Читать книгу: «Адептка поневоле, или Зачем сбываются мысли?»

Глава 1. Когда всё только начинается…

– Хватит трусить, Виолетта, – сказал мне отец, выходя из квартиры.

Я посмотрела на него со злостью, потому что о трусости речь совершенно не шла. Просто знала: выйду из дома, и на чью-либо голову посыплются все несчастья, о которых стоит подумать. И это не иллюзия. Уже не раз подобное происходило.

Мне следовало только о чём-то подумать – это сразу исполнялась. Одна лишь мысль в моей голове. И неважно о ком: о себе или о незнакомых мне людях. Каждый из них попадал в беду, так же как и я.

Старания себя контролировать проваливались полным крахом. Мысли сами лезли в голову сплошным потоком. И только дома я чувствовала себя в безопасности. Только дома могла размышлять, не поддаваясь своему принуждению – думать только о хорошем. Ведь исполнялись-то  плохие мысли, хорошие обходили стороной. Поэтому из дома выходить не хотелось.

Папа не верил в мои домыслы, а закрытие от всего мира в квартире – обзывал ленью. Его понять можно. Дочь, которая не ходит на работу, которая живёт уже несколько месяцев с родителем, потому что ей перестали сдавать в аренду квартиру, так как заплатить за неё уже нечем.

Я знала, что наступит день, когда у родного отца сдадут нервы. Кто поверит, что стоит лишь подумать о какой-то напасти – это сразу сбывается? Никто! И папа относился к этому же числу. Не было мамы, которая, наверное, тоже не поверила бы в мой бред. Но главное, в него верила я всей душой.

Уже месяц мои ножки не выходили из квартиры, запертые в тапочках, а не в новеньких, недавно купленных, туфельках. В эти дни было спокойно, поэтому сейчас я металась из стороны в сторону. Выйти из дома или нет?! Может, мои мысли не имеют отношения к произошедшим ранее событиям? Может всё-таки, всё мне лишь казалось, и это просто совпадения?

Каждый день проходил в раздумьях и напряжении. А зная, что сегодня отец вернётся к нашему разговору, я готовилась ответить ему согласием. Мне лишь надо перебороть свой страх и выйти из дома. Это ведь не сложно?

С содроганием вспомнила, как грузовик с подъёмным механизмом проезжал мимо, когда ехала на работу. Ведь уже научилась контролировать свои помыслы, но в тот день не удержалась, и едкая мысль пронеслась мимо сознания: "Сейчас механизм упадёт прямо на машину". Буквально секунда, и он падает на багажник серой хонды, не задевая сидящих в ней людей. Я с испугом уставилась на произошедшее. Это мои мысли подействовали или просто стечение обстоятельств?!

С каждым днём становилось хуже. Настолько, что в последний раз произошла ужасная авария, про которую я до сих пор не смотрела новости. Боялась, увидеть в ней умерших людей.

Никогда не думала, что мысли могут быть сильным толчком для каких-то действий. Моих, возможно, и могло бы быть, но никак не на присутствующих рядом. Начиналось ведь так безобидно. Мне казалось, некоторые совпадения просто случайны. Я с интересом исследовала подобную реализацию мыслей, но позже начала их страшиться.

Девушка, рядом с которой увидела шкурку от банана, поскользнулась и чуть не сломала себе ногу, как только проскочила мысль, что она может поскользнуться.

Таксист, который вёз меня на работу, врезался в соседнюю машину, как только подумала, что с его бешеной скоростью, мы куда-нибудь влетим. А однажды, сидя в маршрутке, увидела заднюю дверь и подумала "Не дай бог, сейчас, откроется эта дверца, и вылетит человек, рядом сидящий". В итоге он вылетел на ближайшем повороте через плохо закрывшуюся дверцу машины. Я смотрела с обезумевшими от страха глазами, а мужчина с сильным ударом выпал на дорогу, прокатился по ней и остался жив, только потому, что все ближайшие машины успели остановиться.

Как могут быть такие совпадения? Неужели у меня какие-то экстрасенсорные способности? Умею предсказывать будущее? Или просто превратилась в неврастеника и психичку? Но как это влияет на мысли? Они ведь не были специальными. Каждая неосознанно проскальзывала в моей голове и, со следующим разом, будто набирала силу. Мне было страшно. Я осознавала, что это не нормально. Но не могут же подобные вещи быть случайными совпадениями?

– Ну что, дочь? – отвлёк от размышлений отец, заходя домой после похода в магазин. – Давай обедать?

– Да, пап. Сейчас на стол накрою, – безжизненно ответила я, страшась выхода из дома.

Через пару минут мы начали молчаливо трапезничать. Каждый думал о своëм. И, наверное, отец думал почти о том же, о чем и я.

– Ты готова? – спросил он в конце обеда.

– Нет.

– Давай с тобой схожу, – предложил он свою помощь, но я боялась нанести ему вред. Что мешает моим мыслям пошалить ещё раз?

– Нет, пап. Я попробую одна. Всё хорошо будет, не переживай.

Кого я успокаивала? Его или себя? К сожалению, фраза плохо помогала. Выйду из дома, а если вновь повторится история, то вызову психиатра на дом. Пусть вправляет мне мозг.

В комнате я быстро оделась в бежевую блузку и чёрные брюки, посмотрелась в зеркало и поморщилась. Ужас. Как бледная поганка. Накрасилась, пытаясь придать себя более живой вид. Причесала длинные чëрные волосы. Хотела убрать их в хвост, но решила оставить распущенными.

– Виолетта, тебе 24 года. Неужели ты позволишь своим страхам контролировать свою жизнь? Думай о хорошем, и всё будет отлично, – сказала я себе с улыбкой.

Вышла их комнаты уже более весёлая девушка с надеждой, что все случайности просто случайны.

Мне нужно было сходить за своей трудовой, которая приехала из Москвы. Забрать её, а также проверить свои подозрения. Может, они уже беспочвенны.

До метро я шла с улыбкой, потому что мысли носились лишь о солнышке, греющем мою спину, и свежем воздухе. Лето. Я медленно шла по бульвару Петухова города Новосибирска. Даже на транспорт садиться не хотелось, чтобы доехать на работу.

Пройдя полбульвара, пришлось всё-таки сесть на автобус. Я старалась думать о чём-то позитивном, не ломая голову страхами и заботами. До Маркса доехала без проблем. Мысли крутились о городе, о погоде, да и, вообще, о хорошем настроении. Даже, чуть не наехавший на меня, велосипедист его не испортил. Я подумала, что хочу также. Крутить педали по городу, радуясь солнечному дню.

Спустилась в метро немного с опаской. В таком месте всегда возникают предательские мысли, что кто-то спрыгнет на рельсы или кого-то скинут, но на этот раз я жёстко себя контролировала. Думала только о вкусном десерте, который хочу попробовать в новой, недавно открывшейся около дома, кондитерской "Солютэ́". Представляла его запах, вкус. Уже представила, как куплю их по дороге домой. Чуть ли не чувствовала десерт на губах.

Всё испортил запах жжённой резины. Откуда он возник – не знаю. Может из-за подъезжающего поезда,  а может из-за, до сих пор неуспокоившегося, мозга.

Поезд остановился на платформе. По инерции я сделала шаг в него, как предательская мысль вновь пронеслась в подсознании, принося в воображение ещё и картинку возможного:

"Кажется, что-то не в порядке с поездом. Сейчас ещё взорвёмся".

И всё.

В открытом поезде и на платформе резко выключился свет, создавая панику у каждого. Меня кто-то в испуге успел протолкнуть глубже в поезд, но что произошло дальше – я не поняла. В голове образовалась пустота. Не было криков, боли, безумства. Абсолютная тишина и темнота. Будто свет выключили не только в поезде, но и в моём подсознании. Я не чувствовала себя, не ощущала себя человеком. Я просто существовала, а где и с кем не имело значения.

В тот момент, когда началась паника, резко вернулся слух. Я вздрогнула и сжалась в испуге.

Глава 2. Испытание Смерти

– Стреляй! Что стоишь столбом? – крикнул женский жёсткий голос.

– Что? – не поняла я, открывая глаза и пытаясь сфокусировать взгляд на окружающем меня пространстве. Но это плохо получалось. Глаза будто пеленой еле прозрачной накрыло.

– Да давай ты быстрей, жертва пурии! Пожрут же! – толкнула меня вбок та же самая личность.

– Не вижу ничего, – рявкнула ей я. Быть сожранной кем-то очень не хотелось. При том я вообще не понимала, что происходит. Я же только что была в метро.

– Эй, да оставь ты её! Завалишь же из-за неё, – крикнул моей соседке какой-то парень.

– Вали отсюда, если помочь не хочешь, – послала его та, а я всё тёрла глаза, пытаясь увидеть хоть что-то.

– Ну и Смерть с вами, – психанул парень и, видимо, убежал, потому что послышался удаляющийся топот ног.

– Берегись! – крикнула снова девушка, стоящая рядом. Только, словом на этот раз не обошлось. Она успела меня со всей силы оттолкнуть в правый бок. При этом я почувствовала дикую боль от острых когтей. Вскрикнула, упала, а рядом раздался противный чавкающий звук.

Задуматься об этом не успела. Привстала и дотронулась до правого предплечья. Кровь. Я чувствовала жижу на своих пальцах. Если чувствую боль, значит кровь моя.

Испуг овладел мной, мешая двигаться. Где я? Что здесь делаю? И что происходит? К тому же глаза плохо видят, и то только еле заметные очертания.

Меня рывком подняли за шкирку, бормоча при этом какие-то непонятные ругательства про пурии и жрецов.

– Да чтоб ещё раз, я послушала свою совесть! Пурий меня пожри за такое слабоумие!

– Я ничего не вижу! – шептала я со страхом в голосе. – Ничего. Божечки, где моё родненькое зрение?!

– Как ты вообще сюда попала, слепая? Кто пустил?!

– Я не знаю, я ничего не знаю, – прошептала я в ответ, боясь, что она в таком состоянии меня оставит одну.

Слева начал доносится топот небольших ножек, и я внутренне свернулась в клубочек от страха.

