие. Встав с кровати, она решила пойти к маме. Тогда услышала душераздирающий рев. Она сильно испугалась и помчалась в комнату родителей. Когда она приближалась в слезах к комнате родителей, оттуда выбежала мама. С хмурым лицом она выбежала на улицу. Екатерину трясло от всхлипов и страха. Снова раздался страшный рык. Маленькая Катя упала на пол. Она закрыла уши руками и громко закричала, лишь бы не слышать этот леденящий душу рёв и недавно появившийся крик людей из поселения.

Вдруг кто-то начал трясти Екатерину за плечи. Она открыла глаза и увидела отца. Он с перепуганным лицом пытался узнать не ранена ли его дочь.

– Папочка что происходит? Почему все кричат? – сквозь истерику выдавила пятилетняя девочка.

– Происходит кое-что очень плохое, – совсем рядом послышался звук разрушившегося здания. Землю начало слабо трясти. Екатерина снова закричала и заплакала ещё сильнее. – Послушай милая! Ты должна остаться в доме и никуда не выходить. Я с мамой пойдём разберемся.

– Нет не уходи! Не оставляй меня, мне страшно, – запинаясь на каждом вздохе выдавила девочка.

– Не волнуйся всё будет хорошо. Мы с мамой скоро вернёмся, но ты должна пообещать, что никуда не выйдешь!

 «Папа никогда мне не врал. Все будет хорошо, верно?» – подумала Екатерина. Она немного успокоилась и кивнула. Её отец сразу убежал вслед за матерью. Екатерина смотрела ему вслед через окно. Она боялась потерять его из виду. Совсем близко раздалось низкое рычание, из-за которого земля словно завибрировала. На площади, куда выходили окна Кати, появилось огромное чёрное существо. Тело девочки парализовало, и она не могла издать ни звука. Она только смотрела на ужасающего монстра. Из его пасти стекала алая кровь, живот Екатерины скрутило от такого зрелища. Она чувствовала, что её вот-вот вырвет. Неожиданно с другой стороны площади появился отряд рыцарей. В первых рядах стояла Лилит. Увидев сестру, Екатерина помчалась на улицу. Она забыла, что обещала отцу. Ей было слишком страшно. Катя всегда смотрела на свою сестру как на супергероиню, она верила, что если сейчас пойдёт к ней, то сестра спасёт её, но стоило Кате выйти на улицу уверенность моментально испарилась. Сестра лежала на земле и не двигалась. Зверь пока пожирал рыцарей одного за другим. Екатерина хотела убежать как можно дальше, но не могла пошевелиться. В ушах раздавался хруст костей. Каждый раз, когда зверь закрывал пасть слышался истошный крик. На этот раз желудок маленькой девочки не выдержал, Катю стошнило. Секунда и зверь обернулся на маленькую Екатерину. Крик застыл в горле, а ноги словно онемели.

«Он съест меня!» – кричало сознание девочки. По лицу тихо текли ручьи слёз. Зверь направлялся к ней и было вот-вот сожрет, но внезапно раздался крик:

– МИРАБЕЛЬ! – Катя повернула голову на источник крика. Лилит стояла, держав меч в одной руке, и звала кого-то. Зверь сменил траекторию. Старшая сестра Екатерины почти исчезла в его пасти, но успела отпрыгнуть. Вдруг появилось сияние и чудовище перестало двигаться. На теле зверя стояла прекрасная девушка. Брюки и камзол слегка запачкались чёрной кровью. Она выглядела чистой, сияющей и внушающей благоговейный страх. Белые волосы взметнулись, когда она резко повернула голову на Лилит, которая стояла на коленях и сжимала кровоточащую руку.

– Ты… – раздался глубокий голос прекрасной принцессы, почему-то от него тело будто покрылось льдом, который не давал сдвинуться с места. Этот голос был прекрасным, но пугал он даже сильнее рëва чудовища. – Посмела ослушаться меня – продолжила она.

– Простите… – прошептала Лилит, не осмеливаясь поднять головы.

– Мне не нужны твои извинения! – зарокотал голос. Чистое ночное небо мгновенно затянулось грозовыми тучами и начали сверкать молнии, сопровождающиеся пугающим громом. Девушка спрыгнула с туши зверя и приблизилась к Лилит. Сестра Екатерины сразу сжалась и стала похожа на мышку, которую загнал в тупик кот. Прекрасная принцесса замахнулась и дала Лилит сильную пощечину.

– Ты ослушалась приказа и полезла в битву, для которой слишком слаба. Ты могла погибнуть зазря и подвергнуть опасности весь лес! Если бы я не успела, и зверь сожрал тебя, то он стал бы так силён что мог отравить все здешние земли. Ты следующая хранительница сердца древа жизни и твоя обязанность поддерживать его силу и защищать, а не давать демоническим зверям возможность проникнуть к этому самому сердцу, – тон девушки был холоден как сталь, а лицо горело от гнева.

– Я не знала, что, сожрав меня, зверь сможет открыть сердце древа жизни – попыталась возразить Лилит, когда прекрасная беловолосая девушка отвернулась.

– Тебе и не нужно было этого знать! Все что тебе надо было делать это не нарушать мои приказы! Запомни я знаю всё, обо всём, и я не отдаю необдуманных распоряжений. Если я что-то сказала, значит меня нужно слушать. Люциферы не ошибаются, именно поэтому я требую, чтобы мои приказы выполняли беспрекословно, – закричала прекрасная принцесса, она выглядела разочарованной. Несколько секунд она молча смотрела на Лилит, после чего ушла прочь. Моя мать казалась холодной и жестокой правительницей, но я понимала, чем обусловлена такая вспышка гнева. Лилит была и остается любимой ученицей моей мамы, она всегда переживала за Лилит и боялась, что по глупости она может попасть в беду. Императрица боялась именно этой ситуации. Моя мать уже причислила старшую Уайт к своей названой семье, если бы она умерла проклятие Люциферов по меньшей мере могло сильно её ослабить, что привело бы к волнению магии.

Воспоминание прервалось и вновь появились вспышки. Только уже из моей памяти. Сплошные тренировки, занятия с мамой, исследования своего застоя маны и учебники. Всего пару семейных вечеров с отцовскими пирогами. Снова яркое воспоминание и я оказалась в Имперской академии, когда мне было 15 лет.

Шёл открытый урок с участием Императрицы. Преподавательница рассказывала о кругах призыва духов. Занятие проходило тихо и спокойно, никто не шумел и не задавал тупых вопросов. Внезапно Императрица вскочила из-за учительского стола. Её взгляд был направлен за окна академии. Я хорошо знала, что это может означать. Рука моей матери взметнулась вверх, и она создала щит. Как только барьер накрыл класс, стена раскрошилась. За отверстием в стене парил белокрылый ангел. Увы настрой у него совсем не дружелюбный. Он собирался бросить в мою мать святое копьё, но она оказалась быстрее. Императрица бросилась на крылатого, и они рухнули на землю. Кто-то из класса восхищенно кричал, кто-то молча боялся в углу. Я много раз видела, как на мою маму нападают, непроизвольно к этому привыкаешь. Проблема состояла в другом. Дурак ник бросился вслед за Императрицей. Я поспешила остановить его, пока он не доставил проблем.

Земля на плаце тряслась от силы, которую использует Императрица. Я схватила Николаса за шиворот, когда он, шатаясь направлялся к ангелу со спины.

– Что ты делаешь? – прошипел он.

– Спасают тебя идиот.

– Меня не надо спасать! Особенно тебе, уходи пока не пришибли.

– Если Императрица узнает, что ты пытался влезть, она с тебя шкуру спустит, – его слова меня разозлили. Я потащила его обратно к академии.

– Я просто помогу…

– Ты забыл первый закон Империи что ли? Так я напомню. Пока хотя бы одна из Люциферов находится на поле боя никто не смеет вмешиваться! – прервала я.

Со стороны Императрицы появилась вспышка. Миг и мы вчетвером оказались в Долине крови.

– Чёрт, – выругалась я, таща Ника за шкирку к ближайшим деревьям. Он не особо сопротивлялся, и я подумала, что он даст увести себя, но внезапно он вырвался из моей хватки и побежал в сторону сражения.

– Стой! – крикнула я. Ангел заметил его и направился в нашу сторону. В несколько шагов я добралась до Николаса. Белокрылый замахнулся копьём, Рэйд явно не ожидал от него такой скорости. В последний момент я утянула Ника на землю и закрыла собой. Спину по диагонали пронзило болью. Тело словно наполнилось раскалённым свинцом.

– Нет! – услышала я крик Ника.

Земля затряслась. Надо мной пронёсся огненный шар и сбил ангела. Превозмогая боль, я села. Все тело наполнило жаром, а кровь закипела. Я слышала, как алая жидкость шипит и испаряется, словно моя спина была раскаленной сковородой. Моя мать была в ярости, её глаза горели безумным пламенем. Она была готова убить любого, кто осмелился бы к ней сейчас подойти. Воздух становился все более плотным, пропитываясь маной моей матери. Все небо заволокло черными тучами и начали сверкать молнии. Моя мать сама того не осознавая пробуждала в природе древний гнев.

– Хати, – прорычала Императрица. Всю долину покрыл туман, через секунду из него вышел волк. Размером с горы, окружающие нас, белый волк. Его глаза пылали голубым огнем я клыки были обнажены в оскале. Ангел впал в ступор. Страх сковал его тело, это было видно невооружённым глазом. Убей его – отдала приказ Императрица сыну Фенрира, убийцы богов. Волк, не задумываясь бросился на небесное существо. В секунду от него остались только крылья. Это было похоже на то, как в пасти демонического зверя пропадали солдаты, из воспоминания Екатерины. Хати спокойно подошёл к моей маме и растворился в тумане. В таком же какой покрыл мой разум. Боль в спине почти исчезла и очень захотелось спать. Тогда мне в голову даже не приходило что я могла умереть. Над ухом что-то кричал Николас, такой раздражающий.

Когда я хотела закрыть глаза и немного вздремнуть, почувствовала сильное жжение в спине и зашипела. Секундой позже оно переросло в тепло, приятное и родное.

– Ты в порядке? – голос матери выдернул меня из сна, и я открыла глаза. Она выглядела очень обеспокоенной.

– Да вроде пока не умерла, – прокряхтела я и села. По телу мамы прошла дрожь, а руку покрыли отметины, словно чёрные молнии. Она сильно закашляла.

– Не переживай, – сказала она, увидев мой встревоженный вид. Достав клинок из сапога, мама порезала руку. Из раны потекла чёрная кровь, когда её сменила нормальная алая кровь, она лизнула место пореза и он мгновенно затянулся.

– Это проклятье? – подал голос Николас.

– Да, – бросила она, прожигая его взглядом. – Напомни-ка мне первый закон Великой Империи.

– Пока хотя бы одна из Люциферов находится на поле боя никто не смеет вмешиваться, – пролепетал он мои недавние слова.

– Ах значит ты помнишь, – она встала. – Тогда скажи мне на милость, почему ты здесь, а не в академии? – мама говорила с улыбкой. Похоже она и правда спустит с него лисью шкуру.

– Ну я помочь хотел…

– Врёшь, ты хотел проявить себя. Чтобы я заметила тебя и позволила войти в гвардию. Так? – он кивнул, пытаясь спрятать глаза. – А ты понимаешь, что из-за тебя она могла умереть? – мама указала в мою сторону. От её слов меня передёрнуло. Ник снова кивнул, он даже не стал возражать что я сама потащилась за ним и вины за это на нем нет.

Воспоминание немного замутнело. Будто кто-то перемотал плёнку, когда оно прояснилось я увидела разговор с Ником в тот же день.

– Прости, – прошептал он, сидя на лавке рядом со мной.

– Все хорошо, не переживай, – он покачал головой.

– Я не думал, что ангел всерьез собирается убивать Императрицу, они же должны быть воплощением света и добра, – я слегка ухмыльнулась его наивности.

– Ангелы и боги самые высокомерные существа во вселенной, им абсолютно всё равно на то, что происходит на земле. Все чего они хотят это убить Люциферов и вернуть свою былую власть над людьми.

– Тогда почему мы им покланяемся? Ведь даже ты с Императрицей их возвышаете, – недоумевал он и снова получил щелбан. – Да за что?

– Ты, наверное, забыл, что моя бабушка богиня драконов? – его лицо на секунду зависло, будто он осмыслял услышанное. Есть небольшое количество настоящих богов, мы восхваляем только их, потому что они этого заслуживают, – он кивнул словно все понял. Повисло недолгое молчание.

– А кто вас проклял?

– Что? – я не поняла его вопроса.

– Ну я имею ввиду ваше родовое проклятье, откуда оно?

– Аа, – протянула я – нас проклял мир – его лицо исказилось в непонимании. У каждого мира есть своё сознание. Когда богиня создала Люциферов, он понял, что мы достаточно сильны чтобы щелчком пальцев разрушить его. Никто не хочет быть уничтоженным, поэтому сам мир поставил на нас ограничение. Если мы решим разрушить измерение, то умрём, поэтому мы думаем прежде, чем творить то или иное заклинание, – все это время Николас спокойно и внимательно меня слушал.

– А это единственное проявление мирового проклятья? То есть мир вас просто разрушает?

– Не только. Во-первых, это проклятие позволяет поддерживать баланс, мы можем больше злой энергии впитывать, во-вторых, проклятье не позволяет забыть нам любовь.

– Это как?

– Допустим у Люцифер был один возлюбленный, чувства которого были мимолетны, и он её бросил, ну или в крайнем случае умер. Люцифер не может его разлюбить или забыть, даже если стереть память чувства останутся. Даже когда она влюбляется в другого человека, чувства к прошлому остаются. Насколько я знаю терзания одной из моих праматерей были, настолько сильными, что из-за них этот мир разорвался и создал свою копию и копию Люцифер. Только тогда её сердце успокоилось.

