Читать книгу: «Исповедь коралловой женщины»

«Это только кажется, что настоящая история в шелесте мудрых книг и музейной пыли. На самом деле она хранится на дне старомодных фибровых чемоданов, давно заброшенных на антресоли».

Из журнала «Родина».

«Как ты будешь относиться к родителям, так и дети будут относиться к тебе. Ничего нового человечество не изобрело».

Из сборника «Крылатые слова».

«Жизнь мёртвых продолжается в памяти живых».

Древнегреческий философ Цицерон.

Предисловие

«Весь мир – театр, а люди в нём – актёры».

Вильям Шекспир

И не надо оканчивать театральный институт, все роли давно распределены кем-то, может быть, на небесах. А кто бы раньше сказал, что будет слишком много лжи.

Ольга Кучкина написала исповедальную книгу «Косой дождь». Эта книга о себе и о людях в контексте прожитых дней. Она была бессменным корреспондентом газеты «Комсомольская правда». Я была знакома только с её рассказами. Сейчас прочла всю книгу. И решила разобрать авгиевы конюшни писем и записей.

Жалею, что книгу Георгия Данелии «Кошмар на цыпочках» прочла только в 2022 году (издание 2019 года). А ведь я в своих воспоминаниях интуитивно меняла дубли из памяти как он – из киносценария Жизни. Но я делаю замечания событиям прошлого из окна сегодняшнего дня. Критикую, ворчу, сопереживаю.

Вот и решила я писать, чтобы не потерять себя. Примите мою исповедь. Перемывать грязное бельё я не буду. А ведь у меня сохранились документы истории нашего дома. Это был один из первых кооперативных домов, владения были частными. Возникла идея создать музей дома. Идеалистками оказались только я и Маша, остальные – потребители. Маша – соседка сверху – дизайнер нашего капитального ремонта. Я дала ей переснять все документы о тех, кто здесь жил с 1929 по 1931 годы, и рассказала об их судьбах, связанных с политикой, с пятым пунктом, с эвакуацией и Великой Отечественной войной. Так как я не в ладах с компьютером, то обратилась за помощью в наборе книги к волонтёрам. Какое тут волонтёрство? И районный центр социального обслуживания, и Служба Милосердия, и сотрудники проекта «Московское долголетие» так же отказали. Наступил капитализм именно в отношениях друг с другом, а не в экономике. Я хочу вернуться в XX век, я в вашем цифровом XXI ничего не понимаю. «Экономьте на эквайринге!», – это с какой планеты, из какого языка?

Тот человек, который любит своё детство, вспоминает о нём. Но, кроме моей мамы, любовь моя, оказывается, никому не была нужна. Моя милая, добрая мама! Я хотела назвать эту книгу «Три расплющенных тополя». Через наши две комнаты в Хамовниках, на Плющихе, прошли жизни трёх интереснейших мужчин, и это всё кратковременные подарки Жизни одной скромной, умной, трудолюбивой, с улыбкой Моны Лизы и умнейшими глазами Женщине. Для Вити она была Богиней, для Вани – военной подругой, для Володи – служительницей таланта. Ни с одним не разводилась, всех через пару лет отнимала жизнь.

Мама в юности

Мама во дворе нашего дома

Мама знала четыре языка. В переписке с Витей встречаются слова на французском и на немецком. Когда она говорила, – ни одного слова-паразита. Какой стиль писем Вити – писатель, поэт! Я не произношу ни «э», ни «мэ», ни «так сказать», ни «короче говоря». Ну, так и говорите без «короче».

На конкурсе талантов певица Диана Арбенина свои эмоции выражает так: «Ты – супер!», «Круто!». У певицы Ёлки: «мурашки по коже бегут». Заслуженный тренер Татьяна Тарасова: «хайпанули, молодцы». Вы что, хотите на их уровень культуры скатиться? Мы даже слов таких не знали. Нашла запись мамы, как образец её почерка наклон влево. А мысль была из книги Антонины Коптяевой. «Товарищ Анна»: «Это нам только кажется, что мы с ума сойдём, а приходит горе, и всё переносишь… И также ешь, и спишь также, только остаётся в душе провал, пустота, в которую боишься потом заглянуть, как в заброшенную колоду». Это и моя мысль.

Вы думаете, что всё, что я написала о маме, о бабушке, об отчиме, о первом мамином муже, мне рассказывали? Нет, я всё добыла из писем, записных книжечек, дневников, записочек и архивных документов. Начал всё это дело, заразил меня Марик Бриллиант – сын тёти Ани (в девичестве Данциг). Начал он с 3-х страничной книжки «Из глубины времён». Его мама писала «Нашу родословную». Со старшей сестрой Аллой, после смерти близняшки Марины, он издал книгу «О родителях» и «заразил» этим меня. А Наташа, дочка Витиной сестры Риты, в Израиле пишет воспоминания только для внуков, а не для читающей публики, и где-то в душе меня осуждает. А Игорь Данциг, сын Витиного кузена Наума, ни о ком, кроме Марика и Марины, и знать не хочет. Но в 2021 году я его «заразила» интересом к роду Данцигов.

Когда читаю Евгения Тарле «Наполеон», то плачу от признания: «Счастье моей жизни зависит от тебя. Если бы было можно, я бы запер тебя в темницу своего сердца», – писал Наполеон Жозефине в 1807 году. Но он успел ей изменить и развестись. С 1924 года не император, а интеллигент Витя каждый день, находясь в захолустье, за границей, в командировках, писал своей «родинке», «Любе» иногда по четыре раза в день, вплоть до расстрела. На родине, в Армавире жили родители, а в Баку жила сестра Рита. Витя и мама в 1931 году от Лёнкома получили две комнаты на Плющихе. На саквояже, с которым его арестовали в 1933 году, была багажная бирка. Её выдали маме только в 1957 году при его посмертной реабилитации.

Глава 1. ПРО ЭТО

Разбирая вещи после смерти мамы, я вынула из старого шкафа чемоданчик в сером холщовом чехле с биркой.

Внутри лежали газетные вырезки, книга «Двенадцать. Скифы» Александра Блока, первое издание «Чёток» Анны Ахматовой и титульные листы книг начала прошлого века: поэмы Василия Каменского «Емельян Пугачёв», повестей Максима Горького, Алексея Толстого, Сервантеса «Дон Кихот». Во время эвакуации 1941 года мама, естественно, не могла увезти памятные для неё книги и взяла лишь титульные листы с Витиными дарственными надписями. Самой ценной в моём «наследстве» оказалась разобранная по годам переписка с Виктором Данцигом: с первой записки карандашом после встречи в феврале 1924 года и до последнего письма 5 октября 1933 года.

Моя мама, Ольга Куперман, родилась осенью 1904 года в городе Николаеве. Через три года два брата, отчим, бабушка и мама переехали в Выборг. Мама с отличием окончила русскую гимназию и в 1921 году вместе с семьёй переехала в Берлин. Там устроилась работать делопроизводителем на кондитерскую фабрику Hamet.

Виктор Данциг (он был на два года старше мамы) родился в небольшой белорусской деревне Педрин, в семье врачей. У его тётки по материнской линии было две дочери: Лиля (он звал её ЛилИ) и Эльза. Первая стала Лилей Брик, вторая – Эльзой Триоле.

В одном из писем к своей сестре из Москвы в Берлин Лиля пишет: «Кланяйся Вите Шкловику (Шкловскому), а Витю Данцига спроси, почему он ничего не шлёт Осе – Ося в полном недоумении». В дальнейшем ни одного упоминания о Вите Данциге в многоёмкой переписке Лили никто не нашёл. Витя знал и Виктора Шкловского, и Владимира Маяковского, и Василия Каменского, и Романа Якобсона…

В Берлин Виктор приехал учиться в сельскохозяйственной академии по специальности «Обработка технических культур, льна и конопли» – отрасль, становление которой в СССР только начиналось. Жил он у родственников. Виктор был начитанным, остроумным, душой компании. Мама познакомилась с ним в 1924 году, весной.

1924 г., Берлин, в парке. Троюродная сестра мамы Оля Захер, Витя, мама, мальчик – сосед Ганька

Основная переписка Вити и Оли освещена в моей книге «Сказка о любви». В 2014 году в журнале «Наука и жизнь» я опубликовала статью «Про это», куда попали выжимки из их переписки. Но первое письмо я тогда не нашла, т.к. когда-то его отложила, и оно затерялось. А сегодня я решила его опубликовать. Это письмо было написано карандашом, отправлено не по почте, а из квартиры в квартиру через посыльного. Они могли бы поссориться и больше никогда не встретиться… Это попытка чувствовать себя правым каждой стороной альянса, которая перерастает в любовь.

Frl. Olga Kuperman

Uhland Sh. 182

Pens. Rosenbaum

Charlottenburg

Без обратного адреса.

Это было спустя несколько дней после их знакомства. Это было их первое недопонимание. И это была первая попытка примирения.

Виктор – Ольге, 15.08.1924: «Очень мне трудно вообще писать тебе, находясь в одном городе и имея возможность (физическую) говорить лично, но, очевидно, другого выхода нет, ибо ты говорить не хочешь (не можешь). И речь тоже не о печальном «инциденте» с моим звонком, ибо он сам по себе мелочь, стыдная мелочь. Ты меня попросила не приходить сегодня вечером. И всё же по-моему знала, что я приду; и, если знала, то не ошиблась, т.к. иначе я и поступить не мог. Это я представлял себе очень просто: приду, мы поговорим и, если у нас есть что-то другое больше, чем думать о каких-то «проучиваниях» (разве ты не этого хотела?), то мы сговоримся. И потом я тебе уже как-то раз говорил, что при том, как я тебя люблю для меня мелкого самолюбия опять таки по отношению к тебе нет и быть не может. Я же знаю – я ушёл от тебя очень печальный, обманутый. Ты меня проучила. Это тебя удовлетворяет? Но это не правда, что ты могла из-за пустяков начать говорить: «…если мы с тобой разойдёмся, то тоже друзьями». По крайней мере, я этому не могу поверить. Значит есть у тебя что-то другое? Почему ты не скажешь? Оля, я из любви к тебе не совершу ни одного безумства – для этого я слишком реален. Может быть тебя такая моя любовь просто не удовлетворяет? Во мне мало романтизма для тебя? Неужели ты просто «барышня»… Я этому ни минуты не хочу верить. И только ты одна можешь мне сказать – и тогда я поверю. Так скажи: что же?, почему? Каким странным мне показалось, что ты при моём уходе спросила, очень ли я расстроен. Боюсь впасть в ненужную сентиментальность – я очень устал и думать, и спрашивать без ответа – поэтому кончаю, хотя мог много тебе ещё сказать и спросить тебя. Твой Витя».

Все последующие письма были с ласковыми обращениями и сотнями прощаний.

Однако уже осенью 20.10.1924 г. его отозвали в Советский союз для работы на Льнозаводе № 1 в Сычёвке.

Страховая книжка № 2882 Смоленского Губернского Управления Социального Страхования

А ещё через год Витю призвали на службу в армию, в 40-ю отдельную эскадрилью в городе Липецке, где назначили командиром службы аэрофотосъёмки. Мама сохранила его лётные лычки.

Ольга писала ему письма каждый день, пересылала их через Армавир, где жили родители Виктора. Он писал редко, сознавая, что не может ничего предложить: ни жилья, ни заработка. Обещал вызвать в Москву, как только наладится быт. Она пишет в дневнике: «Если я поеду в Москву, то хочу поехать в мае. Думаю, мне нужно будет отказаться от этой «жизни берлинской барышни». Пудриться, красить губы, шёлковые чулки, короткие платья – всё чепуха. Конечно, без маленького комфорта, к которому привыкаешь с детства, невозможно. Но его всегда и везде можно создать самому». Она готова отказаться от всего, бросить налаженную жизнь в Германии, оставить родных и близких, чтобы соединить свою судьбу с любимым человеком. Родители отговаривали Ольгу, да и сам Виктор сомневался.

Виктор – Ольге, 30.07.1926 г.: «Родная моя Люшка! Если ты сама уже дошла до такого состояния, что пребывание в Германии кажется тебе гибелью личной, то ехать сюда нужно, если вполне учесть всю нашу обстановку и приблизительно то, с чем придётся столкнуться. Ничего ни внешне, ни внутренне не похоже на Берлин; разве, что в Москве движение на улицах сильнее. Нет необходимости заранее отказываться от многих удобств жизни: светлых комнат, собственных ванн, что хочу, то и делаю, но нужно к этому быть готовыми, хотя мы такими шагами идём, что через 2-3 года и эти неудобства отойдут в область предания. В отношении работы, прежде всего, тебе придётся здесь поработать над собой, выяснить своё место в общем коллективе СССР, что можешь ты и что ты хочешь.

При не просто честном, но сознательно приемлющем и разделяющем наши взгляды отношений к работе и ко всему тому, что у нас происходит. Без работы ты не будешь (если в этой работе будет необходимость). Разные свои странности и «чрезмерныя» придётся оставить по ту сторону границы. Просто сделай это, как сделал я. Здесь мы будем вместе. Это решение будет подписано в злополучном ЗАГСе. Это учреждение тебе знакомо? Я буду свободен к ноябрю. Приказ о демобилизации уже есть. Надеюсь так же, что сейчас же после демобилизации, получу свою прежнюю службу. Она не исключает возможности жить в провинции год или два. Что такое провинция? Это очень удобно, очень сытно и очень грязно. В данный момент, да и вообще до ноября, я большой ноль, нет у меня ни свободы, ни гроша за душой, ни даже возможности встретить тебя по приезде. Письмо вышло, может быть, слишком холодное, следующее будет иное».

Моя мама добивается разрешения на выезд в Советский союз и просит Брика или Маяковского походатайствовать в ПОСТПРЕДСТВЕ: «Это должен быть кто-то им (властям) известный. Надо, чтобы за меня похлопотали в Москве». И добавляет: «Спроси Лилю, можно ли остановиться в комнате Маяковского?».

Виктор – Ольге, 27.10.1926 г.: «С комнатой Маяковского (в Гендриковом переулке, ныне улица Маяковского на Таганке) ничего не вышло, ибо в ней происходят сборища всей футуро-имажинистской братии, и они, отнюдь, не намерены лишаться столь уютного места».

Ольга добилась, чтобы брат Шурик, живший в Ленинграде, прислал ей приглашение. 15.10.1926 г. Оля с Витей встретились и провели вместе 3 дня.

Виктор – Ольге, 04.12.1926 г., из Тёмкина: «…ведь правда, эти три дня, что я провёл с тобой были самыми светлыми, самыми счастливыми за последние два года. Я не предполагал, что моя холодная, в сущности, натура способна так любить. Хочется говорить и думать только о тебе одной. Целую тебя моими неопытными, но искренними губами. Твой Витя».

Виктор – Ольге, 26.01.1927 г., Вязьма, (по дороге в Тёмкино). Они расписались: «Детка, солнышко моё любимое, только недавно (ведь всего 10 часов прошло) расстался с тобой и уже тоска до полной потери сознания. Эти 4 дня в Москве пролетели, как какой-то чудесный сон. Ведь счастье моё так велико, что всё собою заслонило. Если любишь меня, моя крошка, то в разлуке не забывай и пиши мне часто-часто, в день три раза. Хорошо? Целую тебя всю крепенько, и помни, что наши дни в Москве – это самое светлое. Безумно хочется тебя обнять и прижаться к твоим губам. Моя любимка ненаглядная, моя детка славная. Я всегда буду любить тебя и только тебя одну. Твой Витя».

И писал в день по четыре раза, и забыл, что когда-то не отвечал на её письма, и любил только её одну. И всё же какое-то подобие семейного гнезда они смогли создать: сначала снимали угол, потом комнату на Садовой-Каретной, потом две комнаты на улице Станкевича, 6. Топили дровами, потихоньку обустраивали быт: заказали книжную полку, платяной шкаф и кухонный шкафчик.

В одном из писем к Ольге (она отдыхала тогда в Крыму, г.Судак) Виктор пишет: «В связи с описанием комнаты мне пришло на ум удачное выражение Виктора Шкловского: «Что касается электричества, телефона и ванной, то уборная была в ста саженях»». К известному писателю Виктор, судя по всему, заходил довольно часто: «Был на даче в Пушкино. ЛилИ, к сожалению, не было. Но зато застал Виктора Шкловского. Мы с ним проболтали весь день. Завтра поеду к нему в гости. Работы под конец навалило чёрт знает сколько. Днём – завод, а вечером вместо кровати (хоть и соломенной) беседы и лекции у крестьян и рабочих».

Ольга – Виктору, 05-06.09.1927 г., в Свердловск. Была у ЛилИ, получила 100 рублей и отдала Гликерам за комнату. Представь себе, ЛилИ отдала перепечатать Эльзину книгу. Если бы она знала, она бы мне дала. Эта работа на 21 рубль. Ты, разве, не говорил ей, что у меня машинка. С Кулешовым (советский режиссёр) любовь вовсю».

Виктор – Ольге, 29.09.1927 г., изба, где-то, не доезжая до Вятки: «Постарайся каждый день заниматься на машинке. Будешь, или выдержки не хватит? Думаю, ты у меня энергичная».

Это он настоял, чтобы она училась печатать на машинке на русском шрифте. В дальнейшем она постоянно печатала ему статьи и переводила с немецкого. «Всем, что у меня есть, я обязана Вите», – говорила мама. Всю жизнь, до 84-х лет, она так и будет стучать на машинке, получая по 10 копеек за лист. Она окончила заочные курсы иностранных языков, выучив английский и французский, и печатала на 4-х языках. Для очных курсов в МОСГОРОНО на улице Молчановка, а потом для издательства «Прогресс» печатала на матрицах.

Случалось, что за долгие месяцы совместной жизни, им удавалось пробыть вдвоём считанные дни. Большая часть времени проходила в разлуке. Знакомиться с его родителями Ольга ездила одна. Единственный раз отдыхала (в Судаке) – одна.

1927 г., Ольга в Армавире у Витиной мамы

1927 г., Крым, Судак

Они ни разу так и не смогли отдохнуть вместе, только строили планы, но планы всякий раз разрушались из-за срочных командировок на льняные хозяйства-кооперативы, на заводы по переработке льна или из-за конференций по льноводству. Письма летели из Ярославля, Вологды, Вятки, Свердловска, Сарапула, Бельгии, Германии, Ирландии, Англии.

Виктор – Ольге, 11.10.1927, г.Сарапул: «Приехал вечером. И вид города с Камы прямо великолепный (при том же Луна). Гостиница – какая-то трущоба с еврейскими хозяйствами и изрядным количеством тараканов. За время поездки привык к разному зверью: двуногому, четырёхногому и более ногому. Мой первый поход в Москве будет в баню. Знаешь, ты мне сейчас кажешься каким-то неземным существом как магометанские райские кущи. Целую и милого медвежонка».

До сих пор в серванте, в бокале, сидит маленький рыжий мохеровый набитый опилками 10-ти сантиметровый медвежонок. Это первый подарок Виктора маме. Сейчас этому медвежонку 99 лет.

Наступил 1930 год. Импортные машины на мелких заводиках механизированно отжимали масло льняное, конопляное. А очёс, теребление, мочка – весь этот производственный процесс выполнялся вручную.

      С организацией в 1929 году колхозов и совхозов, с ликвидацией коопераций государство поставило задачу объединить льнозаводы и создать советские машины. Для этого таких специалистов, как Виктор, да ещё и со знанием немецкого и английского языков, отправляли в Европу на всемирные выставки для ознакомления с тем, как поставлено производство льна на Западе.

1930 ГОД

Виктор – Ольге, 02.08.1930 г., Берлин: «Моя дорогая, любимая девочка! Вот уже 2 дня в Берлине. Помню, оказывается, все места, все улицы и даже маршруты трамваев и автобусов. Что тебе сказать про Берлин? Он очень вырос и стал каким-то полным, светлым, чистым. Поражает порядок, освещение и масса авто… Но в Германии – кризис. Он чувствуется на каждом шагу. Магазины буквально ломятся от товаров, но в них… Нет почти никого, кроме продавцов. Безработица умопомрачительная. Конечно, если ходить с закрытыми глазами и без критики, то внешняя показная сторона прекрасная. Много заслуживающего не только внимания, но и подражания. Ребята экипируются и уже без пяти минут «европейцы». Киска!, когда расстаёшься надолго, то ещё больше ценишь своё солнышко. Не знаю, можно ли больше, но я с каждым днём всё больше люблю тебя».

Виктор – Ольге, 17.08.1930 г., Кёнигсберг: «Наш павильон на выставке в Кёнигсберге. Видел много интересного, особенно скот. Это даже не скот, а какие-то даже чудовища. Свиньи, похожие на гиппопотамов (бегемотов). Корова-рекордсменка даёт 14000 литров молока в год. Это фабрика в буквальном смысле слова».

18.08.1930 г., Кёнигсберг

26.08.1930 г., Берлин

Виктор – Ольге, 26.08.1930 г., Бреслау: «Сейчас как следует знакомимся с хозяйством Силезии. Завтра в 5 утра уезжаем в имение Rahnsdort, где будем изучать первый завод первичной обработки льна. Хозяйство и, особенно техника, чрезвычайно интересны. Горе только, что на всём висит кризис, о величине которого невозможно и приблизительно судить, не видя. Внешне всё чисто и благородно, но, как только начинаешь присматриваться, сразу вылезают белые нитки, которыми это благополучие сшито. Все немцы, с которыми приходится сталкиваться, «плачутся в жилетки»».

28.08.1930 г., Wiekau, имение Lieres. Виктор Данциг в верхнем ряду, слева

Виктор – Ольге, 06.09.1930 г., Берлин: «Мы неплохо ознакомились со всем льняным хозяйством в Германии и кое-что приобрели в смысле знаний. Общее впечатление: через год-два учиться будут ездить к нам. Я тебя больше и больше люблю, обожаю, целую ннееввооззммоожжнноо».

28.09.1930 г., Дрезден

16.10.1930 г., Бельгия, Исегем

18.10.1930 г., Бельгия (Ипр)

29.10.1930 г., Англия, Ливерпуль (графство Мерсисайд)

Виктор – Ольге, 13.09.1930 г., Гамбург: «В городе всё ходуном ходит, завтра выборы. Митинги, листовки, люди с повязками. Посмотрим, что день грядущий нам готовит. По-моему, ничего хорошего для Германии. Люди с нацистскими значками распоясались во всю и некому надеть им хоть маленькую уздечку».

Виктор – Ольге, 25.09.1930 г., Зарау: «…Если я когда-либо и создам себе непогрешимый кумир, то этим кумиром будешь ты. Без тебя и вне мысли о тебе для меня решительно всё теряет интерес и содержание. Я вообще против слишком большой связанности, но ты – это даже не связанность, а какое-то органическое создание, которое только неизбежная смерть может стереть. Вот эта вера в тебя и твоя близость давала и даёт мне силу во всех жизненных проявлениях. Я думаю, что даже моя работоспособность – это ты. Недаром работать ночью я могу только тогда, когда ты около меня».

Виктор – Ольге, 26.09.1930 г., Дрезден: «Едем в Мюнхен в горы, где будем смотреть озимый лён. В Зарнове достигли таких результатов, как ни один из ездивших до сих пор. Посещением института, запретного для иностранцев, превысили на 100% программу. Выставка сделана хорошо, особенно наш павильон. По сравнению со всеми остальными странами – это перл творения».

      Виктор – Ольге, 04.10.1930 г., Берлин: «Сегодня утром узнал, что здесь проездом в Москву находится Эльза. Она едет с мужем коммунистом-французом – удивительно славный парень (Луи Арагон). Я немедленно к ним полетел, чтобы передать тебе привет (передать подарок ко дню рождения). Немедленно позвони Лиле (2-35-74) и узнай, где Эльза остановилась, и телефон ёё. Она передаст личный привет от меня» (см.статью в журнале «Очаг» за 1998 год «Флакон французских духов «Coty»).

Виктор – Ольге, 05.10.1930 г., Бельгия: «Любушка, ты не представляешь себе, какое впечатление на меня, больного льном человека – произвела страна классического льноводства. Это какая-то очаровательная сказка. Всех наших льноводов надо посылать сюда хотя бы на день. В корне меняется взгляд на многие казавшиеся нам неоспоримыми вопросы. Самое комичное – это мой язык. Ребята здесь совсем молчат, а я говорю на невозможной смеси французского, немецкого, русского и фламандского языков. Все меня понимают и я – всех». (У меня сохранился Витин франко-немецко-фламандский словарь).

Виктор – Ольге, 09.10.1930 г., Бельгия: «Носились весь день с завода на завод, от машины к машине. По дороге изучил, что такое «на Западном фронте без перемен» (Эрих Мария Ремарк о Первой Мировой войне). Были в Ипре, когда-то до основания разрушенном (отсюда название газа иприт). Теперь он выстроен заново в своём прежнем виде. Благо, немцы платят».

Виктор – Ольге, 23.10.1930 г., Лондон: «Вот я и в Лондоне. Лондон производит совершенно потрясающее впечатление. Шум, гам, туман, тьма народу. Исключительные магазины (держись) – всё это смешалось в какой-то Вавилон».

Оценка ситуации, политики и состояния Европы того времени – идеальное. Опыт командировки Виктор обобщил в статьях. В немецкой газете «Wirtschaft und Technik» он публикует статью «Льняная проблема в Союзе». Примимает участие в совещании Наркомзема СССР и 16-ой партийной конференции. Он занимает должность заведующего Сектором обработки льна в Льнотрактороцентре СССР (контора располагалась в Орликовой переулке, где одно время было Министерство сельского хозяйства). Эти материалы я передала в Музей льна города Костромы.

1931 ГОД

Наступил 1931 год. Виктор разрабатывает новую машину для расчёсываеия льна – декортикатор. Его командируют в Ленинград на Ижорский завод им.Карла Маркса.

Виктор – Ольге, 18.06.1931 г.: «Приехали на МТС (машинно-тракторная станция) в Детское село (название города Пушкин, бывшее Царское село). Торчим в мастерской с 8-ми утра до 11-12-ти вечера. Ни капли не устаю. Белые ночи, и можно (как это делаю сейчас) без электричества писать».

Чертежи оказались неверными, необходимо было сделать поправки и уточнения. Одна неделя растянулась почти на полгода.

Виктор – Ольге, 26.07.1931 г., Ижорский завод им.Карла Маркса: «Пишу тебе с завода, откуда 3 дня не выхожу. Главный конструктор всё напутал. Машина – это мой экзамен на самостоятельность. Родинка! Всегда и всюду знай, что у тебя есть любящий тебя безгранично человек, звать которого Витя».

Виктор – Ольге, 29.08.1931 г., Ижорский завод им.Карла Маркса: «Дорогушка моя, пишу тебе с поля сражения. Уже два часа ночи, а работа в полном разгаре. Люди злые, усталые и чёрные, я – в том числе. От моего костюма – увы! – чистыми остались только внутренности карманов. Кончаем машину, как и следовало ожидать, ни один чертёж не похож на действительность даже приближённо, и всё приходится подгонять и переделывать. О, хоть бы она, проклятая, любимая уже закрутилась! Родная, до скорого свидания. Я знаю, что ты каждую минуту думаешь обо мне и желаешь удачи. Поэтому удача будет. Твой Витя».

Виктор – Ольге, 03.10.1931 г.: «Машина в общем и целом вышла на ЯТЬ, от ОБЛИСПОЛКОМа получил премированного ударника. Из этого названия слово «ударник» оставляю себе, а премию в виде необлагаемых налогом 100 рублей преподношу Вам, как разделяющей со мной все тяготы жизни. Чувствую, что мы – молодожёны и к этому молодожёнству пришли через ряд очень и очень серьёзных испытаний. Значит, теперь мы всегда будем молодожёнами. Как это хорошо, чудесно, вкусно. Люба, я ведь улыбаюсь, когда думаю о тебе».

Наконец он дома. Теперь Ольгу посылают в командировку…

Ольга – Виктору, 25.04.1932 г., г. Вязники Ивановской области, гостиница: «Витя, родненький мой, знаешь, что случилось? Я хотела сперва дать телеграмму, что я покусана вшами, и спросить, является ли это основанием для преждевременного отъезда, срочно. Но потом подумала: «Ты ничего не поймёшь», – и решила написать письмо. Я на всё шла и со всем примирилась: и с грязью, и с клопами, и с сугробами, и с холодом, – но вошь не входила в мои планы».

Наступил 1933 год. 16.09.1933 г. Впервые Витя получил путёвку в санаторий, т.к. очень исхудал и появились сердечные боли.

Сначала он заехал в Армавир к родным.

Витя – Оле: «Конечно, папа и мама встречали, они оба очень постарели, устали, но страшно бодрятся и вообще мои дорогие хорошие старики. Провёл с ними замечательно весь день (папа не пошёл на работу). Они мне страшно обрадовались, кормили, поили, не знали, куда посадить. Большую радость доставил им подарками, особенно отрез материи, которая специально от тебя. Мама будет шить себе из него костюм. Пирожки пользовались заслуженным успехом и были съедены в один миг».

Сноска из письма Иды Юльевны (Витиной мамы) в Москву: «Очень и очень большое спасибо за всё присланное, всем угодили как нельзя лучше. Из отреза я шью себе пальто демисезонное. Роза Мироновна, ваши пирожки были чудесны и поразили нас своей давно невиданной белизной. За всё, за всё спасибо».

Витя – Оле: «Маме и папе я много рассказывал о нашем с тобой дружном житье, о Любе (оказывается, тётя Лена (Елена Юльевна) напела им целые дифирамбы нашим с тобой идеальным отношениям!). Смотри, Котька, не подкачай. Вечером поздно уехал, получил плацкарту и великолепно продрыхал до Минвод. Сегодня утром ввалился в Кисловодск. Всем привет. Поцелуй Муху (бабушку) и тётю Лену. Мой адрес: Кисловодск, санаторий «Красная звезда», корпус 3, комната 39».

      Витя – Оле, 25.09.1933 г.: «Мы с тобой уже 7 лет вместе живём, и ещё ни разу с тобой не случалось никаких несчастий. Достаточно было тебе пойти с чужим «хахалем», как валится с четвёртого этажа что-то, и чуть дело ни кончается катастрофой! Вероятно, мысли у тебя были не совсем в порядке, и Боженька разгневался. Лечусь на всех парах, принял уже пять ванн, запломбировал два зуба и завтра мне будут рвать корни. Приеду с «чистым» ртом. Волосья изредка мажу, но мешают души. Ничего, не облысею. За эти три солнечных дня я умудрился даже обгореть. Лежу на горке у храма Воздуха и грею свои старые кости».

Срока путёвки он не выдержал. Заехал за родителями в Армавир.

Витя – Оле, 02.10.1933 г.: «Сегодня, наконец, после длительных боёв получил билеты. Едем все трое: мама, папа, Витя, – и везём гостинцы. А для меня в Москве есть самый лучший гостинец – Олюшка, золотушка, солнышко, котик мой любимый. Я так рад скорому свиданию, что за оставшиеся 5 дней наберу минимум 5 кило. Чувствую себя хорошо, отдохнул (даже слишком) на славу. Даю тебе слово ежегодно, несмотря ни на что, отдыхать, но обязательно вместе с тобой. Один я уезжал последний раз».

Витя – Оле, 04.10.1933 г.: «Чувствую себя очень хорошо, а скорое свидание с тобой так радует, что я весь сияю. Вероятно, я тебя слишком сильно люблю. Хорошо ли это? Я верю, что да! (А ты?). Мы хорошенько с тобой погуляем это время в Москве (ведь будет несколько дней свободных до работы). Кота, а нельзя ли устроить так, чтобы Муха или папа ночевали у Маргариты Львовны (соседка по квартире). Тогда папа + мама или муха + мама – в столовой, а мы с тобой – на «родных местах»? Подумай!. В общем, Котик, устроимся. Еду к тебе полный до краёв Любы и желания, чтобы предстоящая зима прошла хорошо, дружно и очень весело. Это последнее письмо. За ним буду сам я. Целую горячо всю-всю кошку. Клеить окна, разбирать зимние вещи и прочее родные не помешают, а, наоборот, помогут!».

Это и вправду было последнее письмо.

Виктора отправили в командировку на Кашинский завод на испытания двухкудельных машин. Заискрил мотор, вспыхнул пожар… Требовалось найти виновных и наказать. Виктора, который все эти годы самоотверженно вкладывал все свои силы в культуру обработки льна, который так самоотверженно участвовал в создании новой промышленной отрасли льна, обвинили в саботажах, поджоге и вредительстве. 25-го октября 1933 года его, как и многих других, арестовали по делу Льнотрактороцентра. Как он переносил эти дни, эти допросы. Невозможность сообщить жене о случившемся, уберечь её. Как переносила мама исчезновение мужа??? Скрывалась у родственников, работала посудомойкой. На руках была мама (моя бабушка). Уже после войны мама через суд получила справку, что Виктор умер от болезни сердца. Она пережила его более, чем на 50 лет. Но так и не узнала, когда, где и как он погиб. В 1957 году, когда наступила «оттепель», мама получила Постановление о реабилитации. От нёё откупились двумя должностными окладами и вернули саквояж с биркой: Хамовники…

Какие же чистые люди уходили из жизни, не осуществив своих планов! Витя умел любить родителей, Женщину, Дело, которому служил, ни разу не украл, а только приумножил, верил в идеал Дела, Дамы, Дома. А стиль писем – это же Писатель, Поэт.

В 1988 году, после смерти мамы, я обратилась в КГБ и узнала, что Виктора Акимовича Данцига расстреляли у стен Ваганьковского кладбища 22 июня 1934 года (до этого было три варианта справок с разными датами расстрела. Не дожил он до своего дня рождения (1-го июля) 8 дней.

В «Книге Памяти» жертв репрессий на Ваганьковском кладбище он значится под № 137. Каждый год я приходила, пока могла двигаться, к стеле Мемориала и клала цветы от себя и от мамы. На сайте proza.ru вы сможете прочесть «Сказку о любви» – полную переписку Вити и Ольги, около шестисот писем.

Глава 2. Про Москву и Хамовники

ПРО МОСКВУ

«Но тобою привык я гордиться

И всегда повторяю слова:

Дорогая моя столица,

Золотая моя Москва»

МОСКВА КИТЧЕВАЯ

Москва раскинулась на семи холмах: Боровицком (Кремль), Сретенском, Тверском, Лефортовском, Трёхгорном (мануфактура «Трёхгорка»), Таганском, Воробьёвском (Хамовники). Помимо этих семи холмов, упоминаются ещё три: Ивановская горка (Хитров рынок), Чертольский холм (Храм Христа Спасителя) и Ваганьковский холм (старинная Румянцевская библиотека). Изначальная Москва – это Кремль-крепость, возведённая на вершине Боровицкого холма в 1147 году суздальским князем Юрием Владимировичем, прозванным Долгоруким. А также она раскинулась и на знаменитых болотах: Болотниковская площадь, Лужники, Серебряный бор, Лианозово.

Каждый сентябрь в Москве проходит День Москвы. Этом году (2022) мы отмечали 8881 годовщину. А у меня хранятся две медали к 800- и 850-летию Москвы.

Вот, что пишет Марина Цветаева о Москве 31 марта 1916 года:

«Облака – вокруг,

Купола – вокруг,

Надо всей Москвой

Сколько хватит рук!

Возношу тебя, бремя лучшее,

Деревцо моё

Невесомое!

В дивном граде сём,

В мирном граде сём,

Где и мёртвой – мне

Будет радостно, -

Царевать тебе, горевать тебе,

Принимать венец,

О мой первенец!

Ты постом говей,

Не сурьми бровей

И все сорок – чти –

Сороков церквей.

Исходи пешком – молодым шажком! –

Всё привольное

Семихолмие.

Будет твой черёд:

Тоже – дочери

Передашь Москву

С нежной горечью.

Мне же – вольный сон, колокольный звон,

Зори ранние на Ваганькове».

Я люблю Москву с её Гостиным двором и тремя торговыми рядами (ГУМ), с её монастырями (Новодевичий, Симоновский – роспись Андрея Рублёва – и Зачатьевский), С её церквями (Елоховской – бывшее село Елохово, Храмом всех святых на Кулишках и Храмом Вознесения Словущего на Ваганьковском кладбище), с её Печатным двором и Чайным домом Перлова на Мясницкой улице (который и сейчас нередко называют «Китайской шкатулкой»), и древнейшей аптекой Феррейна, с её ресторанами («Прага» – на Арбате, «Метрополь» – в центре и «Националь» на углу Моховой и Тверской улиц), с её ипподромом «Бега» и Северным речным вокзалом, ныне восстановленным (там теперь выставляют картины), с её Южным речным портом, с её банями (Сандуновскими и нашими Виноградовскими), с её вокзалами (Киевским, Брестским (ныне Белорусским) и Казанским, с её набережными (самой длинной – Нагатинской (от слова гати – настилы на болоте), Берсеньевской (берсень – это крыжовник), Котельнической (котлы – это низины), Софийской), с её многонациональностью и тремя разными верами. Я была в Синагоге на Большой Бронной улице и в Духовно-просветительском комплексе российских традиционных религий (в Отрадном). Ураз-байрам – весенний религиозный праздник мусульман, и я каждый год по телевизору смотрю репортажи из Московской соборной мечети на Выползовом переулке, а на Пасху – из Храма Христа Спасителя на Волхонке – православные пасхальные молебны.

Красота Москвы в её Бульварном кольце. По этим паркам и скверам можно прогуляться по кругу. Это и Гоголевский бульвар, и Никитский, и Тверской (самый длинный), и Петровский, и Рождественнский, и Сретенский, и Чистопрудный бульвары.

Москва расположена на горах – Воробьёвы горы (университет), Три горы (Трёхгорная мануфактура), Поклонная (Парк Победы), Соколиная гора (Православный храм Великомученика Димитрия Солунского на Благуше). И на оврагах – Голосов овраг (Коломенское), Сивцев вражек (ранее Троицкий, Протасьевский, Подъяческий), два Вражских переулка (на Плющихе), Троицкое (современные Раменки, улица Косыгина), Черёмушки (овраг, заросший черёмухой) и даже на болотах (Болотниковская, Серебряный бор, Остоженка (стога на заливном лугу). И на реках – Сетунь, Яуза, Неглинка, забранных в коллектор. У нас на Пречистенке есть ручей Черторый, тоже забранный в коллектор, и главная река – Москва-река. И на полях – Октябрьское поле, Люблинское поле, Полянка, Разгуляй-поле, Девичье поле, Ходынское поле. И на слободах – Кадашевская слобода, Новая слобода (Новослободская).

В нашем городе сохранились остатки Китай-города и кусок его стены, остатки Белого города и кусок его стены, названия улиц, связанных с садами (Садовническая, Садовые), и район Зарядье (за рядами), а деревня Новинки теперь – Новинский бульвар, деревня Кудрино – Садово-Кудринская!!! И все ехали на сенной базар – Смоленская-Сенная.

Сорок сороков – это о той ушедшей от нас Москве. Китч – это смешение стилей: мы можем найти детали барокко и классицизма, детали конструктивизма и «хрущёбы», современные 30-40-этажные стекляшки и где-то приютившиеся церковки и монастыри, и реконструированные дворянские усадьбы казаковских и баженовских времён. Её расписывали и Виктор Васнецов, и Марк Шагал, и Андрей Рублёв. А голова всему – Кремль с его зубцами, построенный по проекту Аристотеля Фьораванти в 1475 году. Её улучшали московские благотворители – меценаты – такие как Савва Мамонтов и династия Морозовых, Хлудовы, Прохоровы, Солдатенковы, Корзинкины, Щукины, братья Третьяковы, отец и сын Бахрушины. Сколько обязана русская культура и московская архитектура щедрой мошне российских предпринимателей!!!

Меценат Иван Васильевич Щукин, приобрёл имение на Большом Знаменском переулке, дом 8, которое вскоре отдал своему сыну Сергею. Он разместил в здании частную галерею картин импрессионистов. А влюбившись в картины Анри Матисса, закупил и их. В 1924 году его коллекция перешла в Музей изящных искусств, из которого его картины были переданы в Государственный музей изобразительных искусств им.Пушкина. Вспоминается картина Матисса «Красные рыбки», которая произвела на меня большое впечатление. Много лет я водила учеников на экскурсии в Государственный Биологический музей им. К.А.Тимирязева на Малой Грузинской и не знала, что этот как теремок дом принадлежал семье Щукиных. И сын Ивана Васильевича, Сергей, тоже был меценатом Москвы – всю коллекцию картин отца и особняки он подарил государству (ни дома, ни коллекции картин не были национализированы как у других).

Я росла в Москве. Вместе со мной росла и Москва. В 50-х гг. прошлого столетия к Москве присоединили Фили, Мнёвники, Черёмушки, Свиблово, Текстильщики, Кузьминки. В 60-е – Медведково, Ховрино, Давыдково, Нагатино, Бескудниково / Дегунино, Тушино, Царицыно, Беляево, Тропарёво, Матвеевское, Выхино, Чертаново. В 70-е – Бирюлёво, Вешняки, Гольяново, Печатники, Ивановское, Бирюлёво-Западное, Орехово-Борисово, Тёплый стан, Отрадное, Бибирево, Южное Измайлово, Олимпийская деревня, Марьино, Ясенево, Строгино, Загорье. В 80-е – Солнцево и Внуково, Северное Чертаново, Бусиново, Нагатинский район, Братеево, Крылатское, Новопеределкино, Бутово и Северный, Косино, Новокосино, Жулебино, ухтомский, Молжаниновский, Мякинино, Восточный, Марьинский парк. В 90-е – в состав Москвы теперь входит Зеленоград. Хотя город подчиняется МосСовету со дня основания в 1963. В 2000-е гг. нынешнего столетия – Куркино и Кожухово. В 10-е – у Москвы появилось два новых административных округа – Новомосковский и Троицкй, вобравшие в себя, которые раньше располагались южнее города. А метро! Была только одна ветка метро от станции «Сокольники» до станции «Парк культуры» с ответвлением от станции «Охотный ряд» до станции «Смоленская» всего 13 станций. Постепенно количество станций увеличивалось, появились новые ветки и кольцевая линия. Вошла в строй даже монорельсовая дорога на севере столицы. Со временем метро вышло за пределы Москвы в область. А дальше – ещё лучше: вошло в строй Московское центральное кольцо и появилось шесть станций Большой кольцевой линии. Теперь московское метро насчитывает 333 станции.

Попасть в Москву можно через три аэропорта.

Шереметьево

Со станции «Речной вокзал» я добиралась на автобусе. Проезжали по мосту через Москва-реку. Справа на берегу был 17-ти этажный дом, куда я ездила к знаменитой белошвейке, которая по заказу шила бюстгальтеры и пояса. А слева проезжали коньячный завод «КиН». Я была на экскурсии с инвалидами и видела баки брожения, змеевики, компрессоры… и т.д. для производства коньяков, водки и наливок. А далее раскинулся огромный речной порт с контейнерами, связками брёвен и огромными гуртами угля. (Когда мы выходили из Амстердама в море, то на километры вдоль берега раскинулся город контейнеров. Чистота неимоверная). Дальше станция «Водники», куда я ездила на пляж. Далее по Ярославскому шоссе, через город Химки, где родным мне стало здание химкинского суда. Адвокат, Галина Михайловна, «подруга», познакомила с Диной Коломиец с целью одолжить ей 100 тысяч под 4% на 3 месяца. Обе меня надули, суд продолжался 3 года. Далее по дороге стоят фуры с дынями, арбузами, но остановку сделать нельзя. Через маленькие деревеньки подъехали к строящейся эстакаде, уже видно было взлётное поле и через километр – здание вокзала. Однажды, когда мы возвращались через Шереметьево в Москву с Ирой Козловой, на тротуаре стоял чемодан-дипломат, вокруг – никого, я его взяла и отнесла в администрацию.

Домодедово

Уже ходила скоростная электричка с Павелецкого вокзала, и на автобусе не надо было добираться. Но я с собой взяла бабушкины ножнички. Попалась я на просмотровой камере с «холодным оружием» и по прибытии в Москву пришлось снова ехать за ними. Магазин «Дьюти Фри» для меня был как музей: я ничего не покупала, только смотрела. На обратном пути нас встречал на машине мой знакомый, и мы поехали в сторону Ириной дачи на станции «Взлётная». Проезжали тот берёзовый лесок, где я собирала грибы, а Ира сидела на пеньке. А далее было кукурузное поле: какой-то фермер вспахал пустошь и десяток лет выращивал на нём кормовую кукурузу. Но я, когда гостила у Иры, воровала молодые початочки и зрелые початки… Через железную дорогу, минуя их рынок, въезжали в город Домодедово. Мы с Ирой были свидетелями строительства узкоколейки в аэропорт.

Внуково

Этот аэропорт был назван в честь внуков кондитерского магната Абрикосова. Потом один из внуков стал патологоанатомом. В честь него переулок, где находится морг 1-го Медицинского института, назван Абрикосовским переулком. 2-ой из 14-ти внуков, играл в Театре им.Вахтангова – народный артист. Третий восстановил усадьбу, а правнук устроил там музей русской усадьбы и кондитерского дела. Современный кондитерский концерн «Бабаевский» в районе метро станция Красносельская – это продолжение дела Абрикосовых, но носит имя революционера-однодневки. А я вспоминаю деревню Толстопальцево, деревню Внуково, деревню Катуары, деревню Алабино, где до сих пор вижу то маслят под сосенками, то красноголовики из-под снега, то серушки и зеленушки в сосновых посадках, то улыбающиеся мухоморы, то одиночный беленький, то семейство ложных белых, то в осиновике – чернушки и свинушки, то в ольховнике – белые грузди. А на болотистых местах, на кочках – жёлтенькие, то фиолетовые, то красненькие сыроежки, то под сестричками-берёзками – рыженькие лисички и розоватые волнушки, и валуи я не пропускала.

Внуково – аэропорт, предназначенный для внутренних рейсов. Но однажды нас отвезли из Шереметьево во Внуково для полёта в Турцию.

МОСКВА СТРОИТСЯ

Москва строилась веками,

Петербург – деньгами.

В Шанхае я впервые ехала в метро на уровне четвёртого этажа дома. Сейчас и у нас эстакады. А я живу всё на той же старой Смоленской.

Хорошо бы, чтобы Абрамовичи и Дерипаски, Усмановы и Вексельберги больше вкладывали из своих миллиардов в развитие общества и меньше – в покупку яхт за 600 миллионов долларов. Потомство за это им будет благодарно.

Сейчас идёт реновация – переселение людей из пяти- и девятиэтажек в современные стеклянные «столбы». Я живу в старой сталинской четырёхэтажке и не представляю себя на сороковом этаже.

Я перечитала за последние три года все журналы о деятельности Департамента культурного наследия, о сохранении усадеб XVI-XIX веков, домов Шехтеля, Щусева, Желтовского, Нирнзее. Дом на набережной Бориса Иофана, ансамбль Калужская застава Левинсона, резной Теремок Погодина на Погодинке и «Пряничный» доходный домик купца Титова у нас в Ружейном переулке, в Хамовниках, трогают душу.

Академия Фрунзе построена по проектам в стиле Карбюзье, круглый дом на Арбате и клуб «Каучук» построены в стиле ар-деко архитектором Мельниковым. Дом газеты «Известия» в 1926 году построен по проекту Григория Бархина.

В марте 2022 года наконец показали в программе «Дом архитектора» дом НАРКОМФИНа на Новинском бульваре (сейчас Кудринская площадь) архитектора Моисея Гинзбурга. Дом был построен для жилья в 1930 году в стиле конструктивизма. Долгое время не использовался (наступила война), перестал быть жилым, были организации, затем пустовал и разрушался, пока правнук Моисея Гинзбурга не взялся за реконструкцию этого здания. Алёша Гинзбург – архитектор в четвёртом поколении. Дом этот изначально предназначался для нового стиля жилья. Наряду с шикарными двухэтажными квартирами были малюсенькие однокомнатные клетушки, только чтобы поспать. Была общая прачечная в отдельной пристройке, столовая, кафе, библиотека и масса магазинчиков. Этот – дом часть мирового наследия 30-х годов. Сейчас это всё восстановлено.

Прочла у Мариенгофа, друга Есенина, о Москве 1918 года: «Эти церковки – репками, купола – свёколками и купола – морковками». А про Кремлёвские зубцы Наполеон с Воробьёвых гор изрёк: «Гордые стены».

ПРО ХАМОВНИКИ И ПЛЮЩИХУ

Переулочек, переул…

Горло петелькой затянул.

Тянет свежесть с Москва-реки,

В окнах теплятся огоньки.

В 1918 году в 3-ем Зачатьевском переулке жила Анна Ахматова. А в 1961 году она написала такие строчки:

«Все мы немного у жизни в гостях.

Жить – это только привычка».

Моя книга – это отображение её мысли.

Я родилась на Арбате, в роддоме им.Грауэрмана. Сохранились бирочки. Детской коляски не было. Лежала в бамбуковой крышке от баула, она сейчас в коридоре. Меня выносили на улицу на руках, т.к.лифта в доме не предусмотрено. Зимой была корзина на саночках.

1938 год, Плющиха, Хамовники. Галка Сокольникова, я и Генка Бульба

1939 год, дома

1939-1940 гг. Плющиха. Я, Галка Сокольникова, Марина Хволес, Марина Круглова и Регина Голубенко – наша нянька; она была старше нас. Нам по 2-3 года. Все в панамочках.

1943 г., нам по шесть лет, только что возвратились из эвакуации. С нами – Люсик Цукерман (из 10-й квартиры) – наш вожатый

Дом архитекторов, построенный по проекту Щусева (1938-1939 гг.) ещё не достроен до полукруга, поэтому между ним и 2-х этажным кирпичным домиком, где жили Люда Курочкина и Нина Кабикова, видна разрушенная колокольня Церкви Смоленской Божьей Матери. Кинофильм «Три тополя на Плющихе»: Водитель: «Куда везти?». Ответ: «Мост там и церква старая…» – это про нашу церковь. Фильм был отснят в 1968 году.

Во время войны, где-то в нашем дворе упала бомба и долго в арке Дома архитекторов была трещина. Наша дворовая компания состояла из: Люды, Нины, меня, Галки Сокольниковой, Лены Пищик, Марины Хволес и младших Анечек из двух последних семейств. А фотографировал нас Павлик Колесников (Люсик и Павлик были одногодками). Фотографии малюсенькие, чёрно-белые, были сделаны «Лейкой».

Наш дом сфотографирован с заднего фасада. Построен он был в 1929 году в стиле конструктивизма застройщиками (за свой счёт). Каждому принадлежала определённая доля общей застройки и общей земли. У нас была 1/7000 доля. У меня хранится документ купчей, где список всех первых застройщиков, потом вытесненных НКВДешниками. Позади дома была котельная и, когда привозили уголь, он лежал кучей прямо на земле (сейчас там в подвале тепло-распределительный узел). У дворника была вторая должность – истопник. По обе стороны входных дверей были огромные тумбы, в которые ссыпался мусор из мусоропроводов, расположенных в кухнях. При ремонте дома в 1969 году мусоропроводы и тумбы убрали. Когда последний раз в августе 2022 года смотрела кинофильм «Три тополя на Плющихе», обратила внимание, что наш дом снят ещё с двумя тумбами. В 2019 году сделали первый капитальный ремонт нашего дома. Но т.к. при строительстве дома к извёстке примешивались яйца, то ни одной трещины, ни одного разрушенного кирпича. А новоявленные ремонтники из стран ближнего зарубежья так покрыли крышу, что при первом дожде наш стояк с 4-го по 2-й этажи был залит. И вот уже февраль 2022 года, а суд с управляющей компанией ещё не закончен: то представители не являлись, то судья постоянно болела, то был назначен пересмотр дела в городском суде, то пандемия из-за «covid-19». Когда-то белоснежный без единой трещинки потолок сейчас напоминает географическую карту. Хорошо, что не были залиты картины. Кто бы мне за них заплатил? Но снаружи дом выглядит прекрасно. И лестничные марши остались в том же стиле (восстанавливали их за счёт жильцов).

В этом доме Виктор Акимович Данциг получил 1/2 квартиры, т.к.Льноцентр выкупил эту площадь у застройщика (есть оригинал договора от 1931 года). Прожил он в коммуналке до дня ареста 1933 года, а 29июня 1934 года был расстрелян. Реабилитирован только в 1957 году. Теперь вам понятно, что на первой странице сфотографирован брелок от саквояжа, с которым он был арестован.

Детей отпускали гулять без всяких нянек. Как в любом доме эпохи конструктивизма в отдельном домике была прачечная, чуланчики для дров (впоследствии – угля). Квартиры № 13 у нас в доме нет, она находилась в отдельном домике, и там жил дворник. На углу 2-х этажного домика рос один из 3-х тополей. Фильм Татьяны Лиозновой задумывался по рассказу Александра Борщаговского «Три тополя на Шаболовке». А эти три тополя росли у нас, на Плющихе.

Дом архитекторов был пристроен в 1969 году двумя крыльями с совминовскими квартирами для обслуги. В одной из 4-х комнатных квартир жил министр Ломако, в другой – знаменитый фотокорреспондент, в основном жили знаменитые архитекторы. Напротив здания Хамовнического суда (когда-то мужская гимназия, а затем мужская школа № 31, где учились наши ребята) был деревянный 2-х этажный домик. А в центре двора зимой дворник заливал огромную ледяную горку. Не один затылок на ней пострадал. Между ним и нашим домом были сараи для дров, а семья Толика содержала там кур и свиней.

Переулков Ростовских было 7 – это была территория Ростовского подворья, где стояла церковь Смоленской Божией Матери и кладбище при ней. Отсюда название площади Смоленская-Сенная (сено с возов продавали). Так вот, 1-й, 2-й, 3-й, 5-й Ростовские переулки ушли в небытие.

Первый тополь на Плющихе был у стены нашего и 2-х этажного дома, где жила Люда Курочкина.

Второй тополь находился на углу дома № 30, который ещё и сейчас стоит, и в нём тоже сделан капитальный ремонт. Он тоже относится к эпохе конструктивизма. Под корнями тополей мы закладывали клады из фантиков, золотых бумажек, кусочков разбитых чашек и «золота». В угле находили пирит, или железистый колчедан, который блестел как настоящее золото.

Третий тополь рос у самого нашего дома. Сейчас растут уже другие 3 тополя: один – возле моих окон, выше крыши, два других – с торца дома, их подстригли, чтобы не пылили, и они похожи на пирамидальные тополя. Сажали их мы. На месте пустыря, где мы играли, нами были посажены яблони. Ребята следующих поколений лазили на них за зелёными яблоками, трясли их, и постепенно осталась одна яблонька. Потом создали скверик, посадили липы, самосевом выросли американские клёны. В этом году один клён упал на дорогу, пришлось его спилить.

Потом была эра гаражей. Но ещё живы были 2 деревянных домика по 6-му Ростовскому. Когда их снесли, на том месте были устроены два сквера. Впоследствии во весь 6-ой Ростовский переулок создали стоянку для машин, которая существует и поныне.

Около церкви было чумное кладбище, поэтому, когда хотели на набережной сделать подземные гаражи, люди отстояли эту территорию. Там сейчас только сквер.

В нашем дворе снимались фильмы: «Два билета на дневной сеанс» (1966 г.) с Александром Збруевым и «Три тополя на Плющихе» с Олегом Ефремовым и Татьяной Дорониной (1968 г.). А теперь, почему я вам всё это пишу. Газета «Вечерняя Москва» и её приложение «Неделя» объявили акцию «Фото из альбома». Я нашла фотографии давно забытых дней, предложила дежурному редактору свои воспоминания, но попросила увеличить фото, т.к.у меня нет смартфона… Отклика не нашла.

Вспоминаю август 2015 года. «Вечерняя Москва» предлагает акцию помощи пожилым людям. По этой акции они «пристроили» библиотеку одного из пенсионеров. Т.к.я не хожу, попросила помочь мне и принять участие в расставании с картинами моего отчима (статья от 21.08.2015 г. «МЦ помогает дочери художника Этингера»). А воз и ныне там…

Очередная встреча. Т.к. тот корреспондент уволился, я начала бить тревогу. Опять были корреспонденты, опять были съёмки. А воз и ныне там… Мир тесен.

Четвёртая встреча. На акции «Добрый доктор» я описала случай моего заболевания крови и спросила, нужно ли мне делать антиковидную прививку при очень высоком титре антител. Мне казалось, что этот вопрос задают себе многие больные в области гематологии. Но «Вечерняя Москва» предпочла отвечать (от 10-17.02.2022) курильщику, у которого нет силы воли бросить курить. А мне, которая просила посторонних людей отправить письмо в электронном виде, ответили, что акция окончена. И даже не прислали никакого ответа. А «Независимая газета. Экслибрис» публиковала мои эссе с 2019 года.

В школе не объясняли происхождение слова «хамовники», и я думала, что оно связано со словом «хам» – человек, лишённый всякого человеческого достоинства, а на самом деле слово «хам» в нашем случае с XIV века обозначало льняное полотно, например: просили продать «хаму три локти».

В начале XVII века во времена смуты при Михаиле Фёдоровиче, первом Романове, ткачей переселили из города Тверь в село Константиново. Так появилась Тверская Константиновская слобода. А потом она стала называться Хамовнической. Сначала выпускали парусное полотно (как и на полотняных заводах Гончаровых, делали канаты и парусину для парусов. Хамовный двор процветал всю 2-ю половину XVII века. А затем Пётр I перенёс ткачество парусов в село Преображенское, и Хамовническая слобода заглохла. Выпускать шелка она начала с 1875 года. Потом это была Шёлкопрядильная фабрика. В 1924 году она была названа в честь гибели революционерки Розы Люксембург «Красная роза».

Во время Второй Мировой войны стали выпускать парашютный шёлк, позже – искусственные шелка, а в 2000-х годах долго реставрировали этот красно-кирпичный район. Это бывший Тёплый переулок, а сейчас он переименован в улицу Тимура Фрунзе. На ней сохранился особняк, в котором раньше был Райсовет, где оформляли прописку и площадь в собственность, а сейчас расположено КЦСО «Хамовники». В настоящее время эта улица превратилась в моднейший квартал с Банком «Открытие», фешенебельными кафе и ресторанами, выставочными залами. Квартал называется Red Rose.

В 1812 году во время пожара Москвы сгорела только восточная сторона улицы Плющиха. В XIX веке дома были каменные, а во дворах – деревянные. Жили мещане, купцы. В том доме, где жили родители Льва Николаевича Толстого, дом Николеньки Иртеньева, сейчас уже десятки лет отделение ГАИ. Сохранились доходные дома. Дом знаменитого гинеколога Снегирёва сейчас огородили и реставрируют. На Плющихе жили купцы, старообрядцы. Дом, где жил поэт Афанасий Фет, снесён.

У нас Храм Николая Чудотворца (Святителя Николая) в Хамовниках, рядом с Чудовым и Тёплым переулками. Колокольня этой церкви украшена небольшими карнизными изразцами с изображением херувимов. При Фёдоре Алексеевиче, в 1679 году, была пристроена трапезная. У нас на пересечении Труженикова и Вражского переулков стоит Храм Воздвижения Креста Господня на Чистом Вражке. В нём венчался Антон Павлович Чехов с Ольгой Книппер.Во время войны храм был почти полностью разрушен. В трапезной организовали цех игрушек. Восстанавливали этот храм долго.

У нас клуб «Каучук», дом конструктивиста архитектора В.Мельникова. Вся культурная жизнь нашего района проходила в этом доме культуры. И к стыду Мэрии, Префектуры, Управы района, кроме ресторанов в пристройке, ничего не реставрировано до сих пор. Даже к 100-летию архитектора ничего не было сделано.

У нас Новодевичий монастырь с прудом, где проходило детство на коньках. Потом там жили лебеди. Потом на мосту решили вешать «замки любви». Потом между прудом и Москва-рекой создали красивый парк с рябинами, берёзами, яблонями, и на набережной появилась подаренная в 1991 году супругой Джорджа Буша скульптурная композиция «Дорогу утятам!», состоящая из семерых бронзовых утят. Двоих своровали, а в 2022 пятерых отреставрировали. Да, были люди в наше время…

У нас клиника им.Пирогова занимает целый квартал. У нас Медицинский институт им.Сеченова на Пироговской улице. У нас Усачёвский рынок, с которого мы питались, где старушки торговали своей зеленью, а теперь дворец для богатеев.

У нас Музей Пушкина в Хрущёвском переулке на Пречистенке (бывшая усадьба Хрущёвых).

У нас Музей Тургенева, недавно организованный в усадьбе матери Тургенева (Дом Муму).

У нас жил Лев Николаевич Толстой. Усадьба вновь отреставрирована. Парк приведён в наилучшее состояние (когда-то я там со своими учениками каждую осень собирала листья).

У нас улица Погодина названа в честь писателя Погодина, проживавшего на ней в резном тереме.

У нас на Большой Пироговской улице находится дом, где жил Булгаков с третьей женой Еленой Шиловской. Сейчас там организован музей Булгакова и установлен памятник. На Пречистенке, рядом с домом, где располагалась пожарная служба, был особняк, где Правительство предоставило Айседоре Дункан хоромы. С ней в них жил и Сергей Есенин. А напротив – усадьба Дениса Давыдова. Конечно, при советской власти и в моё время там были государственные учреждения.

А рядом с Хамовническим судом стоит бревенчатый домик «Х», и только во время перестройки я узнала, что это была усадьба Сергея Ивановича Муравьёва-Апостола, подполковника Российской империи, одного из организаторов восстания декабристов. А во время перестройки – это была резиденция «короля» ВДНХ, владеющего павильонами «Золото».

У нас Провиантские склады на углу улицы Остоженка и Садового кольца были превращены в Музей истории Москвы.

У нас Зачатьевский монастырь между Остоженкой и Москва-рекой. Во время строительства Храма Христа-Спасителя был почти разрушен, но полностью восстановлен.

У нас Военная академия им.Фрунзе. На постаменте стоит макет фантастического танка, а под ним цитата Сталина: «Ни одной пяди чужой земли не хотим. Но и своей земли ни одного вершка, своей земли не отдадим никому». Мы там играли в классики. Кусочек синего лабрадора с колонны напоминает мне детство до сих пор. А напротив – Сквер Девичьего поля, где были карусели, фонтан, и зимой там сдавали нормы ГТО по лыжам. Там был единственный наземный общественный туалет, который недавно закрыли. На углу улицы Плющихи с Тружениковым переулком была знаменитая бензоколонка.

У нас Мультимедиа-арт-музей на Остоженке и Российское информационное агентство (бывшее «РИА Новости») на Зубовском бульваре.

Мы – ЦЕНТР МОСКВЫ, мы – ЦАО.

По улице Погодина ватага малышей с нашего двора шла купаться в Лужники и заодно нарвать капусты на огородах (Лужники – это были огороды). Вдруг из подвала залаяли собаки – это были подопытные слуги науки. А на черноугольном пляже в Лужниках купались без трусиков. И вдруг мои трусики волной унесло. Обратно домой я бежала голышом (на всю жизнь воспоминания).

А кинотеатр «Кадр», где надо было отстоять в очереди в кассу, чтобы посмотреть «Мост Ватерлоо» или «Похитители велосипедов» был снесён во время строительства гостиницы «Белград».

А каток на стадионе «Буревестник», где я впервые встала на коньки (сейчас каток во дворе и ходить никуда не надо), стал фешенебельным.

С 6-ти лет, когда пошла в школу, я ознакомилась с другой стороной улицы Плющиха. Один раз мама отвела меня в школу через трамвайную линию. И всё. Больше сопровождающих не было. Я ходила самостоятельно как и все ребята из нашего двора. Никаких нянечек, никаких гувернанток, никаких личных машин… Никто из нас никогда не попадал ни под машину, ни под трамвай. А сейчас!!!

Входишь в 1-й Неопалимовский переулок. Здесь была Церковь Иконы Божией Матери Неопалимая купина и деревянный дом, который позже снесли, а на его месте построили 6-ти этажный. Дальше Доходный дом серый многоэтажный. На 1-ом этаже была женская консультация, а рядом – квартира, где жила старая нянечка, у которой я бывала в гостях. Потом достроили ещё один этаж. Позже всех расселили, и этот дом заняли разные фирмы.

Дальше 1-й Неопалимовский переулок пересекает Земледельческий переулок. По правую руку – усадьба, переделанная в Дом пионеров, а далее – усадьба, где жил Репин 1879-1882 гг. (у него там была мастерская). Здесь была написана картина «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». Здесь же жил Валентин Серов – ученик Репина. На стене и сейчас – памятная доска и скульптура крестьянки с серпом. Здание охраняется Академией живописи. По левую руку – сквер, разбитый на месте снесённого деревянного домика. Доходный дом с мозаикой, превращённый в консульский отдел Министерства иностранных дел, и вход в школьный двор (сейчас всё закрыто). Дальше 6-ти этажный Доходный дом и 2-х этажный особняк с мозаикой с садом, где долгое время был грузинский ресторан. В саду жарили шашлыки. Всё за высоким каменным забором. Далее очень красивый решётчатый забор, могучие тополя и особняк, где долгое время существовала редакция журнала «Наше наследие». В садике в 1999 году была установлена бронзовая скульптура Пушкину (скульптор Лазарь Гадаев). Оказывается, он здесь бывал. Меня всегда удивляло, какой памятник маленький. С садовником этого заповедника я долго дружила. Ныне скуптура перенесена в Музей им.Пушкина на Остоженке. И далее на Садовое кольцо выходит особняк, где раньше было Управление делами религий.

А на другой стороне 1-го Неопалимовского переулка, стояли маленькие деревянные домики. Один из них был в саду, где у забора росла огромная груша, памятен мне, что эти груши мы, дети, воровали. Позже деревянные домики снесли. На месте домика с садом отстроили большой каменный дом, на первом этаже которого – магазин «Красное&Белое», а на месте остальных – СОВМИНовский дом, где жила Валентина Гагарина, жена первого космонавта СССР. В доме был собственный дворник, собственные уборщицы, собственные лифтёры.

Дальше 1-й Неопалимовский переулок пересекает Ново-Конюшенный переулок, который идёт до Девичьего поля, мимо общежития Военной академии им.Фрунзе (Старо-Конюшенный переулок находится на Арбате). А теперь обратите внимание: Земледельческий, Конюшенный, Серпов – эти слова наводят на мысль о старине этого района. В этом районе в зданиях бывших особняков расположены несколько посольств.

По правую руку далее серый конструктивистский дом, где жила Ленка Розова из нашего класса (теперь облагорожен). А по Ново-Конюшенному дальше стоял 6-ти этажный кирпичный дом, в котором на 3-ем этаже жила моя школьная закадычная подружка Лена Катюшкина (Алёна). Квартиры были многонаселённые с огромной кухней, где мы и проводили время, и чёрным ходом. Мама Алёны болела туберкулёзом. Однажды мы прыгали в сугроб из окна 2-го этажа. В сугробе осталась моя галоша. Со слезами пришлось возвращаться домой. Галошу так и не нашли. После седьмого класса Алёна пошла в техникум. А в девятом классе, в конце года, к нам поступила новая ученица Лена Бернаскони. Она была дочерью военослужащего, приехала с Дальнего Востока, из Благовещенска, с мамой и новорождённой Милкой, сестричкой, к бабушке, Софье Абрамовне, на 4-й этаж в 10-ти метровую комнатку. Все дни мы проводили или у неё, или у меня.