– Кто-то идёт? – прошептала я.

– А? – переспросила девушка. – Ничего не слышу… Хотя… Отличный слух. Бежим!

С этими словами она схватила меня за кисть и потянула вправо. Я запиналась, поскальзывалась, но рука девушки крепко меня утягивала за собой. Куда мы бежали, я не видела. Очертания проносились разными оттенками, в которых сознание пробовало угадать, что пролетало мимо. Шкаф с красными элементами-шарами, дверь, коридор со сплошной серой стеной, какие-то яркие предметы на полу. Играть с подсознанием в угадайку долго не получилось. Кто-то встал перед нами, загораживая путь. Человек. Высокий, с распущенными длинными чёрными волосами до талии или это такой капюшон? Наверное, всё-таки волосы. Девушка.

Она со всей силы меня оттолкнула в сторону, что-то кидая. Позади послышался визг раненного или убитого… Кого? Животного? Если это тоже что и напало на меня с когтями, значит животного.

– Девушка, простите, где мы? – спросила я нашу спасительницу.

– Ты что слепая?! – рыкнул в ярости мужской голос черноволосой девушки. Поняв, что я ошиблась и передо мной всё-таки парень, решила не извиняться, а психануть в ответ:

– А что не видно?!

– Рора, ты провалишься! – обратился он, видимо, к моей сопровождающей. – Хватит тянуть за собой ролатский хвост, при том ещё и слепой.

– Не твоего ума дела, Брод! Либо помогай, либо проваливай, – озверилась на него та.

– Когда укус был? – холодно спросил он её.

– Не знаю. Надсморшицей ей не нанималась!

Укус кого? Меня? Я не помню, чтобы меня кусали. Пытаясь вспомнить своё прошлое, замолкла. Ребята препирались, и заканчивать не собирались, а я услышала ещё звуки ножек. Только теперь этих зверушек было намного больше.

– Хватит базарить! – крикнула я на них. – Они идут!

– Слышь, ты…

– Умолкни, Брод, – остановила его Рори. – У неё слух подточен. Приготовься!

В эту же секунду на нас кто-то напал. Маленький в пол моего роста, противно липкий и волосатый одновременно. С хрипящем звуком изо рта и отвратительным запахом. Потому что это создание прыгнуло на мою спину, дыша мне в ухо и надавливая когтями на талию.

Я взвыла от боли и начала изворачиваться, пытаясь скинуть эту образину. Другие были заняты, их атаковали так же, как и меня. Я слышала звуки их борьбы совместно с ругательствами.

Периодически возникающий свет ослеплял мои глаза, отчего приходилось их закрывать. Это незнакомая тварь прокусила моё плечо, отчего я упала на колени, громко крича. Попыталась сбросить себя ненужный груз, но зубы накрепко вцепились в плечо, а задние лапы монстра не отпускали талию, когтями впиваясь всё глубже. Создавалось ощущение обхвативших ладоней с остриём на пальцах. Это ещё больше ужасало. У кого могут быть задние лапы в виде ладоней?!?

– Стой, слепая! Замри! – сказал мне парень.

Я постаралась не двигаться, что было проблематично. И вдруг почувствовало что-то вибрирующее, будто рядом наэлектризовалось пространство, которое вмиг потемнело. Вместо белёсой полупрозрачной пелены я оказалась в тёмном мареве. Тварь взвизгнула, отпустила моё плечо и рядом скулила и визжала от боли. Спустя пару секунд она прекратила издавать звуки. Я обернулась и на месте твари увидела какое-то расплывчатое чёрное тело с чём-то зелёным. Трогать это совершенно не хотелось.

– Брод, ты смог, – хрипло сказала Рора.

– Да, а вот ты – нет! – со злостью сказал он.

– Видишь, не зря слепую прихватила, пригодилась.

– И без неё бы справился!

– Да ладно?! Ты уже второй раз проходишь испытание, – ехидно сказала она.

– Зато в следующий раз меня с тобой не будет! Надо же было тебе притащиться!

– Не парься, пройду!

– Если не пройдёшь, сам убью. У тебя выбора нет, Рора, – припечатал он.

– Брод, не нагнетай. Считай!

– Один, – начал он недовольно. – Два. Три. Четыре. Пять.

На пятый счёт раздался громкий хлопок, и расплывчатое пятно в виде парня передо мной пропало. Вот только что был рядом!

– Где он?!– в панике вскрикнула я, с болью поднимаясь на ноги.

– Как где? Теперь он – смертник.

– Что? – испугалась я, понимая, что попала в какую-то секту с грёбанными лабораторными испытаниями.

– Ой, не тупи! Хватит ныть. Пурии скоро вернутся. А смерти я не хочу. Тик-так, время идёт.

Хотела начать расспрос с пристрастием, да только услышала полный боли крик парня вдалеке.

– Это что? – с замиранием сердца спросила.

– Смерть рядом, – с раздражением сказала она. – Бежим. Ей попадаться на глаза нельзя. Ненавижу эти прятки.

Не успела я пискнуть, как снова была схвачена за руку и утянута куда-то дальше. Единственное, что поняла: находились мы в каком-то здании или огромном лабиринте, с мебелью, разными яркими штуками, которые я так и не смогла отнести к чему-либо.

Мы бежали, периодически прячась в разные закутки. Кто-то проходил мимо, но я видела только чёрные очертания. Кто-то нападал, но белые вспышки повторялись и нас никто не тронул. Где-то слышались снова предсмертные крики боли мужчин и женщин. А мы всё бежали непонятно отчего и почему.

– Почему нет больше этих тварей? – не выдержав, спросила я. Голос мой охрип от бега, поэтому голос звучал устало и болезненно.

– Пурий? – переспросила Рора. – Потому что Смерть вышла на охоту.

– Это плохо?

– Это дьявольски плохо. Выбраться из её тисков нереально. Ты вообще откуда? Почему не знаешь основ?

Ответить я не успела. Рора схватила меня за шкирку и запихнула под какую-то ткань в углу. Сама куда-то исчезла, так как рядом я её не слышала. Если спрятала, значит, что-то происходит. Я примолкла, стараясь не издавать ни звука.

Не знаю, чего я боялась больше. Что меня полуслепую и текущую кровью, бросит здесь Рора или саму Смерть, которая рыщет здесь в поисках добычи. Но ведь это нереально?! Какая Смерть? Это какая-то секта, где ведут незаконную охоту в виде игры или что? Но выйти и посмеяться всем в лицо я не смогла. Слишком ярко в голове звучали крики людей.

Задумавшись, я совсем забыла о том, что надо прислушиваться, но это и не понадобилось. В комнате резко похолодало. Настолько, что дыхну и, возможно, будет пар. Я затаилась, очень надеясь слиться со стеной, но мои мысли походу помогали плохо. Потому что это нечто резко открыло шторку, за которой пряталась я.

И я закричала. От дикого испуга. Потому что я не видела лица, только какую-то чёрную расплывчатую хламиду перед собой и всё. Я не понимала, кто это и как он выглядит. Но страшно боялась. Поэтому я орала.

А когда эта хламида потянулась ко мне всем корпусом, меня со всей силы тряхнуло, и я оказалась в каком-то другом месте. От резко подступившей тошноты меня вырвало. Я согнулась пополам, освобождая свой желудок. А когда стало легче, быстро подняла взгляд, пытаясь рассмотреть пространство вокруг. Хламиды нет. Никаких ярких элементов тоже. Вообще толком ничего нет, только серость пустых стен. Если конечно серость не сливается с предметами мебели.

От облегчения я села на колени, пытаясь утихомирить своё сердце. Что это было? И что теперь делать?

Посидев пару минут в полной тишине, я решительно поднялась и по стеночке направилась к единственному тёмному прямоугольнику – двери. Подёргав ручку, она открылась. Если в комнате было тускло, то после того, как я открыла дверь, яркий свет ударил мне в глаза. Я зажмурилась.

– О, слепая, ты выжила, – сказал удивлённо голос Роры.

– Да?! А мне почему-то кажется, что я где-то подохла, – хмуро ответила ей я.

– Пф, – фыркнула насмешливо девушка. – После испытаний все себя так чувствуют.

– Верю.

– Ребят! – крикнула кому-то Рора. – Тут слепыш.

– Покусанная что-ли? – удивился голос незнакомого мне парня.

– Агась. Займёшься?

– Тащи сюда.

И я снова почувствовала хватку Роры. Та тащила меня за руку, не заботясь о том, что я о кого-то периодически ударяюсь. Хотя по очертаниям я видела, что на кого-то налетаю, но сделать с таким напором ничего не могла.

На это мне было плевать. Главное, чтобы остановили кровь на ранах и что-то сделали со зрением. Слепым котёнком быть не хочется.

Рора посадила меня на стул и села рядом. От её близости мне было спокойнее. Напротив меня встало чьё-то тело, загораживая свет. Тоже с тёмными волосами, но вроде короткими. Одежда же его была светлая.

– Ты кто? – спросил хмуро подошедший парень, который недавно подзывал нас к себе. – Не помню тебя.

– А должен? – не нашлась, что ответить я.

– Ну, вообще-то да. Все проходят через эскулапский корпус. Тебя я там не видел. Покажи метку?

– Чего показать? – не поняла я. – Какой корпус?

– Слушай, Трулс, – начала объяснять Рора. – Такое чувство, что она башкой ударилась.

– А ты случайно не ударилась? – переключился на неё мой новый знакомый. – Почему сразу не прошла?

– Ещё попытки есть. Я справлюсь.

– Второй раз туда опасно соваться. Если с первого раза не прошла, велик шанс, что Смерть тебя найдёт. Лучше возвращайся домой.

– Нет! – резко ответила девушка. – Лучше умру, чем вернусь.

– Слушайте, давайте вы немного прервётесь, – перебила их я. – Помогите мне. Я не вижу ничего, и у меня кровь течёт.

– Где? – с сарказмом спросил Трулс.

– Ты врач или кто?! Разуй глаза! – наехала я на него. Как можно не увидеть моих ранений?! Я же скоро истеку кровью.

С психом я схватилась за рану, чтобы показать этому неадеквату покусанное плечо. И обомлела.