– Понятно, – он ненадолго замолчал и печально вздохнул. – Не понимаю, как можно бросить кого-то из Люциферов, как по мне вы одни из самых прекрасных женщин на всём белом свете – я не смогла сдержать смех.

– Ну спасибо, – с улыбкой сказала я. – На самом деле это тоже проявление проклятья, оно отталкивает от нас людей.

– Хочешь сказать, что в какой-то момент из-за проклятья я захочу сбежать от тебя подальше?

– Вполне возможно, что ты попытаешься, но вряд ли выйдет.

С тех пор моё с Николасом стало значительно холоднее. Я была зла из-за его безрассудства, он же пытался избегать меня из-за чувства вины. Я тогда надеялась, что наши отношения не наладятся, ведь так бы он был вне опасности.

Воспоминание закончилось. Появились картинки из жизни Екатерины.

Долгое восстановление после психологической травмы, учеба в школе, ссоры с сестрой и новое воспоминание.

– Ты дура! Почему ты просто не можешь пойти к Императрице и попросить вылечить тебя? – кричала десятилетняя Екатерина своей сестре. Они находились в розовой комнате Кати, в которой было уже не так много игрушек, а на полу ничего не было разбросано.

– Потому что я сама виновата в том, что потеряла руку, а значит либо я сама смогу восстановить её, либо останусь такой до самой смерти, – Лилит говорила спокойнее сестры, но такие перепалки ей уже сильно надоели.

– Всё, потому что ты такая упертая! Ты не должна продолжать учиться у Императрицы, возвращайся домой, – на грани слез приговорила Екатерина. Лилит лишь покачала головой и это воспоминание растаяло.

Снова появились мои моменты жизни. Учёба, дружба с Ником без надежды на потепление, экзамен по магии, исключение из Имперской академии. Точнее побег из нее, которому предшествовало воспоминание, закрытое от Екатерины.

Я едва могла держать меч, руки трясло крупной дрожью, а рот полнился вкусом крови. Я чувствовала, как меня шатает из стороны в сторону. Губа была разбита, а на животе я уверена уже выступили синяки. Я практически ничего не видела, зрение плыло от боли, а сознание утопало все глубже во тьме. Очередной удар заставил ослабевшие руки выпустить меч. Я сглотнула вязкую слюну вперемешку с кровью и с силой прикусила язык, только бы не потерять сознание. Я почувствовала, как он схватил меня за горло и едва успела глотнуть воздуха, прежде чем мне перекрыли к нему доступ.

– Ты должна присоединиться ко мне, – яростно прошипел мне в лицо Драйган. Я скривилась и попыталась освободиться от его схватки. Силы стремительно покидали меня, мана реагируя на мой страх и гнев сжигала меня изнутри. Я царапала его руку, но Драйгану было абсолютно плевать на мои усилия. – Это твое предназначение.

– Иди к черту, – прохрипела я и попыталась нанести удар ногой. Драйган всегда был быстрее меня, он отшвырнул меня прежде, чем я его достала. Я, давясь кашлем, начала жадно глотать воздух.

– Мы с тобой рождены для того, чтобы убить Верховную Богиню, – его ботинок впечатался мне в живот. Я согнулась и попыталась прикрыться руками. – Мы две половинки одного целого, – еще удар. – Мы освободители миров, – и снова, но на этот раз я отчетливо услышала, как хрустнули мои кости. Я подавила крик раньше, чем он успел вырваться, помогло то, что в легких не оставалось воздуха.

– Мою силу ты не получишь никогда, – уловив паузу между ударами прохрипела я и плюнула в его сторону. Лицо Драйгана исказил еще более уродливый гнев, и, несмотря на боль, я усмехнулась. Он схватил меня за грудки и поднял. – Я не позволю тебе даже приблизиться к моей Богине, – уверенно улыбнулась я и сразу после этого получила удар в висок. Я больше не могла держаться и провалилась в бездну, напоследок услышав раздраженное рычание.

Более яркими, доступными Екатерине, были воспоминания о путешествии по пустыне забвения и Вонгардену – восхитительному городу эльфов. Пока я была там изучала культуру живущих там народов, их обряды и ритуалы, особенности использования магии. В пустыне жили в основном кочевники, поэтому академий там не было, в отличие от Вонгардена.

Эльфийская академия была огромна и покрыта зеленью. Высокое здание было будто врезано в дерево исполинских размеров. Здесь обучались злые и светлые эльфы, сюда очень редко принимали другие расы. Именно поэтому я не задержалась там на долго.

Ещё вспышки с ссорами, картинки с переездом в академию святой Акиры и обучением там. Ещё одно яркое воспоминание:

Проснулась Екатерина по будильнику в нашей комнате в Академии. Сейчас вторая часть комнаты была пуста, похоже это воспоминание до того, как я перевелась в эту академию. Она встала и после душа направилась на утреннюю тренировку у мистера Гордона. Дожидаясь преподавателя, Екатерина перебрасывалась парой слов с одноклассниками. Наконец-то на плац вышел учитель, за ним шла незнакомая девушка. Когда они встали перед классом я узнала себя, стоящую по руку от сэра Эстиана.

– Эта девочка спасёт мир, будь рядом, – раздался в голове голос Богини. Она редко разговаривала с Екатериной, но её послания всегда были очень важны. Хоть Екатерина и не поняла, что именно этим хотела сказать Богиня, она даже не думала сомневаться в её слова. Это Аманда Роузен, с этого дня она будет обучаться с вами – сказал мистер Гордон.

Воспоминание начало двоиться, я будто видела картинку и от лица Екатерины и от себя. От этого словно разболелась голова.

Я со всеми поздоровалась и встала в строй рядом с Екатериной. Она начала расспрашивать меня, стараясь узнать получше. Катя не обращала внимания на мои короткие ответы и продолжала попытки подружиться. Мне это тогда показалось слегка навязчивым, но сияющая улыбка на её лице, просто не позволяла от неё отмахнуться. Наверное, именно настойчивость Кати стала началом нашей дружбы.

Картинка смазалась и появилось новое воспоминание. Екатерина сидела в библиотеке и ждала Эдварда. Прочитанный параграф о зельях никак не хотел откладывается в памяти. Вместо этого мысли крутились вокруг насыщенного шатена, которому она вчера подарила лёгкий поцелуй в щеку. Катя ругала себя за такой глупый поступок и лишь надеялась, что это не испортит их "дружбы".

Вот из-за стилажа с книгами вышел Веверн. Невольно Екатерина начала пялиться на него, словно думала ей это мерещится.

– Пялишься, – коротко бросил Эд и сел напротив. Екатерина поспешно опустила взгляд в книгу, прошептав приветствие. Эдвард разложил свои учебники и молча начал что-то писать. Катя периодически кидала на него короткий взгляд, пока Эд не поднял свою голову. – Раздражаешь – вздохнул он и закрыл свой учебник, вперив в неё спокойный и почти не заинтересованный взгляд.

– Что? – промямлила Катя, она не понимала, чего ждёт её собеседник.

– Тебя обычно не заткнешь, твоё молчание сильно напрягает.

– Я думала тебе не нравиться моя болтовня, – неуверенно произнесла Екатерина.

– Я бы перестал приходить ещё несколько месяцев назад, если бы не нравилась, – он не отводил взгляда.

– Что? – Катя всегда была уверена, что откровенно бесит его и ни за что не ожидала бы такого признания.

– И всё же ты тупая – Эд усмехнулся, а Екатерина надув щеки собралась ударить его книжкой по макушке. Она не успела осуществить свой план. Эдвард схватил её за руку и встав потянул на себя. Их лица оказались в опасной близости, Екатерина мгновенно забыла, как дышать. – Я уже говорил, что тебе не стоит со мной общаться? – Катя коротко кивнула. – Если Роузен узнает, что я на тебя плохо влияю она точно постарается открутить мне голову, – она хотела было сказать, что если я этого захочу, то обязательно справлюсь с этим, но вместо этого выдала:

– Не помню, чтобы наше общение плохо сказывалось на моём поведении, – возмутились Катя, на секунду забыв о сантиметрах, разделявших их.

– Ты святая, которая только что пыталась меня ударить.

– Не было такого, – улыбнулась Катя.

– Если твоя подружка узнает, что ты опустилась до того, чтобы меня поцеловать, точно шкуру с меня спустит, – Эд ухмылялся, глядя ей прямо в глаза. На такой выпад Екатерине нечего было ответить, и она стыдливо отвела взгляд, но отстраняться не стала. Ей нравилось ощущать дыхание Эда на щеках.

– Скорее всего сначала она расправиться со мной, у тебя будет время сбежать, – он рассмеялся и потянулся к губам Екатерины. Когда их разделял миллиметр Эд остановился и сел обратно, отпустив её руку.

– Что…

– Считай это местью за твою вчерашнюю выходку, – перебил её Эдвард. – А ещё предупреждением, – он поднял взгляд на красное лицо Кати. – Не стоит связываться со мной Уайт, это очень плохая идея.

Воспоминание закончилось, и я очутилась во тьме.

Глава 11.

Из тьмы меня вывел запах жженых бенгальских огней.

– Я думала ты была пред оборочной галлюцинацией, – прохрипела я с закрытыми глазами, скривившись от боли. Лёгкие, горло и каждая вена жгло подобно разгорячённым медным трубам, по которым пустили лаву. Каждый уголок лёгких болезненно тянуло, кажется, перед тем как потерять сознание мана всё-таки прожгла плевру насквозь, из-за чего я и кашляла кровью.

– К счастью, я настоящая, – я ощутила прикосновение ледяной ладони на лбу и аккуратно открыла глаза. Передо мной и правда стояла моя мать. Восхитительная, как всегда. Белоснежные волнистые волосы ниспадали на плечи, ещё ярче выделяя синие глаза. На ней был глубокого синего цвета свитер, чёрные джинсы и кожаная куртка. Я невольно улыбнулась такому виду, уже и не помню, когда последний раз видела свою мать не в официальном платье или мундире.

– Почему ты здесь?

– Пришла спасать свою непутевую дочь, – она провела ладонью по моим волосам, и я снова прикрыла глаза.

– Зачем? Если бы я умерла, сразу решились бы все проблемы. Пророчество бы не исполнилось, а я могла бы переродиться в тело способное использовать магию.

– Ты всё такая же глупая девочка.

– А ты всё такая же идеальная Императрица. Скажи Императрица Мирабель каково будет моё наказание за использование запретного заклинания? – я не решалась открывать глаза и надеялась, что мать спишет это на слабость. Глупая надежда, учитывая с кем я имела дело.

– На твоём жизненном пути и так слишком много горя милая, так что обойдемся без наказаний. Тем более ты Люцифер, запреты такого рода на тебя не распространяются, – скажи она мне такое год назад, я бы упрямо затвердила что отреклась от фамилии Люциферов и больше не принадлежу к этой семье, но быстро утекающее время принесло с собой смирение. Я услышала шарканье обуви по полу, мама отошла от моей койки. Предательница.

– О хвала богам, ты очнулась! – не прошло и секунды как весь воздух покинул мои легкие, а перед глазами заплясали искры от резкой боли. Николас повалился на меня всем телом и сжал в объятиях, крошащих кости. Я втянула воздух через зубы и зашипела на него, а мама пинком скинула его с меня. Ник упал пятой точкой на пол и уцепился в мою руку чуть ли не рыдая.

– Твоя мать на полном серьезе угрожала освежевать меня если ты не очнешься, – он с мольбой смотрел в мои глаза, и я заметила, что у него появились синяки под глазами, а волосы были ещё более лохматыми чем обычно.

– Чья мать? -воскликнул Эдвард. Я приняла полу сидячие положение и обернулась. В проходе в лазарет стояли Эдвард и Кристиан. Эд выглядел слишком бледным даже для вампира. Осознание что он издевался над принцессой Империи знатно выбило его из колеи. Меня удивило что он даже не усомнился в факте моего родства с Императрицей, но видеть его испуганное лицо было весьма забавно. Кристиан хмурился. Я втянула носом воздух в надежде учуять причину его недовольства и нахмурилась сама. Я не чувствовала запаха маны, видимо обильное носовое кровотечение притупило мое чутьё.

Чуть впереди мялась Екатерина. Она выглядела так словно хотела бы накинуться на меня так же, как Ник, но воздержалась от этой идеи увидев сколько боли мне принесла выходка Рэйда. Лицо и глаза были покрасневшими, словно она плакала сутки напролёт, да и сейчас её золотые глаза были на мокром месте.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, заметив, что хрипота в голосе пропала. Раскалённая мана хоть и приносила невыносимую боль быстро восстанавливала тело. Жаль так не работает с душой.

Екатерина все-таки не выдержала и бросилась ко мне, но в отличие от Ника её объятия были едва ощутимыми, чего не скажешь о её рыданиях. Она содрогалась при каждом всхлипе, а моя рубашка промокла от её слёз, но она продолжала ругать меня за то что напугала её до смерти и благодарить за спасённую жизнь. Я только улыбалась и молча слушала её.

Моё внимание вновь привлек вампир, стоявший у неё за спиной:

– Веверн, – сладко протянула я. – Я прямо сейчас проявляю всё великодушие, на которое только способна и предлагаю выбрать способ каким ты хочешь, чтобы Я помогла тебе умереть, – он казалось ожидал такого исхода, но все равно напрягся.

– Аманда немедленно прекрати ему угрожать, – повисло молчание, такой приказной тон я слышала от Екатерины впервые. Её золотые бровки нахмурились, а щечки чуть надулись.

– Веверн клянусь, как только ты от неё отойдешь я спущу с тебя шкуру, – с моего лица не спадала улыбка, что делало мой внешний вид ещё более жутким, но я просто не могла не улыбнуться при виде такого выражения у Уайт на лице.

– За что ты так с ним? – возмутились Катя.

– А я говорил, что плохо на тебя влияю, – вмешался Эдвард.

– Вот именно так что держись от неё подальше, – так сильно он меня ещё не раздражал.