Лена из-за службы отца «поменяла 40 школ». Когда я спросила: «Были ли у тебя подруги?», – она ответила: «Не было времени заводить». Я же никогда не меняла ни школу, ни институт, три раза за 25 лет – только работу, но не подруг. С Леной мы дружим почти 70 лет. С Ирой дружила до её смерти 45 лет…

За этим домом в направлении к Девичьему полю и улице Бурденко, на углу, был Доходный дом, где на втором этаже жила Наташа Мясоедова, а на третьем, оказывается (это выяснилось намного позже), жил учёный, богослов Павел Флоренский. Уже много лет там находится музей закрытого типа. А по улице Бурденко, между молочным магазином и Военной академией им.Фрунзе, стоит одноэтажный дом с мезонином – это часть усадьбы Гавриила Палибина. Там всегда были реставрационные мастерские, кажется, там работал знаменитый реставратор Ямщиков. Усадьбу по брёвнышку восстановили, сейчас восстанавливают подсобные помещения: конюшню, овчарню, гостевой домик.

За домом, где жила Таня Бурденко, всё снесли и построили общежитие Военной академии им.Фрунзе. А дальше к Садовому кольцу был Дом культуры им.Зуева в одноэтажном длинном домике. Позже домик снесли, а дом культуры перевели. Теперь он находится на Лесной улице, 18. А на пустыре построили Счётную палату и разбили парк перед ней, и снесли нашу детскую районную поликлинику на углу Девичьего поля и Большой Пироговской улицы. Десятки лет стоит огромный доходный дом, который был общежитием Военной академии. Долго он был покрыт зелёной сеткой (предполагался ремонт), производил удручающий вид, в 2021 году за него взялись, наконец. На углу улицы Бурденко и Смоленского бульвара – семиэтажный кирпичный дом № 1|5, построенный вместо снесённых усадеб, где всегда был продовольственный магазин, потом магазин холодильников, потом центр «Билайн». Дом № 3 по Смоленскому бульвару находился в глубине двора и в нём располагалось какое-то секретное учреждение, а рядом – Банк «Уралсиб». Дом № 5 со знаменитыми булочной и парикмахерской, соединялся аркой с домом № 7, в котором всегда была аптека и ремонт обуви. Все три дома были построены для культурно-просветительского общества «Прометей» в эпоху конструктивизма. В этом доме интересна колоннада, соединяющая два корпуса и синяя роспись, окаймляющая дом между пятым и шестым этажами. Когда все маленькие точки ремонта обуви у нас убрали, эта мастерская существовала до последнего дня. А потом аптека «Ригла» её поглотила. Менялась череда банков: все или разорялись , или их лишали лицензии. Потом был магазин «Афганец», потом был магазин – «Золото», сейчас – продуктовый магазин. Всё по моде времени.

Далее два посольства, огороженных забором, и 2-й Неопалимовский переулок, плавно переходящий в 3-й Неопалимовский, где на 1-ом этаже была Ветеринарная клиника и Общество ЗОЖ. Оттуда я принесла после операции кошечку Малявку (оказывается несла уже трупик). Ревела целую неделю.

Юность! 14 лет. Кофточку шила сама

ОБО МНЕ И О ХАМОВНИКАХ

Недавно разбирала детские фотографии маленькие, чёрно-белые, сделанные фотоаппаратом «Лейка» мальчиком из нашего дома. На одной из них гурьба детишек позади дома идёт по дорожке к двухэтажному кирпичному дому Нины Кабиковой и Люды Курочкиной. Сбоку 2-х этажный деревянный дом, где жила Вика, которая была старше нас на пять лет (наш вожак).

Дом архитекторов (Ростовская набережная, дом №5) ещё не имел пристройки. Между домами было два переулка: Первый и Третий Ростовские из семи. И стояла Церковь Смоленской Божьей Матери. А разрушенная церковь – её звонница – очень похожа на звонницу в селе Коломенское. Оказывается, это Храм Смоленской Божией атери. Площадь называлась в честь неё: Смоленская сенная. Там был сенной рынок. Во Втором Ростовском переулке был домик, где жил настоятель церкви. С ним жила медсестра, которая работала в нашей поликлинике. Поликлиника находилась на Плющихе в старинном кирпичном доме, недалеко от дровяного склада. Её снесли и построили многоэтажное общежитие для семей слушателей Академии Фрунзе. Теперь – это угол Плющихи и Ружейного переулка. А на нашей стороне Плющихи была керосиновая лавка, пивнушка и 2-х этажный многонаселённый особняк с деревянной лестницей. На втором этаже жила Галя Воробьёва из нашей компании. На первом этаже окна были очень большими и поговаривали, что там жила бывшая хозяйка особняка с детьми. Во дворе росли огромные липы и лиственницы. Эти лиственницы до сих пор живы. Вместо этого дома, двух особнячков, старинной аптеки, дома, где жил поэт Фет, построили длиннющий дом для обслуживающего персонала Совета министров СССР во всю Плющиху. Остался только угловой дом, его через арку соединили с СОВМИНовским и достроили во весь Вражский переулок (там находится ЗАГС).

По Плющихе ходили трамваи 31-й и 42-й до остановки «Фили» (Филёвский парк), куда мы ездили купаться. На другой стороне Плющихи, напротив поворота во 2-й Ростовский переулок, стояла будка, откуда выходила женщина с крючком и переводила со стыковки стрелки на рельсах. Позже будку снесли, а потом и убрали трамвайные рельсы. Только «Булочная» на углу осталась, где в наше время обосновался магазин элитного вина. А вместо маленьких домов построили огромный 9-ти этажный дом для учёных (в простонародье «Дом учёных» в отличие от «Дома архитекторов»). Оставили арку для прохода людей на Бородинский мост. Со стороны Москва-реки расположился огромный магазин «Галантерея», где можно было купить и резинку в штаны, и краску для волос, и мыло, и пластмассовую миску. А теперь там частный магазин элитной мебели.

В 1812 году сгорела только восточная сторона улицы Плющихи. В XIX веке дома вдоль улиц были каменные, а во дворах – деревянные. В том доме, где жили родители Льва Николаевича Толстого, дом Николеньки Иртеньева, очень долгое время находилось отделение ГАИ. Сохранились доходные дома, дом знаменитого гинеколога Снегирёва. Дом, где жил поэт Афанасий Фет, снесён.

А если пройти немного дальше, то выходишь на Саввинский переулок, где была гардинная фабрика. Оказывается – это подворье звенигородского Саввино-Сторожевского монастыря.

По дороге от Клуба «Каучук» (дом архитектора-авангардиста Мельникова) и между Саввинским переулком был магазин «Ливерс», от одноимённой ткацкой фабрики. Сейчас она называется «Шёлковый комбинат» и их общежитие сносят. Сначала продукты по карточкам, потом по талонам, мясник в подвале… Магазин Артамонова был на Плющихе, где сейчас огромное пустое поле (землю выкупило посольство. Уже 20 лет зимой туда свозят снег. Магазин «Молоко» в Долгом переулке, потом улица Бурденко. Сначала ходила с бидончиком, покупали только разливное молоко. Потом – только в бутылках. С Таней Бурденко, внучкой знаменитого профессора, я училась в одном классе. Она так и жила в старинном доме на улице Бурденко. И только в 2010 году этот дом снесли и построили красный кирпичный модерновый дом. Булочная на углу 2-го Ростовского переулка, где у тёти Маши всегда можно было попросить свежую горячую булочку. Магазин «Молоко» № 2 на Плющихе, в доме доходном, где жила любовница Колчака Анна Васильевна Тимирёва. Книжный магазин в доходном доме напротив пивнушки. В нём мы покупали, получали учебники школьные.

Дом Совмина во всю Плющиху поглотил 2-х этажки с аптекой, маленькими магазинами и бензоколонкой. Огромный Доходный дом, где долгое время был Банк ВТБ, а сейчас организация Х, был когда-то жилым, многоквартирным, многосемейным. В доме на углу 6-го Ростовского переулка и Плющихи был самый близкий к нам магазин (сейчас там «Магнолия»). Напротив магазина, через Плющиху, к Садовому кольцу тянется Ружейный переулок. Оказывается, там была ружейно-станочная слобода. Дома Галки Романовой, Люси Полтевой, Саши Чаадаевой и Иры Даевой – моих одноклассниц по 47-й школе – были снесены и построены два дома для специалистов высокого класса Совета Министров и функционеров КПСС. Но между ними остался один изумительный Доходный дом купца Николая Титова, как игрушка, как теремок. Я видела в нём расписные потолки, но дом расселили, реставрировали, он охраняется государством, признан объектом культурного наследия регионального значения. Но до сих пор он пустует и не доступен для осмотра жителями города. А в доме № 4 – наша районная библиотека им.Вересаева.

На углу всегда была будка «Мороженое». Я даже помню маленькое мороженое как тарталетки. В ящике у продавщицы был искусственный лёд, мальчишки его воровали, кидали в лужу, которая покрывалась пузырями. Пузыри лопались и жутко воняли. На палочке было фруктовое мороженое. Палочку облизывали до занозы в языке. Всё это было по 3 копейки. Эскимо в шоколаде было 11 копеек. Потом появились пирожное-мороженое и торты-мороженое (кремы отдавала другим). А теперь из магазина мне приносят самое дешёвое мороженое за 70 руб. Потом появилось на Кутузовском стеклянное кафе, на котором было написано «Баскин Робинс». Попробовать не успела, только в старости мне принесли большие коробки с мороженым, и я попробовала это заморское чудо.

На каждом углу улиц были табачные киоски, потом возникли киоски «Союзпечать». На фасадах домов висели почтовые ящики, потом их поставили на железные ножки у сквера, а теперь только в почтовом отделении можно опустить письмо. Да и письма уже почти никто не пишет, цифра заменила душу.

Когда-то была круглая тумба с театральными афишами. Около кинотеатра «Кадр», на заборе, наклеивали афиши. Потом на доме СОВМИНа был стенд, куда подходила женщина с мешком, в котором было ведро с клеем, кисть малярная и рулоны афиш. Потом с торца автобусной остановки на Плющихе наклеивались афиши. Потом в газетах печатали театральные анонсы. Теперь всё узнавай из интернета. Когда-то всю бумажную продукцию можно было купить только в книжном магазине. Постепенно магазин «Книги» «съели» на Плющихе. Слава Богу, остался киоск (был «Союзпечать», а стал «Роспечать»). Вот в нём-то, кроме газет можно приобрести книгопечатную продукцию и сопутствующие товары.

БЫЛОЕ И ДУМЫ

Разговаривать не с кем, круг друзей и приятелей сокращается. Но самое страшное, что все общаются в Интернете, а у тебя его нет. А по сотовому все стараются быстрее выговориться. Телефонной связи уже около 140 лет. Алло, алло. Легче же на клавиатуре набрать: «Привет, привет!». Никаких эмоций, ни разных интонаций (то раздражение, то радость, то грусть, то безразличие, то смех, то слёзы) – одни смайлики! Сначала у нас в квартире был общий телефон с соседями (коридорный), и всю юность я разговаривала по нему в ванной комнате, чтобы не подслушивали. Его номер был: 147-11-03. Потом сумела сделать комнатный телефон. А теперь я живу среди инопланетян, и те, кто звонит, не мной интересуются, а свои трудности вываливают на меня. А когда звонишь в поликлинику или в больницу, то сотрудник колл-центра сначала выслушивает причину твоего звонка, потом соединяет со специалистом, потом ты полчаса слушаешь музыку, потом всё рассказываешь специалисту… музыка… отбой… давление 220… Тогда, в том времени все соседи друг друга знали, в гости заходили, деньги, соль, масло, яйца одалживали. Тётя Лена из соседней квартиры учила меня готовить, тётя Лиза учила вязать, тётя Валя просила посидеть с маленьким, дядя Айзик давал читать книги. Теперь никого не знаю, никто не заходит – все новенькие, молодые эгоисты. Раньше на похороны собирали деньги, выходили во двор под звуки похоронного марша. Я развела на лестничной площадке цветник. Когда уходила в больницу, просила поливать.

У Галки Сокольниковой на Дальнем Востоке были родственники. Двоюродный брат, Алик, букву «р» не выговаривал. Смотрю сейчас фильм, героиня: «Муж объелся груш». И вот через 70 лет вспоминаю речь Алика: «Выбегает на манеж клон Г«ррр»уш и клоун Беж». Я умираю со смеху. И когда я у Иры (тётки Алика) интересовалась о его судьбе, то спрашивала: «Как там клоун Г«ррр»уш поживает?». Уже и Галки нет, и Иры нет, и Алика нет, а клоун Г«ррр»уш оказывается существует.

А рядом во дворе, в доме № 30, в подвале, жили цыгане – огромная семья, семеро черноглазых ребятишек. Мы им помогали. Дом № 30 сохранился, его сейчас реставрировали. А вместо 2-х этажного домика сейчас маленький сквер. В этом доме на первом этаже жила семья священника. Дочка его бегала с нами, а парень учился в духовной семинарии. И кто бы поверил маленькой девочке, что он заманил меня в парадную красивым карандашом и приставил к лобку девочки что-то острое. Конечно, я убежала, но кому я могла сказать? Кто бы поверил, что сын служителя церкви – извращенец!

На другой стороне Москва-реки был «Дорхимзавод» с ТЭЦ. В небо выпускались чёрные клубы пара. Однажды с Галкой Сокольниковой мы решили переночевать на её балконе. Утром проснулись – чёрные негритята. Затею больше не повторяли.

Хочу рассказать как на Смоленской улице, в доме архитектора Жолтовского, где находится станция «Смоленская» Арбатской линии Метрополитена (построена в 1935 году, им Кагановича), собирались смотреть салют Победы в мае 1945 года. Небо пересекали лучи прожекторов. Сам салют я не запомнила. А потом на школьных тетрадках, на обложках, был рисунок: пересечённые прожекторы над Москвой, а рядом – таблица умножения. Где-то лежит такая обложка.

В Доме архитекторов жили девчонки, дочери знаменитых архитекторов: Ира Черняк, Наташа Мовчан, Рита Голосова, Таня и Серёжа Бархины, Ира Кусакова.

Когда я вспоминала про Виту и Беллу Виленских, то забыла сказать, что их отец, Борис Виленский, был архитектором станций метро «Красносельская», «Аэропорт» и «Партизанская». А муж Виты – Игорь Шаферан – был известнейшим поэтом-песенником.

В феврале месяце 2022 года была передача, ему посвящённая. Умер он без всяких наград, а написал более 1000 песен. И это не однодневки как РЭПерские. «На тебе сошёлся клином белый свет» была посвящена Вите. «Ромашки спрятались, поникли лютики» стала народной. «На пароходе музыка играла» – и до сих пор играет. Жили они в доме «на ногах» на Садовом кольце, на Зубовском бульваре. Беседу вела уже повзрослевшая его дочка с такой же копной рыжих вьющихся волос как у Витки.

Все празднования Дня Победы, оформленные салютом, мы бегали смотреть на высокий берег Москва-реки через арку Дома архитекторов. Сначала из пушек стреляли с крыши Дома архитекторов редкими выстрелами. Огни салюта были только четырёх цветов, и мы соревновались кто больше наберёт остатков от снарядов салюта. Потом, когда был построен Университет, по левую руку на Воробьёвых горах в небе вспыхивали яркие облака. И где-то за Дорогомиловкой, прямо – второй источник, а по правую руку – салют то ли с площади Восстания, то ли из Кремля. Количество залпов с каждым годом увеличивалось.

С Виталием мы уже ходили и на Бородинский мост (кишел от толпы людей, и мы думали: «провалится мост», но выдержал. А теперь из Парка культуры гром залпов по любому поводу (из ресторанов).

В 90-х годах XX века на Москва-реке был ресторан-дебаркадер. День рождения любого «туза-олигарха» отмечался салютом, и вся Плющиха не спала.

Из писем бабушки знаю как трудно было найти хорошие продукты. Мама работала и днём, и ночью. Днём – в секретариате ГИТИСа у Баяджиева (автор книги «Театры Франции»), а ночью печатала кому-то лекции, кому-то книги.

Не помню, какой радиоприёмник был в самом детстве. Потом был одноканальный белый ящичек, крутилась рукояточка. Слушала «Мурзилку», «Пионерскую зорьку», запомнилось как читала Бабанова «Тимура и его команду», как Василий Качалов читал Есенина «Дай друг на счастье лапу мне…». Никаких заграниц не искали. Потом полюбила передачи о животных Александра Згуриди, позже, с мамой, уже смотрели Василия Пескова, потом появился Николай Дроздов, а теперь смотрю «Видео видели» и канал «Живая планета» о любопытных и редких животных с комментариями учёных. Потом появился радиоприёмник ВЭФ, и я начала интересоваться политикой и джазом. Теперь всё доступно по телевизору.

А первый телевизор со стеклянной линзой, заполненной водой, появился у тёти Лены Цейтлин в квартире № 14. В большой комнате у них собирались Галя Сокольникова, Марина Круглова, я, тётя Лена, дядя Айзик. Люди были очень добрые. А потом мы купили телевизор «Темп» с маленьким экраном. А телевизор «Рекорд» мы везли на санках с мужем из Александрова, где находился известнейший на всю Россию радиозавод. А потом соседи сагитировали меня купить современный занимающий мало места телевизор «Samsung».

Нам с мамой нравились передачи с Александром Каплером, потом – с Валентиной Леонтьевой, затем – с Василием Песковым. Сейчас люблю путешествовать вместе с Дмитрием Крыловом (его голос интеллигента успокаивает нервную систему). Смотрю всё по каналу «Культура» и возмущаюсь передачей «Маски» (это просто позор…). Конечно, слушаю оперы, но раздражает то, что смотришь в субботу, повторяется в воскресенье. Слава Богу, что вспомнили сейчас про фильмы 70-80-х годов: «Старший сын», «Юркины рассветы», «Три тополя на Плющихе». И интонации у артистов не орущие, и раскрытие характеров героев не вытеснено «стрелялками», матерными словами и отлакированными костюмами. Всё хорошее – всё в прошлом.

Все новшества в литературе добывали из журналов: «Дружба народов», «Юность», «Наука и жизнь», «Иностранная литература», «Техника молодёжи», «Роман-газета». Стояли в очереди в библиотеке на них, получали по блату (распространённое слово в то время). А теперь бумажные книги читают единицы, по диагонали, а в основном в электронном виде, не получая удовольствия от шуршания страниц…

Глава 3. ВСЁ О МАМЕ.

ЗА ВСЁ ТЕБЯ БЛАГОДАРЮ

Я нашла много позже, чем начинала книгу, выписку из церковных записей от 30 октября (12 ноября по новому стилю) 1904 года, что в семье купца 1-ой гильдии Абрама Иосифовича и Розалии Куперманов в городе Николаеве родилась дочь Ольга. Но евреям позже разрешили менять имена и Оля, Зёзя и Шурик стали Георгиевичами.

А мама была для меня всем – и папой, и мамой, и дедушкой, и бабушкой, и прадедушкой, и прабабушкой. Я даже после смерти мамы называла Виталия мамусей. Вопрос веры возникает у меня часто. Но мама для меня и Бог, и ангел-хранитель. Мамины родинки, мамины болезни, мамина вера во врачей, мамина привычка закусывать губу от боли, не кричать и не мешать врачу, не хватать его за руку… Мамина решимость бросаться на помощь людям и получать «хорошие» уроки жизни. Мы так с ней и не усвоили одну простую истину: «Не делай добра – не получишь зла». Мамина привычка называть всех ласковыми прозвищами: «Светик», «Ленок», «Натуха», «Люлёк». «Галчонок», «Серёга».

Вот какое письмо прислала мне перед смертью институтская однокурсница Рая Вейцман: «Ирочка, напиши подробно о себе. Я тебя всегда любила. Помню как на 1-ом курсе вы с Ольгой Георгиевной меня лечили. Побольше тебе и радости, побольше удачи. Ты была у нас самая умная и красивая в группе. Какая красавица Ольга Георгиевна. Ты удивительно на неё похожа. У меня есть твоя фотография с распущенными волосами – одно лицо. И характером ты в неё – сильная, не нытик».

А теперь я хочу вас познакомить с письмом мамы в НИКУДА от 31 июля 1937 года. «Я хочу иметь девочку – спокойную, хорошую дочку, похожую на мою маму (красота), Её будут звать Ирина, Ирина Викторовна Данциг! И это будет моя дочка, а значит и Витина. Она будет только твоей, Витенька». Первое время в школе я была Ирина Александровна, т.к.Пикмана заставили пойти в ЗАГС. С 1953 года я была Ирина Владимировна – отчим записал меня на своё имя. Фамилию мы никогда не меняли – ни мама, ни я, – не смотря на то, что она связана с 5-ым пунктом.

«Пусть каждая минута,

Каждый час

Приносят тебе только радость

И счастье, моя кошечка».

Это последнее поздравление мамы на мой день рождения лежало под подушкой в 1988 году, напечатанное на машинке на библиотечной карточке. Сейчас оно в рамке, за фотографией мамы, рядом с календариком 1988 года, где обведена цифра 10 октября. А в 85 лет я надела на палец её любимое гранатовое кольцо, которое она всегда носила, хотя были и другие кольца.

Мама умела переносить боль в себе. Первое кровотечение началось при дяде Володе. Маму положили в больницу, а он запил. Второе крушение – обнаружили рак груди. С моей помощью, через родителей школы № 589 я устроила её в больницу на Пироговку. Облучили, пережгли, три года мама ходила с открытой раной, закрывая ее сооружённым из проволоки каркасиком. Эта была та грудь, на которой всегда были видны швы нитки. Как-то я спросила у мамы: «Что это такое?». Мама, отшучиваясь, сказала: «Ты прокусила». И я долго верила этому (это была молочница). Через 20 лет – кровотечение, рак матки. Институт им.Герцена. Каждый день я должна была быть в больнице после уроков. К этому времени у мамы осталась только одна подруга – тётя Нина, которая её и посещала. От всех остальных мама скрывала свою болезнь, т.к.рак считался заразным. А в 1988 году, в октябре, мама попала в 61 Городскую клиническую больницу, на улице Доватора. С колоноскопии сошёл мертвец – так было больно. Отдали помыть перед операцией. Мой муж, Виталий, нёс её на руках (за это я прощала ему его неблаговидные поступки всю оставшуюся жизнь). Я постригла маме ногти на ногах и случайно задела сосудик. Возвратили обратно в палату – гангрена. Мама закусывала губу, но ни разу не вскрикнула. Эта сцена всю жизнь стоит у меня перед глазами. И, может быть, поэтому ни на одной операции, ни при одном болезненном уколе я не мешаю врачам и никогда не кричу, только закусываю губу.

Эту фотографию я называю «Любовь»

«Будь же ты во век благословенна». Сёстры Сергея Есенина, Катя и Александра, говорили, что в записях брата проскальзывала мысль: «Кроме матери, все остальные – это не родная кровь». Ведь же мать Есенина развелась с его отцом, он жил отдельно в Москве и в Константиново только наезжал.

Из дневников мамы я поняла, что она никогда со своей мамой (моей бабушкой) не делилась переживаниями. Старшие дети больше любили отца, мама росла с отчимом, которого называла дядей. Никогда мне не говорила о том, что у неё был отчим. Очень любила своих братьев: «Мои мальчики уехали в Петербург получать образование». Она переживала расставания с ними, с кем поделиться секретами? Поэтому всю Душу она изливала на бумаге (отсюда эти два дневника). Двоюродная сестра Оля, которая жила с ними в Берлине, иногда была подругой, а иногда конкурентом в дружбе с другими мальчиками. Позже, когда мама забеременела от Саши Пикмана, то расстраивать свою маму не стала. Сашу его родственники заставили записать меня в метрике, но сам он никогда меня не вспомнил и никогда не давал маме денег на моё воспитание. «Как девочка?» (а не дочка) – в одной из двух открыток… Я не знаю какие черты характера у меня от него. О внешности не говорю – я вся в бабушку.

Когда мама «влипла», то и написала письмо своей первой гимназической учительнице Иде Ефимовне Народицкой, прося совета. Я не понимала, кого она называла мама Ида? Это была та учительница. И узнала я о ней только после смерти мамы.

25 мая 1937 года. «Не удивляйтесь, пишет вам уже не девочка, совсем взрослая женщина. Ида Ефимовна, я вообще принадлежу к породе очень скрытных людей. Я никому и никогда не рассказываю о себе, но помните, как я приехала к Вам в Ленинград и рассказала всё о себе. Я почему-то убеждена, что вы меня поймёте.

Ида Ефимовна! Дайте мне совет. Вы единственный человек, мнение которого для меня будет авторитетно. Я ожидаю ребёнка от человека, который ко мне плохо относится, и боюсь, что совсем никак не будет относиться к ребёнку. Я даже не знаю, что больше меня мучает: его отношение ко мне или то, что у ребёнка не будет отца. Мне хочется самой иметь ребёнка и самой его воспитывать. С Витюшей у меня никогда не было детей, у меня нет материнских инстинктов. Моя жизнь была полна, я была счастлива (по молодости, по глупости не хотела). Сейчас я безумно жалею об этом. Сейчас у меня был бы ребёнок от любимого человека. Этот человек знал Витю, когда мы приехали в Москву в 1927 году (он даже его далёкий родственник), а для меня всё, что связано с Витей, дорого и близко. 1,5 месяца он ухаживал, нам было приятно вместе, и вот он остался у меня. Через неделю разошлись, поняла , что это не то. А через неделю я понимаю, что влипла. Я пошла к нему и думала, что поженимся, а потом разведёмся хотя бы через полгода. Ребёнок как мой, так и его… А он думает, во всём виновата я. А он ничего не должен делать, я одна должна решить иметь ли ребёнка. Может я не права? Он всё время говорит, что все ведут себя как он, что он не исключение. Как по-вашему? Конечно, я хотела сделать аборт, но мне не удалось. Смогу ли я иметь ребёнка от этого человека? А вдруг у него будет характер его отца? Ваше мнение для меня авторитетно. Мне трудно живётся с мамой. Я работаю на службе и дома. Как хорошая ломовая лошадь. Мама себя чувствует неважно. Для ребёнка надо будет взять няню. Хватит ли у меня сил всё это вынести на своих плечах? Почему вас спрашиваю? Нашла возможность сделать преждевременные роды Предупредили, что на 50% я рискую отправиться на тот свет. Я не одна. А как с мамой? На алименты мне рассчитывать не приходится – он ушёл с работы».

Петроград, 15 мая 1922 года. «Милая моя девочка. Тебя, семилетнюю дикую девочку, способную, иногда милую и ласковую, а иногда непокорную и своенравную я помню. Мне приятно думать, что в большой славной девушке есть что-то хорошее, мною заложенное. Пожалей свою мамочку». Это был ответ на детскую жалобу. Когда в Ленинграде Ида Ефимовна теряет место в гимназии, когда погибает её единственный сын, то на вопрос: «Почему так долго не пишете?», – мама ей отвечает. Но узнаёт от соседей, что, пробыв в больнице всего 1 неделю, 17 августа 1947 года мама Ида скончалась. Так моя мама лишилась второй матери. А бабушка после смерти отчима, в 1930 году, конечно, приехала к маме в Москву. Никогда не работавшая, больная, на плечи к маме. В Москве бабушка жила как барыня. Мама с Витей сняли квартиру на улице Станкевича так, чтобы у бабушки была отдельная комната. Они с Витей звали её «мухой». Так как относилась бабушка к Вите, мог позавидовать любой зять (мама говорила: «Когда ты выйдешь замуж, я буду относиться к твоему мужу, как бабушка относилась к моему». Но когда мама осталась одна, родила меня без мужа, бабушка возилась со мной, обшивала как принцессу – «девочка в кружавчиках». И в эвакуацию поехала со мной, т.к.мама работала на военном заводе, и её не отпустили. И без мамы со мной страдала (см.письма бабушки из эвакуации).

Я была «солнышком», «рыбкой», «воробушком», меня 2 месяца звали Лялей потому, что Мама хотела Ириной, а бабушка – Ирэной. Записали Ириной. Но я осталась Лялей, Лякой, Лясенькой, Лясулей, Лялькой. И только, когда я провинялась, то слышала: Ира, Ирина. Во дворе все звали Лякой. В 2018 году умерла соседка, родственница Гали Сокольниковой. Та до последнего дня звала меня Лякой. И это был звоночек от мамы.

Четыре мужа моей мамы (четыре моих отца)

О судьбе первого маминого мужа Данцига Виктора Акимовича можно прочесть в книге «Сказка о любви» (proza.ru) и в главе «Про это».

«Счастье моей жизни зависит от тебя. Если было бы можно, я бы запер тебя в темницу своего сердца», – писал Наполеон Жозефине в 1807 году (в XIX веке). А в XX веке не император, а интеллигентный специалист по льну, Витя Данциг, боготворил Оленьку и каждый день, а иногда и 4 раза в день, находясь в захолустье или за границей, писал своей «любе» до самого расстрела.

Подарки Вити маме

«Хранят так много дорогого

Чуть пожелтевшие листы»…

Кроме истории с духами «Coty», включившей имена Лили, Эльзы, Примакова, следует история о книгах. Раньше дарили книги и их подписывали. По разным поводам Витя дарил Оле книги и как разнообразно и нежно он их подписывал. Т.к. после его ареста мама боялась обыска, то сохранились только первые листы с посвящениями. Их она брала в эвакуацию вместе с двумя чемоданчиками писем. Их сохраняю и я. А самая любимая мамина книга «Декамерон», издательства «Академия», так и стоит на книжной полке.

Мама была очень способна к языкам. Позже она была машинисткой со знанием 4-х языков: немецкого, английского, французского и русского. Витя дарит ей научную книгу по льну 8 апреля 1927 года: «Олюша! Может быть, эта книга, написанная на любимом тобой языке, заставит тебя познакомиться с профессией твоего мужа».

Книга Максима Горького: «Моему Люшкину на третий тяжёлый, полный «тревог» и прочей «муры» год жизни в СССР (и со мной). Витя. 1 октября 1929 года».

Книга «Дон Кихот Ламанчский», издательство «Академия», 1929 год. «Олюшка – «за рабочее содружество» в издательстве «Вестника».

«Моей дорогой девочке, о которой много думаю – дни, часы, секунды, даже доли секунды. Витя. Ленинград». Книга Василия Каменского «Пугачёв», август 1931 года. Витя знал Василия Каменского, а мама после войны была знакома с его сыном. Я тогда была подростком и его не помню.

Книга «Пятиречье»: «Люшке – после поездки в Армавир и Баку в память о нашей договорённости о чём-то (и о ком-то). Москва, 13 декабря 1931 года. Витя».

Всю жизнь я мечтала, чтобы меня, очень ласковую девочку и женщину, называли ласковыми словами. Но мне попадались мужланы, которые, кроме слова «Ира», произнести ничего не умели. А когда я первый раз открыла это сокровище – около шестисот писем о любви – со мной была истерика.

О духах Coty

В 2003 году археологи обнаружили на Кипре аромат с нотами аниса, сосны и бергамота, созданный 400 лет тому назад. Флакон с ароматом – лучший символ духа и стиля эпохи. с 1930 года в нашей семье хранится один из двух флаконов французских духов Coty. Мама очень любила эти духи. О судьбе его дарителя и хранительницы вы можете прочесть в книге «Сказка о любви».

Франсуа Коти слыл в 20-30-х годах XX века Наполеоном парфюмерии. На самом деле фамилия знаменитого парфюмера-корсиканца Франсуа Спетурно. Во Франции он был известен как «Золотой Нос». Хрустальная притёртая пробка вытачивалась на заводах Баккара. Художником был Рене Лалик. Это было произведением искусства. Коробочка с золотым знаком, флакон и ватка хранят ещё аромат этих духов. Умер Коти в том же 1934 году, когда был расстрелян Витя Данциг, подаривший духи маме. Коллекционеры, имейте ввиду.

Прочла у Мариенгофа о Сухаревском рынке, где в голодные 18-21-е годы можно было купить всё, лишь бы деньги были: «Парень торгует английским шевиотом, парфюмерией «Coty», шёлковыми чулками и сливочным маслом». Эти духи очень любила мама, а поэтому, будучи в Берлине в 1930 году, Витя к её дню рождения через кузину Эльзу передал их в Москву (см. главу «Обо мне», стр. __).

Мужчину в семье я увидела, когда появился папа Ваня. Но помню только как он качал меня на ноге. Яцко Иван Дмитриевич родился в 1907 году. Сельцо Красные Ставцы Орынского района Каменец-Подольской области Украины. В 1942 году Московским ГВК был призван в армию. Старший лейтенант 35-й ПТАДН 1206сд пропал без вести 10.03.1943 (ОБД memorial.ru) AL.ru/

Сведения эти повторяются с 1998 года, когда я через Подольский архив внесла его имя в «Красную книгу памяти» и останутся, наверное, навеки. И каждый раз, когда находят останки героев, я реву. Сохранилось письмо, сложенное треугольником: «Ты не представляешь как приятно под грохот канонады поудобнее устроиться в сырой полумёрзлой землянке блиндажа возле железной печки при свете цигарки тысячелетней давности, вскрыть адресованный тебе конверт, с далеко далека от суровой действительности».

Как это созвучно словам стихотворения поэта Суркова: «В землянке»:

«Бьётся в тесной печурке огонь,

На поленьях смола, как слеза,

И поёт мне в землянке гармонь

Про улыбку твою и глаза».

«Вчера состоялся митинг, где решили пожертвовать на оборону. И теперь схожу с ума, что эти девять месяцев буквально тебе ни чем не помог. Но близок час, когда враг побежит на всех фронтах, мы будет торжествовать победу и заживаём тихой, мирной, счастливой жизнью».

23.02.2022. Не напоминает ли вам этот момент сегодняшнюю ситуацию?

Сохранилась сосновая кора, на которой вырезано: «Волжск, 30.05.1942. Любовь моя, Оля, не забудь Ваню». Фотоснимок в «Независимой газете» 30.04.2020 года в моей статье «Белые снега войны». А мне записочка: «От папы Лясеньке. Целую маленькую деточку. Пусть этот костюмчик ты оденешь с папой». Я помню этот костюмчик.

«Кота, почему я тебя так люблю? Жизнь без тебя для меня просто не выносима. Солнышко моё, когда ты меня опять согреешь? Чтобы ни случилось, ты всегда для меня будешь одинаково дорога, только ты должна жить. Пришли махорку, кисет, трубку, бумагу».

У него была жена с тремя детьми, а он у отца, Дмитрия Ивановича, живущего в Черкизово, просит разрешения жить с мамой. Чем мама так цепляла мужей?

Одна из полевых открыток, проверенных комендатурой, датирована 06.01.1943, а 20.02.1943 он погибнет – без вести пропавший.

Я всегда звала его папа Ваня, помнила о нём всю жизнь, на стене всегда висела и всегда висит его фотография.

Один верил в город-сад, другой верил в победу, третий – в силу искусства. Ну, и агитация была в СССР! А теперь кто чему верит???

Тайну моего происхождения открыли мне соседи Микеладзе. Оказывается, у мамы был муж, мой отец, от которого она ушла беременная. От этой новости я убежала в детский дом.

Мама и я носили всегда фамилию её первого мужа – Данцига Виктора Акимовича. Читаю Марию Метлицкую: «Совершенно чужой человек – он не видел её детства, не знал её в юности, мимо прошло её взросление, становление, а он только отсылал деньги». Маме не нужен был такой муж и отец для меня.

Следующий мужчина у мамы появился, когда я была уже девушкой. Отчима назвать папой я уже не смогла, только дядей. Он снимал у нас комнату. Ушёл он из своей первой семьи, оставив на руках бывшей жены годовалого мальчика. А мне в это время было 14 лет. Никакого подхода к детям у него не было. Он был младше мамы на 15 лет, а выглядел – старше, уже появились залысины. Дядю Володю Этингера я не приняла. Он скрыл причину своего ухода из семьи. Его сына усыновил дед. А причина развода с первой женой – пьянство. Владимир Гаврилович Этингер был художником. Родился он 05.05.1919 года, в городе Поти (Грузия) в семье Гаврилы Фёдоровича Акимушкина, циркового клоуна (тоже пьяницы), который носил сценический псевдоним Гарри Этингер. Сохранилась и афишка и справка 1922 года с разрешением выступления цирка на юге России.

Мать была осетинкой, через три месяца после родов умерла. Маленького Володю воспитывала тётка в городе Смоленске, т.к. в три года Володя остался сиротой. Я помню как один раз мы ездили с мамой в город Смоленск к Плонским. И сохранилась одна открытка, на которой вместо марки приклеена фотография дочки Плонской, влюблённой в Володю Этингера. В это время Володя призван на военную службу. В Доме пионеров Володя занимался живописью. До войны успел в Смоленском и Вяземском молодёжных театрах отработать художником-оформителем с Павлом Богдановым, который в последствии стал главным художником Ногинского театра. Даже после смерти дяди Володи, он очень часто приезжал к нам в гости. В 1939 году Володя был призван в армию.

На войне прошёл окопы Сталинграда, защищал Дом Павлова, был награждён медалью за Сталинград (1943 год) и орденом Красной Звезды (1945 год). Был ранен в поясницу и в правую руку. Рука стала усыхать.

Однако он из госпиталя демобилизовался в Москву и, как участник войны, поступил во ВГИК. Это было время Василия Шукшина, Владимира Басова, Зиновия Гердта и Александр Алова, это было время, когда демобилизованные ходили в сапогах и гимнастёрке, а не в костюмах. Он был отличником, членом партии. По рекомендации Фёдора Богородского, в 1947 году был принят в члены МТСХ (Московское товарищество советских художников), а в 1949 году – в члены МОСХа (Московская организация советских художников). Дипломная работа была по книге Сергея Маркова «Юконский ворон» о Григории Шелихове – купце, мореплавателе, основателе компании «Русская Америка». В 2022 году МОСХу исполнилось 90 лет.

С 1951 года работал художником-оформителем на «МОСФИЛЬМе». Есть фотография в Газете «Московский художник», где он консультирует фильм «Сталинградская битва». По пьесе В.Н.Ажаева был поставлен фильм «Далеко от Москвы» о становлении города Комсомольск-на-Амуре, и фильм Михаила Калатозова по одноимённой пьесе Николая Вирты «Заговор обречённых» или «Под кардинальской мантией», с Вертинским в роли кардинала Бирнч.

Одновременно Володя преподавал во ВГИКе. Есть отчёт о летней практике. Но канцелярская работа его тяготила. Он был свободным художником, богемой. Я его чаще видела в тулупе, уезжающим в Абрамцево, в Ашукинскую, даже сама ездила с ним на пленер. Он писал, а я вдоль железной дороги собирала малину. Сейчас – это города–спутники Москвы. Несколько раз он уезжал на Байкал, на Кавказ. В домашний диван складывались сотни этюдов, а продавались только те картины, которые писались по заказу сначала Товарищества, потом – Союза. Художником он был эмоциональным, экспрессивным. У него развито было чувство света и воздуха. Участвовал в первой выставке молодых художников в 1952 году. Представлял свою дипломную работу 1949 года «Юконский ворон» по книге Сергея Маркова об основателе Русско-Американской компании Григории Шелихове (остров Шелихова, мыс Шелихова на Аляске).

Участвовал в оформлении павильона «Геология» на ВДНХ. Картины были размером 4,0х1,6 метра.

Эскиз «Геологическая разведка» я продала в 2000 году через Выставочный зал на Кузнецком мосту. Выставляла часть эскизов на улице Горького, дом 48 в зале Товарищество советских художников. Мастерской не давали. Когда я подросла и мне уже нужна была отдельная комната, он стал снимать мастерскую с другом, Виктором Чуловичем, на двоих. Инвалид войны – никаких льгот. Это только потом о них стали вспоминать. Да и портретов вождей не писал, одни пейзажи. Был на базе художников в городе Тарусе. Отсюда циклы «Об Оке». Был в «Горячем ключе» отсюда цикл «Кавказ». На Байкале – цикл «Байкал». Один раз мы в 1951 году отдыхали с семьёй на Украине, в окрестностях городка Кролевец Сумской области, отсюда – «Украинский цикл», от которого осталась только одна картина ню – я в 14 лет.

После его смерти мы забрали все эскизы и готовые картины на холстах из его мастерской домой. Спрятали их в диван и огромную коробку от «Malboro» на шкаф в коридоре. И тогда я увидела и «Дьяковскую церковь», и «Бухту Соболью», и «Остров Ольхон», и «Последний снег», и «После дождя», и «Старую мельницу», и «Украинские мазанки», и «Гору Железную», и «Владимирский источник», и «Солнечный Железноводск», и «Камни Байкала», и «Подмосковную реку Ворю», и «На Яхроме», и «Саввино-Сторожевский монастырь», и миниатюры «Четыре времени года», и «Стог сена в розовом закате», и «Две сирени», и «Букет пионов в вазе» (производства ЛФЗ, подаренной ему Товариществом), и многочисленные байкальские этюды. Вода белая, синяя, фиолетовая, зелёная спокойная, штормовая. И так, более 200 картин и этюдов, подписанные и не подписанные. Добиться выставки его работ я, девочка, не смогла, хотя писала даже Н.Хрущёву.

Хоронили дядю Володю на Донском кладбище, в ячейке, но сначала его кремировали. И вот я, девочка, поддерживала маму и вынуждена была посмотреть в окошечко, где пылала печь. Впечатление на всю жизнь. Поэтому на похороны стараюсь не ходить, кроме похорон мамы и Ириного мужа, Димы.

Читаю про похороны Маяковского у Алисы Ганеевой «Л.Ю.Б.»: «Крематорий во дворе Донского кладбища недавно (в 1930 году) открыли в церкви. Этот крематорий был символом новой пролетарской культуры, Кафедрой Безбожия. В подвале, где располагались печи, можно было было в специальное отверстие наблюдать за сгорающим трупом. От жара и движения тёплого воздуха тело Маяковского стало приподниматься. Мама (Маяковского) в ужасе запричитала: «Он живой, он живой!» (из воспоминаний сестры Маяковского, Людмилы)».

Как вы думаете, что кричала я?

ПИСЬМО Н.ХРУЩЁВУ

Уважаемый Никита Сергеевич! Здравствуйте. Очень прошу простить меня за то, что в такие горячие дни для нашей Родины и для всего Мира я обращаюсь к Вам с личной и на первый взгляд неважной просьбой. 20 августа этого (1960 г.) года ушёл из жизни мой отчим Этингер Владимир Гаврилович, боец, защитник Сталинграда, имеющий 5 наград, член партии с 1942 года, художник, член МОСХа. Итог жизни был очень неожидан для членов семьи (меня и мамы) и для товарищей. Как установило следствие, причиной самоубийства было психическое расстройство нервной системы на почве алкоголизма. Пить он начал давно, и, когда это принимало серьёзные формы, мама обращалась в партком, чтобы на него как-то подействовали. Вместо того, чтобы действовать вместе с мамой, они создавали мнение о маме: жалуется, значит плохая. С ним либеральничали, жалели и упустили тот момент, когда ещё можно было что-то сделать. А потом пьянство перешло в алкоголизм. Мама собственными усилиями несколько раз устраивала его в больницу, и вот как раз в июле он лежал в больнице на улице Радио и, как всем казалось, поправился. Мы с мамой не знали, что это серьёзная психическая болезнь и ругались с ним как с пьяницей. Когда он пил, дома было не всё в порядке, у нас были скандалы (да это и естественно, что мы не могли мириться). Об этих скандалах кое кто знал, и его товарищи обвиняли маму. Вышел он из больницы 29 июля, приступил к работе.

Мы в это время отдыхали: я – на юге, мама – под Москвой. Мама приехала домой и нашла его в очень хорошем состоянии. Он даже отказался выпить в кругу друзей. Успокоенная этим, мама опять уехала на несколько дней. Приехала, они пошли в магазин покупать маме пальто. Он выпил, антабус не подействовал. Это привело его в ужас. Они срочно побежали к лечащему врачу. Врач-психиатр повела себя хуже, чем ведёт палач на плахе. Она грубо отрезала перед ним все пути к надежде, не подбодрила его и отказалась что-либо с ним делать. В то время он одним говорил, что повесится, а маме, – что любит жизнь. Мне он написал письмо на юг впервые в жизни. Лялька, я мечтаю с мамой поехать на Волгу работать, писать. Я решил жить в семье по-новому. «0 августа они вышли в город, на улице Горького мама зашла в магазин. А он убежал от неё. И через полчаса мама нашла его в мастерской повесившимся. На этом должна была бы кончиться история, но…

Никакой гражданской панихиды не разрешили, даже венок от МОСХа запретили… Мы, грешные простые люди, не понимаем, что есть такие негласные законы партии, что человек много сделавший для Родины, для Партии, не заслуживает простой дани уважения, которое отдают в последний час покойному.

Но и это не всё. Друзья решили написать некролог, потому что другом то он был очень отзывчивым и хорошим. И это запретили, ссылаясь на негласный закон. Потом с помощью прокурора через месяц после смерти мы повлияли на партком, и они согласились. Мы немного успокоились, а через 2 месяца, 8-го октября, нам сообщают, что всё-таки некролог не напечатают. И делают это как бы в отместку маме. Мстят ей за то, что она как бы была «нехорошей» женой. Так ведь умер то он, а не мама. Зачем же мстить живым. Мы воспринимает это как неуважение к нему и нам очень больно и обидно, потому что для товарищей он был в тысячу раз лучше, чем для семьи. Ни о каком пособии, кроме денег на похороны, ни о какой помощи или моральной поддержке мы даже не заикаемся. Но нельзя же травмировать нас уже два месяца после смерти. Да чем он грешнее Фадеева и Маяковского, и многих других знаменитых людей. Он же не знаменитый, он просто труженик. Почему же к нему применять негласные законы, от которых веет феодально-патриархальными пережитками. Как бы ни были плохи мы, он для Партии и для работы был хорошим и заслуживает хотя бы некролога. Мы беспартийные и не знаем многого. Мы очень просим ответить Вас (чтобы немного успокоиться), есть ли такой негласный закон?

С искренним уважением, Данциг Ирина Владимировна.

Володя Гапошкин, в доме которого проходили поминки, написал новый некролог.

У Дины Рубиной: «В компаниях, рассуждающих о судьбе писателя (художника), касаются его жены, якобы стервы, отравившей ему жизнь». Женщина – жерва любви – посвящает талантливому мужчине свою жизнь, отдаёт своё здоровье, а остаётся в тяжёлой жизненной ситуации чаще всего одна.

На съёмках фильма «Сталинградская битва».

Его друзья-собутыльники пальцем не пошевелили, чтобы поддержать маму. Я заговорила только после смерти мамы, через 28 лет. В МОСХе, через массу унижений, получила разрешение сдавать картины в художественные салоны. Картины продавались сразу, я поняла, что надо требовать выставки. Началась тягомотина. Время изменилось, и с 1992 года за зал надо было платить. Сдала 25 картин на холстах в Галерею «Ренессанс» в «Доме художника». Владельцы Галереи выставили картины на балконе 2-го этажа, и все натюрморты были проданы сразу же. Потом постепенно продался и Байкал, и Осень, и… А сама я встала у парапета на набережной, на Крымском валу, и начала торговать. Вдруг подошёл англичанин и отойти не смог. Ему нравилось всё. Через переводчицу он сказал, что большинство картин, которые он видит у художников здесь – это списано с коробок конфет и календарей сотнями копий. А у меня он увидел, что автор сам был на природе. И копий нет. Так я познакомилась с англичанином Филипом из Лондона (Стоунхендж). Он сказал, что только что был на вернисаже в Измайлово и купил 5 картин мариниста Пассана-Сабкова у его дочери. Это был друг дяди Володи, безногий художник Толя Пассан. «Мир тесен», – сказал Филип. «Я буду собирать их картины и после смерти их сведу». Филип Чарлз купил у меня 23 картины и увёз их в Англию, в Бриджстоун. Мир тесен.

Чёрно-белые фотографии времён его жизни, когда картины писались по заказу Товарищества художников, а фотоплёнка была чёрно-белая (до 1963 года). А цветные фотографии – это моё творчество и заслуга цифровых фотоаппаратов.

Каманин, Куманьков, Поливанов, Радоман, Судаков, Цыплаков, Богородская, Мессерер, Чулович – тогда ещё были живы. Никто не помог мне в реализации картин среди своих клиентов. Только в 1998 году я сумела организовать выставку в Художественном салоне на Петровке.

Вдруг раздаётся звонок: «Я родственник первой жены Володи, Александр. Я помню его первые картины. Дача у нас была под Тарусой, на Оке». Картины «Ока» и «На Оке» я выставляла на выставке. Я пригласила Александра к себе домой, показала картины, альбомы. В альбомах были карандашные зарисовки Володиной первой жены, Ирины, сына Алексея. Александр сказал, что Ирина жива, но с ним не общается (и в 2021 году, когда я встретилась с внуком Володи, я узнала, что 94-летняя Ирина ещё жива).

14 сентября 1959 года, Дом творчества художников «Горячий ключ» (за год до смерти). Володя: «Мне необходимы деньги на лечение, краски, поездки на пленэр. Денег надо 350 рублей».

Оля отвечает: «Я не могу субсидировать тебя, и не стыдно писать мне об этом? Хватит требовать от меня бесконечно денег. Ты из Железноводска писал, что бросил пить. Я не верю тебе больше. Оля».

За всю совместную жизнь ни одного подарка от него не осталось. Осталась ваза, которую ему дарили…

И в 54 года остаётся одна. Выглядит на 40. На все ухаживания отвечает отказом. В отличии от меня, ей каждый ухажёр предлагает замуж, т.к. видит порядочность в её глазах. И больше она никогда не выходит замуж и не подпускает к себе ни одного мужчину.

О БАБУШКЕ

Роза Марковна (в СССР – Мироновна) Экелис родилась 30 октября 1877 года в городе Умань, на Украине, в семье купца 1-ой гильдии. Этот старинный город был основан в XV веке, где лучшим памятником прошлому был дивной красоты парк, разбитый когда-то польским магнатом Потоцким в честь любимой жены Софии, «Софиевка». Я написала это так спокойно, а на самом деле из книги Дины Рубиной «Это были миллионеры, выбились великим трудом и умом, потеряли всё и эмигрировали» в Берлин, снимали 2-е комнаты, в одной жила бабушка с Олей и отчимом, в другой жили Экелисы, бывшие миллионеры. Но скатерти, наволочки и многое другое с дореволюционной эпохи сохранились и выручали маму во время эвакуации. Сохранился конверт с двумя визитными карточками Экелиса и фотографии Экелисов. Вышла замуж за купца 1-ой гильдии Абрама (в СССР – Георгия) Купермана и стала Куперман Роза Мироновна. Родила троих детей: Иосифа (Зёзю), Александра (Шурика) и Оленьку. А потом встретила Лёву Хамермана, который был старше неё на 20 лет. Бросила всё и, взяв детей, в 1906 году удрала с ним в Выборг. Развод получила только в 1916 году. Затем они жили в Берлине. И только после смерти Лёвы мама взяла бабушку в СССР, в Москву. С 9 мая 1930 года у бабушки появился советский паспорт с пропиской на улице Станкевича, дом 6, квартира 15 (напротив Консерватории). А с 7 марта 1931 года – на 7-ом Ростовском переулке. Сохранилось 8 старинных фотографий бабушки в роскошных платьях с кринолином.

Моя красавица бабушка прожила со мною неполных 7 лет. Запомнилась мне только больной, беспомощной в эвакуации. Я касаюсь её ног пальцем, и остаются ямки (сердечная недостаточность, ноги были как поленья). Всё, что знаю о ней, было от мамы и от соседей. Помню, что мама всегда говорила, что я очень похожа на бабушку. Смотрю на её девичью фотографию: да, – это я. Но я в старости, совсем не похожа на старую бабушку. В 66 лет я выглядела намного моложе.

А теперь в зеркале – я копия мамы. Какие у нас были косы, и обе облысели от облучений. В последние дни её жизни я заплетала ей такую тоненькую косичку. А сейчас себе заплетаю. От бабушки остались малюсенькие швейцарские часики, «розочка» в петлицу пальто или жакета, циферблат с однокопеечную монету, шейка в петличку и основание, где механизм, как кулёчек с пятикопеечную монету. И семь фотографий в роскошных платьях с кринолином, в кружевах. Она всегда вышивала, поэтому у нас полно уникальных наволочек, скатертей, салфеток, кружев. Остались панталоны с дыркой по середине, нижняя юбка, саше для платочков, рушники для икон и лаковая японская шкатулка с орудиями труда белошвейки. В Берлине бабушка работала белошвейкой монастыря на Екатеринштрассе. Сохранилась мамина фотография: девочка вся в кружавчиках. Соседи после войны вспоминали в каких кружавчиках ходила я. В Музей Маяковского сдала крестильные рубашечки для мальчика и девочки. Хранится тетрадка в клеточку, где бабушка делает выкройки и переводит на кальку с журналов монограммы. Каждая вещь в нашей семье с монограммами: Р.Е., Р.К., О.К., О.Д., В.Д. (а мне мама крестиком вышивала И.Д., когда отправляла в пионерский лагерь, каждые штанишки, каждую маечку.

Умерла бабушка промучавшись со мной в эвакуации. Мама не сразу смогла приехать. Знаю, что у мамы были сложные отношения с «дядей», – это был её отчим. Поэтому свои переживания от своей мамы она скрывала. Я же, наоборот, всё маме выкладывала, во все дружбы и ссоры посвящала, о влюблённостях рассказывала, плакала у неё на груди, искала поцелуев и всегда целовала её в умный лобик. Через маму я полюбила образ бабушки. Всегда фотография в рамке из слоновой кости стояла у нас на полке. Для двух других я на аукционе купила дорогие рамки. Как хотелось мне быть мамой, бабушкой, как долго я играла со своей куклой Машей. Но, увы, жизнь зла.

Письма бабушки

Почерк у бабушки был очень мелкий, как бисер. 9 сентября 1930 год, Ленинград. Дорогой Витенька! Шлю тебе привет из Ленинграда, где я гощу уже недельку (у младшего сына Шурика). Собираюсь днями обратно к нашей девочке (Оле). Здесь очень хорошо, хотя погода совсем осенняя. Мне скучно без твоих писем вообще, и в частности мне не хватает поцелуев, которые мне Люша передаёт от твоего имени. Меня она известиями совсем не балует. Сейчас в Москве гостит Ида Ефимовна (та гимназическая учительница, с которой мама дружила до её смерти). Будь здоров, целую тебя крепко. Мамуха (так они звали бабушку).

24 сентября 1930 года. Милый мой Витенька. Завтра у меня большой день: идём получать пакет с почты и заранее радуемся содержимому (Витя из-за границы прислал им посылку). Имею тебе передать привет от моих мальчиков: Зёзи и Шуры. Они были здесь пару дней (в Ленинграде). Я блаженствовала, окружённая моими…, и все мы очень жалели, что тебя не было среди нас. Я бы многое дала, чтобы нас кто-нибудь снял (сфотографировал). Зёзя очень усердно настаивал, чтобы я скоро приехала к нему (в Харьков). Не знаю, наберусь ли я храбрости опять оставить Оленьку одну (бабушка только приехала из-за границы, поэтому навещает всех своих детей). Только что ушёл от нас Саша, просил тебе передать привет и сказать тебе, что он своё квартирное дело выиграл, чем они чрезвычайно довольны. О наших сегодняшних приобретениях тебе напишет Оленька. Я же тебе прибавлю ещё по секрету, что очень по тебе сильно уже скучаю. Мы каждый вечер подводим счёт сколько как Витенька уже уехал. Как долго нам придётся ещё считать? Напиши мне, голубчик, если знаешь, номер дома, где живёт Оленька (мамина кузина) у Вильков (в Германии), или же узнай её новый адрес. Она писала мне, что возьмёт себе комнату. Я хочу ей ответить, но забыла номер дома. Будь здоров. Целую тебя крепко. Мамуха.

Москва – Берлин. 3 ноября 1931 года. «Дорогой мой Витенька, моя открытка должна тебе сказать, что длинное письмо следует. Вчера, после мамы, пришло ж…, а сегодня Олюшка его кончит и отправит. Она тебе обо всём напишет. У нас всё хорошо. Оля хорошо выглядит. Приезжай поскорей к любящим и скучающим по тебе Кошке и Мамухе».

Эта китайская лаковая с перламутром шкатулка попала в наш дом от Бориса Моисеевича Данцига, кузена Виктора Акимовича Данцига (Акиба и Моисей были братьями). Борис Моисеевич часто бывал в Берлине поэтому знал бабушку. В СССР он стал востоковедом, профессором. Внесён в Советскую энциклопедию. Он был старше Вити, но они дружили и в Германии, и в России. А мама дружила после смерти Бори с его дочкой Таней. Жили они на Арбате, в Староконюшенном (не путать с Новоконюшенным) переулке, дом 17, квартира 19, где сейчас магазин «Чай». Я с мамой ходила к ним в гости. Всем родственникам он дарил китайские лаковые произведения искусства. В шкатулке: игольницы из слоновой кости, слоновая игла для резинки, ножичек и ещё один малюсенький ножичек микс. В нём и ножичек выдвигается, и ножнички и крючочек – это орудие для ришелье. Размер его всего 3 сантиметра. И колёсико для намётки шва, колёсико для намотки ниток, и коклюшка для плетения кружев, и грибок для штопки носок, и шляпка для штопки пальчиков перчаток, и большие и маленькие катушки шёлковых ниток для швейной машинке «Зингер», и моточки шерстяных ниток для штопки, и футлярчик с канвой для штопки фильдеперсовых чулок, и петли из шёлковых ленточек, и шёлковые подвязки (красная и розовая), и малюсенький кожаный чемоданчик, где хранится иголка с золотым ушком, и, и, и…

А ещё есть кожаная катушница с маленькими шпульками, а ещё – шкатулка с муаровыми атласными лентами, и уже потёртая вышивка по шерстяной канве шерстяными нитками, а ещё скатерть как в Екатерининском дворце в Петергофе, а ещё, а ещё, а ещё…

Стоят 3 фотографии бабушки: одна – в слоновой рамке с розами, 1911 года, для двух других, 1896 года, где бабушка – молодая невеста в платье с кринолином у зеркала. Для них я специально купила бронзовые рамки в антикварном салоне, одна даже с венецианским стеклом. Через маму я полюбила образ бабушки.

Когда-то, в 1998 году, на последней странице журнала «Работница» в статье «Из бабушкиного сундука» эту шкатулку сфотографировали. А сколько я сдала раритетов в Музей Маяковского… Есть ещё другая кожаная шкатулка – катушница, с маленькими шпульками разного цвета ниток. А ещё шкатулка ручной работы с атласными лентами и листок из старинного журнала с чертежом вышивки. А вышивали и на мешковине, и на шерстяной канве, вышивали шерстью и ирисом, вышивали на вязаном шерстяном одеяле. И всё это хранится в доме (для тех, кто увлекается рукоделием). На каждой вещи вышивались инициалы. Сохранилось 2 саше с носовыми платочками, где крестиком вышито Р.Е. бабушка – девушка и Р.К. бабушка – женщина. Одно из саше в публикации журнала «Seasons» за 2004 год. А также сохранилось 2 рушника: один с монограммой Р.Е., другой – с Р.К.

ВОЙНА

Наступила война. Я с бабушкой была отправлена в эвакуацию сначала в Алатырь, потом в Йошкар-Олу Марийской АССР. Из этой жизни помню 4-5 эпизодов:

Пошли мы с мамой на базар менять запасы мыла (из Германии) на муку. И вдруг с телеги слетел петух и клюнул меня до крови в попку.

Весна. Бурный поток воды вдоль деревянного тротуара. Дети пускают кораблики. А у меня была маленькая синяя сковородочка и красная пузатая кастрюлечка для куклы. И вдруг поток уносит кастрюлечку… Слёзы, слёзы, слёзы. А сковородочка всю жизнь служила у меня подставкой для бутылки с маслом и напоминала об эвакуации.

Осенью собирали зелёную картошку, оставшуюся после колхозников, и грибы дождевики (белые бильярдные шары). Бабушка уже была прикована к постели. Я влетела в избу, врезалась лбом в угол печи – шрам посреди лба на всю жизнь.

Бывшая красавица Николаева, моя бабушка, ей всего 66 лет, лежит в постели. Я дотрагиваюсь до её опухших ног и от моего пальца остаётся ямка. Ужас! Вскоре бабушка умерла.

Я лежу в больнице и там узнала, что чай с маслом называется кофе. Оказывается татары пьют чай с салом.

Мама приехала в Йошкар-Олу, когда папа Ваня был направлен в Волжск. В 1943 году, после смерти бабушки и пропажи папы Вани без вести, мама упросила отпустить её в Москву, т.к. узнала, что нашу собственную площадь заняли НКВДешники. Надо было отсуживаться. Мы поселились на Садово-Кудринской, 18 (где выход из метро на станции «Маяковская») в огромном доходном доме, в квартире двух кузин мамы – тёти Оли и тёти Тали (Виталия). По замужеству Оля была Захер, а Виталия – Андреева. Квартира была 5-6 комнатная, с двумя соседями. Все мирно между собой уживались. Вспоминаю суфле в молочных бутылках – это было искусственное молоко. У тёти Оли, известнейшего адвоката города Москвы, была масса книг. Здесь я получила первое своё образование. А тётя Таля писала стихи. Отец их (брат мужа бабушки) был гинекологом. В одной из комнат стояло медицинское кресло, которое сохранили в память о нём. Перед смертью тётя Таля подарила мне коралловую головку – это камея из красного коралла, дорогая, редкая. В 1953 году по суду мама смогла вступить в права наследства. Один год я училась во время войны, но она была далеко от Москвы. Я ещё помню луч прожектора и день окончания войны. Мы все двинулись к старой станции метро Смоленская, там стояли прожектора и установки для салюта. Прочла у Владимира Орлова эссе на четырёх страницах «После войны»: «Это был день, после которого для нас наступило «после войны». И не сразу, а через много лет то, что казалось естественным и единственно возможным, увиделось неестественным и вынужденным состоянием человека. Для этого нужен был день победы».

Каждый День Победы я ходила к Большому театру. Сначала искала однополчан папы Вани, потом – просто для того, чтобы отдать дань поколению, которое дало возможность выжить детям войны. С Бессмертным полком, как бы я ни хотела, пройти не могу (ноги болят).

Моя мама Ольга Георгиевна Данциг

На этой фотографии мою маму не узнать, т.к.за время войны она потеряла всех родных и очень исхудала.

3 декабря в России отмечается памятная дата День Неизвестного Солдата. К могиле Неизвестного Солдата возлагаются гвоздики. Одна из них – папе Ване.

Глава 4. Всё обо мне

Имя Ирина по гороскопу означает «закрытая женщина с яркой, ранимой душой. А с древне-греческого – это имя означает «согласие, мир и покой».

В генетике есть такие термины: доминантные и рецессивные гены. Фотографии моего отца в семье нет. У мамы были большие глаза, удлинённый носик, неправильный прикус и узкие губы. У меня – лоб маленький, носик маленький, правильный прикус, тонкие губы и всегда были персиковые щёчки. Меня мужчины всегда так и называли «персик». Я больше была похожа на бабушку в юности. К старости у меня лицо похудело, волосы выпали, лоб стал больше, и все говорят, что я сейчас очень похожа на маму.

Концерт. Выступает Кристина Орбакайте. Глаза у неё совсем не мамины, овал лица не мамин, но до операции был папин. Некрасивая девочка «чучело» превратилась с помощью хирургии в красавицу.

Так вот, длинный нос, большой лоб, удлинённый овал – это доминанты. Маленький лоб, маленький носик, голубые глаза – это рецессивы, и проявляются они, когда встречаются два гетерогенных носителя рецессивных признаков у обоих родителей. Ни черт характера, ни внешних признаков отца я не знаю. Если бы искала? Если бы нашла? Сколько разочарований у тех людей, которые находят по телевизионным программам, сколько слёз. Я всегда уважала оскорблённое чувство мамы: в 4 месяца беременности она осталась одна. Я всегда уважала её восторженное воспоминание о первом муже – Вите Данциге, поэтому беспрекословно принимала «родство» с Данцигами. И не захотела даже в замужестве стать Тихоновой. Кабы знала я, кабы ведала – из русской народной песни.

Школа № 47

Вы поняли, что моя школа находилась в 1-ом Неопалимовском переулке. Когда мы с мамой в августе 1944 года шли записываться в школу, мне не было 7-ми лет. У ворот школы я нашла половину буханки чёрного хлеба. Это событие я запомнила на всю жизнь. И строгую, в деловом костюме, директрису, Ольгу Вячеславовну Кечкину, заслуженного учителя СССР, «вселенскую маму» я тоже помню. Школе нашей было присвоено звание Лёли Колесовой, такой же партизанки как Зоя Космодемьянская, героини войны. Когда-то на дачу я ехала на электричке им. Лёли Колесовой. Для остальных пассажиров её имя ничего не говорило, кроме меня. Сразу нахлынули воспоминания о моей первой учительнице, Клавдии Ивановне Плечёвой. Она тоже одна поднимала дочку Лидочку, которая впоследствии стала учительницей. И, не смотря на то, что я всегда была растрёпана и в зелёнке, т.к. лихорадка на губах всегда была, она не вызывала мою маму для нравоучений, как в старших классах делали другие. Может, что-то от Клавдии Ивановны говорило во мне, когда я сама стала учителем. Мы были на «продлёнке», спали в классе, питались в столовой. Родители за нами не приходили, мы сами шли домой. Знакомство с театром состоялось тоже в школе. В кабинете химии шло представление «Снежная королева». Т.к.там была химическая лаборатория, то переодевались артисты «в театральной уборной». Сказка о Герде и Кае до сих пор трогает души детей. 2022 год. Театр Пушкина вспоминает эту пьесу…

Однажды, Фая Богомолова, из многодетной татарской семьи, живущей в подвале, на уроке английского языка сказала: «Повторяй за мной стихи Пушкина, через каждое слово вставляя «топай, топай кверху жопой»». Мой дядя, топай, топай, самых честных правил кверху жопой, когда не в шутку занемог, топай, топай, он уважать себя заставил кверху жопой. От истерического смеха я свалилась с парты на пол. Вот был спектакль! Анна Алексеевна Горская, учительница английского языка, нравоучительно сказала: «Будете, Данциг, учительницей, вспомните обо мне!». Вспоминала каждый день. И раз на трамвайной остановке через 20 лет встречаются пенсионерка и молодая учительница.

Математика мне давалась с трудом. Седая старушка, Мария Спиридоновна, была очень строга. Тригонометрию я вообще не понимала. Что две прямые не пересекаются в пространстве, я не понимала. Мама нанимала студента Алёшу, чтобы мне хоть тройку поставили. Однажды мне всё это надоело, совесть заговорила, я избила сама себя портфелем и стала учиться только на 4 и 5. Звонок на перемену осуществляла уборщица колокольчиком. Позже появились электрические звонки.

Перед глазами и сейчас стоит сценка: рядом со входом в школу – двухэтажный деревянный дом. Первое весеннее Солнце, огромные прозрачные сосульки с крыши этого дома. Сбиваем их, каждая тащит в рот кусок «конфетки», радуется весне и не задумывается о том, что на крыше была грязь, что холодное может вызвать ангину… Вот это всё называется детством.