– Не поняла, – прошептала я, щупая своё плечо.

На месте укуса была сросшаяся кожа. Не было ни намёка на проколы зубами твари, как было ранее. Мышцы, кожа – всё было снова цельно и здорово.

– Как? – испугалась этому я. Встала, схватила себя за талию, пытаясь нащупать свои раны. Но их не было. Где проколы когтей от задних лап?! Я точно помню, как эта образина впилась мне в кожу.

– Ты же к эскулапу пришла. Так чего ты ожидала? – с сарказмом спросил он. – Что мы тут просто звания Эскулапа носим, но не отрабатываем? Я профи в своём деле.

– Эску? Кто? – переспросила я.

– Странно, укус хвоста на руке от пурии есть, а такое чувство, что тебе яд на мозги подействовал, – со смехом продолжил Трулс.

Я схватилась за руку, пытаясь нащупать этот укус на руке.

– Ты его руками не почувствуешь, – спокойно продолжил тот. – Но шрам от хвоста, к сожалению, останется.

– А глаза? – дрожа, спросила я, потому что осознание того, куда я попала начало приходить в голову.

– Завтра с утра уже видеть будешь. Проспишься, и яд перестанет действовать. Рор, отведи её в палату №15.

– Хорошо, до завтра.

– Бывай.

Рора схватила меня за руку и потащила, видимо, в палату.

– Эскулапский корпус? – переспросила я, с трудом вспомнив название.

– Да.

– Это типа медицинский?

– Эм-м-м, лекарский, врачевальный, – запоздало ответила девушка. – Слушай, а тебя как звать-то?

– Виолетта, – ответила я машинально, думая совершенно о другом.

В каком месте нашей планеты могли так исцелить мои раны? За секунды? Не принимая ничего внутрь, не ставя никаких уколов? Что со мной сделал Трулс? Кто такие эти крутые эскулапы? Если экспериментальных пурий и резкого похолодания в помещении я могла оправдать в своей голове, то моментальное исцеление – никак. Если только магией? Но откуда? Это же полный бред.

С такими мыслями меня дотащили до палаты, посадили на кушетку и оставили высыпаться. А я была и не против. Может это просто глупый сон? Или удар головой в метро? Ведь о моей смерти и речи не было. Я не помню ничего, что могло предшествовать ей. Если только метро не взорвалось…

Глава 3. Лишь бы не запутаться

Проснулась я резко, будто что-то меня напугало, но предмет испуга вспомнить не получалось. В палате было темно и тихо. Стоп, в палате?! Это не сон и не бред сумасшедшей? Хотя может быть всё-таки бред?! Где я могла оказаться? В исследовательском корпусе, где не только экспериментируют над зверюгой, но и над людьми. Излечили же меня быстро. Может, новые технологии настолько круты, поэтому их скрывают?! Надо расспросить народ о месте пребывания. Хотя можно уже посмотреть за шторку, которая оставляла комнату в сумраке, и посмотреть на место временного обитания.

И только сейчас я сообразила, что снова вижу. Глаза видели так же, как и всегда. Хотя нет, не также. Раньше у меня немного расплывались предметы вдали, из-за чего приходилось носить на работе очки. А теперь что? Я чётко вижу очертания предметов, будто и не снимала этих очков. Это яд так хорошо подействовал и улучшил моё зрение? Или снова работа эскулапа? Он же вроде как профи.

От радости, что зрение, моё родненькое, меня не подводит, села в постели, крепко обнимая себя. Слёзы рвались наружу. Я не сдержалась и дала своим эмоциям волю. Хотелось уже не просто плакать, а реветь. Не только из-за зрения, а в целом из-за ситуации. Я не понимала, что происходит, но главное могла видеть, слышать и ходить. Никто из этих тварей меня не убил, а Роре надо медальку, торт или памятник вручить за то, что не бросила обузу, а помогла.

Немного успокоившись, я осмотрела палату внимательным взглядом. Абсолютно белая комната без единого пятнышка. Тёмно-синие шторы полностью закрыли окно. Односпальная кровать, на которой я сижу, заправлена в нежно-жёлтое постельное бельё. На кремовой тумбочке стоит горшок с цветами, в которой были большие жёлтые бутоны, похожие на тюльпаны. Аромат был еле уловимым, но приятным. Больше в комнате ничего не было.

Посмотрела на свою одежду и ужаснулась. В такой стерильно-чистой комнате я смотрелась одним большим грязным пятном. Бежевая блузка и чёрные брюки были все в крови и грязи. К тому же ещё и дырявая, что доказывало: всё происходящее – реальность.

Я закрыла глаза в надежде успокоиться, но непрошеные слёзы разрешения не спрашивали. Вместо того, чтобы забыть пройденное и двигаться дальше, решила вспомнить каждый момент, проведённый в том страшном месте. Вывод напрашивался один: я попала в полную "ж", из которой надо выбираться.

Поэтому решительно встала и направилась к двери. Вчера оглядеться возможности не было, сейчас же можно осмотреть все достопримечательности эскулапского корпуса.

Я ожидала увидеть стерильно-чистые белые стены, как в больницах, но моему взгляду предстало совсем иное. Длинные деревянные коридоры растянулись на огромную длину, а просторный зал с несколькими круглыми столбами показывал множество дверей в здании. Побелённый потолок с необычными люстрами, в которых находились светящиеся камни, и несколько круглых окон совершенно не создавали уюта в душе, а отталкивали от нестандартной обстановки.

– Привет, слепыш, – узнала я насмешливый голос Трулса. – Как настроение?

Обернувшись, увидела симпатичного молодого паренька лет двадцати пяти. Черноволосый, с короткими волосами, с чуть большиватым орлиным носом и еле заметной щетиной.

– Эм-м, – удивилась я его вопросу. – А про состояние спросить не хочешь?

– Нет, – на этот раз удивился он. – Я же вижу твои скелет и ауру. С ними всё отлично. А вот настроение может хромать.

– Оно ещё не определилось, в какой стороне пир устраивать.

– В смысле? – не понял Трулс.

– В прямом, – ответила я, поморщившись. – Толи прыгать на застолье радости и веселья, толи реветь в три ручья с рюмкой водки на кладбище.

– Какой-то странный у тебя юмор.

– Соответствует этому месту.

– Э-э-э, – задумался эскулап. – А ведь ты права.

– Трулс, ты сказал, видишь скелет. А когда успели рентген сделать? Я же спала. И ауру разве можно увидеть?

– Рентген, это что? – недоумённо спросил он.

– Аппарат, чтобы сделать снимок скелета.

– На Зеройте нет таких аппаратов, – пожал плечами он. – Да и зачем он нужен, если эскулапы всё сами видят.

– Скелет? Ауру?! – с раздражением спросила я.

– Ну да.

– Как ты видишь мой скелет?! – разозлилась ещё больше я.

– Да вот так! – психанул парень. – А почему не должен видеть?! Аура, кстати, у тебя странная. Никаких вкраплений нет. Как у младенцев.

– Это хорошо или плохо?

– Не знаю. У тебя надо спросить. Слушай, не нравятся мне твои вопросы. Покажи метку, – требовательно сказал он.

Я помедлила. Расспрашивать его резко перехотелось. С чего бы ему проверять какую-то метку? С чего бы ему вообще не нравилось моё незнание? Может, я не должна быть здесь? А если так, тогда что со мной сделают? Превратят в одного из монстров?!

– Чего медлишь? Повернись уже.

С этими словами он резко меня развернул и задрал блузку на спине. Среагировать я особо не успела, кроме как полностью "офигеть" от его действий.

– Метка на месте. Странно, – холодно спросил он. – Какой эскулап тебя допустил к испытанию?

– Симпатичненький такой, – ответила я, прикинувшись дурочкой. Лучше у Роры уточню все подробности, чем раньше времени сяду в лужу. – А где Рора?

– Опиши симпатичненького, – ехидно продолжил тот.

– Блондин с карими глазами, худенький, как звать не уточняла, – пробормотала я, не спуская глаз с медика.

– Знаешь, что тебя сдало? – холодно спросил он, а я внутренне напряглась, поворачиваясь к нему. – Есть только один блондин-эскулап, остальные все брюнеты. Из-за магической составляющей, которая у нас в крови. И этот единственный сейчас находится в такой заднице, что тебе и не снилось. На Зеройте его точно нет. Шагай за мной!

Мои глаза неосознанно посмотрели в сторону выхода, но Трулс холодно остановил мои намерения.

– Сбегать не советую.

И так это было сказано, что желание ринуться в бега моментально пропало. Парень развернулся и твёрдым чеканным шагом направился куда-то. Я последовала за ним с мыслями, чего я вообще страшусь?! Я не виновата в том, где оказалась. Я вообще не понимаю, что происходит. Сейчас он наезжает на меня, потому что ожидает другой реакции. Я же не знаю, кто меня сюда загнал. Просто подкинул в катакомбы для испытаний уже слепую, потому что я точно помню: никакого укуса не было в осознанном состоянии.

К моменту, когда мы пришли в эскулапскую приёмную, как гласила табличка на двери, я чувствовала себя более уверенно. Но что не давало мне покоя: его слова о магической составляющей в крови. Не состыковка получается. У кого в России может быть такое в крови? А если предположить, что я не в России? И даже не на Земле? Думать об этом не хотелось совершенно, поэтому, сосредоточившись на враче, отбросила лишние мысли.

Но когда я увидела небо за окном, рот непроизвольно открылся в изумлении. Я не на Земле. Такого у нас точно нет или же скрыто "за семью печатями". Но разве можно такое скрыть?! Может, реально оказалась в засекреченном месте нашей планеты?

Три высоких синих столба пламени уходили высоко в небо. Туда, где не было видно конца. Широкие настолько, что даже издалека казались большими. Они периодически испускали из себя пламя в виде огненных всплесков. Куда именно те падали видно не было. Вокруг них небо было странное. Вместо его голубизны с парящими облаками вокруг был космос в миниатюре. Привычное мне, небо ненавязчиво темнело за метров пятьдесят до крайних столбов, создавая переход в космическую вселенную. Синее пламя окружали мерцающие звёзды и, витающие по территории, метеориты. Ничто из этого не выходило за пределы необычного места.

