Читать книгу: «Сантехник 4»

Глава 1

«Это что же, разбойники нападут на пятерых настоящих воинов и четверых возниц при еще двух охранниках?» — не понимаю я.

«На одиннадцать человек? Из которых семеро готовы сражаться? Да не может этого быть!» — утверждаю себе. — Сколько же их там набралось? Полсотни рыл, что ли?»

Мелькают у меня быстрые мысли в голове, ведь я пока никак не понимаю сложившуюся ситуацию. Набралось косматых мужиков, желающих наших смертей, и правда много в этот раз, но все же не пятьдесят по численности.

Перед нами посыпались с ближнего холма аж пятнадцать разбойников и сзади несколько спускаются, примерно с десяток, только от поднимаемой ногами пыли не разобрать точное количество. Но все равно — просто самоубийственная атака, если у разбойников нет какого-то весомого козыря в кармане.

Например, нескольких метких лучников и для них хотя бы десятка стрел с настоящими наконечниками, чтобы они могли хоть как-то пробивать кольчуги. Или оказались настолько искусны в стрельбе, чтобы попадать стражникам в глаз. У парочки и правда есть простенькие луки, остальные бегут с самодельными копьями, колами и дубинами.

Но у двоих есть настоящие мечи, поэтому они бегут впереди всей толпы. Заводят своим личным примеров шайку разбойников, так сказать, и весьма умело ими размахивают.

«Да это же те самые подонки, которые ко мне просились в стражу! Одному из которых я жестко отвесил! Хорошо, конечно, что не взял к себе, вон они какие уроды оказались!» — доходит до меня, но мы впятером уже даем под бока своим лошадям, собираясь растоптать наивных смельчаков.

Пятеро настоящих воинов на лошадях порубят и разгонят толпу одичавших мужиков с дубьем в руках без проблем! Только есть одна проблема все же, и я сам на лошади не такой умелец, чтобы совсем безбоязненно рубить пеших, и мои стражники тоже оказались не так хороши.

Я-то ладно, правильно приготовился уже, вытащил заранее снаряженный арбалет из кобуры и тут же пустил болт в живот одному из мечников, резко притормозив свою кобылку. Не стоит сражаться с обученными хорошо воинами, если можно просто выстрелить в упор. Это понятная аксиома для личного выживания.

Тот схватился за пробитый с пяти метров бок и попробовал все же добраться до меня, но я легко объехал его по кругу и тут же приложил какого-то подвернувшегося спиной здоровяка мечом по башке, но пока плашмя.

— Пригодится еще мне такой здоровый лось!

Сейчас соколы мои все же стоптали толпу, однако один получил ловкий удар от мечника и уже свалился с лошади. Трое зато проскакали дальше, сбивая с ног не успевших разбежаться крестьян, как кегли в кегельбане. Строй банды совсем было развалился, но тут мечник вырвал поводья из слабеющих рук моего подбитого стражника и сам очень ловко вскочил в седло.

Стража развернула коней и снова кинулась рубить и топтать разбойников, двоим или троим все же досталось, как следует. Они повалились, инициатива в бою, вроде, как и должна была, перешла к защитникам закона и справедливости.

Я пока смотрю во все стороны, не желая попасть в заготовленную ловушку, подумываю насчет применения своих ХАРАКТЕРИСТИК. Сломаю сознание десятку разбойников, тогда перевес сразу окажется на нашей стороне.

«Не стоит все же, слишком много свидетелей. И Ветрил, и стражники заметят, что враги валятся просто так», — останавливаю себя от примения Таблицы.

Оставшийся мечник попробовал рвануть моим стражникам наперерез, но тут уже я успел засунуть стрельнувший арбалет в кобуру и осторожно потащил второй, догоняя его. Кто-то из подскочивших сбоку разбойников достал меня вскользь по спине колом, но только вскользь. Поэтому я удержался в седле, терпя сильную боль от удара, догнал мечника одновременно с его коварным замахом сбоку на стражника.

Только он привстал на стременах, чтобы обрушить удар на того, как мой болт вошел ему в середину спины. Но и удар все же оказался успешно нанесен, откровенно неумелая попытка отбить меч раненого противника моему бедолаге не помогла, вот уже второй стражник вывалился из седла.

«Против настоящих воинов не тянут мои недоученные слабаки совсем, — успел подумать я. — Так оно и должно быть на самом деле!»