Когда училась в начальной школе, тетрадочки были тоненькие, в 12 листов. Только потом появились общие тетради. На обложках были таблица умножения и меры веса, длины. Писали чернилами, на столе стояли чернильницы-непроливайки. Ручки были деревянные, в них вставлялись стальные перья. Кляксы устранялись промокашками. А ещё были специальные тряпочки для прочистки перьев, скреплённые пуговкой. Клякс у меня было полно. Набор цветных карандашей из 6-ти штук был доступен, а из 12-ти, не круглых, а гранёных, – был только у богатеньких. Карандаши точили ножичком, потом – лезвием. Как назло, грифель у меня часто ломался. Потом, через много лет, появились точилки. Изложения, а потом и сочинения были о Гастелло, о Покрышкине, о «Мальчише-Кибальчише», о «Молодой гвардии». За отличные отметки в первых классах мама водила меня в кафе-мороженое на Арбат, напротив Театра Вахтангова, на углу, где сейчас магазин «Самоцветы». Самое вкусное – это была калорийная булочка – кусок сдобного теста с изюмом, с коричневой лакированной корочкой, из которой выглядывали кусочки зелёных фисташек.

Новогодние поздравления писались мною на листе серой бумаги, куда через копирку из календарей я переводила фигурки Деда Мороза и Снегурочки. И только у Иры Машинской были немецкие открытки. Её родители работали в МИДе. Маму с праздником 8-е Марта и Новым Годом я тоже поздравляла на самодельных открытках. А ещё зажимался уголок, где было написано «Прочти на счастье». Все поздравления были одинаковы у всех как под копирку. Они у меня сохранились.

А кукол мы тоже вырезали из бумаги. Конечно самая красивая была у Иры Машинской. Одежду для кукол сочиняли, вырезали из бумаги, раскрашивали. Платья были на бретельках, которые загибались за плечики картонной куклы.

Заборов вокруг школы не было. Поэтому выход к Зубовской площади и к Смоленскому бульвару был через арки дома № 15 и дома № 17. Это были в длину 6-ти этажные кирпичные дома, где жили в основном ученики 47-ой школы. Со мной в классе Таня Ельцина и Катя Сухова жили в подъезде, выходящем на Садовое кольцо. В этом подъезде когда-то жил герой Советского союза генерал Карбышев. В подворотне стоял бюст ему, и каждый год мы приносили 9-го мая цветы. Теперь – это барельеф, но 94-летняя Люда из нашего двора 9-го мая несёт туда букетик.

Люда Макарцева и Ядя Войткевич, и Ира Машинская – все из этого дома. У этого дома были чёрные ходы. В одном из подвалов жила семья дворников-татар. Шурочка Мишустина проучилась с нами только до 5-го класса. Чудесная была девочка! Там был детский садик, где через лет 40 было отделение «Мосэнерго». А далее открывался двор Военной юридической академии, которая выходила лицом на Ружейный переулок. На Садовое кольцо смотрел дом № 17, где сейчас продают ювелирные украшения. А на 1-ом этаже дома № 15 всегда был магазин «Кулинария», потом – фешенебельный ресторан, а сейчас вина Абрау-Дюрсо. И сохранился 2-х этажный, с мансардой, особняк Римских-Корсаковых, где когда-то жил артист Эрнст Гарин, ученик Мейерхольда, игравший Гитлера в первых антивоенных картинах.

Военная юридическая академия была разрушена. Десятки лет здание пустовало, разрушалось, и только в 20-х годах XXI века сломали общепит «Ёлки-палки», впоследствии «Шаурма», и построили чудесный квартал. Наша школа оказалась в окружении «Неопалимовского» квартала с высоченным 17-ти этажным зданием, и «Смоленского» квартала», где здание построено лесенкой. До сих пор висят объявления на окнах «Здесь продаются квартиры». А на первых этажах – банки, банки, банки.

Когда я вступила в пионеры, Соколка (Галя Сокольникова) схватила меня за галстук с возгласом: «Отдавай мои селёдки!». До старости я не понимала это выражение. Оказывается, и определённая завязка мужского галстука обозначается словом селёдка. Эра пионерских галстуков ушла в прошлое.

После войны

Во дворе у нас был чудесный детский сад в красном кирпичном здании, в окружении бараков и огромного здания по 7-му Ростовскому с коммунальными квартирами, с нашим домоуправлением. Сейчас там Турецкое посольство. В подворотне этого дома уборщица тётя Клава, имея ключ, собирала тряпьё, а потом сдавала его старьёвщику. И тут я вспоминаю как мы ждали во дворе стекольщика: «Вставляю стёкла, вставляю стёкла», как мы ждали старьёвщика: «Старьё берём, старьё берём». Помню как зелёную шерстяную ручной работы кофточку я выменяла на мячик, набитый опилками» на резинке, а галошики – на пищалку «уйди, уйди».

От бараков до мужской школы № 31, где сейчас Хамовнический суд, дядя Миша Некрасов создал сад. Земля была насыпная. Иногда я помогала ему. Помню вазоны с настурциями, сетка забора оплетена вьюнком. Это была Дюймовочка (пестик, головка, чашечка и венчик – это юбочка с фартуком…). По 7-му Ростовскому ездили машины к Виноградовским баням – это была гора, с которой мы катались на санках. Зимой возили на грузовиках под брезентом кочаны капусты. Мальчишки с проволочными крючками подцепляли их и отбрасывали нам. Счастье! Бесплатные щи!

Каждую неделю с мамой отстаивали очередь в баню. У Виктора Астафьева эта сцена описана очень талантливо, как мальчишки подглядывали в окна бани на женские тела. Старческие тела, пар, едкое мыло и ты, малышка, в этом царстве.

В доме № 15, вместо которого сейчас выстроен фешенебельный дом, был расписной потолок. Не пощадили. А между судом и этим домом вход на новый крытый мост им.Богдана Хмельницкого. С крутых берегов Москва реки, за школой № 31, катались на санках. Сейчас там парк, склоны облагорожены. Купаться мы бегали к Метромосту у 1-го Смоленского переулка. Пляж назывался диким. Летом все берега были в зарослях лопуха, и я искала там грибы шампиньоны.

О дворе и играх

Играли в вышибалы. Одной команде надо было уворачиваться от меча, который кидала другая команда. А если поймаешь мяч, то очки начисляются. В ножички я не играла, а мальчишки чертили круг, бросали перочинный ножичек, отрезали часть круга, пока совсем места не оставалось. Я была болельщиком.

Все тротуары были исчерчены мелом, чертили квадратики-классики, и девчонки прыгали через два квадрата, в разной последовательности, с переворотом или катали по квадратикам банку из-под ваксы (гуталина). Заезжать за линию нельзя – проигрыш, уступаешь место противнику. Конечно, волейбол, даже сетка у нас была. штандер казаки-разбойники, я садовником родился, потом шашки, шахматы и домино. Потом стали взрослее, в бутылочку играли. На ком остановится крутящаяся бутылочка, те целуются. Волчок (юла) крутили, тоже противоположные субъекты целуются. Мальчишки играли в чеканку (тряпочки скреплялись пуговицей и обрезались по кругу. А потом скачешь на одной ноге, а другой подбиваешь чеку. Сейчас так мяч подбивают футболисты на тренировке. «Бояре, а мы к вам пришли, дорогие, а мы к вам пришли» – дна шеренга наступает на другую, а потом невесту выбирает. «Я садовником родился, не на шутку рассердился. Все цветы мне надоели, кроме».

А ещё помню, что мальчишки соревновались в катании обода от бочки по асфальту с помощью клюшки из проволоки. У кого дольше не упадёт, тот и победитель. А ещё вспоминаю загадочный калейдоскоп: трубочка, в которую смотришь, а на дне возникают фантастические картинки из мельчайших кусочков стекла. И при каждом встряхивании – новая картинка.

Новый год

Наступил-таки для меня ещё один Новый год! Сколько их накопилось-то! А помнится год, когда мне было лет десять. Ёлки продавали на дровяном складе. Это по Ружейному переулку, рядом с клубом Академии Фрунзе. Потом там была база военных машин. Вместо клуба теперь дом Хора им.Александрова, а вместо склада в ХХI веке выстроили огромный дом, где до сих пор ещё не проданы все квартиры. С антресолей достали с мамой почтовый фанерный ящичек. В нём были стеклярусы серебряные, ватный Дед Мороз, которого я пожертвовала потом на школьную ёлку. Помню из серебряного картона плоские игрушки: рыбок, белок, какого-то клоуна, крестовину из дощечек для ёлки, серебряный дождик, какие-то игрушки. С каждым годом игрушек становилось меньше, обязательно что-то разбивалось.

В юности я ставила только веточки, которые подбирала на ёлочном базаре на углу Смоленской площади. Позже весь ящичек я подарила Полининой дочке и купила маленькую пластмассовую ёлочку с такими же игрушками в коробочке. Сейчас из них сохранились только помидорка и Дедушка Мороз. Им более пятидесяти лет.

Вместо бенгальских огней я зажигала маленькие свечки. А в конце 90-х годов XX-го века я привезла из Италии искусственную ёлку из фарфоровой пирамидки, обложенной травой и мхом, увешанной маленькими блестящими сердечками и морскими звёздами. И ставила под неё маленьких Снегурочек, Дедушек Морозов и всех зверушек знаков Зодиака.

Сначала собирала гжельских, потом сшитых из меха.

Как-то решила украсить шарами и шишками ветки краснотала в огромной вазе ЛФЗ (Ленинградский фарфоровый завод), подаренной дяде Володе от Союза художников. А Сегодня один большой шар отнесла во двор и повесила на живую ёлочку. Каждый раз думаешь, что это последнее волшебство… Мы быстро стареем. Жизнь жестока… Но…

Игрушки детства

Помню эту куклу Машу, детскую колясочку из алюминиевых деталей и куска ситца, юлу (волчок) и пирамидку из деревянных колечек, и деревянный мячик из двух половинок, кажется он и сейчас живёт на антресолях. А эта кукла Маша с папье-машевской головкой, из паклевых рыжих волосиков, с голубыми глазами, тельцем, набитым ватой, голубоватым ситцевым платьицем с крылышками жила у меня до моих 50 лет. С нею спали и все мои кошки. Есть фотография её и девочки Маши, родителям которой мы сдавали комнату. Сдала я куклу в антикварный магазин «Акция» в Калашном переулке. А из игр родителей сохранились «Ма-Джонг», в которую Витя играл с Маяковским и Лилей. Буковая палочка от игры «Серсо». Кости для игры. Игральные карты (отдала в Музей Маяковского).

Наш быт

Об одежде

Как мы одевались? До войны были одни кружева. Бабушка-белошвейка обшивала меня. А после войны маме на работе по лизингу в 1944 году выдали некоторые вещи для меня. Особенным было пальтишко: сверху шотландская зелёно-красно-жёлтая шерстяная ткань, а внутрення сторона, швом внутрь, – бежевая плащёвка. Можно было носить на две стороны. Носила лет пять. Затем отпорола шерсть и её лет 40 использовала как косынки, аппликации к юбке, шарфики. А плащик носила лет до 14-ти (есть фотография). Ну, а синее штапельное платье мне перешила тётя Шура, и я в нём всегда сдавала в институте экзамены, оно считалось счастливым. Особенно, с бабушкиным вязаным крючком воротничком и кружевным. Я верю в вещи, и даже диплом с отличием защищала в этом платье. Так и в коралловые бусы я верю всю жизнь, и на операции с ними ложусь. И сейчас, если забуду, – несчастье.

Царствовала «дворовая» культура. Жизнь протекала во дворе.: играли, прощались с умершими, ходили в гости, одалживали продукты и деньги, бельё вешали во дворе на верёвке, шубы выбивали на турнике, тут же на травушке могли поваляться, но уж пьяниц были полные дворы. Потом были гаражи у чиновников, а сейчас вместо дворов одни автостоянки.

Об обуви

Я уже вспоминала о сандаликах 100 раз чинённые сапожником. А в юности я донашивала мамины коричневые ботики на каблуках, куда можно было или надевать туфли на каблуке, если идёшь в театр, или вставлять деревянный каблучок и весь день в носках ходить в них, А потом носила «скороходовские» галоши на ботиночки и на валенки, потом высокие резиновые сапоги на даче и даже унты, которые мне подарила ученица из Монголии. А дальше сапоги «прощай, молодость» вытеснили валенки и пошло разнообразие сапожек: и без каблуков, и с каблуком шпилька, и из замши, и из хромовой кожи, и из лаковой кожи, на ботильоны я уже не встала… А сейчас уже все в кедовых одеяниях. И рекламируют какие-то ботинки «комфорт» и для мужчин, и для женщин (унисекс) со скидкой за 1990 рублей. А за новые валенки и бурки на войлочной подошве дали по 500 рублей.

Вещи со времён бабушки и мамы все качественные и сейчас, через десятки лет, я ношу кофточки, перевязанные мною из распущенных бабушкиных жакетов, свитеров. Шёлковые и муаровые ленты продавались мною на «блошином рынке» – стилистам и модельерам. Ну, а уж единственная сохранившаяся с довоенных времён немецкая хрустальная конфетница звучит как колокольчик. Те же вещи, которые я покупала на антикварных салонах в 90-х годах, – сохранились чеки с Художественного салона на Октябрьской, – все оказались подделкой. У одних часов отвалились ножки в первый же день после покупки. У других часов отвалилась шпиатровая рамка. Механизмы оказались советские. И это я поняла только в этом году, когда собралась их продать. А те цены, например, 300 рублей, когда доллар стоил 60, а затем 92 копейки, сейчас никто не даёт. Москва полна дилерами, а не коллекционерами. Цены снижают до плинтуса, а потом для себя повышают до потолка. За неповторимую вышивку начала того века дают гроши, а потом на аукционах получают достойные бабки.

Прочитала у Людмилы Улицкой про инвалидов. Она вспоминает мешки-обрубки, висящие на крючках в госпитале на Валааме, и колясочников – тележка на подшипниках, в руках – две «щётки». Вот такой дядя Саша имел сапожную мастерскую в 1-ом Смоленском переулке. Сандалики чинились у него. Позже на углу Смоленской возникла палатка ассирийца, он дома чинил обувь и был уже на двух ногах.

О причёсках

Разбирая фотографии с самого детства я проследила эволюцию причёсок. Сначала «под горшок» стригли всех малышей. И в 1-ом – 2-ом классе на фотографии за партами сидят одни «горшки». Потом – пробор с бантиком. Волосы у меня непослушные, их очень много, никакие заколки не помогают, я всегда растрёпана, и маму вызывают в школу. Скольких слёз мне стоило это времечко. Не за себя волновалась, а за маму – что она теряет время. Потом две косы толщиной с кулак на прямой пробор. С этой причёской я окончила школу.

Сейчас на программе «Умники и умницы» увидела умнейших девочек из военных училищ с двумя косичками. Как это мне напомнило то время!

Потом в институте – косой пробор, волна и одна коса. А потом пошли начёсы. Я стала ходить в парикмахерскую, сидеть под горячей сушилкой, испортила себе кожу, появилась перхоть. Из-за несчастной любви я срезала волосы, и мне очень шла короткая стрижка. Но опять-таки надо было ходить в парикмахерскую. Купила японский парик из натуральных волос. Надоело, сделала шиньон из своих же срезанных волос и закрепила его на круглом гребешке. Мне очень шла эта причёска. А в 60 лет муж мне сделал подарок – бантик. Шиньон лежит в шкафу, парик лежит в шкафу, волос осталось с «гулькин нос», но я ношу бантик.

О домашнем хозяйстве

Я сама готовила, научилась у тёти Лены, соседки. Сама стирала. Кусок хозяйственного мыла чёрного цвета, т.к.долго хранился, бак оцинкованный, доска с рёбрышками, гладильная доска, рубель, 2 чугунных утюга – мой инвентарь. Этими утюгами я и сейчас глажу, хотя есть современный электрический. Была кружка с водой и твой рот – и брызги воды. А перед глажкой всегда с мамой тянули за углы простыни, пододеяльники и скатерти. Сушили только во дворе и летом и зимой (соседи не разрешали на кухне). Между моими деревьями натягивали верёвку. Зимние вещи сушили на солнце, а отбивали палкой и веником на турнике. Ковёр чистили на снегу.

Все кастрюли в доме, когда появлялась дырка, и вода заливала огонь, относились мною в «Металлоремонт» в доме на Плющихе, рядом с «Ремонтом обуви». Этот Доходный дом был покрыт глазурованной плиткой. Вместо него сейчас стоит фешенебельный розовый дом, где живут богатые люди. В этом доме теперь магазин для животных «Бетховен». Так эмалированные кастрюли проживали у нас свою вторую жизнь. Потом появились алюминиевые кастрюли – вечные, а теперь – тефлоновые и наборы эмалированных кастрюль.

Из Болгарии привозила утятницу из жаропрочного стекла, испугалась и подарила её Наташе. Чугунные сковородки сохранились в бабушкиных времён. А эмалированную утятницу я использую на все 100% и по сей день.

Маленькая эмалированная детская мисочка, из которой я ела манную кашку, синяя в горошек, с большущей дыркой по середине, стоит у раковины, как память о детстве.

Часто за готовыми обедами, когда мне было лет 7-8, я ходила с судочками в столовую на втором этаже здания в Чудовом переулке. На первом были курсы иностранных языков и директриса Надежда Александровна говорила: «Такая малюська, под столом ещё ходит, а уже за обедами пришла». И на трамвайчике № 42 или пешком я возвращалась домой, да и по лестнице надо было поднять всё это на 4-й этаж. Этот дом сломали, а на этом месте потом построили гимназию рядом с метро станция «Парк культуры». Столовые вытиснились «Кулинариями» – это уже было ближе к дому, на Плющихе. В «Кулинарии» были бифштексы и ромштексы, свиные отбивные, люля-кебабы и котлеты по-Киевски, а не гамбургеры, чисбургеры и стейки.

Когда открылась прачечная на Малой Пироговской, понесла я туда две простыни и два пододеяльника. Воглые принесла домой и решила их прополоскать. Серая взвесь отбила мой порыв. Всегда стираю сама.

За семечки или воблу могла глотать рыбий жир. Тогда всех детей лечили от рахита. А фурункулы подмышкой лечили пивными дрожжами. Ходила с бидончиком за ними на Хамовнический пивной завод.

Мой любимый врач, Александр Львович Мясников, часто вспоминает о деде, отце своей матери. А вчера – о советском прошлом. Вот и перекликнулись мы с ним в воспоминаниях: о рыбьем жире (с какими уговорами мама заставляла меня выпить эту ложечку…), о гематогене, который мы принимали за шоколад, о салате «Морская капуста», о консервах рыбных самых дешёвых «Камбала», о свиных мозгах, замороженных и самых дешёвых (а теперь эти мозги подают в самых фешенебельных ресторанах, как деликатес). Никакого свежего мяса никогда не было, мы покупали уже порубленные куски мороженного мяса. 90 копеек стоило замороженное мясо кита. На каждом углу были «Столовые», «Кулинарии», «Кафе», «Парикмахерские», «Булочные», «Бакалеи», «Пельменные»…

«В Столешниковом переулке были две кофейни: француза Лефенбенрга в доме № 8, в которую я любил заходить» (Мариенгоф). Я специально ездила туда в самый лучший кондитерский магазин Москвы (бывшей кофейне Цумберга в доме № 6) и покупала фирменную «картошку» и пироженое «Наполеон», которые пекли в этой пекарне… Иных уж нет, а другие далече. А рядом, уже в юности, я заходила в букинистический магазин «Медицинская книга», когда нужны были книги по генетике. А на углу Столешникова был 2-х этажный старинный Доходный дом Е.А.Обуховой и Оболенского. Впоследствии его надстроили и организовали книжный магазин на двух нижних этажах с внутренней лестницей.

Почтовые ящики висели на каждом столбе и на каждом углу. А теперь все переписываются по электронной почте. Наступил цифровой век. Потом возникли «Шоколадницы», «Блинные», «Кофейни»… А теперь огромные «Перекрёстки», «Ашаны», «Пятёрочки», «Ленты», «Глобусы» и проч. До них надо ехать либо на личном, либо на общественном транспорте. Когда-то ходили только с авоськами, потом с хозяйственными сумками-мешками, потом с иностранными полиэтиленовыми пакетами, украшенными красивыми картинками. А теперь – рюкзаки за спиной, сумки на колёсиках, и багажник в машине.

У мамы всегда от малого гемоглобина возникали фурункулы, даже резали. Как мне было жалко её. На следующий день надо было печатать. Я всегда называла её птицей Фениксом, из огня возрождалась.

Под Новый год я попала в Морозовскую больницу. Помню, как переживала, что не успела сдать домашнее сочинение по «Муму» Тургенева. И ещё как мы наряжали еловую веточку и окна палаты снежинками, вырезанными из фантиков и папиросной бумаги, которую принесла мама. Эта больница была построена меценатом из купеческой династии Морозовых. Алексей Викулович Морозов в 1900 году принял решение о строительстве больницы для детей из малоимущих семей. В честь него больница и названа Морозовской.

Голову мыли с керосином, т.к.часто находили гниды вшей. Друг от друга в школе заражались. А клопов в доме было! И в диване, и за рамами картин, и бессмысленно было бороться, т.к.приползали по щелям и дымоходам от соседей. А тараканы ползали по лестницам! У нас в полуподвале жили люди. В кухне был мусоропровод. Приходилось работать с кипятком. Всё бесцельно. А потом общей дезинфекцией и ликвидацией мусоропровода добились полной чистоты. Пока не зацементировали под лестницей, пели сверчки.

На лето мама, если не могла достать путёвку в пионерский лагерь, отправляла меня к молочнице из Внукова (тогда это была деревня, аэропорта не было). Она приносила молоко всей Плющихе, а летом мы у неё покупали охапки сирени. Дом жёлтого цвета двухэтажный с деревянной лестницей в ряду таких же домов. За домом – сарай, в котором держалась корова.

Однажды я так наелась жмыха (украла у коровы), что всё кончилось плачевно. Первое лето мама дала с собой деревянные качели. Второй раз – настоящий гамак. Где всё это?… Там сейчас город.

Всё у нас было добровольно

ДОСААФ – Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту; ГТО – готов к труду и обороне; Всероссийское общество охраны природы, сандружина. Собирали по 10 копеек, но и бутерброд, и мороженое тоже стоили 10 копеек. Поэтому…, когда я работала в школе и собирала эти взносы, то за «бедных» и за «жадных» я платила свои деньги.

Спортивные увлечения

О коньках

Коньки-канадки с ботиночками мне достались от мамы, лежали на антресолях во время войны. Лыжный немецкий байковый с начёсом костюм тоже достался от мамы. Тётя Саша (портниха) приспособила его для меня. Снегурочек у меня никогда не было. Каток был между улицами Петровкой и Неглинкой, назывался «Динамо» (потом выяснилось, что Галка Минеева жила на Петровке, напротив него). На местном «Буревестнике не каталась. Никаких внутридворовых стадионов не было. Мы сами заливали малюсенький каток, который даже не был огорожен и освещён. Дворы всё-таки были обособленны друг от друга, были заборы. А сейчас – единое пространство на все дома Ростовских переулков. Потом уже каталась по аллеям в Парке культуры им.Горького, в Лужниках по аллеям и набережной. На ВДНХ не была, аллеи стали заливать позже, когда я уже не каталась на коньках. На этих стадионах были тёплые раздевалки. А на дворовой площадке ребята раздеваются на скамейке.

О лыжах

В школе на уроках физкультуры зимой были занятия на лыжах в парке на Девичьем поле. Первые лыжи были широкие деревянные, надевались на валенки, ногу всовывали в кожаный ремешок, пятка была не закреплена, болталась влево и вправо. Следующие лыжи выбирали по росту, были тоньше, деревянные с металлическим креплением. Их надо было смазывать воском. Позже лыжи стали делать из деревопластика с металлическим креплением для лыжных ботинок. Ездила на станцию «Левобережная», училась спускаться с холмов. Почти каждое воскресенье ездила на станцию «Сходня», спускалась с гор. Потом стала ездить на Ленинские горы. Конечно, с трамплина я не спускалась. А далее – лыжные походы. Лет в 60 я прекратила кататься на лыжах.

В волейбольную команду меня не брали ни в детстве, ни в туристических походах.

О плавании

Плавать я не умела до 14 лет. Отчим, дядя Володя, взял меня на Водный стадион, поддерживал, вдруг отпустил и сказал: «Выкарабкивайся». Так я научилась плавать по лягушачьи. Никакими другими стилями так и не овладела. Потом ездили в Серебряный бор на Москва-реку, затем на море, в Анапу, а дальше во всех морских круизах я плавала в бассейне на лайнере и во множестве морей.

О шахматах

В шахматы играть не научилась, хотя дяди Володины шахматы дома имелись. Я

не спортивная.

Но мы играли в домино, настольное лото и шашки. Потом, спустя десятилетия, я хранила эти настольные игры.

Личная гигиена

В туалете пользовались нарезанным газетами, не задумываясь о вреде свинца в них. Мамина папиросная бумага с машинописным текстом отправлялась туда же. А теперь все пользуются туалетной бумагой разного качества и цены. В трудные годы 90-е и нынешние люди запасались туалетной бумагой наряду с продуктами. В 90-е не стеснялись идти по улице со связкой через плечо, а теперь – с упаковками.

Георгий Данелия снимает фильм «Серёжа». Нужен рулон туалетной бумаги. Посылает на этаж выше к Сергею Бондарчуку. Ему как Герою Советского союза выделяется туалетная бумага по одному рулону в месяц…

Сандружины

Вспоминаю о сандружинах. Т.к.время было послевоенное, напряжённое функционировал Комитет борьбы за мир… Были лауреаты премии Мира (Илья Эренбург, Константин Симонов…). В школах было поставлено военное воспитание и организованы сандружины. Мы не знали, что войны более 80-ти лет не будет. В детях воспитывали патриотизм, готовность защищать родину, создавались сандружины, обязательно сдавались нормы ГТО. Оказать первую медицинскую помощь я и сейчас могу. И руку, и ногу, и голову шлемом забинтовать умею, и кровотечение остановить могу, и шина дома есть, и раненого на носилках вынесу.

На углу Мансуровского переулка и Остоженки был красивейший доходный дом в виде терема – это и был дом Санпросвещения, где проходили межшкольные и межрайонные соревнования сандружин. Я всегда участвовала. Никто никаких униформ не выдавал, никто, кроме бумажной грамоты ничем не поощрял. А сейчас волонтёру и униформу выдай, и бесплатно накорми на мероприятии, и на концерт бесплатно пригласи… А отдачи?

Сбор металлолома и макулатуры

Были соревнования отрядов и звеньев как в школе, так и в пионерских лагерях. Был стимул получить грамоту или значок      .

А сейчас, когда я зашла в свою школу, все стены оформлены витринами, в которых кубки, медали за индивидуальную победу в соревнованиях. Коллективизм вытеснен индивидуализмом. Поэтому наше поколение (стариков) – поколение неравнодушных, активных. И никаких денежных призов нам не сулили. Дома собиралась каждая газетка, каждая вышедшая из строя кастрюлечка. Ходили по домам, по подъездам, выпрашивали макулатуру или железный лом. Цветной лом сдавался без расчёта, что он дороже. Сейчас в пунктах сбора металлолома находят статуи, даже памятник героям войны, и водосточные люки, и никому нет дела, что в дыру на асфальте может провалиться человек или животное. В погоне за рублём люди теряют человеческий облик. И мэры, и губернаторы в погоне за Большим Рублём продают свою душу дьяволу.

«Может завод, может гидростанцию на металлолом разобрать. Сейчас за железо хорошо платят», – 80-90-е годы, Георгий Данелия. В 80-е в городе Александрове, где у нас была дача, вместо радиозавода на территории функционировал пункт сбора металлолома. Все изгороди, все баки и вёдра, все металлические пруты были украдены и оказывались на этом пункте. Не только пьянь, не только цыгане, но и просто безработные жили за счёт этого пункта.

Всё моё детство был один домуправ, дядя Коля, и один участковый, дядя Вася, и один участковый врач, Васильева (уже нет в живых), и один сапожник в сапожной мастерской, дядя Миша, и один директор магазина Артамонова, или Ливерса. А в более поздние времена каждый год менялись начальники ЖЭКов, заработав себе площадь, начальники «Жилищников». И ни с кого исполнения просьбы или распоряжения не добьёшься. С 2019 года живу с протёкшим потолком… Всюду один трёп.

В школе играли в шашки, в домино, шахматы мне не давались, разгадывали загадки, решали ребусы, шарады. Анекдоты я всю жизнь не запоминала, стержнем компании не могла быть. Но была предана до 7-го класса Ленке Катюшкиной, а с 9-го класса и по сей день – Ленке Бернаскони.

В 9-ом классе пришла маленькая, улыбчивая, некрасивая, заманчивая девчонка. Когда она улыбалась, становилась красавицей. Она писала сочинения, выражая своё мнение: «Я думаю», «Мне хотелось бы сказать». Начитанная, знающая наизусть стихи, с литературным языком… Вот тут во мне что-то произошло, какой-то переворот. Я заворожённо слушала всего Симонова наизусть, и меня потянуло на чтение, на экскурсии в литературные музеи, на встречи в Политехническом, на встречи у памятника Маяковскому, я покупала сборники «День поэзии», я начала ходить в Дом литератора. Впоследствии я ходила всегда в Дом журналиста. Я развила себя сама. Томик Симонова, 1949 года, жив у меня. Ленка стала известным журналистом, возглавляла в ТАССе Отдел культуры. А сейчас ребята участвуют в каких-то квестах, зарабатывают какие-то баллы. Мы ходили в походы, чтобы познать родину. А сейчас – одни лайки. Мы ходили по азимуту, знакомились с производством деревянных игрушек в Звенигороде, с производством перчаток, с производством шоколадных конфет. А сейчас им подавай Италию, Японию и на всё хватает денег. Смотришь передачу «Орёл или решка», теперь «По странам и континентам» называется. Цель ведущего потратить как можно больше денег с золотой карты на 12-ти комнатный номер в отеле, на жратву из стольких деликатесов, что слон не съест, и постель не 300 рублей, а 3000 долларов. Эти слова я писала в 2014 году, когда Донбасс был разорён первый раз, и я относила в пункт приёма вещи для погорельцев. А откуда же у Украинского телевидения (это оно ведёт эту программу) такие барыши? Это же деньги телезрителей и от рекламы. Так потратьте их на восстановление Донбасса, а не на желудок Титаренко и Жанны Бадоевой.

На выпускном вечере, в 1959 году, я была в мамином, 30-х годов, шёлковом платье.

Школа впоследствии стала гимназией. Я была там на выборах в 2015 году. Школу не узнать (как здание и по внутреннему убранству). В нише организован малюсенький музей школы. А всюду расставлены кубки и висят медали за победы в различных конкурсах.

Пионерия. Дом пионеров

Память детства – это пионерский период.

В пятом классе на торжественный парад на Красной площади 9-го мая собралась затемно. Нагладила белую маркизетовую кофточку, сшитую тётей Сашей, пионерский галстук, юбочку, из веток берёзового веника и гофрированной бумаги сделала яблоневые цветы… На площади вдруг пошёл холодный дождь, кофточка плакала красными слезами, я промёрзла и моих слёз было целое море. Каждый год ходила на демонстрацию. А, помнится, демонстрация с Московской консерваторией. Снимала у нас комнату певица, пригласила на первомайскую демонстрацию. Я впервые увидела знаменитого баса Александра Огнивцева. Он был «новым» Шаляпиным. Я готовила бумажные цветы: белые – из папиросной маминой бумаги, розовые – из гофрированной, которую покупала в Мосбумторге на Арбате (где маме покупала копирку и ленту для печатной машинки). У дворника просила берёзовый веник и на него нанизывала цветы. А теперь новоявленный Шаляпин выступает с одной и той же русской песней и ловит невест одна другой богаче…

В 1-ом Неопалимовском переулке, в бывшей Конной слободе, в бывшем особняке был организован районный Дом пионеров. Вспоминаю о нём с нежностью: занятия физкультурой, самодеятельность, потом занятия туризмом, – всё связано с ним.

Новый год. Мама сшила из марли пачку, из ваты нашила снежинки, дала мне бабушкины красивые тапочки. Я была снежинкой на сцене Дома пионеров.

День образования СССР, 30 октября. Я представляю Узбекскую республику. Мама даёт мне шёлковый халат с большими цветами, широкий шёлковый шарф, тюбетейку кто-то дал, а веточку хлопка взяли из кабинета биологии. Как я волновалась, чтобы прочесть без запинки какое-то стихотворение об арыке… А сейчас на каждого дитятю – няньки, репетиторы, машины, 100 звонков в день: «Где ты?». «С кем ты?», «Что поел?». Вот и выросли целые поколения с недоразвитой душой. Стоишь в метро в 70 – 80 лет, а напротив бабушка сидит с великовозрастным внуком.

Когда я была учительницей в 589-ой школе, на Пироговке, то для организации турпоходов приходила в Дом пионеров.

О пионерских лагерях

Летом девать нас было некуда. Родители «выбивали» на работе смену в пионерском лагере – это была мамина головная боль. Лето-то состоит из трёх месяцев. В рюкзак, а потом в чемоданчик коричневый, собирались трусики, маечки, платьица, сарафанчик, носочки с красными метками, чтобы не украли. Вспоминаются бабушкины монограммы…

Были отряды для малышей и старших, пионервожатые и поварихи, медсестра. Как мы ждали родительские дни: немного фруктов и конфеток. Любила я очень компот, особенно ягоды. Основная игра – «Казаки-разбойники»: один отряд прятался, другой выходил через час и искал по стрелкам и тайным знакам разбойников. Это было в Лобне, у озера чаек. Распевали пионерские песни, любимую мамой «Летят перелётные птицы». А одна девочка запела: «Эх ты чубчик, чубчик кучерявый…» – так я познакомилась с Петром Лещенко и Козиным.

Сейчас на месте этого лагеря огромный город Лобня. Прогресс слизал романтику. Мама любила ещё одну песню – «Я люблю тебя, жизнь». Пел её Георг Отс. А сейчас на программе «Дети-голос» 6-ти -12-ти летние детки поют взрослые песни о любви, о сексе на английском и других языках, подражая взрослым, не понимая даже смысла.

В лагере под Звенигородом переходили Москва-реку в очень бурном месте. Потеряла золотые часики – подарок мамы. Не нашли. Как же мне было стыдно. Эти часики Витя подарил маме.

А на 3-ем курсе Пединститута я была сама пионервожатой.

Мои увлечения

Про чтение

До Ленки Бернаскони я очень мало читала. За школой строился жилой дом рядом с клубом от Академии им.Фрунзе. Валялись балки, трубы. Мои соученицы Галка Романова и Люда Полтева, мне казалось, придумывали какие-то сказки о подземном мире, когда мы бывали на этой стройке. Какие-то тролли, какие-то мышиные короли. Оказывается, они это читали: и Конан Дойля, и Чарскую. А я – только уши навостро. Ленка заставила меня читать, и ни одна новая литературная сенсация не проходит мимо меня. Я знакома с лауреатами и «Большой книги», и премии «Тэфи», и премии Андрея Белого. Я прочла всю Рубину и Улицкую, и Метлицкую, и Прилепина, и Викторию Токареву, и, и, и… Открыла для себя Гюзель Яхину и Марину Степанову, и Марию Степнову. Не читаю Донцову и Маринину. Люблю и сама пишу эссе. Не люблю детективную литературу. Четыре шкафа книг. Скупают их штуками по 200. Люблю выписывать цитаты. Во все картины вставляю бумажки, на которых любимые выражения.

Мой дядя Ося по маминой линии Куперманов писал книги под псевдонимом Константин Осипов и дарил мне их (пятый пункт заставлял евреев принимать фамилии и отчества русских, чтобы выжить). В 1946 году он подарил мне подарочный ОГИЗовский однотомник Пушкина, в 1947 году – Лермонтова, затем Гоголя и Флобера. И все с подписью: ««Ляле Данциг…», «Лясеньке…», «Ире Данциг…» от дяди Оси». Листания, шорох страниц, тактильные удовольствия, запахи типографской краски – вот чего лишены вы, любители компьютеров.

По телевидению идёт отбор претенденток для полёта в космос в документальном фильме Константина Эрнста «Вызов», и он говорит: «Евгений Онегин – это о нас Всё!». Я же помню другую мысль Аполлона Григорьева: «Пушкин – наше всё!». Прошло 2 века и всё равно в век виртуальных миров, в век вхождения в атмосферу Марса и путешествий на Луну слово для нас Всё!

Как редко слышала о друге Сергея Есенина Анатолии Борисовиче Мариенгофе. Он покинул родину, и к таким у нас было определённое отношение. А мысли-то его преследовали вечные, например: «Всякая вера приедается, время от времени её необходимо менять: Перун, Христос, Социализм». Сейчас многие понимают, что мы стоим на пороге новой веры. А про гетеру Фрину как цепко, язвительно, но и умно написано: «Гетера Фрина захотела восстановить город Фивы, но поставила одно условие: чтобы на воротах города красовалась надпись: «Разрушен Александром, построен Фриной»». К сожалению, предложение было отвергнуто… А вот эти слова прямо по мне: «Каждый из нас придумывает свою жизнь, свою женщину, свою любовь и даже самого себя». А потом за это расхлёбывается всю жизнь. А в книге «Циник» он пишет про декреты советской власти с 1918 по 1926 гг.: «Голод, холод, люди едят своих детей, трупы, глину, траву» – в это время издаётся декрет о возведении памятника Робеспьеру – герою Французской революции. Где он? В это же время 200 миллионов людей пухли от голода, а 20 миллионов бегут из России.

Т.к. я не работаю, много читаю, перечитываю. Попалась книга Виктории Токаревой «Дерево на крыше». Как кратко она строит предложения, но как правильно оценивает жизнь. И сколько афоризмов! «Мы все погорельцы. Все ждали от жизни большего, хотели одно, получили другое. Каждому не додали». «В 60-е годы делали диссертации, а теперь – деньги. В 60-е надо было достать, а не купить». А теперь 1 кг сырокопчёной колбасы стоит столько, сколько 1г золота, а 100 г чёрной икры – дороже золота. Её героиня ищет в Германии халат для подарка. «Халат – удобная вещь, но в Германии такой продукции нет». Сколько юмора в этих словах. Есть пеньюар, но он не для хозяйственных целей. А вот эти слова заставляют хохотать: «Даже если Ленин окажется непохожим – тоже сойдёт, главное маленький, лысый и с рукой вперёд к победе коммунизма».

Начиталась Захара Прилепина. Понравилась следующая мысль: «Есть гражданская позиция Горького, который спонсировал большевиков, а потом бежал от них на Капри. Есть гражданская позиция Бунина, который написал свои желчные «Окаянные дни». Есть гражданская позиция Пришвина, который сидел в лесу и ездил в Москву только за гонорарами. Есть гражданская позиция Бабеля, который воевал в Конармии. А Газанов воевал в Белой гвардии. Кто его вспомнит, кто его печатает, кто его читает?». Вот и вся характеристика положения в литературе.

Читаю Варлама Шаламова «Последний бой майора Пугачёва». Люди тогда были жертвой ложной теории о разгорающейся классовой борьбе. Тогдашнее правосудие било по порядочности личности. И, умирая, они так и не поняли, почему им надо было умереть. «Душу их подвергли полному растлению: не заступайся, не поддерживай, топи другого!». Как я всегда боялась прочесть Шаламова. Это же круче Солженицына на порядок! Но Солженицын у нас в героях… Ревела во весь голос.

Прочла из переписки Эльзы Триоле и Лили Брик. После 1944 года она стала много писать: «Я очень пристрастилась к этому делу, оно заменяет мне друзей, молодость и много чего другого, что не хватает в жизни». Её слова – мои мысли.

Я не «экаю» и не «акаю», не «как быкаю» и «не проще говоря», я сразу говорю. Вчера слушала речь нашего посла в Эстонии. Через каждое слово «экание» – это же стыд и позор. А у артистов всё «бабочки в животе» и «мурашки по коже». Речь ведущего передачу «Умники и умницы», Вяземского Юрия Павловича, – пример уважения к высокому (Пушкинскому) русскому языку. А потомки белогвардейцев, знающие по 4 иностранных языка, помнят русский язык.

13 февраля 2022 года по программе «Культура была передача о Вертинском. Старый, морщинистый артист играл Вертинского и пел песни различных периодов. На столике стоял патефон, и крутилась пластинка с записью фактов из жизни Вертинского. Артист же пел его песни и читал стихи. И это навеяло мои воспоминания: у меня единственной во дворе был трофейный патефон намного интереснее того, что был на сцене. По коробочке с иголками, я думаю, что он назывался «Апельсин». Танцевать собирались у меня, а потом и студенческие вечера проводили тоже у меня. Мы перестали сдавать комнату, и она была в моём распоряжении. Через 70 лет вспоминаю, что была пластинка «Пароход». Танго «Утомлённое Солнце» (также любимое моим будущим мужем) и пластинки Апрелевского завода (его уже давно нет), Ружены Сикора, Клавдии Шульженко («…руки как две большие птицы, как вы любили»), «Письмо» (в этом конверте несколько слов) и «Три вальса»… И арии пел Козловский, знаменитый тенор, и Абрамович… А потом началась эра проигрывателей. Муж настоял на продаже патефона и покупке новой техники. И купили пластинки Фрэнка Синатры, Эллы Фитцжеральд, Дина Рида… Потом наступил век кассетников, и мы купили «Тошибу» переносную, чтобы таскать на дачу. И муж переписал все пластинки на кассеты. И мои лучшие пластинки обменял со студентами на кассеты. Так исчезли мои пластинки. Кассеты я все выбросила, т.к. наступила эра дисков, а у меня аппаратуры с дисководами не было. А уж компьютера нет и тем более. Но штук 100 пластинок с различными ВИА, Высоцким, Джо Дассеном, ABBA стоят в контейнере для пластинок. Но звучать им не на чем. Коллекционеры дают копейки. Даже обидно продавать.

В 2021 году Андрей Малахов стал собирать стариков эстрады. И в передаче зазвучали родные напевы, и у телезрителей стало тепло на душе. Поют и стар и млад. А кто будет вспоминать эти РЭПы, эти однодневки последних времён? «Я не знаю зачем и кому это нужно?» (Александр Вертинский).

О поэзии

Евтушенко в стихотворении «Есенину» назвал три имени: Пушкин, Маяковский и Есенин. Он назвал трёх великих поэтов, других поэтов для него не существовало.

Владимир Маяковский

Маяковский, «Лилечке»: «…и в пропасть не брошусь, и не выпью яду». Не выдержал. Наконец прочла стенограммы выступлений Шенгели. Так травили, так не любили, так завидовали, с потрохами съедали, да ещё эта равнодушная баба, которой только надо было побывать за границей. Курок нажал…

Марина Цветаева на смерть Маяковского: «Прожил как человек и умер, как поэт». И сама повторила всё это. Отношение к Маяковскому за это время несколько раз менялось. Менялось как к человеку и как к поэту. А я его понимаю и поэзию его принимаю.

«…Любовь поцветет,

поцветет —

и скукожится».

«…Надо мною,

кроме твоего взгляда,

не властно лезвие ни одного ножа.

Завтра забудешь,

что тебя короновал,

что душу цветущую любовью выжег,

и су́етных дней взметенный карнавал

растреплет страницы моих книжек…

Слов моих сухие листья ли

заставят остановиться,

жадно дыша?

Дай хоть

последней нежностью выстелить

твой уходящий шаг»

«Если

   я

    чего написал,

если

  чего

    сказал —

тому виной

     глаза-небеса,

любимой

    моей

       глаза.

Круглые

   да карие,

горячие

   до гари».

А потом наступили времена, когда про Маяковского совсем забыли, а Лиля Брик стала героиней дня.

Сергей Есенин

У Мариенгофа в книге «Роман без вранья» прочла письмо Есенина из Германии: «Сейчас сижу в Остенде. Там, из Москвы, нам казалось, что Европа – это самый обширнейший район распространения наших идей и поэзии. А отсюда я вижу: Боже мой! до чего прекрасна и богата Россия в этом смысле». Я увлечена была поэзией Есенина и, конечно, не думала, что эта мысль перекликается с сегодняшним днём.

12 февраля 1958 года. Увлечение Есениным. Впервые в походе от Тани Кресташевской услышала песни на слова Есенина. И начала его читать и собирать его сборники.

«Как много пройдено дорог,

Как много сделано ошибок…».

«Коль нет цветов среди зимы,

так и грустить о них не надо».

«Лицом к лицу лица не увидать.

Большое видится на расстоянии».

«Поцелуй названья не имеет,

Поцелуй – не надпись на гробах.

Красной розой поцелуи веют,

Лепестками тая на губах…».

«Я в твоих глазах увидел море,

Полыхающее голубым огнём».

«Глупое сердце, не бойся,

Все мы обмануты счастьем».

А потому:

«Кто любил,

Уж тот любить не может.

Кто сгорел,

Того не подожжёшь».

«Пускай ты выпита другим,

Но мне осталось

Твоих волос стеклянный дым

И глаз осенняя усталость».

После «Воспоминаний» Айседоры Дункан и «Воспоминаний» сестёр Екатерины и Александры, я взяла в руки томик «Классики и современники», 1982 года и увидела художника с кистью, который пишет русский пейзаж. Вспоминаю возвращение с югов на поезде. Смешанные леса сменяются берёзовыми рощами. Впечатление, что перед тобой хоровод девушек, всегда меня преследовало. А у Есенина берёзы и есть олицетворение самой родины.

«Так и хочется к телу прижать

Обнажённые груди берез».

«И страна берёзового ситца

Не заманит шляться босяком».

Потрясали меня всегда строки

«Головой разможжась о плетень,

Облилась кровью ягод рябина…»,

«Я навек за туманы и росы

Полюбил у берёзки стан

И её золотистые косы,

И холщовый её сарафан»,

«Между сосен, между ёлок,

Меж берёз кудрявых бус»,

«Туда, где льётся по равнине берёзовое молоко»,

«И берёзы стоят как большие свечки».

«В саду горит костёр рябины красной,

Но никого не может он зажечь»,

«Тихо льётся с клёнов листьев медь…»

2022 год. Пожар в Рязанской области. Сколько этих милых берёзок, сколько этих смеющихся рябин, сколько этих шуршащих листьями клёнов погибло!!!

В последнее время хотела предложить директору 3-х филиалов Музея Есенина три картины моего отчима Этингера Владимира Гавриловича: «На Оке» (поленовские места), «Баржи» – пристань Алексин – карандашом и углем, и «Изба» (мать с ухватом у печи) 1949 года, и что-то из вещей тех лет: посуду туески берёзовые. Долго добивалась разговора с ней, три раза обещала зайти, так и…

Скольким женщинам Есенин вскружил голову, сколько обещаний:

«Как умеет любить хулиган,

Как умеет он быть покорным», 1923 год.

А в 1925 году его не стало -

«Невесёлого счастья залог -

Сумасшедшее сердце поэта».

«Выткался над озером алый цвет зари»…

Из последующей поэзии мне понравились следующие строки:

«А любовь – она и есть только то, что кажется».

И всегда будет «…златая цепь на дубе том», и всегда будет «Калина красная» Василия Шукшина:

«Калина красная, калина вызрела,

Я у милёночка характер вызнала».

И всегда женщина будет думать: «Мой милый, что тебе я сделала?» – это, конечно Анна Ахматова. И всегда будет трогать человека Есенинская строка:

А вот «Лесенки» Велемира Хлебникова и надрывность Надсона и Бальмонта ушли в прошлое. Я думаю, что и шоу-бизы, реперское авторство, тик-токовское новшество не доживут до… Но и «Волк в овечьей шкуре», и «Моя хата с краю», и «Лестница наверх» – это тоже вечно.

Александр Блок

На обложке книги Александра Блока «12». «Скифы», 1922 года издания, которую Витя подарил Оле при отъезде из Германии, карандашом написал 1-е изложение «Песни о хулигане» Сергея Есенина. Тоненькая книжка в бумажном переплёте на аукционе была оценена в 50 тысяч рублей. Столько сейчас не дают за всю библиотеку. Книги стали дешевле спичек, когда ты хочешь их продать. Понять не могу почему. Дети «звёзд» за свои кривляния и каракули на холстах получают самое малое 1000 евро, а я за картины 1949 года должна рассчитывать не более, чем на 10 тысяч рублей.

Началось увлечение поэзией, Блоком. И опять в 75 лет я посетила Шахматово – родину его.

«Порой – слуга,

Порою – милый

И вечный раб».

«Не до нас ей, жизни торопливой,

И мечта права, что нам лгала.

Всё-таки когда-нибудь счастливой»

«Ты со мною не была?

Эта прядь – такая золотая

Разве не от прежнего огня?

Страстная,

безбожная,

пустая,

Незабвенная! Прости меня!».

Как же красиво, никто так сказать не мог бы.

Стихотворение «Незнакомка»:

И странной близостью закованный,

Смотрю за темную вуаль,

И вижу берег очарованный

И очарованную даль».

Потом читала о нём Анну Ахматову, и тоже собирала сборники стихов. А в маминой сохранившейся библиотеке до сих пор живёт двухтомник Блока 1937 года.

В походе я была в Шахматово, когда усадьба была полностью разрушена. А с «Обществом инвалидов» я увидела огромный камень, на котором было высечено: «Пойдёшь туда…». Сейчас все комнаты восстановлены, много рассказывается о семьях Менделеевых и Бекетовых. Даже огород восстановлен и скамейка у изгороди, откуда он смотрел вдаль. Вид на Оку потрясающий.

О Цветаевой и Ахматовой я упоминала в других главах. И вдруг совсем недавно в воспоминаниях Лидии Чуковской прочла мнение Марины Цветаевой о поэзии Анны Ахматовой в письме к ней: «И шпор твоих легонький звон» – это нежнее всего, что сказано о любви», 1921 год. А мне запомнились строки:»Грызть жаркой рябины горькую кисть».

М.Ю.Лермонтов

А стихи Лермонтова я любила больше стихов Пушкина.

«Я не унижусь пред тобою;

Ни твой привет, ни твой укор

Не властны над моей душою.

Знай: мы чужие с этих пор».

Это – моё кредо.

«Мы пьём из чаши бытия

С закрытыми глазами,

Златые омочив края

Своими же слезами…

Тогда мы видим, что пуста

Была златая чаша,

Что в ней напиток был – мечта

И что она не наша».

Как можно было в возрасте двадцати трёх лет (в моём тогда) так мыслить???

«Другим предавшися мечтам

Я всё забыть его не мог.

Так храм поверженный – всё храм,

Кумир поверженный – всё Бог».

«Такой душе ты знала цену?

Ты знала – я тебе не знал».

В возрасте шестидесяти трёх лет эти слова я сказала своему мужу при разводе.

В школе мы учили стихотворение Лермонтова «Бородино». Так это ж на всю жизнь. А как Кубанский хор поёт это стихотворение! Помню, в Кремлёвском дворце съездов выступал Ансамбль танца им.Моисеева. Я сидела среди иностранцев. Весь зал хлопал. Сколько гордости во мне было за нас! А Хор им.Пятницкого, а Ансамбль «Берёзка». Мы считали их «золотым запасом» родины. И только через 30 лет вновь появляются они на экранах телевидения довольно-таки часто. И даже фильм «Берёзка» показывают по телевизору. А бомонд гроша не стоящий не слезал с экранов телевизоров с одной песней 25-35-ти летней давности. 100 лет с одной песни доят денежки как с коровы.

Об институте

Есть у меня институтская сокурсница, которая помнит как звали всех преподавателей, что сказал тот-то и тот-то. Я вспоминаю только несколько моментов. Увлекалась я химией и биологией. Но в век физиков и лириков, конечно, хотела стать инженером. Но по черчению всегда была тройка, т.к.в последний момент из рейсфедера вытекала капля туши. А я должна была приносить стипендию.

На Малой Пироговке три института: !-й Медицинский, Тонкой химической технологии и Педагогический им.Ленина. Пошли мы с мамой сдавать документы в Химико-технологический, а повернули – во двор Педагогического. Пришли домой, а через полчаса я со слезами на глазах начала умолять маму взять документы назад. Но на биофаке была, и химия и биология (ни о какой педагогике я даже не думала). Я успокоилась и стала готовиться к экзаменам. Набрала 18 баллов, а проходной был 19 баллов. Фиаско. Что я предприняла. Я взяла фото папы Вани в пилотке, треугольник со штампом, где сообщение, что он 23 февраля пропал без вести… Директор Института, видя моё отчество Владимировна, спросил: «А кто такой Иван?»… Меня приняли, и я оправдала его доверие, училась только на «хорошо» и «отлично», отработала 25 лет простой учительницей, не лезла ни в завучи, ни в директора. Мне дороги были дети, а не начальственное положение.       Вспоминаю кафедру ботаники, профессора Алексея Михайловича Уранова и доцента Ирину Сергеевну, вспоминаю анатомичку на первом этаже здания на углу Пироговки и Усачёвки (один год мы были там с физиками, а затем уехали на Малую Алексеевкую, в школьное здание). Помню как заучивали все косточки, все мышцы, дышали формалином, трогали труп…

А занятия геологией: знакомство с минералами и окаменелостями! А потом геологическая практика в Тучково на берегу Москва-реки. Высокий берег из древнейших слоёв кораллов, плеченогих, брахиопод, чёртовых пальцев.

Происхождение человека изучали по Дарвину. Кратко: австралопитек – питекантроп – кроманьонец – неандерталец – человек разумный; и боковые ветви, слепые, не приведшие ни к чему. В основе – какая-то прямоходящая обезьяна homenid – 40-30 тысяч лет тому назад – основатель человеческого рода homo. И я преподавала эту теорию. И только на 85-ом году жизни услышала передачу по телевизору английских и японских учёных, что прародина человека разумного – Африка, прародина неандертальца – Европа и Ближний Восток. Неандертальцы мигрировали в сторону Азии по Евразийскому континенту, а хомо сапиенс из Африки мигрировал в Европу и между ними происходили встречи, вытеснения (но не война). И, примерно, 8 тысяч лет тому назад – смешения. К этой мысли пришли и наши учёные, изучая останки на Алтае и в Костёнках, под Воронежем. Генетика, медицина, палеонтология, радиология, химия выяснили, что в нашей ДНК около 30% генов неандертальцев, что ещё раз подтверждает теорию смешения. Учёный Сванте Паабо получил Нобелевскую премию за это открытие.

А самое главное, Марик Данциг, работая инженером – в типографии, каждый отпуск проводил в экспедициях на Алтае. Потом брал своих детей в экспедиции. Я не понимала, когда он говорил о поиске человеческих предков. Экспедициями он жил. Может быть, поэтому, кроме материнского воспитания, экспедиции сделали его порядочнейшим человеком.

2000 лет до Н.Э. люди жили в дольменах. Дольмены – дыры в скалах – я видела в Китае, дольмены в Англии – не видела, а теперь объясняют появление первого жилища тем, что на две вертикальных плиты положили горизонтально плиту (появился потолок). Дальнейшее градостроительство основано на дольменах. В Кабардино-Балкарии и других кавказских республиках найдены такие же дольмены. Современное градостроительство – панельное и блочное – своими корнями уходит в до нашу эру.

А ботанико-зоологическая практика в Нахабино на базе Павловской слободы! С тех пор я помню название каждого растения наших лесов, полей, болот. Хуже различаю пение птиц. Мы уходили в 5 утра, когда жизнь природы только просыпается. По голосам мы и узнавали их, т.к.увидеть птицу очень сложно. Знаешь, что чечевичка поёт: «Витю видел?», витю-ви-тють. А овсянка поёт: «Мужик, сено вези, не растряси», а зяблик: «Рю-рю-пинь-пинь».

А вот один случай доводит меня до истерического смеха и сейчас. Пошли мы на пасеку. Вдруг Иру Попову-Преснову, самую маленькую, длинноносую, жалит в нос оса. И нос раздувается как хобот у слона. И вместо того, чтобы оказывать ей помощь, мы все ржём.

Спали в сарае на полатях штабелями. Я самая горячая и, чтобы спать со мною рядом, под бочком, дрались Рая и Римма, а ночью совершались набеги на плодовый садик, где росла клубника. Однажды весной надо было закрывать парники соломенными матами. Ленка Левина поскользнулась и проломила стекло. Агроном устроил нам разгром.

Профессор органической химии Д. сидит за экзаменационным столом. Билет я знаю плохо. «Вы знаете происхождение вашей фамилии?». Да. Из-за города Данцига началась 28 августа 1938 года Вторая Мировая война.

В Данцигской губе Балтийского моря Германия напала на Польшу. Её выручил Советский Союз. По Потсдамскому соглашению Пруссия лишилась города, и он стал называться Гданьском (историю города я расскажу в главе «О фамилии»). Я получила зачёт, не упомянув ни одной химической формулы.

Туризм в нашем институте был очень популярен. Юрий Визбор, Ада Якушева, Пётр Вахнюк («Проводница, проводница»), Юлий Ким – из нашего института. Они сочиняли туристические песни, и мы их распевали. Галка Минеева сочинила «Марш педагогов»:

«Когда вечерами работу закончил с последним звонком институт

Ремни подтянув, с рюкзаком за плечами выходит турист на маршрут…».

И вот я начала ходить в походы. Однажды идём по полю, покрытому снегом. Нога проваливается – я не простудилась, хотя под снегом была вода. А ещё помню как полил сильнейший дождь, накинули одеяло на рюкзаки, мы были похожи на утят. Я хохотала. А в Приокско-терассном заповеднике под Серпуховом было красным-красно от дикой клубники. Я легла на землю и ртом собирала ягоды. Вот сейчас пишу, а вкус на губах. Видела впервые зубров. Потом, уже взрослая, на них любовалась в Беловежской пуще.

В книге Эльдара Рязанова о его поездке в Берлин на показ фильма «Карнавальная ночь» в 1957 году есть упоминание: «Я впервые увидел себя со стороны. Мы были одеты хуже всех, кто нас встречал. Боже, какими мы были нищими и даже не сознавали этого». А ведь я была одета во всё перешитое от мамы и бабушки и была счастлива.

Этот костюмчик перешит из бабушкиного платья.

7 ноября 2021 года вспомнили про праздник Октябрьской революции. Владимир Жириновский высказал умную мысль о развитии науки. «Кто будет поднимать науку? Вы же, коммунисты, эти мозги и выгнали из России. Умы убежали».

Присуждение Нобелевской премии проходит тоже в октябре – ноябре. Где русские имена? Вы давно их слышали за последнее время? И.А.Бунин, 1933 г., Б.Л.Пастернак, 1959 г., М.А.Шолохов, 1965 г., А.И.Солженицын, 1970 г., и И.А.Бродский, 1987 г. в области литературы. Далее – молчание. В науке: Н.Г.Басов и А.М.Прохоров .1954 г., П.А.Черенков, И.М.Франк, И.Е.Тамм, 1958 г., Л.Д.Ландау, 1962 г. в области физики. Н.Н.Семёнов в области хими. Л.В.Кантарович, 1975 г., в области экономики. П.Л.Капица, 1978 г., в области физики. А.Г.Сахаров, 1975 г., М.С.Горбачёв, 1990 г., премия мира. Ж.И.Алфёров, 2000 г., А.А.Абрикосов и В.Л.Гинзбург, 2003 г., К.С.Новосёлов, 2010 г. в области физики. Д.А.Муратов, 2021 г. – премия мира. А американцы бьют рекорды в области медицины, а потом оказывается, что это потомки русских и евреев, бежавших от советской власти.

Как встречали праздники

В основном в институтской группе были общежитские, а не москвичи, мальчиков совсем не было. А в соседних группах и на старших курсах учились: Пётр Носов (сын писателя), Алик Беленький. Впоследствии глупые мальчишки становились директорами школ, а умные девчонки – простыми учителями. Я никогда не хотела стать администраторским работником: ни завучем, ни директором, ни работником РОНО. Уходить хотела на большую зарплату в химическую лабораторию. Больничных никогда не брала. Класс доводила до выпуска. Поэтому привыкали, любили и уважали, никакого прозвища не давали, доску воском не намазывали и кнопки под мягкое место не подкладывали. И даже как в детстве Данцухой не обзывали.

Я забыла напомнить, что в каждом классе, когда я училась в школе и когда преподавала в последующем, проводились политинформации. А сейчас по 1-ой и 2-ой программе – одна политика… В институте были курсы марксизма-ленинизма, политэкономии, истории КПСС. Ну и что? Кто-нибудь что-нибудь помнит из этих курсов? Сколько потерянного времени. О Менделе и Моргане, и генетике я узнала только на курсах усовершенствования учителей. Всё повторяется… Зато о Лысенко и Вильямсе и о Мичурине читались лекции. Где теперь система земледелия по Вильямсу? Где теперь сорта ржи по Лысенко? Где теперь сорта плодовых по Мичурину? Зато мы научились клонировать животных, растения, а, самое главное, мы научились печатать органы с помощью 3D принтера. А леса, оказывается, сами себя клонируют.

Два курса института проходила в синем штапельном платьице, только меняла вязаный из ириса воротничок на органзовый с вышивкой – память о бабушке. Была очень скромной девочкой.

Факультативно у нас были занятия в фотолаборатории. Поэтому у меня очень много институтских фотографий.

Собирались всегда или у меня в общей квартире, или у Лены Левиной. Дружила я с девочкой из города Находки Риммой Борисовой. Помню как на день рождения Инна Топелева, из Белоруссии, и Жанна Городнянская, из Евпатории, принесли: одна – букетик крашеного ковыля, другая – малиново-красным окрашенные головки бессмертника. Никаких роз, фрезий девчонки не в состоянии были купить. А потом случайно на букетик попала вода и – конец скатерти. У Лены Левиной отмечали 5 декабря, День конституции. Как-то к ней попали два парня: один Роллан Сергиенко, другой – Микола Винграновский. Учились они во ВГИКе, на курсе Александра Довженко и Юлии Солнцевой. Микола снимался в фильме «Повесть пламенных лет». На курсе училась Лариса Шепетько.

Микола влюбился в Риммку, Роллан влюбился в Лену, Лена стала Сергиенко. Роллан из города Славянска, откуда и Довженко. И яблоневые сады в фильмах Довженко оттуда. Роллан стал кинорежиссёром, снимал фильмы о Чернобыле. Два года тому назад он умер. Микола стал известнейшим украинским поэтом. Умер в 60 лет. Сейчас Славянск обстреливается Украинской армией.

Мой сосед по квартире Миньяр-Белоручев, сын известного художника, преподавал в Военной академии французский язык. Когда в Москву приехал Ив Монтан с Симоной Синьоре, я через соседа попала на его концерт в Театр эстрады.

Вся молодёжь увлекалась его песнями. Первый раз были раскрыты ворота культуры. «Большие бульвары», «О Пари, о Пари» кружили нам головы. Я собирала все вырезки из газет, купила книгу о нём. Увидеть Париж! – загорелась я этой мыслью, и два раза в жизни осуществила эту мечту. А Рая Вейцман говорила, что я похожа на Симону Синьоре. Фильмы «Тереза Ракен» и «Путь наверх» хотелось пересмотреть ещё раз. Когда Симона умерла, я ревела – это было прощание с юностью.

Про целину

На призыв Комсомола в 1956 году мы всей группой поехали на целину в Алтайский край, Бийский район. Мама провожала меня и всех общежитских.

Помню бескрайнее поле помидоров и огурцов. Нужно было прополоть длиннющую полосу. Огурцы уже перезрели, пожелтели, а помидоры были очень вкусные, в основном ими и питались.       Зерно веяли, в мешки загружали и на весы бригадиру… Ногу незаметно подставляли – ведь мы соревновались.

А однажды была экскурсия в Бийский заповедник. Вот и увидели слияние Бии и Катуни. Поток такой мощный, что дух захватывает, не дай Бог в него попасть, и брызгами обдаёт. Впервые увидела и попробывала аронию – черноплодную рябину. А уж облепиха совсем мне незнакома была, колючая, стерва. Но мы с Риммкой, благодаря моей хозяйственности, в молочных бутылках сделали наливку и привезли её в Москву. С целины на заработанные деньги я купила Подольскую швейную ручную машинку. Потом муж переделал её в электрическую. Рассталась с ней только, когда не смогла вдеть нитку в иголку. А так обшивала себя, маму и дядю Володю. Потом заплаты на простыни и пододеяльники пришивала.

Самой доброй, самой нежной и скромной среди нас была Рая Вейцман. Приехала она из Каменец-Подольска на границе Западной Украины, Белоруссии и Германии. По секрету она рассказывала о съёмках фильма «Белая крепость», а ещё о том, что я совсем не могла представить, и только сейчас понимаю, что там было полно украинцев-предателей, которые сдавали евреев немцам (2022 год). Тогда за эти мысли можно было попасть в тюрьму, а теперь – вы свидетели этого. Вышла замуж Рая в Нижний Тагил. Город грязный, отравленный газами металлургического производства. Преподавала в школе химию (а я – биологию), потом – в местном Пединституте. Писала мне: «Милая Ириша! Я всегда вспоминаю тебя и твою маму с самым тёплым чувством. Все мы, девочки из общежития, считали её своей мамой. Я с ней делилась своими секретами, а мама моя была далеко. Спасибо тебе».

А Риммка из города Находки – Дальний Восток! Тихий океан она видела! Я часто приходила к ним в общежитие и с удовольствием ела с ними чёрный хлеб с селёдочным паштетом и пельмени. Но чаще она была у меня дома. Эта была дружба-любовь. Я однолюбка. А Ленка в это время в МГУ на факультете журналистики купалась в друзьях, и на меня уже времени не хватало.

К Римме я относилась как к сестре, и мама разделяла мои симпатии. Но и влюбились мы в одного мальчика – в Миколу. Огромный лоб, огромные светящиеся глаза, незакрывающийся рот, из которого мягким медовым голосом льются рассказы о фильмах Довженко. Правая кисть без второго пальца – военное детство. Что-то тащил из костра… Покорил он меня. А влюбился он в Риммку. У Риммы глаза были как две вишни. «В твоих глазах два чёрных солнца…», – посвятил он ей.

Мир тесен. У входа в подворотню моей школы на Кутузовском барельеф Александру Довженко, он там жил. И каждый день, когда я ходила на работу, я, конечно, вспоминала Миколу. Тайно я его любила, но всё понимала, и, только, когда Риммка уехала на родину и вышла замуж, стала Шевченко, а Микола приезжал на совещания поэтов в гостиницу «Юность», он мне звонил. Он уже был женат на какой-то стюардессе… Одна родительница из 56-ой школы была знакома с поэтом Соснорой. Через него я передала поздравления Миколе в связи с выходом сборника стихов. В ответ сам Соснора прислал мне газеты с журналами с заметками о Миколе. Риммку он, как поэт, не интересовал. Он нравился ей как юноша, мужчина. А Лена Левина с Ролланом прожила всю жизнь в радости и печали. Родили двух детей. Сын тоже стал кинооператором, дочь была женой режиссёра Розовского, родила девочку Сашу, теперь известную актрису Молодёжного театра. А Света снова удачно вышла замуж за политика-экономиста Нечаева, домашняя хозяйка. У Лены уже двое правнуков. В основном нянчится с ними в коттедже. В Дом кино на премьерные фильмы Лена приглашала меня, Галю Минееву и Аню Луговскую.