– Так я и сделал, – эти слова так и сочились сарказмом. – Сама же сказала, что убьешь меня стоит мне отойти от неё, – мне очень не понравилось, что мои же слова использовали против меня, в то время как Екатерину это рассмешило.

– Как хорошо, что ты в порядке, мы же через три дня отправляемся на игры, – вклинился Николас и у меня в голове щелкнуло.

– Погодите. Я что провалялась без сознания два дня? – все как один кивнули. – Я пропустила шесть занятий с мистером Горфоном, он меня убьёт!

Императрица рассеялась:

– Ты, как всегда, в своём репертуаре – сказала она и оглядела всех остальных. Нам нужно поговорить наедине, – все как марионетки вновь кивнули. – Никто не должен знать, что Аманда – это принцесса Люцифер, – глухо произнесла мама. – Если кто-то проболтается убью на месте.

Эдвард был рад покинуть нас и сбежал почти сразу, только раз оглянувшись на Екатерину. Она кивнула, отпуская его, а сама задержалась для краткого объятия. Николас ушёл вместе с ней и в комнате остался только Кристиан. Он не торопился уходить и продолжал хмуро смотреть на меня, в то время как я даже не взглянула на него.

– Я рад что ты в порядке, Лгунья, – сказал он и ушёл. От его слов сердце пропустило оглушительный удар, и я зажмурилась, хватаясь за волосы. Я должна была избавиться от этого чувства любым возможным и невозможным способом. Лучше уж Кристиан будет ассоциироваться у меня с болью чем с мягкими и легкими чувствами.

– Дорогая судьба изменчива, – тихо сказала мама, садясь рядом со мной на кровати.

– Не в моем случае, – грубо возразила я, не желая вновь проходить этот разговор. Мне хватило сотни прошлых раз.

– Тогда может хватит бежать от нее? – почему? Почему у неё получается так просто говорить об этом, а у меня нет?

– Если я вернусь ты умрешь, ты так хочешь оставить меня? – едва слышно прошипела я.

– Встретимся на имперских играх, – она проигнорировала мой вопрос и оставила на моём лбу мягкий поцелуй. Она телепортировалась, растворившись в воздухе.

– Пока мам, – как можно спокойнее произнесла я, хотя в душе хотелось разорваться. Мне хотелось разразиться рыданиями, такими сильными что лёгкие сдавливало бы при каждом вздохе, а в горле стоял ком размером с кулак. Хотелось кричать от боли, которая была в миллиарды раз сильнее той, что Я испытывала при использовании магии. Я хотела срывать голос и кричать так громко чтобы звуки моей боли сотрясали стены лазарета, академии, всего мира. Так громко чтобы хоть кто-то наконец услышал, как я ломаюсь изнутри, чтобы увидел, как кровоточит моя душа, рассеивая свой свет в кровавом омуте моих секретов. Хотелось молить мир и богов чтобы меня услышали.

Хотелось разрушать, разнести всё вокруг, руками кроша в порошок камни и чужие жизни, зубами вгрызаясь в саму основу мира чтобы он рассыпался осколками стекла. Хотелось, чтобы страдали все, не только я. Чтобы поняли ту боль что с самого рождения разрасталась, множилась, питалась моими страхами становясь всё сильнее и сильнее, и сильнее.

Я хотела, чтобы меня поняли.

Ничего из того, что хотела Я не сделала. Мои глаза даже не намокли, с ресниц не сорвались солёные капли. Ни крика, ни шёпота, ни даже стона. Только оглушающая тишина и невыразимая боль. Ни ярости, ни злости, ни гнева. Никаких разрушений.

Я так и сидела, смотря на место, где минуту назад стояла моя мать. Чувства – это непозволительная роскошь для Люциферов, ведь мы те, кем должны быть. Бесчувственные чудовища. Иначе ты не сможешь защитить тех, кого любишь. Как жестоко. Я столько лет ломала свою душу, а тело истязала тренировками, но пророчество решило, что самые близкие мне люди всё равно умрут.

Глава 12.

Я уже и не помню, когда последний раз смеялась так искренне. То легкое счастье, которое окутывало меня было чем-то новым в моей жизни. Впервые на моей памяти ни одна эмоция не блекла под вуалью страха, и я открыто показывала свою улыбку. Я никогда не позволяла себе так улыбаться, но, когда я смотрела в лицо Кристиана, все запреты бесследно растворялись. Его спокойная улыбка дарила покой моей истерзанной душе и позволяла отпустить мысли об устрашающем будущем.

Вокруг было так тихо и спокойно. Я не слышала даже шума воды в фонтане, внутренний сад тонул в оглушающей тишине. Я наконец-то обрела покой, голова не болела от множества звуков, а сознание не затуманивалось от нескончаемого количества запахов. Все что я чувствовала это тепло ладони Кристиана, больше ничего.

Мы остановились возле молчаливого фонтана. Солнечные лучи отражались от воды и пропадали в сияющих глазах Кристиана. Цвет радужки посветлел и заискрился детской радостью. Он был счастлив и от размера этого счастья у меня перехватывало дыхание. Я множество раз видела счастливых существ. Видела радость от рождения ребенка, победные улыбки, счастье семейной жизни и удовольствие от достигнутого успеха, но прежде я никогда не видела, что бы кто-то был счастлив настолько.

Теплая ладонь Кристиана легла мне на щеку, и я утонула в этом ощущении. Ладони моей матери всегда были холодными, так же как у отца, поэтому я никогда не ощущала тепла чужого тела. Никогда не чувствовала такой нежности.

– Я люблю тебя, – без тени страха прошептала я. Я не услышала своего голоса, но повторять громче не стала. В этом не было необходимости, Кристиан услышал мои слова и его губы растянулись в доброй усмешке. Он мучительно медленно наклонился, и мы слились в поцелуе. Я встретилась со сладкими словно мед и холодными словно лед губами.

– Это ты во всем виновата! – услышала я крик и резко отстранилась от Кристиана. Прямо перед нами стояла Екатерина, все ее лицо было покрыто слезами, а с рук стекала алая жидкость. Все вокруг погрузилось во тьму. Я попыталась сглотнуть, но горло мгновенно пересохло.

– О чем ты? – прохрипела я и почувствовала, как ладонь Кристиана покидает мою щеку. Я обернулась к нему и зажала рот руками, чтобы не закричать. В его груди зияла дыра, которая сочилась кровью. Ноги подогнулись, и он рухнул мне на руки. Я не могла сделать вдоха, не могла ничего. Тело у меня ну раках было холодным и бездыханным. Я в ужасе оглядела Кристиана и заметила, то, что повергло меня в ужас. Мои руки были по локоть в крови. Это моя вина? Я медленно обернулась к Екатерине и почувствовала, как впервые в жизни заплакала. Из ее груди торчал мой меч, а рот был раскрыт в истошном крике, который я не слышала. Ее глаза остекленели, и она упала замертво. Я тоже кричала, это был единственный звук в оглушающей тишине. С мольбами всем известным богам я потянулась к ней, но меня схватили за руку. Николас лежал у меня на руках и холодными пальцами сжимал мое запястье. Из уголков рта у него стекала кровь.

– Нет, – охрипшим голосом взмолилась я и провела рукой по рыжим волосам. – Нет – я сжала холодное тело в объятьях. Николас рассыпался пеплом, исчезая в окружающей тьме.

Окровавленными руками я закрыла лицо. Я впервые в жизни позволила себе рыдать, кричать и ломаться. Воздуха не хватало, на грудь давило, сердце разрывалось.

– Ты сама выбрала это, – я открыла глаза. Сквозь пелену слез я увидела себя, свою не точную копию. «Я» была настоящей Люцифер, такой какой я должна была быть. Величественной, сильной, идеальной и до боли одинокой.

– Я просто хотела узнать какого это, быть счастливой, – прошептала я, пряча заплаканные глаза. Другая я была права, я совершила ошибку впустив этих существ в свою жизнь.

– Тогда не сворачивай с этого пути, – «Я» подняла мой подбородок и взглянула в глаза. Я встретилась с алым хищным взглядом и проснулась.

Я резко села в кровати. По спине стекал ледяной пот, а с ресниц сорвалась пара слез. Я задыхалась, все тело сковало всепоглощающим ужасом, не давая глотнуть кислорода.

– Это всего лишь сон, всего лишь сон, – словно мантру, быстро зашептала я, с остервенелым упорством стирая непрекращающиеся слезы. Закусив губу, согнулась и обхватила себя руками. Каждая часть тела пылала, магия словно пыталась выжечь страх, проросший от самого дна души. Я сглотнула и провела дрожащей рукой по волосам. В попытке отвлечься я огляделась. Я была в своей комнате, Екатерины не было, должно быть снова пропадает где-то с Эдвардом. На подушке соседней кровати спал Нолан, пользуясь отсутствием хозяйки. В последнее время я довольно редко его видела.

Дыхание постепенно приходило в норму. Я упала на подушку и прикрыла глаза рукой. Еще никогда кошмары не доводили меня до такого состояния. Это было плохо. У меня скрипнули зубы от злости, связав свою жизнь с другими существами я и правда стала слабее. Наверное, я слишком много времени провожу с Екатериной, похоже ее эмоциональность заразна. Уже поздно что-то менять, пророчество так или иначе исполнится, все что мне остается – минимизировать потери.

Из раздумий меня резко выдернул грохот двери. Екатерина с вечной широкой улыбкой ворвалась в комнату.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она, плюхнувшись на пою постель.

– Все нормально, – ложь. Пространство вокруг меня ощущалось до чудовищного неправильно. Все было, как и прежде, но меня одолевало чувство, будто меня накрыли липким куполом, в котором воздух становился тягучим, похожим на черную слизь. Сейчас я как никогда раньше была рада, что рядом не было Кристиана. Окажись он тут, сразу же понял бы что я лгу. Кристиана в комнате на мое счастье не было, зато был раздраженный Эдвард.

– Что? – просто спросила я, чувствуя, как его недовольство перекидывается на меня.

– Ничего, – членораздельно произнес он, а затем добавил. – Просто твоя подруга сбежала со свидания, только потому что решила, что ты захочешь пойти на ужин с нами.

– Так немедленно прекратите, – вмешалась Екатерина, так как почувствовала, как назревает конфликт.

– Ты принц вампиров и должен жениться на Лесли, так с какого перепугу ты вообще водишь безродную гиану на свидания? – проигнорировала я Екатерину. Эдвард замолчал, ему явно не понравился этот вопрос.

– Я как-нибудь разберусь, – прошипел он, но его уверенность постепенно угасала.

– Как? Бросишь Екатерину, когда нужно будет бежать на свадьбу с другой девушкой?

– Нет, – воскликнул Эд. Его глаза приобрели багровый оттенок, а на лице появился злобный оскал.

– Ничего другого ты сделать не можешь, так что отойди в сторонку и дай мне все решить, – вся злость потухла в мгновение ока, словно я вылила на нее ведро воды, на ее место пришло ничем не прикрытое удивление.

– Что? – вместе с Екатериной спросил он.

– Я Принцесса Великой Империи, разобраться со снобами вампирского общества для меня раз плюнуть, – после глубокого вздоха ответила я. Эдвард был в замешательстве, а у Кати на лице расцвела радостная и благодарная улыбка. – И прошу только не думай, что я делаю это ради тебя – прошипела я, обращаясь к Веверну. Уайт со звонким смехом сжала меня в объятиях.

– Не думал, что чудовища поступают так благородно, – ответил он и подозрительно сощурился.

– Эдвард! – недовольно воскликнула Катя.

– Разве ты не должна меня ненавидеть? Я только и делал что вел себя как последний подонок, было бы логично избавься ты от меня и найдя Кате кого-то получше, – не унимался Веверн. Я не смогла сдержать смеха. Видеть, как Эдвард пытался найти подвох было поистине забавно.

– Слушай Эд, то, что ты мне не нравишься не значит, что я собираюсь тебя убить, на это пока слишком мало причин. Попробуй причинить боль моей семье, и ты умрешь, а до этого я буду рассматривать тебя только как потенциального капитана гвардии моего поколения, – улыбка никак не хотела сходить с моего лица, удивление и замешательство Эдварда выглядело невероятно уморительно.

– И как давно ты решила, что я могу стать капитаном гвардии целой Империи? – недоверчиво спросил он.

– Когда ты преклонил передо мной колени, – его удивлению не было предела. – Ты всей душой меня ненавидел, но молил о помощи именно меня. Ты готов был отдать жизнь, лишь бы я спасла Екатерину. Я сказала встать для этого на колени, и ты встал. Единственное качество, которое я ищу это умение исполнять приказы, сможешь и получишь все чего пожелаешь, – это было все, что я могла дать им за то, на что обрекла их. Близость со мной неизменно приведет их к страданиям и ничто их не возместит, но я надеялась что этого будет достаточно для их счастья в будущем. -Эдвард Веверн, – я поднялась с кровати и встала прямо перед вампиром. – Когда я займу трон Великой Империи, согласись стать моим подчиненным, частью моей названной семьи и я дам тебе все, о чем ты можешь пожелать. Я обучу тебя всему необходимому, сможешь выдержать мое наставничество и беспрекословно исполнять приказы, тогда я дарую тебе и Екатерине Уайт белую печать Люциферов.

– Аманда! – из-за спины воскликнула Екатерина, ее лицо залилось румянцем. Белая печать – благословение на брак, стоящее выше любого соглашения. Если Эдвард и Екатерина получат такую, то последствий от разрыва помолвки с Лесли не будет.

– Иногда я буду совершать ужасные поступки, из-за которых ты можешь возненавидеть меня сильнее чем раньше, но несмотря на это оставайся рядом, тогда ты поймешь, что чудовищами не становятся без причины, – Эдвард не торопился принимать мое предложение. Оно и понятно, сложно было поверь в такие обещания, когда их дает лохматая девчонка в майке и пижамных штанах. Эд колебался, но все же склонил колено.