За ним упал мечник, а я еще раз дал кому-то по башке самим арбалетом. И проскакал немного в сторону, успевая увидеть, как лучник разбойников попал точно в лицо третьему стражнику с пары метров. Стражник зашатался, опустил руку с мечом, его тут же стащила с коня толпа разбойников.

Однако это были уже последние наши неудачи, порядок все-таки бьет класс, то есть толпу.

Четвертый воин догнал смелого лучника, рубанул его с плеча, потом принялся быстро махать клинком. Так бы его тоже стащили, но тут уже я раскидал собирающуюся около него толпу грудью лошади и своими мощными ударами. Уже не время бить плашмя, пора спасать свою жизнь, поэтому трое разбойников повалились, зажимая свои распоротые плечи и головы, от моих и его ударов.

Куда делся второй лучник, я не успел разглядеть, трое оставшихся на ногах грязных мужиков поняли, что опытные вожаки перебиты, поэтому все потеряно, засада не удалась и попробовали убежать просто по дороге. Спасти свои никому не нужные жизни быстрым бегом.

— Стой, помоги сзади! — крикнул я оставшемуся в седле стражнику, убедился, что с Ветрилом ничего не случилось, сзади приданные охранники мелькают еще на конях, теперь с помощью моего стражника они точно отобьются.

К ним на помощь бегут возчики с телег с дубинками в руках.

Этим троим я дал уйти подальше, чтобы они скрылись за поворотом, быстро догнал и тут же сбил с ног лошадью первого, потом второго приложил мечом, уже запрыгнувшего в панике на отвесный склон третьего сбил мощным ударом.

Спрыгнул с лошади, сразу добил третьего, постоял немного над ним, перешел ко второму, потом догнал пытающего уползти первого разбойника. На то, чтобы получить их посмертную энергию у меня ушло три минуты, хотя я так же для вида собираю нищенские пояса. В которых, кроме кремня и кресала, наверняка, вообще ничего нет.

После сильно приятной процедуры я вскочил на свою смирно стоящую, отлично обученную лошадку и вернулся к каравану.

Да, двое ловких охранников оказались неплохо обучены, смогли проредить атаковавший их десяток вдвоем, потом примчались воспрянувшие духом возницы и мой стражник, после чего они только добивают побежавших в разные стороны разбойников. Ведь там настоящих воинов с мечами не оказалось, некому правильно атаковать и наносить разящие удары.

Всех не добили, трое или четверо смогли запрыгнуть на склон, с большим опытом карабканья по кручам уже через несколько секунд оказались на почти недосягаемой высоте. Один из охранников метко бросил нож в спину беглецу, тот скатился вниз, где его быстро забили дубинками возницы. После этого выжившие скрылись за склоном холма, погоня закончилась, пришло время считать наши солидные потери.

«Трое моих выбитых из седел стражников уже на земле разбойники добили ножами, так что лечить в замке никого не придется», — понимаю я.

Ветрил так и не вступил в схватку, держался за подводой, размахивая дубинкой, поэтому я зову его собрать все, что валяется на земле. Сам с последним стражником добиваю раненых и умирающих, умудрился между делом еще с двоих получить энергию скорой смерти. Ветрил собирает срезанные мной пояса, стражник сам занят добиванием разбойников, всем не до меня сейчас.

По итогу нашлось даже двое выживших, тот здоровяк, которого я ударил плашмя и еще один, получивший вскользь по черепу и сбитый конем.

— Ветрил, тащи веревку! — скомандовал я, держа меч у горла очнувшегося здоровяка с залитым кровью лицом.

Второго вяжет чьим-то поясом стражник, прошедший настоящее боевое крещение.

— Ваша милость, что с пленником делать?

— Вяжи, в замок поведем на веревке, — отвечаю я, думая, нужны ли нам пленники вообще.

Мой здоровяк может хорошо работать в том же руднике, как мелкий мужичонка стражника, но ради двоих каторжников заводить дополнительную стражу, наверно, все же не стоит. Или постоянно их в железе держать?

— Ладно, решить всегда успеем.

Вся солидная добыча после нападения на нашей стороне — целых два солдатских меча и одна дырявая кольчуга, снятая с одного из бывших воинов.

— С паршивых собак хоть шерсти клок!