– Это иллюзия? – спросила я, совсем некультурно показывая пальцем на открывшуюся картину.

– Нет, конечно. Зачем они нам?!

– Иллюзии? – не поняла я.

– Нет, иллюзионисты.

Если я и хотела задать тысячу вопросов, то все они у меня пропали. Я не знала с чего начать. Мысли витали вокруг всего происходящего, и зацепиться за конкретный вопрос не получалось.

– Откуда ты? – спросил нахмурено Трулс, упирая руки в бока. Я же, не торопясь отвечать, осмотрела приёмную.

Стерильно белая комната с открытым широким окном без штор. Длинный бежевый диван со стеклянным столиком на тоненьких ножках. Много закрытых белых шкафов вдоль стен. И мягкий пушистый ковёр. Странное сочетание приёмного больничного отделения с домашним ковром. А ещё страннее казался Трулс на его фоне с угрюмым выражением лица.

За окном обычная земная природа с листиками, пестиками и тычинками. Выделялась только маленькая вселенная, которую периодически подсвечивали синим факелом с отливом красного.

Мне хотелось сесть или лечь. Или и лечь и сесть одновременно. Я не знала. Но казалось, ноги мои уже не держат. Поэтому, недолго думая, прошла к дивану и села. Вопросов предстоит много.

– А где я?

– На Зеройте.

– Мне это ни о чём не говорит, – угрюмо продолжила.

– Сначала давай определимся, что ты знаешь. На памяти вроде блока нет.

– Какого блока?

– Блок ставят, чтобы ты забыла какую-то важную часть жизни и не смогла это вспомнить без разрешения определённых людей. А теперь рассказывай!

– Я не знаю, где я, – ответила нервно я, теребя край грязной рубашки. – Я стояла в метро, а потом внезапно оказалась на этом грёбанном испытании. Почти слепой!

– Метро? – нахмурился он. – Это где такое? А метка у тебя есть, значит, неспроста на испытании оказалась. С какого ты синэ́ра? Колитэры, Рулинусса или Палиссы?

Я впала в ступор. Откуда?! Это вообще что? Я, конечно, не сильна в географии, но не помню таких мест. Ответить что-то не успела, раздался стук.

Трулс на пару секунд завис, смотря на дверь, а потом резко схватил меня за руку и потащил к шкафу.

– Залезай. Только пикни, и пожалеем оба, – процедил он.

Я оперативно залезла в шкаф. Уж жалеть ещё сильнее в своей ситуации не хотелось. Вскоре послышался звук открываемой двери.

– Трулс, у нас шпион, – гневно сказал вошедший мужчина.

– Откуда? – напряжённо спросил тот. Наверное, уже пожалел, что меня покрывает. Неудачно этот мужчина зашёл. Неудачно для меня. Сдаст сейчас врач и дело с концом. На месте прибьют, не разбираясь.

– Как откуда? Наши главные конкуренты подослали.

– Я не о том. Информация откуда?

– Разведчики доложили. Пробрался сюда, тварь.

– И кто он? Как выглядит?

– Не понятно. Лица не было. Заклятие отвода глаз нацепил на себя, но ауру засечь удалось. Вот, слепок.

В приёмной на время образовалась тишина. Видимо, рассматривают данный слепок. Ещё бы понимать, как он выглядит.

– Доложил?

– Уже, но надо следить в оба. Где-то эта гадина шляется. Ей туда нельзя.

– На испытание не пройдёт, а без этого не попасть.

– А если метку поставили? Нашли способ. Или будущего жреца завербовали? Надо что-то делать! – вскричал мужчина.

– Борий, успокойся. Найдём шпиона. Предупреди эскулапов. Если на шпионе метка и он пройдёт, Смерть от него живого места не оставит.

– Мистер Смерть уже злой.

– Плохо. Значит, испытания будут жёстче. Смерть любила загонять жертву в угол, значит сегодня надо ждать ру́посов. С пуриями она играет только, когда хорошее настроение.

– И что делать?

– Как всегда, – устало ответил Трулс. – Подготовь эскулапов. Работы будет много. И летописцев позови.

– Думаешь?

– Да. Придётся писать много прощальных записок.

– Хорошо.

Вскоре снова раздался звук двери, но уже для того, чтобы выйти наружу. Я не знала чего ожидать от, раздававшего команды, врача. Но если не сдал, значит, можно расслабиться?!

– Выходи, Виолетта.

– Ты же не думаешь, что этот шпион – я?! – решила перейти сразу в нападение, открывая дверцу.

– Конечно, нет, – рявкнул тот. – Во-первых, аура другая, во-вторых, мозгов не хватит. Кто ж посылает шпионом ничего незнающую…

– Кого? – прищурившись, спросила я, думая, что он ответит "дуру".

– Девку, – припечатал он.

Хотела высказаться на этот счёт, а потом сообразила: зачем я это делаю? Сама на себя хочу наговорить?!

– Но если окажется, что ты шпион – то Смерть всё равно найдёт. И поверь, лучше сразу признаться.

– Я не шпион! Я домой хочу!

– Теперь три мира закрыты. Туда попасть сейчас невозможно. Пока каждый не пройдёт проверку.

Три мира?! Неужели мы говорим не о планетах и вселенных, а о мирах? О тех, о чём снимают фильмы? И пишут книжки?

Я посмотрела на три столба синего пламени, которые стали немного тускнеть. Я умерла и попала в какой-то непонятный ад? Где Смерть карает так провинившихся?! Или провалилась в какую-то аномальную дыру?

– Палисса и ещё две штуки, которые ты назвал – эти три мира? – уточнила я у него.

– Ну, да, – ответил он чисто машинально, так как был занят мыслями, видимо, о поимке шпиона, и поиском чего-то в шкафу. – Не знаю, из какого ты синэ́ра, но туда не попадёшь.

– А другие миры есть? – уточнила я в надежде, что он назовёт нашу планету. Что такое синэ́ра, осталось для меня пока неизвестностью.

– Конечно, есть. Три мира только для жрецов, а остальные для их работы.

– А как туда попасть?

– Как-как!? Через Мистера Смерть.

– Я запуталась, – схватилась я за голову, не понимая в бреду ли я, просто сплю или же мертва.

– Нет времени распутываться, – жёстко сказал он. – Либо остаёшься здесь на проверку, либо проходишь испытание дальше.

– Что за испытание, мать твою?! – крикнула я со злостью. В этот момент мою спину обожгло, и я присела, открыв рот от боли. – А-а-а-а!

– Началось. Запомни: не пройдёшь сейчас – умрёшь. Отказаться уже не успеваешь. Видимо, Смерть захотела сама найти шпиона.

Хотела задать ему ещё кучу вопросов, но воздух вокруг меня подёрнулся, и я оказалась в другом месте. Мне стало страшно. Очень страшно. Ведь перемещаться сквозь пространство на Земле ещё никто не научился, а значит, я попала.

Глава 4. Квест на выживание

Огляделась вокруг. Создавалось ощущение, что я нахожусь в подземелье старого замка. Тёмного, заброшенного и ужасающего. Везде огромные паутины, да такие, что малюсенький паук бы их точно не сплёл. Вещи разбросаны и покрылись пылью. В прошлый раз, кажется, мы находились в другом месте. Здесь было страшно дышать.

Спина перестала гореть, как только оказалась здесь. Трулс сказал, что у меня тату, но откуда? Никогда в жизни их не делала. Когда успели-то набить? Неужели я реально умерла? И это испытание: попадёшь ты в рай или ад?

Невдалеке раздался скрип. Что именно это было, не знаю, но теперь надо удержаться и не хлопнуться в обморок от страха.

Помещение представляло собой каменные серые стены, такие же, как и потолок. Рядом горел единственный факел, который освещал небольшое пространство. Невдалеке столбы, соединённые решётками. Они стояли так, словно создавали проход. Надеюсь, это не лабиринт. Я в них не сильна. Потеряюсь, и ищите-свищите меня. Хотя кто меня тут будет искать?! Трулс, который в глубине души, думает, что я шпион? Или Рора, которая вообще не знает, кто я?

В углу заметила старый потрёпанный сундук и решила осмотреть, что в нём находится. Открывая его, боялась услышать скрип. Везде стояла такая тишина, что, казалось, нарушь её и на тебя сразу запрыгнет какая-нибудь тварь. Но она не скрипнула, а я еле заметно выдохнула.

В сундуке была какая-то белая тряпка, камень, меч и бутыль с жидкостью. Что с этим делать – непонятно. Но меч, в любом случае, надо захватить с собой. Подумала и захватила всё подряд. Белой тряпкой прихватила камень, бутыль засунула туда же, а меч оставила в свободной правой руке. Надо биться? Я готова. Только суньтесь! Вот только это была чистой воды бравада, которая растаяла, как только послышались шаги.

Оказывается, там был какой-то проход, которой был закрыт колонной. Ждать, как нечто оттуда выпрыгнет, совершенно не хотелось. Я не дура из фильмов, которая стоит на месте и ждёт, когда же на неё нападут. Даже с мечом в руках, я лишь мясо для этих пурий.

Вспомнив, на ощупь насколько они противные, передёрнулась от отвращения и тихо направилась в ближайший поворот к странному лабиринту, лишь бы оказаться за решёткой от той стороны, откуда идут. Или бегут. Я боялась оглядываться, хоть и знала, что это надо сделать, но старалась быстрее уйти подальше. Звук шагов приближался. Или это были не шаги, а звук когтей? А ещё мне слышался звук металла. Чёрт, в какую передрягу я попала?!

Виляя по лабиринту направо и налево, я увидела деревянную дверь. Но дойти до неё мне не дали. С другой стороны решётки на меня напали. Кто-то ухватил меня за волосы, оттягивая назад. Я закричала, не думая, что меня кто-то услышит и поможет, а думая только о том, что мне дико страшно.

