Читать книгу: «ВСЕ БУДЕТ СОВСЕМ ПО-ДРУГОМУ. ПОНИМАЕШЬ?»

«ВСЕ БУДЕТ СОВСЕМ ПО-ДРУГОМУ. ПОНИМАЕШЬ?»

В.А. Касаткин

Научно-фантастический рассказ.

«… автора прежде всего интересует психология людей будущего,

вопросы обнаружения и развития психологических возможностей человека,

а также устройство будущего общества,

и это понятно, ведь В. Касаткин по профессии

психолог, врач-психотерапевт».

Олег Алексеев.

Дочери Арине посвящается.

Я вижу взгляд, сияющий меж звёзд,

Исполненный душевного участья

И пожеланий неземного счастья

Средь вечно юных и безбрежных вёсн.

С.П. СЕМЕНОВ

1.

Дневной свет проникал через щели оконных жалюзи и ложился ломаными полосами на предметы и стены рабочего кабинета известного ученого-астрофизика, профессора Юрия Вóрстока. Ученый сидел за рабочим столом. Полоса света освещала лицо, тонкие черты его были неподвижны, глаза закрыты. В комнате, как и во всем здании научного центра, было очень тихо, только пальцы профессора нервно постукивали по крышке стола.

Он открыл глаза и посмотрел на часы: «Осталось 5 минут …» Потом перевел взгляд на стоящую на столе рамку с фотографией смеющейся женщины, его жены. Это было давно, в той жизни… Жена умерла от рака, совсем молодой. Вóрсток тяжело переживал ее уход: замкнулся и вел одинокий образ жизни. Для себя он решил: «Моя жизнь–это наука».

«Может, и хорошо, что ты не видишь этого, Мáргарит», – произнес он, с содроганием вспомнив, что творилось день назад на улицах города. Крики: «Это кара Господня! Покайтесь, грешники! И мы спасемся!» или «Всем хана! Делай, что хочешь!». Испуганные лица людей, торопящихся уехать из города. Многие находились под действием алкоголя и наркотиков. «Как звери,–думал Ворсток, – пытаются урвать от жизни последнее…» Сам он решил спокойно и гордо принять смерть, но с досадой чувствовал, что внутри медленно нарастает напряжение.

Снова взглянул на часы: осталось две минуты! Рубашка стала мокрой от пота. Прекратив барабанить пальцами по столу, неожиданно для себя он резко зажмурил глаза и весь сжался, ожидая удара. Послышался нарастающий гул. Уши заложило. Все вокруг зашаталось. Казалось, что стены гнутся под напором ветра. Не открывая глаз, он ощутил, что на улице потемнело, и сжался еще сильнее: «Вот сейчас… Ну, быстрее же… чтобы не мучиться…» Минута, другая…

Но то, чего ожидал Ворсток, не произошло. С трудом открыв глаза, он попытался встать, чтобы поднять жалюзи на окне, но не смог: мышцы не слушались его и ныли, как после тяжелой физической нагрузки. Он откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Мысли, перебивая друг друга, проносились в голове: «… а может, я уже умер?», «…он прошёл по касательной», «…значит, Пауль ошибся?». Постепенно вихрь мыслей стих, и через минуту ученый погрузился в сон–сказались бессонные ночи и напряжение предыдущих дней.

2.

Вóрсток стоял в большом светлом зале с прозрачными стенами, полом и потолком, за которыми светили звезды. Зал будто парил в космическом пространстве.

Он был не один–вокруг были люди разных рас, возрастов… Все стояли примерно в двух шагах друг от друга. Ему показалось, что среди присутствующих он узнал нескольких известных ученых и политиков.

Все растерянно осматривались по сторонам. Стоял небольшой гул. И вдруг наступила тишина. В глубине зала возник светящийся шар. Он стал менять форму и принял контуры человека. На темном фоне звёздного неба его фигура светилась белым светом.

Светящийся человек сказал:

– Мы собрали вас, чтобы объяснить произошедшее.

Ученый с удивлением отметил, что спокойный и располагающий к себе голос звучит как будто рядом и обращается лично к нему.

– Вы ждали столкновения Земли с астероидом. Но оно не произошло, потому что мы изменили его траекторию, предотвратив катастрофу.

По залу прошел легкий гул. Ворсток обернулся на шепот: «Господи! Прости меня грешного, что я порой малодушничал и не верил в тебя… Пришло Царство Божие!» Это шептал пожилой священник в черной одежде. По его лицу текли слезы.

Рядом кто-то тихо сказал: «О, Майтре́я, Будда Будущего! Ты пришел к нам…» Это был худой, аскетического вида мужчина с темным лицом, одетый в старое желтое одеяние. «Видимо, тибетский монах, – решил ученый. – Странно, они говорят на своём языке, но я понимаю их…»