– Я сделаю все возможное чтобы заслужить ваше доверие, Ваше Высочество, луна Империи Принцесса Люцифер, – я облегченно вздохнула. Я переживала что Эдвард все-таки откажется и предпочтет трон вампиров. Он меня не разочаровал. Эдвард поднялся, и мы пожали друг другу руки, когда раздался громкий колокол.

– О время ужина, – застенчиво заметила Екатерина. Она все еще была взволнованна тем, что Эдвард согласился принять белую печать и задавалась вопросом, означало ли это предложение руки и сердца для нее.

– Ты, наверное, жутко голодная, все-таки почти два дня не ела, – она нервно рассмеялась.

– Уже почти три, – ответила я ей, а сама ощутила, как рот заполняется слюной при мысли о запеченной оленине или зажаренных перепелах.

Глава 13.

– Неет, – притворно захныкала я, тыкая вилкой слизней на пару. – Почему, как только я очнулась подают такую гадость? – лица Екатерины и Эдварда тоже не выражали особого восторга.

Стены столовой светились золотом в закатном солнце, кое-где смешиваясь с яркими красками витражей. Непрерывные разговоры и возмущение ужином превращались в общий гомон, пока учителя пытались успокоить младшекурсников, которые кидались друг в друга сгустками слизи. Благо младшие сидели в другом конце столовой и нам не грозило пасть в этой битве едой.

– Ну слизни это элементальные существа, они очень полезные, – не знаю кого больше Катя пыталась в этом убедить меня или себя. Отвратительный, похожий на трупный, сладковатый запах вызывал рвотные порывы у всех в столовой, за исключением некоторых гастрономических извращенцев. – Тебе кстати лучше всего есть именно их, так медсестра сказала.

– Да я лучше умру чем буду питаться… Этим, – я с ужасом взглянула на свою тарелку.

– Похоже в этой академии пытаются избавиться от учеников, – проворчал Кристиан, садясь рядом со мной. Я немного сдвинулась, увеличивая, между нами, расстояние и нахмурилась. Перед Оссхаертом появилась новая порция, отвратительного сгустка синего цвета, украшенного ягодами черники и соусом из неё. Его лицо тоже исказило отвращение.

– Да ничего вы не понимаете, это очень вкусно, – Николас сел напротив, рядом с Екатериной и Эдом. Как только перед ним появилась тарелка, он принялся есть. В этот раз я еле удержалась чтобы не блевануть. Екатерина и Эдвард смотрели на него с таким ужасом, будто он пожирал яд.

– А я и забыла, что ты такой извращенец, – кое-как вымолвила я.

– Кто бы говорил, Люциферы вообще магические камни глотают, – возмутился лис, не отрываясь от своей тарелки.

– Во-первых они без вкуса, во-вторых, без запаха трупов, в-третьих, они могут спасти жизнь, в отличие от той гадости, которую ты поглощаешь, – ответила я, на пальцах считая все свои аргументы. Катя согласно закивала. Мой желудок снова недовольно заворчал, начиная болеть и грозиться переварить самого себя.

– Тебе надо поесть, – сказал Кристиан, поднося к моему лицу, вилку с желеобразной массой. При этом он нахально улыбался, а глаза снова заискрились весельем, таким которое всегда возникает при наших перепалках. Похоже он хочет согнать меня в могилу, подумала я, приняв разумное решение отказаться. Мой желудок сразу за протестовал, и я с отвращением посмотрела на протянутую вилку, до дискомфорта кривя губы. Моё тело произвольно двинулось в перед и рот заполнил вкус протухшего брокколи, вызывая новый рвотный порыв. Меня передернуло, и я зажала рот ладонью. Это было далеко не самое ужасное что мне приходилось пробовать за свою жизнь, но сколько бы гадостей я не съела к такому невозможно привыкнуть. Все за столом замерли, а по лицу Кристиана расплылась довольная улыбка. Я с непониманием посмотрела на своих друзей, когда смогла проглотить рвущийся наружу желудок.

– Что?

– С каких пор Кристиан тебя кормит? – спросил Ник, зависнув с поднятой вилкой у рта. И с каких пор ты ешь с его рук? – поддержала его Екатерина, а до меня только сейчас дошло что я сделала. Лицо сразу обдало жаром, Эдвард громко рассмеялся, увидев моё замешательство. За что получил локтем под ребра от Уайт, но его веселье распространилось и на других. Кристиан с не позволительно довольным лицом спокойно продолжал ковыряться в еде. Он сделал это специально поняла я, и мне захотелось ему врезать. Из-за голода я даже не подумала о том, как это будет выглядеть со стороны и пошла на поводу у этого хитрого чертенка. Этот поганец Кристиан.

– Мм, меня тут интересует один вопрос, – как бы невзначай произнесла я. – Откуда у тебя плюшевый мишка, с которым ты спишь, Кристи? – припомнила я интересную деталь, о которой мне случайно проболтался Николас. Веселье за столом остановилось и все с любопытством посмотрели на нечестивого, а Кристиан так и замер над своей тарелкой.

– А вы не знали? Розовый такой. – продолжила я. Николас первый разразился нервным, но вместе с тем веселым смехом, осознавая, что я узнала об этом секретике только благодаря ему. Щеки Кристиана едва тронул румянец, думаю больше от возмущения чем от смущения. Это дало повод для смеха Эдварда и Екатерины. Теперь мы с Крисом поменялись местами, моё лицо было готово с минуты на минуту пойти трещинами от довольной улыбки, нечасто мне удаётся поддеть Кристиана, а он выглядел так словно готов воткнуть мне вилку в глаз.

– Не думал, что ты такая мстительная. – прошипел Кристиан, наклоняясь ближе.

– Твои проблемы, надо было думать лучше, прежде чем действовать на нервы Люцифер, – более веселым тоном ответила я.

– Не помню, чтобы я приглашал тебя в свою спальню, откуда знаешь с кем я сплю? – прошептал он мне на ухо, я резко отшатнулась, шипя и прижимая руку к уху. Я почувствовала, как мои уши и щёки потеплели, а сердце всё-таки сорвалось на галоп, когда до меня дошел скрытый смысл его слов. Кристиан снова выглядит довольным, а я радовалась лишь тому, что за разговорами о розовом медведе наши друзья не заметили наших перешептываний.

– Я хотел бы с тобой поговорить.

– Приглашаешь меня в спальню? – грубо спросила я, даже не веря, что говорю это.

– Нет, на крышу. Для моей спальни ты ещё слишком маленькая, – с ухмылкой ответил он. Я хотела было возразить, что совсем не маленькая, но вовремя остановилась. Если бы ему это сказала, он мог подумать, что я только и жду возможности оказаться в его постели. Возможно, это было бы не далеко от правды если бы я не была Люцифер, а на моём месте оказался кто-то другой.

– На крыше так на крыше. – нехотя согласилась я, чувствуя, что разговор предстоит серьёзный.

   Оставшаяся часть ужина прошла без неловких моментов, большую часть времени все смеялись и болтали вместо того, чтобы есть слизней. Я набила желудок хлебом и соком, съев только несколько вилок основного блюда. Екатерина сразу забрала меня в нашу комнату, не переставая болтать о свидании с Эдвардом. Я не горела желанием выслушивать это, но она была такой счастливой, что я не осмелилась её перебивать. Где-то через сорок минут она уснула, так и не переодевшись. Я тихо вышла из комнаты и направилась к боковой лестнице, которая вела на крышу общежития. Начало октября выдалось на удивление теплым, и сегодняшняя ночь не отличалась. Небо было безоблачным и светилось россыпью звёзд, а луна была словно яркий прожектор. Моё зрение благодаря огромному запасу маны всегда было острее нормы, но мне все равно было сложно заметить Кристиана. Он словно растворился в темноте ночи, и только бледная кожа выделялась на фоне чёрной крыши.

– Ты задержалась. – сказал он, даже не посмотрев в мою сторону.

– Заболталась с Екатериной. – я села рядом с Крисом, слегка подобрав подол синего платья, которое Катя заставила меня надеть. На какое-то время повисла тишина, я ждала, когда Кристиан зажжет одну из своих дрянных сигарет и начнёт говорить, но он не шевелился. Кажется, он действительно решил бросить вредную привычку, даже запах его маны стал казаться чище, из-за чего аромат засахаренных фиалок стал ещё ощутимее.

– Люциферы тысячелетиями боролись с судьбой и находили любовь, – наконец изрёк Кристиан, а я едва не застонала, поняв тему предстоящего диалога.

– То, что происходит с нами не перерастёт в любовь, – отрезала я чувствуя, как потеют ладони. Я не хотела говорить об этом, было легче отрицать что между мной и Кристианом что-то происходит, но было чертовски сложно не смотреть на него украдкой, не вдыхать манящий аромат, не пускать руки в его шелковистые волосы. Не признавать, что нас влекло друг к другу было просто невозможно и именно из-за этого я ненавидела пары, связанные судьбой. Ни я, Ни Кристиан не могли сказать почему нас тянуло друг к другу, но это было так. Мы не ходили на свидания, не разговаривали по душам, я так вовсе реагировала на него как кошка на собаку, но влечение от этого слабее не становилось

– Это всего лишь временное увлечение, – пыталась я убедить не столько Кристиана, сколько себя.

– Почему?

– Я не позволю, – холодно отрезала я. – Я не подпущу тебя так близко.

– Так же как ты делаешь с другими, – Кристиан обернулся и заглянул мне прямо в глаза.

– Я не сближаюсь с людьми.

Мне хотелось кричать. Это не твоё дело! Хватит приближаться ко мне! Перестань быть такой проблемой! Но Кристи не слышал моих безмолвных криков, или предпочитал их игнорировать, наоборот он продвинулся ближе. Так близко что я ощущала его дыхание, пахнущее мятой, и слышала неровный стук наших сердец.

– Давай, Лгунья, попробуй сказать правду иначе не сможешь избавиться от меня, – мне хотелось его задушить, сжимать его белоснежную шею пока не затрещат позвонки, хотелось выбить желание быть рядом со мной из его тупой головы, даже если для этого придётся найти дубинку. Ничего из этого я не сделала, потому что знала, что выполню его просьбу. Расскажу ему правду без капли лжи, расскажу то, чего не знает даже Николас, то, в чем я не призналась даже сама себе. Я зажмурилась и зашептала, чувствуя ком в горле.

– Еще до моего рождения богиня предсказала что в день моего дебюта мой близнец убьет человека что будет ко мне ближе всего, – я сглотнула вязкую слюну и судорожно вздохнула, словно правда причиняла мне физическую боль. – Я не подпускаю людей а значит самой близкой для меня остается мать, да вот загвоздка она будет вторым человеком что умрет, потому что мне предрешено поглотить существо что породило меня… Моя судьба в отличие от моих праматерей не измениться, так что я не позволю кому-то быть достаточно близко ко мне, – это обещание, которое я сделала своей мантрой, когда мне было только пять лет. С тех пор не было ни дня, когда бы я его не вспоминала, ни ночи чтобы я засыпала без страха.

– Ты влюблена в меня сильнее чем я думал, – что-то при этих словах внутри меня перевернулось и отозвалось теплом и нестерпимой горечью. Всё моё нутро тянулось к этой простой правде, но натыкалось на стены возводимые мной долгие годы и словно обжигаясь извечной ложью вновь скрывалось за ними, в самой глубине крепости моей души.

– Я тебя ненавижу, – слова едва не обжигали язык. Мана, душа, плоть – всё воспротивилось снова лгать, только не ему. Только не Кристиану.

– Но ты не хочешь, чтобы я умер.

– Потому что не хочу собирать потом осколки своей души.

– Тогда я превзойду тебя, – после этих слов даже лес вокруг нас замер. Ветер стих, ночные животные остановили своё движение и даже сверчки перестали стрекотать, погружая округу в угрюмую тишину. Лес словно прислушивался к нашему разговору, не смея шуметь.

– Что? – едва смогла вымолвить я.

– И твою мать и первую императрицу, стану сильнее любой Люцифер, – я нахмурилась на эти слова.

– Никто не может превзойти членов моей семьи кроме богов.

– Тогда я стану богом, – дыхание замерло, и я потерялась. Несколько минут между нами была лишь тишина, я не могла найтись с ответом и только удивлённо смотрела ему в глаза. Я правда молилась чтобы его слова оказались ужасной шуткой.

– И меня ты называешь лгуньей? – я склонила голову набок и усмехнулась.

– Похоже, что я лгу? – Кристиан осмелился выразить притворное удивление, и я вновь нахмурилась.

– Мы знакомы месяц, а ты говоришь, что станешь богом только ради того, чтобы быть рядом со мной, да это определенно походит на ложь, – но как бы я не хотела поверить в свои слова, точно знала, что каждое слова Кристиана было чистейшей правдой.

– Я не впущу тебя в свое сердце, – сделала я ещё одну попытку.

– Поздно ведь я уже там, – у меня едва не заскрипели зубы от злости. Я действительно хотела ненавидеть его. Кристиан отодвинулся и вновь повернулся на луну.

– В чем-то ты права. Не думаю что то, что мы испытываем сейчас друг к другу можно назвать любовью, но мы близки и это не ложь, – он замолчал, будто не решаясь произносить следующие слова. – Ты великолепна.

Страх. Вот что заставили испытать меня его слова, хотелось сорваться с места и бежать как можно глубже в лес лишь бы не слышать Кристиана. Я уже знала о чем будут его следующие слова и едва ли могла полностью спрятать свой испуг. Мне не хотелось знать, как на самом деле видит меня Кристиан, было достаточно его взглядов, в которых и так читались все слова и то, что нельзя в них обратить. Выслушать сейчас его означало признать, что между нами есть связь.

В голове всплыли картины из недавнего сна. Мне нужно было убраться отсюда как можно скорее, но я не могла пошевелиться. Я до боли хотела услышать правду, но это было не то, чего мне можно желать. Если я не уйду, всё что видела во сне повториться, я не могу позволить этому случиться. Но как бы я не задыхалась от страха я не двигалась. Руки забило крупной дрожью, и я спрятала их под колени, только бы Кристиан не заметил.