Обернулась назад и отшатнулась, вырывая свои волосы. Из-за решётки вытянулись ладони, как у обезьянок, только с волосатыми проплешинами и с длинными острыми когтями. Морда представляла собой плоское лицо без носа, с огромным зубастым ртом, большим толстым лбом и лысой головой с проплешинами. Глазницы были абсолютно чёрные, создавая ещё больший ужас. Тело создания было волосатое, но не полностью. Казалось, его прочесали грубой расчёской, оставляя сильно поредевшие волоски. И они были слипшиеся, потому что пурии были покрыты чем-то склизким.

С испуга, а не от осознанных действий, я ударила по решётке и по звериной руке рукояткой меча, а потом сообразила, что не безоружна. Ухватила меч лучше, и ударила по лапе. Или сила удара была не та, или он был тупой, но нанести вред зверюге не получилось.

Я быстро побежала к двери, но пурии подоспели на помощь своим собратьям, преграждая мне дорогу. Они кидались на решётку, пытаясь меня поймать, но это им не удавалось. Я приросла к другой стороне, пытаясь хоть как-то прорваться. В момент, когда одна из лап чуть снова не коснулась меня, я мечом со всей силы ударила по ней. И снова получился только удар. Пурия отдёрнула свои конечности, зашипела и приступила к повторной попытке меня поймать. Когти, при этом, выставила не хуже наших кошек.

Я с криком отшатнулась, когда одна из них успела меня оцарапать. Кровь побежала по руке, благо было немного. Но её наличие убивало любую сказочную историю о необычном перемещении в другой мир. Двигаться ближе к двери было проблематично, потому что их конечности находились недалеко от неё. Я судорожно искала выход из положения. Хоть и убивать не в моих правилах, но сейчас не постеснялась бы использовать оружие по полной.

Один из монстров медленно стал поднимать свой хвост, настолько незаметно это было сделано, что если бы не подняла голову выше, то и не увидела. Хвост представлял собой оскалившуюся челюсть с клыками, от которых капала жёлтая жидкость. Я с ужасом уставилась на него. Когда же зверюга заметил мой взгляд, его хвостатый зубастик с молниеносной скоростью направился ко мне. Но я успела увернуться. А от остальных хвостов, поднятых вверх этими тварями, сомневаюсь, что успею. Странно, что в прошлый раз я осталась жива.

Плюнув на все страхи ринулась к двери, за что была несколько раз больно оцарапана, но, слава богу, обошлась без укусов. Мини-челюсти промазали, клацнул зубами по железной решётке.

Дверь с лёгкостью поддалась и от неожиданности я упала на пол. Она ударилась об стену, оттолкнулась с громким ударом и закрылась вновь.

– Это что за хрень такая?! – испуганно возмутилась я. – Вас бы, грёбанные создатели, в эту задницу! Посмотрела бы я на вас!

Возмущение пришлось прекратить, так как, оглядевшись, увидела яркие жёлтые и красные шары в шкафах, которые видела в прошлый раз.

– Это что шары для боулинга?

Но задуматься об этом времени не было, дверь распахнулась, впуская хвостатых пурий в помещение. Никаких других выходов здесь не наблюдалось, поэтому недолго думая, подбежала к шкафу, схватила первый попавшийся шарик и кинула в эти морды.

Удар жёлтого кругляша чётко прилетел в лоб гадёныша, отчего шар разлетелся на мелкую фиолетовую пыль и резко впитался в едва волосатую кожу зверюги. Та заорала неестественным визгом, пытаясь сбросить с себя невесомое, и в следующую секунду взорвалась в огненных искрах. Без крови, без кусков мяса, в огненных искрах! Что за бред безумного мозга?! Но мне было не до размышлений. Остальные монстры решили действовать, как свой собрат, и ринулись на меня, но я подхватывала эти чёртовы шары, чтобы целенаправленно запустить в лоб хвостатым. Естественно, хватило моей скорости всего на три броска, а потом один из них навалился на меня, пытаясь укусить своими зубами. В тот момент, когда мой лоб чуть не прокусил длинный зубастый хвост, кто-то мечом отрезал его хвостатую челюсть.

Монстр, с громкими от боли визгами, подпрыгнул и отскочил, за что был разрублен на две части. Зелёная кровь обрызгала, итак уже грязную, мою одежду. Но на это мне было всё равно. Я смотрела на худенького блондина, который выручил в такую трудную минуту.

А он со светящимся мечом рубил направо и налево маленьких противных пурий. Те в итоге отскочили, понимая, что этот бой проигран. Периодически парень пытался что-то вызвать руками, попеременно орудуя мечом. Либо это его фишка, либо он что-то реально хотел сделать. Но ничего в итоге не происходило.

– Ты почему меч не активировала? – спросил он возмущённо.

– Меч? А надо?

– Конечно. Он же тупой, как палка.

– Подожди, – встала я на ноги. – А как?

– Он питается кровью.

– Кто?

– Меч. С меня довольно. И так помог. Дальше сама.

И он убежал в неприметную дверцу, которая находилась за шкафом.

– Стой! – запоздало крикнула я, а потом прошептала: – Я бы ещё не отказалась от помощи.

В этот момент в дверцу, в которую я ввалилась, поскреблись, а ведь она успела закрыться, пока монстры разбегались. С испугу, да и потому что выхода не было, схватила упавшие вещи и побежала за парнем. Ну, нафиг тут одной тусоваться! Десерта эти неандертальцы не получат!

Я быстро забежала за шкаф и плотнее закрыла дверь, чтобы никто сюда не пробрался. Хоть чуток дать себе времени, чтобы обдумать дальнейшие действия.

Огляделась и увидела туннель, который вёл направо и налево. А куда убежал парень? Чёрт!

Расстроившись, вспомнила про меч. Первым делом, его надо активировать. Питается кровью, говорил он… Но ведь тупой же. Попробовала порезать себя и моментально сделала небольшой надрез на пальце. От неожиданности, чуть не отрезала весь палец. Но ему было без разницы на мои мучения, его клинок внезапно засветился, так же как у того парня.

Обрадовавшись новому средству защиты, побежала направо, подальше от этой злополучной двери. Старалась по минимуму издавать звуков. Странно, что сегодня я не слышала криков, как в прошлый раз. Что-то в этом не так! Может звуконепроницаемость помещений?

Туннель вёл наверх. Что там будет, я не знала, но двигаться куда-то надо было. Вскоре показались две неприметные дверцы. Ни в одну из них желания идти не возникало.

Приложив ухо к каждой, услышала: в правой – тишину, а в левой – звуки борьбы. Еле слышные, но разобрать их получилось. Пройти мимо и попасть, в неизвестно чем кишащую, дверь, или помочь кому-то справиться с нападавшими?

Поняв, что совесть моя потом будет не чиста, решительно открыла левую дверцу. И подпрыгнула от того, что кто-то со всей силы врезался в неё. Это оказался какой-то непонятный клубок иголок, который потом раскрылся как ёжик, обнажая животик, худые длинные лапы и оскалившуюся страшную морду с чёрными глазницами. Он врезался в дерево спинными иголками, поэтому выбраться ему было проблематично. Зверь стал яростно дёргать лапами, но выбраться это ему не помогало.

Посередине комнаты дрался с этими созданиями, незнакомый мне парень. Ему приходилось худо, потому что меч не приносил им урона. Они накидывались на него, прокусывая мелкими зубами кожу.

Оставить парня одного в такой атмосфере не смогла. Решительно посмотрела на то, что находилось в руках. Не густо, конечно, но чем-то можно воспользоваться. Камень и тряпка остались в одной руке, а бутыль я решила использовать. Он был стеклянный, поэтому можно разбить о пол и, может, будет какой-то эффект. Ткань тряпки повисла вдоль моего тела, бутыль же была мной аккуратно открыта. Из нее повалил дым, поэтому нюхать и подносить к себе поближе я не стала. Закрыла бутыль и с силой кинула ближе к гуще монстриков. Она со звоном разбилась, и из этого места повалил пар. Что происходило на полу, видно не было, так как туда сбежались заинтересовавшиеся игольчатые зубастики. Внезапно они начали куда-то проваливаться с диким визгом. А через секунду увидела, как жидкость, находящая в бутыле, начала разъедать пол, создавая огромную дыру.

– Осторожно! – крикнула я ему. – Кидай их в дыру!

Парень, услышав это, сразу начал действовать. Он оперативно отталкивал от себя зубастое столпотворение. Главное, чтобы сам не упал туда.

Мой крик мелкие услышали, поэтому сразу же побежали в мою сторону. Один из них был недалеко от меня, отчего добраться до меня быстро не составило труда. Среагировать я толком не успевала. Когда мелкая тварь прыгнула, по инерции я присела и прикрылась белой тряпкой. И очень удивилась, когда поняла, что столкновения не было. Никто на меня не запрыгнул и даже коготком не тронул. От изумления я выглянула из-за тряпки, но того монстра и след простыл. Не давая задуматься, на меня начали нападать другие. В этот раз глаза я не закрывала, но тряпку так и не убрала от себя. Когда следующий зубастик прыгнул с надеждой откусить кусочек моего мяса, то с соприкосновением с тряпкой он просто исправился. Я, поняв смысл этой великолепной вещи, полностью укуталась в длинную тряпицу, поэтому монстры, которые пытались до меня дотронуться исчезали на глазах.

Парень продолжал скидывать их в дыру, которая с каждой секундой становилась всё больше. Когда он увидел на мне тряпицу, то с возмущением вскрикнул:

– Ты чего делаешь? Совсем что ли? Зачем всем этим пользуешься?

– Ты псих?! Я тебе жизнь спасла!

– Ты мне возможность обрубила! – заорал он.

– Какую возможность, дурак? Тебя чуть не сожрали!

– Так в этом и смысл!

Я смотрела на него как на больного, до сих пор не понимая, что сделала не так. Помогла побороть этих мелких, так он радоваться должен. А в итоге?! Орёт и обвиняет меня! Что за бред?!

В тот момент, когда я хотела уже покрутить пальцем у виска, парня за ногу схватила маленькая зубастая тварь. Впилась ему в ногу, не отпуская и утягивая за собой. Тот не удержался и рухнул с диким криком вниз. Помочь я ему не успела. Зато все, находящиеся в помещении, монстрики ринулись вниз за ним.