С часок Ветрил со стражником собирают все мало-мальски ценное с разбойников для наших деревенских мужиков, с кого еще ноские порты, с кого неплохие сапоги или онучи. Осмотренные тела стаскивают в канаву, соседи наши тем же заняты, потом помогают погрузить наших погибших и пригоняют разбежавшихся лошадей.

Тела присыпали немного землей и поехали дальше.

— Пережили то что! Ваша милость! — нервно говорит один из возниц, когда я поравнялся с ним, и я киваю головой.

Да, для него произошло чудесное спасение от неминуемой смерти, а я хорошо понимаю — если бы у меня с собой была четверка хорошо обученных воинов, то снесли бы мы всю банду почти без потерь. Но уровень моих стражников оказался нижайшим, оба столкновения они в одни ворота проиграли бывшим настоящим воинам.

«Ну, может те на самом деле были серьезными бойцами. Не зря тогда понтовались перед незнакомым норром. Подстрелить только у меня их получилось, а так никто из наших воинов им вреда не нанес никакого», — признаю я.

Попадание куда-то в глаз стрелой без железного наконечника третьему стражнику можно признать трагической случайностью, которая всегда может иметь место на войне.

— Теперь оружие и все брони перейдут Кранилу и его молодым парням, ладно, хоть не совсем зря эти погибли, отвлекли внимание толпы от меня и Ветрила. И так собирался их выгнать, но терпел, пока они составляли добрую половину стражи, а теперь осталось из старого наследства покойного норра Вестенила у меня всего двое воинов.

Ситуация в замке теперь сильно поменяется, Кранил выйдет на первый план по своему опыту и умению, будет назначен мной старшим над стражей. Неплохая карьера для простого воина в отставке — ничего не скажешь. Этот стражник, который показал неплохие способности и смог все-таки отбиться — пусть остается тогда пока.

Уже в замке я сурово спрашиваю пленников:

— Ну, какой смерти хотите? Морды разбойничьи? Повесить за шею или за ноги? Есть у вас такой выбор!

Оба мужика вялятся в ноги и вымаливают прощение, обещая жизнь свою за меня отдать:

— С голоду, ваша милость, в горы подались! В жизни никого не обидел! — ревет густым басом здоровяк и я чувствую, что он даже не врет.

— Ваша милость! Вчера только в банду попал! Умирал уже с голоду, вот и не выдержал! — тонким фальцетом заливается щуплый мужичок.

И ведь тоже не врет. Пожалуй, можно их здесь оставить, пусть пользу приносят своим трудом, раз начинающие совсем разбойники мне попались.

Пленников по итогу разбирательства работать на строительстве рудника приставили, одели на них железные цепи на ноги, на ночь закрывают отдельно от работников в небольшую кондейку. Я им пообещал за полгода честной работы свое прощение и место на руднике с хорошей платой. Так что пока за хорошую еду работают и кое-какие вещи взамен износившихся получают.

Когда через четыре месяца после моего появления здесь уже дворянином, караван из четырех подвод выехал от столярной мастерской, всех своих воинов я оставил в замке. Меня сопровождает пятеро стражников норра Истримила, про которых я попросил его отдельно.

Сосед не стал упираться, правильно понимает, что его люди все подробно потом расскажут про мою торговлю сильно передовыми изделиями из нашей столярной мастерской. Еще про то, где мы будем торговать и почем, как вообще будут покупать мои товары имперские граждане. Много нужной и полезной информации для него самого окажется.

Кранила хорошо бы взять с собой, чтобы показать дорогу, новый город и с кем я там буду налаживать торговые отношения, но он остается в замке вместе со всеми остальными стражниками. Продолжит их гонять и тренировать, чтобы за год-два вырастить настоящих воинов.

— Быстрее не получится, ваша милость. Если бы они только занимались на мече и копье с утра и до вечера, то хватило бы и шести-девяти месяцев, чтобы подтянуть их до подобия настоящего воина. Но они же все время стоят на стене и несут остальную службу, так что учеба затянется гораздо подольше, — объяснил он мне.

Я собираюсь уехать на десяток дней или пару недель, так что оставляю в замке десяток защитников, если их можно так назвать. Ладно, хоть с убитых стражников досталось немного брони и все оружие.

Ментальная сила — 41/216

Внушение — 42/216

Энергия — 39/216

Физическая Сила — 39/216

И еще 28/216 и 28/216 — неизвестные мне ХАРАКТЕРИСТИКИ.

