Читать книгу: «Двенадцать Этажей До Неба»
Трое в Лодке
Город был похож на старый, выцветший полароидный снимок: бесконечные гранитные набережные, дома цвета мокрого бетона и небо, которое всегда на пару тонов светлее асфальта. Город не жил, он дышал испарениями Невы и дешевого табака.– Ну, быстрее, дебилы! Быстрее! – выкрикнул Флинт, первым вылетая из дверей круглосуточного ларька. За ним, давясь отрывистым смехом, выскочили Кай и Ник. В руках у Ника была зажата пара пачек дорогих японских сигар, добытых в честном бою с ошалевшим продавцом. Сзади что-то орали, хлопала дверь, звенел колокольчик, но этот шум казался звуком из другого мира.В ту секунду, когда их кеды ударились о разогретый серый асфальт, небо лопнуло. На город обрушился тяжелый, плотный, по-настоящему теплый июльский ливень.Они бежали втроем, в ряд, не разбирая дороги. Кай на бегу поправил мокрую челку, его лицо, обычно замкнутое и колючее, сейчас светилось какой-то дикой, животной радостью. Ник споткнулся о лужу, обдав друзей веером брызг, и Флинт подхватил его за плечо, не давая упасть, — сработал рефлекс, который заменял им семейные узы.В этом беге была вся их жизнь. Три тени в сером лабиринте подворотен, соединенные невидимым тросом. Если один падал — тянул остальных, если один взлетал — остальные подставляли плечи. В их глазах не было страха перед погоней или полицией. Там было чистое, концентрированное счастье — то самое, которое бывает только в юности, когда кажется, что вы втроем сильнее этого бетонного города, сильнее законов и сильнее самой смерти. Пар над асфальтом, запах мокрой пыли и смех, перекрывающий шум дождя. Они были королями этих трущоб, пока их одежда пропитывалась водой, а в кармане лежали украденные сигареты, которые они раскурят через пять минут под каким-нибудь козырьком, чувствуя себя абсолютно бессмертными. Подъезд встретил их запахом сырой штукатурки и глухим эхом. Тяжелая металлическая дверь отсекла улицу, оставив разъяренного продавца снаружи. Кай, чья вежливость иногда прорывалась в самые неподходящие моменты, крикнул это короткое "Простите!" уже в щель, почти захлопнув ловушку.