Я, как стояла с открытым ртом, так и замерла, пока не услышала громкий удар о пол. Очнувшись, подбежала аккуратно к краю и увидела в темноте только лежащее мёртвое тело парня и мельтешащих вокруг игольчатых.

На глаза навернулись слёзы, которые сдержать не получалось. Я помогла этим тварям убить человека?! Хотела посетовать на тяжёлую судьбу и полностью прочувствовать свою вину, как увидела направленный на меня взгляд одного из монстров. Плакать перехотелось моментально.

Маленькое озлобленное создание встало на свои две ножки, подхватило рядом стоящего собрата и запустило в полёт его с нижнего этажа на верхний. При этом высота была в этажа три, но его данное обстоятльство не остановило. Собрат летел прямо на меня, как меленький круглый шарик с острыми иголками. В последний момент успела отклониться и "шарик" пролетел чуть дальше, врезаясь иголками в деревянный шкаф.

Он застрял, а я поняла, что надо валить. Пулей выскочила из этой комнаты обратно в туннель, потому что другого выхода видно не было. "Шарики" продолжали лететь, но теперь слышны были только их удары о шкаф или о стены. Дверь подпереть было нечем, и я быстро, но тихо, так же завёрнутая в тряпку, побежала обратно.

Я снова стояла у той дверки за шкафом, но теперь проход был единственный. Направо. Туда я и направилась. Возвращаться к игольчатым не хотелось, даже если там осталась, неизведанная мне, дверь.

– Боже, если ты меня слышишь. Пожалуйста, помоги мне, – взмолилась я, замирая от каждого шороха.

– Зачем? – спросил меня мужской бархатистый голос, отчего я испуганно вздрогнула и осмотрелась в поисках говорящего.

– Кто тут?

Но в ответ никого не услышала, да и не увидела. Я стояла посреди каменного туннеля, еле освещённого небольшими факелами, совершенно одна.

– Я безумна. Мне уже мерещиться голос. Боже, дай мне сил.

– Я же спросил, зачем? – снова раздался голос откуда-то. Создавалось ощущение, что он в моей голове. Но разве это возможно? Наверное, меня всё-таки укусили и начались глюки. Но раз так, то можно и поговорить с собеседником, даже если он мне кажется.

– Чтобы выжить.

– Здесь жить нельзя, – услышала я в ответ.

– Конечно, нельзя! – рассердилась я. – Здесь люди гибнут.

– А тебе-то что до них? Ты их знаешь? – заинтересованно уточнил голос.

– Нет.

– Тогда смысл твоей злости?

– Я не хочу умирать!

– Так живи, – усмехнулся он.

– И как здесь выжить?

– Думай.

– Да заткнись ты уже! – не выдержала я. – Если не можешь внятно ответить на мой вопрос, то лучше, вообще, рта не раскрывать!

– Занятно, – послышались нотки раздражения. – Смелость ради глупости.

– Это не глупость! – ответила я, но голос промолчал, а мне пришлось взмолиться. – Эй, ты где? Я боюсь одна. Не оставляй меня.

Помолчав немного, пыталась снова услышать голос, но в итоге расстроилась окончательно.

– Даже мой глюк меня оставил.

Плюнув на всё, отправилась дальше на поиски выхода. И тот вскоре нашёлся. Дверь, за которой была абсолютная тишина. Ни шороха, ни звука. Заходить туда было боязливо, но другого выхода не видела.

Я вошла в хорошо освещённое большое помещение. Красные одноцветные гобелены висели на стенах, создавая подобного цвета отблески. Свечи стояли на столах и на полу. Их было много. А ещё посредине комнаты была изображена пентаграмма, светящаяся в тон гобеленам.

Я тихо вошла в комнату, искренне надеясь, что тут нет никого живого. Но я ошиблась. И тогда, когда повернулась бежать к выходу, дверь с грохотом была закрыта. Подбежала к ней, потрогала ручку, но та не поддавалась.

Тогда снова обернулась и с опаской дошла до поворота в нишу, к увиденному мной зрелищу.

Парень, который помог мне в войне с пуриями, был прикован (или приклеен?) к огромной паутине, размером больше меня в два раза. А не увидела его изначально, потому что он был за поворотом в другую часть комнаты. Она была П-образная или же с дальнейшим проходом, но за паутиной этого видно не было.

Боже мой, что за убийственный квест?! Может, меня разыгрывает моё подсознание? Как я могла здесь оказаться? Что я такого сделала, чтобы попасть в перевёрнутый рай?

Мои размышления прервал шёпот. Прислушалась и поняла, что парень пытается что-то сказать. Подошла поближе и спросила:

– Ты живой?

– Берегись рУпосов.

– Кого? – переспросила его, хотя уже вспомнила слова эскулапа. Смерть отправила на охоту своих любимчиков. И чую: это страшное создание, и, к тому же, мерзкое.

Внезапно послышался звук металла. Такой же, как был в лабиринте с пуриями. Значит, эта тварюга и там была. И наблюдала?! Стало вдвойне страшно.

Хотела сначала избавить пленника от паутины, но сообразила, что меч может залипнуть в ней. И как тогда защищаться?! Поэтому встала ближе к входной двери, отодвинула немного в сторону тряпку и подняла меч в боевой стойке.

Вот только, когда с лязгом металла из-за поворота вышло нечто, я не сдержалась и заорала от ужаса. Ко мне направлялась почти обнажённая человекообразная паучиха, от которой мурашки пошли по всему телу. Такого я даже представить в своей голове не могла.

Я орала, чуть ли не плача. Было страшно, к тому же, как действовать с этой образиной не понимала, но меч из руки не выпустила.

Она вышла из-за паутины, периодически наклоняя голову то вправо, то влево. На голове у неё железный шлем с рогами и металлическими выростами по краям. Он был вплоть до открытого рта. Нос отсутствовал, зато глаза… Один небольшой посередине у лба, два – в тех местах, как у обычного человека, а вместо носа – по низу границы шлема, находились ещё пять штук. Они представляли собой вылупленные оранжевые глазницы, так похожие на паучьи. Открытый рот, в котором находились острые белые зубки, как у акулы, был будто зашит её же кожей от лица. Создавалось ощущение, что поверх рта наложена паутина, рванная в разных местах. Голова переходила в человеческую шею, так же как и тело. Грудь еле прикрыта разорванным топиком, который доходил до талии. Кубики пресса были у этой монстроподобной девице такие, что можно было только позавидовать.

Она медленно, рассматривая меня с головы до ног, раздвинула то, что заменяло ей руки. А вместо них с каждой стороны, с плеча до талии, были по три паучьи ножки, соединённые между собой толстыми перепонками. Каждая конечность была красного цвета, остальное тело было абсолютно белое, в том числе и ноги. А они у рУпоса были тоже человеческими, с нормальными сапогами до колен. Так же на ней красовались чёрные шортики со свисающими железными цепями, которые, видимо, и создавали этот отвратительный звук.

Кинув взгляд на парня, поняла, что он немного начал приходить в себя. Только как его освободить, если я не знаю, как спастись сама. Секунду спустя эта мадам закричала двойным противно-визгливым голосом, а потом выпустила изо рта в меня какую-то синюю жидкость. Еле успела увернуться, а в стене, куда она попала, начала образовываться дыра. Снова кислота. Поморщилась от досады.

Она побежала на меня, пытаясь достать своими длинными паучьими лапами, но я, как безумная, махала светящимся мечом, не подпуская к себе. Спрятаться здесь было негде. Пустое помещение с горящими свечами вокруг.

От безысходности я кинула свечу в неё, но та с лёгкостью отбила своей конечностью. Тогда рУпос схватила одну из своих цепей, прикреплённых к шортикам, начала её раскручивать и ударила по мне со всей силы. Сбоку я смогла отбить мечом, но конец цепи ударил мне по спине. Из-за чего вскрикнула от адской боли, и по инерции сделала шаг ближе к ней. Прийти в себя мне никто не позволил, она снова плюнула в меня кислотой. Увернуться я успела, вот только задело мои длинные волосы. Не медля, схватила их у шеи и мечом отрубила свой хвост, так как кислота, разъедая их, поднималась к голове. Быстро отбросила в сторону обрубок и отбежала подальше от рупоса.

– А ты случаем разговаривать не умеешь? Может, договоримся, а? – с надеждой спросила её я, но мостродамочка снова схватила свою цепь и пустила её в ход. Как она умудрялась своими паучьими лапками обхватывать цепь, оставалось для меня загадкой, потому что я, как только видела подобное намерение, сразу готовилась уклоняться.

Но в этот раз она из лап выпустила паутину, от которой я попыталась увернуться, а в итоге не смогла. Ведь она стреляла ей как из пистолета. Мою левую руку неожиданно прибило к стене липкой паутиной и вытащить её было затруднительно.

Рупос, не теряя времени, ударила цепью. Уйти от удара не получилось, и он пришёлся, как раз, по руке. Я вскрикнула от дикой боли и от мысли, что мне раздробило кости. И оказалась, почти права. В том месте, где прошлась цепь, на которой, оказывается, были острые зазубрины, теперь находилась приплюснутая разорванная кровавая рана. Боль была адской, только времени, чтобы её переждать у меня не было. Рупос присела, раскрыв свой рот в визге, и прыгнула на меня. Меч с лёгкостью был отбит её шестилапыми конечностями. Она несколько раз пыталась ими что-то сделать, но у меня создавалось ощущение огромного паука ходячего по моей коже, поэтому я с долей брезгливости и страха орала и отмахивалась свободной рукой, а также ногами от этой махины.

В какой-то момент она не выдержала и одной из паучьих лап ударила мне в правое плечо. Кончик оказался острым, поэтому оно было пробито насквозь. Даже белая тряпка её не остановила.

От боли я задохнулась. Никогда в жизни не представляла себя в подобных местах. И, вообще бы, забыла как страшный сон. Но что делать дальше в голову не приходило, только боль пульсировала в голове и по всему телу.