Все ХАРАКТЕРИСТИКИ после схватки подросли, больше всего пришло на ЭНЕРГИЮ.

Явно, что все забираю только себе, ни с кем не делясь. Да и с кем мне делиться, если ставить такие же Таблицы в голове я не умею, вообще не обучен подобным мудростям. Не создать мне армию своих сподвижников никак, не способен я на такое дело.

«Очень уж короткое время я общался с ненасытной Тварью, явно ей не до этого оказалось!» — немного сожалею я.

Проехали через горы спокойно, потом миновали на следующий день постоялый двор Ветрила, но знакомых рож я не увидел. Гарцую впереди каравана повозок на лошадке с настоящим дворянским видом, с собой в кошеле и суме около седла пару сотен золотых монет на всякий случай. Повозки забиты не тяжелыми, но довольно объемными товарами из дерева, поэтому караван едет весьма быстро.

Во владении уже достраивают дорогу до рудника, начали мастерить пару печей по моему плану, шьют из выделанной кожи дутьевые мехи. Рудник уже начали разрабатывать, лес пока сводят вдоль дорог на ничейных землях, свой берегу, заодно от возможных засад разбойников места чищу. Чтобы не могли вплотную к дороге накапливаться под защитой деревьев и кустов.

В столярно-бондарной мастерской работает уже двадцать человек, продукцию на продажу производят, еще все для будущих горнов мастерят. Бродус все же присмотрел себе задержавшуюся в девках девицу, переговорил с ее родителями и уже обустраивает себе комнату в мастерской для совместной жизни. Пусть и немолодой мужик, но положение высокое в замке занимает, с ним постоянно сам владетельный норр советуется и к словам бондаря внимательно прислушивается.

Через пару дней пути после бывшего постоялого двора Ветрила мы добрались до солидного имперского города, раз в три-четыре побольше, чем те же Ликвор или Кворум. Заезжать внутрь я, конечно, не стал, разместил свой караван на постоялом дворе со стороны рынка, даже не стал пока искать нужных мне для дистрибуции изделий купцов, а просто начал сам торговать через Ветрила.

По дороге случилась пара небольших недоразумений с местными дворянами, если бы не мой соответствующий вид благородного рыцаря, они могли бы перейти в большие проблемы по своим последствиям. То мои подводы не успеют дорогу уступить, то конные дворяне не довольны летящей в благородные глаза пылью. Поводов на пустынной дороге можно много всяких придумать, чтобы и до столба докопаться, если очень хочется денег по легкому срубить.

«Так что отпускать караваны с одними только стражниками или без все и всех знающих здесь купцов, которым все равно придется откупаться от данных проблем — дело весьма сомнительное. Ведущее рано или поздно к большим финансовым потерям и последующему разорению, что обязательно случится даже во вполне устроенном мире Империи», — понимаю я.

Вид же благородного хозяина каравана, могучего рыцаря, с невозмутимым видом восседающего на своей лошади, не дает завести выяснение отношений никуда дальше обычной дуэли. На такое времяпровождение из местных вспыльчивых дворян пока никто не решился. Пусть даже не знают ничего про меня и мою репутацию беспощадного победителя всех таких смельчаков.

«Однако есть все же определенные проблемы при доставке товарных партий до потребителя без присутствия дворянина рядом, придется мне пока покататься туда-сюда», — хорошо понимаю я.

На местном солидном рынке занял себе самое хорошее место заранее, разогнав с помощью стражников мелких торговцев. Ну, как и должен поступить, иначе бы никто не понял моей скромности. Свою стражу от соседа-норра вообще заинтересовал интересной поездкой в новые места и за качественное несение службы пообещал выдать премию. Поэтому они сурово гоняют всяких слишком любопытных и мешающих торговать зевак.

Поставил для образца работающий рукомойник, теперь прислуга из возчиков постоянно подливает в него воду и еще не дает слишком сильно лупить по клапану всяким бездельникам. Хорошо крашеное дерево и общий высокий уровень технологичного производства привлекают много внимания от покупателей и хозяев торговых точек. Сам я сижу в тенечке, отдыхаю, в торговле не участвую самолично, с народом общается Ветрил, как положено здесь.