– Ты лучшая мечница которую я только встречал, ты храбрая, добрая, справедливая, глупая, сильная, – каждое слово ледяным кинжалом пронзало мою душу, а лёгкая улыбка на губах Кристиана становилась целебным бальзамом для каждой раны. – Ты искренняя, но только со мной. Мне нравится, что при общении со мной ты не прячешься под маской.

– Мы постоянно ссоримся, – мой голос прозвучал слишком пустым, от усилия скрыть его дрожь.

– Но ты в эти моменты настоящая. И это не из-за пророчества, в нем вообще не упоминается наша связь.

– А о чем оно тогда? – я постаралась перевести тему, чувствуя, что еще немного и меня начнет трясти всю.

– Не важно, главное, что я вижу тебя, – Кристиан перевёл на меня взгляд, будто почувствовав, что творится у меня внутри.

– Что? – я догадывалась что он скажет и не хотела слышать ответ.

– Я слышу тебя. Я вижу твои непролитые слёзы, слышу безмолвные мольбы и проклятья. Вижу твой гнев, боль и ужас перед будущим. Мне нравишься настоящая ты. Не идеальная, живая, со своими страхами такая ранимая и чувственная, но в тоже время со стержнем и несгибаемой волей, – я слушала его, не прерывая и с таким упоением, с каким не слушала слов Богини. Страх, сковавший движения, начал ослабевать, уступая место такой чистой и светлой, почти детской радости, что хотелось разрыдаться. Это Кристиан тоже видел. Он просто произнёс слова, слова, которые я мечтала услышать всю свою жизнь. Этого было достаточно чтобы я захлебнулась в накатившем спокойствии, словно бушующие эмоции не топили меня с каждой секундой приближая к точке невозврата. Словно наш разговор не тянул за собой череду смертей, которые раскрошат мою душу и закопают на дне драконова моря, средь пылающей лавы.

– Я видел твои тренировки по ночам на плаце, видел, как ты тренируешь контроль маны сидя за учебниками или книгами в библиотеке. Ты всегда контролируешь ритм дыхания и сердцебиения, лишь бы мана не разбушевалась. Всего этого более чем достаточно чтобы хотеть быть рядом с тобой, Лгунья. – Кристиан повернулся ко мне. Он не тянулся, не касался, но взгляд забирался глубже сердца до самой основы души и плавил стальные стены что я возводила всю свою жизнь, от этого чувства по спине бежали мурашки. Он оттянул ворот своей рубашки и подцепил пальцем тонкую серебряную цепочку. На ней висело кольцо, выполненное полностью из фиолетово-малинового камня, оно выглядело так будто было сплетено из лоз.

– Это мне дала Первая Императрица Кира, она сказала что я подарю это кольцо одной неповторимой девушке. Я тогда только посмеялся, – пока я удивленно смотрела на давно утерянную фамильную драгоценность своей семьи, Кристиан мягко взял меня за запястье и вложил кольцо мне в руку.

– Это обручальное кольцо, – прошептала я, пытаясь не концентрироваться на тепле исходящем от украшения.

– Да, в знак обещания.

– Ты делаешь мне предложение? Мы знакомы только месяц, – я как зачарованная смотрела на кольцо в ладони, прилагая все усилия чтобы рука не тряслась.

– Да. Я прожил в прошлой жизни не одно десятилетие рядом с Люциферами, но ты самая удивительная из них, и я уверен, что не выберу другую пока ты жива. Я не верю в судьбу я сам творю каждую из своих жизней и в каждой я буду выбирать тебя, – я медленно покачала головой и вздохнула. Это будет тяжело.

Я повторила недавнее действие Кристиана, отличие в том, что у меня на шее висело не кольцо. На золотой цепочке красовался амулет Люциферов. Красный камень, сделанный из моей крови, оплетали лозы из золота. Самый могущественный магический камень помогал мне стабилизировать ману, и я надеялась, что он сможет помочь Кристиану. Я сдала его в кулак и ударила им Криса в грудь.

– Не сейчас. – я разжала ладонь и камень упал Кристиану на колени. Это было ответное обещание. Не знаю понял ли Кристиан что именно выражает этот жест, но я обещала сделать всё возможное чтобы он не умер. Обещала, что буду с ним.

– Я умею ждать. – он поднял амулет и надел на свою шею. На фоне чёрной водолазки камень выделялся слабым свечением, он реагировал на магию Кристиана и сплетал частицы моей маны с каждой клеточкой тела Оссхаерта. Это выглядело удивительно, сам Кристиан словно начал источать слабый свет, а его улыбка сверкала сильнее всего.

– Даже вечность? – усмехнулась я.

– Вплоть до ее конца.

Я только кивнула. Кольцо я так и сжимала в руке, не знаю когда осмелюсь его надеть, но в моей душе уже поселилась уверенность что рано или поздно этот момент настанет. Я поднялась на ноги и уходя запустила свободную руку Кристиану в волосы, в этот раз он даже не зашипел на меня. Это уже переросло в привычку, плохую привычку. Нужно избавиться от нее до того, как мы доберемся до столицы.

Глава 14.

Я вновь чихнула. За последние десять минут это был уже шестой раз, поэтому никто кроме Екатерины мне здоровья не пожелал. Меня и саму это раздражало, несмотря на то что я шла сразу за Николасом запахи маны идущих сзади все равно не давали вздохнуть свободно. Эта какофония из ароматов моих одноклассников давно перестала на меня действовать, но, когда к ней прибавились к ней прибавились запахи леса, моя невосприимчивость куда-то бесследно исчезла. Реакция на запахи была подобна аллергии на пыльцу, насморк и постоянные приступы чиханья действовали на нервы всем, кто участвовал в Играх от нашей академии. Пока мы держали путь к точке телепортации на Мирный континент, моя «аллергия» только усиливалась, и я была благодарна что никто не высказывался на этот счет. Разумеется, никто кроме Кристиана.

– Ты уверена, что не выплюнешь свои легкие? – с деланным беспокойством спросил он, после очередного чиха.

– А ты уверен, что хочешь сейчас действовать мне на нервы? – прошипела я, с трудом втягивая воздух через нос. Сама себе я напоминала собаку, которая учуяла что-то незнакомое или неприятное, они тоже чихают в таких ситуациях. Откровенно говоря, мне не нравилось такое сравнение, но было сложно отрицать что острое обоняние – это проявление крови оборотня в моем теле, хотя так же была вероятность что это кровь дракона. Только высшие существа такие как драконы обладают достаточной восприимчивостью чтобы чуять и слышать ману, поэтому я предпочитала думать, что эта способность мне передалась от крылатых зверей с чешуей, чем от собак. Кстати, о них.

– Сейчас вернусь, – в нос сказала я Кристиану и отошла в сторону, пока друге проходили вперед. Почти в самом конце всей процессии шел нужный мне парень.

– Есть вопрос, – сразу перешла к делу я, довольно резко выводя Нортона из задумчивости. Он вздрогнул и поднял на меня растерянный взгляд. Сейчас мальчик оборотень был растрепанным, несмотря на то что всегда следил за своим внешним видом. Я часто ходила в помятой форме с волосами в беспорядке, тогда как Нортон всегда выглядел идеально. Одежда только идеально выглаженная, волосы, уложенные гелем, белоклыкастая улыбка – все это было чертами, определяющими его. До недавнего времени.

– Я давно не видела Лесли. – при упоминании близняшки он печально поджал губы и еще немного сбавил ход, чтобы нас не подслушивали.

– После «инцидента», – на этом слове он опасливо покосился на меня, боясь, что меня разозлит такая формулировка, – она почти сразу вернулась на Земли Оборотней.

– Это на нее не похоже, – нахмурилась я. – Я ожидала что она будет устраивать истерики и нападать на Екатерину с Эдвардом, после того как их отношения вскрылись, – я перевела взгляд на упомянутую пару. Они шли, держась за руки, а Екатерина что-то увлеченно рассказывала. Эд ее не перебивал, только изредка вставляя что-то свое, но по большей части он просто влюбленно взирал на девушку-солнце, несмотря на утреннюю ссору.

Стоило нам с Екатериной выйти из комнаты, как Эдвард вручил ей букет пламенный лилий. Казалось бы красивый, романтичный жест, который любая девушка с радостью бы приняла, учитывая, что эти цветы символизируют уютную, как вид огня в камине, любовь, но Екатерина не любая девушка. Как состоявшаяся гиана, она разразилась гневной тирадой о том, как Эдвард мог загубит семнадцать прекрасных жизней, прелестных цветов, которые могли цвести еще полтора месяца на клумбе, а теперь им суждено закоптиться на собственном огне стоя в красивой вазе. Я, как и пообещала, никому не рассказала о том, как сразу после того, как Екатерина захлопнула дверь, моментально залилась краской. Оказалось, что эти цветы выражают еще и жаркую страсть.

– Это был приказ отца. Она просто не могла воспротивиться, – Нортон качнул головой и глубоко вздохнул. – Не думаю что Веверн сможет избежать последствия разрыва помолвки. Насколько я знаю, Лесли устроила дома настоящий скандал и требовала разорвать дружеские отношения с вампирами.

– Императрица не позволила бы вам начать войну, – спокойно произнесла я. Безусловно, действия Эдварда не могли быть проигнорированы, но я уже пообещала его избавить его от самых серьезных последствий. Через пару дней это будет в моей власти.

– Отец тоже этого не хочет. По словам матери он наконец заметил, насколько избалованной она выросла поэтому… – Нортон замолчал и ссутулился, я едва ли могла выделить его запах среди других, но я уже понимала, что он хотел сказать.

– Тебя назначат следующим главой оборотней? – он поморщился, но кивнул. – Представляю как Лесли была взбешена этим решением.

Так как она была первой родившейся из близнецов, главой должна была стать она и потому ее обхаживали словно принцессу. Из-за этого она стала жестокой, циничной и высокомерной. Вот чтобы избежать такого исхода Принцессы Империи не получают каких-либо привилегий до дебюта.

– Я никогда не хотел забирать этот пост у сестры, – печально вздохнул Нортон. – Наверное она теперь меня ненавидит.

– Не больше, чем раньше, я тебя уверяю, – я хлопнула его по плечу и ободряюще улыбнулась.

– У тебя плохо получается утешать, – в шутку нахмурился Вульсен и уголки его губ дрогнули в улыбке.

– Я и не пыталась тебя утешить. Единственное что я могу сказать, что ты будешь несравненно лучшим главой чем Лесли, – я еще раз ему улыбнулась и ушла вперед.

Лес жизни был великолепен и полностью оправдывал свое название. Каждый листок был наполнен жизненной энергией и источал природную ману, а ветер разносил ее во все уголки леса, передавая силу его сердца. В свете полуденного солнца лес блистал изумрудными оттенками и пестрил яркими красками везде, где встречались цветы, был наполнен звуками и запахами. Над головой не прекращали звучать трели птиц, прекрасные и не очень. Крики некоторых птиц сильно выбивались из общей лесной оперы, но тем не менее не делали ее хуже, как и вой диких зверей, что был слышен вдалеке. Каждый звук сплетался с другим, а тот со следующим и так далее создавая цельное музыкальное произведение.

Пахло здесь не совсем так как в академии. В отдалении от цивилизации лес пах солнцем и сырой землей, иногда сладостью цветочных ароматов. Запах животных ощущался очень слабо, перекрываемый запахом маны древа жизни и зловонием исходившем от смеси маны моих одноклассников.

– Может это у меня аллергия на тебя? – спросила я Кристиана, потому что стоило мне к нему подойти как я вновь начала чихать.

– Тогда почему она проявилась только сейчас? – с серьезным видом произнес он, словно и правда задумался над таким вариантом.

– Потому что с каждым днем ты становишься все более раздражающим? – с улыбкой предположила я, заглядывая в ясные глаза.

– Считаешь меня раздражающим? – он слегка наклонился ко мне с лукавой улыбкой, сокращая расстояние между нашими лицами.

– Более чем, Кристи. – я сжала пальцами его подбородок и отпихнула, отходя на шаг в сторону. Кристиан недовольно цокнул языком на прозвище, но затем усмехнулся. Больше он не делал попыток приблизиться ко мне, и я облегченно вздохнула.

Сегодня Кристиан выглядел немного счастливее, чем обычно, и даже более выспавшимся. Несмотря на то, что в путь мы выдвинулись рано утром, этот лентяй даже не давился зевками и не высказывал свое недовольство о необходимости соблюдать традиции проведения Игр. Если бы не было принято добираться до места проведения очередных игр пешком, мы бы могли просто телепортироваться, как это сделал Николас отправляясь в нашу академию, ну или хотя бы взять лошадей. Не повезло что в этот раз Игры проводились в Столице, нам придется пройти еще около десяти километров, прежде чем мы сможем использовать круг телепортации на Мирный континент. Это как минимум одна ночь в лесу, бессонная судя по количеству кровососущих насекомых. Повезет если вместе с ними на нас не нападет демонический зверь.

– Остановимся здесь, – известил всех Николас, как только солнце скрылось от взора, а мы вышли на небольшую поляну.

Все сбросили свои рюкзаки и повалились на мягкую траву. Целый день в пути сильно вымотал их, несмотря на то что мы проходили тренировки суровее долгой прогулки. Казалось, не устала только я и Кристиан, только потому что не позволяли мане утекать из тела как это делали остальные. Научить этому других должен был именно Николас, как присланный преподаватель он должен был подготовить мой класс к Играм, но его прислали слишком поздно чтобы он успел кого-то натренировать. Во время моего допроса он рассказал, что его задержала в академии Императрица. Видите ли, это не честно что я участвую наравне с другими, хотя тренировалась чуть ли не с рождения. Я была согласна с этим, пока не увидела, как отсутствие тренировок заставило страдать моих одноклассников. Если бы Николас начал их тренировать намного раньше, они бы с легкостью перенесли этот путь.

– Мне их почти жалко. – сказал Кристиан, усаживаясь на землю.