Из москвичей были в группе Света Ушакова и Наташа Микоян. Да, из знаменитой семьи Микояна. Три брата: Сергей, Анастас и Артём. Стас Намин – это её двоюродный брат. Работала Наташа одно время в музее, который располагался в церкви на Новом Арбате. Света работала учительницей химии, а потом перешла в Министерство просвещения. Дружбу они пронесли через всю жизнь. И даже сейчас, немощные, приезжают друг к другу на день рождения.

Собирались мы в дату 10-летия и других –летий у Светы. У неё большая квартира на Войковской, да и душа широкая.

А Риммка после окончания института металась между Леной и Наташей. Когда приезжала в Москву, ночевала у них.

Переписываться перестали. Однако только я в 2020 году узнала, что Риммы уже 2 года нет на свете. Галка Минеева работала в химической лаборатории. С мужем живёт по сей день. Её дочка, которую я грудничком держала на руках, каждую неделю звонит мне. Для неё я тётя Ира. Я всегда даю советы. Галка прикована к инвалидному креслу. Когда-то в институте Галка посвятила мне стихи:

«Сижу за решёткой в неволе, друг мой,

И Данцига голос я слышу с тоской,

Сей Данциг о чём-то учёном твердит,

В мозгу ж моём бедном как будто сверлит:

«Скорее на волю, скорей на простор,

Скорей бы цветами усладить усладить свой взор!

Терпеть я не в силах! Пощады прошу!

Кончай же, Ирина, а то укушу».

Когда-то Галка написала послание директору МГПИ им.Ленина от первокурсников-биологов. А моя мама отпечатала его на машинке. Машинки уже нет, а мамин почерк «машинковый» я храню до сих пор. У мамы была любимая книга Анны Коптяевой. Героиня там Динка-льдинка-холодинка. Иногда я считала себя ею.

Когда я была замужем, то научила Виталия поздравлять всех своих девочек. Ни одна не научила своего мужа поздравить меня. Они же знают, что я одинока. Вспоминается интермедия Райкина про учительницу (соседи обижали), случайно встретила бывшего ученика. Он представился бандитом и сказал, что будет жить в этой квартире… Легко обучить знаниям, а душевные качества воспитать – тонну гороха съесть. Но я никогда не была благоразумна, равнодушна, всегда давала советы и одалживала деньги. Не делай добра – не получишь зла. Боря так и не научился поздравлять.

РАБОТА В ШКОЛЕ

Школа № 589 на Усачёвской улице

Я окончила институт в 1959 году. Устроиться на работу было трудно. Первый год я проработала в интернате на Малой Сущёвской (Гена-ассириец, антикварный магазин, см. «Мир тесен»). Потом до 1972 года была школа № 589 на Малой Пироговке, напротив завода «Каучук». Район рабочий… Многое понятно. Из нашей школы вышел известный актёр Анатолий Папанов. В саду Мандельштама (теперь усадьба Трубецких) была теплица. Там мои подопечные проходили обязательную сельско-хозяйственную практику. Огромный яблоневый сад чистили осенью от листвы. Кроликов кормили на ферме (4-5 клеток). До сих пор помню, что агронома звали Раиса Ефимовна.

Пруды были заросшие. Иногда можно было увидеть большую рыбу. Мандельштам – это революционный деятель. Модно было переименовывать дворянские места, национализировать дворянские усадьбы и превращать их в конторы или коммунальные квартиры. В доме Трубецких жил мой ученик. Сейчас сад восстановлен, пруды прочищены, усадьба реставрирована. В ней находится учебный центр. А рядом с усадьбой, до трамвайного депо, стояли бараки, бараки, бараки. Вот там-то и жили мои ученики. Потом бараки сломали, на Усачёвке построили массу кирпичных домов, и последующее поколение моих учеников жило там. А в 2000-ых годах !-й Медицинский переселился туда, ближе к Фрунзенской, продовольственные ярмарки проходили там. И завод «Каучук», выпускавший резиновые изделия на весь Советский Союз, имевший свой собственный клуб «Каучук», сломали и возвели фешенебельный квартал на всю Малую Усачёвскую. Сломали и трамвайный парк, и 5-ти этажный дом, где жили все дети трамвайщиков, и вплоть до Хользунова переулка возвели аристократический квартал.

Во дворе школы, вместо снесённого одноэтажного флигеля, я заложила сад. Сейчас в этом здании факультет Пединститута. Сада нет. Кабинет биологии находился на 4-ом этаже. У меня лаборантская комната, где я завела живой уголок. Ребята в основном любили там сидеть. И вот однажды из террариума исчез уж…

На 1-ом этаже моего Педагогического института, с выходом на Хользунов переулок, смотрели огромные окна. Это был Музей Дарвина, куда я водила своих учеников на экскурсии по темам: «Происхождение видов», «Происхождение человека», «Естественный отбор»… Музей был недалеко от школы. Впоследствии, Музей выехал из этого помещения, а Педагогический институт занял весь корпус. И Институт мой теперь называется университетом (было МГПИ, а теперь МПУ).

Мои первые ученики Алёша Вишняков и Валя Котова, Коля Лобанов, Лида Волохова очень долго после окончания школы приходили ко мне в гости. На Трубецкой и Доватора жили дети рабочих завода «Каучук» (Доватор – герой Отечественной войны). Очень часто я ходила с ними в походы, сначала – по местам боевой славы, потом – знакомились с местным производством. Звенигород – деревянные игрушки, Сергиев-Посад – совсем другие деревянные игрушки, Дмитров – чулки, носки.

Я даже начальником турлагеря по Рижской дороге в Холщевиках была. В лесу, на поляне, поставили палатки… Вспоминаю Мурашова Сашку, который мог съесть весь котёл макарон… Я плачу, т.к. на таких обжор рацион не рассчитан. Мама ко мне в лагерь приезжала – девочке всего 23 года. Комиссия приезжала из РОНО.

И за все походы, за все соревнования по азимуту ни одного несчастного случая. Одна с группой 20-25 человек. А самокрутки из травы и сухих листьев, а дымок из девчачьей палатки?

Долгое время я дружила с родителем одного моего ученика. Он помогал оформлять газеты, у него были «золотые» руки. Работал он слесарем в Институте витаминов (серое конструктивистское здание напротив памятника Льву Толстому). Сейчас там возводится японским архитектором целый квартал.

Так вот был у меня в семье театральный веер из пластин слоновой кости, расписанный цветочками, скреплённый шёлковой тесёмкой. В театре тесёмочка лопнула, веер рассыпался. Попросила починить… С тех пор веера не видела.

Школа № 39 в Кузьминках

Потом была в Кузьминках школа № 39 (улица Юных ленинцев, напротив Ветеринарной академии). Вставала я в 5 утра, добираться надо было на метро и на автобусе. А здесь – дети преподавателей, лаборантов Академии, обслуживающего персонала и были дети из Капотни. От школы можно было дойти до Церкви Влахернской иконы Божией Матери. Построена она была однофамильцем Матвея Казакова Родионом Родионовичем Казаковым.

Снова заложила сад. В вестибюле, на полу, поставила сотни цветов в горшках. Под Новый 1972 год 31 декабря сломала ногу и попала в Институт скорой помощи им.Склифосовского. У меня всегда были активистки девочки. Там – Валя Котова и Лида Волохова, здесь – Таня Гордеева и Наташа Абуладзе. Был у меня и трудный Володя. Прятался в шкафу для щёток и кукарекал оттуда, срывал уроки всем учителям, кроме меня. А эти девочки и Марина Досталева навещали меня в больнице, а позже – и дома. Обязанность классного руководителя – посещать детей на дому. Я знала трудности каждой семьи. Поэтому и через 10 лет после выпуска, когда я уже работала в другой школе, взрослые ребята пригласили меня в ресторан «Баку» на вечер встречи. Проверка дневников, план внеклассной работы, дежурства, педсоветы, профсоюзные собрания… и всё это за 54 рубля в месяц. Таких дураков-учителей сейчас не найдёшь. Регина Степановна, директор этой школы-новостройки, и завуч Регина Витальевна были преподавателями нового типа. Все ладили в коллективе, никаких дрязг не было. Вдруг совсем молодая Регина Витальевна умерла. Хоронили её на Кузьминском кладбище всей школой.

Школа № 56 на Кутузовском проспекте

Биологиня, физичка, историчка, физрук на вечере встречи

Школа расположена на Кутузовском проспекте, за аркой дома № 22. На первом этаже был школьный музей, где были стенды с фотографиями выпусков всех годов.

Через арку дома Довженко подходишь к первой школе Советской власти. В Дорогомилово, на раскопках чумного кладбища, построена эта школа. Когда копали в саду, находили кости. Однажды нашли серебряный кувшин. Сейчас школа перестроена по американскому проекту со стеклянной пирамидой на перекрёстке двух зданий. Она стала гимназией. В нашей школе учился академик Легасов Валерий Алексеевич (физика). Школе было дано его имя. Гимназия сохранила эту память. Учились в ней Людмила Пахомова (фигуристка в паре с Александром Горшковым), писатель Эдуард Успенский, долгий председатель городской Думы Владимир Платонов (каждый раз приходил на традиционный вечер встречи 17 ноября).

У меня в классе учился Лёша Райкин – внук Райкина. Он сейчас артист. Большинство учеников жило в сталинских домах на Кутузовском проспекте. Это были дети учёных, членов Правительства. Нужно было полностью менять стиль общения.

Рядом был «Пивной завод им.Бадаева», «Карандашная фабрика Сакко и Ванцетти». Ходили на экскурсии. А потом возвели стеллу ко Дню Победы, куда возлагали цветы. Это было традицией. И часть детей жила рядом с гостиницей «Украина». На вечерах встречи, 17 ноября, собираются все выпускники. Всегда вспоминали первого директора этой школы – Петра Сергеевича Окунькова. Он был милиционером, призванным Партией… Он принимал меня на работу в 1972 году. Потом был директором бывший завуч Вениамин Львович Бочкачиев. Потом – Фёдор Фёдорович Майоров. Его дочь преподавала у нас математику, и я попросила её мужа, КГБешника, узнать о Данциге Вите. Он мне посоветовал пожалеть свои нервы и… Я жалела их 30 лет, но не выдержала. Я уже не работала, и последняя директриса Вера Даниловна Кондратенко, приехавшая из Сибири, с помощью Владимира Платонова осуществила перестройку школы в гимназию.

Был у меня ученик Зубов Коля. Впервые узнала, что ВЭФ-клей в пакетик заливал и дышал, а дед у него – заслуженный участник войны. Сколько я с этим мальчиком возилась…

Дружила я с учительницей химии, Лидией Владимировной Кистенёвой и навещала её до смерти. Она была намного старше меня, очень благородная женщина. Была ей благодарна за понимание моей сложной, мятущейся души. Дружу до сих пор с Таисией Григорьевной Спириной – преподавательницей немецкого языка. Она младше меня на 10 лет. Приехала в Москву из Ставрополья к мужу. Она подхватила мой класс в 1984 году, когда я ушла на пенсию. Каждое 8-е марта я была у неё на дне рождения. А сейчас она у меня всегда бывает.

Сад заложила, 2 выпуска через душу пронесла. Когда приходила на вечера встречи лет 25 подряд, ходила со своими ребятами в рестораны и кафе. Вместе хоронили Наташу Якунину, Алёшу Ершова. Много лет ребята приходили ко мне на мой день рождения. Сняли и записали на диск вечер встречи в ресторане Россия, и моё 70-летие у меня дома. Ко дню учителя районное телевидение сняло фильм. Диск дома.

С каждым выпуском из этих трёх школ я встречалась ещё лет 10, а с последним – с 1984 по 2020 год. Дарили фотографии детей, знала и про внуков.

Я вам привожу пример работы классного руководителя.

Ученик: Д.Сергей Анатольевич

Дата рождения: 14 июня 1960 года.

Мать – Лидия Михайловна (продавец обуви, Универмаг № 4)

Отец – Анатолий Васильевич (фрезеровщик Завода «Салют»)

Адрес: Кутузовский проспект, дом X, квартира Y

Телефон: 243…

Учится на 3-ки. Не даётся английский язык, любит историю. Есть младшая сестра, 8 лет в 1-ом классе.

Ребята у меня дома

12.09 – много двоек, звонила маме.

23.09 – мама заходила ко мне, договорились контролировать приготовление домашних заданий, записали в группу продлённого дня.

24.09 – в походе отстал от группы.

27.09 – разговаривала с мамой, начал ходить в группу продлённого дня.

01.11 – звонила маме.

05.12 – обсуждали на совете отряда.

22.12 – жалоба преподавателя английского языка.

03.02 – вызов на родительский актив.

03.03 – вызов отца на родительский актив.

3-я четверть – двойки по русскому, английскому, алгебре, геометрии; на дополнительные занятия не остаётся.

Родительского собрание 11.11.1976

«Какое мероприятие для класса может провести семья»

Шавырин (отец) – беседа о профессии металлурга.

Зеливянская (мать) – беседа врача.

Тюрина (мать) – рассказ о пластмассах.

Жучкина (мать) – беседа о радиотехнике.

Якунина (бабушка) – беседа к женскому дню.

Кожевникова (мать) – будет сопровождать детей в театр.

Цыганкова (мать) – будет печатать стенную газету.

Бобкова (мать) – организует зимний поход.

Морева (мать) – организует конкурс рисунка.

Серебряков (отец) – установит в классной комнате телевизор.

Саликовская (мать) – оборудует аквариум в кабинете.

Другой выпуск, 1-я четверть.

Сентябрь – выпуск юмористической газеты «Мечта» № 1.

– экскурсия на выставку цветов в магазине «Цветы» на Кутузовском проспекте, напротив гостиницы «Украина».

24.09 – поход в Мичуринец. Другие ребята – выпуск газеты «Мечта» № 2.

26.09 – устный журнал по матерьялам журналов:

«Юный техник» – Заболоцкий,

«Пионер» – Родионова,

«Костёр» – Мамонов,

«Дела пионерские – Брехунец.

02.10 – оформление стенда «Заповедники СССР».

03.11 – Конкурс на лучшую газету по школе, а другие – генеральная уборка класса.

04.11 – Встреча с участником экспедиции на Северный Полюс, отцом Лёни Мача.

06.11 – Детский театр. Спектакль «Первая смена».

09.11 – Выпуск стенда «Рыбы путешествуют».

Теперь вы понимаете, сколько времени я отдавала им. Поэтому так обидно, что всё забыто. Поэтому, вы понимаете, что однажды в ресторане на вечере встречи Лёша Красненков признался: «Ирина Владимировна, мы никогда Вам прозвища не присваивали. Мы Вас считали своим парнем».

Т.к.некоторые родители занимали большие посты в руководстве города, я сумела организовать несколько самостоятельных без экскурсоводов городского масштаба экскурсий для изучения промышленных производств в городе Москве. Отец Алёши Красненкова организовал нам экскурсию на Автозавод им.Ленинского комсомола. Мы видели конвейерную сборку легковых автомобилей «Москвич». Теперь там выпускают машины «Рено». А на заводе «ЗиЛ» мы видели сборку холодильников «ЗиЛ». Потом, была там, когда производство было закрыто, и на территории завода открылось много ООО. Территория завода произвела удручающее впечатление. Лет 5 тому назад, проезжая с экскурсией, я увидела восстановленные корпуса. Сейчас там культурный центр района «Автозаводский». Были мы и на шоколадной фабрике «Ударница», напробовались конфет. Перед разрушением шоколадной фабрики «Красный октябрь», сначала сохранили магазин, где конфеты были дешевле, чем в городе. Сейчас там музейный остров. Были мы и на заводе, где выпускают марлевые бинты. Отец Аллы Цыганковой был директором ресторана «Россия». Сам провёл экскурсию по гостинице «Россия» (тогда пускали в неё только иностранных граждан). А с другими ребятами я побывала на заводе «Каучук». И на 3-ей Фрунзенской улице – на 6-ом Хлебозаводе. И в типографии «Детской книги», где стоял жуткий шум от печатных станков. Потом были матрицы, а сейчас всё через компьютер.

В этой школе были у меня в разное время ученицы из Югославии. С их родителями Златой и Любицей я продолжала дружить десятки лет после окончания их детьми школы. Их мужья работали в дипломатическом корпусе. В магазине «Русский сувенир» я купила керамический набор украинского производства и подарила Злате в день её отъезда. А Злата оставила мне все тарелки столового набора. Приглашала она меня в местечко «Баня-Лука». Началась война…

Однажды я иду по правой стороне Бородинского моста. Вдруг останавливается такси: «Ирина Владимировна, садитесь, я вас довезу»… Это был самый хулиганистый ученик в 589-ой школе. «Как ты меня узнал?». «По коралловым бусам. Мы вас называли «коралловая женщина».

Однажды, в 56-ой школе нужно было ехать на экскурсию в Третьяковскую галерею. Я быстро спрятала таблицы в лабораторной в деревянный ящик, спустилась вниз… Вдруг в метро, на остановке «Библиотека Ленина» я обнаруживаю, что на мне нет коралловых бус. Говорю Вере, старосте класса, прошу быстро посмотреть на пути… Два года я ходила без бус, надела другие. И вдруг нужно было делать ремонт в лабораторной и переклеивать потрёпанные таблицы на марлю. На дне ящика лежали коралловые бусы. Вот почему эта книга называется «Исповедь коралловой женщины».

Как-то воспылала желанием собрать всех одноклассников, кликнуть клич по радио. Галка Сокольникова так пессимистично восприняла мой порыв, что сразу отбила всё желание.

А вот выпускники 56-ой школы испокон веков торжественно собираются 17 ноября, когда-то – в физкультурном зале, а теперь – в новой гимназии, в огромном актовом зале. Каждый раз ребята из 11-ого класса регистрируют всех по годам. Нас удивляло, что приходили довоенные выпуски. Сейчас уж их нет в живых. Когда я последний раз пришла, то подарила любимым ученикам разных выпусков свою книгу «Сказка о любви».

О дружбе

«Друг – это, если в 4 часа ночи можешь позвонить, и он тебя выслушает», – из выступления Зюганова, лидера КПСС, по телевидению.

Друзей не бывает много. Я привязывалась всегда только к одной. Служила верой и правдой. Отдачи ноль. Про школьных подруг я уже писала, про институтских – то же, а потом, в мирной жизни, я сдружилась с портнихой Полиной. Жила она на Ленинском проспекте с дочкой, работала медсестрой, а шитьём подрабатывала. Это она мне рассказала о рождении близнецов у Василия Семёновича Ланового и смерти одного из них. Это она мне рассказывала об Ирине Родниной, мать которой работала в этой же больнице санитаркоой.

Много позже, в санатории, Полина встретила последнюю любовь, рассчитывала на счастье и вдруг заболела энцефалитом, и была прикована к постели. Любовник исчез. За ней ухаживали дочь с мужем. Но она умерла. Так смерть отняла подругу.

Как-то в очереди в Банк «Сити» подошла ко мне женщина, разговорились, и у меня появилась новая подруга Алла. Жила она у метро станция «Югозападная», в отдельной однокомнатной квартире. Муж – КГБешник – жил отдельно с любовницей, два сына: старший в Германии – представитель газеты «Известия», младший – фирмач. Она поехала в санаторий и в первый же день «положила глаз» на молодого Валентина, в эту же ночь переспала с ним (иначе бы не достался). Лет 5 она содержала его как любовника, она его кормила и поила. Он же ездил на рынок и привозил огромные сумки. У неё были толстые ноги. Ради любви она сделала липосакцию. Врачи занесли инфекцию. Богатый сын из Германии купил ей палату в больнице. Я к ней ходила туда каждый день. Ноги гнили, швы расходились. К моему удивлению Валентин несколько лет приходил на кладбище, звонил мне. Потом признался, что заимел новую любовницу.

Потом в санатории «Вороново», на скамеечке, познакомилась с Ирой. Когда к ней приехал муж Дима, познакомилась и с ним. Связала нас грибная тема. Я всегда ходила за грибами, а они ездили на базы отдыха в Вологодскую, Тульскую области. И то же – грибы. Через несколько лет Димина сестра уехала в Германию, подарив им родительскую дачу на станции «Взлётная». Ездила я к ним лет 40. За это время они построили огромный дом, а родительский превратили в сарай для инвентаря. И пока у меня не было своей «фазенды», я помогала Ире.

Дима был очень порядочным мужчиной. Ушёл из жизни в 2016 году. Его ученик по градостроительству взял шефство над Ирой. Ира осталась жить в 3-х комнатной родительской квартире. Одна – в трёх комнатах. Единственная дочь с тремя внучками – в Германии, только телефонные разговоры. Жить Ире не хотелось. В 2022 году она ушла. Вот я и осталась без никого.

А у Ленки, как и было в школе, масса знакомых, масса родственников. Она ещё ездит за границу в Финляндию к дочке. Только в декабре 2021 года она потеряла мужа. Если я её каждый год приглашала на все застолья, то ни на один день рождения она меня не удосужилась пригласить. Я обиделась. В трудную минуту она меня выручила, набрала текст, переслала Алисе, где флеш-память и пропала.

Я высказалась Володе. Он передал Лене, она извинилась, два раза пришла. По ноутбуку показала свои снимки заповедников Америки и подмосковные виды. Т.к.я уже из дома не выхожу, то попросила её после экскурсии во вновь открытый Музей русского импрессионизма (на Ленинградском шоссе) прийти ко мне с ноутбуком. Жду до сих пор…

Ты говорил, что ты мой друг.

И говорили все вокруг,

Что ты мой друг.

Скажи, а где ты был тогда,

Когда пришла ко мне беда?

За тыщи вёрст? Вдали, в пути,

Не мог на помощь мне прийти?

Нет, в этот самый трудный час

Ты рядом был со мной. Но ты…

Но ты моих не видел глаз,

Моей не видел маяты.

Держал ладонь мою в своей,

Как будто снег прошёл по ней.

Ты говорил со мной. О чём?

Всё о себе, да о себе,

Всё дело в собственной судьбе?

Но вот уже прошли ненастья,

Прошла моя беда.

Без твоего прошли участья

Без твоего труда.

Другие люди были рядом

Хоть я их не ждала тогда…

Бывает под одним лишь взглядом

Вдруг отвращается беда.

Ты говорил, что ты мой друг

И до сих пор твердят вокруг,

Что ты мой друг.

Нашла высказывание Конфуция: «Бывает три полезных друга и три друга, приносящих вред. Полезный, справедливый друг, чистосердечный друг и друг, который много знает. А вредный льстивый, двуличный – друг красноречивый».

Хорошо бы – чистосердечный, да и чтобы много знал.

Когда я второй раз была в санатории Большого театра, в Поленово, на высоком берегу Оки, познакомилась с Наташей Газиевой, Жила она на Пречистенке в Доходном доме на углу Садового кольца. Была старше меня на 4 года. Жила с папой, мамой. Сейчас в этом доме одни фирмы («Росбанк», продажа мебели, риэлторские конторы). Переселили их на Раушскую набережную. Наташа вышла замуж. Родился мальчик, Рубен. В одной комнатке было тесно, да ещё я приходила. Путём сложного обмена переехала на улицу Строителей у метро станция «Университет». У папы было три инфаркта. Мама закутывала его в горячую простыню и таким образом спасала три раза. Мама, Вера Семёновна, была заведующим Детского городка Парка «Сокольники». Прожила долгую жизнь, пестовала Рубена. Была очень доброй, очень порядочной женщиной. Виталия (мужа) я с радостью водила к ним в гости. Наташа работала химиком, была кандидатом наук. Развелась очень интеллигентно. Раз в неделю муж приходил к сыну, даже когда сам повторно женился и обзавёлся вторым сыном. Братья были настоящими братьями. И Наташа это поддерживала. Рубен стал химиком, работал в Академии наук, а в годы разрухи наплевал на кандидатскую степень, где получал копейки, и стал партийным функционером, т.к.надо было содержать жену и двух поздно появившихся детей. Наташа уступила им эту роскошную квартиру после смерти мамы и купила себе маленькую однокомнатную.

Про Милу Яцко. Я знала, что у папы Вани было трое детей и, конечно, внутренне осуждала его за уход к маме. И вот после смерти мамы, разбирая его анкету, я узнала их имена и пошла в справочное бюро города Москвы. Мне выдали сведения о сыне, о старшей девочке Тамаре и Эмилии (Милке) 1939 года рождения. Я нашла её адрес (2-я Парковая улица), набралась смелости и позвонила. Она думала, что я её сводная сестра, а я не от него родилась. Мы начали дружить. У неё двое детей, старший – от первого мужа, младший – от Эдуарда Куликова. Они оба инженеры. Милка оказалась очень сильной женщиной. У мальчика эмфизема лёгких, она его выпестовала. У мужа – типичная проблема. Она заставила его пойти в Общество анонимных а…, сама ходила с ним и спасла его. Мы настолько дружили, что подобрали им садовый участок у нас, в «Путейце». Мой муж вырыл им погреб, привёз железо с ремонтирующегося техникума. На всех праздниках мы были у них, и они были у нас. Милка купила на выставке в Художественном салоне на Петровке картину моего отчима «Волны Байкала». Была безумно довольна и говорила, что она её энергетически каждое утро заряжает. Однако, когда я попросила поговорить с моим мужем о его возврате в семью (измена), она отказалась.

Детям всех подруг я уделяла внимание, делала подарки, однако, кроме Алёны – дочери Гали Минеевой – никто,когда я осталась одинокой, участия не проявил.

Про Доллару (Дилляру). В 589-й школе русский язык и литературу преподавала Доллара Мамедовна. Жила она на Погодинке, во дворе знаменитого магазина «Ливерсы», в старом 4-х этажном, без лифта, доме. Сейчас его снесли, и там фешенебельный квартал. Доллара переехала в Северное Крылатское, в новый дом. Созвала всех учителей на новоселье. Пыталась привыкнуть к этому району, за десять лет не смогла. Она изумительно пела, помнится, романс «Хризантемы». На каждом сборище учителей она устраивала концерт. Оказывается, до войны она училась в консерватории. Была замужем за директором Манежа. Родить не могла. Развелась. Была у неё подруга, которая вышла замуж за военного, служил в Белоруссии, в Барановичах. Родилось двое детей – мальчики. Так вот, старший, Юра, довёл Доллару до последнего дня и хоронил её.

Меня выводят из себя часто упортребляемые окружающими слова: «Это ваши проблемы». Сколько же цинизма в этих словах!

«Наступает какая-то усталость друг от друга, от близости. Люди не могут понять, почему их не тянет быть больше вместе», Ольга Кучкина.

«А на хрена мне хорошие голландцы и французы – мне нужны мои родные друзья», – Георгий Данелия – «Нужны те, кто живы ещё и те, кто в коляске инвалидной – они главная ценность в моей жизни».

О счастье

«Счастливая женщина» – так в интервью Борису Корчевникову говорит актриса Х, ей всего 45 лет. Она уже n-ное количество раз выходит замуж. Но чтобы не возненавидеть друг друга через определённый срок разводится с ними: «Вышел срок, и ещё всё впереди». Один папа в США, другой изредка приходит к ребёнку… Ни слезинки, одни улыбки и смех. Терпеть ради счастья детей она не умеет, не привыкла. «А сейчас моё сердце свободно», – призывно кончает она свой монолог. Почему жизнь одних балует без предела, а другим выставляет только рога. Это и есть «твоя жизнь»!

Ещё у Токаревой в рассказе «Week end»: «У меня просторные бёдра, чтобы родить, грудь, чтобы кормить, и лицо, чтобы склоняться над ребёнком. Всё это не понадобилось…».

Соседи из дома пытались меня сватать. Богатая Фрина Александровна решила познакомить меня с человеком, который должен был ехать в Швейцарию работать в посольстве. Когда я увидела лысую голову, я чуть ни убежала из комнаты. Я дождалась красивого, высокого, черноволосого с белой проседью.

У Виктории Токаревой: «Не важно как туз выглядит. Он может быть и лысым, и коротышкой, главное талант и статус». Продаться без любви я не могла. Когда я писала про причёски, про чубчик, про хвостик, про хохолок, про косички, навязанные на ниточки я забыла сказать, что сейчас модна лысая, полированная голова. Не представляю, как женщины её гладят, не зарывшись в волосы.

Недавно, у Ларисы Гузеевой, два дня подряд восседала абсолютно под шёлк бритая невеста с двумя детьми – все сочленения черепных костей и сочленения с позвоночником были видны. Выбрала такого же лысоголового. Впечатление: два стеклянных шара на тонких подставках. А сейчас выручают парики. И только минутки затратишь для красоты. И так же как дурак дурака видит из далека, так и они – люди с интеллектом – нашли друг друга.

Я где-то от чёрта

Прочла у Мариенгофа: «Неожиданно я опускаю руку в карман и в нём натыкаюсь на чужую руку. Она пытается судорожно вырваться из мои тисков».       Точно такое же случилось и со мной. В Лужниках открыли ярмарку, где можно было купить вещи дешевле, чем в магазине. Толпа, разглядывающая норковые шубы, и вдруг рядом оказывается цыганка с дочкой, и у моего соседа разрезает карман. Чем? Заточенный пятачок. Я хватаю её за руку и кричу. Как меня пронесло???

Но, несмотря на то, что её сдали в милицию, я встречала её очень часто потом. Зачем милиции хотеть, когда десятилетиями цыгане отстёгивают им деньги. И 2022 году по телевидению показывают 4-ёх цыганок, которые «служат» в городе Кургане, на рынке, и каждый раз после отправки в полицию, появляются вновь.

В Гастрономе № 1, в «Седьмом континенте», на Смоленской площади, чувствую, что ко мне в карман лезет рука. Хватаю… Рука мужская… Потом меня весь день била дрожь.

В Италии, в городе Милане, нужно уже уезжать. Я еду в метро… Прихожу в отель. Чтобы получить ключ надо предъявить карточку отеля, она у меня в паспорте. Открываю сумку – кошелька нет. Пришлось бежать в полицию, писать заявление, потом бежать в консульство…

Мои соседи

О семье Микеладзе я уже рассказывала, когда упоминала заселение в эту квартиру. Льноцентр купил у них половину квартиры. Вахтанг Львович, когда ел чёрный хлеб, намазанный подсолнечным маслом с натёртым чесноком, чавкал, и у нас Галкой текли слюнки. Мы так же набивали полный рот, щёки до ушей и кайфовали. Тамара Львовна выдала мне, что папа Ваня – не мой папа.

Продали они две комнаты Миньяр-Белоручеву. Интеллигентная семья: он – преподаватель военной академии, она – преподаватель МГИМО. Накопили много денег и отказались от собственности (подарили государству). Далее появилась по ордеру бедная семья типичных евреев. Ладили. Накопили денег, улучшили условия, переехали. Появилась Люся – русская женщина с очень сложной дочкой. Опять приспосабливались. Обменялась на отдельную однокомнатную квартиру. Приехала Ирина, молодой учёный в Академии наук, на Ленинском проспекте, необыкновенная эгоистка, незамужняя.

Мой муж, участник Афганской войны, получил талон на приобретение стенки. Иру замучила жаба. Она заставила моего мужа унижаться перед Советом афганцев. Начались скандалы. Он схватил её «за грудки». Кончилось дело судом. Я вынудила её уехать отсюда (домкомы, профкомы, парткомы – через всё прошла).

Поселили семью ткачихи и шофёра (а мама – еврейка, жидовка для Ани). Голубей не корми! Кошку не держи! А шофёр каждый день «на бровях» приходит. Домкомы… Советская учительница обижает пролетариат. И через это прошла. Эта учительница не заслужила, чтобы с больной матерью переехать в отдельную квартиру. Как Лёвка обворовал нас, когда мы с мамой уехали в Латвию, – только плакать! Милиционер избил его так, что больше и капли алкоголя Лёвка никогда не употреблял. Их сын, в два раза выше, чем Лёвка, впоследствии пошёл по стопам своего отца. Вдруг освобождается 4-х комнатная квартира над нами, и советская ткачиха выбивает её себе на троих. К нам въезжают Марина, Валера и двое маленьких детей – Наташа и Дима, собака и кошка.

Уже больше 30-ти лет прошло. Наташа вышла замуж и осталась здесь, а семья переехала в квартиру умершего деда. У нас всегда кошка, у них – всегда собака и кошка. Но не так давно и я, и Наташа лишились своих друзей. Двери своих комнат я никогда не закрываю.

Цветы жизни

«Колокольчики мои, цветики степные,

Что глядите на меня, тёмно-голубые.

И о чём звените вы в день весёлый мая,

Средь некошеной травы головой качая»

Долго не звучала запись Ивана Козловского на слова Константина Козлова. Вчера, наконец, услышала.

Я уже упоминала, что заложила три сада в школах, где работала, но стройки, реконструкции два из них погубили. Четвёртый сад заложила на даче. Гибнет, т.к.меня там уже 10 лет нет. А когда я везла в электричке свои пионы, размером с детскую головку (фотография есть), меня умоляли продать. И все 80 кустов смородины я вырастила из черенков, и все сорта крыжовника – из корневой поросли, и малину вывозила из деревни Черняево – родины Виталия, и войлочную вишню вырастила из косточки и раздавала всем соседям. И сливу вырастила из проростка. И иргу обрывала перед входом на дачу. А черноплодку даже пришлось вырубать. У калитки из проросшего семени клёна выросло 3-х метровое дерево. Если сейчас калитки нет, то дерево в честь меня стоит. У торца дома посадила куст сирени. Не задумывалась, что её корни могут расшатать фундамент. Облепиху не сажала. Ездила к Ире на дачу и обрезала.

Комнатные цветы – всю жизнь. Их очень много – и полочки, и подоконники заставлены. Столетник у меня жил с 1969 года. Сколько раз обрезала метровые одревесневшие стволы, давила из листьев сок и раны лечила, и волосы лечила им. Ростки раздавала. Пришлось выбросить.

В 1998 году лежала в эндокринологии на Погодинке. В вестибюле, в огромной кадке рос огромный папоротник. Выписываясь, взяла 5-ти сантиметровый отросточек. Уже 24 года висит горшок с разросшимся папоротником. Тася говорит, что у меня рука лёгкая – всё, что ни воткну, всё вырастет.

Упоминала, что в 1959 году студенческие подружки принесли мне на день рождения пучочек ковыля и какое-то растение, похожее на клевер, красного цвета, пока не узнала, что ковыль – серого цвета, это была краска. А сейчас самый простой дешёвый букет стоит не менее 1000 рублей. Эту нишу полностью заняла Азербайджанская мафия. И если раньше у Киевского вокзала стояла старушка со своими флоксами или тюльпанами, то теперь её днём с огнём не найдёшь. Всё на корню, как и грибы, перекупается мафией.

Узамбарская фиалка (сенполия) была выращена мною в 1998 году из листочка. Появились синенькие, весёленькие цветочки. Сейчас 2022 год. У меня 40 горшков разнообразных фиалок, но синие – это всё потомки той. И сейчас под Новый год и под начинающиеся майские праздники эти фиалки в сорока горшках цветут. Раздаю, дарю, не продаю.

Составляю осенние букеты. Из Югославии привезла растение семейства сложноцветных с колючками, плоды – колючие шишки. В коридоре, над дверью, составила осенний букет. На даче выращивала лунарию (плоды – стручки, семена держатся на «пергаментной» плёночке, похожей на Луну (в кухне, на холодильнике букет).

С Иванова озера привезла тоненькие камыши, разбавила букет. Из пансионата «Бекасово» привезла метельчатую кремово-розовую гортензию и веточку гипсофлоры. Стоят в хрустальной вазе. Черешчатый дуб привезла из санатория «Подмосковье». Еловые и сосновые шишки привозила из Пицунды. Люблю пионы. На даче были цветы пионов с голову ребёнка. Не люблю георгины, гвоздику, розы; люблю васильки, маки и ноготки, хризантемы.

«отцвели уж давно хризантемы в саду…». Этот романс всегда пела Доллара на вечерах в школе.

20 апреля 2022 года. Перед окном кухни посаженные инициативным Володей 5 ив-ракит (из черенков) выросли огромные деревья, почки цветочные лопнули и к Пасхе (24 апреля) все кусты будут в серо-зелёной дымке распустившихся цветочных почек. Листья появятся потом. Володя умер молодым – это память о нём.

Мои три тополя скоро оденутся в листву, а клейкие чешуйки почек будут прилипать к подошвам прохожих.

О кошках

Из-за первой бездомной кошки, раненой, которую я приютила, с соседями разразился скандал. Кошку выгнали, всё кончилось истерическими слезами. Следующие соседи разрешили держать кошку. Это была малявка, серенькая, очень маленькая, породу не знала. Прожила с нами 15 лет. Грела маму, когда она лежала на топчане. На топчан был постелен огромный старинный ковёр, привезённый когда-то из Германии. Конечно, когти точились о него. Но для мамы она была другом.

Когда Малявка заболела, мама связалась с ветеринаром – это оказалась жена Николая Дроздова, который тогдатолько начинал вести передачу «В мире животных». Музыка была очаровательная, как позывная этой передачи. Все книги Дроздова я прочла, и меня возмущает, что сейчас он, 85-ти летний старик, рекламирует банк и продукты, будто бы не заработал за всю свою жизнь. Потом я возила кошек в ветеринарку у Багратионовского моста, пока эта служба была бесплатной. А с Нанаськой операция уже стоила 16 тысяч. Ну, а сейчас и говорить стыдно – лекарство для кошки, анализ для кошки и последующая операция стоят дороже, чем лечение человека. Вся эта отрасль в частных руках мошенников.

Когда Малявка подросла, появилась надобность посетить ветврача. Я несла её в клинику на руках. По дороге от испуга она поцарапала мне всю грудь.

А Муську я возила в ветеринарку на Цветном бульваре, рядом со зданием Цирка. Оказывается – это самая старая ветеринарка в Москве, в старинном особняке. Там артисты цирка лечили животных ещё до революции. Сейчас там музей ветеринарии. После операции зашли на Центральный рынок, самый известный рынок Москвы.

Следующего котёнка мне подарила Галина Михайловна, сказала, что будет персидским. Был – пушистый комочек, стал – обычная рыжая дворняга. Прозвали с Виталием его Чубайсом. Когда ездили на дачу, Чубайс сидел у Виталия на шее. Переходили Бородинский мост, глаза – фонари, когти вцепляются в куртку, но руки у Виталия заняты ящиками с рассадой. Когда садились в вагон, все удивлялись этому рыжему воротнику, а мы играли с Виталием в го (он вёл кружок среди студентов, был чемпионом), играли в слова, в пятнашки и в шашки. Чубайс был судьёй. Всегда забегал в теплицу по делам. Иногда приносил землероек, а однажды принёс птичку прямо в кровать. За участком – насыпная гора, заросшая. У Виталия оказался скрытый от меня сын Рома, от женщины в Кушке. Тринадцать лет она воспитывала сына одна. Оказалось, что она позвонила его бывшей жене, узнала, что у него всё «ок», и привезла сына в мою квартиру со словами: «А теперь ты будешь воспитывать его». Я, дура, согласилась. Я брала в мужья человека с тремя алиментами и взвалила на себя содержание четвёртого. Рома на даче выпустил Чубайса, Чубайс исчез, я искала его целый месяц, нашла трупик, и мы похоронили его на этой насыпной горе.

Следующего котёнка я нашла на лавочке во дворе. Он был сибирским, но прожил у нас не долго. Когда кот заболел, я обратилась в Ветеринарную службу ЗОЖ в 3-ем Неопалимовском переулке. Сделали операцию, укольчики. Принесла домой трупик.

Последняя кошечка попала в мой дом так. Я отдыхала и лечилась в санатории им.Кирова (диабетическое направление). Вдруг на дороге появилась женщина с двумя сиамскими котятами с просьбой приютить их. Она сказала: «Мальчик – безобразник, а девочка – вся в маму, ласковая и спокойная». Я позвонила Виталию, попросила согласия. Он в этот же день приехал в санаторий. Так у нас оказалась На-Наська (т.е. Наша Наська). Переносок тогда ещё не было. Золотые руки Виталия из ящика телевизора «Дзинтарис» сделали оригинальную переноску, на которой сверлом нанёс кличку нашей новой кошечки. А потом научил На-Наську путешествовать на шее. И, когда мы спускались с железнодорожной насыпи на знакомую тропу, На-Наська спрыгивала, бежала вперёд как собачка, взбиралась на одно и то же дерево, точила когти, спрыгивала и около километра вела нас до дачи. Однажды она принесла мне крота. После развода брать её с собой я уже не могла. Прожила она 18,5 лет, перенесла тяжелейшую операцию. Пришлось купить переноску. У меня плохо ходили ноги, по Плющихе, через всю Девичку мне пришлось её доставлять в Олсуфьевский переулок, в ветлечебницу, в подвале, сдавать её анализы крови и мочи, потом ждать, когда вскроют гнойную матку, потом каждый день ходить на уколы… Выпестовала. А в 2016 году, когда я легла на операцию селезёнки, она, оказывается, умерла. Соседка Наташа вызвала труповозку. Я ей очень благодарна. Такой ласкушки, такого доктора пожелать можно каждому. Уже и зубик выпал, уже и ослепла, а… Спала на спинке как человек и никогда не оцарапала. Не рвала ни обои, ни занавески, на шкафы не запрыгивала. Её переноска лежит на антресолях. Сейчас все советуют скрасить одиночество, но мы в ответе за тех, кого приручаем. У меня уже нет той энергии, что была в молодости. Грех на душу не беру.

Когда я лежала в эндокринологии, заняться было нечем, и я связала из шерстяных ниток Нанаську. Теперь она у меня на кресле под левую руку, помогает мне.

Прав артист Куклачёв – повелитель кошек: «Кошки думают, что они хозяева, а вы – слуга, но этот мир надо поддерживать». С удовольствием смотрю передачу «Планета зверей» и «Видео Видели». Любят и хорьков, и игуан, и суринам, и барсуков, и енотов, и богомолов, и пауков. Вспоминаю время, когда морские свинки вытаскивали билетик «на счастье». Хомячков держала в школе, но им обязательно требуется пара. Люди целуют, гладят, закатываются от хохота, плачут, тратят колоссальные деньги. А вот есть матери-кукушки, которые своих так не любят, как люди любят зверёнышей. Дети вырастают и начинают проявлять свой характер. А кошулька в свои 18 лет для тебя дитятя, ребёнок. Это они вас ни за что любят.      Роман Сенчин в книге «Зона затопления» в главе «Чернушка» описывает случай. Хозяйка и курица 8,5 лет живут бок о бок как друзья. И вдруг в связи с затоплением их деревни из избы нужно переезжать в город в однокомнатную клетушку. Для 84-летней Ирины Викторовны – это трагедия. Как поступить с другом? По дороге она бросает всё и несёт в кошёлке только свою старенькую Чернушку на пароход. Так и я настолько привязываюсь к своим «подружкам», что смерть их переживаю очень долго.

О любви к Вану Клиберну

До сих пор на верхней книжной полке под стеклом два портрета, вырезанных из журнала «Америка» за 1954 год. Это изумительный портрет старика Роберта Форста и второй – это Ван Клиберн в день победы на 1-ом конкурсе Чайковского. Копна рыжих волос, умнейшие глаза, а руки… Покупала книги о нём, слушала все передачи о дальнейших конкурсах.

1 июня 2019 года, 21-й конкурс Чайковского. Март 2022 года – 100 лет Филармонии, показывали 1-й концерт Чайковского в исполнении Вана Клиберна. Раз в месяц обязательно ходила в консерваторию, а теперь подняться по этой легендарной лестнице уже не могу. Конечно, книга о Ване Клиберне у меня есть.

Интересовал вопрос – жив ли он. Оказалось, что он умер в 2013 году в возрасте 78-ми лет.

Конкурс всемирный с 1958 года в 2022 году с 24 апреля исключён из мирового масштаба как месть нам, Русским, за Украину. В 2022 году будет проходить конкурс пианистов им.Ивана Клиберна

О кораллах

Ося Брик окончил Юридический факультет Московского университета. Фирма «Павел Брик, вдова и сын» принадлежала их семье. Отец был купцом 1-й гильдии. Звали его Макс (отсюда: Осип Максимович). По поручению отца он ездил в Среднюю Азию, Сибирь, Китай, Италию продавать и скупать кораллы. В 1912 году они с Лилей поженились и поехали в Нижний Новгород, затем в Бурятию (Читу), затем были в Туркестане, в Узбекистане (Бухаре и Ташкенте), где покупали обереги. От них во всех семьях Данцигов были коралловые бусы. И у нас дома тоже. Я очень люблю носить кораллы. Отсюда и название книги. Убабушки были зимние тапочки – гамаши – с застёжкой из кораллов. Тогда эти камни были дешёвые. А в наши дни они ценятся на вес золота. Я сделала из них серьги и два кольца. На Арбате в ювелирной мастерской работал цыган Рома. Когда я проходила мимо цыган, они окружали меня и умоляли продать им… Все любители украшений удивлялись мастерству Ромы.

О муже

«Не домой,

    не на суп,

а к любимой

        в гости,

две

  морковинки

           несу

за зелёный хвостик»

В.Маяковский

«Как долго я тебя искала», – Катерина из кинофильма «Москва слезам не верит» говорит Гоге. «Как долго я тебя искала», – говорю я. Кабы знала я, кабы ведала… Не знаю…

Мужчин всегда не хватало. Мы знакомились на вечерах танцев в Доме Советской армии, летом – на танцплощадке, в Парке культуры, потом в парке ЦДСА. Потом начали ходить в рестораны. В крупных играла музыка. Таких ресторанов как «София» (на Маяковской), «Украина» (на Кутузовском), «Будапешт» (на Петровке), «Якорь» (у Белорусского на Тверской), «Баку» (на улице Горького) уже не существует. Теперь в основном люди получают удовольствие только от пищи (яств) и не танцуют. Были созданы клубы «Кому за 30»+ «кому за 50» – бесцельная затея. Сейчас в основном знакомятся только в сетях. Результат такой же. В основном женщины попадаются на мошенников, женатиков или обращаются к Ларисам и Розам, которые требуют подарков и угощений, читают нотации невестам и судят о претенденте по сюрпризу. А в газете «Вечёрка» три года 65-летний мужчина ищет «целочку»…

Пришёл на свидание в стройотрядовском костюме. Сказал, что жена пьёт, в доме тараканы и клопы, ушёл ночевать в лабораторию, в техникуме. «Только этого мне и не хватало», – подумаля я. Покорил улыбкой, седой проседью в курчавых чёрных волосах. Сказал, что прошёл Афганистан. Вспомнила папу Ваню. На 4-й день познакомила с мамой. Ни цветов, ни кафе, ни ресторана, ни колец с бриллиантами. Одела, обула, платила троим детям алименты, взяла на воспитание четвёртого. Купила садовый участок с домом – применение «золотых» рук. Клал печи знакомым, официально подрабатывать не хотел. До развода жил в моей комнате, ни разу не отдалась. Героизировала его, ведь за плечами – Афганистан

Три раза менял жён и каждый раз уходил, что-то не удовлетворяло. От одной к другой переходил как замшевые перчатки. И каждая хотела новые. А они-то оказывались старыми.

Принцип моей жизни был «стань таким как я хочу». Ни одного друга у него не было. У «белой» вороны с пьяницей-братом отношения были «на ножах». Брат занял квартиру отца, материна квартира была на внука – Виталию не светило ни одного квадратного метра. В доме в Перловке оставалось трое детей, поэтому я после смерти мамы прописала его на свою площадь, перевела его в наш Совет афганцев. Очередь в перловке ему не светила.

Однажды на уроке «Военного дела» мальчик ДЦПешный случайно выстрелил ему в голову. Пуля застряла в виске. Он закрыл рану пальцем и добежал до медпункта… Его мужеству и смелости, конечно, не было предела. Инвалидности не брал, жалел других людей. Я любила Героя, придумала его себе. Отплатил он мне за любовь по-зверски.

Я всегда любила кинофильм «Бесприданница» с Ларисой (артистка Нина Алисова), Паратова играл артист Кторов. Поэтому в «Жестоком романсе» Ларису Гузееву не признаю. А вот Паратов (артист Михалков), также зверски (с улыбкой) поступил с героиней фильма. Старинный романс из «Бесприданницы»:

«Он обещал мне счастье и звёзды,

Сладкою речью сердце сгубил мне.

Но не любил, нет не любил,

Нет не любил он меня».

А в «Жестоком романсе» мне понравились два романса на слова Беллы Ахмадулиной:

А напоследок я скажу:

Прощай, любить не обязуйся.

С ума схожу. Иль восхожу

К высокой степени безумства.

Как ты любил? Ты пригубил

Погибели. Не в этом дело.

И так же, как героиня фильма, я поняла «Любовь – обманная страна И каждый житель здесь – обманщик», и больше никого никогда не любила.

Мир тесен. Нина Алисова и её сын, Вадим, будущий знаменитый кинооператор, жили в доме киноработников напротив моей школы, около Дорогомиловского рынка. Все фильмы Рязанова обслуживал Вадим Алисов. В этом году ему уже исполнилось 80 лет.

И даже не ранняя любовь, а поздняя, столько горя она мне принесла! В 63 года после операции, на следующий день я осталась одна.

Была передача 23.06.2019 года о Сергее Есенине и Айседоре Дункан. Из записок Мариенгофа, его друга, можно сделать вывод: Есенин всегда любил себя, любовался собой и ни одну женщину не любил. А они любили до самоунижения. Так и Виталий. Всё искал любви, сам ничего не отдавая. И даже с первой любовью, ради которой ушёл от меня, всё равно разъехался. Одинокий старик!

13 ноября 2021 года день рождения у Алена Делона – символа мирового кино. Как и все женщины, я была влюблена в артиста в фильме «Рокки и его братья». Он взрослел, испаганил судьбу Роми Шнайдер, народил детей с другой, с третьей, менял женщин как перчатки. Последняя ушла сама. Он в 80 лет живёт с собаками. Моё предположение, что такова была бы судьба Есенина.

Вспоминается «Герой нашего времени» Лермонтова: «На сколько противоречив человек: в нём одновременно и героизм, и подлость»…

«Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Евангелие от Матфея).

Раздумья

Хоть поколения разные, хоть их разделяют десятилетия, за которыми целые жизни, склады семейной жизни, отношения к любви и сексу, к родному языку, к Отчизне – Родине – меняются, а все девчонки пишут стихи в дневники или смартфоны, все девчонки ждут любви, страдают, плачут в подушку, верят в одних и разочаровываются в других, переживают предательство и сами предают. Идеальных нет. У меня никогда не было интереса к творчеству друга Сергея Есенина – Мариенгофу, а зря. Столько мыслей!!! Прочла у него в книге о Москве: «У тебя пол-часа посидел и пятки отморозил» – это оценка человека, его сути. «Ночь вздыхает как девушка, которую целуют в губы». «А всем петухам Петух, и победитель тот, кто на вороватом ходу». Вы где-то встречали такие выражения сути человека?

Гетера Фрина захотела восстановить город Фивы, разрушенный македонянами. Но поставила условием, чтобы на воротах города красовалась надпись: «Разрушен Александром, построен Фриной». Гениально!!!

«Всякая вера приедается. Время от времени её необходимо менять. Перун, Христос, социализм». Наконец, мы поняли, что живём в другое время и всё надо менять: и экономику, и политику.

«Каждый из нас придумывает свою жизнь, свою женщину, свою любовь и даже самого себя». А потом за это расхлёбывается всю свою жизнь. Я придумала, что мой муж будет похож на папу Ваню и ждала такого очень долго, не дождалась. Я придумала, что муж у меня не будет пьяницей, дождалась, зато ласки не дождалась. Я придумала, что «стань таким как я хочу» – этот девиз работает в жизни, оказывается – нет. Горький итог судьбы.

У Владимира Высоцкого есть шикарная песня:

Я не люблю, когда мне лезут в душу,

Тем более, когда в нее плюют…

Моё кредо

Прочитав мои воспоминания и мнения, вы поняли, что я не люблю предательств. Если я дружила, то любила, а это значит, что ревновала, плакала, торжествовала и всегда помогала. Если я выращивала цветок, то лет 20, лежащее на земле растение всегда несла к воде. Если я ставила букет в вазу, то не выбрасывала на 2-3-й день в помойку, ухаживала так, что он у меня жил неделю-две. Если я приручала кошечку, то лечила и вела до смерти. Если бралась помочь кому-то, то помогала, языком не трепала. Если могла достать куда-то лишнее приглашение, то со мной перебывали в театрах, в музеях, на экскурсиях все мои подруги. Ответного никогда не получала. В Дом журналиста Лена могла меня проводить по пропуску, но сделала это один раз в жизни. Знакомить с мальчиками – до них не доходило, а ведь я училась и работала в женском коллективе. Да и вещи я всегда донашивала – мода-не мода. Если я родилась в этом доме, то – это отчий дом, и умру в нём. Если была воспитана атеисткой, то даже в церковь стеснялась заходить. Лебезить никогда не умела, правду в глаза всегда высказывала, правды всегда и добивалась. Однажды из-за этого лишилась поездки за границу. Никогда не думала бежать из России за лучшей жизнью, хотя видела как за границей из нашей группы люди уходили в Синагогу и оставались. Но мне милы наши поля, леса, цветы, чёрный хлеб и селёдка (не сладкая, как в Норвегии, а солёная) и огурчики солёные (а не сладкие Китайские) мои хрустящие, и гости мои, и Моё, Моя, Мои.

Из книги Бальтасара Грасиана «Карманный оракул», 1647 года (там столько истин):

«О вещах судят не по сути, а по виду. Мало кто смотрит в глубь, чаще довольствуются наружностью. Толку ли, что ты прав, коли на лице твоём лукавство».

Начало XVII века. Боже, тогда думали ещё разумнее, чем сейчас.

«Каждый монарх на свой лад… будь велик в деяниях своих, возвышен в мыслях, подминая царственность высоте души».

«Искусство должно долго жить: жить достойно. Две вещи быстро приканчивают человека: глупость и распутство».

Наконец я сумела в электронном виде (хотя бы) выложить на сайте proza.ru полную переписку Вити и Оли в дополненной «Сказке о любви». А «Мир тесен» включила как главу этой книги.

На передаче «Судьба человека» Борис Корчевников задаёт традиционный вопрос: «Что бы вы могли сказать себе, если обратиться назад?». Мой ответ: «Ошибок я наделала очень много, но я очень сильная женщина и одновременно очень ранимая». И родны мне слова Анны Ахматовой:

«Нет на Земле твоего короля». Понимай – не сотвори себе кумира. Но к этой мысли я пришла очень поздно.

Наступила какая-то усталость друг от друга, от близости. Люди не могут понять, почему их не тянет быть больше вместе.

Моя родословная

Со стороны мамы древнее прадедушки не знаю потому, что во время войны немцы сожгли архив города Николаева. Откуда я это знаю? У мамы в паспорте был год рождения 1908, а говорила она, что родилась в 1904 году. Когда она получала новый паспорт, знакомая паспортистка, тётя Женя, легко исправила 4 на 8, говоря: «Быстрее уйдёшь на пенсию». И сколько я не пыталась узнать, писала на телевизионные передачи про Экелисов, ничего не узнала. Ария Экелис – мамин дедушка – из города Умани, переехал в Николаев, сахарозаводчик, купец 1-ой гильдии, 1851-1926 год, сентябрь. Сохранилась его визитка и канцелярская бумага с его монограммами. Прабабушка моя – Азиа Экелис, 1851-1926 год, март. Когда-то они переехали в Берлин, не знаю когда, т.к.выяснить ничего невозможно. В дневнике мамы упоминается письмо: «Стрижонок мой…». Когда бабушка из Выборга с детьми и вторым мужем переезжала в Берлин, то было куда. Мама в письме Вите пишет о болезни и смерти дедушки и бабушки как причине отсрочки отъезда в СССР.

24.03.1926. «Сегодня, в 12 часов дня хоронили бабушку. Я не могу привыкнуть к мысли, что её нет, что никогда больше не увижу и не услышу её голоса, её шаркающих шагов. Я была в первый раз в жизни на кладбище. И когда её опустили в землю, я до крови прокусила палец, чтобы не кричать. Бабушка начала вести дневник, когда ей было 74 года. Как мы благодарны сейчас ей, что оставила нам кусочек своих чувств, частичку себя. Стриженка (от слова стриж) называла она меня».

11.10.1926. «Умер мой дедушка. Упокой, Боже, душу его! Остались мы вдвоём с мамой, осиротели мы».

Когда мама училась в гимназии, преподавали Закон Божий, а в последствии мама была неверующей. Сохранилась еврейская поминальная книжка с Немецкого кладбища, но искать не имеет смысла, т.к.во время войны Берлин разбомбили.

Бабушка в девичестве была Роза Экелис, в замужестве – Роза Куперман. Сохранилось 2 рушника и 2 саше, которые вышивала сама бабушка с инициалами R.E. и R.K.

Журнал «Работница», 1998 год – обложка «Из бабушкиного сундука».

Т.к.бабушка развелась с мужем Куперманом, то ничего о Куперманах я не знаю. Дедушки у меня в жизни не было. Наверное, в Николаеве, где он был сахорозаводчиком, его документы погибли во время войны.

Родословная Данцигов

Теперь переходим к родословной Данцигов.

На земли, которые требовали заселения и освоения, Екатерина II указом от 23 декабря 1791 года подарила евреям право гражданства. Но черта оседлости регулировалась, не во всех городах они имели право появляться.

Данцкер – название башни, исполнявшей роль отхожего места. Суффикс -иг присутствует в немецких городах (Лейпциг, Данциг, Радциг). Первое упоминание о Данцигере – выходце из города Данциг – как о продавце серебра и янтаря. С 1859 года евреям разрешили селиться на юге России и в столице. Недавно по телевизору выступал артист Данцигер, а в газете «Вечерняя Москва» была статья психолога – женщины с фамилией Данцигер.

У Юрия Нагибина прочла, что в Москве XIX века и начала XX было очень много «немецких церквей», так в народе называли католические костёлы. Почему? У католиков и христиан один Христос. И немцев в Москве была 1/3 населения.

Фамилии в Германии, как и в России, давались по месту рождения.

Город Данциг на берегу Балтийского моря, в устье реки Вислы, был первым «окном в Европу». 1 сентября 1939 года переименованный в Гданьск этот город первым стал жертвой оккупации Польши гитлеровским фашизмом. Не пощадили фашисты Гданьск. Отступая, они варварски взорвали старинные здания, судостроительные верфи. В марте 1945 года Гданьск был освобождён 2-ым Белорусским фронтом. В память об этих трагических событиях на высоком холме Вестерплатте 9 октября 1966 года был открыт грандиозный памятник высотой 47 метров.

Благоприятные природные условия на берегу моря предопределили его экономическое развитие как морского порта и торгового центра, который в годы средневековья (переходя от немцев к полякам и от поляков к немцам) вёл торговлю со странами Северной и Западной Европы и древней Русью.

На протяжении своего тысячелетнего существования этот город почти 700 лет принадлежит Польше. Первые упоминания о славяноязыческих рыбаках относятся к X веку, а археологические исследования на территории Городища говорят, что жилые дома были в виде деревянной крепости и княжеского замка (население 1200 человек всего). В XI-XII веках в небольшом рыбацком поселении к западу от княжеского двора возникло «Старе място». Впоследствии – торговый центр, окружённый крепостными стенами.

В XII веке начались нападения со стороны Германии – Тевтонского ордена рыцарей-крестоносцев. В 1308 году закончился Польский период существования этого города. Последствием колонизации явилось переселение немцев и начато сооружение оборонительных стен и башен. в 1358 году Данциг (Гданьск) вошёл в состав Ганзейского торгового союза северонемецких городов. Только в 1454 году сбросили ярмо крестоносцев. Торуньский мир 1466 года открыл для Польши выход к Балтийскому морю.

4 сентября 1924 года в номере газеты «Вечерняя Москва» есть карикатура, высмеявшая батьку Махно Нестора Ивановича, в те годы оказавшегося в вынужденной эмиграции. Будучи в городе Данциге, запросил у европейских коммерсантов материальной помощи как видный борец с большевизмом. Подпись сопровождала: «Классовая солидарность буржуев всех наций».

В книге Сергея Есина «Марбург» упоминаются Пётр I с женой Екатериной, посетившие город Данциг.

Жена князя Петра Алексеевича Румянцева, прозванного Задунайским, за обеспечение выхода России в 1774 году к Чёрному морю, пишет о его сыне: «Что делать её орлу среди потаскушек города Данцига в пьяных кабаках», – узнав, что её сын находится при войсках в Померании. Она прозвала его «данцигский сиделка». Сыну приказано сдать командование и вернуться.

Как-то в газете «Коммерсант-Дели», в октябре 1997 года, ко дню своего 60-летия, я увидела фразу: «Какой янки согласен умереть за Данциг? (город)». Я увеличила эти слова и 20 октября пустила лист белой бумаги с этим вопросом среди своих гостей.

– Да, согласен – Жанна Городнянская, однокурсница.

– Лялечка, я с тобой – Галка Сокольникова, квартира 14.

– Спасибо, что Вы есть – Г.М., мать бывшей ученицы.

– Милая Данцуля! Ты просто прелесть! – Володя Кудинов, муж Ленки Бернаскони.

– Думаю, что любой – подруга Ира.

– И не только янки – её муж Дима.

Я? Да! – Толя Пучков, старый друг.

– Ирка, никогда не меняйся, тебе опять 16 лет – Марина Бриллиант, кузина.

– Да, да, да – Галя Минеева, студенческая подруга.

А на свадьбе они на скатерти писали свои пожелания. Муж потом вышил их (пожелания), потом я её (эту скатерть) свезла на дачу. Уже лет 10 там не была. Иных уж нет, иные далече.

Искала я однофамильцев по справочному бюро. Встретилась с одной семьёй – это не наши корни. В 90-х годах, после смерти мамы, ходила в посольство Германии. Мне нашли человека, которого зовут Май Данциг. Сказали, что он живёт в Белоруссии. Оказалось, что – это известнейший художник, картина которого «Булыжники пролетариата» висела в Третьяковке на первом этаже, недалеко от раздевалки. Он иммигрировал, хотя данные в Википедии о нём есть и по сей день.

Понятно, что ни дедушка, ни бабушка не носили фамилию Данцигов. Она у мамы от первого мужа, Данцига Виктора Акибовича (Акимовича).

Ида вышла замуж за Данцига Акиба Наумовича. Познакомились они в Риге. Он был врачом-терапевтом, а она – зубным врачом. Через Белоруссию, Украину они обосновались в Армавире. Он был сначала лейб-врачом Кавказской кавалерии, она – зубным врачом.

Мама Вити, Ида Берман (Сесилия) родилась 20 января 1869 года. Её сестра, Лена Берман, – мама Лили и Эльзы – родилась 8 августа 1870 года. Пятеро детей умерли в младенчестве. Примерно в 1872 году Берманы переезжают в Ригу. Дети получили хорошее воспитание и образование. Рига была богатым ганзейским городом, связана с Германией. До 1885 года в Риге говорили на немецком, и только тогда был введён русский язык. В 1887 году семья переехала в Москву. Из-за еврейских погромов многие евреи вынуждены были бежать в Англию, Канаду, Аргентину, Палестину, Южную Африку. В период с 1881 года по 1914 год Россию покинул 1 миллион 980 тысяч евреев.

Бабушку Вити звали Роза Берман. После смерти мужа она переехала из Риги в Катовице, в Польше. Потом она жила в Берлине у сына Лео, брата Лили и Эльзы. В 17 лет Лиля ездила к ней. Её дядя влюбился в неё. Т.к.Лео был осужден и разорился, Роза отравилась, она выпила яд.

Т.к.Витя Данциг в это время был в Берлине в гостях у дяди Гирша, он и написал об этом в Москву. Витя был очень порядочным человеком с детства, с юности, а поэтому о причинах смерти никому ни слова не сказал… Лиля повторила судьбу бабушки спустя 60 лет.

Выйдя замуж за Витю, мама стала не Куперман, а Данциг. А я ношу фамилию мамы.

Данциги были расстреляны в Армавире во время войны. А Витя Данциг был расстрелян в 1934 году.

Я уже писала о том, что Витя был влюблён в лён, и его документы, отчёты о поездках, статьи в газетах и журналах, фотографии, научные работы я сдала в Музей города Костромы при фабрике «Малая мануфактура», которой уже 155 лет. Из 26-ти льнозаводов, которые инспектировал Витя, в России остался один, а лён им завозят из Сибири и Вологодской области.

23 марта 2022 года по программе РТР весь день рассказ о Костромской области и её успехах. Я сижу целый день и жду, когда упомянут о льноделе и о Музее. Часы трёпа и три слова про Музей, про единственный в мире Музей. Позорище! Мельком показали Афанасьина Виктора Васильевича – организатора этого Музея. Трудятся 600 человек, а 200 – в Швейном цехе. Льняные скатерти и рушники мы, в основном, экспортируем.

Фамилия Данциг как принадлежность к роду Данцигов передаётся только через мужчин. А в роде этом мужчины гибли, девочки меняли фамилии, выходя замуж.

В Википедии можно найти другие роды Данцигов. Наташины внуки, правнуки Акибы Данцига, – Белкины. А их дети – уже не знаю кто. Так умирает история рода. Будь жив Витя (Виктор Акимович) у мамы был бы его сын (об этом мечты Вити в письмах). У тёти Риты был сын, названный в честь брата Витей (есть фотография), утонул. Не утони – был бы у него сын. У Бориса Моисеевича Данцига был сын Витя, утонул… Корни семьи до Нахмана (Наума) я не искала. Людей не интересных в мире нет. Их судьбы – как истории планет… (Евгений Евтушенко).

А почему Марик и Марина? У Нахмана Данцига, кроме Акибы, был сын Моисей, у которого было трое детей и в т.ч. дочка Аня. Она вышла замуж за Давида Бриллианта. У них было трое детей: старшая – Алла – и двое близняшек – Марик и Марина.

Жили они на 3-й Мещанской (теперь улица Дурова) в старинном Доходном доме, на первом этаже. В квартире было много соседей, на кухне – чуланчик, в котором жила их домработница – няня Фрося (осталась другом семьи до самой своей смерти). А у ребят были толстые иллюстрированные книги и трофейный проектор со слайдами природы всех материков. Две проходные комнатки были малюсенькие. Трое детей и мы с мамой, но меня к тёте Ане тянуло каждый день. Их папа, Давид Бриллиант, ушёл на фронт в первый день начала войны и погиб в 1941 году. Тётя Аня с мамой дружила до самой смерти и писала стихи.

ГОД 1941-й, 6 ИЮЛЯ

«Жизнь прошла незаметно и быстро,

Жизнь так странно окончилась вдруг.

Чрез рубеж налетели фашисты

И прервали привычный досуг.

Ты ушёл на заре, очень рано,

Ты в июльское утро ушёл,

И казалось мне солнышко пьяным,

И троллейбус так долго не шёл.

Так мучительно дни потянулись,

Так хотелось увидеть тебя.

На камнях, на заборе у дома

Я тебя бесконечно ждала…

Я устала томиться и ждать

Дома было безлюдно и тихо

Ни работать, ни есть не могла.

Малыши наши были на Клязьме.

Алла дома со мной не была…

А потом всё пошло, завертелось,

Мы в татарский попали район

Я в Казани внезапно очнулась,

Мне казалось, что всё это сон.

Нужно было работать и думать,

Нужно было крепиться и жить.