Цену поставил на сам рукомойник самую высокую, как решил сам, по одному золотому, ведь ничего такого уровня обработки дерева и продуманности конструкции даже близко здесь нет. Сперва несколько дворян себе лично купили по умывальнику после того, как проверили работающую модель.

Так умываться на самом деле гораздо удобнее, даже если свой личный слуга тебе на руки льет. Еще и по деревянной шайке под воду тоже покупают, такого же цвета в комплекте, я их пока в два раза меньше привез по количеству. За день торговли распродался на сорок пять золотых именно рукомойниками, посудой всякой и прочими бондарными делами.

Зато вечером в таверну пришла делегация местных купцов, вызвала меня на ожидаемый разговор. Нечасто у них тут настолько деловые благородные норры заезжают, чтобы в теме производства нормально в курсе были. Вот посовещались между собой купчины, посмотрели на мою торговлю, да и решили мне предложить уступить товар со скидкой.

— Благородные господа нечасто по рынкам ходят, все больше в центре города наши лавки посещают, ваша милость. Вам бы было гораздо удобнее весь ваш товар нам на продажу отдать со скидкой, а уж мы бы реализовали по хорошей цене, — слышу я.

Ну, я что-то такое и ожидаю на самом деле, что предложат мне не самому торговать, а вступить в правильное разделение труда. С меня производство и доставка, а с них продажа и реализация в долгую.

Все ведь понятно, мне тут тоже пару недель сидеть смысла нет никакого, чтобы в розницу торговать. Потом мы долго торгуемся, купцы просили отдать товар за половину цены, я соглашался на одну седьмую скидки, то есть примерно на пятнадцать процентов. Сначала не договорились, так что второй день торговли принес мне уже тридцать пять монет, продана в общей сложности уже четверть всего товара.

Я пока прикинул себестоимость производства, которое пока только раскручивается на самом деле, стоимость доставки, проживания охраны и возчиков, еще свое драгоценное время, которое во владении постоянно требуется. Торговля мне обходится почти без налогов, как имеющему льготный режим вольному норру из Баронств, только за место на рынке Ветрил платит, но там совсем копейки выходят по сравнению с нашими продажами.

Переговоры шли еще на следующий день и мы, конечно, все-таки договорились на семь с половиной десятых от моей продажной цены, то есть семьдесят пять процентов по-нашему.

На следующий день посчитали прямо с утра все оставшееся добро, получил я на руки сто девяносто золотых от купцов, они тут же увезли товар по своим лавкам.

— Такую красивую вещь благородные и по полтора, а то и по два золотых в моей лавке купят! — очень кстати услышал я обрывок разговора купцов.

— Сговориться по цене нужно и держать ее сообща, — услышал и правильный ответ.

Сам быстро прошелся по рынку с Ветрилом и возницами, забрал присмотренные образцы изделий, которые мы уже можем произвести. Значит потом точно улучшим в своей мастерской и тут же налегке отправились в обратный путь.

Он тоже прошел не без приключений, опять к моих стражникам и возницам попробовал придраться сильно дерзкий и несдержанный дворянин, но со мной вступать в поединок он не стал все же. Ну, в Империи поединки не сильно приветствуются, еще уверенный взгляд норра из Вольных Баронств не обещает легкой победы никому из соперников. Да еще мои стражники сразу сообщают довольно громко, что готовы поставить все свои деньги до последней медной монеты на мою победу.

Теперь, после быстрого убийства прежнего норра-великана Вестенила у них нет никаких сомнений, что они точно не проиграют. Я еще раз отметил, что без настоящего дворянина при караване всякие проблемы с ним могут постоянно случиться. Даже не могут, а обязательно должны. Уже три раза докопались даже при мне, а что без благородного хозяина случится — даже представить страшно на самом деле.

Три дня обратного пути налегке, мы прибываем в мой замок, где я раздаю по золотому стражникам. Потом выдаю три золотых премию Бродусу за отличный продукт, еще спешу принять горячую серную ванну после долгой и скучной дороги.

Глава 2

Уже самая первая торговая поездка легко отбила все расходы на постройку сушильной печи, большой отапливаемой мастерской, навеса для работы летом, сборки двух водяных колес и плату работникам за все три месяца.

Только на рабочую силу ушло тридцать золотых монет примерно вместе с высокой платой мастеру. Еще неплохо потратился на гвозди, немного инструмента, топоры и пилу, лопаты, качественную кожу для ременных передач — на все это примерно шестьдесят золотых.