– Почти это потому, что они идиоты, или потому что ты бездушный? – спросил подошедший Эдвард, за что получил локтем от Екатерины. Он зашипел и потер место ушиба, молча принимая наказание. Со стороны Эд все сильнее напоминал мазохиста, который намеренно провоцирует свою девушку. Екатерину же при этом садисткой назвать язык не поворачивался, ее солнечная энергия и добрая аура позволяли только влюбляться в ее свет.

– Скорее всего оба варианта, – Кристиан усмехнулся.

– Какой противный, – приторным тоном протянула я и бросила в него свой рюкзак. Я надеялась попасть ему прямо лицо, чтобы стереть обворожительную улыбку, но мой снаряд поймали в полете и использовали как подушку. Я разочаровано цыкнула и скрестив руки ушла в сторону Николаса, пока Эд и Екатерина устраивались рядом с Крисом.

– Чем-то помочь? – спросила я, как только он заметил мое присутствие.

– Даже не думай, – хмуро сказал Ник, прикрывая собой магический круг защиты.

– Я могу не только колдовать, но и…

– Ты не можешь колдовать, – перебил меня Рейд, хмурясь еще сильнее.

– Во-первых могу, во-вторых, я предлагала помощь с костром или чем-то в этом роде, – беспечно проговорила я.

– А.

– А? Серьезно, что за реакция? – в этот раз нахмурилась я.

– Прости, я немного волнуюсь. Если что-то случиться с вами, то виноват буду я, – он тяжело вздохнул, и я заметила, как его руки слегка трясутся.

– Если не хочешь, чтобы что-то пошло не так-то тебе стоит перепроверить эту часть формулы, – я наклонилась к кругу на земле и указала на неверную часть.

– Черт, – Ник ботинком стер часть заклинания и принялся чертить заново.

– Так что насчет костра?

– Я уже поручил это Василисе и ее подружкам, – он сказал это и замер, хмуро смотря на магический круг. Я тяжело вздохнула и забрала у него палку, которой он чертил по земле. Ник начал возмущаться, но быстро перестал увидев, что я рисую круг вместо него. Пару нужных рун, этнических узоров и круг был готов.

– Спасибо, – уныло сказал Николас.

– Ты всегда путался в формулах, когда начинал волноваться, так что хватит делать вид будто тебя это сильно волнует, – я бросила ему позаимствованную палку.

– И почему я с тобой дружу? – вздыхая спросил Ник.

– Сама задаюсь этим вопросом, – я пожала плечами и оглянулась, почувствовав чей-то взгляд. Все по-прежнему сидели на земле, не обращая внимания на нас с Ником, все кроме Кристиана. Он хмуро глядел на меня через всю поляну, все так же лежа на моих вещах. Я вопросительно подняла бровь, но он только покачал головой наконец-то отвлекаясь от меня, когда Екатерина втягивает его в какой-то разговор. Я глубоко вздохнула и обернулась обратно к Нику, натыкаясь на хитрую улыбку.

– Что? – я вновь скрестила руки на груди и наклонила голову.

– И что между вами происходит? – Николас понимающе ухмылялся, уже закончив активацию защитного заклинания.

– Между кем? – непонимающе спросила я.

– Хватит строить из себя дурочку, ты смотришь на Кристиана так же, как волк на сладкого ягненка.

– Кажется, ты снова начинаешь нести какой-то бред. – улыбнулась я и попыталась сбежать, но Ник преградил мне путь.

– Не так быстро мисс холодное сердце.

– Я говорила забыть это глупое прозвище, – я все-таки нахмурилась, вспоминая историю как оно появилось.

– Ни на одного парня, который тебе признавался ты так не смотрела, так что такого особенного в Кристиане? – Ник сделал задумчивый вид и почесал подбородок.

– Я не смотрю на него как-то по-особенному, – прошипела я.

– Еще как смотришь! – воскликнул он, даже не задумываясь о том, что вокруг нас полно существ. Я слегка пнула его под колено и шикнула, на что он виновато взглянул на меня. – Конечно, ты пытаешься на него не смотреть, но уж я-то вижу разницу, между тем как ты смотрела на мальчишек из Столицы и как смотришь на Кристиана.

– Он вообще-то тоже из Столицы, – Николас на это недовольно цокнул и закатил глаза.

– Это из-за пророчества да?

– Ник, я его ненавижу, – на эту фразу Рейд чуть ли не завизжал, чем заставил меня еще сильнее нахмуриться в непонимании.

– Мне ты тоже постоянно так говоришь, значит точно его любишь. – заговорщически прошептал он мне, наклоняясь ближе, чтобы этого никто не услышал.

– Нет. – возразила я, но сама чувствовала, как на щеках разливается предательский румянец. В голове тут же всплыли картины вчерашнего разговора и сердце непроизвольно ускорило свой бег вызывая странный жар. Его быстро остудили воспоминания о недавнем кошмаре, окатывая меня ледяной водой и заставляя протрезветь и нахмуриться уже печально.

– Ты знаешь, что, между нами, ничего не может быть, – обреченно произнесла я, бросая быстрый взгляд на Кристиана. Он все так же что-то обсуждал с Эдом и Екатериной, при этом легонько улыбаясь.

– Но это не значит, что этого не хотела бы, – я неуверенно кивнула. – Ты переживаешь из-за своего пророчества? – снова кивок.

– Не знаю все подробности, но уверен, что ты со всем справишься, потому что ты самое сильное существо, которое я встречал, – он обнял меня одной рукой за плечи и слегка встряхнул.

– Хватит врать, ты знаком с моей матерью, – я скинула его руку и отодвинулась.

– Тетя Мирабель невероятно сильна, но ты лучше, – я цокнула языком и закатила глаза. – Я серьезно. У нее судьбой предрешено быть счастливой, в то время как ты несешь бремя пророчества всю свою жизнь.

Это были лестные слова. Никто кроме Николаса не осмеливался сравнивать меня с матерью и особенно говорить, что я превосхожу ее. Любой, кто знал о моем происхождении, чаще всего в тайне, но все равно считал меня намного хуже действующей Императрицы. Из-за моей неспособности использовать магию многие считали, что я не справлюсь с обязанностями моей матери, и в какой-то момент я тоже начала в это верить. Будь у меня такая возможность я бы давно отказалась от статуса Принцессы и будущей правительницы.

– Какой в этом смысл если я не могу защитить своих близких? – Николас положил ладонь мне на голову и растрепал волосы. Я зашипела на него и оттолкнула его руку, он испортил аккуратный хвост, который я и так редко завязываю хорошо.

– Ты такая эгоистка. – Ник улыбнулся.

– Я то?

– Ты постоянно думаешь, как тебе тяжело, потому что не можешь уберечь других, а что на счет тебя? – я вопросительно на него посмотрела, не понимая, что именно он имеет ввиду. – Я никогда не мог тебя защитить или хоть как-то помочь. Представляешь, как мне тяжело смотреть на то, как ты страдаешь?

– Я Люцифер, это я должна оберегать существ, а не наоборот. – гордо заявила я, игнорируя ощущение подавленности, которое всегда дарил этот долг. Долг, который я никак не могла исполнить давил на меня подобно многотонному валуну, не давая поднять головы и взглянуть на простор действий, открытых мне проказницей судьбой.

– Нет ты всего лишь девушка, которая провела все свое детство в библиотеке или за тренировками, только чтобы стать сильнее. На самом деле ты всегда нуждалась только в любви, но из-за страха перед будущим ты шарахалась от любого кто был готов тебе ее дать, так что единственное что ты действительно должна сделать это наконец-то стать счастливой, – Николас обнадеживающе улыбался почти заставляя меня поверить что у меня действительно было такое право.

– Это мой долг, – я качнула головой.

– Чушь какая! Ты не можешь колдовать, значит ты имела полное право выбрать другую судьбу.

– Но я никогда не изменю свой выбор, – сокрушённо прошептала я.

– Да, потому что кровь чудовищ, что течет в тебе полна сострадания к другим и ты готова умереть в любой момент если это спасет чью-то жизнь, – недовольно заключил Ник со скрещенными на груди руками. Я не стала его поправлять, что в моем случае такого варианта нет, хотя я несомненно предпочла бы его.

– Ты слишком высокого мнения обо мне.

– В твоем лексиконе нет слова слишком.

– И то верно, – усмехнулась я и снова поймала внимательный и слегка нахмуренный взгляд Кристиана. На какое-то время я потерялась в его глазах и даже не задумалась, прежде чем сказать Нику правду.

– Я приняла от него обручальное кольцо, – я услышала какой-то придушенный звук и обернулась к Рейду. Его глаза искрились непомерным счастьем и озорством, так будто предложение руки и сердца сделали ему. Это заставило меня в недоумении нахмуриться.

– Чур я буду подружкой невесты, – громким шепотом заявил он, едва сдерживая радостные выкрики. Из его глаз были готовы брызнуть слезы счастья, и мне невольно вспомнился образ его матери, которая так же рыдала на свадьбе общей знакомой аристократки.

– Боюсь тебе придется драться за это место с Екатериной, – едва сдерживая смех, выдавила я. Веселье Ника заразным образом перекинулось и на меня и заставило на какое-то время отринуть беспокойство об истекающем времени.

– Я победю, – уверенно и нарочито неверно заявил Ник. – И буду божатым твоей прелестной дочурки.

– Я ни за что на свете не подпустила бы тебя к своей дочери, – все же рассмеялась я, понимая какое дурное влияние может оказать Николас на мое чадо.

– Что?! Как ты можешь? А как я буду рассказывать ей постыдные истории о тебе? – он смешно насупился и серьезно задумался. Вероятно, он и правда подумал, что я могла так поступить, хотя должен был понимать, что ели не он то место божатого для моего ребенка не займет никто.

– У меня нет таких, – уверенно заявила я, наблюдая как по лицу Николаса растекается нахальная улыбка.

– Пра-авда? – загадочно протянул он. – А тот случай, когда ты уснула в библиотеке и…

– Я велела забыть об этом, – закрыв ему рот ладонью, прошипела я и мигом растеряла недавнее веселье. Николас лишь приглушенно рассмеялся.

– Я тебя ненавижу, – напоследок прошипела я под веселый хохот и ушла.

Под пристальный взгляд Кристиана я вернулась к нему и воркующим совсем рядом голубкам.

Глава 15.

Тепло большого костра едва достигало места, где мы с Кристианом разместились. Ночь была сравнительно теплой, поэтому мы не теснились вместе с остальными около огня довольствуясь только теплом друг друга. Из-за того, что мы были более подготовленными нас не тянуло в сон так сильно как тех ребят что провалились в небытие стоило костру разгореться. В числе этих несчастных были и Эд с Екатериной, хотя и продержались они дольше других. Николас ушел за защитный барьер, проверить нет ли поблизости зверей способных разрушать его, поэтому стенания Кристиана наблюдала только я и почти полная луна.

Как бы Кристиан не старался это скрыть, но бросить плохую привычку было сложно и его пальцы неосознанно подрагивали в желании достать сигарету. Обычно он держался лучше, но после того моего разговора с Ником он выглядел немного напряженным. Его хмурый вид забавлял меня, поэтому я не предпринимала попыток завязать разговор. Меня, как и раньше устраивала тишина повисшая, между нами, пускай со стороны Кристиана она не казалась такой уж спокойной. Я наслаждалась природой вокруг, наконец-то адаптировавшись к окружающим запахам и звукам. Ночь полнилась другими ароматами, нежели день, но они были мне более знакомыми. Ветер с востока приносил благоухание душистого табачка, который рос вблизи академии, а когда он стихал проклевывался запах сырых листьев. Еще пахло землей и лунным светом, довольно сложное сочетание для тех, кто не чувствует маны.

– О чем болтали с Николасом? – наконец изрек Кристиан.

– Да так, ни о чем особенным, – протянула я, ухмыляясь в его хмурое лицо. Оссхаерт только что-то невнятно промычал и отвернулся.

– Неужели ты ревнуешь? – довольно спросила я и изобразила притворное удивление.

– Думаю что на данный момент у меня нет на это права, – спокойнее чем я ожидала ответил он. Довольно простой ответ, удовлетворивший меня лишь на половину. На данный момент, значит.

– Как и повода. – отвернувшись заверила я.

– Неужели? Тогда может скажешь мне над чем вы так смеялись? – он вопросительно вздернул свою бровь.

– О нашем с тобой ребенке, – мне пришлось зажать рот ладонью, чтобы не расхохотаться в голос, когда Кристиан подавился от такого заявления и покрылся предательским румянцем. Не думала, что когда-нибудь использую это слово по отношению к Крису, но он был по истине умилительным, когда пытался скрыть свое смущение за гневной маской.

– Ты издеваешься надо мной? – прошипел он, наклоняясь ко мне. Он был уверен, что я отшатнусь как это было раньше, но он ошибался. Своим подарком и обещанием он дал мне слишком много свободы.

– А что, если это так? – я приблизилась к его лицу так, что наши губы почти соприкасались. Я думала, что он сократит оставшиеся сантиметры, но он не поддавался на мои уловки. Кристиан видел, что я подшучиваю над ним, а потому не шел у меня на поводу. Я практически видела тот азарт что плескался у меня в глазах, отмечая его отражение в глазах напротив.

– Дыхание Кристиана было обжигающим, плавящим мою ухмылку. Я попалась на свою же удочку, которая теперь находилась в руках парня, сидящего всего в паре сантиметров. Он понимал это и уже на его губах начала расцветать чарующая ухмылка, заставившая меня нервно сглотнуть. Кристиан не отводил взгляда, а я чувствовала, как задыхаюсь, тону в пучине этих омутов, не получая возможности сделать глоток воздуха. Единственное что казалось могло подарить мне кислород были четко очерченные губы, которые были мучительно близко. Я хотела дышать и я…

– Ты обязана назвать ее Рэйвен, – воскликнули у меня за спиной, и я резко отстранилась от Кристиана, чувствуя, как по лицу расплывается румянец.