Рупос стрельнула по ногам паутиной, и те застыли без надежды выбраться. Я рухнула на колени. Сил, держаться и сопротивляться, уже не было. Кровь текла и с руки, и с плеча, а боль давила ещё и на голову. Паучиха осклабилась и, оставив видимо помирать, направилась в нишу за парнем. Про мою свободную руку с раненным плечом она забыла, а я нет. До меча добраться бы не смогла, слишком далеко. Но рядом увидела камушек из сундука. Я про него совершенно забыла. Если каждый предмет со спецэффектами, так может и этот тоже будет?!

Попробовала дотянуться до него, но не позволяла паутина. Не хватало всего пару сантиметров.

– Ну же, чёртов камень! – прошипела я. – Я не хочу помирать! Давай. Давай. Ещё чуточку!

Рупос зашла за угол буквально на секунду, кого-то подзывая. Я смотрела то на камень, то в сторону неё, а когда увидела, кто оттуда выходит, начала тянуться до камня вдвойне упорнее. Оттуда выбегало множество пауков разных размеров, от маленьких до метра ростом. Глаза мои в безумной агонии скользили по паукам, из которых несколько видов были с хвостом подобным скорпиону.

Если она искала пищу для своих деток, то нашла идеальную. И женское мясо, и мужское в придачу. Выбирай, что больше по нраву!

Паутина держала крепко, но я сделала последний рывок. Отчего сильно надавила себе на ногу, перетягивая. Но мне было без разницы, главное достать этот злополучный камень. С последним рывком, через боль, получилось схватить эту бесцветную штучку. И я успела в тот момент, когда рупос повернулась ко мне, сверля своим холодным прищуренным взглядом.

Паучиха-мать увидела, что я делаю что-то свободной рукой и пустила в меня паутину, благо она прибила руку у локтя. Правда, теперь поза, в которой сидела, была очень не удобная. Но я старалась не обращать на это внимание. Надо понять, как активировать камень.

Пауки разных видов направлялись ко мне, а это дамочка наблюдала за ними с ехидством на устах. Я вертела камень в руке, грела, тёрла, но с ним ничего не происходило. Кинуть его и разбить? А если от этого толка не будет? Мелкие пауки были шустрее, наверное, потому что их пропускали вперёд. Размером с ладошку, они были настолько противные и страшные, со своими оранжевыми глазёнками, что я закричала, когда первый паук забрался по моей ноге. Пыталась его скинуть, но не получалось. Другие тоже активно начали по мне ползти, направляясь к голове, а мной овладел дикий ужас.

Я орала как безумная, и в тот момент, когда страх достиг апогея, и голова готова была отключиться: камень резко засиял. Все пауки от яркого света отпрыгнули от меня, и паутина, держащая крепко мои конечности, внезапно разрушилась. Парень упал на пол, так как висел на высоте, на большой паутине. А рупос истерично завизжала в раздражении.

Не обращая внимания на боль в руках и ноге, поднялась и вытянула камень, чтобы осветил всех этих тварей. Правда, сбежали только мелкие. Большие пауки остались на месте, не двигаясь. Но свечения хватило на несколько секунд. Резко камень перестал освещать пространство и большие пауки снова зашевелились. Рупос не вмешивалась, наслаждаясь процессом.

Я подбежала к мечу и с трудом его подняла. Пытаясь отогнать мерзких пауков от себя, махала им из стороны в сторону. Кого-то это отпугивало, а кто-то накидывался на остриё меча. Главное, чтобы он ни в ком не застрял.

Мельком увидела поднявшегося парня. На него не обращали внимания ни рупос, ни её детки. Надеюсь, он меня не оставит одну. Вот только в момент, когда кинула на него взгляд с надеждой, большой паук набросился на меня, отчего я упала, пытаясь удержать кусачую противную морду твари от укуса в лицо, а парень заорал, как безумный.

Рядом заверещали все присутствующие совместно с рупосом, а моего нападавшего снесло непонятной тёмной волной. Паук врезался в стену, а потом с визгом взорвался. В шоке поднялась, посмотрев на происходящее, и обомлела. Парень, с трудом стоя на ногах, вытянул руки на насекомых и орал в яростном гневе, а из его ладоней шла тёмная волна. Она взрывала всех, кто находился на её пути.

Пауки бежали врассыпную, пытаясь спасти свои тельца, но даже побег не спасал их от тьмы вокруг. Она окружала всех, пробиралась в самые, казалось, затаённые места. И добралась до паукоподобной дамы. Та завизжала громче, чем пауки, упала на колени и попыталась отползти в сторону, но тьма была везде. Тьма окутала её, будто в кокон, и рупос пропала в ней. Не видно было ничего в этой странной темноте. Даже собственных рук уже не видела, потому что была и сама в ней. Но она не принесла мне холода, а лишь укрыла тёплым одеялом.

Тьма мягко отступила. Растаяла, будто её и не было. А в помещении не оказалось никого, кроме меня и парня.

Он обессиленно упал на колени. Руки же его безжизненно повисли. Подбежала к нему, чтобы хоть как-то помочь, а он со счастливой улыбкой посмотрел мне глаза и надломлено сказал:

– Наконец-то! Третий раз уже прохожу. Думал, не осилю. Считай.

– Что? – не поняла я.

– Давай, до пяти.

– Один, два, три. А зачем считать-то? – спросила, смутно припоминая длинноволосого парня с прошлого раза.

– Давай быстрее. Скоро госпожа Смерть придёт, – нетерпеливо поторопил он меня.

– Четыре, пять, – скороговоркой проговорила я, а потом испуганно вскрикнула: – Что?!

– Удачи, – пожелал он мне и исчез на глазах.

Я же осталась совершенно одна, раненная и дико испуганная. В ужасе озиралась вокруг, ожидая увидеть саму Смерть с косой, но её нигде не было. Решив не стоять на месте, а двигаться вперёд, с трудом поднялась на ноги. Руки отказывались держать меч. Боль была невыносимая, а учитывая, что я никогда не испытывала подобного, то и казалось сильнее, чем она есть. Может люди, которые привыкли к боли, отнеслись бы по-другому к ней, но мне было тяжело.

Плечо пульсировало, раны от когтей пурий жгли кожу, а нога болела, от чего первый шаг вышел хромой. К сожалению, быстро дойти до угла, где была паутина с парнем, не получилось. Я хромала, а меч казался ещё тяжелее, чем прежде. Он волоком тащился за мной, потому что поднять его сил не хватало.

Дойдя до поворота в нишу, увидела проход с выломанной дверью. В ней была абсолютная темнота. И идти туда не возникало желания. Вспомнила про дверь, которую прошла мимо, когда помогала умершему парню. И решительно повернула назад. В темноту не сунусь. Лучше проверить, что находиться за той дверью.

– О, Боже, а если там эти с иголками?! – вслух спросила себя, прикусывая губу. – Я же тогда сбежать не смогу со своей скоростью улитки.

– Так не иди туда, – хмыкнул мужской голос в моей голове.

Я вздрогнула. Может, это моя совесть говорит со мной в этом безумном месте?!

– Ты кто? – спросила я его.

– Ты же звала Бога, – ехидно подчеркнул он.

– Конечно! – не поверила голосу я. – Тогда я Богиня Рима, знакомься!

– Слишком слаба для богини, – ответил вредный голос.

– Моя сила в выдержке!

– Ну-ну! Надейся!

– Эй, что тебе не нравится?!

– Твоя смелость, – сказал голос, а потом ноткой непонимания продолжил: – Подожди, ты сказала Рима?

– Нет, я сказала Китая! – раздражённо ответила ему, направляясь всё таки к двери, давно оставленной позади. Темнота меня пугала. Может за той дверью будет выход…

Я поковыляла обратно, опираясь на меч. Голос в голове замолчал. Может и к лучшему. Он меня отвлекал. Наверное, из-за этого места я стала психичкой. По-другому происходящее не объяснить. Надеюсь только, когда выберусь, освобожусь от звука в голове.

Дошла до двери из этой злополучной комнаты, дёрнула, а дверь-то не открывалась.

– Нет, нет, нет, нет! – дёргала я как безумная её. В другую сторону дверца тоже не поддавалась. Как узнать, что находилось за пропущенной дверью?! Может, там вообще был выход! И я бы давно уже выбралась.

От переизбытка эмоций я всплакнула. Хочу домой, очень. Хочу выбраться из этого непонятного места. Хочу выйти наружу уже из этого подземелья. Хочу снова почувствовать себя в безопасности.

С трудом собралась и обернулась, чтобы посмотреть, что может пригодиться мне в темноте.

– Свечи! – воскликнула я. Странно, что тьма уничтожила паукообразных тварей, но не тронула ни огонька на свечах. Хотела подхватить канделябр с тремя свечками, но действие оказалось для меня непосильной ношей. В одной руке волочился меч, а другая отказывалась поднимать хоть что-то. Превозмогая боль, обхватила ладонью одну свечу. И тут же зашипела от обжигающей боли, когда жидкий воск попал мне на палец, но не одёрнула руку, а лишь закрыла глаза, привыкая к жжению. Ведь другого варианта взять "свет" с собой я не видела.

Как только стало легче, направилась в нишу, в темноту, от которой хотелось бежать без оглядки. Медленным шагом, еле дыша и не издавая ни звука. Правда, шум всё равно был, от того же меча, который то и дело не держался крепко в руке.

Сломанная дверь отталкивала ещё больше. Хорошо хоть крови нигде нет. Закрыла глаза на секунду, собралась с духом и переступила порог.

В тот момент, когда я это сделала, дверь резко закрылась. От испуга подпрыгнула и чуть не уронила свечу. Обернулась, а вместо сломанной стоит, совершенно нормальная, обычная дверь. С трудом подёргала – закрыта. От переполнявшего душу страха, всплакнула, но не дала себе волю на слёзы.

Вокруг царила темнота и голые стены, еле освещённые свечой. Больше ничего видно не было. И, слава богу, никого. Вспоминались, все ужастики, которые я порой смотрела по вечерам. От этого кровь стыла в жилах. Но стоять на месте без движения было бы неправильно. Поэтому маленькими тихими шажочками я продвигалась вперёд.