Но теперь инструменты у нас почти все остались, новые водяные колеса для горнов делаем уже ими. Еще заказал пару подобий циркулярной пилы кузнецам своих компаньонов. Пусть мужики самой простой пилой нормально и вообще неутомимо все пилят, однако упростить и сильно ускорить процесс ровных распилов тоже необходимо. Придется для повышенной мощности циркулярной пилы направить на ее вращение энергию бегущей воды сразу с двух больших водяных колес.

Тоже своего рода эксперимент, но Бродус уже понял, как нужно направлять энергию вращения именно через ременные передачи с сильно повышающим усилием.

— Только, ваша милость, кожа быстро изнашиваться станет, нужно тогда ее с большим запасом покупать! — переживает мастер.

Отбила все расходы первая поездка и даже неплохую прибыль принесла, потому что дерево все свое, работники пока за реальные копейки работают, большой монетой еще вообще не разбалованы, потому что другой работы во владении просто нет. Ведь тут кормят неплохо и даже деньги платят какие-то, чем не настоящее счастье для простых крестьян в самый конец разоренного владения? У которого теперь даже земельных участков нет вообще?

Поля, большие огороды и давно уже опустевшие пастбища теперь обслуживают совсем другие люди. Только им помощники или батраки вообще не требуются, долгожданную землю сами вручную всю вылижут и зацелуют до смерти.

Еще и на небольшую премию по шесть серебряных монет хватило, но это уже самым хорошо работающим ремесленникам, кто явно лучше других работает с деревом. Способность, а то и настоящий талант нужно постоянно поощрять. Для меня премия сущая мелочь, а для них — очень серьезные деньги. Примерно половине выдал из двадцати с небольшим молодых парней и девок, которые готовы осваивать знания, выдаваемые мастером Бродусом. И по половине золотого, то есть целый один золотой двоим взрослым мужикам, решившим по жизни стать настоящими бондарями.

Ну, они уже гораздо больше понимают в работе с деревом и продукцию массово выдают.

На поездку и всю доставку ушла примерно шестая часть от всех расходов, наем подвод с возницами, оплата еды и ночлегов им и страже, плата за торговое место, ну еще и небольшие премиальные нашим защитникам.

— Ваша милость! Мне бы дом для жизни построить! И еще пару водяных колес поставить побольше для того, чтобы резать дерево, как вы сами говорили, круглой железной пилой с разведенными зубьями! — так ловко мастер Бродус мешает свои и производственные дела.

— Да, дом ставь, дерево бери сам! Только не очень большой, а скорее маленький, — разрешаю я ему. — Прямо вот здесь за мастерской и строй, чтобы самому поближе к ней жить!

Ну все, как я рассчитывал, так оно и получилось. Нашлась в деревне не шибко популярная среди сверстников молодая девка для Бродуса, будут у нее скоро умненькие детки от пожилого папаши.

За это время Бродус сделал еще пару самых простых арбалетов понятно, что с довольно слабым луком по моей просьбе, чтобы тренировать моих начинающих стрелков. Так что еще пара молодых парней перешла служить и учиться военному делу в замок. Теперь у меня четыре арбалетчика, один опытный воин, двое что-то умеющих стражников и трое совсем начинающих молодых.

— Этот, ваша милость, который вместе с вами отбился, на поправку пошел, больше глупостей не говорит, — через какое-то время докладывает мне Кранил.

«Наверно, просто не с кем стало свои глупые мысли обсуждать, вот и не говорит ничего», — решил я.

Второй из старых стражников давно уже на сторону Кранила перешел, старается с бывшими приятелями не общаться даже. Попал под влияние старшего над стражей, теперь хочет там и оставаться.

«Ну, пока внешний враг владение с замком не захватывает, а крестьяне не бунтуют, так вполне жить можно, даже с настолько минимальной стражей. Чтобы только на стенах дозор несли и ворота открывали-закрывали», — радуюсь я удачному сведению в плюс бюджета.

Моим крестьянам бунтовать некогда, работы становится все больше и на берегу реки, и в руднике, и на извозе тоже. Пленники пашут тоже хорошо, хотят заработать мое прощение, чтобы потом остаться жить в очень хорошем месте. В лес явно больше не хотят, очень радуются трехразовому питанию, я даже приказал здоровяку давать двойную порцию и вообще больше мяса в котел класть. Одну свинью уже не на шесть дней растягивать, а на всего четыре теперь.