– Я. Тебя. Убью. – прошипела я, когда увидела Николаса, стоящего в нескольких метрах от дерева, на которое мы с Кристианом опирались. Я попыталась встать, но Оссхаерт схватил меня за предплечье и дернул обратно на землю, давая Николасу время сбежать. Я бросила в Кристи испепеляющий взгляд, но он только искренне улыбнулся. Тогда я осмотрела пространство вокруг себя и схватила кружку от термоса, который брала в дорогу. Прошла всего пара секунд и прямо в голову Николаса с металлическим звоном прилетела, запущенная мною посуда. Я всегда гордилась своей меткостью.

– А я-то подумал, что смог его спасти, – со смехом сказал Кристиан. Я смотрела как Ник потер ушибленную голову и опасливо обернулся. Его напуганный вид продержался недолго, пару секунд переглядок и он показал мне язык.

– Ах ты! – я не успела договорить или сделать что-либо еще, так как Кристиан зажал мне рот и дернул на себя, когда я вновь предприняла попытку встать.

– Успокойся. – миролюбивым тоном прошептал он.

– Еще раз попытаешься сказать, что мне делать и я тебе кишки выпущу, – зарычала я, отдернув его руку. Я попыталась встать с его колен, но он сильнее притянул меня за талию, заставляя упираться плечом в его грудь.

– Какие мы грозные, – сладко протянул он. – Разве принцессы должны так выражаться?

– Слушай меня Кристиан Оссхаерт, – я двумя пальцами схватила его за челюсть, не на шутку разозлившись. Не знаю чье поведение меня бесило сильнее – Кристиана или Николаса. – То, что я в тебя влюблена отнюдь не значит, что я не могу оставить на тебе достаточно увечий чтобы ты начал шарахаться меня.

– Боюсь это будет довольно трудной задачей. – ухмыльнулся Кристиан.

– Я тебя ненавижу. – прошипела я и поборов его усилия поднялась на ноги. Я схватила рюкзак с вещами и направилась к месту, где устроились Эд и Екатерина.

– Благословенной ночи, Лгунья, – только услышала я в след.

Я, надеясь, что она и правда пройдет спокойно, оставив без кошмара, который преследовал меня в последние дни. Кошмар, правдивее которого представить было просто невозможно, не желал давать мне покоя и постоянно всплывал в воспоминаниях. Он не покидал меня с детства, но сейчас он изменился, вселяя в меня еще больший ужас. Когда я была маленькой в кошмаре умирал мой отец, а в след за ним свою жизнь отдавала моя мать, оставляя меня в темноте совсем одну, и даже он пугал меня не так сильно. Я понимала, что, столкнувшись с пророчеством мой отец останется жив, сейчас же будущее сулило мне лишиться гораздо большего количества дорогих существ. Поэтому я выбрала его.

Я хотела, чтобы самым близким ко мне оказался именно Кристиан, потому что была уверена, он переживет день моего дебюта. Разумеется, это не из-за веры в обещание Кристиана. Как бы не старался стать богом он просто не успел бы, но мой амулет признал его, а значит он достаточно силен чтобы справиться. Будь у меня выбор, я бы предпочла, чтобы Кристиан не встречался со смертью, но раз такого варианта нет то лучше пусть это будет он. Никто кроме него не переживет. Екатерина, Эдвард, даже Николас – любой из них умрет, и все из-за меня. Из-за того, что невольно подпустила их слишком близко.

Я не хотела такого исхода. Не хотела видеть, как умирают мои близкие, только из-за моего эгоизма и мимолетного желания не быть одной. Я хотела видеть их улыбки и счастливое будущее, даже если меня не будет в этом будущем. Я готова отдать за них жизнь, но не готова их терять. Осталось всего два дня.

Богиня, я приношу тебе свою последнюю молитву и больше ни о чем не попрошу. Пусть это будет Кристиан и пусть он переживет последствия моей ошибки.

Глава 16.

Столица Империи не шла ни в какое сравнение с глушью, в которой располагалась академия святой Акиры. Все вокруг было из желтого или красного кирпича, что заставляло город сиять подобно золоту. В свете утреннего солнца блестели даже каменные дороги благодаря накопившемуся конденсату. Солнце встало несколько часов назад и все фонари уже потухли, но я четко помнила картину прекрасного ночного города. Широкие улицы жили в свете множества огней изображая вид звездного неба. С высоты окон замка Столица лежала как на ладони и благоухала жизнью подданных моей семьи.

Центр Империи был единственным местом, где все еще использовались автомобили, потому что только здесь было достаточно маны для них. Разумеется, значимость машин никогда не сравниться с тем, что было до эпохи Люциферов, большинство существ предпочитало для передвижения лошадей или магических зверей. Раньше наличие дорогого автомобиля показывало высокий статус, сейчас же их использование признавали редко. Машины и подобные им изобретения отравляли природу, а вместе с ней и ману, несмотря на то что Люциферы изменили принципы их работы на пользу магии, к ним все равно относились с неприязнью.

До наступления эпохи Люциферов наука была врагом магии, поэтому первым Императрицам пришлось вводить запреты на использование древних технологий, из-за чего наука на долгое время встала. Развитие началось только после того, как наука и магия слились воедино. Медицина и ее технологии слились с лекарством и народными средствами, добыча ископаемых слилась с магией элементов, а производства отказались от станков и вернули ручной труд. Действия Люциферов спасли магию от окончательного угасания, что привело к возвращению многих магических существ. Только благодаря моей семье драконы победили отравление своей магии и вернули былое могущество, и в наш мир вернулись духи.

Несмотря на то, что Столица крупный и развитый город, в нем дышала природа. Здания были не выше трех этажей и на крыше каждого располагались прекрасные сады. Не редко встречалось что дома полностью оплетены растениями, или деревья прорастали прямо в них. Существа и животные жили в гармонии с природой, а баланс между ними поддерживал специальный отряд оборотней. Те, кто не мог принять полностью человеческий облик были ближе всего к природе и следили за животными и растениями в черте Столицы, следили чтобы такое соседство не доставляло никому проблем.

Столица пахла жизнью. С торговых улиц ветер приносил ароматы пряностей и цветов, а от домов нес запахи уюта. Нигде не чувствовался запах пыли или мусора. Этот город пах для меня домом и звучал как песня. Столица была громкой, особенно после тишины леса, но она не была шумной. Голоса людей и животных не сливались в общий гам, каждый звук слышался отчетливо и создавал впечатление четко спланированного спектакля.

– Ну конечно мы придем на твое выступление, – заверила Кристиана Екатерина и дернула меня за рукав, чтобы втянуть в разговор.

– Хочешь увидеть его позорный проигрыш? – с усмешкой спросил Эдвард, за что получил от Екатерины грозный взгляд. Пока мы неспешно шли по главной улице Столицы в сторону Имперской академии, они вели разговор о соревновании по магии, которое будет началом Игр. Я не участвовала в нем, полностью погруженная в любование родным городом.

– Я мог проиграть только в том случае, если бы против меня вышел Николас, но так как его прислали в качестве нашего тренера я с легкостью одержу победу, – с надменной улыбкой ответил Кристиан.

– У тебя будет достаточно сильных противников, не стоит быть таким самоуверенным, – мое высказывание остудило веселье Криса, и он повернулся ко мне.

–Я не самоуверенный, я просто знаю на что способны ученики Имперской академии и против них у нас есть все шансы победить. – возразил он.

– У нас слабая команда, то, что я и ты входим в нее, не слишком прибавляет нам шансов. Можно считать, что у нас будут очки за магию и фехтование, но есть еще стрельба, рукопашный бой, метание ножей, соревнование по научным дисциплинам и конкурс между капитанами, и если честно я сомневаюсь, что наша староста одержит победу в последнем, особенно если ей придется танцевать с капитаном имперцев.

– Она права, – поддержал меня Эдвард. – Имперская академия редко проигрывает Игры, повезет если Императрица обратит внимание на кого-то не из этих снобов.

– Говоришь так будто тебе нужно ее внимание, – усмехнулась я.

– Да нет, твоего вполне достаточно, – Екатерина смущенно улыбнулась ему, вспоминая наш договор.

– Но я уверенна в твоей победе, – улыбнулась я Кристиану и взяла его за руку. Его ладонь была холодной и успокаивающей, я чувствовала его мягкую ману, дрейфующую по венам и находила в ней частицы спокойствия. Это прикосновение словно могло передать мне его умиротворенность и мне потребовалось много усилий чтобы игнорировать причину этого моего поступка. Кристиан недоуменно нахмурился, вспоминая вчерашнюю перепалку, но руки не отдернул. Он понимал, что это не жест нахлынувшей нежности и словно услышав мою безмолвную просьбу не поинтересовался причиной.

Я сделала Кристиана единственным кто мог свободно меня касаться, сделала его еще ближе. Я бессовестно использовала его, стараясь уменьшить боль, которую мне предстоит завтра испытать. Повезло что совесть никогда не была отличительной чертой Люциферов.

– Я тоже уверена! И в твоей тоже, – Екатерина с ухмылкой указала на меня пальцем. – Хоть Эдвард тоже участвует в фехтовании, но победа будет за тобой

–Как бы это ни было прискорбно, – обреченно вздохнул Эдвард.

– Хватит там стоять, мы уже заходим! – окликнул нас Николас. Я даже не заметила, как мы дошли до академии.

Она осталась точно такой как я помнила. Второе по высоте после дворца здание возвышалось перед нами серой громадиной. Пять этажей камня выделялись на фоне красочной Столицы, но при этом не выглядели безжизненным пятном. Синяя крыша и витражные окна разбавляли серый цвет, сочетаясь с зеленью плюща, которым увит фасад.

В окнах виднелось хаотичное движение учеников, как столичных, так и только что прибывших, добавляя оживленности в картину. Прекрасное место, которое долгое время было для меня привычнее чем дворец, сейчас разрывало мою душу на части, заставляя чуть ли не задыхаться от ужаса. Идти на собственную казнь было бы для меня легче чем войти в его обитель.

Кристиан сжал мою ладонь, он почувствовал мои колебания и встал прямо передо мной, закрывая от остальных. Должно быть мое лицо и правда выражало полнейший ужас, мне необходимо взять себя в руки.

– Идем, чего встал? – я натянула привычную ухмылку и повела Кристиана внутрь, всеми силами успокаивая участившийся пульс.

Стоило нам войти и почувствовала этот тошнотворный запах. Каждый коридор, каждый угол, каждый ученик был окутан этой отвратительной вонью. Я едва удержалась чтобы не скривиться. Везде пахло им.

Каждая клетка моего тела прочувствовала волну ужаса, поразившую меня точно, молния. Все внутри запылало и мана вновь грозилась испытать меня на прочность. По венам потекла не кровь, а расплавленный металл заставляя испытать уже привычную форму боли.

Она не прекращалась. Никогда я заселилась в комнату общежития, никогда ходила на ужин, никогда ложилась спать. Единственное что ослабляло жар тела – это присутствие Кристиана.

Глава 17.

– А сюда ты ее зачем притащил? – спокойно спросила я, рассматривая животное, которое Кристиан принес ко мне в комнату.

– Я не могу оставить это животное себе, ты же знаешь, как они реагируют на нечесть, – спокойно ответил Кристиан, словно продумал ответ заранее. Я сидела, неподвижно боясь спугнуть побитого лисенка. Животное так же не двигалось, наблюдая за мной.

– Значит ты хочешь что бы ее пригрела я?

– В общем да, – я медленно повернулась к Кристиану и вопросительно подняла бровь. – Тебе не составит труда получить разрешение на содержание простого животного – лисенок при этих словах запрыгнул на стол между кроватями и по нему добрался до Кристиана взбираясь ему на руки.

– Это магический зверь, – я свесила ноги с кровати, чувствуя как мана немного успокаивается от запаха Оссхаерта. Маленькая лисичка при этих словах фыркнула и спрятала мордочку в рубашке Кристиана. – Видишь? Именно поэтому она и относится к тебе так хорошо, у вас похожие силы, – я улыбнулась при виде поморщившегося Кристиана.

– Но я не чувствую от нее магию – ответил недовольно он, пытаясь оттолкнуть зверя подальше.

– Это потому что у нее нет собственной магии, это конечно редко встречается, но есть животные которые преобразуют ману существ с которыми свяжутся, – я пыталась подавить зевок, но это вышло не очень успешно. Кристиан вломился ко мне в комнату, когда я уже ложилась спать, поэтому я не была настроена на долгие разговоры.

– Она с кем-то повязана? – я покачала головой, чувствуя, как слипаются глаза – тогда свяжись с ней.

– Почему это должна быть я? Этому зверю понравился ты, – сквозь смех ответила я.

– Потому что я терпеть не могу животных, – прошипел Кристиан скидывая лису на пол. Она что-то пропищала и облокотилась передними лапами на ногу своего спасителя. Оссхаерт не желал принимать такого выражения признательности и с неприязнью взирал на животное.

– Хорошо, – Кристиан бросил на меня подозрительный взгляд, – но при одном условии, – он закатил глаза.

– Каком?

– Ты дашь ей имя.

– Это глупо.

– Либо так, либо никак, – я аккуратно подняла лису на руки, ожидая ответа. Лиса не проявляла ко мне такой же симпатии как к Кристиану, но она была не против легких поглаживаний.

– Пусть будет Тень.

– Очень креативно Кристи, – заметила я за что получила нахмуренный взгляд. Лисе же, впрочем, похоже понравилось ее новое имя, и она счастливо запищала.

– Где ты вообще подобрал это чудо?

– Она запуталась в кусте ежевики, который растет вдоль академии, – теперь понятно откуда у животного было столько ссадин.

– Я пойду, а то уже поздно, – сказал Кристиан заметив очередной зевок с моей стороны. – Приходи завтра на соревнование по магии.

– Я об этом подумаю, – сказала я, уже заворачиваясь в одеяло. Тень, напитавшись моей маны энергично запрыгнула ко мне и скрутилась под боком, на прощание она махнула Кристиану хвостом.