Люди шли и за Родину гибли.

Об одном я не смела тужить.

Письма наспех тобою писались.

То во тьме ты писал под кустом,

То стоял в карауле, на страже,

Вспоминал ты ребяток и дом.

Всё просил их беречь и лелеять,

Не грустить о тебе ты просил:

«Не грусти и не плачь, дорогая,

Мы увидимся», – в них ты твердил…

Час придёт, и окончится бойня,

И врага мы прогоним, гляди,

И покроются пашнями земли,

И плодами нальются сады.

1943 год.

Я стою пред портретом твоим

Я улыбку твою вспоминаю,

Искру юмора в тёмных глазах,

Все черты твои вновь я впиваю.

Если грустно и тягостно жить,

Разрывается сердце от муки,

Я в портрете защиту ищу,

Я пытаюсь забыть о разлуке.

Ты сегодня мне снился, родной.

Я так крепко тебя обнимала.

Ты шептал мне нежно: «Люблю».

Я проснулась, виденье пропало.

Друг мой бедный, товарищ родной,

Я всё жду, но надежды ни тени.

Пред твоею судьбой роковой

Я с молитвой склоняю колени.

О Лиле Брик

В беседе с Лидией Чуковской Анна Ахматова охарактеризовала положение в литературе той эпохи. «Литература была отменена, оставлен был один салон Бриков, где писатели встречались с чекистами». Вот и вся разгадка. «Не отрывайте Маяковского от них. Это был его дом, его любовь, его дружба, ему так нравилось. Это был уровень его образования, чувства товарищества и интересов во всём. Он ведь никогда от них не уходил, не порывал с ними, он до конца любил их».

Из родословной Данцигов вам понятно, что Лиля Брик была кузиной Вити Данцига, старше его на 12 лет. Он её любил, называл не Лилей, а Лили (с ударением на последний слог), иногда писал её имя с двумя «л». Мне кажется, что он её идеализировал. Мама же оценила Лилю намного реальнее. Вот из переписки (Витя просил одолжить денег у Лили). 06.09.1930 года. Мама пишет отчёт о походе к Лиле: «Вчера была у Лили, получила 100 рублей и отдала за комнату. Представь себе, Лили отдала перепечатать Эльзину книгу. Если бы она знала, она дала бы мне работу? Эта работа на 21 рубль. С Кулешовым любовь навеки».

1930-й год, Берлин. Витя через Эльзу, которая с Луи Арагоном едет в Туркестан через Москву, передаёт маме к 30.10 по старому стилю подарок ко дню рождения – маленькие золотые часики и флакон французских духов «Coty». Указан адрес и телефон в Спасо-Песковском переулке (она уже с Примаковым). Мама приходит и застаёт дочь бывшего НАРКОМЗЕМа Краснощёкова, Луэллу Краснощёкову, 20-летнюю девочку, вышедшую замуж за очень некрасивого («дегенеративного цыплёнка») писателя-фантаста Варшавского Илью Исааковича. «И уверяю тебя, они держались гораздо степеннее, чем Лиля (Лиле – 39, Луэлле – 20). «Была у Лили в Спасо-Песковском. Лиля сейчас толстая и имеет нового мужа. На сей раз военный, с тремя орденами. Объятия, нежные слова, будто молодая жена (с Виталием Примаковым). Ты знаешь, Витя, я думаю секрет молодости и интересности Лили заключается в умении её любить. Чем будет заниматься новый, не знаю, но это будет видно из того, чем Лиля займётся в будущем». Она умела быть грустной, женственной, капризной, гордой, пустой, непостоянной, влюблённой, умной, безапелляционной и какой угодно (вспоминаем Шекспира «Укрощение строптивой»).

А недавно прочла у Зиновия Паперного, маяковеда: «Женщина, которая всю себя посвятила своей личной жизни». Поэтому я не удивилась, когда из уст Ксении Собчак услышала, что Лиля – это её идеал и её фетиш. Не случайно Лиля всегда любила себя и только себя, Ксения – так же.

Из письма Лили Эльзе 12.11.1944 года: «Любимые мои, солнышки Элик, Арагоша, когда же мы увидимся, когда мы получим письма от вас? Элинька, мама умерла от порока сердца в Армавире 12 февраля 1942 года. Она лежала в лучшем санатории, лечили её лучшие профессора (Акиба Данциг нашёл их). Тётя Ида носила ей лучшую еду и ухаживала за ней. Мама умерла на руках у тёти. Тётю Иду и Кибу немцы убили через полгода после маминой смерти (август 1942 года)». А у меня всегда возникал вопрос: Лиля была всегда связана с ВЧК, неужели не могла спасти кузена?. И второй вопрос: по делу Тухачевского расстреляли рядового Федотова, жена Тухачевского на 18 лет была сослана. А Лиля не тронута. И снова вышла замуж.

Лилина домработница, Прасковья Кочетова, в книге Дмитрия Быкова, серии ЖЗЛ «Маяковский» пишет (вспоминает): «Лиля Юрьевна никогда ни о ком не заботилась. Она его никогда не согревала теплом. Она его не целовала, и в театры она не ходила с ним. Они были просто товарищи. Все расходы и всё из его рук текло. Я думала, что она после него и жить не будет – у неё и горя-то особенно тусклого не было. Никак на них не отразилось особенно». В апреле Маяковский застрелился, в октябре она уже с Примаковым.

Из воспоминаний Регины Глаз. Помощницей по дому у Елены Юльевны (матери Лили Брик) была Регина Глаз. С нею она эвакуировалась в Армавир к родной сестре Иде Юльевне.Когда-то Регина была нянькой детей Иосифа Сталина и вспоминала, что на концерте Маяковского в Большом театре были Сталин с Алилуевой, и рассказывала Лиле, что «Володя замечательно держался и страшно понравился Надежде Сергеевне и Иосифу Виссарионовичу». А ещё она вспомнила, что однажды Лиля катала их на «Реношке» («Рено» выклянчила у Маяковского). На старости лет Елена Юльевна с Региной были у нас на Плющихе в гостях и рассказывали Иде Юльевне обо мне малышке, и вспоминали Витю Данцига. Когда-то Елена Юльевна обмолвилась обо мне Лиле? Почему же на вопрос маме: «Лиля знала обо мне?», – мама отвечала отрицательно?.

После прочтения маминой и Витиной переписки, я прочла переписку Лили и Володи. Она издала книгу «Щен».

1927 год, Париж, отель «Истрия». Володя – Лиле: «Первый же день приезда посвятили (с Эльзой) твоим покупкам. Заказали тебе чемоданчик замечательный и купили шляпы. Вышлю как только чемодан будет готов. Духи послал (но не литр – это мне не осилить) – флакон, если дойдёт в целости, буду таковые высылать постепенно. Осилив вышеизложенное, займусь пижамами». А ещё куплена модная шубка.

Апрель 1928 года, Лиля – Володе из Берлина: «Когда поедешь, привези: 1. Икры зернистой. 2. Две-три коробки (квадратные металлические) монпасье. 3. Два фунта подсолнухов и сотню (4 коробки по 25 штук) папирос. Берлин замечательный, такси дешёвое».

1927 год, Париж, отель «Истрия». Лиля – Володе: «Очень хочется автомобильчик. Привези, пожалуйста. Мы много думали о том, какой. И решили – лучше всех «Фордик»: 1. Он для наших дорог лучше всего. 2. Для него легче всего достать запасные части. 3. он не шикарный, а рабочий. 4. Им легче всего управлять, а я хочу обязательно управлять сама. Надо непременно «Форд» последнего выпуска, на усиленных покрышках – баллонах; с полным комплектом всех инструментов и возможно большим количеством запасных частей».

Осень 1928 года. Лиля – Володе. Про машину не забудь. Цвет и форма на твой и Элечкин вкус, только, чтобы не была похожа на такси. Лучше всего «Бьюик» или «Рено».

Когда умирал поэт Велемир Хлебников в нищите, его друг Митурич писал письма о помощи. Сам поэт запретил ему обращаться к Брикам: «Уних жесткие зубы», из книги Вячеслава Недоширина «Адреса любви».

Экономическая история семьи

Бабушка была из семьи сахорозаводчика Экелиса, женой купца 1-ой гильдии, т.е.миллионеров. Революция всё отняла. Немецкое воспитание мамы в Берлине отразилось на её характере. Она вела тетради с записями – отчёты о доходах и расходах. И, когда посылала меня, малышку, в керосиновую лавку за хлебом или за молоком, то требовала обязательного отчёта. Велись тетрадочки в клеточку, где была графа «Приход» (зарплата, рента за сдаваемую комнату, потом в столбик писался расход, подводилась черта, итог). И сдача с даваемой мне суммы должна быть до копеечки точной. Поэтому я никогда не воровала, и в жизни никогда у людей не одалживала. Сама давала.

Как-то разбирая архив, я нашла одну из таких тетрадей и, наряду с другими вещами, сдала в Музей истории Москвы на Никольской улице. А теперь раздаётся клич от историков быта!

Влипала мама не раз с мошенниками. Поляк N в эвакуации оставил её без копейки. Все обязательные облигации – один провал – ни разу не выиграли. Потом рискнули несколько раз покупать лотерейные билеты – ноль. Мама говорила: «Только своим трудом. В случай не верь». Так и за всю жизнь ни один рубль мне с небе не свалился. Что лежит в бабушкином кованом сундуке, стоявшем в углу маленькой комнаты, я при жизни мамы не знала. Да, в детстве откуда-то на день рождения появлялась то муаровая широкая лента, то красивейший воротничок, то шёлковая шаль, то чудесные носовые платочки.

Из зимнего бабушкиного шевиотового (натуральная шерсть) пальто тётя Саша, беззубая 80-летняя старушка, которая жила в доме на взгорке угла Плющихи и Дорогомиловской улицы, вплоть до Бородинского моста, сшила мне пальто. Этот взгорок срыли и построили огромное здание для работников угольной промышленности, в котором был знаменитый телевизионный магазин «Орбита». А со стороны Бородинского моста – магазин «Галантерея». Потом я носила мамино нэпмановское платье из бирюзового жатого шёлка с острыми вставками золотой парчи. И выпускное платье было мамино из бело-кремового шёлка с простроченным белым воротничком, красными пуговицами и тоненьким кожаным пояском. А бабушкину рыжую кофту, вязаную крючком, я десяток лет носила как зимнюю, а потом распустила и связала модную безрукавку. Два отреза натурального шёлка, купленных когда-то в ТОРГСИНе пригодились мне на мою свадьбу. Ну, а что я потом обнаружила в мамином сундуке! Я захотела создать музей быта, бегала в Дом моделей на Кузнецком, показывала бабушкину шкатулку. Они пригласили корреспондента из журнала «Работница», сделали обложку «Из бабушкиного сундука». Всё это, конечно, через 10 лет после смерти мамы. А потом я решила отдать музею Маяковского – современника Вити Данцига – его вещи и фото, а также фото Лили и В.Маяковского. Познакомилась с журналисткой Эллой Матониной. Она дружила с директором Музея Светланой Стрежнёвой…Так перекочевали туда 10 фотографий: Лили Брик, Владимира Маяковского, Эльзы Триоле, Оси Брика, Романа Якобсона. И лебяжьи пуховички для пудры, и бабушкины очки начала века, и шёлковые галстуки, и ножницы, и карандаш, и карты…, и…, и…, и… Но никто даже не вспомнил, никто не пригласил. Это охладило мой патриотизм. Продажа этих редких вещей принесла бы мне хороший доход.

Смена печного отопления на газовое было революцией. А печка была красивая, покрытая керамической плиткой. Первая газовая плита прослужила лет 10, вторая – лет 30. Однажды крышка духовки выскочила и чуть не убила маму, значит накопился газ. С тех пор я боюсь газовую духовку. Потом купили с крышкой, с электрозажиганием комфорок, с хорошей духовкой, с терморегулятором. Хранили еду сначала за окном, в авоське, потом в холодном стенном шкафу (стиль конструктивизма). Первый холодильник «Саратов» был с малюсенькой морозилкой. Холодильник «Юрюзань» помогла достать Регина Голубенко из 17-ой квартиры. Я куда-то в какую-то фирму ходила от её имени на Остоженке, в Центр холодильников… Теперь он на даче как шкаф. Потом был холодильник «Бирюса» (отстояла ночную очередь за талончиками). Потом с мужем купили огромный холодильник «Ока» двухкамерный, в морозилке три ящика. Я и грибы, и яблоки замораживала, и солёные огурцы в банках хранила, резину на дверце два раза меняла. Вышел из строя через 20 лет. И теперь у меня маленький двухкамерный «Indesit» с маленькой морозилкой. Лекарства занимают целую полку, грибы не солю, ягод замораживаю 2-3 кг. А когда-то… Урожаи на «фазенде» спасали от голода, были две теплицы по 15 метров, 10 грядок, картофельное поле за забором. Всех угощали, всем носили картошку, яблоки… Так что и сейчас трудолюбивые люди выживут, не газоны косить будут, а землю копать и рассаду выращивать, и блины печь вместо макдоналдских «яств», и котлеты свои крутить вместо бургеров, и хлеб с маслом будут есть… Матушка-земля всегда выручит: и зеленушку, и корнюшку, и хренушку, и ревень родит, не оставит без радости.

Маски

Все жаворонки ныне вороны

Князь Горчаков: «И что же происходит в России?»

Карамзин: «Как обычно, воруют»

Исторический анекдот

2022 год. Театр Вахтангова ставит совершенно по-новому пьесу «Мёртвые души», а «Вишнёвый сад» опять показывают на конкурсе «Золотая маска». Все роли: Собакевича, Чичикова, Ноздрёва, Коробочки, Тяпкина-Ляпкина, Манилова играют талантливейшая Мария Аронова и её сын. На лицо надевается маска, меняется тембр голоса, мизансцен нет, всё дело в том как произнесён текст. Идёт торговля за мёртвые души: «А дешевле вы нигде не купите этого хорошего народа. По два с полтиной предлагаю. Позвольте, позвольте, хоть по три возьмите», – уступает Манилов мёртвую душу за 2 рубля 50 копеек. В 2021 году Римас – главный художественный руководитель театра был награждён президентом, а к 2022 году режиссёр Иванов, поставивший «Мёртвые души», отрепетировал новый спектакль «Война и мир» по Льву Толстому. Очень многие сцены из книги пропущены, но так выделена патриотическая часть (что сейчас необходимо в связи с обстановкой)! Вся театральная Москва «на ушах», достать билет невозможно. Очень активно по телепрограмме «Культура» выступает директор театра, Кирилл Крок, рассказывает о гастролях, об акции «Ночь в театре». В фойе устроена выставка костюмов, афиши анонсов. С Римасом они «на вы», но делают общее дело. Спектакль «Евгений Онегин» пользуется мировым спросом.

Когда-то в Театре им.Фоменко я смотрела 2-х дневный (, т.е.2-е части) спектакль «Война и мир». Если здесь был Мир (бал, жизнь дворянства, нотации старика Волконского), то здесь – Война (смерть Николеньки, Пьер Безухов на Бородино).

Но наступило время (повторение истории капитализма), и всплыла не пивная, а бандитская пена, мошенническая. Да! В истории человечества всегда выживали более хитрые, а не наивные. Началась эра пирамид. Ну, и мы с Галкой и Иркой понесли свои кровные, сэкономленные, заработанные. Дальше история освещена в других книгах. А я часто теряла то, что наживала. Мама, умница, на сберегательную книжку клала не более 3000 рублей. Поэтому после её смерти мне возвратили по три тысячи (другие не успели, государство обеднело). Но тогда инфляция не учитывалась. Всех обманули и построили новое общество, где господствовали «откаты», «крыши», где скупали ваучеры (на которые обещали…, а перекупили все заводы и колхозы). Вам это всё известно. «Все жаворонки ныне вороны» – давным-давно права была Анна Ахматова.

Губернатор Сахалина, целого острова, размером с государство Япония, 6 лет находился под следствием (время засчитывается) за кражу 3-х миллиардов. Подчинённые носили портфелями кирпичи банкнот. А те, которых надо было устроить в подчинённые, тех, кто должен слышать наши жалобы, кто должен расселять погорельцев в новые дома, носили по 2 портфеля. В шкафу и в подвале обнаружены тонны денег плюс 40 коттеджей. Расплата – 6 лет тюрьмы и 20 миллионов штрафа. Сдала его жена за огромную любвеобильность…

А великого Ландау и столь же великого Сахарова один раз в год вспоминают по программе «Календарь». Я говорила: Любила, люблю», а сейчас говорят: «Я с ней в отношениях Х дней, Х недель, Х месяцев». Уши вянут. Ни друг, ни любовник, а бойфренд, ни «ах», а «вау». Какие-то «мурашки по телу» у них бегают. Как «недорезанные» буржуи не понимали слэнг пролетариата и матросни («12» Блока), так и мы, пожилые, не понимаем современное поколение, но это – истинные истории.

2019 год. Шесть лет застоя. Прожиточный минимум 11000 руб., в Бурятии зарплата 3000 руб. А многодетные семьи, бегущие из Сирии, получают от нас гуманитарную помощь на тысячи. А у нас – за затопленный дом – 10000, за сгоревший скарб – 10000, за смерть в авиакатострофе – 50000, а за смерть журналиста – 10000000. А пенсионеры Швеции получают 90000 евро в месяц, в Германии – 50000-8000 евро, в Израиле – 800 шекелей.

Марина, дочка Иры, в Германии получает на выросших девочек, пока они учатся, пособие. Даша до сих пор не работает, всё учится. Ей уже более 30-ти лет.

Ленина дочка после 2-х лет работы в Москве уехала в Финляндию. Ленкины внуки выросли там. Внучка очень талантливая, знает 5 языков, преподаёт, объездила весь мир.

Оказалось, что дети всех подруг уже за границей и Россия им уже не нужна.

Они заселили Тель-Авив, Чикаго, Нью-Йорк, Берлин. Их сюда не затащишь. Некоторые продали квартиры, дачи. И русскую пенсию получают, и квартиры сдают, поэтому там не работают.

Был русский писатель Сергей Тимофеевич Аксаков. Его семейные хроники – это бытоописание. Судьба его детей ужасна. Люди подвига, а как с ними обошлась власть. Ни с теми, кто уехал в Аргентину, в Австралию, а остался в России. Внуку пришлось в 1949 году перевозить на палубе И.В.Сталина. «Я его даже по имени никогда не назову». Он один остался в России. Вот это и есть любовь к Родине. А все перестроились: были атеистами, а стали верующими, были верующими, а стали атеистами – по ходу дела. Подлизы и жо…лизы процветают на Руси. Читала книгу Медынского «Стена» (бывшего министра Культуры) о русско-польских отношениях, о смоленском кремле: «Странно было бы, если бы бояре не воротили свои тёмные делишки. Везде, где власть, там продажных душонок скопище». А голову не секут как в те времена, так и сейчас. Поэтому интуитивно никогда я во власть не лезла.

А сейчас всплыл другой мусор: по домам ходят «газовщики», «соцработники», «медицинские работники». И эра пирамид не исчезает. Так вот, погорела я в начале на «Тибете», на «Чаре». отплатилась за чудачества мужа (он собрал деньги со своих студентов и сдал их в одну из пирамид…). А вот с АО МММ я получила 1 билетик, а выиграла 10. Но, когда были митинги у Хамовнического суда, я в интервью корреспонденту сказала: «Вор должен сидеть в тюрьме». Все меня узнали. Вот был ужас от телефонных звонков!

Погорела я и на врачах. Позвонили, зная мой анализ крови, испугали, загипнотизировали. Через минуту поднялся курьер, всунул в холодильник коробочку с лекарством, взял 250000 кровных и сказал: «Ждите, сейчас будут делать вливание в вену». Делают до сих пор… Но через полчаса я очухалась, увидела, что в коробочке Танокан за 90 рублей, вызвала милицию. В этот день в Вечёрке была заметка о том, что вдову артиста Евгения Леонова ограбили «врачи» на 1 миллион. Милиция записей телефонных не подняла, записи видео у подъезда не расшифровала. Наврали, что завели уголовное дело, мне его даже не предъявили. Шесть лет ОВД «Хамовники» напоминала о себе, в МВД заявила. Ответ: «К вам приходят курьеры, а их не судят, а хозяева давно за границей». Оказывается, разговор вёлся из машины у нашего подъезда. Сначала разыгрывался голос главврача нашей поликлиники, я даже спросила как чувствует себя её сын после болезни. Затем переключились на голос сотрудника Департамента здравоохранения. По такой схеме работают и сейчас. Как пережила первые дни – не знаю. Решила беречь нервы. «Не в деньгах счастье», – говорила мама. А в 2016 году я лишилась селезёнки и погасила свой патриотический пыл. И, когда вам звонят: «Здравствуйте!» – это записанная пластинка. Каждый день рождения мне звонят от «Димы Билана». Земля всегда рождала мошенников.

В моё время до краха КПСС, мальчиков – выпускников институтов незадолго до окончания вызывали в партком и там серьёзные Дяденьки делали им заманчивые предложения. Квартира… Машина… Рестораны… Секретные учреждения… Так возрождались новые следователи (вспомните Еврейское дело – Дело врачей, Дело космополитов). Работал 5-й пункт.

Эзейнштейн – запретили снимать 2-ую часть «Ивана Грозного». Случился инфаркт, иначе пришлось бы сидеть в тюрьме.

Мейерхольд – закрыли театр, переименовали в Театр Маяковского. Умер в застенках. Александр Галич – вынужден был иммигрировать.

«А потом оказывалось, что эти комсомольские и партийные работники (выращенные вот таким образом) имеют счёт в Швейцарии раз в 10 больше, а как в кресло сядет, то лицо такое выражение имеет, будто на 100 долларов в месяц живёт. А уж с появлением Чубайса (час убавил) мошенников развелось хоть пруд пруди. И все – из партийных и комсомольских» (Юрий Поляков).

Спички стоили 1-ну копейку – стали стоить 7 рублей, проезд в метро 5 копеек, стал 61 рубль (доллар по цене до Украинских событий), соль была 10 копеек, стала – 63 рубля. Купленный в советское время хрусталь (привезённый мною богемский) не моден и стоит копейки. А книги по 10 рублей скупают «коллекционеры». «Вечерняя Москва» полна их объявлениями. Глупая старуха сдаёт им книгу, выпущенную до 1930 года, не понимая, что редкость издания, малый тираж – зацепка для коллекционера. И на аукционе в Литфонде или на Никитской получают за неёё по 100 тысяч или больше. Вот вам «Случайные» миллионеры. Это и есть индивидуальное предпринимательство.

На территории Музея Москвы организована барахолка. Вещи у продавцов лежат на земле. За место надо платить 500-600 рублей Л. и И.

На Тишинской площади Торговый центр «Тишинский» превращён в «блошиный рынок». Коллекционеры и мастера творчества за место платят десятки тысяч. Но и цены там «кусаются»…

«Вор на воре сидит и вором погоняет» (Н.В.Гоголь, из «Мёртвых душ»).

Помню, в переулке, около театра Вахтангова, во дворе «Дома Джуны», в подвале был частный зоомагазин. Продавались игуаны, обезьянки, экзотические животные как и на «Птичьем рынке». Ввоз их в СССР был нелегальным. И на «Птичьем рынке», в Калитниках продавались противозаконно экзотические животные, растения и лекарства для животных. А сегодня пропагандируют кафе с кошечками, с рыбками и с теми же запрещёнными экзотическими животными. Стремление к «бизнесу» неистребимо.

Раньше я покупала в агентстве медицинскую страховку для морских круизов около посольства, с колёс в легковой машине. Я выгадывала, не задумываясь о том, хватит ли мне этих средств, если я заболею за границей. А теперь, во времена пандемии «covid-19» никакой страховки на лечение не хватит.

Одна семья не может вывезти труп матери на родину. Лечение матери обошлось им в сотни тысяч долларов. В США штраф для непривившихся 100 000 долларов, не привился – будешь уволен.

У нас до этой мысли доходят очень долго, больше 1000 человек умирает в день.

А зима бушует. В Африке 100 лет не было снега, в Турции – сугробы поглотили машины, в Краснодарском крае – пальмы под тяжестью снеговых шапок, а миндаль уже цвёл во время оттепели. Урожая не будет.

В нашем дворе дворник выходит по 4 раза в день чистить дорожку. А природа опять смеётся над ним. Ворона и синичка – мои знакомцы – залетают на кухонный подоконник, там их ждёт еда. А от коронавируса заболело уже 95 тысяч человек. А ещё и грипп косит тысячами. Человечество сокращается. А африканцы и азиаты рожают каждый год, а потом бегут в Европу. Беловежскую пущу пришлось разделить колючей проволокой между Польшей и Белоруссией. Боятся, что зубры погибнут, перемещаясь в места кормёжки. Они же не оседлые животные. Сколько лет было потрачено на восстановление этого биологического вида!

Прочла книгу Бориса Екимова «Возвращение», глава «Пресвятая дева Богородица». Годы становления советской власти. Как страшно было жить, рожать и работать в это время. Почему восторжествовали те, кто истребил лучшую часть крестьянства? Работяг кулаками объявили, старообрядцев – лучших работников – сослали на Дальний Восток. Восторжествовало хамство. «Врагам пощады не будет! Комнату освободите! В 24 часа выселяйтесь отсюда!», – сказал НКВДешник. И все ночи ждала она японскую разведку – приплели (как Вите – английскую и немецкую). За связь с иноразведкой 20 миллионов человек приговорили. «Забирали, не успевали за всем следить, немцев и чеченцев на реке Или, затем помороженные поляки, потом кулаки с Украины, потом с Кавказа – ковры за еду отдавали, потом корейцы, умевшие три урожая в год получать. Плакала я, плакала – а надо молчать, мы же враги народа, выселенцы».

Прочла интереснейшую книгу Гюзель Яхиной «Зулейха открывает глаза». А там судьба выселенцев с Поволжья немцев. Была потрясена и темой, и языком изложения. Поэтому не советую смотреть кино, а только читать. Чулпан Хаматова очень красива и интеллигентна для этого образа. Диалоги сокращены, а в них весь смысл. Всем кого знала, посоветовала прочесть книгу. Две книги перекликаются.

Затеяли капитальный ремонт нашего дома. Нашли бригаду киргизов. Пыль столбом, всё перебито. Никакие департаменты капремонта не несут ответственности, половина суммы пошла на «откаты» – новое слово в нашем лексиконе появилось. Если «в области балета мы впереди планеты всей», то в области строительства аресты чаще всего. Пришлось дополнительно собирать деньги. А протечку в моей комнате 3 года «ликвидируют». И суд районный и городской встал на сторону «Жилищника». Только на 3-й год я получила исполнительный лист.

На лечение малыша с врождёнными дефектами собираем по крупице с добрых людей, а тратим на украшательства, на «Потёмкинские деревни» (известная идиома)…

Доступный с детства бутерброд с красной икрой в гастрономе № ! стоил 10 копеек, с чёрной – 15, за границу возила баночки за 84 рубля. А сейчас красная икра – 11000 рублей за килограмм (в лучшем случае), чёрная икра – 62000 рублей. Вместо комиссионных магазинов, которые выручали, нагородили в Москве сэкондхендовские в подвалах, но раньше за копейки можно было купить, а теперь ещё и неизвестно, где дороже – в секондхенде или магазине. Закупают за границей тоннами, сортируют, и новые вещи продают не на вес, как раньше, а как импортный товар, с огромной наценкой.

Вместо комиссионок – скупка золота и янтаря. Конечно, по цене лома, а золото сейчас стоит 6000 рублей за 1 грамм, а янтарь – дороже золота. «Сатана там правит бал, там правит бал!!! Люди гибнут за металл». А в Приморье и по рекам Сибири дома и огороды каждый год затапливает (это их подспорье при мизерной зарплате). Так только по 100000 рублей выплачивают за погубленное хозяйство. Народ всегда за лохов считали, а волки и овцы как тогда, так и сейчас жили бок о бок – вот и деление нашего общества на классы. Данные опроса Фонда «Левады» говорят о том, что 94% населения хотят возвращения в СССР. События с 24 февраля 2022 года подтолкнут нас к своему производству, к расцвету сельского хозяйства, к жёсткой дисциплине.

Начали потихоньку возрождать такие рабочие профессии как: токарь, слесарь (а то всё на закупках сидели).

По радио читают «Альтернативу» Юлиана Семёнова. По ней то и поставлен фильм «Семнадцать мгновений весны». Там героиня, католичка, меняет веру на православную из-за любви к мужу, потому что «Бог внутри нас». И не должны мы бояться сделать решительный шаг. А вечным останется Николай Васильевич Гоголь, т.к. Чичиковы, Коробочки, Тяпкины-Ляпкины, Маниловы и Ноздрёвы во все времена составляют определённые пласты общества. А ещё вечным будет Антон Павлович Чехов, потому что его Душечка, и Иванов, и дядя Ваня – это вечные психотипы Человечества.

Думала, что кончила книгу, написала послесловие, но… Тянет опять писать, т.к. ещё живо реагирую на все события как личной, так и общественной жизни. Спать, жрать и с.... мне очень мало. Опять много читаю и хочу делиться впечатлениями с людьми.

Прочла книгу Сергея Есина «Марбург» о Михайле Ломоносове и Борисе Пастернаке. Часть жизни каждого связана с этим городом. «Непростые были дамы и кавалеры, многое позволяли себе и на сцене и в жизни. Попадались среди коллег и «саблезубые тигры, и динозавры, и рыбы – это пираньи»».

А вечером, 4 марта 2021 года, сообщение: «В фешенебельном посёлке «Вешки», Мытищинского района, владелец замка Буранов забаррикадировался в доме. Проверка о незаконном хранении оружия привела к перестрелке, штурму и пожару, в котором хозяин и сгорел». В замке обнаружили склад оружия и пуль на целую бригаду. Со слов родных: «Чудесный, спокойный, изумительный дед. Строил замок для себя и 4-х детей. Сам в магазин ходил, спасал списанных из цирка хищников… У каждого из взрослых детей было своё жильё». А начинал в лихие 90-е, без образования, с палатки на Дорогомиловском рынке. Александр Хинштейн задаёт вопрос: «Почему не все, кто начинал с палаток, с челночества сумел стать авторитетом?». Ведь только авторитеты знали схему, как входить в Систему и становились Япончиками. Этот мелкий авторитет пережил эпоху расправы и тихо засел в своём замке, чтобы сохранить имущество на 500 миллионов долларов. Прочтите толстенную книгу Александра Терехова «Немец» о тех годах, о временах мэра Москвы Лужкова, президента Медведева и раннего Путина. «Стоит ларёк, занесли две штуки…». А таких ларьков у каждого метро в то время по сотне было: «Табак», «Шаурма», «Канцтовары», «Цветы», «Роспечать». А потом ларьки снесли, расцвёл рынок «Садовод». А потом ритейлеры появились: «Ашаны», «Перекрёстки», «Пятёрочки», «Копеечки»… Чем гнилее товар, тем ниже цена. А в Европе просроченные товары выставляются на улицу – бери-не хочу. У нас же «предприниматели» роются в помойках, а потом найденные просроченные продукты продают на барахолках, «блошиных» рынках.

Вся схема подношений, подкармливаний, оценки за любые услуги укоренилась наверху. Поэтому к врачам мы шли с коробкой конфет, а смелые – с купюрой в кармане. И каждый в церкви грехи отмаливал. А «кидалы» жертвовали церкви на… Да, церкви отреставрировали, а новых больниц очень мало построили. Это covid-19 сдвинул стрелки в сторону медицины, money в карман не рясы, а государства. Но за право строить, делать капитальный ремонт, реконструкцию борются подрядчики и кто больше отстегнёт и быстрее опередит соперника через помощника префекта – тот и у пирога.

Основатель Банка БК (Банк Казахстана), Облязов, был успешным, а на самом деле оказался пустышкой. При побеге вывез 7 миллиардов евро. Не имея, визы получил политическое убежище во Франции. Пока не выдают. Всё покупается, всё решают деньги.

Поздно прочла книгу Ольги Кучкиной «Косой дождь или передислокация пигалицы», о которой Дмитрий Быков написал: «…высокий класс, не литературы, а, само собой, жизни». Эта исповедальная проза о людях и о себе. Когда-то я познакомилась с ней в статьях газеты «Вечерняя Москва»: «Чищу Авгиевы конюшни». «Понять не могу, почему народные артисты (новоиспечённые звёзды, звёздочки) те, кто поёт и танцует для народа, меряются ни мастерством, а кичатся крутизной доходов, часов, нарядов, домов, поместий в разных частях страны и за её пределами и не краснеют». Это и мои мысли.

Апрель 2022 года. Наконец судят губернатора Сахалина Хорошавина. Пачки денег как кирпичи лежат в шкафах, около сорока домовладений. Сдала его жена, т.к.надоели его любовные приключения. За устройство на руководящую работу «Х» передавал через шофёра портфель, набитый деньгами. И всё мало.

Юные бизнесмены процветают в XXI веке. 12-летний мальчик занимается слаймом (лепит фигурки из тягучей массы, которую сам же и создаёт). Продаёт свои изделия через интернет и зарабатывает больше, чем я за картину Этингера.

Лет 30 тому назад в Турции на каждом углу продавали в мешочке «мягкую глину» и из неё можно было лепить любые фигурки. И никто никого не награждал медалью «Лучше всех» и малолеток в бизнес не вовлекали.

Капитальный ремонт нашего дома длился три года. А когда кончился, оказалась дыра в крыше, и нас залило. Суды выносят решения по полгода. До сих пор живу с залитым потолком и называю это пятно географической картой. Но такие как Бурановы, защищающие замки с эрмитажными интерьерами, в лице церкви ангелы.

Оказывается, мы живём в чудесное время бандитского капитализма. У Терехова: «Всё собирается с покраски, озеленения, уборки мусора, с железных дорог, с бензина и наверх течёт река от палатки в потребрынок, от рынка – к главе Управы, от главы Управы – к зампрефекта, от префекта – в Департамент, часть – в церковь, часть – к мэру…».

Человек двояк, двудушен: душа ангела и душа дьявола.

Но что меня в книге удивило, так это стиль письма. Предложения в целую страницу, 1000 знаков препинания, сплошной поток слов (как у Льва Толстого). А 2-я книга Галины Щербаковой «Яшкины дети» поразила тем, что главы названы как пьесы и рассказы у Антона Чехова. И с сегодняшнего дня те же душечки, унтеры Пришибеевы и на деревню дедушке. А стиль – короткие, ёмкие, колкие предложения, как у самого Чехова.

160 миллионов долларов – это бюджет 160-ти городов стотысячников. Молдавские «умные люди» сумели украсть у нашего с вами Госбанка. А наши чиновники чем занимались? и ФСБэшники? и банковские работники? А расплачиваться будет житель Читинской области, холупу которого каждый год заливает паводковыми водами. Он урожай вырастил, в погреб спрятал… Что снова сажать, если в следующий сезон разлива реки она всё снова сожрёт? А он получит 10 тысяч на восстановление проплесневевшей штукатурки и… и на крыше будет с собакой и коровой пережидать спад наводнения.

Наконец поняли, что госслужащие не имеют право на двойное гражданство и собственность в оффшорах. Каждый закон имеет лазейку, и знающие их адвокаты ведут себя возмутительно. А за ложный донос девочки на отца (педофилия) – 21 год заключения. А за кражу миллионов долларов – 6-7 лет лишения свободы. Мошенники бегут до выдачи их Интерполом и через 6-7 лет начинают снова свою деятельность, т.к. имущество всё было расписано на родственников, друзей, сослуживцев. Комар носа не подточит.

В апреле 2021 года Путин одумался.

Однако. Январь 2022 года. ЖКХ развёл Мосводоканал на 600 миллионов рублей. У руководителя конфисковали десяток домов, антиквариат, часы на миллионы долларов. Одно время Москва была полна поддельными платёжками. И что? ЖКХ-мафия контролировала 2 тысячи домов. Обнаружено хищения на 60 миллионов рублей. Но до суда дело не дошло. Объяснение: происки конкурентов.

По 1-й и 2-й программам одновременно каждое утро трепятся политологи. Когда они работают? Это же директора научных институтов, члены городской Думы… Пока все их предположения оказались пустыми, а денежек за выступления нагребли…

За 20013-2016 гг. (а сейчас на дворе 2022 г.) хакеры из банков увели 1 миллиард рублей. До сих пор виновников судят. Год засчитывается за полтора, крайний срок – 16 лет. А бюджет науки, медицины, культуры лишился этого миллиарда. Кто-то мог выжить, если бы ему ввели нужное лекарство, но оно дорого стоит для государства. Простые люди должны скинуться на фонды.

Писатель начала XX века русский в душе, но вынужденный эмигрировать В.Зайцев, сказал: «О, русские интеллигенты. О, слова, слова, прекраснодушие, барственность, народолюбие… Сурова жизнь и неприятна и не прекраснодушна. А более прозорливые из богатых, денежных «утекают» кто – в Японию, кто – на Запад», а кто – в Штаты. Всем надоело словотрепие. Точка кипения пройдена. Общество говорит, что оно не хочет… особенно мигрантов и строительную мафию.

У Виктории Токаревой в одном из рассказов лопнул банк: « Государство не бывает виноватым перед гражданами, только граждане бывают виноваты перед государством».

Телевизионная программа «ОТР», 2022 год. Учитель в провинции получает 10 000 руб. в месяц, меньше МРОТ 13,4. Но средняя зарплата трудящихся по России 43 000 руб. И только сейчас у Путина проснулась совесть: будут повышать.

И что я стеснялась писать про то, что заработала начальный капитал челночеством? Два раза ездила в Турцию, продала консервные ножи, рубли с Лениным по 1-му доллару, купила по пачке трусов на 1 доллар, продала в Лужниках на 100 долларов. А пишу я про это потому, что Путин признался, что подрабатывал извозом. А Гусман и Шуфутинский торговали на Беговой вещами и пластинками. Иначе было не выжить. И президент Клинтон в Америке торговал. И Ангела Меркель покупала клубнику за 2 марки, а продавала – за 4. Как я долго стеснялась своего прошлого. Но Путин сознался в 60 лет, а я – в свои 85. А сейчас молодёжь «воздух» продаёт и не стесняется. Пожилых «кидают». Уже были такие слова: «кидалы», «рекетиры». А теперь появились «хакеры».

Конкурс умников «Мы – грамотеи». Девочка, семиклассница маляет картину и на школьной ярмарке продаёт её за 100 евро. А мы, вынужденные в трудное время заработать лишний рубль, считались спекулянтами. На Беговой, где была «толкучка» за продажу своих же джинсов можно было попасть в отделение милиции. А чтобы на тебя не донесли Володька и Витька – самые ярые спекулянты, отстёгивающие в это отделение, – я с больной мамой, Света, у которой ребёнок лежал в психиатрической больнице, Жанка, воспитывающая троих детей без мужа, собирали мзду. А сейчас «Купи-продай» – это лозунг жизни, но теперь продажа происходит по интернету.

Самая богатая женщина России – это владелица сайта «Wildberries» – Татьяна Бакальчук.

И совесть у главврача больницы «7х24», отправляющего человека на смерть за 70 000 руб. в день, прописывающего памперсов на 30 000 руб. в сутки, позволяет ему бежать за границу и нанимать новых адвокатов.

«Чубайс – час-у-бавил», Юрий Поляков. А теперь Чубайс удрал.

«Победа Ёлкина над Горбатым была для генерала-лейтенанта единственным спасением», Юрий Поляков. Когда Раиса Белоусова (моя тёща) писала свою книгу «Блондинка за рулём», то в ней был персонаж – Ель-цин. «Если начать настоящие разборы, то фонарей в Москве не хватит». «У него в той же Швейцарии в раз 10 больше баксов, но как в кресло сядет, на лице такое выражение (и в декларации) как будто на 100 долларов живёт».

Одни «кидалово», одни мошенники, теперь и телемошенники, «юридическая помощь», консалтинговые компании, «медицинское обслуживание» – и ты без штанов остался.

Не понимаю, почему героиней России стала ни лётчица, ни врач, ни учительница, а девушка Ксения, богатая и развязная. Ведь она не сеяла, не пахала, не выучила новое поколение. А последние события раскрыли её сущность. Нет, чтобы делить с родиной неприятности и несчастья… Удрала.

Глава 5. Дневники. Дневники

Дневники мамы

В том чемоданчике в шкафу, кроме писем хранились детский и юношеские дневники моей мамы. В одном – записи карандашом, в другом – чернилами. В чёрной коленкоровой обложке небольшой дневник начинается со стихов, которые были модны в ту эпоху. Лежит прядь золотых волос, перевязанных красной ниточкой. На первой странице: русский – 4, немецкий – 5, французский – 3, арифметика – 3.

А дальше стихи:

«И резко вы сказали мне тогда,

Что никогда меня вы не любили

И никогда не в силах полюбить,

Свою любовь и ту вы позабыли».

Мятлев

Когда я читала дневники мамы в первый раз, я думала, что это совершенно незначительный поэт. А оказывается… В книге Людмилы Третьяковой встречаю слова: «Знаете, как острил наш забытый литератор Мятлев: «Слыхать мы не слыхали, а только говорят». И «Как хороши, как свежи были розы» –это его слова.

«Матушка Зима»

Здравствуй, в белом сарафане

Из серебряной парчи.

На тебе горят алмазы,

Словно яркие лучи.

Здравствуй, русская…

Раскрасавица-душа,

Белоснежная лебёдка,

Здравствуй, матушка-зима!

Мятлев

«Парус»

Белеет парус одинокий

В тумане моря голубом.

Что ищет он в краю далёком?

Что кинул он в краю родном?

Лермонтов

Мама учится в выборгской гимназии с 1908 до1916 года. Сохранилась памятная медаль. А я пошла учиться в 1944 году. И мы учили те же самые стихи, что и наши родители, только писали без «ять»

«Романс»

Глядя на луч пурпурного заката,

Стояли мы на берегу Невы,

Вы руку жали мне -

Промчался без возврата

Тот сладкий миг, его забыли вы.

Козлов

«Письмо»

Дышала ночь восторгом сладострастья,

Неясных дум и трепета полна;

Я вас ждала с безумной жаждой счастья,

Я вас ждала и млела у окна…

Наш уголок я убрала цветами,

К вам одному неслись мечты мои

Мгновенья мне казалися часами

Я вас ждала, но вы… Вы всё не шли.

Другой любви вы дать мне не могли…

О, как же вас теперь благодарю я

За то, что вы на зов мой не пришли!

А.Мазуркевич

Это же стихи Серебряного века, большинство из них было переложено на музыку. Так рождался русский романс. Впоследствии в 1929 году Постановлением Совнаркома романсы были запрещены, как факты мещанского вкуса. Но в людской памяти они сохранились и возродились. Вспоминаем и Шварца, и Покраса, и Окуджаву, и, конечно, Сергея Есенина, – это уже советский романс. А цыганский романс!… Я слушала на граммпластинках и по радио Михаила Александровича, Клавдию Шульженко, Вадима Козинцева, Изабеллу Юрьеву, а потом и иммигрантку Аллу Баянову. Сейчас уже несколько десятилетий Ирина Воскресенская возраждает русский романс, но на TV ей дорога закрыта, только в клубе. А по TV программа «Романтика романса». Со сцены зала Чайковского певец Олег Погудин пропагандирует романс как раритет. Вспоминается мне последний концерт Изабеллы Юрьевой: седая, почти 100-летняя старушка, ростом с девочку, в чёрном вечернем искрящемся платье… а голос!

«Не уходи, побудь со мною,

Здесь так отрадно, так светло.

Я поцелуями покрою

Уста, и очи, и чело,

Я поцелуями покрою

Уста, и очи, и чело…».

«Мне сегодня так больно,

Слезы взор мой туманят.

Эти слезы невольно

Я роняю в тиши…».

«Мой нежный друг,

Если можешь, прости!…».

«В саду горит костёр рябины красной,

Но никого не может он согреть».

С.Есенин

14 января 2022 года диктор объявляет новогодние хиты 1994 года: «Они отзываются в нас движениями»… Ни мысли, ни чувств, ни слез умиления.

А дальше идут высказывания, понравившиеся маме, а, может быть, переписанные из дневников подруг, как это было всегда.

В.Мазуркевич (декадент): «Женщина думает сердцем и говорит поцелуем».

Не знаю чьё: «Язык дан Человеку для того, чтобы скрывать отсутствие мысли» и др.

А с середины дневника начинаются записи.

1917 год, июль. Я хочу завести дневник, чтобы события теперь происходящие остались в моей памяти (почерк с наклоном налево).

1917 год, 20.01. Мама (это моя бабушка) ездила в Петроград (из Выборга) для оформления развода. Теперь некого называть папой! Вечером мы (с братьями) играли в «Чепуху», и вышла про меня такая история, я нарочно билетик сохранила: Он – капельмейстер, Она – Оля Куперман… Вышла свадьба (сейчас в век компьютерных игр в такую ерунду никто не играет).

22.07.1918 год. СПЕРВА БЫЛА КРАСНАЯ АРМИЯ, ПОТОМ БЕЛАЯ, А ТЕПЕРЬ НЕМЦЫ. Осада Выборга была ужасной и длилась она неделю. Красные не хотели сдаваться, а белые хотели взять город. Теперь немецкий оркестр играет ежедневно под окнами.

У них под окнами кухни расположилась немецкая бригада. Оля влюбляется в какого-то немца из окна… Лучше и более кратко историю Первой Мировой войны описать нельзя.

6 мая 1921 год. Мне 16 лет. 20 августа мы уезжаем из Выборга в Берлин. Дядя (отчим) сегодня уехал. Мы продаём вещи. Когда купили граммофон, я заплакала.

6 мая 1922 год. Мальчики (братья) уехали в Ленинград (бывший Петроград).

24 марта 1926 года. Умерла любимая бабушка в возрасте 74-х лет (мама узнала, что бабушка тоже вела дневник).

7 мая 1926 года. Смотрела «Броненосец Потёмкин». Славная и волнующая картина… Я очень русская. Эрвин (немецкий приятель) русский дух совсем не понимает (до Вити мама была влюблена в Эрвина, но он был старше и у него была невеста).

19 июня 1926 года. Написала Вите, что я считаю себя его невестой (Эрвин получил письмо от невесты, и мама решила, что Витя будет любить её всю жизнь, а не она, как Эрвина. Так оно и было при жизни Вити. А после его расстрела, она возвела образ Вити в идеал, фетиш).

А далее в дневнике о том, как она ждёт каждого дня рождения; как переживает, что всё взрослеет, а всё одинока; что она одна с дядей, с которым не сложились отношения, с мамой, которую не хочет волновать, расстраивать. И вот в 18 лет 12 ноября (по новому стилю, 30 октября – по старому) тётка Соха присылает ей подарок – книгу Анны Ахматовой «Чётки» (издательство «Эфрон», 1920 года, в чёрном шёлковом переплёте) с посвящением: «Моей маленькой имениннице посылаю эту женскую книгу вместе с самыми сердечными пожеланиями».

Вот если бы это был автограф Ахматовой, то за неё на аукционе дали бы сотни тысяч. А ведь какие умные слова написала когда-то еврейская тётка! Всё писать с «ять».

Не любишь, не хочешь смотреть,

О, как ты красив, проклятый!

И я не могу взлететь,

А с детства была крылатой.

Мне очи застит туман,

Сливаются вещи и лица…

И только красный тюльпан,

Тюльпан у тебя в петлице.

1913 год.

В одном из дисков Давида Тухманова под названием «По волне моей памяти» звучит этот романс.

«Смятение»

Было душно от жгучего света,

А взгляды его как лучи.

Я только вздрогнула «Этот

Может меня приучить».

Наклонился, он что то скажет.

От лица отхлынула кровь.

Пусть камнем надгробным ляжет

На жизни моей любовь.

Сегодня 23 июня 2019 года. Светлана Крючкова читает стихи Ахматовой ко дню её памяти.

Настоящую нежность не спутаешь

Ни с чем, и она тиха.

Ты напрасно бережно кутаешь

Мне плечи и грудь в меха.

И напрасно слова покорные

Говоришь о первой любви.

Как я знаю эти упорные,

Несытые взгляды твои.

Начиная свои дневники, я не знала, что примерно в этом же возрасте мама начала делиться мыслями с бумагой.

Мои дневники

Начинается мой дневник в 9-ом классе, в 1953 году высказываниями великих людей (списывали друг у друга). Ленка дала свой дневник. Стихотворение Симонова я списала из её дневника, т.к.книгу достать было очень трудно. Иногда, впоследствии, сокурсницы вписывали как во времена Пушкина и Лермонтова. И, конечно, свои мысли.

Высказывания:

«По обдуманным поступкам не узнаешь, каков есть человек. Его выдают поступки необдуманные» (Лесков).

«То хорошее, что падает в жизни на нашу долю, всегда измеряется секундами» (Х=?).

«Не умея ненавидеть, нельзя искренне любить» (Максим Горький).

«В человеке всё должно быть прекрасно» (Антон Чехов).

«Легче плакать, чем страдать без всяких признаков страдания» (Михаил Лермонтов).

«Не познав наслаждений, которые укрепляют любовь, любить нельзя» (Оноре де Бальзак).

В последствии мне попалась книга «Крылатые слова» – это 500-от строчный сборник высказываний гениальных людей.

Недавно прочла Симонова «Первая любовь» и стихотворение «Открытое письмо» (об измене Серовой):

Когда шагал он тяжело,

Стянув кровавой тряпкой рану,

Письмо от вас еще все шло,

Еще, по счастью, было рано».

Я была на стороне Константина Симонова и ненавидела Валентину Серову за измену – прямолинейность, юношеский максимализм.

Михаил Лермонтов:

«Если родилась красивой

Значит будешь век счастливой».

Эти слова я восприняла для себя, но счастье было так далёко!

Михаил Лермонтов:

«Пускай она поплачет,

Ей ничего не значит».

Симонов:

«Есть матери (блажен, кто их имеет).

Нам кажется, порою, может быть,

Они всего на свете и умеют,

Что только нас жалеть, кормить, любить».

Это моя мама, поэтому я и выписала эти слова.

«Бывают расставания как выстрел

Ни дня, ни часу больше не прожить».

7 февраля 1953 года. Читала «Молодую гвардию». Письмо Олега: «Мама! Мама! Прости меня. Ты одна, ты одна на свете можешь прощать». Мне было так тяжело, что дядя Володя обижал маму, мою любимую мамочку. Отношение к героям «Молодой гвардии» менялось, как перчатки: то они были героями, то – придуманными героями. Среди них искался предатель, да выяснилось впоследствии, что не тот предатель. Виктору Третьякевичу сейчас указом Президента России посмертно присвоено звание Героя России. И вновь заговорили о необходимости образа Героя для воспитания подрастающей молодёжи.

Сейчас стало ясно, что Фадеев писал по архивам и выдумывал многое. Тогда моральное влияние этих героев воспитывало наше поколение.

Сейчас март 2022 года. С помпезностью ознаменовали 100-летие со дня подвига молодогвардейцев в городе Краснодоне и создали музей «Молодая гвардия» и молодёжная организация.

5 марта 1953 года, смерть Сталина. Плакали. Двинулись мы с общей толпой, и напротив теперешнего Театра кукол, на повороте, толпа зажала нас. Я увидела ботинки, шарфики на мостовой. Все лезли через грузовые машины, стоявшие как ограда вдоль дороги. Как я с Галкой Сокольниковой выскочила из толпы, не помню. Как мне жалко стало маму, если я погибну! Любовь и жалость к маме всегда меня спасали.

А потом, в дневниковых записях о первых встречах с мальчиками, которых сейчас я и не припомню.

5 апреля 1953 года. Был открытый день в МГУ, и я впервые вошла в дворец науки с трепетом и любопытством. Были на кафедре химии… Я испугалась поступать туда, т.к.стипендию бы не получала…

31 декабря 1953 год, ночь перед Новым годом. Все меня упрекают в том, что я очень часто грущу. Лена не звонила, не знаю, звонить ей или нет? Я ей очень многое прощаю…

В следующей четверти надо не иметь троек. Мама говорит, что я очень влюбчивая. Что такое счастье (любви) я ещё не испытала. «Вот инфантильная девчонка», – говорю я себе сейчас. Я и сейчас близко к сердцу всё принимаю. Размышляю о дружбе, ревную Ленку, т.к.она с Галькой Романовой, с Нолей Фактор…

2 января 1954 года. Ленка позвонила, но, когда она звонит, я отхожу. Мама говорит, что у нас не будет хорошей дружбы.

Читаю «Чайковский в Москве», стихотворение «Ландыши» Алексея Толстого.

Романс написал Чайковский:

«Другие есть цветы роскошней и пышней,

Но прелести в них нет таинственной твоей».

А ещё романс:

«Благословляю вас леса,

Долины, нивы, горы, воды,

Благословляю я свободу

И голубые небеса».

Семь нот и!!!… Семь нот заставляют людей плакать и смеяться. Я так мало знала раньше о Чайковском. Хотя мне на ухо наступил медведь, я стала ходить в консерваторию и развивать себя. И, когда бывают концерты на телевидении, я очень много мелодий узнаю.

Была на концерте Александровича. Поёт он романсы со слезой в голосе: «Шарманщик» (Шуберта), «Неаполитанскую песню», «Первое письмо» и «Элегию» (Массне). На бис выходил 10 раз.

Сейчас тенора поют тот же репертуар, хотя опер написано тысячи.

4 января 1954 года. Сейчас полезла в шкафчик и открыла письмо папы Вани и его фото. Сижу и плачу. Как плохо сложилась жизнь моей мамы, как мало она была счастлива с мужчинами. Жизнь отнимала одного за другим. Мне было 4 года, когда он появился, и 6 лет, когда он погиб.

С детства у меня была потребность в дружбе и любви.

По радио поёт Ружена Сикора:

«Нужно тебе подойти,

Самому обо всём позаботиться,

а не то разойдутся пути,

И любовь улетит, не воротится.

Не теряй же минут дорогих,

Назначай поскорее свидание.

Ты учти, что не мало других

На меня обращают внимание».

Вот такие были наставления для девочки. А девочка ждёт любовь. Опять выписка:

«Я люблю, но об этом никто не узнает,

Знаю я, наше счастье растёт, не растает,

Наши чувства крепки, как степные гудки.

Я люблю, и душа расцветает».

20 февраля 1954 год. По радио поют:

«Счастье моё я нашёл в нашей дружбе с той,

Всё для тебя – и любовь и мечты».

Опять призыв к любви, а у девочки даже нет мальчика.

Александрович:

«Очей прелестных огонь я обожаю,

И на Земле иного счастья не желаю…».

«Мне бесконечно жаль…

Как же случилось, Не знаю. С милым гнезда не свила я.

Одна я». Пел Шмелёв – вечер романсов на радио.

Выписки:

«Самая прекрасная красота человека – красота верности». (Гончаров).

«Книга – источник света, с ней хорошо дружить». (Гончаров).

«Радости забываются, печали – никогда». (Лермонтов).

«Я не унижусь пред тобою;

Ни твой привет, ни твой укор

Не властны над моей душою».(Лермонтов).

Не унижаться, не позволять себя не уважать – это девиз моей жизни. Я всегда борюсь, всегда сопротивляюсь. Девочка начиталась, девочка намечталась и выросла не глупой, очень ласковой, немного упрямой, максималисткой. Наделала очень много ошибок в жизни (это не ошибки, это опыт души). Но, если мне сделают на грамм добра, я отвечаю благодарностью на тонну. Однако, в основном, встречаются люди, которые хотят только получать, а не давать.

«Товарищ! Мы молоды духом,

О старости думать нельзя!». (Песня о молодости, 1936 год).

А где- то, лет десять тому назад, мои мысли нашли отклик. Правительство приняло программу «Активного долголетия для людей старшего возраста». Но это движение и волонтёрское движение превратились в бюрократическую машину. И, когда я вышла с предложением не только танцы для пожилых и скандинавская ходьба, а помочь набрать текст человеку, который свои мысли хочет оформить в книгу (сначала мечтала – бумажную, теперь согласна на электронную), то ни общество «Милосердие», ни общество «Старость в радость», ни районное ЦСО, ни Департамент культуры не откликнулись. А откликнулись соседи по дому, подруга, Музей истории Москвы.

3 марта 1954 год. Читаю Василия Ажаева «Далеко от Москвы»… А ведь дядя Володя в 1951 году участвовал в съёмке фильма, поставленного по этой книге, как художник по костюмам. Это фильм о подвиге молодёжи при строительстве нового города, Комсомольска-на-Амуре.

15 мая 1954. Последний раз сидела за партой как ученица. Далее экзамены. Как быстро пролетело 10 лет. Как-то классная руководительница «а» класса, Мария Дмитриевна», вспомнила, что, когда в августе с мамой мы пришли записываться в школу, я спросила: «А где дети?». В первых классах я училась плохо, больше занималась куклами. Я подросла на 10 лет. Мамочка, а ведь ты постарела на 10 лет. Ты у меня молодец. Вырастила одна, без отца, такую Ирину. Я даже уже не Ляля, а Ирина.

В одной книге больная прикованная к постели молодая мать говорит дочери: «Ты у меня красивая. Скажи спасибо – я была в одном шагу от аборта». (Вспомните письмо мамы в никуда). У меня был шанс не появиться на свет, и об этом я узнала только после смерти мамы. Спасибо, мамочка, за жизнь!

Герой Александра Терехова, лауреата премии «Большая книга», говорит: «Хорошо, что у тебя дочка, а ведь сыновья – оторванный ломоть. Вот с дочкой бы дожить».

Мне понравилась мысль: «В каждом окне прижимала к себе младенца Богоматерь». Да, мама – это Богоматерь, и никакой Святой Марии моей душе не надо. И живые и ласковые умнейшие глаза её совсем не похожи на застывший взгляд, хоть Владимирской, хоть Казанской, хоть, хоть, хоть… Святоши, не прокляните меня за эти мысли.

20 мая 1954 года. Экзамен по литературе. Писала «Народность в поэзии Некрасова». Потом пошла в Александровский сад. До чего красиво! Цветут яблони, черёмуха, какой аромат! На клумбе тюльпаны и нарциссы. Малая природа – малая Родина!

22 июля 1954 год. Вчера был выпускной вечер. Хотелось плакать. Впервые танцевала вальс. В два часа ночи пошли к Кремлю. Впервые увидела рассвет. А утром пошли сдавать заявление в институт (см. «Об институте»). Неужели я буду педагогом?

28 августа 1954 год. Без связей и блата я попала в институт. Дальше в дневнике высказывания о дружбе:

«Во все времена дружбу почитали из числа первых благ в мире» (баснописец Крылов);

«Всякое проявление дружбы, пусть даже самое незначительное и смешное, бывает для человека радостным и делает его счастливым» (Юрий Трифонов).

Начиталась Расула Гамзатова о дружбе. Понравилась пословица: «Сердце – не уши, ватой не заткнёшь». Сейчас мне Ленка затмила весь мир… Вместе с ней смотрели фильм «Укротительница тигров» про дрессировщицу Назарову, которую играла Людмила Касаткина, а Павел Кадочников, известный нам, детям того времени, по фильму «Подвиг разведчика» играл артиста цирка, мотоциклиста. Они по фильму полюбили друг друга.

Осень, 1954 год. Читаю Александра Блока:

Порою будешь вспоминать

О детской той мечте, о зыбкой,

Что счастием привыкли звать! 19 июня 1912.

Я сейчас под впечатлением от кинокартины «Свет и тень» с Симоной Синьоре.

Есть страница, где я даю характеристики всем своим девочкам из группы. Я была комсоргом. А ведь оказалась я абсолютно права, и в зрелости все оказались такими, как я предполагала. И после педагогической практики учителями стали только четверо. Все сбежали в инженеры, секретари, продавцы…

1954 год. Прочла «Как закалялась сталь» Николая Островского. Боже, как я поняла любившую Павку девушку Риту. Выписала текст.

Павел: «Рита, я никогда не стал бы для тебя больше, чем товарищем».

Рита: «Поздно, товарищ Овод. У меня на руках крошечная дочурка. У неё есть отец. Мы дружны, и это трио неразлучно».

Первый летний отдых в Поленове, в Доме отдыха Большого театра, увидела на волейбольной площадке Славку Тищенко – любила все студенческие годы, а потом было разочарование.

1954 год. Была в Мавзолее Ленина и Сталина. Отстояла огромную очередь через весь Александровский сад, промёрзла.

А потом Сталина вынесли «ногами вперёд» из Мавзолея, похоронили у Кремлёвской стены. Сначала несли цветы, а теперь – ни одного цветочка.

Лена в Благовещенске на каникулах.

Моё письмо: «…ты опять ко мне не приехала, меня обидела, но я знаю, что твоя бабушка заболела, и пишу ей несколько слов: «Софья Александровна! Что же вы так неприлежно себя ведёте? Я на практике, но надеюсь, что к моему приезду всё будет хорошо. После приезда с практики, я к вам сразу приду в Неопалимовский, а вы не болейте. Хорошо?»».

Ленка была тронута моим письмом: «Мне ужасно хочется видеть тебя. Моя мама была тронута твоим письмом, даже прослезилась. Большое спасибо и от неё, и от меня. 26 августа не только день рождения у моей мамы, но и 21-ый год, как мои родители живут вместе. Большой привет твоей маме, и поцелуй ёё от меня. Мама целует тебя, я к ней присоединяюсь. Лена». Мама её очень рано умерла, бабушка намного пережила маму, а папа удачно женился и долго жил.

Лена один раз вышла замуж и прожила счастливо с мужем 60 лет. Она была знаменитым журналистом, он – академиком в секретной отрасли знаний. Умер совсем недавно.

Лена помогла мне опубликовать через журнал «Эхо планеты», где она была редактором, переписку Вити и Оли…

Опять перечитала «Как закалялась сталь». Почему он разорвал письмо Риты? «Не надо быть таким суровым к себе. В нашей жизни есть не только борьба, но и радость хорошего чувства».

2 декабря 1954 года. Это был единственный бой, где я не победила. По Анне Ахматовой «Мне показалось… мне захотелось… Это ты, но всё напрасно. Сердце, успокойся, его уж нет».

Много читала, жила образами героев. В дневник выписывала понравившиеся слова, цитаты. Думала, что первая делала открытие.

В моё время фильм «Сказание о земле Сибирской» и книга «Два капитана» формировали характер и образ идеальной любви. «Если надо пройти все дороги, пути», – поёт Вера Васильева…

А ещё трофейный фильм «Мост Ватерлоо», с Вивьен Ли, не оставил равнодушной ни одну девушку. Даже лица у актёров были благородные. А сейчас одни «Терминаторы», «Бандитский Петербург».

Потом идут записи карандашом. Под Новый год я обидела маму: я прогнала из дома дядю Володю. Её любовь – для неё это цепи.

Завтра зачёт, а я отхожу от долгих скандалов. Я – однолюбка.

Наступил 1956 год. В Доме отдыха Большого театра, на волейбольной площадке, увидела паренька, Славу Тищенко, отлично физически сложенного. Он был студентом Энергетического института. В Москве встречи продолжились. Жил он в общежитии, на Красноказарменной улице, только на стипендию. Поэтому никуда меня не приглашал: ни в какие кафе, ни в какие рестораны. Вечера отдыха в их Доме культуры и шатания по Москве – вот и всё развлечение, которое было у нас. А я жила только для него и хотела экзамен по химии сдать на пять только для него. А он с практики даже не позвонил, не узнал, как я сдала… Любила его все студенческие годы, тайно, домой не приглашала.

На зимних каникулах была в Ленинграде у очень далёких родственников. В квартире – 15 жильцов и один туалет, и одна кухня. В прошлом – это был доходный дом на улице Некрасова, 18. Купила пластинку песни из «Возраста любви» с Лолитой Торрес (в Москве не было).

«Как я буду жить до встречи,

Я не знаю,

Если вдруг тебя случайно

Потеряю».

Тебе 18 лет, а ты ещё девчурка, неопытная, ничего не понимающая в любви. Стыдно.

«Полюбила я парнишку,

А завлечь, не завлекла».

Весенняя практика в Нахабино. Славка на целине, не пишет. Я устала ждать.

1956 год. «Жизнь моя, любовь моя с чёрными глазами», – поётся хорошо, а на самом деле плохо…

«Может быть, он некрасивый,

Может быть.

Говорить он не умеет,

Может быть.

Ну а я люблю такого

И не вижу в том плохого.

Полюбила, полюбила,

И не знаю, как мне быть», -

пела Гелена Великанова из всех репродукторов.

Началось увлечение Гершвиным и джазом.

Песня «Любимый мой»:

«Может быть, я в среду с ним уеду,

Может быть, в четверг?

День тот превратится

В день весёлых приключений.

И мы себе вдвоём гнездо совьём

И песню запоём в гнезде своём.

Пусть только сердце ждёт,

И он придёт, любимый мой».

Конечно, на английском это звучит роскошно, а в переводе – топорно, но…

16 мая прочла Фёдора Достоевского «Неточка Незванова». Не надо столько слёз! А «Белые ночи» – все такие мягкотелые, сердечные. Никогда потом Достоевского не понимала.

Сдала ботанику Алексею Александровичу Курсанову, профессору. Все его звали «СейСаныч». Он понял, что я всё знаю на пять. До сих пор я помню каждый цветок и его название.

В моде песни Ива Монтана. «Опавшие листья»:

«Как я хочу, чтобы вспомнила ты

Что есть у самого моря тропа,

Где неожиданно наши мечты…

…Ветер осенние листья кружит,

Ему их нисколько не жаль».

Первая тетрадь закончилась. Второй дневник.

1957 год. Давно не заглядывала в дневник и не писала. «Любовь никогда не бывает без грусти…».

О фестивале

27 июня 1957 года. Открывается всемирный фестиваль молодёжи.

Дядя Володя мне подарил ФЭД, я сама фотографировала или просила людей меня сфотографировать.

Всё утро проторчала на Красной площади, разговаривала по английски. Кто-то указывал руками на все черты лица. И все пели: чи-чи-ли-ли, чи-чи-ли-ли… Это были чилийцы. Потом двое мексиканцев плясали в сапожках на каблуках (казаки), он отбивал чечётку, а она – в тапочках. Все здоровались, пожимали руки, фотографировались. У чилийца была соломенная шляпа и полосатая накидка (теперь узнала, что это называется пончо. И было модно одно время у нас). Все обменивались значками, а мы – пионерскими галстуками. Румыны в национальных костюмах. Турецкие спортсмены настойчиво спрашивали, почему закрыт Grandshop – ГУМ (в четверг он был выходной). Индийская группа только села в автобус, как полилась их песня из окон. Все одеты очень модно, но не ярко и не кричаще. Причёска по последней моде – чёлочка и длинные волосы по плечам (в 2019 и 2022 – повторение).

Снова была на Красной площади, видела поляков. Очень понравились их косынки, не на что было обменять. Теперь у меня три значка: один венгерский, другой немецкий и один наш комсомольский. Особенно диковинно видеть негров. Ну и чёрный, даже в синеву, а волосы вороные, а зубы как мел. Он из Камеруна. Очень много словаков и венгров. Один спросил меня:

«Как живьём?».

«А вам у нас хорошо?».

«Очень, очень».

С итальянцем разговорилась по-русски. У них советские фильмы не показывают. Всем Папа правит. Знает он наших Галину Уланову и Игоря Моисеева (наверное, танцор). Потом подъехал автобус с норвежками, в красных вязаных шапочках, с помпошками, а норвежцы – в гоночных кепочках.

