Цитаты из книги «Дама из Долины», страница 3
Но нам нечего бояться. Ястреб, сидящий на верхушке дерева, не опасен. Он просто сидит и стережет свою территорию, вспоминает свои старые победы.
— Откуда ты это знаешь?
— У нас когда-то были два волнистых попугайчика.Потом встает парень. Он говорит, что никогда не понимал музыки, но все равно считает, что она прекрасна. Музыка доставляет ему ту же радость, что и лыжи.
Таня Иверсен обладает нужной силой. Она поражает нас уверенностью, с какой она делает свой выбор. Каждый звук находит свою форму и достигает цели. Я смотрю на Сигрюн, и у меня ёкает сердце. Таня поет, и я понимаю, что Сигрюн Лильерут намного опередила меня. Я вижу нас со стороны: мы у нее дома играем Брамса, она — стоя, я — сидя за пианино. Мы подчиняемся правилам. За нас чувствовали другие. Наше самое большое желание — выразить эти чувства. И пока мы прилагаем сумасшедшие усилия, чтобы правильно передать эти чувства в соответствии с замыслом композитора, мы пренебрегаем живой жизнью, добровольно становимся ничтожными скептиками по отношению к тому, что назревает между нами.
Мы начинаем с первого такта. Еще до того, как начинается главная тема, я слышу, что технический уровень Сигрюн гораздо выше, чем я ожидал. Звук теплый и полный. Она фразирует с холодной элегантностью, не погружаясь в сентиментальность, представляющую собой опасность для каждого исполнителя Брамса. Наверное, именно поэтому нам обоим нравится исполнение Стерна и Закина. В их игре есть что-то почти сухое и аналитическое. Остается тайной, когда начинается романтика, говорила обычно Сельма Люнге. Нельзя нагружать музыкальное произведение своими чувствами. Нельзя стоять на сцене и плакать, дирижируя медленными частями Малера. В романтической музыке чувств хватает на долгую жизнь. Но от романтизированного выражения они становятся пустыми. Мастера романтизма сохраняли равновесие между сдержанностью, почти скепсисом, и глубоким чувством, рожденным опытом.
- Это плохо?
- Нет. Это как сюрприз, спрятанный в подарке.
В мире музыки счастье приносит страсть.
- Но ведь мы с тобой там почти не виделись.
- Ну и что? - Она чуть не плачет. - Мне нужно знать, что ты рядом, что мы можем прогуляться вместе на Брюнколлен. Мне нужны возможности, Аксель!
«Свободе тоже нужно учиться. Способности сделать выбор. Осмелиться ступить в неведомое.»
«Свобода появляется тогда, когда возникают рамки.»
«Учителя никогда не бывают скромными, для этого они слишком высокого о себе мнения.»
Наверное, я тоже разочарован. Наверное, я не меньше, чем она, разочарован в собственной жизни. Чувство, что я топчусь на одном месте, что не могу найти свой путь, что меня повсюду преследуют мои мысли, какое-то безумие и тоска начали меня угнетать еще и потому, что я больше не доволен собой, что недостаточно занимаюсь, недостаточно думаю, недостаточно учусь, не развиваюсь, как положено развиваться молодому человеку каждый божий день.