– Посланных Богиней снов, Лгунья.

– И тебе, Кристи, – недовольно фыркнув на прозвище, он скрылся за дверью.

Разбудил меня грохот все той же двери. Я даже не открыла глаз, когда с меня с силой стянули нагретое одеяло. Лиса, спавшая до этого, рядом недовольно запищала, заставляя меня нахмуриться. Я быстро что-то нашарила рукой на тумбе рядом с кроватью и бросила предположительно в то место, где находился похититель одеял. Судя по звону и раздраженному шипению, я попала прямо в цель. Я приоткрыла один глаз и увидела перед кроватью злого Кристиана, потирающего ушибленный лоб. Я вновь закрыла глаза и прижалась к теплой лисице, ища замену теплому и похищенному одеялу.

– Ты не пришла на состязание, – прошипел Кристи.

– О боги, как же так получилось? – сонно и немного невнятно пробубнила я.

– Ты говорила, что придешь.

– Не было такого. – возразила я с незатухающей надеждой вернуться ко сну и услышала, как у Кристиана скрипнули зубы. Поведение маны не давало уснуть мне до самого рассвета, даже несмотря на то, что Тень впитывала ее излишки. Я всю ночь мучилась с температурой и пропущенное соревнование на данный момент волновало меня меньше всего.

– Я выиграл, – уже более спокойно произнес Кристиан.

– Молодец получи в награду поцелуйчик, – я неосознанно повторила фразу, которую мне всегда говорила мама, перед тем как целовать в лоб и почувствовала, как кровать прогибается под чужим весом. Я кое-как разлепила глаза и взглянула на нависшего надо мной Кристиана. Он хитро улыбался, и я недовольно застонала, понимая смысл сказанной мной фразы.

– Попытаешься поцеловать меня сейчас и клянусь я выкину тебя в окно.

– Думаю это того стоит, – я не успела ничего ответить, как почувствовала тепло чужих губ на своих. Мозг моментально проснулся, а сердце помчалось галопом. Это было сложно назвать поцелуем, простое прикосновение губ с мнимой возможностью отстраниться, но этого было достаточно чтобы все внутри радостно затрепетало, и тут же залилось ужасом. От Кристиана тоже пахло им. Я скинула его с себя, отчего Оссхаерт повалился на пол. Он тихо смеялся пока не увидел, как я открываю окно. Кристиан не успел что-либо сделать, и я схватила его за шиворот, сразу же потащив к открытому окну. Он пытался сопротивляться, но был намного слабее меня из-за чего мне не составило труда опрокинуть его через подоконник. Я услышала вскрик и высунулась из окна посмотреть на проделанную работу. Кристиан растрепанный и напуганный лежал в кустах прямо под окном.

– А я предупреждала. – недовольно, но все же с ухмылкой сказала я.

– Ты сумасшедшая! – гневно закричал он, пока выбирался из кустов. Как по мне он заслужил, тем более тут был всего второй этаж, так что не было причины так кричать.

– За это я тебе и нравлюсь, – я мило улыбнулась.

– Я начинаю тебя ненавидеть.

– Я так и сказала, – напоследок сказала я и захлопнула окно, сразу же оседая на пол. Мана в теле вновь разбушевалась и не сдержавшись я зашипела. Такой всплеск эмоций с утра пораньше не предвещал ничего хорошего, особенно в окружающей обстановке. Я чувствовала, как меня начало трясти, у меня было отвратительное предчувствие, оно кислым осадком оставалось во рту и усиливало подступающую тошноту.

Уже сегодня кто-то из моих друзей умрет, а вместе с ним и моя мать. Сегодня все закончиться и начнется. Придет конец мимолетного счастья и наступит время страданий, разлук и океана лжи. Это было настолько печально, что я была готова смеяться.

– Что тут за крики? – взволнованная Екатерина ворвалась в комнату, таща за собой весьма недовольного Эдварда. Я мигом вскочила на ноги и спрятала трясущиеся руки в карманы пижамных штанов.

– В комнату залетела надоедливая муха, а я выгоняла ее в окно, – просто соврала я с едва сдерживаемым раздражением. Видимо выспаться в последний спокойный день не представляется возможным.

– А я-то подумала что-то серьезное, – я только мотнула головой.

– Ну и хорошо. Завтрак ты пропустила, но скоро будут подавать обед, пойдешь с нами?

– Хорошо, – я была немного удивлена что проспала до полудня, похоже сказалась бессонная ночь и истощение маной. Екатерина выпорхнула из комнаты, давая мне время собраться. Когда я вышла, Уайт куда-то исчезла, оставив меня на своего парня.

– Ты заделался в сопровождающие? – насмешливо спросила я Эдварда.

– Она считает, что нам стоит подружиться до того, как я начну на тебя работать, – спокойно заявил он.

– В этом нет необходимости, обещаю я не буду к тебе придираться только из-за личной неприязни, – клятвенно заявила я, даже положила руку на сердце.

– Я это и так знаю. Такой вопрос, а твои мухи случайно не похожи брюнетов с гетерохромией? – с легким интересом спросил Эд.

– Случайно похожи, – ухмылкой ответила я.

– А Николас его предупреждал что тебя не стоит будить, – Веверн покачал головой, будто говорил о проступке нашкодившего ребенка.

– Просто он совершал подобную ошибку, – я скрестила руки на груди. – А вообще не стоит будить никого из Люциферов, это тебе так, на будущее. Моя бабушка один раз запустила в своего советника огненным шаром, когда он прервал ее сон и чуть не сожгла часть дворца.

– Жуть – Эдвард скривился и открыл дверь в столовую.

Обед здесь мало чем отличался от того, что проходили в академии святой Акиры, разве что столовая была несравнимо больше. Ну и Кристиан раньше на меня не дулся. Мне кажется, полет из окна не злил его так сильно как моя торжествующая улыбка. Я совсем не раскаивалась, его предупреждали, Кристиан сам виноват. Я была рада уже тому, что мне удавалось улыбаться несмотря на желание желудка вывернуться наизнанку. Я все еще не видела его, но ощущала его липкое присутствие повсюду. Хотелось стереть это ощущение с кожи металлической щеткой, даже если придется содрать все вплоть до костей.

У меня на счету осталось полтора часа до соревнования по фехтованию и объявления моего истинного имени. Еще пять часов до дебютного бала, который подготовила моя мать. У меня почти не осталось времени. Казалось, я пытаюсь надышаться перед смертью, жаль, что воздух вокруг уже давно был пропитан ее запахом.

Закончился обед и короткая прогулка по окрестностям. Прошла подготовка к фехтованию.

Осталось несколько минут до нашей встречи.

Глава 18.

Проход под трибунами тонул в топоте ног и отзвуках голосов. Со всех уголков Империи прибыли ученики, чтобы участвовать в Играх и ожидали одного из последних состязаний, даже не зная, что станут свидетелями первого появления Принцессы Люцифер в обществе.

Запах я услышала раньше шагов. Мята, горячий шоколад и сладкие фиалки.

– Знаешь я мог бы и не приходить на твое выступление, как это сделала ты, – донеслось у меня из-за спины.

– Не мог, ты не настолько злопамятен, – усмехнулась я Кристиану, на что он недовольно зашипел. В сумраке коридора его глаза блестели, в то время как мои я была уверена были блеклыми как у тухлой рыбы. Впервые на моей памяти ожидание вызывало во мне столько плохих мыслей, а тяжесть меча не давала успокоения. Меч всегда был для меня гарантией защиты, пока я не встретилась с ним. Одно его существование рушило всю мою жизнь, а я, сколько бы не тренировалась, ничего не могла сделать.

– Волнуешься? – спросил Кристиан, и я попыталась сосредоточиться на нем.

– Перед соревнованием? Нет. – я тяжело вздохнула, крепче сжимая ручку меча. – Но сегодня весь мир узнает мое настоящее имя.

– Ты могла бы остаться Амандой. – Кристиан подошел ближе.

– Нет. – резко возразила я. – Сегодня произойдут события, что послужат началом череды катастроф в моей жизни, а не Аманды Роузен. Я создала эту личность и сегодня я ее и убью.

– Помнишь в первый день нашего знакомства ты спросил, какая я настоящая? – после недолгого молчания спросила я и Кристиан кивнул.

– Любая какой ты видел Аманду, была настоящей, настолько насколько я могу быть таковой. Поэтому я не хочу, чтобы с исполнением пророчества столкнулась настоящая часть меня.

Из-за закрытых дверей послышался голос Императрицы, она просила выйти на арену финалистов состязания по фехтованию.

– Удачи, – прошептал Кристиан

– Она мне не нужна, – с ухмылкой ответила я и вышла на свет, под оглушающие аплодисменты.

Время вышло.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Судья отсчитывал оставшиеся десять секунд. Вокруг в ожидании затихли зрители. Я выпустила воздух из легких и наполнила их снова. Воздух вокруг поглотила вонь гниения и отчаяния. Так пахло зло. Он и был воплощением этого зла.

Осколок моей души. Мой близнец.

Осталось пять секунд. Я обратилась в чувства восприятия. Запах, звук, тепло. Я слышала все, нашла учащенное сердцебиение Кристиана, Кати, Эдварда и еще более частое Николаса. Я чувствовала все, предвкушение, волнение, радость и глубокую печаль. Еще один вздох. Запах отчаяния исходил от моей матери. Она знала кто стоял передо мной.

Две секунды. Я сжала рукоять меча до побеления пальцев. Вздох. Идеальный контроль над своим телом. Каждая частица маны замерла, вторя моему желанию. Никакого страха, никаких эмоций, никакой реакции магии. Только покой. И всепоглощающий гнев.

Одна.

Я возвела меч раньше, чем голос судьи достиг моего слуха. В тот же момент суставы запястья заскрипели от напряжения. Я медленно распахнула глаза. Я чувствовала, как они пылали, подобно огню. Они были такими же алыми. Я встретилась с черным взглядом напротив.

– Здравствуй Драйган, – спокойно произнесла я. Мечи скрежетали от давления. Я почувствовала, что у меня немеет кисть.

– Давно не виделись, – прошептал парень в ответ. Я повернула запястье. Чужой меч съехал в сторону. Я не успела сделать вздоха. Пришлось отклоняться. Сталь блеснула перед лицом. Я сдвинулась вправо и едва успела увести новый удар. Рубящий удар от противника. Я не успела уйти или ответить. Встретила удар плоскостью меча. Перехватила бастард правой рукой, левой нанесла удар в грудь. Драйган отошел и удар вышел слабым.

– Ты все еще не передумала? – он делает резкий выпад, и я вновь в полной мере прочувствовала силу его удара. Я вижу его, понимаю его технику. Годы тренировок не прошли зря, я начала успевать за ним. Драйган пытался измотать меня, заставляя снова и снова парировать его удары.

– Я уже дала тебе свой ответ. – я перехватила меч на манер кинжала. Молниеносный удар и у Драйгана глубокая царапина на ведущем плече. У меня почти удалось уйти ему за спину. Новый приступ тошноты, вызванный запахом его крови, вынудил упустить момент. Зато мне удалось стереть глумливую ухмылку с его лица. Я пользуюсь его замешательством и бью по ногам. Он уводит ногу от моего ботинка, отчего пропускает удар мечем. Итог рассеченное правое бедро.

– Тогда ты знаешь каким будет итог, – наши клинки снова взметаются в воздух. Удары мечей отдавались звоном и скрежетом в ушах. Только звук, только запах, только вид. Я не допускала никаких мыслей. Мое тело само знало, что нужно делать – шаг вперед, шаг в сторону, блок, удар, шаг назад. Я знала, если прислушаюсь к словам своего близнеца, проиграю.

Мы продолжали фехтовать, танцуя по арене. У меня на спине и ладонях начинает выступать пот, в теплом осеннем воздухе мое холодное дыхание повисает туманом. Я едва успеваю наклонить голову и чувствую холод стали на щеке. Я не позволю даже поцарапать себя. Только не в день моего дебюта. Отныне я Люцифер. Идеальная, Сильнейшая.

Обманный выпад и наношу удар в живот. Драйган не успевает полностью уйти от удара, и я рассекаю ему бок. Он словно не чувствует своих ран и продолжает наносить сильные и быстрые удары.

– Кого бы из друзей ты бы хотела лишиться сегодня? – он бросает взгляд в сторону трибун. Туда, где сидели Катя, Эд и Крис, и я допускаю ошибку. Три удара и все достигают своей цели. Я порезала Драйгану второе бедро, оставила рану на груди и порезала горло. А еще я подтвердила значимость этих существ для меня, в очередной раз обвила мишень на их спинах.

Драйган ухмыляется. Его рубашка и брюки почти полностью пропитались кровью, но он даже не чувствовал боли. Он – тело, я – разум, душа и чувства. Из нас двоих возможность чувствовать, переживать эмоции могу только я. Из нас двоих только он бессмертен.

– Все было бы проще если бы ты объединилась со мной – я видела, как волнуется судья. Я нанесла оппоненту слишком много ран, обычно это уже давно призналось бы победой. Но Императрица приказала ждать.

– Мою силу ты не получишь никогда, – без эмоционально произношу я, производя череду ударов. Удар по ногам, в живот, в грудь, в челюсть. Я двигаюсь слишком быстро, Драйган теряет равновесие. Я наношу еще один удар мечем. Он успевает парировать его, но лишается своего клинка. Мое лезвие оцарапывает ему щеку и впивается в землю.

– Поединок окончен, – раздается громогласный голос Императрицы.

Мое время вышло.

– Победительницей объявляется Кира Люцифер. – я вскидываю меч к небу и утопаю в овациях и приветственных криках людей. В этот момент Аманда Роузен умерла навсегда и на свое место пришла Принцесса, что носит имя Первой Императрицы, и та которая потеряет ради Империи все.

Это было последнее воспоминание, которое бывшая Императрица показала Кристиану, перед тем как он очнулся.