28 июля 1957 год. Официальное открытие Фестиваля. Бескрайняя масса норода, все кричат:

«Мир, дружба»;

«Мы вас любим»;

«Хинди, хинди»;

«Салям алейхем»;

«Шалом»;

«Командор»;

«Френдшип»;

«Варшава – Москва»…

Безбрежное море улыбок, руки чёрные, белые, жёлтые… Москва расцвела. Встречи происходили и на ВДНХа.

Железный занавес рухнул. «Целомудренейшее советское общество раздвинуло свои эротические горизонты». Дети Фестиваля появились через 9 месяцев, и русская, белокурая светлокожая детвора разбавилась шоколадом. И сейчас в городе Череповце гордая 53-летняя Х растит двух паулят, но это не фестивальные дети.

Первая поездка на юг

31 июля 1957 год. Часть группы: я, Римма, Света, Наташа, Тамара, Оксана, – решили ехать на юг, в город Анапу. Домики – белые хатки, мощёный дворик, за домом небольшой сад, двор каждый день моется. Всё чисто. Сняли маленькие две комнатки. В дверном проёме висит гардина. Каждый день наедались фруктов, кто-то ходил на привоз. Весь день торчали на пляже. Море серо-зелёное, фиолетово-чёрное или зелёно-голубое или жёлто-голубое.

Решили с Риммкой поехать в Сочи. Сочи казались так близко, у самого носа, а оказалось 350 километров. Без всякой надежды уехать вышли на шоссе. За пятёрку подвернулась попутка, доехали до Геленджика. Жара 37 градусов. Ноги об асфальт обжигаешь, а поехали то в нарядных танкетках из искусственной кожи, ГДРовских, в одном платьице, с маленькой сумочкой и белой булкой. В одном селении даже кружки молока не нашлось за деньги. Вдруг подвернулась машина и сбросила нас через четырнадцать километров, у Михайловского перевала. Оттуда добрались до первой столовой. А вокруг инжир, кизил, ежевика. Лианы колятся, трава вся выжжена, колется. И, ох, удача – шофёр нас пожалел. Водитель везёт в Сочи для стройки шифер. Посадил бесплатно. Все бока за ночь были в синяках. По дороге узрели плодовый сад.

Набрали полные карманы и запазуху груш. И вдруг на велосипеде злой парень лет семнадцати – сторож. Наврали, что ничего не воровали и ещё нагло попросили яблок. Вдогонку в кузов он нам бросил два крупнейших яблока. Мы всем строили глазки, много обещали, но ничего не давали. По дороге: кипарисы, пальмы, магнолии, лавровые деревья, платаны, – всё обвито плющом и другими лианами. У земли колючая ежевика. Наступает ночь, ложимся на шифер. Холод пронизывает каждую клеточку тела, а мы и не знали, что на юге такие холодные ночи, кофточки бы взяли. А дорога извилистая, по спирали, начинаются Кавказские горы. На небе высыпали миллиарды звёзд, темнотища, красотища. Звезда упала. Сидеть уже невозможно – на пятой точке уже синяки и мозоли. После г.Туапсе шофёр пустил нас в кабину. Мчим 70 км/час. Доехали до Лазоревской и заночевали в кабине, сидя рядом с шофёром. Утром искупались в дикой речушке и двинулись дальше. Дагомыс… Лоа… В шесть часов дня открылись владения Сочи. Остановились у Морвокзала. Отправились осматривать город: чистота, зелень, необыкновенные деревья. Мы же изучали только подмосковную флору на практике, а субтропическая флора была в книгах, альбомах. Поели пельменей (была развита сеть пельменных в России). Пошли в Сочинский дендрарий. Ночевали в дендрарии под лавочкой, не стесняясь людей, отсыпались за двое суток. На Сочинском рынке попробовали у грузинок сочинский чернослив, чурчхелу (лакомство с орехами), гранат, груши, фундук. Всё дорого, но грузинки угощали. Произвела впечатление розовая японская «мимоза» (софлора), как будто розовый закат. Нарвали лаврушки домой.

О целине

А 15-го сентября мы уезжали на целину на полтора месяца (см. главу «Институт»).

Октябрь 1957 года. Едем на целину. Ехали в телятнике, спали на нарах, вповалку 10 человек. Было очень тесно. Я, как на зло, дома забыла колбасу копчёную. Кормили на полустанках супом из пшена и волосиков мясной тушёнки, который называется кулеш или солдатский суп. На второе – картофельное пюре с селёдкой, и компот (можно было просить добавку), и серый хлеб.

С нами ехали студенты Тимирязевки, Мединститута, МГИМО, МИСИ, Рыбного. Заводили знакомства. Ребята играли на гитаре, пели песни. Ехали несколько дней. В два часа ночи проезжали Муром. Потом Казань, мост через Волгу, горы Урала, Свердловск, Омск, пересекли Иртыш, Новосибирск, реку Обь, Бию и вот прибыли в город Бийск. В час ночи поставили нас на запасные пути и велели поспать до четырёх-пяти часов. Холод страшнейший. Спим на досках, рюкзак – подушка. А на рассвете подали машины, и мы поехали в совхоз Сростинского района, «Семеновод» он назывался, убирать овощи. Первый день на огурцы (норма 104 ведра). Вечером спины не разогнёшь. Потом морковь, свёкла, картошка, тыква, зерно. И так 22 дня. Днём – +22 градуса Цельсия, ночью – мороз, всё покрыто изморозью и ледяной коркой. Всегда встречали рассвет и провожали закат. Зрелище неописуемое, небо горело. Домой ехали уже в цельнометаллических вагонах, не в скотных. Мальчишки побрили свои щетины на один манер – бакенбарды и ободок бороды. Гадость! А сейчас это в моде. Гламуром считается. Я никогда обросших мужчин не любила, и, когда муж отрастил бороду, шесть месяцев я его к себе не подпускала.

Продолжение дневника

20 октября 1957 года, мне 20 лет. Как хочется любить! Мне хочется, чтобы меня очень-очень любили, преданно, самоотверженно. И сейчас сердце особенно требует ответного чувства.

Полгода не писала.

5 декабря 1958 года. Собрались на День конституции (тогда ещё праздновали) у Ленки Левиной. Аня Луговская пригласила двух ребят из ВГИКа: Роллан Сергиенко (из её города, Славянска, из этого-же города знаменитый Украинский режиссёр Александр Довженко). Он пришёл с другом, Миколой Винграновским. Лена пригласила знакомого Сашу, он принёс магнитофон – я первый раз увидела магнитофон (у меня был только патефон). Лена понравилась Роллану, Римма понравилась Миколе, я понравилась Саше. Выбежали на улицу, играли в снежки. Я обратила внимание на Миколу и назвала его медвежонком. С Сашей я потом встречалась. В актовом зале Педагогического института, на танцах, Сашка привязал меня к себе поясом, чтобы не убежала к другому. Однако…

На Новый год собрались опять у Лены. Микола сочинил Римме послание: «В твоих глазах два чёрных солнца», – но пошёл провожать меня, а не Римму. Мы целовались. У него не было второго пальца на одной руке. Мне стало так жалко его. Он рассказал, что в военное детство разводил костёр, а там был снаряд… Рассказал, как провалился в прорубь, о голоде на Украине, о волках, приходящих в их деревню, о его первой любви, о том, как он стал писать стихи, украв чужие перья, о том, как пишет сценарий, о их преподавателе Александре Довженко. За один вечер он мне рассказал так много, что мне хватило этого на много лет. Я пересмотрела все фильмы Довженко, перечитала все его сценарии. Я всегда была благодарна ему за тот вечер. Мне хотелось слушать его, служить ему, помогать ему, и я была бы хорошей женой творческому человеку. Я к этому всегда себя готовила. Римму не интересовала его внутренняя сущность, он ей нравился как мужчина. С Сашей я поссорилась из-за Миколы. После него со всеми казалось скучно, неинтересно.

3 января 1959 года. Три часа ночи. Запустили ракету к Луне. Читаю Эриха Марию Ремарка «Три товарища» (наверное, нет театра, который бы не поставил пьесу «Три товарища»). Я смотрела с Чулпан Хаматовой, в «Современнике», перечитывала раз десять:

«Для любви необходима известная наивность. Это дар Божий. Однажды, утратив её, уже не найдёшь никогда».

«Всякая любовь хочет быть вечной. В этом и состоит её вечная мука».

«Знание делает человека свободным, но несчастным».

«Город потонул, время умерло».

Здорово сказано!

10 июля 1959 года. Окончила институт. Риммка уехала в Находку. Любили мы с ней песню «Тишина». Тихим, бархатным голосом пел Владимир Трошин:

«Ночью мне покоя не даёт горькая моя вина.

По ночному городу плывёт тишина».

7 июля 1960 года. В дневник заглядываю редко. Риммка замужем, ждёт ребёнка.

«Я люблю тебя, жизнь,

Я люблю тебя снова и снова» –

любимая песня моей мамы.

6 ноября 1960 года. Ленка Левина добилась своего и стала Сергиенко (они и сейчас вместе). А Микола умер рано.

20 октября 1961 года. На день рождения из посёлка «Мирный» приехал мой институтский друг из Горного института Юрка Гаврилов. Подарил мне альбом для фотографий в синем бархате. До сих пор, заполненный фотографиями, он напоминает мне о том времени. Юрка был из города Ковров, из многодетной семьи, сирота, детдомовский. Сам себя поднял за уши. Красивый, но очень тонкие губы… Мы были только друзьями. По распределению он попал в город Мирный, где производилась разработка алмазов. Моя мама его очень любила, и умаляла меня выйти за него замуж. Он был бы для неё сыном, но испорченная образом Миколы, я думала, что жизнь всё-таки преподнесёт мне журналиста, или писателя. Отработав положенный срок в Мирном, Юрка уехал в город Конотоп, в Сумской области. Жил в общежитии, я ездила к нему в гости. Город грязный, весь угольный… Впоследствии женился, родил двух детей (переписывались). Кончилось трагично: – жена занесла топор над ним, попала в сумасшедший дом. Юрка один поднимал детей и навещал её.

19 ноября 1962 года. Звонок. Знакомый голос – Микола. Встречались пять дней подряд, расставались на 2-3 часа. Ездили в Дом творчества работников кинематографии, в Болышево, под Москвой. Развели костёр, пекли картошку. Чуть не сожгли весь лес, но пошёл дождь… Были у Чемодурова. Видела как Микола играет в шахматы. Это была такая жажда победы, самолюбия и упоения победой. Дал почитать стихи и два сценария: «Мир без войны» и «Царь».

«Я люблю глаза моей любви.

Глаза моей любви – глаза печали».

Он будет ко мне приходить, появляясь в Москве, т.к.я ему не навязываюсь. Он талантлив и горит как пламя (и скоро сгорит).

Опять приехал, остановился в гостинице «Юность» – слёт молодых писателей. Я – на работу, в школу, в этом же районе, а он – на базар, рядом, Усачёвский рынок. Купил огромный арбуз и дыню. Гостиница «Юность» была недоступна для простых людей. Я там была первый раз в жизни. Колька хорошо одет, элегантен, тощий, но волос спереди уже меньше, чуб начинает исчезать. Лоб очень большой. Читал новые стихи: «Ледяной мёд», «Чёрная радуга». Он уже вторую книгу к изданию готовит. Горд, самолюбив, знает, что талантлив. Скоро поедет с фильмом «Повесть пламенных лет» в Японию (жена Александра Довженко, Юлия Солнцева, сняла его в главной роли). Хочет написать сценарий о Бетховене.

24 ноября 1962 года. Опять встретились в гостинице «Юность». С ним незнакомец с казахским акцентом – это молодой поэт Олжаз Сулейменов (см.главу «Мир тесен»). Вместе сидели в ресторане. Это было совещание советской интеллигенции. Олжаз читает свои стихи, Микола показывает газету, где пишут о нём, что он очень талантлив: «Атомные примоды» – очень хвалят. «Коли мы с тобой посвидаемся?».

8 января 1963 года. Он опять приедет, уверен, что я всегда к нему приду, даже от мужа, от любовника. «Почему я тогда тебя не взял?»… Я его придумала. При мне он сочинил стихотворение (он говорил «стих»), называлось «Лошадица» или «Жеребица», не помню:

«Я гнав по шпалах и по тенях».

«На вольном берегу взволнованного моря».

Печатают отрывок из сценария «Президент». Когда говорит, глаза горят, слова где-то внутри звучат, а на верхней губе капельки пота. Вот таким он мне и запомнился. Я знала, что у него есть жена, но совсем другой любовью его любила.

6 марта 1963 года. Я срезала волосы. Все говорят, что очень идёт. Вечером позвонил Микола: «Я в Москве, увидимся?».

Дневник оборвался. Больше больших дневников я никогда не вела. Стихи, заметки с выставок, описание турпоездок записывала в записных книжках, в старости – на листочках, потом переписывала 100 раз. Волосы я больше никогда не срезала, хотя, правда, мне стрижка очень шла. На укладку ни времени, ни желания не было. А сейчас-то волос малым-мало, приходится под бантик подбирать.

Так я пришла к мысли, что и дневниковые записи – мамины и мои – и переписка мамы и Вити должны дойти до людей. Пробовала я и в «Караване истории» и в журнале «Story» (история), и в редакции «Слово», и «Азбука» поместить статью «Про это» – от ворот поворот. Зато судьба бывшей жены певца Малинина и её розоволосой дочери интересна. Скандалы артистов греют душу очень многим. Всех интересовала только судьба Лили Брик, и многим не нужна была история еврея, нужен был русский революционер. Взялся печатать журнал «Наука и жизнь». Журнал «Наука и жизнь» постепенно терял свой тираж, а ведь во времена моей молодости – это был главный источник знаний как и «Иностранная литература». Но редактор поняла, что в статье – эпоха 30-х годов, только не скандальная, а реальная. Я им очень благодарна. Помогала мне Леночка Девятова. Ведь уже в 2012 году она была настоящим Волонтёром. Ни копейки не взяла, а потратила уйму своего времени. И по сей день вспоминаю о ней с любовью.

Оля Медведева – литературный работник, пишет научные книги – познакомила меня с Аркашей Мурашовым, который работал с архивами Беккендорфа, а потом Волконского. Он отредактировал материал, сделал сноски на каждую фамилию тех лет.

И так вы поняли, что с 2012 года я переписываю черновики, диктую тексты, а «благородные» люди меня подводят: исчезают флешки, и в 85 лет я должна всё снова диктовать. А я считаю, что милосердие – это помочь человеку осуществить его мечту. И не отговариваться, что не нашлось времени, забыла…

Первую книгу «Сказка о любви» в печатном виде я готовила 20 лет. Молодая писательница, Степанова Мария Михайловна, осуществила мой план: описала все открытки, письма, вещи, судьбы чужого ей рода в книге «Памяти, памяти» по архивным документам намного позже всех моих идей. А за это время писательница Скорятинская издала книгу для детей «Про вещи бабушки» (не её, а по документам, по архивам). Всех интересует Лиля, но не Витя и не Ира. Мы – нолики истории.

Мне очень по душе слова певицы Галины Вишневской: «Для меня театр всегда был – жизнь, а жизнь – это театр». Характер у неё был железный, никогда не пресмыкалась и не меняла убеждений (это по мне, и это – я). И когда я стояла перед учениками, я, конечно, чувствовала актрисой, и каждая учительница – актриса.

Я и грибы

Я очень любила собирать грибы, ходила без компаса, поэтому один раз в Селятино набрала полное ведро опят и вдруг увидела снизу до верху обросшее дерево. Бросила это ведро, сняла с себя комбинацию, сделала мешок и пошла обрезать грибы. Выхожу – ведра нет. Полчаса кружила по лесу. С Божьей помощью нашла. Иногда выходила только на шум машин с дороги или шум поезда. И только с Виталием ходили по компасу, но тогда уже не блуждали. Грибы он не любил, но ходил со мной за компанию. «Будь таким как я хочу» – эти слова отозвались мне сполна. При разводе он эти слова сказал – это была причина развода.

И, когда я бывала за границей, в чистейших лесах Германии, я смотрела под ноги, а не наверх. Но у них собирать грибы не принято. Когда я была в Трускавце с экскурсией, мы приехали к каменным столбам, через которые надо было пролезть (толстые застревали). Я в буковом лесу находила белые грибы и просила повара на кухне их отварить или пожарить. На второй, на третий день мне снятся леса, грибы и никакой заморский пейзаж не сравним с русским лесом. А когда я сломала ногу (в 1972 году), то врач посоветовал мне ходить по кочкам. Я пошла в Селятино, там были посадки молодых сосен. Через два года я уже забыла, где у меня был перелом. И к непогоде нога никогда не ныла.

Не помню, чьё изречение, то же по душе: «Всё есть яд и всё есть лекарство. Тем или другим их делает только доза». Это и к людям относится, к их характерам, к их поведению и к грибам. Это и есть жизнь, которую нужно прожить с достоинством, а не просуществовать.

Театр, кино, телевидение

К Новому 2022 году по телевидению на программе «Культура» показывали артистов кино. Ожили уже ушедшие от нас Александр Абдулов и Николай Караченцов. А также показали Тамару Сёмину, Геннадия Хазанова и Аллу Сурикову молодыми, начинающими артистами. У нас есть возможность вспомнить и, главное, увидеть их улыбки, их иронию, услышать тональность их речи. А нас, смертных, увидят только на фотографиях, в застывших позах, немыми (какая мысль тогда теснилась в твоей голове?). Ты умер, и кто-то тебя вспомнит. А если все родные ушли в мир иной, то… Тишина… А артистов вспоминают через… Вот почему в очереди на поступление в театральный институт сотни тысяч, а в очереди на педагога никого нет.

Добро улыбки, подаренное артистом помнится всю жизнь, а жертвенность учителя забывается. И только верующему и «аз воздам».

29 января 1921 года. Телепередача посвящена 100-летию создания Московской филармонии «Зачем нам музыка играет?». Вопрос, который меня волнует всю жизнь, т.к. слуха у меня нет. Ответ: «То, что у нас отнимает жизнь, нам возвращает музыка».

30 января 2022 года умер заслуженный артист Леонид Куравлёв. Почему, когда уходит из жизни артист, о нём сообщают по всем средствам массовой информации? Все программы передач пользовались одними и теми же фактами и словами. Освещение смерти всем на показ по всем каналам.

Последние 10 лет он не снимался, не знакомился со сценариями, которые ему приносили после ухода жены в другой мир. Жить ему не хотелось. А мы же сами делаем свой мир интересным.

Моя подруга, как и Куравлёв, закрылась от всех и сказала: «Да не хочу я ничего и жить не хочу». Легла, отвернулась к стенке и ушла. А я ещё хочу общения. Поэтому такие бездарные телевизионные программы меня возмущают.

Идёт по телевидению передача «Умники и умницы». Победитель поступает вне конкурса в МГИМО. Начитанных ребят из Ингушетии, Осетии, Татарстана! Вопрос об авторе книг Диккенсе и его современниках: ««Ярмарка тщеславия» – кто автор?». С третьей попытки узнают, что Теккерей. «Холодный дом» Диккенса, «Женщина в белом» Уилки Коллинз – кто их сейчас читает? Это примерно так же смешно, как ответы на Красной площади на вопрос: «Кто такой Ленин?». «Я скажу тебе с последней прямотой – последняя прямота и есть жанр», Ольга Кучкина. Вы заметили, что когда передают концерт из Ла Скала, Шенбрунна, Берлина, артисту выносят один букет. У нас же фигляру Киркорову – сотни букетов, да ещё и подарки. «Я как живу, так и пишу», Захар Прилепин. Я давно хотела людям высказать эту мысль. 25 января день рождения Владимира Высоцкого. «Спасите наши души, нам бермудно на душе». Вы помните то время, когда каждый день говорили о Бермудском треугольнике? Сейчас ни слова. Всё моё поколение выросло на песнях Высоцкого. И мы его, наверное, понимали больше других. Ни один поход туристический не обходился без его песен. А уж смысл других стихотворений раскрылся потом, когда разрешили его напечатать. Прошло уже более 40-ка лет со дня его смерти, уже и сын постарел на наших глазах. Уже не ломятся в музей Высоцкого, уже не идут толпы почитателей на Ваганьковское кладбище. Но, заходя к Есенину, идут к Володе, а, заходя к Володе, идут к Есенину. Уже поколение рэперов и данспола должны кричать «спасите наши души». Ведь талант сейчас совсем не ценится, ценится медийность. Десятки лет мелькаю на экране телевизора одни и те же звёзды и звёздочки. 40 лет звучит один и тот же шлягер. Один блокбастер сменяет другой блокбастер. А талантливые артисты умирают в одиночестве, не востребованными.

Жили-были два артиста: Андрей Мягков и Анастасия Вознесенская. Оказывается, он был талантливейшим артистом МХАТа, талантливым художником и писателем. А последнее время ролей у него было «с гулькин нос». Год назад он умер. Ровно через год умерла его жена. Зато во всех передачах появляется Роза Сабитова – телеведущая, «всемирно известная сваха». «По чесноку» разговаривает с женихом, требует еды и цветов, намекает на ремонт её коттеджа…

Цифровой век привёл к тому, что по улице идут люди, каждый – в телефоне или смартфоне.

Анонс передачи: будет показан культовый блокбастер «Ночной дозор» и «Дневной дозор». А когда-то показывали художественный фильм «Сердца четырёх». Чему мы научим наших детей?

26 января 2022 года. Передача о судьбе артиста Петра Щербакова. Когда-то он не признал свою дочь. Родной сын, уехавший в США, на похороны отца не приехал. Ведущий Корчевников говорит, что на том свете ему всё простится. А я думаю, что не простится. И отцу девочки не простилось – рано ушёл из жизни, в 63 года.

Взялась перечитывать Болеслава Пруста «Фараон». Тираж 2 миллиона экземпляров. На последней странице «С 1974 года Вторсырьё организовал сбор макулатуры. Вспоминаю: в Оружейном переулке, в пристройке к 3-х этажному старинному дому (сейчас офис) очередь на несколько часов. Сдаём макулатуру. Зато светит тебе серия Дюма, Агаты Кристи… А сейчас за эти книги по 3 рубля дают. Всё в электронном виде, вместо восторга – лайки. А тираж книг 100-200 экземпляров. «Когда ты взглянёшь на мир, ты сам увидишь, как он мал и безобразен» (из «Фараона»).

Глава 6. О ПУТЕШЕСТВИЯХ

Общество любителей экскурсий находилось у нас во 2-ом Ростовском переулке. И по ленинским , и по булгаковским, и по пушкинским, и по лермонтовским местам, и по Садовому кольцу я ходила и ездила очень часто. А потом на Пушечной открылось экскурсионное бюро по городам Золотого кольца, и я побывала в Суздале и в Боголюбове, и во Владимире, и Переяславле-Залесском, и в Сергиевом посаде , и в Туле, и в Пскове. Потом, когда вышла на пенсию, всё повторила с Обществом инвалидов, а ещё по монастырям с ними поездила. И только потом перешла на зарубежный туризм, а затем и морские круизы. Георгий Данелия: «В то время считалось, что каждый советский человек, который едет за границу, представляет не только себя , но и Великую Родину». Поэтому за границу я попала не сразу. Никаких кешбэков, свои кровные денежки, обменянные на валюту… А теперь по нашей Плющихе каждый день водят экскурсии в наш двор, и развили экотуризм, и придумали кешбэки- заманухи – кто клюнет, тот дурак. Есть и личные экскурсоводы. Очень хорошо зарабатывают. По ТВ я путешествую с Жанной Бадоевой «Жизнь других» и с изумительным Дмитрием Крыловым «Непутёвые заметки», и с «Поедим-поедем», и с «Ехал Грека»…

Приглашаю вас пропутешествовать со мной. Основные сведения вы найдёте в Википедии, а казусы и смешные случаи из жизни я раскрываю вам.

РОДНОЕ ПОДМОСКОВЬЕ

Два посада

Поса́д (также подо́л) – первоначально населённая людьми территория за пределами укреплённого княжеского, боярского или церковного поселения (кремля, детинца, монастыря).

Павловский посад

Город областного значения с Музеем русского платка и шали вырос из села Павлово.На городской фабрике сколько разнообразных трафаретов, сколько оттенков красок, основа шерстяная и шёлковая. Накупила… Не носила. Пришло время, когда модны были сумки, телогрейки, обитые этими платками. Вот свою чёрную сумочку я и обшила платком с розами…

Сергиев посад

Каждый раз, когда ехала на дачу, проезжала станцию, которая раньше называлась «Город Загорск» (в честь революционера), а потом вернули старинное название – Сергиев посад. Каждый раз в окно высматривала сине-золотой купол с крестом. Все верующие молились, крестились. Раза три была на экскурсии. И шапку Мономаха видела, и воду святую пила в жару очень холодненькую, и в Свято-Троицко-Сергиевской Лавре была, и читала про Сергия Радонежского – о его роли в истории Российского княжества. И в Успенский собор заходила, и Троицкий собор открывал перед нами свои двери. Троицкий монастырь был основан монахом Сергием, получившим прозвище Радонежского по названию удельного княжества, на земле которого был поставлен монастырь. Центром этого княжества был город Радонеж. Князь Дмитрий Донской перед битвой на Куликовом поле приезжал на благословение Сергия. В 1408 году, во время нашествия монголов, монастырь был сожжён и потом построен заново. Здесь хранятся мощи Сергия Радонежского, им и поклоняются верующие. Над его мощами возвели Троицкий монастырь. Называется он так потому, что в нём есть роспись Андрея Рублёва «Троица». Сейчас там копия, а оригинал находится во Владимире. В XVII веке обнаружили родник и над ним поставили часовню с колодцем, потом соорудили декоративную решётку с резьбой и росписью. Все верующие берут из колодца святую воду. И я тоже попробовала: обжигающе холодная. Колокольня XVIII века з-х ярусная, 42 колокола. Над 3-им ярусом – часы. По периметру – белая кирпичная стена с несколькими башнями, где хранились раньше хлеб, зерно, сено и т.п. В 1555 заложили 5-ти главый Успенский собор как памятник покорения Казани и Астрахани. Экскурсия продолжилась до вечера.

В 12-ти километрах от Лавры находится село Городок, где Церковь Сергия Радонежского. Заезжали в женский Покровский Хотьков монастырь. Удивил своими размерами.

А потом поехали в Гевсиманский Черниговский скит (церковь под землёй). Вернулись к обеду, в трапезную Лавры. Угощали нас монастырским постным обедом. Когда-то я посетила «Музей игрушки» в городе. Это дореволюционные игрушки, из царского наследия, и игрушки ранних советских времён, и зал игрушек разных эпох СССР.

Когда-то продала картину отчима «Моё родное Подмосковье» – деревянный домик, поленица дров и башни Загорского монастыря, 1952 года.

Звенигород

Дома висела картина: какой-то монастырь на взгорье, подписи не было. Но помню в детстве я ездила с отчимом в окрестности русской Швейцарии, и он писал этюд «Дорога в Саввино-Сторожевский монастырь». Я много раз отдыхала в санатории «Звенигород», бродила вдоль Москва-реки, собирала грибы на взгорьях высокого берега, но в монастырь никогда не заходила, была рьяной атеисткой. На пенсии с обществом инвалидов я впервые оказалась самом Саввино-Сторожевском монастыре. Заложен он был на горе Сторожи Преподобным Саввой. И поэтому мощи его хранятся здесь. Мощи сначала были в деревянной раке, а затем – в серебряной. Были мы в палатах царя Алексея Михайловича, т.н. царицыных. Я впервые видела икону Святого Пантелеймона врачевателя. Сохранилась роспись мастеров времён Андрея Рублёва. Были в Храме Пресвятой Богородицы, набрали святой воды. Оказывается, здесь был генерал Богарне в 1812 году. Пейзажную красоту этого района отобразил Левитан: «Тихая обитель», «Вечерний звон». Эти произведения написаны по впечатлениям. Коровин тоже рисовал эти места. А картину Этингера купила журналистка Элла Матонина, которая по моим архивам написала в журнале «Очаг» статью «Флакон французских духов «Coty»» и сагетировала меня сдать в архив музея Маяковского фото Лили Брик и бабушкины вещи для оформления уголка «Про это». Поэтому в журнале «Наука и жизнь» свою статью я озаглавила «Про это». А ещё нас ознакомили с монастырской жизнью, мы были в богодельне и в трапезной, и в магазинчике, где продавались монастыреские продукты: хлеб, творог, сметана, молоко и проч.

Санаторий «Авангард»

Предпоследняя станция перед городом Серпухов называется «Авангард» (узнала только сейчас, что был такой совхоз).

90- е годы. Проезжаем город Чехов – грибные леса. Выходишь с остановки, через два пруда направляешься к главному зданию санатория. В этих прудах живут две бобровых семьи. Рано утром ходила наблюдать за ними. При входе в здание – оранжерея с пальмами, монстерами и попугаями. Отдельно очень хороший бассейн, стадион настоящий, с беговыми дорожками и в маленькой избушке – глинолечение (лечила колено). Это было имение Воздвиженское. Аллея из высоченных туй, разваленная церковь (обещали восстановить), лес за 3 километра, полный грибами. Грибов приносили! Варила в кувшине с водой с помощью электрокипятильника. Увезла две 3-х литровых банки (помешенная на грибах). Конечно, в посёлке памятник погибшим во время войны солдатам, ухоженный.

Санаторий «Энергия»

Город Зеленоград (бывшее Крюково), санаторий «Энергия», бывшая усадьба Сушковых. Два пруда, где разводят карпа и за 500 рублей можно ловить, сколько хочешь. Один мужчина «угостил» меня карпом, кухня – поджарила. Баня и бассейн на 4 человека. Ходили по очереди. Впервые узнала, что такое пейнтбол. Команды съезжались из Москвы. А ещё была конеферма и загон. Я ходила подкармливать жеребят. Главный корпус был заброшен, разрушен. Восстановили ли?

Архангельское

Дворцово-парковый комплекс на берегу Старицы – притоке реки Москвы – под городом Красногорском, существует с 1646 года. Самая старая сельская церковь Архангела Михаила. Владельцы менялись: от Шереметевых к Голицыным, а в 1818 – дворец перешёл к Юсуповым, пережил французский разгром, видел Вяземского и Пушкина, Серова и Бенуа. В правом флигеле большого дома князь Юсупов – директор императорских театров – запланировал строительство театра. Но впоследствии театр был построен в новом здании по проекту архитектора Бове и знаменитого итальянского художника-декоратора Гонзаго, к западу от господского дома. Разрушался. Когда я была на экскурсии, здание театра было разрушено, о нём только упоминали и даже не показывали. Оказывается реставрировали его в 2019 году и первый спектакль дали в 2021. С 1937 года дворец был санаторием для военных. Т.к. я бывала в Версале 4 раза, то согласна с мыслью, что – это Подмосковный Версаль. В круглом зале основной усадьбы я узнала об альфрейной технике росписи потолка под лепнину. Парк, фонтан, скульптуры, арки, обвитые лианами и кустами, и прекрасный вид на реку…

«Дорохово»

Санаторий «Дорохово». Мечтала о нём со дня выхода на пенсию, а попала туда только в 80 лет. Это бывшее имение купца Красильникова. Главное здание отстроено вновь в стиле псевдоклассицизма. В господском доме всего 8 палат. В главном корпусе, на 1-ом этаже – регистратура, жилые комнаты, на 2-ом этаже – врачи и столовая. Но лестница в 3 колена и подниматься с больной ногой было мукой. Санаторий этот уже негосударственный, а частный. Но в клубе продолжалась та же активная культурная жизнь, о которой мне прожужжала уши Галина Михайловна. Рядом находились дома актёрско-писательского кооператива. Галина Михайловна постоянно рассказывала мне о концертах в доме культуры этого санатория, куда приглашались известные артисты, писатели (особенно о Людмиле Лядовой). Спуск к реке Руза занимал 120 ступеней деревянной лестницы. Я еле до главной аллеи доходила, куда уж тут 120 ступеней спускаться. Я даже не пошла на поляну ландышей, так сильно болела нога. В лечебном корпусе, к которому нужно было идти мимо пустующих волейбольного, баскетбольного и футбольного полей, на 1-ом этаже были водные процедуры и мелкие магазинчики, парикмахерские. А на ингаляцию надо было подниматься по крутой лестнице на 2-ой этаж. Зато в главном здании со стороны улицы были кафе-магазины, в которых продавалась молочка и мороженное, изготовленное по старым советским рецептам, и по советским ценам. Вкусно. Это было начало весны, и я наблюдала цветение всех знакомых мне подмосковных растений. Началось цветение ветреницы дубравной и кончилось цветением жасмина. Все люди приносили мне сорванные растения и узнавали их названия. Многие старушки подкармливали котят… И вдруг приехала машина… Осталось три кота. А посреди площади фонтан, и наблюдаешь как ведут себя голуби, и как собаки умудрялись остудиться и напиться… А туалетную бумагу кто-то экономил… Здесь я впервые попросила библиотекаря набрать на компьютере «Происхождение слова Данциг».

Санаторий «Подмосковье»

С другой стороны реки Рузы, на высоком берегу, находился санаторий «Подмосковье» – несколько корпусов 2-х этажных, и главный 10-ти этажный корпус. А столовая, зрительный зал, танцевальный зал и администрация находились в новом 3-х этажном доме. Забираться на 3-ий этаж в столовую была мука. Я, конечно, с больной ногой упросила номер в 2-х этажке на 1-ом этаже. Врачи – в отдельном корпусе, бассейн и баня не работали, ванны в отдельном корпусе. Попробовала лечить ноги в солёной рапе. Не помогло. Но здесь врач впервые обратила внимание на экстрасистолы и рекомендовала Бисопролол. С этого дня с нарушением ритма я не имею проблем, и благодарна Наталье Ивановне. В отдельное кафе привозили мороженое в стаканчиках за 18 копеек. Каждый день мы сидели там в жару. Брала в библиотеке книги, садилась на лавочку на высоком берегу, подомною река Руза, луга, пасущийся скот, сбоку какое-то дачное селение. Футбольное поле внизу, под горой, и на одной стороне его заброшенный яблоневый сад. Это был август, в яблоках я не нуждалась.

Руза

По выезде на автобусе с территории санатория, по одну сторону дороги были домишки, огородики, по другую – сплошные 2-х – 3х метровые заросли борщевика, плодоносящего. Это растение ядовитое, прикосновение к его огромным изрезанным листьям вызывает страшнейших ожог с волдырями. Заброшенные пашни, неумелое прекращение обработки почвы привели к массовому заселению земель Подмосковья этим врагом.

2022 год. Для садоводческих хозяйств издан закон – появление на участке этого растения грозит большим штрафом.

Эра профсоюзных санаториев плакала. Сейчас у нас эко-туризм за свои деньги.

Экскурсия в город Руза. Первое упоминание в 1328 году при князе Калите. На берегах реки Городнянки и Рузы. Старая Руза и Новая Руза объединились в Рузский посад при Дмитрии Донском. Пережили много пожаров, храмы горели до основания, были под французами, под поляками. Выстроили торговую площадь (сохранилась масса купеческих домов). Собор Воскресения Христова был построен при Петре I и горел и разрушался несколько раз. Был построен по проекту М.Ф.Казакова Храм святого великомученника Дмитрия Солунского. Во время войны город очень пострадал, но постепенно восстанавливается.

Митино

Это когда-то была не Москва. Муж, как участник Афганской войны, после долгих мытарств получил однокомнатную квартиру в Митино, на улице Барышиха. Несколько только что выстроенных домов, а вторая сторона улицы – деревянные домики с садами, впереди пруд, а в дали строился новый квартал. Это был 1996 год.Из окна раскрывались дали. Это была окраина Москвы. Ландшафтный парк Митина хранит память с XII века. Пинегинский пруд – искусственный, вырытый на территории селища. После моря я побрезговала туда идти. Речушка Барышиха петляет среди зелени и кварталов. Здесь было городище, и археологи находят осколки посуды и орудия землепашества вятичей. В 1991 году были найдены новые курганные могильники и в них хрустальные, сердоликовые, горно-хрустальные бусы и височные кольца из серебряной проволоки. С 2000-го года, после развода, я больше там никогда не была.

Кузьминки

Когда я работала в 39-й школе на улице Юных ленинцев, отдыхать уходила на Кузьминский пруд и видела в разрушенном состоянии усадьбу Дурасовых. В парке разрушенные вазоны и скульптуры. Пруд был давно нечищенным. В возрасте 80-ти лет я там была с экскурсией. Видела восстановленный Храм Влахернской Божией матери в Кузьминках. Усадьба XVIII века, подаренная (дача) Петром I Строганову и принадлежавшая семье Дурасовых до революции, пострадавшая от пожара 1812 года, была в идеальном состоянии. Пруд с беседкой был центром развлечений. Недалеко находилось село Капотня, где крестьяне коптили рыбу. Потом там был построен нефтеперерабатывающий завод. А недалеко – село Вешняки, ставшее Вешняковским районом Москвы.

Фирсановка

Построил центральные бани в Москве купец Сандунов. Они горели, а следующий владелец Фирсанов реконструировал их. Внутри были картины, хрустальные люстры, золотые шайки, мебель из дорогих пород дерева. Когда во владение банями вступила Вера Фирсанова, на Театральной площади за Малым театром, Хлудовы построили более фешенебельную баню, напоминающую дворец, и она стала называться центральной баней. Двое владельцев бань соревновались в роскоши. Сандуны снова горели и были восстановлены только при советской власти. А хлудовские – национализированы. Владелица Сандуновских бань и Петровского пассажа и почитательница таланта Лермонтова, Вера Фирсанова, обладала имением Средниково (сейчас Середниково) неподалёку от платформы Фирсановка. В саду каждый год цвела сирень. Это единственное имение, где на территории был установлен памятник Лермонтову. Рядом с усадьбой расположен посёлок, известный как посёлок санатория «Мцыри». Книга Людмилы Третьяковой «Сирень» – о владелице этого имения, в котором росло очень много сирени. И сейчас эта традиция сохраняется.

Озёры

На Оке находится знаменитый санаторий, где лечат костно-мышечную систему. Не захотела я видеть инвалидов, и мы купили путёвки в пансионат «Озёры», а на лечение ходили в их ванны. Это было начало зимы. Однажды просыпаемся, и могучие голубые ели все в шапках снега. Красотища! Река Ока широкая в этом месте, судоходная. Поехали на экскурсию в город Озёры. Видели старинную церковь 1851 года. На рынке увидела те шоколадные конфетки, которыми меня угощала Мария Васильевна всегда – это «Фундук в шоколаде». На фантике я видела слова «Озёрская кондитерская фабрика». Город очень провинциальный. «Прихватизация» уничтожила два завода – хлопчатобумажный и машиностроительный. Население города в основном в санатории работало.

Новый Иерусалим

Это достопримечательное место расположено на реке Истра. Новоиерусалимский монастырь включает в себя Воскресенский собор, который создан по образу и подобию храма Гроба Господня на Святой земле. Там я бывала в школьные годы. Помню только толстые стены и прогулочные галереи, полуразрушенную крышу над ними, входные ворота и разрушенный храм (изразцы облетели, кирпич крошился) – это следы войны. Долгое время это был и храм, и музей.И только в 1959 году началось восстановление храма. Внутрь не пускали. Впервые услышала о патриархе Никоне. Монастырь стоит на холме Сион, как и в Иерусалиме. А на другом холме расположена Голгофа. Последний раз я была в этих местах на экскурсии с инвалидами. Внутри почти всё было отреставрировано. Гробница патриарха Никона стоит пустая. В кувуклию (внутреннюю часовню с узкин входом, где стоит гроб Господень) я не заходила, т.к. уже побывала на экскурсии в Иерусалиме. Воскресенский собор сказочный: приземистые башенки с золотыми куполами опоясаны изразцами. Шатровое завершение украшено несколькими ярусами окошек. Всё это напоминает мавританский стиль в архитектуре, и только белокаменная колокольня выполнена в русском стиле. Раньше здесь был и музей, но сейчас в 15-ти минутах ходьбы от монастыря открылся «Новый Иерусалим», куда переехали экспозиции и фонды.

Петрищево

Была ещё со школьниками, т.к. культ Зои Космодемьянской поддерживался властью, были организованы экскурсии по местам боевой славы. Музей-изба, где вещи Зои: дневник, табель и проч., – рассказ экскурсовода, виселица, где была казнена комсомолка 29.11.1941 года в подмосковном Петрищево. 29.11.2021 года к 80-летию подвига молодой девушки открылся реконструированный расширенный мемориальный центр под названием «Зоя». Зоя – в переводе с греческого, значит жизнь. В 18 лет её жизнь оборвалась, чтобы другие жили.

Волоколамск

«И всегда будут жить 28

самых храбрых твоих сынов»

Город стоит на реке Истра. Его название произошло от 5-ти километрового волока на водном пути из Новгорода в Москву и Рязань. На высоком холме расположен Кремль с собором Воскресения Христова XV века и Никольским собором XIX века. В новом боковом здании – копия Исторического музея города Волоколамска и сувенирный магазин. Производит впечатление высоченная пятиярусная колокольня. Этот город – слава нашей Родины. Во-первых, с колокольни были сняты часы и перенесены на здание Речного вокзала. В 2022 году их реставрировали и в апреле здание вокзала готовят к открытию. Во-вторых, фашисты стояли под Москвой на Волоколамском шоссе. Город был сдан, но люди не сдались. С 16 по 26 октября 1941 года панфиловцы не дали фашистам достигнуть Москвы. Это было под деревней Дубосеково, где пали 28 героев. Руководил фронтом маршал Рокоссовский.

В 30-ти километрах, в деревне, находился домик моего ухажёра – Анатолия Фёдоровича. Его дочка – Юля – заехала за мной. Сели за стол, достал бутылку водки, сделал мне предложение, отказалась, набрала белого налива, выкопала около туалета несколько кустов малины, размером со сливу, – прижилась. У меня была самая крупная малина на участке. Поехали на экскурсию в Иосифо-Волоколамский мужской монастырь.

В подклети церкви в 2001 году нашли мощи святого Иосифа. В дальнейшем они были выставлены для поклонения.

Я была первый раз в действующем монастыре. При входе пришлось надевать чужую юбку, чтобы не было видно голых ног, и чужой платок на голову. Это меня удивило. Восхитила чистота, убранство церкви, территории, обилие роз.

На обратном пути мы проезжали через полуразрушенные здания бывшего полотняного завода. И я удивилась, почему его не восстанавливают. Дальше мы попали на какую-то усадьбу, где был санаторий, и стоял бюст Пушкина.

Александров

В 1989 году я купила садовый участок между городом Струнино и городом Александров. В Струнино была фабрика, производящая хлопковое волокно. В 90-е годы прошлого века закрылась, довели до разрушения.

В городе Александрове главной питательной жилой был Радиозавод. В 90-е закрыли. Народ оказался безработным, мужики ринулись в секьюрити. Пятичасовые утренние электрички были полны. Мужики – охранники, бабы – в санитарки МОНИКИ – больницы, расположенной в Медведково. Обратно- с полными сумками пищевых отходов для свиней и кур. Весь металлолом и «металлолом» (украденные изгороди, посуда, радиаторы и памятники) – всё оказывалось на территории Механического завода. Так народ выживал. У вокзала был огромный магазин «Гастроном» и недалеко – рынок. Раз в неделю мы ходили за молоком, яйцами, свежим мясом. Так как нас быстро обокрали, то я узнала, что в центре города находится отделение милиции и народный суд. Три года воришка отдавал по пятёркам долг за сворованную дублёнку и корейскую пуховую куртку. Спрятала этот долг и, когда наступил обмен денег, забыла куда.

Второй раз Виталий оставил в доме на огромном финском календаре запись для воров: «Брать больше нечего». Однако, какой-то беглый солдат, оказывается, зимой прожил в нашем доме. Он добавил к Виталькиной записи: «Старик прав!». И после, когда приходили новые воры, они соглашались и делали новые (свои) записи. Этот календарь висит на том же месте. Однако, нас перехитрили. Много позже собираем мы смородину с Виталием. Вдруг я замечаю из-за кустов, что из веранды выходит молодой человек.

«Что вы здесь делаете?», – спрашиваю я.

«Я хотел хозяев спросить как пройти на Пушкинскую улицу…».

Посылаю Виталия в дом, кошелька с деньгами, с афганским билетом, военным билетом, паспортом нет. Виталий белый как смерть. Бежим в милицию, а это 2-3 километра…

Я рассказываю всем в садоводстве о краже именно у участника Афганской войны. Слухи передаются через участок. И вдруг нам приносят эти документы хозяева и рассказывают сказку, что нашли за забором. Оказывается, их сын подговорил своего друга обокрасть москвичей.

Сходили мы с Виталием в Александровскую слободу… Через лет 20 я была на экскурсии с обществом инвалидов в Александровской слободе. Всё было неузнаваемо красиво, чисто. Александров – это была загородная резиденция русских царей, начиная с Василия III (1505 год). Кремль из деревянного превратился в кирпичный. На 17 лет этот дворцово-храмовый ансамбль – Кремль – превратился в столицу русского государства (1564 год). Здесь была создана опричнина, функционировали приказы, проходил приём послов, заключались договоры, функционировала библиотека (исчезнувшая), развивалось печатное дело. Александровская слобода являлась в течение нескольких лет резиденцией Ивана Грозного, т.к. он удалился из Москвы.

Из семени клёна у калитки появился всход. Я его сохранила. Все 30 лет он поднимался всё выше и выше. Это мой клён.

Читаю Метлицкую «Женщина, кот и собака»: «клён у калитки стройный, с пышной кроной, сверкающий самыми разноцветными листьями – жёлтыми, охряными, красными… Клён горел, переливался на прохладном осеннем солнце». Вспоминаю как осенью я долго смотрела на этот клён и любовалась им. Говорят, что сейчас сломана и калитка, что он стоит в одиночестве.

А мы с Виталием купили велосипед и на второй день поехали в комиссионный магазин. Оставили его у входа… Велосипед исчез. А уж все наши железные изгороди и столбы оказались на пункте приёма металлолома. Выдержала, не сбежала.

Санаторий «Истра»

Зима. Кроме вещей, везу с собой лыжи. Речушка рядом, от неё – мост, на взгорке – усадьба Мамонтова, полуразрушенная, а дальше – дорога в санаторий Имени Чехова, где когда-то отдыхала моя мама. Все корпуса заселены армянами. Прямо – дорога в посёлок, где раньше были пионерские лагеря. Новый год. Ни один не функционирует. Вы поняли, в какие годы я была там? Все пионерские лагеря запущены, разрушаются.

А вправо от моста – на лыжах в лес и к святому источнику. Набираю водички и по берегу речушки, вдоль зарослей чёрной ольхи, к обеду возвращаюсь в санаторий.

Покровское-Стрешнево

С платформы «Покровское-Стрешнево» мы ездили на биологическую практику в Павловский посад, станция называлась «Деревня Нахабино». Усадьба Покровское-Стрешнево в русском стиле принадлежала Михаилу Романову и Евдокии Стрешневой, а потом их сыну – Петру Стрешневу. Располагалась она на берегу реки Чернушки. А другие усадьбы эта семья строила на берегу реки Химки, притока Москва-реки. Сейчас эти усадьбы в разрушенном состоянии, и никто их не реставрирует. И здания привокзальных касс уже не существует.

Там была кирпичная оранжерея, где выращивали ананасы, гранаты, персики, цитрусовые, т.к. из-за границы ещё фрукты в Россию не завозили в больших масштабах. Вот эту оранжерею в мае 2022 года хотят открыть, она полностью реставрирована. В имении бывал Лев Николаевич Толстой, т.к. его жена, Софья Николаевна, – родственница Глебовых. Там происходило ухаживание.

Последними хозяевами усадьбы были Глебовы-Стрешневы.

На сегодняшний день началась реставрация парковых скульптур и бюстов.

Три пляжных места – бывшие деревни

Фили

В Филёвский парк доезжали на трамвае до конечной остановки, пробегали лесопарком до крутого берега, садились на 5-ю точку или ложились и скатывались по песку до пляжа. Потом построили деревянную лестницу. Там проходило летнее время, если я не была в пионерском лагере. Москва прирастала пригородами, Фили стало Москвой.

Рублёво

От Киевского вокзала на автобусе два раза добиралась в деревню Рублёво, чтобы узнать какой там пляж. Пологая местность, дикий пляж, а за спиной – очень красивый сосновый лес. Название связано со словом «вырубка», со строительством водонапорной башни, снабжающей Москву чистой водой. Место получило городское значение и вошло в Кунцевский округ. Пляж так и не оборудован.

Серебряный бор

Далёкий от меня, но самый фешенебельный был пляж в Серебряном бору. Для этого надо было и на метро ехать до Полежаевской, и на троллейбусе № 43, и ещё пешком идти мимо прудов и правительственных дач, каждая из которых – произведение искусства, советское имение. Пляж песчаный, оборудованный, мелкие точки общепита. А рядом – Татарово, будущее Строгино. А на высоком берегу реки, в лесу, была видна правительственная дача. Когда возвращались обратно, у пруда на эстраде можно было послушать музыку – тогда был моден джаз.

Ерино

Санаторий от атомной промышленности. По роскошной еловой аллее метров 300 идёшь к старому главному корпусу – это бывшая усадьба под Подольском. Внизу столовая только для этого корпуса, палаты огромные, 3-4 метра высотой, медицинская часть и танцевальный зал. А сбоку пункт, откуда сгружают на машины минеральную воду Ерино. Слева лечебный корпус новой постройки с огромным бассейном, уютным, тёплым. На 2-ом этаже большой физкультурный зал. Это были 90-е годы. У гардероба торговали бижутерией, трикотажем и т.п. Нас поселили в 2-х этажный новый корпус со своей столовой. Это были квартиры на две палаты, плюс туалет и душевая. Под балконом собака сучка родила 11 щенят. Можете представить, какой был сон. Водолечебница стояла поодаль, при выходе с территории. Впервые увидела в лечебном учереждении шашлычную на улице. За территорией начинался спуск к реке по лесу. На организованной экскурсии на лодках переправились через реку и оказались перед уникальной церковью с одной главой в виде короны. Имение Дубровицы принадлежало князю Б.А..Голицыну. В господском доме при первом моём посещении мы увидели лаборатория НИИ животноводства, в 2000-ом году там уже был ЗАГС. Храм Знамения Пресвятой Богородицы в Дубровицах уникален, возведён в 1690 году итальянскими зодчими, приглашёнными Б.А.Голицыным, воспитателем Петра I. При его освящении лично присутствовал Пётр I. Восьмерик на четверике, высокий цоколь. Высота купола 42 метра, его венчает корона. Фигуры апостолов, ангелов и евангелистов – из белого камня. Четыре закруглённых лестничных входа. Весь фасад украшен резьбой с растительным орнаментом в стиле явного подражания архитектуре католических соборов. Впервые итальянский стиль сочетался с русским и был назван голицынским барокко. Церковь в Дубровицах – жемчужина России. При первом посещении мы видели только реставрационные работы. Во время экскурсии с Обществом инвалидов мы зашли в действующую церковь – очень уютную, очень чистую. В ней и католики, и провославные могут преклонить свои колена.

Бекасово

Это уже двухтысячные годы, путёвка в пансионат платная и на сколько хочешь дней. Места, куда я в юности ходила за грибами. Но больные ноги сейчас даже не позволили в лес зайти. Это пансионат для родителей с детьми. Досуг для детей потрясающий. На втором этаже – столовая (по лестнице ходить было очень трудно). Выбор блюд огромный, вкусно так, что можно проглотить язык. Вино, пиво и 100 г водки бесплатно. Фрукты, печево – с избытком. Соки – любые, бери сколько хочешь. Здание, где боулинг, библиотека (для меня), бассейн и кафе, где можно днём бесплатно выпить пиво с сушками и баранками и наесться бесплатного мороженого. На улице – шезлонги, гамаки. Дальше по дорожке к месту, где вечером можно жарить шашлыки целой компанией, под тентом – теннисная площадка. А далее – коттеджи на семью (всё от «Лукойла»), огромная бесплатная стоянка для машин. Вторая территория – бывший дом отдыха «Бекасово» – находится в километре от главного корпуса, дома бревенчатые. Огромный пруд, на сваях помост, рядом палатки с водой и соком и чудесный парк. Первый раз 3 дня была на майских праздниках, второй раз приехала к 1-му сентября. Новое административное здание уже было введено в эксплуатацию. Днём было очень шумно , т.к.организовывались детские игры, вечером звучала джазовая музыка, но посещаемость была нулевая. Недалеко, оказывается, – военный плац Алабино, и по вечерам раздавались странные звуки. А в Алабино в юности я ходила за грибами, зная, что там военная зона.

Переделкино

Автобусная экскурсия с инвалидами в Дом-музей Пастернака. Ещё была жива его родственница и огород, который заложил сам Борис Леонидович. Про остальные дачи (Корнея Чуковского, Иванова, Симонова, Евтушенко) я прочла позже в книге Гончаровой «О Переделкино». Оказывается, уже старухой, Лиля Брик снимала дачу у Ивановых и жила у них на 2-ом этаже. Раиса Белоусова, моя тёща, самородок-писательница, за 5 лет до моей экскурсии через «Союз писателей» была в Переделкино в бывшем «Доме творчества писателей». «Дом творчества писателей» приказал долго жить. Поехали на Переделкинское кладбище, к могиле Пастернака и других известных писателей (Чуковского, Тарковского, Рождественского, Евтушенко).

Остафьево

В советское время отдыхала в санатории «Аксаковские зори», принадлежащем Министерству транспорта. Блочный дом, семиэтажный – карточный, слышимость! Паркет ходуном ходит. Но я собирала грибы, готовила их на двух кирпичах, кастрюльку привезла из дома… А рядом была усадьба Остафьево, заложенная Вяземским, перешедшая Шереметевым. Усадьба была центром литературной Москвы тех времён. Её отреставрировали. Там бывали Самуил Маршак, Ильф и Петров. Усадьба Остафьево «Русский Парнас» – имеет статус музея Федерального значения. В ней сконцентрирована мебель XVIII-XIX веков и восстановлен изначальный интерьер залов. А если дальше от неё идти, то можно дойти до санатория «Русь» и «Голубая волна». Но добирались мы до них с мужем с Речного вокзала на катере до пристани «Осташков». Я впервые оказалась на таких водных просторах. Это было начало сентября, я ещё купалась… Простой санаторий, а еда была домашняя, изысканная, в горшочках. Квасу не жалели, компоты подавали в кувшинах.

В соседнем санатории «Голубая волна» была лекция об Анне Герман. Первое, самодеятельный лектор – будущий писатель – впервые собрал материал об этой певице. Второе, пошли с мужем на взгорок, в лес. Вдруг вижу – на придорожных берёзах какие-то бородавки. Сковырнула.Это были нарождающиеся опята. Приходили каждый день, собирали от копеечных, 2-х копеечных, 3-х копеечных, 5-ти копеечных до «лопухов». Недалеко от корпуса была строительная яма, а в ней торчал металлический прут. Виталий догадался, что на него можно повесить ведро, под ведром развести костёр и варить грибы. Мыли грибы в ванне. Посоленные с лаврушечкой, душистым перчиком, смородиновым листом и укропом, перекочёвывали в пластмассовые бутылки со срезанными верхушечками, завязывались в пакеты. На автобусе Виталий доезжал до станции «Лобня», по Савёловской дороге до станции «Москва», на метро – до дома и прятал всё в морозилку двухкамерного холодильника. Приехали домой, и у меня разыгралась язва, и грибы мне есть нельзя, а их 30 бутылок. Пришлось выйти к магазину на Плющихе и всё продать.

Имение «Глинки»

Станция «Монино» по Ярославской дороге – самое древнее имение сподвижника Петра I Якова Брюса. Слово «дача» вошло в обиход со времён Петра I: давал участки, дать, дача. Усадьба Глинки изыскано декоративна. Построена из кирпича и белого камня в стиле Петровского барокко, затем переделана в характере елизаветиского барокко. После своей отставки Яков Брюс занялся наукой. Его эксперименты привели к слухам о колдовстве и Брюса называли самым великим колдуном. Был огромный регулярный парк с липовыми аллеями. Поэтому в советское время был открыт санаторий Монино, а сейчас меценаты восстановили и главный дом, и флигели, и старинный парк. В главном доме – музей.

Поленово

«Поленово» – государственный мемориальный историко-художественный и природный музей-заповедник художника Василия Поленова в Заокском районе Тульской области, на правом берегу Оки, в бывшей усадьбе Борок.

По проектам В. Д. Поленова в усадьбе построены главный дом, мастерская художника «Аббатство», флигели, службы, а также расположенная в 2 км от Поленова в селе Бёхово Троицкая церковь.

Студенческий поход в Поленово. Тогда рядом с усадьбой были Дом отдыха Большого театра и разрушенная церковка. А в 2016 году с группой пенсионеров я посетила обновлённый музей. Искупались в Оке, поплавали на катере до Паустовско-Цветаевской Тарусы, посетили полувосстановленную церковь (в 2022 году она полностью восстановлена).

У Мариенгофа: «Мы сегодня живём на даче под Нижним, на высоком окском берегу. На вёрсты – сосновый лес. В августе сосны скрипят и плачут». Я два раза отдыхала в Поленово, именно так плачут сосны.

Тогда там были луга и поля, а сейчас на пологом берегу раскинулся город Таруса, а дальше – Протвино – центр физической биологии и Обнинск – центр ядерной физики. Здесь куются протонные ускорители и андронный коллайдер – будущее науки.

А дома – картины Этингера, моего отчима, карандашом и углём «Алексинские баржи» (картина 1949 года). По Оке перевозили уголь и дрова. И две картины – поленовские места. 1-я – вид на Тарусу с высокого берега, где музей. 2-я – «Ока» 1951 года, часто выставлялась на выставку и была продана.

У деревни Крюково

«У деревни Крюково погибает взвод» (Марк Фрадкин, 1974 год).

Бывший посёлок Зеленоградский 42-го километра Ленинградского шоссе был свидетелем защиты Москвы от фашистских полчищ. На братской могиле благодарные потомки поставили вначале деревянный памятник. И я была ещё там с учениками, когда памятник был ещё деревянный.

Ногинск

До 1930 года – Богородск, на реке Клязьма. В отличие от Дмитрова на Русской возвышенности, Ногинск расположен на низменности – это было село Рогож. Иван III подарил его сыну, Василию III. Храм Николы Чудотворца как в любом городе, Екатерина II, Отечественная война 1812 года, город занят французами. Основа производства – текстиль, шёлко-ткацкие фабрики Елагина (будущая Шёлко-ткацкая мануфактура фабриканта Саввы Морозова). Город интересен старообрядческим хором. В этом городе главным художником Драматического театра работал друг, Иваново-Вяземский земляк моего отчима Павел Богданов. Здание этого театра – постройка 1915 года.

Наро-Фоминск

Была в походе с учениками. Поход был по местам боевой славы. Село Фоминское на реке Наре упоминается с 1339 года. В 1654 году, при Алексее Михайловиче, уже упоминается как городок. а как город он основан в 1840 году. Стелла же была поставлена в 1976 году. Город награждён орденом Отечественной войны. Руководил боями Ефремов. Улица рядом с моей первой школой называется улица Ефремова. В 2007 году городу присвоено звание воинской славы. В 1812 году там побывали французы. и через Старо-Калужское шоссе, обманув Кутузова, ушли на Смоленск. А я там оказывалась, когда ездила за грибами под Нару.

Бородино

В избе Кутузовской на Можайском шоссе (ныне Кутузовском проспекте) я была в детстве, т.к. дядя Ума Данциг жил напротив. Потом избу превратили в Музей-панораму «Бородинская битва». Два раза её реставрировали. Была оба раза. Впервые видела диораму, захотелось посмотреть Бородинское поле. Все военные действия описаны у Толстого в «Войне и мир». Как большинство женщин, я пропускала страницы с военными действиями. Зато ревела над сценами Наташи и Николая, Наташи и Сони, над сценой смерти Николеньки, не могла поверить, что Наташа превратится в домашнюю клушу. Столько в ней было заложено от природы волшебства, ума… И вот я оказалась пред этим полем. Взглядом его не объемлешь. Это поле – история двух отечественных войн. Поле сражения – 110 кв.км, на нём более 200 памятников. Теперь – это военно-исторический музей, единственный в мире. Ежегодно на Бородинском поле проводятся театрализованные военные действия. В 2022 году праздновали 210-летие Бородинской битвы.

Малоярославец

Ярославец Боровской был переименован в честь четвёртого сына Ярославля. Статус города получил в 1485 году. Видел Наполеона, был почти полностью разрушен. Стоит памятник М.Кутузову. Есть женский монастырь, и мы были на древнем городище вятичей. Теперь это город районного значения Калужской области. Бывала в нём, когда ездила за грибами по Киевской дороге.

Клин

Давно у меня была книжка «Чайковский в Клину», и, наконец, в 70-летнем возрасте я побывала в этом городе, в его доме. Пётр Ильич преподавал в московской консерватории, очень уставал и искал приют и уединение. в 1892 году на окраине города Клин, в окружении лесов и полей он нашёл дом, где прожил до смерти, испытав покой и удовлетворение. Здесь были сочинены и «Щелкунчик», и «Пиковая дама», и «Пятая симфония», и «Шестая симфония», увековечившие его память. Брат его, Модест Ильич, создал музей. В советское время, в пристройке создали музей Танеева, его ученика. Кстати, его покровительница Надежда Филаретовна фон Мэк – старшая дочь Столыпина. В этом городе стали проводить Международный фестиваль искусств П.И.Чайковского. В 2023 году будет 130 лет со дня смерти великого композитора.

Мураново

Потомственное владение четырёх родственных семей, родовое дворянское гнездо было превращено в литературный музей им.Фёдора Тютчева. Здание 2-х этажное, построенное по индивидуальному проекту Баратынского, стоит на взгорье, впереди открывается роскошный вид. В советское время там жила семья сына Тютчева, и они сохранили всю обстановку дома. Поэтому в 1920 году Ленин издаёт указ о создании первого литературного музея. В покоях старинная мебель, музыкальные инструменты, портреты. На кухне – медная посуда, старинные сервизы. В каждой комнате – свежие букеты. Здесь бывали и Гоголь, и Мамонтов, Аксаковы.

«Умом Россию не понять,

Аршином общим не измерить:

У ней особенная стать —

В Россию можно только верить».

Ф.И.Тютчев

Абрамцево

Ехали до Сергиева Посада и потом повернули к берегу реки Вори, притоку Клязьмы. Когда-то этим местом владел писатель С.Т.Аксаков. Вспомним «Записки охотника», «Аленький цветочек», «Семейные хроники». У Аксакова гостили Тургенев, Гоголь, Тютчев, актёр Михаил Щепкин, Гоголь читал главы второй части «Мёртвых душ». С 1870 года усадьбой площадью 50 га владел Савва Мамонтов, русский промышленник, меценат. При нём это был маленький культурный центр, где находили приют и работу художники А.Репин, М.Врубель, В.Васнецов, А.Васнецов, Василий Поленов, Елена Поленова, В.Серов, К.Коровин, И,Левитан и певец Фёдор Шаляпин. В самом доме – анфилада комнат, среди которых выделяется кабинет Аксакова (Мамонтов скупал вещи той эпохи в комиссионках) и красная гостиная с выходом на открытую террасу, где проходили музыкальные вечера. Все комнаты увешены портретами династии Мамонтовых, гостей, но самая знаменитая картина – это «Девочка с персиками» Валентина Серова. Это была дочка хозяина, Верочка Мамонтова (а персики выращивались в своей оранжерее). В другом здании была организована мастерская резьбы по дереву и керамическая мастерская. Майоликой занимался Врубель, а кудринской деревянной резьбой занималась Елена Поленова. Местные деревенские ребята бесплатно обучались этим ремёслам. Наибольшее впечатление на меня произвела маленькая церковь по проекту Василия Поленова. Церковь называется Спаса Нерукотворного. Виктор Васнецов написал икону «Спаса Нерукотворного».

Но больше всего меня поразила печь в церкви, выложенная изразцами. Рядом с церковью похоронены двое детей Мамонтовых – дочь Верочка и сын Андрей. Все восторгаются «Избушкой на курьих ножках», созданной по проекту Виктора Васнецова. Парк тремя террасами спускается к реке. А ещё есть красивейший пруд. В парке стоят две каменные бабы, привезённые из-под Харькова. Во время войны в Абрамцево был госпиталь, об этом напоминает памятник. До сих пор там отдыхают и работают художники. Мой отчим писал там картину «Серый день на Воре». Купил её Айги, сын чувашского поэта, на выставке в Доме национальностей. А эскиз «Пруд в Абрамцево» висит на стене.

Горки Ленинские

С учениками 589 школы, когда я была совсем ещё молодая, я была в походе «По Ленинским местам». Усадьба с колоннами в Вышних горках, по Павелецкой дороге, была построена в конце VIII века, и разбит регулярный парк. Последняя хозяйка – Зинаида Морозова. В советское время использовалась как служебная дача для правительства. Последние два года В.И.Ленин был прикован к ней, здесь он и умер.

Музей-усадьба и Музей Ленина были организованы в 1949 году. Туда были перевезены вещи и мебель Владимира Ильича из кремлёвской квартиры. А в усадьбе демонстрируют быт зажиточного купечества, устраивают художественные выставки…

Мой отчим, Владимир Гаврилович Этингер, написал картину «Горки Ленинские» в 1959 году.

Выросло поколение, которое даже не знает, кто такой Владимир Ильич Ленин. Поэтому не думаю, что в Музей Ленина такая же масса посетителей, как в советское время.

Марфино

Усадьба Голицыных, Салтыковых, Паниных – богатая подмосковная Европа – претерпела ряд разрушений и реконструкций. Я там была в 60-х годах в санатории, недалеко от станции Лобня. Кроме Церкви Рождества Богородицы, грифонов и чаши фонтана я ничего не запомнила. Церкви этой с 1701 года уже более трехсот лет. С 1585 года это место использовалось как хозяйственная усадьба, вплоть до XVIII века. Граф Салтыков преобразовал свою усадьбу в богатую подмосковную Европу, благодаря нанятому для этого архитектору Быковскому. Сохранились караульные башни, две псарни, театр, каретный двор, но в разрушенном состоянии. Новые владельцы Панины реконструировали дворец, фонтан и вновь отстраивали разрушенные здания. Но т.к. всё построено из кирпича, вода его подмывает и Рыцарский мост, и многие постройки вновь разрушаются. Но, когда ты смотришь на него, видишь средневековую Англию. На 13-ти га разбит парк. Усадьба меняла многих хозяев и при советской власти Сейчас в главном корпусе – военный санаторий. А названо это место в честь погибшей дочери Марфы Голицыной На стене Дворца Средневекого Рыцаря сохранился мальтийский крест. Всё было в удручающем состоянии, но церковь Рождества Богородицы, мостик через пруд, скульптуры грифонов, полу-разрушенная чаша фонтана – всё напоминало о русской старине. Была организована экскурсия на фабрику лаковой миниатюры в село Федоскино. Это миниатюра по дереву. Брошечку я потеряла, а шкатулка со Снегурочкой хранится и в ней – мои кольца. Лаковой миниатюре уже 220 лет.