Меня окружала абсолютная тишина. Даже шороха слышно не было. Я напряжённо всматривалась в темень вдали, но не видела ничего кроме стен и длинного широкого коридора, по которому шагала.

В какой-то момент увидела небольшой отблеск. Присмотревшись, поняла, что вдали горит огонёк, будто свеча, только тусклая, без освещения пространства. Решительно поковыляла быстрее с мыслью "А вдруг огонёк, как та каменюга – волшебная". Глаз с огонька старалась не спускать, боясь потерять из виду.

Неожиданно он загорелся ярче, а я совершила ошибку, не смотря под ноги. Пол внизу внезапно закончился, и я начала падать, мельком увидев, как потух странный огонёк и моя свеча.

Мой ор был громкий. В душе всё перевернулось. Я падала в полной темноте. И совершенно не видела спасения. Не было никаких других мыслей в голове, кроме как: "сейчас я разобьюсь в лепёшку". С ужасом пыталась за что-то зацепиться, но руки хватали пустоту. Я, будто, падала в ещё более худший ад, не ожидая помощи. Она и не пришла. Но на смену ей я провалилась в какую-то мягкую склизкую субстанцию, немного затормозила в ней, а потом резко отлетела в сторону, больно ударившись спиной о стену. Упала я на бок, не успев даже руки выставить. От боли я задохнулась и пару минут пыталась прийти в себя, что с трудом, но удавалось.

– О-о-о-о, за что мне этот ад? – прохрипела я. Осмотрелась и увидела на что именно падала: какое-то огромное, еле светящееся голубым, создание. Оно походило своим телом-подушкой на медузу, но щупальца были совершенно другие. Они были, будто, эфемерными, почти прозрачными. Создавалось ощущение призрачных щупалец. Существо шевелило им, пытаясь что-то найти. Думаю, что меня, поэтому собрала "силы в кулак" и поползла подальше от него, стараясь не издавать ни звука. Ха-ха! Не издавать – совершенно не получалось, но меч в полёте я благополучно потеряла, поэтому хотя бы он не шумел.

– Э-э-эй, – попыталась позвать я, мерещившийся голос. – Отзовись. Я даже огрызаться не буду.

Голос молчал.

– Ну, миленький, ответь, а? – начала снова я, а потом вспомнила: – Боженька, миленький, ответь.

– Как ты меня назвала? – недоверчиво спросил меня голос.

Я чуть не ответила "тебе померещилось", но вовремя сдержала язык.

– Миленький. Боженька. Помоги, а? – умоляюще прошептала я.

– Миленький? – усмехнулся он.

– Сладенький?! – попыталась поменять слово я.

А в ответ услышала смех, настолько заразительный, что даже я в такой ситуации криво улыбнулась.

– Ну, не хочешь быть сладеньким, будь кисленьким. Только помоги, а?

– Да я уж буду миленьким, – также ехидно ответил он.

– Спаси меня, а? Кто бы ты ни был.

– Не могу, – огорчил меня он.

– Почему?

– Ты сама должна пройти. Моя помощь бессильна на этом испытании. Жрецов выбираю не я, а она.

– Кто?

– Госпожа Смерть.

– Она придёт?

– Очень скоро.

– И как быть?

– Бороться, – сказал с насмешкой он.

– Но как? – слишком громко спросила я, отчего "медуза-подушка" догнала мою ногу своим щупальцем. Я задохнулась от холода. Нога онемела вплоть до бедра. Эфемерное щупальце прошло сквозь меня и, походу, оно нашло тепло. Потому что потянулось снова ко мне, но я откатилась в сторону. Правда, была атакована ещё одним щупальцем в грудь. Она онемела. Настолько холодно внутри я себя ещё не чувствовала.

– Ты что за чудо идиота? – прохрипела я. – Какой псих тебя создал?!

Ответа, конечно, не последовало. Его я и не надеялась услышать. Мне нужно было успокоить свой страх, отвлечься на что-то.

– Ты, призрачная медуза, тебе меня не сожрать! – крикнула я, как только щупальце потянулось к чему-то другому. Онемение прошло, и я смогла сдвинуться с места.

Холод уходил из моего тела, но казалось, каждый раз, он забирал что-то внутри. Эмоции, позитив, счастье, жизнь…

Я перевернулась и поднялась на ноги, а потом, хромая, побежала подальше. Вот только щупальце успело дотянуться до моей головы. Холод был неимоверный, зубы свело, мышцы лица тоже. Через секунду медуза отпустила, забирая снова что-то жизненно-важное для меня. Возможно, она забирала жизненные силы, потому что я упала, как подкошенная, не в силах привести мысли в порядок.

Ещё разочек и моей жизни придёт конец. Вот только конца не приходило, а монстрище, как-то странно, завибрировал с тонким пискливым голосом. Будто злился и кричал с закрытым ртом. Кстати, я даже не видела у него глаз и рта. А уши? Ведь она должна меня как-то слышать, или только может реагировать на тепло?!

Обернулась, с туманным взором посмотрела на медузу и поняла, что дотянуться-то до меня не могут. Её конечности не дотягивались, а сдвинуться с места, видимо, она не в состоянии.

Я хрипло засмеялась. Мной овладела истерика, которую остановить не получалось. Да я и не пыталась. Проступившие слёзы на глазах, только утвердили меня в психическом нездоровье. Я на грани.

Истерику остановил вой. Страшный, пробирающий до костей. Вой усиливался, а когда я осмотрелась, заметила призрачные фигуры, которые двигались ко мне. Призраки. Грёбанные призраки парили над землёй, медленно продвигаясь через какие-то длинные тянущиеся водоросли.

Странно, я находилась не в воде – это абсолютно точно. Я дышала воздухом, кислородом. Меня окружали, еле светящиеся, медуза, призраки и тьма. Под ногами твёрдая земля, а под призраками растущие морские растения. Они проходили сквозь призраков, оставляя брезгливое ощущение в душе.

Я встала, уже не чувствуя свои руки. Плечо пульсировало, но это уже было не важно. От такого количества призраков сбежать не получится. Штук тридцать белых бестелесных созданий, лица которых были размыты. В длинных, до пят, балахонах. Будто те, кто умер на этом испытании, пришли за мной.

Они окружили меня, но сдаваться им просто так не хотелось. Я ещё повоюю с ними за свою, уже избитую, но жизнь.

Хромая, решительно побежала в сторону от медузы, направляясь между призраками. Надеялась проскочить, как водоросли, сквозь них, но при первом прикосновении холод пробрался до костей. Я задохнулась, но двигаться мне это не помешало. Правда движения мои были очень-очень замедлены. Я будто сквозь воду пробиралась. Медленно, толком не дыша. Боль атаковала всё мышцы, закололо там, где они меня касались. Я чувствовала, что многие стали ещё ближе ко мне. Их руки уже проходили сквозь меня, мешая здраво мыслить.

В какой-то момент я смогла выбраться из этой вязкой "каши", вздохнуть широко грудью и пробежать пару шагов, чтобы натолкнуться на чёрную фигуру в балахоне.

Я резко остановилась, но поднять взгляд побоялась. Смотрела под ноги, чувствуя как идёт пар изо рта от заледеневшего воздуха. Сзади были призраки, а спереди стояла едва знакомая фигура, смутно похожая на ту, что я видела в конце первого испытания. Если прошлых созданий я боялась, то эта махина вызывала у меня дикий ужас. Я медленно заставила себя поднять взгляд вверх, чтобы увидеть чёрный плотно закрытый балахон, белые костлявые руки, держащие необычайно-красивую длинную косу, и тьму в капюшоне.

Я едва дышала, боясь пошевелиться. А когда в капюшоне резко проявился костлявый череп без каких-либо эмоций и тёмными провалами в глазницах, я заорала в ещё большем ужасе.

Выставила ладони, чтобы по инерции защитить себя, а из них рекой полилась тёмная, будто, родная тьма. Она пыталась оттолкнуть от меня саму Госпожу Смерть, дабы защитить от её костлявых рук, а конечности призраков прогнать и не позволить дотронуться.

Я перестала кричать моментально, в шоке от происходящего. Посмотрела направо и увидела, что делала с ними тьма. Как та пытается схватить каждого призрака, те в ответ улетают, но сила тьмы была сильней. Укутав их в коконы, она, будто, их пожирала, наказывая за то, что хотели сделать мне больно.

Только Госпожа Смерть стояла долго, не поддаваясь влиянию магии, но и та, не выдержав, отлетела в сторону. Её тёмные провалы в глазницах, будто, обещали мне припомнить этот момент, и в будущем дать умереть ещё более худшей смертью. Но тьме не нравился её взгляд. Она нагоняла Госпожу, давя своей массой на саму косу. К моему удивлению, коса ответила оскалом. Её лезвие раздвоилось, превращаясь в клыкастую пасть, и ощерилось в злостном оскале.

Тьма отступила. Но и Госпожа Смерть тоже. Она исчезла в водовороте призраков, напоследок показав на меня костлявым пальцем.

Призраки тоже исчезли, а медуза пропала, даже не пикнув. Я осталась одна, в полной темноте, и с тьмой, которая, будто, ласковая собачка ластилась к моим ногам и рукам.

Голова отказывалась думать, но подкинула воспоминание о счёте. Предыдущие встреченные мной люди после призвания магии считали до пяти и их куда-то переносило. Поэтому, не медля ни секунды, начала хриплым голосом отсчёт:

– Один, два, три, четыре, пять.

В этот же момент воздух передо мной подернулся, и я оказалась в совершенно другом месте, освещённом настолько, что пришлось зажмурить глаза. Когда же их открыла, то ноги не выдержали, и я упала на колени с выдохом облегчения.

Передо мной была аудитория с обычными партами, шкафами и длинными светлыми окнами, выходящими во двор.

Посредине аудитории на столе фривольно расположился мужчина в чёрном деловом костюме и ехидной улыбкой на устах, а у стены стояли трое эскулапов во главе с Трулсом. В отличие от мужчины, они напряжённо осматривали меня и мои ранения.

– Добро пожаловать в Академию Бога Смерти, Виолетта, – сказал мужчина в деловом костюме.