В этой усадьбе было отснято более деяти фильмов: «Дворянское гнедо», «Крестоносец», «Яды, или Всемирная история отравлений», «Совй среди чужих, чужой среди своих» и другие.

Дулёво

Производство фарфоровой и фаянсовой посуды было организовано на месте Дулёвской пустоши в 1832 году Терентием Яковлевичем Кузнецовым (на древней чашечке его инициалы). Его сын, Матвей Терентьевич, продолжил дело отца и организовал товарищество по производству фарфоровых и фаянсовых изделий. Женщин в основном звали Агафьями, поэтому и изделия звали Агашки. Расписывали кистями или просто пальцами. В 1902 году Дулёво стало поставщиком дворца его величества. В 1918 производство национализировали. В 1937 – Парижский гран-при, в 1958 году – Брюссельский гран-при. С 2012 завод и магазин при нём находятся в частной собственности.

На экскурсии мы были свидетелями всего процесса производства: засыпки исходного материала в печь, формовки, обливки, закалки, приклеивания ручки к чашечке, нанесении рисунка, снова обливки, снова закалки – всюду работал конвейер. Потом были в музее. Я узнала две своих чашечки. Кто хотел, купил современные изделия Дулёво.

Гжель

На реке Гжелка, где очень много глины, с середины XVII века, со времён Алексея Михайловича, для нужд аптекарского дела стали обжигать посуду. Ломоносов оценил эти глины. Постепенно возникали заводы, изготавливающие посуду для русского быта. Глины были: серые, белые. С 1829 года перешли на фарфор, закупали. В 1945-1949 гг. перешли на кобальтовые краски на белом фоне. Одно время все увлекались Гжелью. На Арбате, за диетическим магазином, под аркой, знаменитая Ирина хорошо нажилась на продаже «именных» скульптурок, самоварчиков, рыбок для икры, ежевичниц для варенья, ваз. Всё до сих пор у меня. Потом напротив Театра кукол открылся фирменный магазин «Гжель», но изделия были не авторские. Время увлечения Гжелью прошло, что стоило тысячу, стало рублями. Но иконостас в Храме Успения Богородицы села Гжель, выложенный гжелью, запомнился мне на всю жизнь.

Жостово

Жостово находится недалеко от Мытищ. По дороге зашли на дачу какого-то писателя, жена которого разводила павлинов, и это было ярчайшим впечатлением. А у изгороди увидела пыстырник, вообще-то это сорняк, но и самое лучшее успокоительное средство, лучше валерьянки. Набрала, насушила. На Жостовской фабрике, организованной с 1825 года братьями Вишняковыми, до сих пор продолжается роспись жестяных подносов, альбомов, шкатулок из папье-маше, портсигаров и брошечек. С довоенных времён у нас был чёрный поднос для чайных церемоний, расписанный розовыми и красными пионами. Заржавел. Новый белый поднос заржавел за несколько лет.

ГОРОДА РОССИИ
Санкт-Петербург

До Петра I столицей Московского княжеств и России был город Москва. Россия мужала с гением Петра. На болотистых местах он заложил город, который впоследствии стал называться Санкт-Петербургом. Размером он был не больше пределов Садового кольца Москвы. Болота мостились, острова (Заячий, Васильевский, Петровский) превращались в районы. И только Нева не меняла свой взбалмашный характер. Наводнения в городе были не только при Петре, но и в 2022 году. Пётр I перенёс столицу из Москвы в Петербург. Город строился как крепость, окружённая с трёх сторон водой. При строительстве города народу погибло тысячи, как говорят «город на костях». Город менял названия: был Петербургом, Петроградом, Ленинградом, Санкт-Петербургом. России необходим был северный выход к морю. До города Читы дорога занимала три года. Вот насколько обширна наша страна. Зимняя резиденция Петра I – Зимний дворец, а летняя – Петергоф – летний (охотничий) домик Петра. Адмиралтейство было заложено тоже Петром I. Петропавловская крепость, Кунсткамера заложены тоже Петром. В них я была в студенческие годы и в годы глубокой старости. Я только поступила на биофак и осуществила своё первое путешествие в Ленинград. Кроме прямизны улиц (после наших кривых семи Ростовских переулков) меня удивили длина Невского проспекта, обросшего старинными домами и экспонаты Кунсткамеры: волосатая женщина, женщина-лилипут, мужчина-гигант, а среди заспиртованных экспонатов – младенец с горбом на спине, в котором зачатки второго человека.

В Этнографическом музее впервые увидела предметы быта папуасов и множества других малых народов.

По совету знакомых я остановилась у старушки на улице Некрасова в бывшем доходном ломе, где на 15 комнат (семей) была одна кухня и один туалет. Так жили советские люди после войны. С погодой я не рассчитала, поехала в капроновых чулках. Пока рассматривала все дома на Невском, заходила в знаменитый книжный магазин в доме Зингера (владельца швейных машин Zinger). Долго этот магазин был закрыт, и только в ноябре 2022 года к его столетию он был открыт. А в меховом магазине шапку было купить легче, чем в Москве. А в кондитерском магазине купила коробочку вафель «Пралине» и набор шоколадных конфет «Северный медведь». Посетила Гостиный двор.

В следующий раз в студенческие годы посетила Эрмитаж и Петропавловскую крепость. На улицах удивило большое количество рюмочных. Съездила в Гатчину, ещё полу-разрушенную, но основные залы во дворце видела и привезла набор открыток. Гатчина – это любимое место Павла I. Была в Аничковом дворце и парке. Церковь Покрова на крови напомнила мне Покровский собор на Красной площади своей сказочностью, мозаичностью, яркостью. Храм был возведён на месте убийства Александра I народовольцами. Тогда он не был открыт. А в 1991 году, когда я была в Ленинграде с мужем, собор был уже отреставрирован. И заиграли мозаики в исполнении Нестерова и Бруни и иконы Беляева и Харламова.

Конечно, была на крейсере «Аврора», тогда ещё это было доступно. Останавливались мы у Марика Данцига (Бриллианта) на Торжковской улице, рядом с Чёрной речкой. И, конечно, посетили место дуэли Пушкина с Дантесом и возложили цветы. Т.к.мы второй раз с мужем везли уже его студентов на экскурсию, то, конечно, посетили Петропавловскую крепость, посетили Казематы, дождались выстрела пушки и прошли в Петропавловский собор – место захоронения рода Романовых. Были также в здании Смольного института благородных девиц. До сих пор по телевидению выступают женщины – жёны белогвардейцев, – покинувшие Россию в 1922-1924 годах. Девяносто-сто-летние не утратили как внешнего благородства, любви к православию, к заветам предков и, самое главное, любви к русскому языку. И детей своих, и внуков своих воспитали патриотами России. Здание Смольного сейчас является резиденцией губернатора Санкт-Петербурга. Следующий раз меня потянуло в этот город с Аллой. Остановились мы опять у Марика. Уже Марика нет в живых, а Алла каждый раз вспоминает, как сердечно нас принимала его семья. Знакомились со скульптурами, с театрами, были в Русском музее. В ночь на Новый год город был изумительно украшен иллюминационными снежинками, но в сторону к Александрийскому столбу на Дворцовую площадь двигались миллионы таджиков, киргизов. И не одного русского – все русские сидели по домам. В следующий раз мы с мужем решили посмотреть фонтаны в Петергофе. Конечно, удивил Самсон, залезали в грот-пещеру. А любопытны были маленькие потешные фонтанчики. Посетили Летний дворец Петра, который после смерти Петра I стал музеем, помочили ноги в реке. А Большой дворец был создан по проекту Растрелли. Запомнился Тронный зал с портретами Петра I и Екатерины I, Анны Иоановны и Елизаветы, и молодой Екатерины II, гарцующей на лошади. В основном этот зал был отреставрирован при Екатерине II. Поразила Белая столовая: огромный стол, около 2- х сот предметов веджвудского сервиза (автор Веджвуд), огромная белая скатерть. Обеденный церемониал, заведённый Екатериной II, длился несколько часов. Придворный Храм Петра и Павла ещё не был отреставрирован. Только в 2011 году вступил в строй.

Посетили Царское село. Там в Галерее Камерона на 1-м этаже была первая в Советском союзе выставка интима (карты, картины «ню», фаллосы, женское бельё, подвязки, предметы женского и мужского туалета и т.п. Галерея 2-х этажная, на 1-ом этаже предполагались бани (термы), второй этаж держится на 44-х колоннах. Там есть висячие сады, где раньше разводили сирень, розы, нарциссы и тюльпаны. Но т.к.Екатерина II уже полнеющая не захотела подниматься по лестнице, был устроен (пандус), прообраз современных Потом пошли к Чесменской колонне, возведённой в честь победы России над Турцией в 1870 году, у большого пруда. По пруду можно было кататься на лодках. У лодочной станции был большой стог сена. Я так устала, что проспала в нём часа два. Царское село теперь называется город Пушкин. Специально поехали, чтобы посмотреть Царскосельский лицей, где учились Пушкин, Пущин, Кюхельбеккер, Дельвиг. По приказу Александра I было заложено образование мальчиков с 6-ти летнего возраста для подготовки из них учёных и военных мужей России. 19 октября 1811 года – это день, когда собирались выпускники лицея. Пушкин посвятил ему стихотворение, которое называется «19 октября» (по новому стилю 31 октября):

«Друзья мои, прекрасен наш союз!

Он как душа неразделим и вечен —

Неколебим, свободен и беспечен

Срастался он под сенью дружных муз».

Это было единственное учебное заведение, где были запрещены розги.

Перешли в основное здание Большого Екатерининского дворца. Поразил сочетанием белого, голубого и золотого. Построен по приказу Екатерины I в 1717 году, перестроен Екатериной II в 1752 году архитектором Растрелли. Вид очень торжественный. Во время войны сильно пострадал (представлены фотографии разрушенной янтарной комнаты и Дворцовой церкви). Янтарную комнату восстановили только в 2003 году с помощью немцев, Дворцовую церковь – только в 2019 году. Последний раз, уже Санкт-Петербург, я ездила с инвалидами на Пасху от Речного вокзала на автобусе. Остановки для личной гигиены были только через 3 часа. Возникали проблемы. По приезде остановились в гостинице. Через 2 часа отдыха отправились в Исаакиевский собор. Экспозиция отреставрирована. Это одновременно и памятник культуры и церковь. Признан Главным Кафедральным собором России. Возведён при Николае I (архитектор Ринальди) в стиле позднего классицизма как крест. Венчают здание 5 глав в стиле русского православия. Возведён в честь Исаакия Далматского. Три алтаря. Главный алтарь возводил архитектор Монферран. Там живописный иконостас включает живопись, мозаику и скульптуру. Поражает разнообразие облицовочных камней: 10 колонн из уральского малахита и две колонны из афганского лазурита. Вспомнилась «Хозяйка медной горы» Бажова, я побывала в сказке. Над иконостасом Исаакиевского собора «Христос во славе».

Затем отправились к памятнику Петру I на Сенатской площади, автор итальянский скульптор Фальконе. Памятник вылит из бронзы, хотя называется «Медный всадник» по Пушкину. Змея под копытами вздыбленной лошади – образ зла и мракобесия. «Россию поднял на дыбы» (А.С.Пушкин). Оттуда пошли на берег Мойки, к дому № 12. Подошли к Пушкинскому дому, который называется Мемориальный музей-квартира А.С.Пушкина. Её он снимал с сентября 1836 года по 10 февраля 1837 года. Когда я была первый раз, музей был закрыт на капитальный ремонт по 1987 год. А в 2000-х годах я уже увидела и эти книжные полки, и этот диван, на котором он умирал. В 2022 году в Литературном музее Москвы его директор Бак организовал выставку «Пушкин и Даль». Оба – служители русского слова. Даль был автором Толкового русского словаря, где, оказывается, не только описание, но и рисунки делал. Он был мореплавателем и врачом. И рану Пушкину обрабатывал он. Пушкин снял перстень-талисман и подарил его другу (хотя встречались они всего 4 раза). Потомки Даля сохранили его, и он представлен на этой выставке. У меня есть книга Василия Гроссмана «Записки Д,Аршиака» 1947 года, где подробно описывается вся обстановка до дуэли и сама дуэль. От долгого употребления эта книжка разлетелась на отдельные листочки.

На другой стороне Мойки располагается Юсуповский дворец. С 1830 по 1917 годы им владело 5 поколений Юсуповых, самых богатых людей России. Это одно из 57 их владений. Здесь осуществился заговор по устранению Распутина, духовника царицы. Другое владение я обнаружила на прогулке в Москве, когда делала операцию на глаза в клинике Гельмгольца в Большом Харитоньевском переулке дом 21, строение 4. Красно-белый кирпич, красивая ограда вызвали у меня интерес. Оказалось, что это московское владение Юсуповых. Я записалась на экскурсию, но узнала, что он принадлежит Академии сельского хозяйства и почти не реставрирован. А в Петербурге это здание дворца связано с убийством 17 декабря 1916 года Феликсом Юсуповым Распутина. Не будь его, история России пошла бы по другому пути. Поразили: парадная лестница, банкетный зал с белыми колоннами, обилие портретов, зелёная и синяя гостиные, а в саду-оранжерее – живые попугаи.

Нашла стихи про Петербург:

«Пусть по правую руку плывут по земле

Пётр Великий, Растрелли, Орбели, Тарле,

Как фантомы отрады причальной,

А по левую – светит огнём колдовским

Коллонада таможни росстральной.

Пусть плывёт, в анемичной дрожа синеве,

Дом учёных с химерами на голове

Двуединым светильником жизни.

Пусть выходят дворцы на старинный парад

И атланты Египта на страже стоят

Цитадели регистра Отчизны.

Пусть по левую руку сверкают мирам

Телевышка, Мечеть и Фортеции храм,

Откликаясь текучим движеньям».

(Из книги «Воздух Петербурга» Натальи Гранцевой, 2018 г.)

Александро-Невская Лавра расположена на востоке Невского проспекта. Заложена была Петром I в честь победы Александра Невского над шведами в 1240году. Разрушалась, восстанавливалась… Как мужской монастырь действовала с 1797 года. Впоследствии было построено несколько церквей и место стало некрополем. Самым красивым мне показался Фёдоровский корпус и церковь – красный кирпич, белые решётки на окнах, похожие на кружево. Красива также надвратная церковь с иконой «Всех скорбящих радость» и Свято-Троицкий Собор тоже производит неизгладимое впечатление. Здесь расположено несколько кладбищ, которые называются Некрополь. Можно увидеть могилы Фонвизина, Ломоносова, Витте и Натальи Ланской (Гончаровой) – жены Пушкина. На Тихвинском кладбище – Достоевский, Карамзин, Жуковский, Чайковский и могила Александра Суворова. На Никольском кладбище – могилы новых мучеников: Анатолия Собчака и Галины Старовойтовой.

Когда слушала передачу об Иосифе Бродском, лауреате Нобелевской премии по литературе, то был упомянут Фонтанный дом и Музей Анны Ахматовой, куда после смерти Бродского были переданы его вещи. Дом на Фонтанке был построен при Петре I. Из деревянного он постепенно превратился в каменного красавца. Вплоть до революции владели, перестраивали, реставрировали этот дом потомки графа Шереметева. А Анна Ахматова жила в нём почти 30 лет. Сейчас там Музей музыки и учреждения.

Смотрю по телевизору военно-морской парад из Санкт-Петербурга. Показали Неву с неспокойным характером, крутым нравом: именно во время парада ей захотелось взволноваться. Опять нахлынули воспоминания.

Под Санкт-Петербургом есть город Павловск. В нём отреставрировали музей – Дворцово-парковый ансамбль. Перед музеем расположен бронзовый памятник Павлу I. Это была его летняя резиденция, но он предпочитал Гатчину и подарил своей жене, Марии Фёдоровне. Кроме Дворцового ансамбля Дворцовый парк занимает 600 га, создан в английском и регулярном стиле. История связана с именем Екатерины II, которая подарила своему сыну Павлу I это владение в честь рождения внука – Александра I. 50 лет главное здание строили и перестраивали архитекторы: и Камерон, и Кваренги, и Росси, и Андрей Воронихин. Покои мужские и женские были симметричны, от середины, где располагались танцевальный и приёмный залы. Во время войны ансамбль был почти полностью разрушен, но восстановлен одним из первых к 1970 году. Прогулялись по лесопарку, помочили руки в пруду и поехали в Москву.

Озёра в Ивановской области

Озеро Великий Иван, санаторий «Голубые озёра». Озеро, закат, небо красное, отражается в красной воде. Конца не видно, километры впереди. Лодки… Договорилась с рыбаком, продал судака. На кухне поджарили. Само здание на берегу озера Великий Иван, в округе – сосны. Все, у кого повышенное давление, были отправлены обратно в Москву. Рядом с забором – частное владение, плодоносят яблони, хозяев по будням нет – воровала яблоки. Через несколько участков бывшая медсестра держит корову и козу. Впервые попробовала козье молоко. Через день покупала по литру молока. Подружилась с хозяйкой и помогала ей на огороде, т.к.библиотеки в санатории не было, а без дела я не могла находиться. Поселили в комнате с Жанной. Узнали с ней, что недалеко клюквенные болота. Там, где моя дача, тоже в сторону Киржача местные ходят за клюквой. И вот на Озёрах я впервые увидела как эта клюква растёт. Только начали собирать, пошёл первый осенний снег…У Жанны астма, выпивает. Спать было трудно. Но она оказалась человечком. В дальнейшем я ездила к ней на дачу за грибами под Талдомом, навещала её дома на улице Ганушкина, когда она болела. Любимый сын был в Германии, и невестка его никогда не отпускала к матери.

Санаторий «Берёзовая роща» под Покровом, Владимирская область

На автобусе от метро станция «Щёлковская» с остановкой у «Медвежьих озёр» доехали до санатория. Спальный корпус новый, а лечебный – старинная изба с прогнившим полом. Сумела взять путёвку для матери и ребёнка, и взяла с собой Галю Сокольникову. Она спортсменка, играла в бадмингтон, настольный теннис. А я лечила ногу. За столом в столовой с нами сидела мама с мальчиком, который учился в кадетском корпусе. Впоследствии Галя отдала своего внука в кадетский корпус. В лесу было полно черники и брусники. Пошли за урожаем, пошёл снег. Но всё-таки набрали. А если от автобусной остановки на шоссе проехать 4 километра, то вы попадёте в роскошный СОВМИНовский санаторий «Вольгинский». Эдик, муж Гали, был капитаном дальнего (дальневосточного) плавания, хорошо зарабатывал. Они купили дом за забором санатория Вольгинский, уступили квартиру на Осеннем бульваре младшей дочери, деревенский дом превратили в коттедж, питались едой из санатория.

Санаторий «Белое озеро»

амый фешенебельный, от «Лукойла» санаторий Владимирской области, за городом Гусь-хрустальный. Здание 17 этажей, внизу – огромная приёмная, бассейн, физиотерапевтические процедуры. Во-первых, огромные коридоры, по двум сторонам – комнаты, но перегородки тончайшие. В соседней комнате две женщины заходили в комнату в 24 часа ночи и два часа не прекращая говорили. Никакие беруши, никакие подушки помочь не могли, да я ещё заболела и три ночи не спала. Конечно добилась отселения в другую комнату, там никого не заселили, и я «царствовала» одна. Поразило, что с детьми – на том же этаже, крик, топот. Второе, вкусно кормили, быстро – никогда не ждали. Третье, на территории – большие отстроенные павильоны (Ивановский трикотаж и бельё; гжель; хрусталь из Гусь-хрустального). «Богему» никто не берёт, а Гусь-хрустальный «гонит» свой хрусталь. В кинотеатр надо было идти в отдельное здание. По субботам и воскресениям – рынок, где сало всех видов, курица всех видов, огурчики и помидорчики солёные, домашний сыр и хрусталь, и полотенчики, и носовые платочки, и варенье, и квас домашний, и самогон. Все довольны. Но природа! Озеро рядом, в 40-ка метрах, из под снега торчат черничные и брусничные кустики с ягодками, и белочки рядом и бесконечные кормушки для птиц, и 2 бездомных кота, и лыжня вдоль всего озера (лыжи бесплатно), но ноги…

Переславль-Залесский

Город существует с 1152 года, основан Юрием Долгоруким как восточная столица Руси. Сейчас находится в Ярославской области. В гербе города рыба ряпушка, сейчас занесена в Красную книгу. Из-за этой-то рыбы я и поехала на экскурсию. В городе встречает нас памятник Юрию Долгорукому. Александр Невский родился в этом городе. Пётр I здесь строил потешную флотилию – это было началом русского военного флота. Сохранились: Кремль, Красная площадь, ботик Петра Великого. Это копия, а оригинал давно, ещё с царских времён, находится в Санкт-Петербурге, у набережной Невы. Впервые увидела такое огромное Плещеево озеро. Его название связано со словом «клескать» (плескать). После экскурсии в «Седьмом континенте» я купила себе коробочку копчёной ряпушки. Дорого, но мило. И однажды поймала в рыбном отделе свежую ряпушку. Когда я жарила, мне показался огуречный вкус. О Петровской флотилии см. Воронеж. Переславль-Залесский, как и Новгород, Суздаль, Владимир, входит в Золотое кольцо России.

Калинин (Тверь)

Была знакома с очень романтичным пареньком, Борисом, намного моложе меня, увлекающимся Гумилёвым, Эдуардом Багрицким, Павлом Коганом. Тогда была модна песня на слова Павла Когана:

«Надоело говорить и спорить,

И любить усталые глаза…

В флибустьерском дальнем синем море

Бригантина подымает паруса…

Пьём за яростных, за непокорных,

За презревших грошовый уют.

Вьётся по ветру «Весёлый Роджер»,

Люди Флинта песенку поют».

Это поколение ребят было чистым, потом уж появились хиппи, девочки-путанки. Борю призвали в армию, часть находилась под городом Калинин. Он пригласил меня, чтобы показать этот город. Впоследствии город был переименован в старинное название Тверь. В городе была крепость, которая использовалась населением в борьбе Ростовско-Суздальского княжества с Новгородским. Узнали об этом из берестяных грамот, найденных в 1985 году. В городе был Кремль, у стен его располагались посадские ремесленники как и в Москве. В XIII-XIV веках он был центром борьбы с татарским игом. Ремесленники занимались обработкой металла. При Екатерине II был построен Путевой дворец (архитектор Казаков), а при Александре I – переделан архитектором Росси. Здесь Карамзин читал Александру I свои произведения. Улицы строились по типу трезубца как в Париже. Центральная улица Миллионная (был собран миллион рублей с населения), при мне называлась Советская. Знаменита Белая Церковь и 3-х главая Церковь Успения. Гуляла по набережной Волги, я ещё успела побывать в городе, который по 1990 год назывался Калинин.

Ярославль

Мой муж родом из деревни Черняево под Ярославлем. Впоследствии его мама перебралась в город, и мы приезжали к ней в однокомнатную квартирку на 1-ом этаже. Жила она бедно – на хлебе и молоке. Предыдущие жёны моего мужа её никогда не знали, а я привозила продукты, сахар, приглашала в Москву и принимала в Москве. Она отработала бухгалтером, но говорила: «Я шла шоссой». Квартира Виталию не «светила». Его младший брат, Саша, жил в квартире своей жены, был настоящим пьяницей. Виталий же – «белая ворона» – в рот капли спиртного не брал. Вот так в одной семье. Младшего не стало в 60, а Виталий всё ещё живёт. Бабушкина квартира досталась племяннику. Племянница Виталия вышла замуж за известного футболиста команды от Ярославского шинного завода «Химик» и уехала в Германию. Так деревенская Ярославская семья вышла в люди.

Как-то поехали мы в эту деревню, на его родину. Бабка Виталия по наследству имела большую деревянную избу с подклетью, где хранили сено и весь урожай. Однажды мимо деревни проходил цыганский табор, и «цыганский барон», Тихонов, остался в этом доме. Так пошла цыганская кровь в этой деревне. Когда мы приезжали, «цыганским бароном» считался старший дядя Виталия. Виталий говорил: «Когда-то и я стану «цыганским бароном»», – так и случилось. Рассказывал мне Виталий про кулачные бои в Ильин день: улица шла на улицу. Сын Виталия женился на дочери Раисы Белоусовой – писательницы («Записки на лифчиках», «Блондинка за рулём»). Все неполадки с воспитанием внучки и правнуков она объясняла двумя словами: «Цыганское отродье». А в это время мы купили участок. Я записывала под диктовку календарь посадок, особенности подкормки овощных растений. Выкопали мы 10 кустов малины – это была наша первая посадка в Александрове. В следующие приезды пришлось брать с собой и знакомить с бабушкой Виталиного сына, Рому. Когда Виталий служил в Кушке, перед Афганскими событиями, женщина Валя родила ему ребёнка. Первая жена вынуждена была согласиться, чтобы отец его записал на себя. И вот с Ромой мы уже отправились на экскурсию по Ярославлю. С набережной мы видели речной порт. На набережной увидели ту беседку, которая упоминается Н.А.Островским в «Бесприданнице» и снята в одноимённом фильме. На том берегу видны были лесочки перемежающиеся с маленькими селениями. Впереди – место слияния Волги и Которосли, называемое стрелка.

Город Ярославль был основан в князем Ярославом Великим в 1012 году. Городу 1010 лет – старше Москвы! Герб города – всем известный медведь, стоящий на задних лапах. Были мы в Кремле, на Красной площади, в Спасском монастыре, где был обнаружен 1-й список «Слова о полку Игореве». В смутные времена здесь был Лжедмитрий II, и основан Казанский Собор. Во времена Петра I строились полотняные мануфактуры на берегу Которосли. Там возник фабричный центр города, и до сих пор промышленность именно там. Были в музее иконы. Эти иконы из иконостаса Спасского Собора Спасо-Преображенского Монастыря. Меня поразил образ Смоленской Богоматери. В другой приезд я была с Виталием в театре им.Волкова – это первый в России общедоступный театр, в котором мы смотрели пьесу «Идеальный муж». Знаю, что долгое время этот театр был на реставрации и упомянули о нём только в 2022 году. В следующий приезд мы лазили на Звонницу, высотой 32 метра. Весь Ярославль как на ладони.

Рязань

В этом городе мы побывали по пути в музей Есенина в деревне Константиново. Сохранились Рязанский Кремль с Успенским собором, Соборная площадь, Новобазарная площадь носит название Ленина, Мясницкая – носит название Горького, Хлебная – Маяковского. В городе развита промышленность. И проезжали военное училище связи. А на Площади Победы установлены мемориальные доски. Уехали в Константиново. По дороге – остановка в лесу, места грибные…

Тула

Оружейное дело в Туле заложил Пётр I. И до сих пор военно-промышленный комплекс расположен в этом месте. И тульские самовары, и тульские пряники – гордость этого города. Он считается центром ружейных ремёсел и металлообработки, даже улица Металлистов есть. Возник он в 1146 году на Средне-Русской возвышенности, на берегу реки Упы, притоком которой является река Тула. Тульский Кремль – памятник XVI века – ни татарами, ни поляками, ни Лжедмитрием, ни фашистами не был взят. Каменным он стал в 1514-1521 гг. Город-герой. В 1941 году фашисты были отбиты от границ города.

В 14-ти км находится имение Льва Николаевича Толстого Ясная Поляна. В нём я была на отдельной экскурсии. Имение было куплено дедом Н.С.Волконским, а уже перестроено самим Львом Николаевичем. Здесь он прожил около 50-ти лет и написал «Войну и мир», где образ деда и методы его воспитания были взяты из реальной жизни. И «Анна Каренина» написана здесь же. Образ Левина напоминает самого Льва Николаевича Толстого. Он слышит рост травы, для него деревня – место радости, страдания и труда, он на стороне крестьян. Толстой там создал школу для крестьянских детей и только в 1910 году в поисках своего Бога покинул дом и ушёл в сторону Оптиной пустыни, но заболевает и останавливается в доме сестры. Похоронить он себя завещал в лесу, на берегу оврага, где в детстве искали «зелёную палочку». На этом месте я, конечно, была. Когда музеем заведовал его внук, было принято собирать родственников со всего мира на съезд Толстых в Ясной Поляне. На зиму Толстые уезжали в Москву. В Дом-музей Толстого на Пречистенке и в Московскую деревянную усадьбу на улице Льва Толстого, рядом с Пироговкой, я ходила неоднократно. Оказалось, что все герои его произведений списаны с родственников.

Во время войны Ясная поляна очень пострадала. Из 22-х тысяч книг осталось мало, пришлось снова восстанавливать библиотеку. В Музее только подлинная обстановка. И блуза Толстого подлинная.

Воронеж

Город флотской славы, расположенный на левом берегу Дона.. В этом городе я была два раза. Первый раз – где-то в 80-х годах. Город , где Пётр I заложил русскую флотилию. Видели старинную верфь. И поразило меня, что город на холмах и на одной из его площадей была выставка военной техники. Тогда ещё не было Музея Победы на Поклонной горе в Москве, а был только Музей Советской армии, перед входом в который стояло несколько орудий. А здесь дети лазают по орудиям – для меня это было удивительным. И ещё для меня представлял интерес поиск дома, где когда-то жил поэт Алексей Кольцов:

«Ах ты, степь моя,

Степь привольная,

Широко ты, степь,

Пораскинулась,

К морю Чёрному

Понадвинулась!».

Оказывается, это была улица Большая дворянская, нас подвели к дому № 44, и во дворе рассказывали о нём. Прожил он всего лишь 33 года, а «Светит солнышко на небе ясное» и «Раскинулось Чёрное море» и «Не свети ты, ночь» пели, поют и будут петь, особенно донские казаки. Сейчас эта улица переименована в площадь Революции, а музей находится в другом здании на улице Плеханова. В музее позже появилась экспозиция о Бунине. А уже в году 2000-ом я снова была на экскурсии в этом городе, снова видела эту судоверфь. А далее мы поехали на правый берег Дона, в район Костёнки, где в 1879 году были обнаружены первые поселения древнего человека – это были зачатки палеонтологического музея. Слово «костёнки» от слова «кости». Там находили кости кроманьонцев, неандертальцев, мамонтов, человека разумного и орудия его труда. Сейчас, в 2021 году, – это огромный современный Археологический музей-заповедник. В нём ведутся исследования о происхождении человека.

Ко Дню Победы по телевидению выступал Воронежский хор донских казаков. Звучали все песни Кольцова:. «Просим милости к нам песни Севера петь».

Псков

В Пскове русское средневековье сохранилось очень хорошо. Расположен он при слиянии рек Великой и Псковка. Известен Новгородским вече 1500 года, именем Александра Невского – и памятник ему и Церковь Александра Невского. Троицкий собор велела построить княгиня Ольга (ей было видение). Сейчас при раскопках в районе Троицкого Собора обнаружили украшения княгини Ольги, основоположницы этого города. По телевидению показали и луг цветущий, где когда-то, много веков назад, был её дворец.

В нём роскошный иконостас с иконами Псково-Покровской Богородицы и Троицы. Снетогорский монастырь (Снятая гора) известен чёрными фресками XIV века, с которых начиналась псковская иконопись. Икона «Страшный суд» известна всему миру. Он на холме, который называется Святая гора и известен своими пещерами, где оборудованы кельи монахов. Тогда я впервые увидела монахов. В другой раз через Псков я посетила Пушкинские горы – это Пушкинский заповедник, включающий в себя Михайловское, Петровское, Тригорское.

Я купила путёвку на турбазу. В комнате 8 человек, туалет на улице, столовка, но изумительные виды, интереснейшие экскурсии. Тогда директором Пушкинские горы был знаменитый Гейченко Семён Степанович. Мы его видели в саду.

Тригорское

В усадьбе Осиповых-Вульф была хозяйкой Осипова Прасковья Александровна, с двумя дочерьми которой был дружен Пушкин, он часто проводил с ними время. Отец девочек был литератором. Там была большая библиотека и прекрасная окрестность. В парке видела дуб и златую цепь на дубе том. Сидела на пушкинской скамье.

Михайловское

Это имение матери Пушкина, Надежды Осиповны Ганибал, куда Пушкин был сослан в 1824 году на 2 года за вольнодумство. Домик маленький, обстановка небогатая. Удивил письменный стол, за которым работал Пушкин, и гусиное перо. Прижизненный дом Пушкиных горел и восстанавливался вновь. Вещи собирались из других усадеб, тем более посуда и книги (по спискам). Во время войны фашисты здесь были, но дом не тронули. А Святогорский монастырь был обстрелян, и пямятник Пушкину накренился и позднее был реставрирован.

Петровское

Это имение самого Ганибала – деда Пушкина – арапа Петра Великого.

Река Сороть, протекающая там, и 5 озёр во время таяния снегов заливали всю местность, и Пушкин безвыездно сидел в Михайловском с няней, Ариной Родионовной, домик которой сейчас восстановили полностью.

Я вспоминаю берёзовую аллею, по которой с турбазы мы двинулись на экскурсию к пушкинским владениям, скромное внутреннее убранство пушкинских комнат. Здесь Пушкин написал поэму «Цыганы», обдумывал план драмы «Борис Годунов». Здесь он встречался с лицейскими друзьями: Иваном Пущиным и Иваном Малиновским. В основном было одиночество. Здесь он встретился с Анной Керн, и посветил ей стихотворение:

«Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолётное виденье,

Как гений чистой красоты».

Святогорский монастырь в Пушкиногорье, где похоронен великий поэт, сейчас относится к Музейно-ландшафтному комплексу «Пушкинские горы».

У меня дома 4 тома произведений Сергея Довлатова, и, конечно, я прочла «Заповедник» (мне не понравилось, слишком много юмора и мало о памяти Пушкина). А я была больна Пушкиным, т.к. в 1947 году дядя Ося (писатель Константин Осипов, Ося Куперман – кузен мамы) подарил мне толстенную книгу «Пушкин», 1947 г. издательство «Советский писатель», подарочное издание к 100-летию со дня смерти поэта.

Калининград

Бывший город Кёнигсберг. На Потсдамской конференции в 1945 году был присоединён к Советскому союзу. Город расположен в заливе Балтийского моря и на берегу реки Преголы. Через реку перекинуто 8 мостов. Я была у Кафедрального собора, связанного с именем Иммануила Канта, – это стиль кирпичной готики. Во время войны он был почти полностью разрушен. Сейчас там большой концертный зал с двумя органами и, конечно, служба для католиков. В здании оборонительной башни расположился изумительный музей янтаря. И размеры камней поразили, и окрас от прозрачности как слеза до цвета яичницы. Ну и, конечно, обработанные изделия из янтаря. У меня был огромный камень не обработанный. Пока я его давала мастерам, в результате получила большую брошку, которую потеряла, серебряное кольцо с огранкой «маркиз» (за работу отдала мастеру половину янтаря). Осталось маленькое круглое колечко.

КАВКАЗ

Адлер

Однажды в студенческие годы я отдыхала в санатории «Адлер». Он был расположен на высокой горе и надо было преодолеть 102 ступени, чтобы попасть на пляж. Эта бывшая болотистая малярийная местность была преображена человеком. Там было создано хозяйство «Южные культуры». Лечебные ванны находились в Мацесте. Это были иловые грязи, обогащённые сероводородом. Река Псоу граничила с Абхазией. Адлер и Лазаревское, и Головинка сейчас входят в состав города Сочи.

Сочи

Отсюда была организована экскурсия на известнейший водопад Мужские слёзы и озеро Рица. На автобусе пересекли низменную часть Сочинской области, устье реки Бзыбь, табачные поля, лавровые рощи, виноградники, и начался подъём в горы. Видно было массу пчелиных ульев, заглянули, попробовали мёд. Серпантин, крутые склоны. А здесь же проходила война, и как военные пересекали эту местность! Поднимаемся всё выше, растительность меняется: лиственные леса, знакомые широколиственные растения, всё обвито лианами, плющом и ломоносом, колючая ежевика и травы с колючими шарообразными головками. Достигаем озера Рица: сине-синяя гладь, вода холодная. По берегу сплошные шашлычные. Попробовали шашлык, и, во время передыха, поднялись на маленькую вершинку, чтобы на полянке поваляться. А кругом уже – ели и сосны. Хвойные живут уже в холоде. И даже секвойные были и араукарии, можжевельник, туя, кипарисы. Спустились. А т.к. купалась под холодными струями водопада, то у меня началась лихорадка. На следующий год в частном секторе я снимала койко-место у грузин на балконе. На пляже ногу негде было поставить. При мне строился концертный зал города Сочи, где сейчас проходят все фестивали и конкурсы.

Конечно, была я и в сочинском Парке «Дендрарий». Видела заросли бамбука и поняла как он растёт, видела банановую рощу… А сейчас, в 2022 году, на месте центральной клумбы устроили фестиваль тюльпанов около двухсот сортов, представленных со всего мира.

В Головинке, в парке стояло самое древнее тюльпановое дерево высотой 40 метров, а диаметром 2,88 метра. Обхватить его едва могли 8 человек.

Гагры

Однажды посетила Гагры. Там был мексиканский уголок. Я фотографировалась на фоне агав, опунций и древовидных алоэ. Всё колется, всё режется… В ресторане «Гагрипш» заказала суп пити (из гороха нут и картофеля) в горшочке и бараний шашлык на шампуре. Суп был такой питательный, что шашлык пришлось спрятать в сумочку.

А потом крутилась и вертелась, но делала себе подарок – экскурсию или поездку в чужой мир, но на второй же день мне снился лес, грибочки, И любой пейзаж не сравним с русским лесом, и любая, даже магнолия, не сравнима с русской берёзкой.

Новый Афон

Расположен в Абхазии (Апсны). Возник как крепость Анакопия в горном районе в V веке н.э. и сохранился до наших дней. Место было названо Новый Афон в 1874 году, когда русские монахи из старого греческого Афона обосновались в этих местах. Поэтому пещеры назвали Новоафонскими и место назвали Новый Афон. в 1924 году деятельность монахов была запрещена за контрреволюцию. В 1947 году в Новом Афоне была государственная дача, где отдыхал Сталин. В этом же году была построена железная дорога внутри пещеры с тремя станциями. Вот на этой экскурсии в пещере я и была. С 1896 года это место – религиозный центр на Черноморском побережье. Внизу река Псны, вдали – море. Разрушали: турки, грузины. При строительстве срезали часть горы. В постсоветское время здесь находился госпиталь. Восстановлена Генуэзская дозорная башня. А Сталин потом отдыхал только в Пицунде, где я тоже была на экскурсии. Видела правительственную дачу и рощу реликтовой пицундской сосны с огромными шишками. Одну шишку я привезла и очень долго хранила. Пляж не песочный, а галечный, но очень чистый. И море тоже чистейшее.

Ессентуки

Санаторий «Русь». Еду с мужем. Многоэтажное здание, этажей 12-15. В нём проживание, питание, врачи и все процедуры, кроме… Воду ходим пить в павильон бювет. Весна, под ногами тающий снег. Каждый день ходим на рынок: свежие мандарины, сыр «Сулугуни», пахлава, осетинские пироги. Каждый день ходим в городскую библиотеку: Виталию надо писать лекции. Мужик, прошедший Афганистан, после первого сеанса массажа плакал как ребёнок, настолько все суставы были пропитаны солями.

Наверху городской парк, Владимирский источник. Когда дядя Володя был в Доме творчества «Горячий ключ» в Железноводске, он приходил рисовать Владимирский источник, а также горы Бештау и Машук. А маленькая картина, которую я подарила хирургу за операцию, называлась «Железная гора».

Была экскурсия в город Минеральные воды. Посещали старые корпуса с лечебными ваннами.

Пятигорск

Следующая экскурсия была в город Пятигорск «По Лермонтовским местам». В городе ванны лечебные называются Пушкинскими, т.к. в1824 году там был Пушкин. И там же ему установлен бюст. Закрыли ванны в 1993 году, т.к. разрушилась метлахсская плитка (из глины, с рисунком), и проржавели трубы. Сейчас, в 2022 году, эти ванны реставрированы. Поразил вид на Эльбрус из Эоловой арфы. Затем начали подъём на гору Машук к месту дуэли Лермонтова с Мартыновым.

Мы были в музее Лермонтова на Кавказе. (Лермонт – швейцарское начало рода) Провинившийся юноша был разжалован из юнкеров в солдаты и сослан в Пятигорск. Отец Лермонтова, Юрий Петрович Лермонтов, и мать, Мария Михайловна Арсеньева, жили вместе недолго. Мама умерла. Воспитанием мальчика занялась бабушка, Елизавета Алексеевна Арсеньева, невзлюбившая зятя. Внука она сохранила возле себя в имении Тархуны. Мальчик был болезненным, и они ездили на Кавказ для лечения на водах. Мальчик окреп. Бабушка купила дом на Малой Молчановке в Москве, чтобы Миша получил хорошее образование. Он познакомился с Раевским, слышал рассказы о Пушкине, был введён в светское общество, начал читать свои стихи.

Миша бросил образование в университете и выбрал военную карьеру, но сложность его характера вызывала неприязнь. Была не одна дуэль. И любовные приключения оканчивались разочарованиями.

«Нет, не тебя так пылко я люблю,

не для меня красы твоей блистанье:

Люблю в тебе я прошлое страданье.

И молодость погибшую мою»…

«Я не унижусь пред тобою:

Ни твой привет, ни твой укор

Не властны над моей душою.

Знай: мы чужие с этих пор»

Как я любила, как я понимала это стихотворение. Княжна Мэри и сцены у источников минеральных вод потом были описаны в «Герое нашего времени». Он служит в Нижегородском полку и за сочинение стихотворения «На смерть Пушкина» (1937 год) переводится в гусарский полк в Петербург. Вместо каторги бабушка выхлопотала этот перевод. За провинность (ссора с франзузом Барантом) его опять перевели на должность командира отряда, но уже в действующую армию под пули горцев. Ссора с Барантом, ссора с Мартыновым вызвали его колкие ответы. Это привело к дуэли. Из уст его друга Столыпина оказывается, что бросается монета в доме князя Васильчикова, и Мартынову выпадает решка… Это произошло в домике Верзилиных, где мы и были на экскурсии.

Мы были на горе Машук, на месте дуэли. В 27 лет погиб Поэт. Одни скажут: «Он был добрый малый», другие… Так же сказали о Маяковском, также – и об Есенине. Надышалась горным воздухом, наступил перепад давления. В санатории вызвали скорую. Этим и закончилась для меня экскурсия.

Но я бывала и в Тарханах, где расположено потомственное имение бабушки Лермонтова. Бывала и в Москве на улице Молчановке в московской усадьбе Лермонтовых, где больше материала о творчестве Лермонтова и его любовных неудачах с Сушковой и Варенькой Лопухиной (ей он посвятил поэму «Демон»).

КУБАНЬ

Санаторий «Лаба»

Как профсоюзный был организован Юрием Лужковым в Краснодарском крае. Только что отстроенный, по тогдашним меркам, отличный. В санатории была своя минеральная лабинская вода, и ванны лечебные на ней, а не на водопроводной, и бассейн. Захотелось поехать на рынок за варенцом. Впервые попробовала и купила не солёное сало, а варёно-копчёное. И огромные мешки с семечками. Оказывается там находится маслобойный завод, и я ходила туда на экскурсию. Город стоит на реке Лабе. Если дальше проехать, можно было оказаться в Армавире – родине Виктора Данцига. Но я не съездила. Директор моей 56-ой школы, Вера Даниловна Кондратенко, приехала в Москву из Сибири. Женщина в моей палате, Валя, оказалась из того же малюсенького городка, работала там, в Сибири, в подчинении у Веры Даниловны. Мир тесен. Я свела их, и они возобновили и долго поддерживали бывшие отношения.

КРЫМ

О поездке в Севастополь

В конце 60-х годов XX века Крым ещё Украинский, один Севастополь – наша русская крепость. С ребятами 7-го класса 589-ой школы организовала поездку в Севастополь – Херсонес. В городе Севастополе наибольшее впечатление производит Второй Свято-Владимирский Собор в русском стиле. Построен он был в 1861-1892 гг.на территории мужского монастыря. Оказывается, в 1991 году Владимирский собор восстановили вместе с усыпальницей адмиралов Ушакова, Нахимова и Лазарева. Там сейчас музей. Пострадал во время войны, полностью реставрирован к 2001 году. А Херсонес – это музей античной архитектуры и искусства. Античный театр был создан в IV в. до н.э.

Я помню колокол на двух известковых опорах. С 1778 года это символ Севастополя. От базилик (церквей) VI-X вв. остались колонны, обнажившиеся при раскопках в1935 году. У одной из таких колонн я фотографировалась.

А Херсонес связан с князем Владимиром, крещением русского народа и христианством. Второй Владимирский Собор – символ Херсонеса – полностью восстановлен. А памятники Владимиру стоят на Киевской горке и в Москве, на Моховой улице. Херсонес – это первое место крещения Руси.

Всё было чудесно! Интересно. Но вдруг у меня желёзки под челюстью заболели, и стала я опухать как свинья. Да, у меня началась свинка. Но я не сбежала, не заныла, я же была одна с ними. Смешно было смотреть на себя в зеркало.

С именем Владимира связаны язычество, разврат, жестокость. Поэтому такого почитания этому памятнику от культурных москвичей, начитавшихся новых исторических сведений, вы не дождётесь.

Санаторий «Евпатория»

Стихотворение В.Маяковского

«Евпатория», 1928 год

Чуть вздыхает волна

вторя ей

Ветерок над Евпаторией»

Зима. Море, конечно, не замёрзшее, но холодный ветер, море серое, никакой радости каждый день бродить вдоль берега. Единственное, что собираю ракушки. Кустарник тисовый, на нём красные сочные шишко-ягоды. Конкурентов нет, собираю урожай. Ухожу в город на рынок в старом квартале. Блуждаю, но нахожу. Покупаю шелковицу и софору японскую.. Выхожу с рынка и вижу: под деревьями на земле бобы софоры. Каждый день ходила собирать. Также поступала и с тутовицей (смоковницей). В этом городе жила моя сокурсница Жанна Городнянская. Недалеко были лечебные озёра, с которых привозилась в санаторий лечебная грязь (озеро Саки, где Жанна лечила ноги).

Я посетила Свято-Николаевский собор, который был создан на пожертвования различных, национальных общин христиан в 1893 году, при Александре III, и освящён в 1899 году. Я была там в 1999 году – 100 лет, как освятили. В это время закладывались на побережье вместо пионерских лагерей частные пансионаты. Капитализм процветал.

Побережье

Была организована экскурсия по побережью. Запомнила винные погреба в посёлке Судак. Был зал для дегустации. Скамейки расположены в огромных бочках. После этого повели в магазин, где каждый, в силу своих возможностей, накупил крымские вина. Вспомнила, что мама единственный раз отдыхала на юге в Судаке, где было много татар, много солнца, и веснушчатая девушка обгорела до волдырей.

Ялта

Вновь (не единожды) посетила Ялту, поздоровалась с Ливадийским дворцом, с гостиницей «Ореанда», прошлась по набережной, покидала камушки в море, поклонилась «Ласточкиному гнезду». Отдыхала я и в Планерском – Коктебеле. Жили мы в бочках в туристическом лагере, чуть ли не в море. В бочке: черыре койки, четыре тумбочки, четыре вешалки – и весь уют. Но зато видела скалу Парус, виллу Максимилиана Волошина и «Ласточкино гнездо». На этой вилле в двадцатые годы собиралась вся декаденствующая молодёжь России: и Бальмонт, и Цветаева, и Мандельштам, и Ходасевич… В двенадцати километрах от Ялты, в посёлке городского типа Гурзуф, расположен пионерский лагерь «Артек», впоследствии ставший международным. А в семи километрах от лагеря находится гора Аю-Даг (Медведь-гора). Когда спускались с гурзувской лестницы, вдоль дороги стояли женщины с чайниками и разливали из них вино. Спустилась я с горы пьяная. Второй раз я отдыхала уже в санатории, а не в бочках. А рядом был санаторий для военных, куда мы ходили играть в волейбол, теннис, на танцы и в кафе.

Три южных республики

Я решила посмотреть три столицы сразу – Баку, Ереван и Тбилиси – за три дня. Летела «на деревню к дедушке». Познакомилась с армянином маленького роста, но с большой душой. Сказала, что мне даже негде остановиться, а гостиницы стоили больших денег. У него были родственники в Тбилиси. На вокзале он им позвонил, и они меня очень гостеприимно приняли на одну ночь. Успела увидеть реку Куру, старинные домики с нависающими застеклёнными балконами (каждый балкон сдавался на ночёвку), увидела Тбилисский театр и знаменитый фуникулёр…

На утро улетела в Ереван. Он же меня устроил в самую лучшую центральную гостиницу на площади Ленина. Гуляла по парку, видела изумительные фонтаны разной формы. На площади – памятник Ленину, огромный. Съездила на озеро Севан, увидела эту голубую воду. А вдали открывался вид на самую высокую гору Арарат. Я впервые увидела снежную вершину среди жаркого лета. Съездила в их святое место Эчмиадзин – резиденцию Католикоса всех армян (армяне – православные). Видела их старинную библиотеку и памятник Мать Армения. Фотоаппарата не было у меня, поэтому вспоминаю только то, что память сохранила. Фотоаппарат ФЭД мы с Виталием подарили его сыну, он быстро его потерял. А зеркальный я ещё не приобрела.

В Баку я остановилась у дочери Витиной сестры Риты. Тётя Рита уже страдала деменцией, никого не узнавала. А когда-то работала на нефтепромыслах Нобеля «Чёрный камень». Квартира дочки была рядом. Так я познакомилась со своей «двоюродной сестрой» Наташей. Впоследствии, во время армянской резни (и еврейской) в Баку им пришлось срочно иммигрировать в Израиль. Вся семья пошла со мной на набережную, где я впервые ела шашлыки из осетрины, собирала маслины и даже дома их законсервировала (в содовом растворе). Удивило огромное количество магазинов (азербайджанцы – все торговцы). Видела Пламенную башню, с которой пел Магомаев (из разговоров в парке узнала, что у него есть дочка). У Вити был двоюродный брат Наум Моисеевич Данциг. У Нахмана Данцига было два сына – Моисей и Акиба (Аким). Витя – сын Акибы, а Наум – сын Моисея (как и тётя Аня его дочь). Женою Наума была тётя Вера Мишне – сестра одного из 26-ти бакинских комиссаров, кроме известного Шаумяна, в честь которого назван проспект в Баку). Его звали Иссай Мишне. А потом тётя Вера – родственница «строителя коммунизма» – 7 лет отсидела в Норильских лагерях. Их сын, Игорь Наумович, второй носитель фамилии Данциг (все остальные умерли)…

В Баку была ещё раз, когда ехала в город Нафталан лечить колено. После перелома опора на левую ногу привела к тому, что воспалился коленный сустав, то что сейчас называется артроз. Испытала на себе все способы лечения. Последние надежды были на ванны молодой нефти, бьющей из земли прямо фонтанчиками. В свободное время сидела в «Чайхане», пила чай из маленьких стаканчиков. На двоих подавался большой чайник, угощали пахлавой. Это тебе не русский гранённый стакан и не калорийная булочка. Последствия: нога три года не болела, а приобрела воспаление женских органов, которое впоследствии лечила годами. А вот уж гранатов наелась… и с собой привезла.

УКРАИНА

Вот стою на горке на Владимирской,

Ширь во-всю не вымчать и перу!

Так когда-то, рассиявшись в выморозки,

Киевскую Русь оглядывал Перун.

А потом когда и кто, не помню толком,

Только знаю, что сюда вот по льду,

Да и по воде, в порогах, волоком

Шли с дарами к Диру и Аскольду.

Дальше било солнце куполам в литавры.

На колени, Русь! Согнись и стой.

До сегодня нас Владимир гонит в лавры.

Плеть креста сжимает каменный святой.

В.Маяковский, 1925 г.

Киев

а пляже в Одессе я познакомилась с девочкой старше меня, балериной Украинского театра оперы и балета Наташей Умановой. Она меня пригласила в гости. Жила она на Крещатике, в огромном доме, в большущей по моим представлениям квартире (папа был партийным работником). Бывала я у неё раз 10 в гостях. Что меня первый раз поразило? Река Днепр, Васильевская горка, Киево-Печёрский монастырь… Оказывается, Владимирский Собор расписывал Виктор Васнецов – автор «Трёх богатырей», «Алёнушки» и «Богоматери с младенцем» в Храме Спаса-на-крови». А, самое главное, мещанское – магазин «Кулинария», где продавались взбитые сливки с клубникой, крем для торта «Крещатик», сам торт «Крещатик» и перед отъездом можно было купить свиные ножки для холодца. А на улице всюду продавался бульон в больших чашках, с пирожком и молоко в розлив.

В этом городе, в знаменитом театре, где она выступала, в 1916 году был убит Столыпин – знаменитый реформатор. Долгое время о нём забыли, а сейчас вспоминаем очень часто.

Бабушка Наташи жила в городе Умань. Я тогда ещё не интересовалась родословной и не знала, что моя бабушка тоже из Умани. Наташа с родителями предложили мне поехать в Умань. Я в первый раз сидела за таким столом, где подавались мочёные ковуны из погреба, малюсенькие малосольные кукурузные початки, взбитые сливки и при мне открыли банку жареных лисичек под толстым слоем свиного сала. Ну и, конечно, свой виноград, свои персики, груши и яблоки. Жалею, что не побывала в семье настоящих украинских казаков. Но это станичное Запорожье. Бегала через мост, на другой берег Днепра, там был общегородской пляж.

На теплоходе решила спуститься по Днепру до порогов, но никаких порогов не достигла. Маршрут пролегал вокруг Хрущатского острова к городу Оболони в устье Десны. Выходили мы через шлюз в Киевское море. Обзор на Подол на Киево-Печёрскую Лавру с золотыми куполами, на монумент князю Владимиру и Родину-мать потрясает. На следующий день мы с Наташей отправились с палаткой на Хрущатский остров, т.к.на пляже ногу поставить было негде, а там – несколько палаток и речной простор. Ещё в Москве, т.к.я жила рядом с Советом по религии, я видела украинцев, стоящих с плакатами у дверей Совета, требующих отделения киевской церкви от русской православной. Добились они этого. С разрешения Архиепископа Константинопольского Варфоломея бои за церковные здания кончились в пользу украинцев. Возникла автокефалия. Известный писатель, журналист, телеобозреватель Захар Прилепин высказался: «Мы приняли церковь от Византии, Украина переиграла нас с этим Варфоломеем, Томасом и автокефалией». А дальше это привело к войне.

Карпаты

начале 60-х годов XX века захотела посмотреть Карпаты. Купила туристическую путёвку «По Карпатам». Остановились в туристическом лагере города Ярёмча. Два деревянных корпуса с покатыми крышами на фоне гор, внизу улица, кафе, и вечером румыны и цыгане играют на скрипке. Спустились к забору, сели на лавочку и весь вечер прослушали скрипку. На следующий день экскурсия: луга, трава по пояс, запахи мёда, жужжание пчёл, дали необъятные. Заходим в колибу (шалаш), пробуем местное вино. В моей жизни это было в первый раз. На следующий день – экскурсия в горы. Я дошла только до лагеря первой высоты, видела снеговую вершину. А вдоль троп – редко разбросанные хутора – единоличное хозяйство. В автобусе выучила украинские песни: «Ты ж меня пидманула, ты ж меня пидвила…», – длиннющую, полдороги пели – и «Чёрные брови карие очи» и «Месяц на небе», «Ой, мама, люблю Гриця». Так с песнями и до Ужгорода доехали. А по дороге всюду проезжали санатории для военных. Этот район Украины называется Гуцульщина, и все национальности там – гуцулы. Так доехали до Львова. От экскурсовода услышали историю воссоединения Западной Украины. Были в самом старом парке им.Ивана Франко. Дальше – экскурсия по городу и в картинную галерею. Привезла оттуда набор открыток, стеклянные статуэточки цапли, лисы и связанного из ниток мишку. До сих пор всё живо.

Автобусная экскурсия с сотрудниками соседки по квартире, работавшей в Академии наук, состоялась в Киев. По дороге поразили меня ещё сохранившиеся хаты с соломенной крышей, а на трубе – гнездо аиста. По заливным лугам расхаживали аисты и серые цапли. Вдоль дороги на деревьях были какие-то мётлы, круглые шары зелёного цвета (начало весны, ещё деревья не распустились). Я впервые увидела древесного паразита – омелу. Между двух листиков потом появляется жемчужинка, она лопается и тысячи мельчайших семян заражают новые деревья. Доехали до села Пирогов, где с XVII века обитали монахи Киево-Печёрской Лавры. А в 1968 году был организован этнографический музей, куда были свезены деревянные церкви, ветряки, школы, утварь из Полесья, Запорожья, Закарпатья, Буковины. Некоторым вещам по 200-400 лет. Сидели за партой в старинной сельской школе. Ну и, конечно, попробовали украинских изысков.

Одесса

Уж если Одесса – Одесса мама,

то Нью-Йорк – Одесса отец.

Владимир Маяковский

Про лестницу Потёмкина и про улицу Дерибасовскую, и про Подол, и про Молдаванку, и про Пересыпь, и про Ланжерон, и про одесский слэнг, и про памятники Екатерине II со сподвижниками на Центральной площади, де Рибасу де Волану, и Дюку Решелье – бывшему губернатору Новороссии в Одессе рассказывать не буду. Театр оперы и балета в 90-е годы XX столетия стоял полуразрушенный. Попала я в него через десятки лет. Искала где бы переночевать. Познакомилась с Людой Гуцол, оказалось – дочерью секретаря партии. Впервые в жизни была в роскошной квартире. Пошли мы с ней на привоз (так называются рынки на Украине. И вдруг вижу стаканами продаются не семечки, а какие-то сушёные «чудики». Оказалось – это морские членостоногие, составляющие большую часть планктона, которым питаются рыбы, птицы, а в океане и киты. Научное название гамарус. Их отваривают в солёной воде и сушат. Но т.к. я «переборщила», то кончилось всё некрасиво. Поэтому, когда по телевизору показывают живую пищу азиатов, то у меня возникает безусловный рефлекс. На Двенадцатой Зелёной станции у Люды была большая дача, она пригласила меня туда. Пляж чистейший, песчаный, но там я потеряла бабушкину серебряную подвеску с эмалью, в виде пасхального яйца. Искали, перерыли весь песок – не нашли. Одесские лиманы, Одесские биндюжники, портовые бандиты – всё в прошлом. А район Подол с его былинами, анекдотами продолжает жить.

Там же я встретила албанца Асена. Что-то возникло, но любви не было. Но каждый раз, когда слышала мелодию албанского танго, вспоминала…

2 мая 2014 года в Одесском доме Профсоюзов бандеровцы сожгли мирных жителей. Расправа над мирным населением этого города привела к изменению всего мира. И родина моей мамы – город Николаев – опять обстреливается и горит как во время Отечественной войны. И памятник Екатерине II, присоединившей Малороссию к России, снесён.

Измаил

Измаил – город бессарабской части Одесской области Украины. 22 декабря 1790 года турецкая крепость Измаил была взята Суворовым. Помню, что долго шли по заводям реки Днестр до лодки, а потом была экскурсия с воды. За 500 лет своей истории этот небольшой город, с населением менее 100000 побывал под османским, русским игом. Его история связана с памятью Суворову (1790-й год взятие Измаила). Город стоит и на море – Лиман или затока (отсюда судостроительный завод) и на реке Дунай. По середине реки проходит граница с Румынией. Город очень зелёный.

Карелия

Когда-то это была Карело-Финская республика, потом стала Карельской областью. Захотелось посмотреть Кижи. На поезде доехала до Петрозаводска, времени смотреть город не было. На автобусе – до речной пристани. И купила билет на катер. Вышли в Онежское озеро. Озеро-море. Иногда встречались острова. Дошли до пристани Кижи. В это время там стоял фешенебельный теплоход с иностранцами. Мы – на экскурсию и они – на экскурсию. Запомнился огромный, бревенчатый дом, в котором был Этнографический музей. Представлены и орудия сельскохозяйственного труда, и кустарное производство, и посуда, и колыбели – быт народов Прионежья. Потом двинулись по влажной траве (предупредили, что могут быть змеи) к огромной площадке, где раскинут музей под открытым небом и часовни, и хоз.постройки и достигли Церкви Преображения Господня. Высота её 37 м, сруб сделан без единого гвоздя (ради этого все и едут посмотреть на это чудо. Храм летний, не отапливаемый. Берёза, осина и сосна в основе. Постройка восьмериковая – ярусы восьмигранных срубов. Снизу видно 23 главы, обшитых тёсом. Сам сруб стоит без фундамента. Челюсть отвисла – так была поражена. Было уже холодно, храм уже был закрыт.

Второй Храм – Церковь Покрова Пресвятой Богородицы – зимний. Меня не поразил. И колокольня деревянная. На этом острове в 2000-ом году был Патриарх Алексий, а в 2010 – Патриарх Кирилл. К 2022 году эти два храма восстановлены полностью. Поток туристов к ним только возрастает.

Белоруссия

Как-то от профсоюза учителей Киевского района была организована экскурсия в Белоруссию – от Брестской крепости – через Минск – в Хатынь. Брестская крепость была в ужасающем состоянии. Отреставрировали её первый раз в 90-хгодах, второй раз – в двухтысячных. Но осознание, что здесь началась Отечественная, Великая война… Вспомнила папу Ваню – безвестно где-то лежит, как и эти герои. Ведь они знали, что Гитлера остановить не в силах. Кажется, всего один выжил. А в Хатыни показали место, где был сарай, куда набили местных крестьян и согнанных детей, и сожгли заживо. Прошло не 85 лет, а 35, поэтому воспринималось всё близко к сердцу. А пока мы ехали, видели такие могучие сосновые леса, такие чистые песчаные поляны. А потом их покрыла радиация, и в эти места десятки лет нельзя было заходить, и уж собирать грибы, о которых я мечтала. Моей подруге, Долларе, из Барановичей, всегда привозили грибы и рассказывали, что подорваться в лесу – не редкость. А уж радиоактивную чернику или землянику съесть – ещё опаснее. Давала себе слово, что поеду в санаторий «Юность», под Минском, на сметанку, на грибочки и белорусское сальце. Но… подвели ноги. А на границе накупили различных сортов колбасы. Копчёности Белоруссия умеет делать. Рассчитывались зайчиками (советские белорусские деньги).

СТРАНЫ БАЛТИИ
Латвия

На Рижском взморье я была с мамой. Преподаватели курсов иностранных языков захватили её с собой. Сняли две комнаты. Хозяйка по русски не говорила. Мне влетело за то, что я сделала замечание. В магазинах тоже надо было говорить по-ихнему. Мне сделали замечание. Поэтому в магазин ходила только мама. Конечно, удивило море – идёшь сотню метров, так и не поплаваешь. А песчаные дюны, хвойные леса, ягодники черники и брусники были необычным зрелищем. Домики – не избы, а котеджи. А размеры участков не шесть соток, а… Впервые ела такую рыбу как бельдюга, угорь, минога (у них костей нет, а только хрящи). Впервые ела луковый суп, гурьевскую кашу и, конечно, в кафе – сбитые сливки (потом каждый раз в буфете Кремлёвского дворца искала сбитые сливки). Впервые увидела разнообразный янтарь. Купили чайный сервиз (от которого сейчас только три чашечки с блюдцами), и купили ровницу брусничного цвета (вязала и продавала кофты), и отрез ситца (там же в ателье заказали костюмчик, который я носила десятки лет). А отдыхали мы в Юрмале. И тогда ещё в Дзинтари был «жив» концертный зал (где выступала Лайма Вайкуле), на который мы посмотрели только снаружи (вход в него стоил очень дорого). Домский собор – главная достопримечательность Латвии. Там я слушала органный концерт. Это было первое знакомство с верой католиков. Удивила простота (скромность) и обрядов, и архитектуры, и службы.

Эстония

В Таллине я была один день. Помню только узкие улочки, дома, притёртые друг к другу, никаких дворов, никакой зелени возле домов, мощёные камнем дороги. Не знала, что до 1918 года Таллин назывался Ревелем, что Ратуша на Рыночной площади возведена в XIII веке. И дальше во всех европейских городах обнаружила сходство: ищи Ратушу на Рыночной площади. Городская Ратуша строилась с 1322 года. В 1500 году к ней пристроили башню высотой 64 метра и украсили флюгером, с изображением Святого Томаса. Это является символом столицы Эстонии. В больших залах сейчас музеи. Как в любом католическом городе, есть Домский Собор. Видела трубочиста с ведром, со щёткой-ершом и длинной верёвкой. На один день заезжала на фешенебельный пляж в Пярну.

Литва

Столица Литвы – Вильнюс. С экскурсией посетила Башню Гедимина. Это Западная башня ныне разрушенного Верхнего Виленского замка. На гору не забиралась, видела его с площади. Дворец Радзивиллов, великих князей, в то время был разрушен и восстановлен только в 1990 году. Никто не говорил по-русски. Когда я была на Рыночной площади состоялось вынужденное знакомство с Ядвигой, которая мне помогла на русском языке. Дружили лет 10, переписывались, поехали в Сухуми отдыхать вместе, т.к.у неё там был любовник. Кончилось тем, что, когда собрались компанией, один из грузин приставил ко мне нож (хотел изнасиловать). На следующий день я уехала и забыла о её существовании. Вспоминается, что из России мамина семья имигрировала в Нарву – эстонский город. Современные события 2022 года раскрыли всю поднаготную отношений стран Прибалтики к русским. Шенгенские визы закрыты.

СРЕДНЯЯ АЗИЯ

Ташкент

Одна из родительниц, в благодарность за… к её сыну, пригласила меня с собой на экскурсию от их организации с Среднюю Азию – Узбекскую республику – по маршруту Ташкент-Самарканд. Ташкент после землетрясения был ещё не до конца восстановлен. Поразила центральная площадь и глинобитные дома со щелями толщиной в руку. Восстанавливал город весь советский народ, а потом, русских, которые часть жизни отдали им, выгнали. Я помню этот огромный базар и горы арбузов и дынь. Я-то по одному арбузику видела, а здесь, на полу, – целые горы. А лепёшки, испечённые в тандыре – лаваш – первый раз попробовала. А на углу улицы – котлы с кипящим маслом, и в них обжаривается мелкая рыбёшка. И вся еда – на улице! А кварталы одноэтажных домов без окон на улицу! И на каждом углу чайхана и сотни мужчин ничего не делают и целыйдень попивают чай. А хлопок по всей дороге, и женщины на полях! А сейчас они все в Москве. И мы закупаем хлопковые ткани в Иране, а в Струнино, где у меня была дача, ткацкая фабрика закрыта. Ещё в 1988 году, когда покупалась дача, все склады вдоль железной дороги были в тюках хлопковых коробочек. А семенами удобряли участки. Долгое время фабрика стояла со сломанной крышей, а склады – даже без крыши, и безработный народ в охранники ринулся в Москву. Не знаю, что в 2020 году там происходит.

Но мечети – с голубыми куполами, средневековые улицы со сглаженными камнями человеческими ступнями… Памятник Авиценне (ведь медицина пошла с Востока) и Планетарий (астрология тоже пошла с Востока). Городу основанному внуком Тамерлана более 2000 лет. Впервые видела медресе, где готовят слуг ислама, удивило, что только мужчин, а женщинам даже вход воспрещён. Потом в Турции убедилась, что в Мечеть Святой Софии женщин не пускают. Мечеть Хазрати Имам – соборная мечеть города Ташкента, находится в комплексе Хазрати имам. Здесь сформировался главный исламский культовый центр города, а постановка двух минаретов подчеркнула доминирующее положение мечети в структуре древнего Ташкента. Впервые услышала голос муэдзина. Потом, впоследствии, и в Турции, и в Испании, я столкнулась с архитектурой исламской культуры.

Самарканд

Самарканд – один из древнейших городов мира, основанный, в середине VIII века до н. э. Великий шёлковый путь проходил через него. Город связан с эпохой правления Тимура и набегов Чингизхана. В XV веке Тамерлан был похоронен в мавзолее, который до сих пор сохранился в Самарканде. В парке есть памятник Алишеру Навои – великому деятелю исламской культуры.

Из Узбекистана домой я привезла: ветку хлопка – отнесла в свой биологический кабинет, и два кокона шелкопряда. А ягод шелковицы (тутового дерева) я наелась. И синие пятна под деревьями от падающих зрелых ягод я вспоминаю и по сей день. И чайхана поразила: мужчины не работают, целый день сидят на нарах, пьют чай из маленьких, пузатеньких стаканчиков, а разливают из больших расписных фарфоровых 2-3-х литровых чайников. Плов фруктовый и плов бараний я попробовала. Потом в Москве ухажёров подводила к ресторану «Узбекистан» на Рождественском бульваре… и на ВДНХ, в павильон «Узбекистан» заходила за пахлавой и лукумом (сладости). А на ВДНХ, в 90-е годы прошлого века, вместо дешёвых сосисочных были одни дорогие шашлычные. И повёл меня Анатолий Фёдорович (последний ухажёр) угощать шашлыками. И один шашлычок стоил 500 рублей.

МОЛДАВИЯ

Молдавия – бывшая Бессарабия – раскинулась между реками: Днестром, Прутом и Дунаем. Кишинёв – центр Бессарабии с 1873 года. Модаване испытали иго татар, турок, входили в состав Румынии и с 1940 года – в состав СССР. В 1823 году здесь был А.С.Пушкин в ссылке. А с 1991 года – это уже независимая Молдавия.

Когда была в Карпатах, выезжать должны были через Молдавию, но в Кишинёве были волнения, и мы уехали через Одессу в Москву. За 40 лет советской власти народы и народности этих западных республик не приняли советскую власть. И сейчас происходит повторение тех же событий. От Молдавии отделилось наше Приднестровье, от Украины – наш Донбасс. Молдавия рвётся в Румынию и в Евросоюз. Архитектурных памятников не запомнила.

На левом берегу Днестра расположен город Дубоссары – это Приднестровье. Большинство населения – цыгане. Всюду грязь. В это время было увлечение иглотерапией. А я взяла с собой опять Галю Сокольникову за бесплатно. И в книжных магазинах мы накупили пособий по иглоукалыванию и большинство книг, запрещённых в СССР. Потом раздарила врачам.

О первом морском круизе

Из Одессы в Сочи, Сухуми, Батуми на лайнере «Адмирал Нахимов». Это трофейный лайнер, захваченный у фашистов (в последствии узнала о трагедии, произошедшей в Цемесской бухте 31 августа 1986 года, где столкнулись балкер «Пётр Васёв» и пассажирский пароход «Адмирал Нахимов»). Меня всё удивляло на этом лайнере: удивляло море, которое я увидела в первый раз, города и природа. Впервые я купалась в бассейне на палубе. Познакомилась с грузином «Х». Он пригласил меня в семью в город Батуми. Радушие, широта души, никаких приставаний. Мама его варила в медных тазах варенье и соус «Ткемали» (увезла баночку маме в подарок).

Грузинский рынок, где есть всё и всё можно пробовать. Чурчхелу впервые попробовала. А какой сильнейший ливень с утра! А к вечеру – сухо. И так каждый день. Из Батуми я поехала в Гагры, где попробовала в ресторане суп «Пити» в горшочке (горох, картошка и два больших куска мяса). Заказала шашлык, но съесть не смогла, насытилась супом. В Гаграх я бывала потом много раз, поэтому природу не описываю. Но зато я была в Пицунде, в месте правительственной Сталинской дачи. Пицундская сосна – это реликтовое растение. Шишка её у меня дома жила 40 лет. Пляж чистейший по сравнению с Сочинским, каждый камушек виден. Обратная дорога – на поезде, в плацкарте. По дороге – ведро груш «Дюшес» и ведро винограда.

Речной круиз по Волге

С Северного речного вокзала, расположенного на Химкинском водохранилище, я поехала в 10-ти дневное путешествие по Волге. Малюсенькая каюта, досталась верхняя полка, но, на моё счастье, нижнее место оказалось свободным. Было много родителей с ДЦПешными детьми. Знакомиться с ними мне не хотелось. Был зал культурного досуга, где можно было читать. В основном, т.к.было холодновато, не загорали, а просто прогуливались по палубе. На второй палубе была столовая, питание было платное, и можно было на стоянках на рынке покупать свежий творог, сметанку, яйца, сальце, копчёную рыбёшку, ягоды и фрукты, соления.

По прошествии многих лет Северный речной вокзал реконструировали и к 2022 году он полностью обновился вместе с причалом. Там открыт музей и ресторан «Волга-Волга», известный с 1937 года. В новом вокзале кассы уже расположены внутри, а не так как раньше – на улице – и приходилось стоять за билетами в очереди на улице в дождь и в стужу.

Что на меня произвело впечатление. На высоком берегу Волги князь Василий основал крепость Плёс. Места красивейшие, поэтому художники обосновывались в домах местных жителей. Исаак Левитан здесь долго работал и поэтому был основан музей Левитана. А Фёдор Шаляпин купил здесь дом, который впоследствии стал домом творчества для советских художников. Современные художники приезжают за свой счёт.

Следующая остановка – город Углич – связана с именем царевича Дмитрия – сына Ивана Грозного. После смерти царя, он с матерью был направлен в этот город, а 15 мая 1591 года зарезан «неизвестными». Так начинается смутное время в истории России. Впоследствии на этом месте был возведён Храм Дмитрия-на-крови. В этом городе бывали Афанасий Никитин и Александр Дюма. При советский власти он прославился часовым заводом. В парке была организована ярмарка, продавалось много полотняных изделий, часы и деревянные игрушки.

Следующая остановка – город Кострома. Основан 1152 году Юрием Долгоруким, назван от слова «костёр», раскинулся на обоих берегах Волги и реки Костромы, впадающей в неё. В 1272 году князь Василий заложил Ипатьевский Спасо-Запрудненский монастырь (теперь не говорят Спасо-Запрудненский). В 1609 году было нашествие поляков. С этим городом связано имя Лжедмитрия II и двух великих горожан – Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского.

На лобном месте, на Красной площади, в городе Москве десяток лет реставрировался памятник этим ополченцам, и только 4 ноября 2022 года, в День народного единства, его открыли.

Потом был призван на царствование Михаил Фёдорович, и с середины XVIII века Кострома – это центр текстильной промышленности. В 1751 году открывается первая полотняная фабрика. В музей этой Большой мануфактуры я и отдала архив Вити.

Видели Собор Воскресения Христова, основанный при Петре I, поддерживаемый купечеством города, национализированный при советской власти, при расцвете атеизма пострадавший.

Наибольшее впечатление на меня произвёл город Казань. Это огромный белокаменный Казанский Кремль (на берегу реки Казанки), который включает в себя православный Благовещенский собор и семиярусную башню, которая была построена в далёкие века, а в 1810 году дала крен, начала клониться как Пизанская башня в Италии. Сейчас она приобрела статус падающей башни, охраняемой государством и ЮНЕСКО. Мечеть Кул-Шариф с минаретом – символ мусульманской веры – была построена на месте старой в 1996-2005 гг. И тут же – Президентский дворец. В Соборе Казанской Божией Матери находится список иконы (и в Москве – то же), т.к.оригинал украден. Были и в русской старообрядческой церкви. Были у здания мужской гимназии, где учились Державин и Лобачевский. Были у памятника Мусы Джалилю, советскому поэту, погибшему во время войны. Здесь родился и 4 года жил у деда Алёша Пешков, будущий гигант советской литературы – Алексей Максимович Горький. Очень сложный и человек, и писатель. Начинал с «Безумству храбрых поём мы песню». В трудные годы иммигрировал на Капри, а потом возглавлял Союз советских писателей. И если раньше в каждом театре было по 1-2 пьесы его (и «Фома Гордеев», и «Васса Железнова», и др.), и если в моём детстве ни дня не проходило без чтения его произведений по радио, то теперь – молчание, молчание, молчание. Впервые попробовала чак-чак: слишком сладко, но мёдом пахнет. Чуть не опоздали на теплоход. А на самом теплоходе каюты двухярусные, малюсенькие, столик и умывальник. Хочешь в туалет – буди соседа и на холодок в коридор. После морских круизов на комфортабельных лайнерах мне это показалось примитивом, и в Саратове, не доехав до Астрахани, я села на поезд и укатила в Москву. Так осетринку, чёрную икру по дешёвке я не попробовала.

Оказывается, город Царицыно (Сталинград, Волгоград сегодня) происходит от названия реки Царица, притока Волги. Вот, значит, где был ранен мой отчим в 1943 году.

В газете «Метро» стали публиковать происхождение названий улиц нашего города. Лена Бернаскони (школьная подруга) живёт на улице Щипок. А на самом деле – это Щупок (щупали возы с сеном, чтобы…

Когда хотела выяснить откуда у папы Вани фамилия Яцко, его дочь Мила сказала мне, что люди всей их деревни носили фамилию Яцко. Сейчас известный артист Александр Яцко часто выступает в программе «Три аккорда», но он не из их рода.

Коломна

Кремль, его стены и церкви описывать не буду. А интересно было для меня посещение деревянного домика, за деревянным высоким забором, на старой улице, где с других заборов склонялись ветви яблони антоновки. Вы понимаете, что мы попали в этно-музей Белёвской яблочной пастилы. Пробовали, покупали в фирменном магазинчике, видели завод, где производят пастилу. А сейчас открылся большой музей.

Дмитров

Были в Краеведческом музее. Меня удивили валы древнего Кремля. Город был основан в 1154 году (на 7 лет позже основания Москвы) Юрием Долгоруким и подарен сыну Дмитрию. На центральной площади, рядом с музеем, стоит памятник Юрию Долгорукому (с протянутой правой рукой), но не на коне как в Москве, а в полный рост. Валы эти имеют длинную историю и остались только в одном месте – это были земляные валы Кремля. Заходили в Успенский собор. Дали время прогуляться по улице Арбат – сплошь маленькие магазинчики. Накупили дмитровского творога, дмитровских женских хлопчато-бумажных носков (Дмитровский чулочно-носочный комбинат).

Дубна

Город науки, возникший в советское время. Это Средне-Русская возвышенность – свидетель ледникового периода. Холмистые окраины, река Яхрома. Дома висит картина отчима «На Яхроме».

Серпухов

Два раза были на экскурсии. На высоком берегу Оки стоит древнейший из девяти обителей, основанных Преподобным Сергием Радонежским, Высоцкий монастырь. Конечно, пили святую воду и все верующие из группы преклонялись перед оригиналом иконы «Неупиваемая чаша». Впервые увидела дароносы прихожан на иконах. При выходе, недалеко на дороге, стоит палатка с пирожками – и с луком, и с творогом, и с мясом, и с капустой, и с разными вареньями, и, конечно, творог, сметана. Бублики напомнили мне детство…

Второй раз ездили только в Серпуховский историко-художественный музей. Видела редкие картины художников-передвижников, советских и зарубежных импрессионистов, постимпрессионистов, модернистов. Но поразило, что увидела картины Натальи Гончаровой «Хоровод», «Бабы с граблями», «Стрижка овец». Во-первых, потому, что книга Блока «12», которую я продала на аукционе, была иллюстрирована ею и В.Ларионовым. Во-вторых, потому, что на первой выставке их в Доме художника (в Новой Третьяковке) при открытии её, я была. Поразила щедрость русской души основательницы этого музея фабрикантши Анны Васильевны Мараевой в 1918-1919 годах. А из современного искусства – три огромных гобелена. Здесь же – коллекция деревянных скульптур Сергея Конёнкова и картина Василия Верещагина «Самарканд». Представлено и западно-европейское искусство.

Зарайск

Я думала, что это за раем. Оказывается, был на реке Осётр (первое упоминание – 1146 год) город Осётр, впоследствии Заразск, потом – Зарайск. Этот город лежит на оврагах, «зараза» – это овраг. Город пережил правление рязанского князя Фёдора Юрьевича и время набегов хана Батыя. Кремль находится в отличном состоянии, самый маленький кремль в России. В краеведческом музее поразила коллекция фарфора, документальные раскопки стоянки древнего человека, фигурки из бивня мамонта, чучела мамонтов, отдельно лежат 2-3-х метровые бивни мамонтов и череп шерстистого носорога. Богато представлена мебель прошлых веков. Места не хватает и в коридоре, в витрине дорогущие серебряные сосуды. В этом городе находится древняя икона Николая Чудотворца. Городишко провинциальный, масса мелких лавочек и магазинчиков, соборы и церкви.

Кашира

В течение 2000-го года я каждую неделю после операции посещала Онкологический центр им.Блохина, расположенный на станции метро «Каширская». В это время он считался лучшим онкологическим центром мира. Тогда же началось строительство детского онкологического центра им.Рогачёва. Захотелось посетить город Каширу. И вот через 15 лет появилась такая возможность.

Город Кашира (от слова «кошара» – овечья) был основан на высоком берегу реки Оки в 1356 году, а в 1571 – разрушен набегами крымских татар. Вновь отстроен город был на правом берегу в 1619 году. Главная улица ориентирована на Белопесцовский монастырь. Водили на экскурсию в Успенский собор пресвятой Богоматери, который был построен на пожертвования местного люда. В 1919-1922 года была построена Каширская ГРЭС, и вся городская промышленность тесно связана с её деятельностью. Немцы были в городе, но в декабре 1941 отброшены. Мы были в то время дефолта, когда в здании кинотеатра продавали подушки, одеяла. А на местном рынке я, конечно, купила белые грибы.

Калуга. Полотняные заводы Гончаровых

Экскурсия на Большую льняную мануфактуру, лучшую в Европе при царском дворе. На берегу реки Суходрев дед Гончаровых перекупил две усадьбы у Щепочкиных, и в 1718 году, при Петре I, было создано производство парусов (для флота нужны были паруса). В 1720 году Пётр I издаёт указ о делании бумаги. Афанасий Гончаров на реке строит господский дом. Дочь Гончаровых, красавица Наталья, становится женой Александра Сергеевича Пушкина. Этот огромный 2-х этажный дом с 1818 по 1834 годы изредка посещал поэт. Екатерина II останавливалась там. Во время Великой Отечественной войны фашисты захватили эти места. И лишь в январе 1942 года удалось их оттеснить. Усадьба была сожжена, а парк истерзан. И лишь в 1990-х годах началось восстановление усадьбы и музея.

Что меня удивило. Клетка с канарейками и портрет молодой невесты А.С.Пушкина, Натальи Гончаровой, в овальной раме, написанный братом Александра Кипренского, Орестом Адамовичем.

В городе обедали в кафе, спускались в подвал. Убранство и отделка в купеческом стиле Старой Калуги. Меню старокалужское. Заводится граммофон – пластинка с песнями в исполнении Шаляпина. Это было начало эко-туризма. Сейчас таким нововведением не удивишь.

Были в женском монастыре. Впервые была в трапезной. Обед (может быть только для нас) был изумительный и мороженого их собственного приготовления было сколько угодно. А всего 8 монахинь. Вот я поняла, что такое слово «послушание» – это труд с 5 утра до 12 ночи и улыбка на лице. Всё с Божьей помощью. А в каком идеальном состоянии была территория! О церкви запомнила мало.

Когда мне позвонили насчёт экскурсии и сказали, что будем в Музее стояния на Угре, я в силу своей неграмотности услышала «на угле». И каково же было моё изумление, что это река Угря. Мы посетили музей с диарамой. На переднем плане расположение русских воинов, кострища, орудия, манекены, одетые в воинское обмундирование, ополченцы. На другом берегу Большая Орда хана Ахмата. Стояние 1480-го года окончилось миром. Это был конец Орде при Иване III.

На другой день мы были в Музее космонавтики. В тот год это было старое здание. К 2021 году выстроили новое здание. Отмечали день полёта Гагарина. Раиса Белоусова, брат которой увлекался уфологией и писал книги о Космосе, была приглашена на это празднование. Я ей завидовала. Но, она умерла за день до… Успела рассказать мне насколько преобразился этот музей. Она отвозила туда книги брата ещё до празднования.

В этот же день мы были в Доме-музее Константина Циолковского. Район, где находится Дом-музей, остался старым, нефешенебельным. Деревянный домик, 2-х этажный, внизу две маленькие жилые комнатки, металлическая кровать. Лестница, на которой он любил сидеть, ведущая в комнату, где он писал, мечтал, планировал и смотрел на звёзды в свой личный телескоп. Всё незажиточно – учёный был бедняком. Прожил здесь 29 лет и умер в 1935 году.

Прежде, чем ехать в Калугу, я начиталась Бориса Зайцева о провинциальной жизни Калуги. Поэтому о доме Марины Мнишек, самом красивом, ныне музее, уже знала. Произвели впечатление палаты купцов Коробовых, памятник 600-летию Калуги рядом с мостом через Оку, памятник Юрию Гагарину возле Музея космонавтики, памятник «Пушки», Храм Ррождества Пресвятой Богородицы (Никитский).

Боголюбово

Когда путешествовала по Золотому кольцу, по Владимиро-Суздальской земле, вспомнила кинокартину Андрея Тарковского «Андрей Рублёв»

В Боголюбово церковь Покрова-на-Нерли из-за разлива стоит вся в воде. Вид потрясающий. Учёные выяснили, что не на холме она стоит, а вросла на 5 метров в приливные отложения, поэтому и не валится во время приливов.

Великий Новгород

Сам город Великий Новгород расположен у истока реки Волхов, вытекающей из озера Ильмень. Упоминается в летописи с 852 года. Звался когда-то Господин Великий Новгород, входил в состав ганзейского торгового союза Европы. Нашествию монголов не подвергался. Во время Великой Отечественной войны был почти полностью разрушен фашистами. Славится памятником 1000-летия России. Запомнился только Софийский собор. Центральную крепость называли Новгородским детинцем.

Суворовские места в Новгородской области. В селе Кончанское в XVIII веке была суворовская вотчина. И в 1777 году Павел I сослал Суворова туда, т.к. Суворов выступал против опруссачивания русской армии. Здесь он жил с дочерью, был очень жестоким барином. А на войне был друг солдату. Отсюда Александр I призвал его в итальянский поход, где Суворов отличился как герой. Усадьба перестроена в 1959 году. Сейчас к 200-летию Суворова снова перестроена, а в Церкви Святого Александра Невского с 2000-го года работает диорама «Альпийский поход А.В.Суворова». Мамин двоюродный брат, Константин Осипов, написал книгу о Суворове, она у нас дома.

НА СУШЕ И НА МОРЕ

Поездки за границу

Тогда, в советское время, сначала нужно было побывать в странах СЭВ, пройти собеседование в Райкоме партии. Надо было знать наизусть фамилии всех секретарей компартии стран СЭВ.

Стала зарабатывать деньги и начала знакомиться с демократическими республиками. С экскурсиями за границу было очень сложно, не то, что в двухтысячные годы. Есть деньги – хоть на Багамы лети. А тогда характеристики, райкомы, знание политической обстановки в мире…

На фешенебельных 5-ти-, 7-ми-, 9-ти этажных круизных лайнерах, напоминающих целые города, от 4-х до 9-ти палуб, таких как «Season at sea», «Majestic», «Royal caribbean», я пересекала моря и океаны. Кроме кают с кондиционерами, рестораны, кафе, бассейны, концертный зал, танцевальный зал, казино, магазины, баскетбольное поле, библиотеки, стена для скалолазания… Город на волнах. Каждый день менялось постельное бельё, полотенце. А сейчас уже 20-ти этажные лайнеры бороздят морские просторы.

Видела норвежские фьорды и доминеканский Монастырь Сен Мишель, была в замке Гамлета и в стране Христиании. Ждала прилива Атлантического океана. Была на Лазурном берегу Франции и в государстве Монако, и видела казино в Монте-Карло. Купалась во время прилива на пляже в курортном городке Сен-Мало, и была на экскурсии в казино. Была в грязном Неаполе и в крепости Кастель-Нуово, и в знаменитом театре Сан-Карло. А на узких каменных улочках на любом углу раскиданы обувь, сумочки – частная торговля. Узкие грязные улочки; бельё, развешенное на верёвке, перекинутой из дома в дом. А зелёный остров Корсика произвёл очень радужное впечатление. Сицилию просто проходили. Проплывали между сотен греческих островков. А на севере побывала во всех скандинавских странах. Запомнилась картинная галерея в Норвегии (Осло) и один из вариантов картины «Крик» Мунка. И, наконец, увидела «Русалку» в Норвегии и «Писающего мальчика» в Брюсселе.

Польша

Первая поездка моя была в Польшу. У моей ученицы, Наташи Якуниной, мама работала проводником и у неё были друзья в Польше. Через них она мне сделала приглашение. Я попала к чудесным людям, неделю жила у них. Путешествовала по Варшаве, увидела высотное здание, похожее на наш Университет – это был Дворец культуры и науки высотой 231 метр. Река Висла делит город на две части. Символом Варшавы является варшавская русалка и на гербе есть её изображение. До XVI века столица была в Кракове. А на рыночной площади стоит памятник русалке. По польски эта площадь называется «Старо място». Там расположен королевский замок, который был почти уничтожен фашистами. Одна треть населения Польши евреи – были отправлены в гетто и там сожжены. Освободили Варшаву советские войска 17 января 1945 года. Была я на кладбище. На каждой могиле советских воинов лежал венок из вереска и хвойных. Что случилось с поляками сейчас? И памятники воинам-освободителям разрушили, и кладбище хотят снести. А люди за их свободу отдали свои жизни. Заходила в костёлы. Католическая вера более скромная: никаких икон, меньше украшательств. Впервые увидела ксендза. В это время вполголоса шёпотом говорили о будущем Папе Иоанне как главе католической церкви. На каждом шагу были кафе-мороженое. Побывала на базаре, посидела в парках. В местном ателье увидела бархат (а в это время были модны бархатные пиджаки), выбрала соломенно-горчичный цвет, через три дня заказ был осуществлён и носила этот пиджак лет 10. В подземных переходах торговали полиэтиленовыми пакетами Wrangler и жевательной резинкой – у нас это была редкость, которой промышляли фарцовщики. На стадионе была борохолка Бывшая спекуляция – сегодня ИЧП.

Посетила недавно отреставрированный культурный комплекс в Лазенках, посвящённый гениальному польскому композитору Фредерику Шопену. Бронзовый литой памятник был взорван фашистами, случайно нашли голову и в 1958 году восстановили. Памятник стоит посреди пруда, вокруг которого можно посидеть на лавочке и послушать музыку.

При каждой автобусной экскурсии в другие страны путь пролегал через Польшу. И однажды я посетила Освенцим, на воротах которого написано «Каждому своё».

Когда ехала на поезде, обратила внимание, что больших, как у нас колхозных полей, не существует. Ферма: домик и чрезполосица (горчица, пшеница, табак, буряк, картофель). Всё это показалось диким после наших бескрайних колхозных полей. Каждое селеньице выглядело как маленький город – обязательно костёл, обязательно кафе, исключительная чистота.

Болгария

В этой стране я была много раз. Албена – город на побережье Чёрного моря – это основная цель. Отдых был организован на «отлично». Вдоль побережья – высотные гостиницы, а у нас кроме «Светланы» в Сочи все санатории были малоэтажные. Чистейший песчаный пляж, уходить с которого не хотелось после моих подмосковных купаний в грязных речушках и прудах. Полотенца меняли каждый день, мыло и шампунь – в пакетиках, потом увозили домой. На пляже – айоран, оранжата – апельсиновый напиток. Единственный недостаток, что с 4-х часов ночи на близпосаженных деревьях гугукали (мы думали голуби, а на самом деле горлицы). Отдых вечерний – или в цыганских шатрах, или в «робинзоновых» уголках, или на музыкальных эстрадах. Так же я видела танцы на раскалённых углях – нестинарство – впервые, не поверила. Много позже узнала объяснение этому явлению. Хождение по битому стеклу тоже было. Один раз были в варьете – примитивные цирковые представления. Там я впервые попробовала «Фанту» и «Пепси». Один раз водили в уличное кафе, где на вертеле обжаривали тушу барана, потом отрезали кусочки и подавали с лёгким вином. И, конечно, народная музыка и народные песни. Впервые увидела как делают мясо на скаре (гриль). А по дороге мелькали 2-х этажные домики. Нижний этаж – кухня и гараж, верхний – жилой, для хозяев. Все домики чистенькие, покрашенные. У входа – полиантовые розы. После русских деревень, грязнущих, с соломенными крышами, с сараями-развалюхами этот мир показался раем. Теперь и у нас коттеджные посёлки, мы пришли к этому через 30 лет. Во всяком случае, Подмосковье стало красивым.

Албена находится на солнечном берегу – Слынчев Бряг. Конца отелям не видно. Между отелями – маленькие магазинчики, где продаются сувениры. Серебряное кольцо в виде чалмы я ношу до сих пор, и каждый азербайджанец в Москве на рынке просил меня его продать для жены.

Едем в Софию. По дороге бескрайние виноградники, покупаем виноград за копейки. Поля помидоров – до горизонта. Посадки казанлыкской розы, из лепестков которой делаются болгарские духи. Пробирочки с одним миллилитром духов вставлены в деревянные футляры с выжжеными узорами и изображениями людей в национальных костюмах. Привезла несколько пробирочек. Тогда выдавали только 27 долларов на поездку, потратила все. Тогда Болгария входила в СЭВ и существовала за счёт туризма и развитого сельского хозяйства.

Доехали до Софии, город солнечный, светлый, мне очень понравился. Очень красивое здание Университета и огромное количество зелёных городских парков.

В городе Пловдиве поднимались в гору по 100-та ступенькам. Там стоит памятник Алёше.

«Стоит над горою Алеша, в Болгарии русский солдат».

Был дождливый день, я со ступеньки отошла в сторону, на травку, подскользнулась, ободрала колено, плюс земля, два месяца потом лечила ногу.

Были мы и в городе анекдотов – Велико-Тырнове.

В другой раз, когда я была в Софии, мы поднимались на гору Витоша. Первый раз я была на такой петлистой дороге в автобусе, боялась, но вид того стоит. Группу сопровождала сотрудник органов КГБ. Она в наше отсутствии проверяла вещи. А я познакомилась с болгарином, он работал в системе СЭВ и хотел подарить мне дублёнку. Принёс в гостиницу, а я испугалась её взять. Тогда бы выезд из СССР мне был бы закрыт. Встречались с ним потом в гостинице «Мир» от СЭВа. Добрейший человек, но был женат.

В Плевне посетили монумент Свободы, посвящённый победе над турками. А у нас этим событиям посвящён Памятник Героям Плевны – русским гренадёрам, 1870 г.,

Потом я отдыхала на «Солнечном Бряге» и на «Золотых песках» несколько раз. Была в городе Варна. Там на площади Кирилла и Мефодия посетили Успенский Собор – центральный в этом городе, и прошли по знаменитому Приморскому парку. 24 мая 2022 года мы отмечаем День славянской письменности на Красной площади. На скалистом полуострове от города Бургаса расположен малюсенький средневековый городок Несебр. В его раскопках нашли руины крепостной стены, башни ворот, остатки византийских терм и церкви Святой Софии IX века. Всего одна центральная улица, над ней нависают эркеры. Всё миниатюрно, чисто, сказочно и, конечно, магазинчики с сувенирами. С берега любовались видом на Золотые пески, а там был ресторан, располагавшийся в выброшенной на берег шхуне с парусами, верфями, каютами. На палубе – столики, и обслуживают тебя пираты в красных косынках.

От Совета ветеранов 2 раза я отдыхала в местечке Камчия. Летом там юношеский спортивный лагерь, а на осень его предоставляют пенсионерам. К пляжу спускаемся по крутой лестнице через лесопарк, где растут грибы и никто их не собирает. Внизу магазин одежды, где можно было тратить валюту, ресторан, где можно было заказать вечер на компанию и прекраснейший пляж, но было холодно, и мы, облизываясь, взирали на море. Его состояние и краски менялись. На берегу собирали ракушки, доходили до старого кафе «Робинзон». В отеле был большой актовый зал «Атриум», приглашали старых артистов эстрады, которые гремели в 60-х годах прошлого столетия. Я вспоминала Лили Иванову. Приезжал уже старый Бисер Киров, победитель международных конкурсов эстрадной песни, которые проводились в Болгарии в городе Варна, а у нас – в Сочи.

      Второй раз мы посетили болгарский Музей космонавтики. Первым болгарским космонавтом был Георгий Иванов. И были в олимпийском бассейне, где проходит подготовка будущих чемпионов. Плавательные дорожки размером 50 метров и их очень много. И вышки для прыжков тоже разной высоты.

А другой раз мы катались на лодке по реке Камчия по Камчинскому заповеднику. К реке Камчия спускались по асфальтированной дороге, вдоль которой – частные ресторанчики, частные гостиницы. Т.к.колючая ежевика росла по бокам дороги, то за инжиром, который прельщал взор, отправиться было невозможно. Растительность субтропическая, смешанная с осиной, дубами, ивой. Все деревья в лианах. Внизу – пункт проката машин (то, что у нас называется каршеринг). По берегу реки два частных ресторанчика, где я впервые ела целую миску мелко обжаренной рыбёшки, как семечки. А в магазинчиках мы покупали слабосолёную брынзу и маслины. В самом пансионате кухня была потрясающая, никакой изжоги, и проводились занятия шеф-поваром. Я записала все рецепты и потом пробовала дома готовить эти блюда. А в магазинчике за отелем можно было купить фрукты, болгарский перец, кисело мляко и йогурты. И в этом магазинчике можно было заказать шашлык и уплетать его на скамеечке у входа. Ходила я вдоль берега Камчии в богатый дачный посёлок. По единой планировке построены коттеджи, перед ними на вкус хозяев украшенные палисадники. Обязательно веранда и балкончик. После моего садоводства в Александрове это была сказка. В один день нас собрали и мы пошли на берег Камчии возлагать цветы к памятнику советским воинам-освободителям. Мне казалось, что дружба с болгарами – на век, и вдруг мы стали врагами. И жизни наших солдат были положены зря. Теперь в 2022 году болгары разрушают эти памятники. Когда ехали на экскурсию, то я не увидела виноградников, не увидела бескрайних полей томатов, даже виноград можно было купить только в одном месте. И на базаре овощи и фрукты стоили дороже, чем в Москве.

В 2015 году на «Золотые пески» я поехала с Ирой. Её дочка, живущая в ФРГ, купила двухкомнатную квартиру на 3-ем этаже особняка в кооперативном квартале. Забираться на 3-ий этаж без лифта с больными ногами было трудно. Во дворе жила цыганская шумная семья. На пляж мы ходили к роскошной гостинице, где разрешалось лежать только на лежаках, т.к.пляж был платный. Подкарауливали пустой лежак и располагались, пока нас не выгнали. Пляж песчаный, очень чистый. Наверху склона располагался молодёжный лагерь, состоящий из маленьких двухместных домиков из цемента. Т.к.нас прогнали, мы были вынуждены ходить далеко на дикий пляж. Там всегда были пустые лежаки, спрятаться от солнца можно было под зонт или устроиться на деревянном настиле с крышей, но без стен. Вдали, на другом берегу, был виден мост, ведущий к Несебру. Т.к.мы обслуживали себя сами, то ходили в местные магазины. Мясо было всегда свежайшее, фрукты выставлялись на улице – выбирай, какие хочешь. Впервые по дороге увидела аппараты, продающие кофе (кофематы), а сейчас они установлены и у нас в каждой поликлинике. При нас велось восстановление храма, а рядом был огромный пустырь, куда не советовали заходить, т.к.можно было встретиться со змеёй. В трёх километрах был огромный супермаркет. Мне понравился козий сыр. Прогулка туда и обратно занимала часа 2 в плохую погоду. Хотя Ирина дочка приглашала нас каждый год, мы уже с Ирой не могли подниматься на третий этаж пешком.

Чехословакия

Сейчас это два государства: Чехия (со столицей город Прага) и Словакия (со столицей город Братислава). Конечно, наибольшее впечатление произвела Прага. Гуляла по Карлову мосту длиной 520 метров, шириной 9,5 метров. Стоит на 16-ти арках через реку Влтаву. Он назван в честь Карла IV, единственный мост, на котором расположено 30 скульптур. Сам мост – это и есть музей. Поражает статуя Яна Непомнящего и статуя Святого Луки

Была в Пражском граде, видела Кремль, Собор Святого Вита. Конечно, видела коллекцию старинной серебряной посуды. Пила пиво в пивнушке у моста, бродила по Золотой улочке, где жили алхимики. Пражский град – это резиденция президента. В часовне Святого Вячеслава собраны драгоценности с XIV века (бирюза в золотой оправе, фрески XVI века и королевские регалии). Видели мы серебряную гробницу Фердинанда I и его семьи, готический алтарь святого Сигизмунда. В летнем бельведере видели фонтан из бронзы, который Фердинанд I подарил своей жене для развлечений.

Пражская весна 1968 года была уже после моих поездок. А в 2022 году было ужасное наводнение, и скульптуры Карлова моста повреждены, и мост закрыли на реставрацию. А я на все деньги купила 3 богемских бокала с золотом и стеклянную шарообразную вазу.

В другой приезд я была в Карловых Варах. Во-первых, мы были в пещерах, которые называются Марианские лазни (в честь Девы Марии). Во-вторых, впервые увидела сталактиты и сталагмиты – таинственный мир – в пещере Мазоха, а также водопад высотой 100 метров. Во-третьих, попробовала Карловарскую минеральную воду из источников. В-червёртых, в кондитерском магазине купила вафельные коржи для изготовления домашних тортов. В-пятых, впервые была на дискотеке. В городе Марианские лазни (бывший Мариенбад) есть уникальная русская церковь с иконостасом из керамических плит, украшенных майоликой. Оказывается, он был изготовлен в России на Кузнецовском заводе. На иконостасе висят редкие иконы.

На этом курорте бывал: Гоголь, Гончаров, Шопен, Марк Твен, Гёте, английский король Эдуард VI, который посещал казино в стиле итальянского ренессанса.

Одна из аллей парка связана с именем немецкого поэта Гёте, который часто отдыхал в этих местах. Там установлен ему памятник. Рассказывали легенду о любви старика к 18-летней девочке.

Далее поехали в город Готвальд, где были на экскурсии в Музее обуви. Тогда были модны замшевые сапожки с каблуком «копыто». Купила коричневые, носила 5 лет.

А 24 октября в Карпатах выпал снег, и мы уезжали в зиму. Автобус был дырявым, я сидела на последнем сидении, вся одежда была мокрой. Я простудилась и болела 2 месяца.

Венгрия

Поездки на автобусах иногда грозили здоровью: то биотуалет заперт, то крыша дырявая, и бесконечные проверки паспортов отнимали очень много времени. А уж по железной дороге – одни приключения: пограничников ждёшь, проверка вещей отнимает нервы, где-то лишнюю баночку икры (а тогда она стоила 79 рублей) или бутылку водки везёшь, чтобы обменяться на сувениры, а нервов теряешь на тысячу.

В 2001 году я поехала в Венгрию, в Будапешт, его называют «жемчужиной Дуная». Архитектура города поражает, его называют за красоту «Парижем Восточной Европы». Сколько дворцов, сколько мостов, парков и бульваров! Когда переезжали Дунай, я увидела термальную купальню – у них называется «сеченя». От воды поднимался пар. Красота необыкновенная! Кроме экскурсий, я бродила по городу и восхищалась им. А на базаре господствовали чеченцы.

В другой раз я была на озере Балатон, купалась там 3 дня. Краёв не видно, его и называют пресным внутренним морем. 196х14 кв.км – одна вода. А в отеле впервые спала на пуховой перине и пуховых подушках и укрывалась пуховым одеялом. Получила неизгладимое впечатление.

Румыния

Ехала на поезде. Была осень. Буковые и грабовые леса с тёмно-бордовыми листьями производили впечателение сказки. Это были истинные Карпаты. Ехали мы после землетрясения 1977 года, отказаться от путёвки уже было невозможно. Поэтому Бухарест – маленький Париж Восточной Европы, – расположенный на семи холмах, с внутренними озёрами, радостных впечатлений не оставил. Видела развалины и трещины в старинных домах. Помню только королевский дворец, где собраны предметы искусства при Кароле I. Помню парк. В городе много оригинальных построек монастырей и церквей – мужской монастырь XVII века, Церковь Святого Георгия и проч. Чаушеско ещё не было, и Дворец-Парламент, украшающий Бухарест сейчас, ещё построен не был. В городе есть целый район, где живут цыгане. Сидим в кафе, а все окна облеплены попрошайками. Еда в рот не идёт… Поехали по Трансильвании. В каждой деревне – церковь, костёл, замки. В городе Сигишоара поразила цитадель XII века – это средневековый Кремль с башнями и бастионами. Башни называются: Кузнецовая, Сапожниковая, Меховая, Верёвочная, Часовая. Улицы узенькие, мощёные. Там же показали жёлтый дом, где родился и жил граф Дракула. В это время Румыния дружила с Китаем. Оттуда я привезла кофейный сервиз белого толстого фарфора с синим ободком (остался только кофейник, блюдце и две чашечки без ручек).

Югославия

Югославия как единая страна переходила к капитализму. Разрешение на поездку я получала в Райкоме партии после посещения стран соцлагеря.

Белград – столица – расположен на двух живописных реках Сава и Дунай. Мы там плавали на лодке. В городе ещё были дома, разрушенные во время войны. В Белграде поразил Проспект князя Михаила с огромными магазинами. Вещи выдавали в больших пластиковых пакетах. Тогда меняли 27 долларов. Купила две нейлоновые комбинации в 10 раз дешевле, чем в Москве и носила десяток лет, и несколько коробочек с колготками. А в гастрономическом магазине впервые увидела как разделывают мясо. У нас в это время рубили кусками, а у них уже были стейки. Поразило, что днём люди 2-3 часа не работают – сиеста.

В 1999 году Югославия подверглась бомбардировке авиации НАТО и распалась на самостоятельные государства: Сербия со столицей Белград, Хорватия, Черногория, Босния, Словения, Македония, Герцеговина. Совершая морские круизы, я посетила и знаменитый город Дубровник, памятник средневековья, и Черногорию с живописным городом Котор с необыкновенными озёрами. А две мои ученицы – югославки – одна из города Нови-Сад, а другая из Бани-Лука оказались в разных государствах. Эти страны вновь возрождались из руин. Из Югославии я привезла деревянную птицу и научилась фаршировать кальмара.

Через 30 лет я отдыхала в городе Сплите в отеле «Медена» на чудесном пляже. А в море можно было напороться на иглы морского ежа. Удивляло, что в семье много детей и на пляже их никто не охраняет. Предоставлена полная свобода детству. А когда на машине путешествовала по окрестностям, то видела как в горах участки отделены стенами из собранных камней.

Город Сплит был центром Долмации. С 284 по 305 гг. здесь правил римский император Диоклетиан. Но в 305 году он отрёкся от власти, и был захоронен во дворце, в христианском Храме Юпитера. Дворец представляет собой выложенный из камня с мостом через реку 4-х угольный мини-город. Там есть Собор Святого Дуэ

Недалеко от Сплита находится жемчужина Средиземноморья город Дубровник. Назван в честь окружающей дубовой рощи. Расположен на обрывистом мысу над морем. Делится на две части – старый и новый город. Окружён крепостными стенами. По городским стенам можно обойти по периметру в 2 км. Сплошь камень: мостовые, здания, узкие улочки, узкие лестнички. Страдун – это центральная улица города, по ней-то мы и бродили, заходя в сплошные магазинчики, аптеки, Францисканский монастырь на главной площади Ложа, с Церковью Власия, с дворцом Спонца. Удивила чистота воды в море (с высоты видим каждый камушек), тишина в городской гавани, масса уличных летних кафе. Город чистый, охраняется ЮНЕСКО. Впервые попробовала хамон (вяленая свиная нога), у них называется пршуто, грамм 300 нарезки привезла в Москву.

Турция

В годы безденежья люди всех профессий находили выход в «челночестве». Тогда это было стыдно, накупили консервных ножей по рублю, насобирали юбилейных монет с Лениным и отправились в Стамбул на центральный рынок, а там на вырученные деньги можно было купить мохер (тогда очень модная пряжа), трикотаж (трусики и маечки), некоторые ехали за коврами, некоторые – за дублёнками, хрустальными люстрами и бра. Узкие мощёные улочки, тротуарчики, где двоим не разойтись. Каменные дома: на первом этаже или ресторан, или магазин (и даже в подвале), а на втором и третьем этажах мастерские, в которых можно было купить кустарную продукцию. На улицах – очень много негров. По центральной улице ходил трамвай. Конечно ходили на берег пролива Босфор, разделяющего Европу и Азию между Чёрным и Мраморным морями, и видела мосты через бухту Золотой Рог, они подсвечиваются и зрелище потрясающее. Была экскурсия к мечети Ай Софи (Собор Святой Софии). Это бывший православный собор высотой 55,5 метров с диаметром купола 31 метр, второй по величине после Собора Святого Петра в Риме. В нём – мозаики Христа. В то же время пристроены исламские минареты, а внутри – ложе султана. Когда он был собором, то одновременно был и музеем, но платным. А теперь с 2020 года он стал свободно посещаемой мечетью.

У столицы Турции было три названия: Византий, Константинополь, Стамбул.

Любопытство привело на самый большой крытый рынок в центре города, называется он Гранд Базар. Возник в XV веке во времена Османской империи. В нём 60 улочек, 4500 лавочек, 20 фонтанов и даже башня. Это город в городе. Только там большой золотой рынок.Ну, а все яства пробовала, конечно, бесплатно.

Видела развалы старинных колонн, ещё с тех пор, как этот город был столицей Византии. А другую Турцию я видела уже в морских круизах. Была в Измире и в Эфесе, три раза просто отдыхала на берегу моря. Впервые поняла, что такое шведский стол, анимация. Необычно было накладывать в тарелку всё, что хочешь и сколько хочешь, хоть 10 раз подходи к столу.

Однажды я купила путёвку в Кемер за 7,5 тысяч рублей. Был прекрасный отдельный номер, чудесный пляж, рядом – сосновый лес, хороший шведский стол и вечером – танцы до упаду.

В Алании впервые попробовала мушмулу. Все изгороди частных домиков в цветах клематиса, гибискуса, пасифлоры, бугенвилии, вьющейся гортензии, а внутри – небольшие магнолии, заросли бананов, бамбука. Два хрустальных бра привезла, и до сих пор они светят.

Германия

Первый раз я была в Демократической Германии в 60-х годах прошлого века. При выходе из аэропорта увидела какие-то кусты, облепленные жёлтыми цветочками, – это форзиция. Берлин с его центральной улицей Унтер-ден-Линден, с его наземным метро, с его озеленёнными балкончиками поразил меня. Впервые ела сосиски со сладкой горчицей и пробовала немецкое пиво. Тогда в моду у нас входили изделия из химического волокна. В Германии каждое окно было завешено красивыми белыми синтетическими шторами. Конечно, я купила такие же, они оказались вечными. Каждое окно было оформлено «французским балконом» с красной геранью – это меня потрясло. В первый раз я была в то время, когда стена разделяла ГДР и ФРГ. Подъезжали мы к ней и через Брандербургские ворота видели другую страну.

Бах родился в городе Айзенах и прожил там свои первые 10 лет. Дом разрушался и реставрировался. В нём экспонируются личные вещи Баха и барочные музыкальные инструменты. А в церкви – старинный орган. Но я ничего в этой музыке не понимаю, только чувствую, что очень сложно играть на органе, нужно и руками играть и ногами.

Посетили мы и Потсдам, где было заключёно августовское соглашение 1945 года между тремя союзниками Второй мировой войны -Великобританией, Соединенными Штатами и Советским Союзом.

Загородный дворец Фридриха Великого называется Сан-Суси, в переводе с французского «без забот». Я впервые видела настоящий дворец и настоящий садово-парковый комплекс – резиденцию прусского короля Фридриха-Вильгельма. Дворец одноэтажный. Атланты и кариотиды между окнами поддерживают крышу. Арочные колонны, виноградные террасы, в центре – фонтан. Мраморные статутуи Венеры, Аполлона, Марса, Юпитера, а также аллегории Огня, Воды, Воздуха и Земли украшают парк и залы дворца. Дворец расположен на Виноградной горке, поэтому вид из залов поражает взор.

В другой приезд мы были только в Дрездене, хотели посетить Дрезденскую галерею, но было страшнейшее наводнение, на белой стене Кирхи был мокрый след от воды и метка. Мы ограничились ознакомлением с фотографиями судьбы этого города во время войны. Зато посетили лютеранскую церковь Богоматери в стиле барокко. Высота её 95 метров, венчает огромный купол, а на нём – колокольня. Во время войны она была полностью разрушена, горела, и в 1996 году началось её восстановление. Включены камни со следами пожара.

В следующий раз я поставила себе цель увидеть «Сикстинскую мадонну» Рафаэля в Галерее старых мастеров с 1754 года. У меня дома репродукция, но она не производит того впечатления, какого достигает сама картина. Взгляд Мадонны тебя преследует, куда бы ты ни пошёл. Но на общение с нею уделяется несколько секунд, т.к. к ней стоит огромная очередь. Потрясли картины старых мастеров: «Шоколадница» Лиотара, «Дрезденский Триптих» Яна ван Эйка, «Спящая Венера» Джордане. «Версавия у фонтана» в зале Рубенса.

2005 год – объединённая Германия (ГДР + ФРГ). Сагитировала Иру Козлову, Галю Минееву с мужем и через мою любимую фирму «Аркадия», которая пережила все невзгоды и жива до сих пор, мы решили посетить замки Германии в Тюрингии. Средневековые замки были все на вершинах холмов, обязательно был зал со средневековым оружием, танцевальный зал, много портретов, зеркал, ковров и шпалер.

Конечно, нас подвезли к восстановленной части Берлинской стены, которая раньше разделяла два государства, два народа. Воссоединение Германии произошло при Михаиле Горбачёве 9 ноября 1989 года, за что он получил Нобелевскую премию Мира.

Увидела Бранденбургские ворота и поехали на экскурсию к восстановленному из руин зданию Рейхстага – резиденции Германского канцлера и месту, где заседает Бундестаг ФРГ. В 1933 году Рейхстаг был подожжен национал-социалистами, сгорел купол. Пытались реставрировать. Во время Великой Отечественной войны там был госпиталь. При взятии Рейхстага купол взорвали. Часть здания разрушилась. 30 апреля 1945 года было водружено Знамя Победы. Остатки подписей участников штурма при последней реставрации перенесли внутрь помещения, осталась только одна подпись. В 1999 году здание реставрировали, купол застеклили (диаметр купола 40 м, высота – 23,5 м). Британский архитектор Норман Фостер получил звание лорда. На экскурсию и на заседание Бундестага можно попасть бесплатно.

Церковь Святой Марии – лютеранская, а Берлинский кафедральный Собор – протестантский, в стиле нео-ренессанса. Там расположен склеп династии Гогенцоллеров. Издалека виден зелёный купол – это окислившаяся медь. Конечно, мы побывали в Трептов парке, где находится памятник-кладбище советским воинам и скульптура Воину-освободителю, автор Вучетич. Почтение перед памятью воинов-освободителей мира от фашизма в последние годы вытесняется ненавистью и разрушительством. Безумно обидно за память наших солдат-освободителей.

В городе Мюнхене были в знаменитой пивной. Подавали пиво в больших литровых кружках. Можно было заказать или знаменитые сардельки, или свиные ножки с кисло-сладкой капустой. Конечно, поразил Мюнхенский Собор на Мариенплац (Ратушской площади). В 12:00 на башенных часах Мюнхенского Собора начинается движение кукол: 32 фигурки в натуральную величину начинают своё представление. У нас таких представлений в то время ещё не было. Часы на фасаде Театра кукол в Москве ещё не были отремонтированы, поэтому это действо меня поразило. На этой же Мариенплац расположен Чумной Столб с позолоченной Девой Марией на вершине, а по 4-ём углам – скульптуры маленьких мальчиков, означающих 4 пути: война, голод, мор, ересь, которые каждый человек должен преодолеть.

А потом поехали в город Баден в земле Баден – летнюю столицу мира, в один из моднейших курортов, теперь он называется Баден-Баден. Это бальнеологический курорт. Здесь принимали ванны и Тургенев, и Чехов, и Вяземский, и Гоголь, и император Александр I. Курортный парк поразил своей чистотой, ухоженностью. Посетили Церковь Штифтскирхе с уникальным каменным крестом на хорах, высотой более 6 метров, вырезанный полностью из известняка. Это католическая церковь, скульптуры Петра и Павла украшают её портал. Было время для отдыха, и я пошла в Курпарк и нашла мягкую игрушку – полосатого кота – новую (кто-то уронил). Жила она у меня 10 лет. Пришла Юля с дочкой, которой эта игрушка понравилась, пришлось подарить.

В телевизионной передаче «Жизнь других» Жанна Бадоева рассказывает о жизни современной Германии: «Учись, хоть до 30-ти лет, бесплатно. Роддом и уход за матерью – бесплатно. Но за брошенную жевательную резинку – штраф до 125 евро. За прогул в школе, особенно перед каникулами, – штраф до 2000 евро. Медицинская страховка – 790 евро».

«Наше государство решает любую личную проблему», – говорит берлинка. Вы спросите: «Зачем собаке психолог?». Ответ: «Научить её быть воспитанной, не грызть тапочки от депрессии». Психолог стоит 50 евро, но и тапочки стоят 50 евро. Не бывает плохой собаки, а бывает плохое воспитание.

Марина, Ирина дочка, живёт в Висбадене – курортном городке. Три дочери её получили хорошее образование, занимались в театральной студии, в художественной студии, выступали в театральных массовках – всё бесплатно. Квартиру Марина покупать не будет, до конца дней ей предоставлена квартира от Еврейской общины.

АВСТРИЯ

Бывала несколько раз. В Вене поразила Чумная колонна – одна треть населения Европы погибла от чумы, люди умирали на улицах. Конечно поразил готический собор Святого Стефана, здание венской Оперы, но в театре мы не были.

Каринтия – федеральная земля на юге Австрии, на границе с Италией и Словенией. С Альпийских гор стекает множество водопадов и ручьёв, питающих реки и озёра.

Три озера пересекли на катере. По берегам – домики тирольского плана, на террасах – яркие цветы. На первом этаже – кухня и, обязательно, машина. Зее (зе) – в переводе «озеро». Вертерзее – в честь Вертера – длиной 20 км. По берегам расположены отели. Это самое тёплое озеро. В 4-х километрах от него посетили городок Клагенфурт, который славится многочисленными фонтами. Все улицы утопают в цветах в огромных горшках и вазонах. Вдали видны заснеженные вершины Альп.

Далее приехали в город Зальцбург – город музыкальных фестивалей. Его название связано с добычей соли. В парке Мирабель все стены утопают в цветах глицинии. Впервые видела эту лиану с сине-сиреневыми гроздями цветов семейства бобовых. Отцветшие выпускают длинный плоский боб. Дальше вышли к дому, где несколько лет жил композитор Амадей Моцарт. Центральная улочка с массой магазинов, над которыми висят знаки ремёсел (сапог, ножницы, горшок). Городок узкий, сзади него скалистые горы с крепостью. В Соборе Святых Руперта и Вергилия можно было послушать орган. Далее прошли к залам фестиваля. В Золотом зале Венского общества любителей музыки Musikverein проходят новогодние концерты. И потом нам предложили прокатиться в коляске, запряжённой парой лошадей.

Тогда очень модны были кристаллы Сваровски с огранкой под бриллиант. Мы были в городе Ваттене, где располагалась фабрика и музей. Привезла большой кристалл.

Вена

Вена – столица Австрии. Расположена у подножия Альп на берегу реки Дунай. Центр города ограничен кольцевой улицей Рингштрассе – это цепочка бульваров вокруг старого города. Вена была резиденцией Габсбургов.

Экскурсия начинается у памятника Марии Терезии высотой около 19-ти метров, сидящей на троне. Постамент – 6 метров. В левой руке она держит скипетр, а правой приветствует народ. Вокруг 4 аллегории: Справедливости, Силы, Милосердия и Мудрости. А вокруг – её военачальники, советники,управленцы и представители науки и искусства. Памятник производит впечатление грандиозности. На площади Марии Терезии расположены два музея: Музей истории искусств и Музей естественной истории. Когда я в другой раз была в Вене, объявили «ночь музеев». Можно было бесплатно посмотреть любой музей и бесплатно на общественном транспорте доехать до дома. Я выбрала Музей естественной истории. Помню, что различные климатические зоны, например: степи, болота – были представлены не только растениями, но и живыми животными (змеи, лягушки, птицы), т.е. оживлённые диорамы. Много позже идею «ночь в музее» воплотили и у нас.

Дальше отправляемся осматривать королевский дворец – Ховбург. Это была зимняя резиденция австрийских королей Габсбургов. Там было здание королевского театра, сокровищница драгоценностей, императорских корон, скипетров. Самое интересное – это имперская корона и скипетр Карла I.

Но самое интересное – это Музей Сиси, народной любимицы. Елизавета Баварская, став императрицей в браке с Иосифом I, называлась ласкательным именем Сиси. Сохранились её платья, колье, сохранились мебель и посуда. Замок имеет двое входных ворот. Со стороны Площади Иосифа находится Испанская школа верховой езды. Лошадей можно было увидеть в окошечко.

Впечатление произвела Чумная колонна. В 1679 году эпидемия чумы сократила население города на одну треть. В благодарность за избавление от неё, в 1693 году была воздвигнута эта колонна.

В Венской опере, открытой в 1869 году, в фойе Зал Бартока, Зал Маллера – это бывшие директора Оперы в середине XX-го века. Стоячие билеты за 4 евро позволили нам экскурсию по залам. Видимость ото всюду очень хорошая.

Конечно, неизгладимое впечатление производит Собор Святого Стефана. Главный алтарь украшен скульптурой «Мадонна с младенцем». С верхней площадки за 6 евро можно было видеть всю Вену. Впечатляет памятник Моцарту, умершего в Вене в крайней нужде. И золотой памятник Штраусу в городском парке. Он был вылит из бронзы, покрыт золотом, поставлен в мраморной арке с барельефами танцующих пар. Подъезжала к зданию Венского музыкального общества Мюзикферайн, построенном при Франсе Иосифе в 1869 году. Внешне очень скромно, а внутри – сплошная роскошь. Оттуда всегда транслируется новогодний концерт. На каждом углу – кафе, кондитерские, где предлагают разнообразные штрудели, шоколадные и марципановые конфеты. Ну и, конечно, каждый старался купить коробочку конфет «Моцарт».

Пратер – это общедоступный парк. Удивило, что люди имели право отдыхать на траве.

В пяти км от Вены находится Дворцово-парковый ансамбль Шёнбрунн. Во дворце 36 залов. Экскурсия разбилась по 7 залов и стоила 7 евро. Посмотрели покои Марии Терезии, Франца Иосифа. Были здесь и Наполеон, и Сиси. Здесь родился и, в основном, жил Франц Иосиф. Были построены: Театр – при Марии Терезии, а при Франце I – зоопарк. Перед домом изумительный парк с бассейнами, а на огромном поле проводятся открытые концерты.

Художественный музей называется Галерея Бельведер. Здесь представлено творчество австрийских художников: Кокошко и Густава Климта. Знаменитая «Золотая Адель» и картина «Поцелуй» – это направление в искусстве ар-нуво.

Недалеко был памятник советским воинам. Неухоженный, ни одного цветочка, требующий реставрации.

В Галерее «Альбертино» рисунков и печатной графики в то время была выставка Марка Шагала. Времени выстоять очередь не было.

В оранжерее была выставка живых бабочек. Они летали по залу: махаоны, павлиноглазки и парусники.

В квартале исторических музеев люди отдыхали на надувных подушках во дворе. Меня это удивило. После строгой Москвы, где ничего нельзя, у них было всё можно.

ФРАНЦИЯ

Париж

Мысль «увидеть Париж и умереть» выпорхнула из уст Ильи Эренбурга. Конечно, я мечтала о Париже и, наконец, оказалась там. Когда-то Генрих Наваррский сказал: «Париж стоит мессы», а мысль Хемингуэя: «Умереть и не увидеть Париж» долго точила меня. Во Франции была 3 раза: один раз только изучала город Париж, а остальное – это были автобусные туры по Франции, замки Луары. Первый раз остановились на окраине Парижа в отеле «Клима» в негритянском районе. Это было 24 апреля, в Москве ещё было прохладно. Я поехала в плащике, рисковала, но температура воздуха была 15 градусов. В этом районе я впервые увидела поля с зелёным и красным салатом. Потом красный салат выращивала у себя на даче. Поразил меня Собор Парижской Богоматери. Конечно, вспомнился Виктор Гюго. Собор строился с 1163 по 1345 гг. Главный фасад с 3-мя порталами с изображением страшного суда. Высота собора 35 м, длина 130 м, высота шпиля 96 метров. У основания шпиля 4 группы бронзовых статуй апостолов: Марка, Луки, Матфея и Иоанна. Крыша с XII века из свинцовых плит. Поражают витражи высоких стрелочных окон – единственный источник света в католических соборах. Витражи поражают изображениями святых. Большой колокол носит имя Эмануэль. Верхняя часть Собора украшена горгульями с мордами химер. Этот Собор служил местом королевских бракосочетаний и коронаций. 15 апреля 2019 года пожар обрушил кровлю, а шпиль пробил своды центрального нефа. Весь мир собирает деньги на его восстановление.

Эйфелева башня – «железная дама» была построена 1889 году на марсовом поле к 100-летию Великой Французской революции. Названа в честь инженера Эйфеля. Видна с любой точки Парижа уже 133 года. Сейчас высота её с антенной 330 метров. В мой первый приезд она считалась самым высоким сооружением в мире. Сейчас в Нью-Йорке Крайслер Билдинг обогнал её. Я не рискнула на неё подняться, рассматривала снизу.

А далее была первая автобусная экскурсия. На Вандомской площади колонна высотой 43 метра со статуей Наполеона. На этой площади расположен самый богатый отель «Ритц», о котором писал Хемингуэй.

Запомнился центр национального искусства и культуры (современной) им. Помпиду. Тогда это было самое оригинальное архитектурное здание. Шли мы по стеклянной трубе в зал Современного искусства на 4-ом этаже. В воскресенье вход бесплатный. Постмодернизм я не понимаю. Удивило, что парижане сидели и лежали на траве около музея. У нас это не было разрешено. А вокруг типичные французские здания с мансардами и огромными каменными трубами на крышах от каминов. И на каждом окне будто маленькие 2-х створчатые ставни – это жалюзи.       Поехали к Триумфальной арке. Расположена она на Площади Шарля де Голля и поставлена в честь победы Наполеона при Аустерлице. Высота около 49 м, ширина около 45 м, высота свода более 20 м. Стиль – ампир. Украшают 4 скульптурные группы и 6 барельефов с изображением битв. Под сводами – могила неизвестного солдата Первой Мировой войны. В этот день – 8 мая – Франция принимала японского императора. Были знамёна, выстроились войска, и только после этих торжеств нас подпустили к лифтам и со смотровой площадки мы любовались улицей Елисейские поля. Это самая богатая улица с виллами знаменитых людей, с магазинами, ресторанами, садами. Длина её 1915, а ширина 71 метров. Здесь находится Елисейский дворец – резиденция всех французских президентов. В Елисейском дворце в наши дни проходили встречи Меркель и Путина, Макрона и Путина по заключению мира на Украине с 2014 года.

Проезжали вдоль Булонского леса, основанного Наполеоном III для королевской охоты. Из окна автобуса видела знаменитый парк Тюильри, в нём когда-то был дворец Екатерины Медичи, сгорел во время Французской революции. Сейчас это место прогулок и отдыха парижан.

Были на экскурсии в Лувре. Находится он на улице Риволи в старинном королевском дворце. Встречает нас конная статуя Людовика XIV и стеклянная пирамида, через которую освещается зал. В музее представлено искусство Востока, Греции, Африки. Музеем Лувр стал при Наполеоне I после победы революции. Европейское искусство представлено Тицианом, Караваджи, Рембрандтом, Рафаэлем, но в основном народ толпится у картины Леонардо да Винчи «Мона Лиза». Мона по-итальянски мадонна, т.е. Мадонна Лиза. Второе название картины «Джоконда» означает «счастливая». Меня потряс её взгляд и улыбка в уголках губ. «Даная» Тициана и «Поклонение пастухов» Рембрандта, и скульптура «Венеры Милосской», и статуя «Афродиты» без рук, и… Сокровищ искусства неисчислимо много…

Парижская опера «Grand Opera» или Опера Гарнье построена была в период с 1862 по 1878 гг. и названа в честь архитектора её построившего. Она была создана в стиле эклектики. Лестница с двойным пролётом ведёт в несколько фойе. Большое фойе очень богато украшено мозаикой с золотым фоном. Зал красно-золотой, в виде подковы, кресла покрыты красным бархатом. Огромная люстра из хрусталя, а плафон, расписанный в 1964 году Марком Шагалом (не французом), состоит из 5-ти секторов с фигурами из различных опер и балетов и видами Парижа. В этом театре проходили «Русские сезоны» Дягилева. Премьеру «Бориса Годунова» с Шаляпиным приняли на ура. Все группы собираются на ступеньках Оперы и любуются площадью перед ней.

Недалеко от здания Оперы расположен Музей парфюмерии «Фрагонар». Я видела медные реторты, в которых возгоняли травы, соединяли с спермацетом для сохранения запаха. В музее представлена коллекция духов нескольких веков. Продают пробники. По дороге из окна автобуса мы видели сине-лиловые поля – это возделывалась лаванда для парфюмерии. Столицей парфюмерии во Франции многие века считается город Грасс, окружённый благоухающими лавандовыми полями. Т.к.у меня уже около 100-та лет хранится флакон духов «Coty» и запах не выветривается, то я знаю, что современные духи хранят запах несколько часов. Были на экскурсии у Дворца инвалидов. Здесь доживали до смерти раненые бойцы наполеоновских войн. Через 20 лет после смерти на острове Святой Елены, сам Наполеон был похоронен здесь.

Подъехали к королевскому дворцу Пале Рояль. Заложил его в XVII веке кардинал Ришелье. Вспомнила Дюма. Заехали в музей D,Orse. В здании бывшего вокзала был организован музей импрессионистов и постимпрессионистов, а также предметов декоративного искусства. Коллекция за счёт меценатов. Здание вокзала преобразовалось в музей при Жорже Помпиду в 1978 году, а в 1986 году президент Миттеран его открывал. Первый этаж – скульптура, остальные 4 этаже – картины. Там и Гоген, и Курбе, и Сера, и Поль Синьяк, и Тулуз-Лотрек, но самая известная – картина Монэ – «Завтрак на траве». Я импрессионистов люблю и много про них начиталась.

Целый день был посвящён экскурсии в Версаль – это летняя резиденция королей. А Лувр сначала был зимней резиденцией королей. Генрих IV ездил в эти места на охоту. Людовик XIII построил из кирпича и камня охотничий замок Фонтебло. А Людовик XIV – Солнце – построил настоящий дворец и перебрался туда из Лувра. Он пригласил ландшафтного архитектора Андрэ Ленорта и заложил Дворец и Парк. Это была резиденция королей с 1661 года, а с 1830 года она стала музеем. На плане – это три луча как гусиная лапка. Здание 3-х этажное. Северное и южное крыло пристраивались. На 2-ом этаже Большая или Зеркальная галерея смотрит в сад. Длина зала 73 метра. 1500 комнат. Залы называются: Геркулеса, Изобилия, Венеры, Дианы, Марса, Меркурия, Апполона. Потолки расписаны картинами, лепнина, зеркала из венецианского стекла, ковры, гобелены, портреты, роскошная вычурная мебель, статуи. В коронационном зале – статуя Наполеона I с оливковой ветвью и 150 королевских корон. В здании не было ни одного туалета. Ночные горшки выливались за окно. Франция в те годы – грязная, антисанитарная страна. Была своя оранжерея, выращивали в ящиках апельсиновые деревья и на зиму увозили их в хранилище. Красивый пруд со статуями, большой канал с 650-ю ответвлениями на площади в 100 га. Во дворце танцевали королева Виктория, Пётр I, Екатерина I. На дворце написаны слова: «Всё во славу Франции». Это было новое чудо света.

В 1912 году в Версале был подписан договор между Францией и Германией – «Версальский договор».

Замки Луары

На автобусе поехали в чарующие места Франции. По дороге чередуются зелёные холмы, виноградники на десятки километров (частные), где-то голубеет лес. И вдруг – Шамбор – замок-шкатулка, квадрат и по бокам 4 цилиндра, окружённый рвом. А наверху – башенки, башенки, башенки… По мостику через ров подходим к замку. Король Франциск I Валуа в 1516 году пригласил жить у него в загородном замке Амбуаз великого Леонардо да Винчи, который помог разработать проект нового замка Шамбор. В 1516 году началось его строительство. Леонардо да Винчи предложил королю «Мону Лизу», и король купил её. В замке поражает винтовая лестница по проекту Леонардо. Это две спирали: по одной поднимаешься, а по другой спускаешься, друг друга не видя. Конечно, в каждом зале оригинальные камины, потолки расписывал и проектировал Клод Руссе. В коридорах – старинные шпалеры и ковры (как новые). Длина замка – 156 метров, ширина – 117 метров, 426 комнат, причём, на каждом этаж по 4 круглые комнаты, 77 лестниц и над каждой – эмблема «саламандра» – это герб французских королей. Замок был построен за 3 года. Теперешние хозяева живут на 4-ом этаже. Леонардо да Винчи скончался через 3 года. Сначала был похоронен в королевском монастыре, а потом перехоронен в капеллу. На крыше башенки все разные. На одной из них – крест с лилией – символом королевской власти. Что удивило. Зачем столько комнат? Как могли сохраниться веками гобелены, ковры?

Замок Шенансо расположен на берегу реки Шер. Идём по платановой аллее через подъёмный мост попадаем в здание. Король Генрих II построил этот замок для Дианы де,Пуатье – красивой и умной женщины старше его на 19 лет. А жена его, Екатерина Медичи, после смерти короля потребовала у Дианы уступить замок ей. Обе разводили сады и огороды и соревновались друг с другом, поэтому замок называют «Дамский замок». От старой крепости XIII века сохранили башню справа. Людовик XIV был последним владельцем этого замка. Саламандра и горностай – герб династии Медичи и Людовиков. В спальне Екатерины Медичи рассказывают о её коварстве. Она проводила здесь роскошные праздники, собирая всю знать. Гобелены со сценами охоты украшают переходы из залов, расписные потолки… В помещении кухни – медная посуда и разделочный вертел для мяса. Этот замок находится в частном владении. В пристройках замка – коллекция старинных карет. Во Франции старинных замков около сорока.