«Деньги идут в руку щедро, можно побаловать народ мясом, теперь к замку сами продавцы свиней постоянно привозят по моему заказу», — решил я.

Потом пришла настоящая, прохладная в горах осень, за это время я отогнал еще два снаряженных по пять повозок, каравана в тот же город под названием Петрум, как здесь все его называют.

На самом деле официальное название — Петриум!

Второй раз уже не стал выезжать на рынок, так все распродал по обрадовавшимся новой партии товара знакомым купцам. Как я и предполагал, мои умывальники имеют неутолимый в принципе спрос среди всех более-менее обеспеченных местных людей, а таких в большом городе и вокруг него не одна тысяча найдется.

Я же пока поставил на местный рынок всего шестьсот качественных и круто выглядящих сами по себе изделий. Еще все разговоры насчет дополнительной скидки от уже договоренной цены или отдачи денег потом я сразу оборвал:

— Или берете вы, или я найду других продавцов! Пора и вам тоже цену поднимать!

Ветрил по моему указанию заранее прошелся по лавкам, нашел последний рукомойник только в одной из них, а цена на него стоит уже целых три золотых.

Так что не стоит купцам очень уж жаловаться на жизнь, если мои изделия с тремя сотнями процентов прибыли продают. Только так себе постоянно выкручивать руки и спорить с ними я вообще не хочу, местным торгашам сговориться против меня не слишком трудно. Сделают рожи кирпичом и остальных подговорят, а у меня времени ждать здесь полной распродажи неделями точно нет.

Нужен мне свой человек среди местных купцов, которому я дам освобождение от налогов своим именем, а он будет продавать товар по максимально возможной цене уже сам для меня и себя тоже. Ведь еще то скрытое от всех обстоятельство имеет большой вес, что мне так просто не наврешь, все данное дело я хорошо чувствую в сознании собеседника.

Потом переговорил с одним из самых солидных и приличных по моим ощущениям купцов, Останилом его зовут. Справки про него и остальных купцов я еще раньше навел, пока мой выбор пал именно на него.

— Есть желание сделать торговый дом под моим именем, но, чтобы управлял им ты! Сам понимаешь, налогов я могу платить гораздо меньше, как норр из Вольных Баронств, зато товары тогда можно будет продавать подороже, если всем этим делом будет заниматься честный и ловкий человек из местных купцов. Один во всем городе заниматься, безо всяких посредников и лишних конкурентов! И мою цену будет держать, и себе очень хорошо зарабатывать на доле с продажи!

От интересного предложения стать эксклюзивным продавцом он отказываться не стал, конечно, но поинтересовался:

— Эти умывальники и разная посуда — это все, что вы собираетесь производить для Империи? Ваша милость?

— Нет, скоро пойдет железная утварь, разные топоры, лопаты и мотыги. На моей земле разрабатывается сейчас богатый железный рудник и строится большая кузница. Скоро пойдут железные изделия тоже высокого качества, так что ассортимент привозимого товара будет только расти.

Каталонский горн уже непрерывно выдает гораздо более качественное железо, уже подходящее под определение сталь. Мастера от компаньонов уже почти все у меня учатся и осваивают новые печи, потому что выдача металла с них в десятки раз больше, чем с их старых самодутных печей. Так что я знаю, что ему уверенно обещаю.

Мы с Останилом посетили местные торговые городские власти, где я объявил о создании своего торгового дома и даже письменно управителем назначит купца Останила. Компаньон, конечно, хорошо знает, куда следует сунуть денег для смазки процесса оформления, поэтому к следующему приезду я получил официальную бумагу о появлении в имперском городе Петриум торгового дома из Вольных Баронств под управлением норра Вестенила по имени Рауль.

Даже налогов почти никаких платить с продажи не нужно, пытается Империя весьма активно вовлекать в свою жизнь владетельных независимых норров. Не предполагая, конечно, что оттуда может большой поток товаров повышенного качества хлынуть. Со временем прикрутят гайки, повысят налоги, понятное дело, но пару лет поторговать получится и себе серьезную репутацию с солидным капиталом заработать.

В третий раз я сразу завез весь товар на склад к Останилу и там его передал. Пожил в городе несколько дней с комфортом в самом дорогом постоялом дворе, ожидая, пока он серьезно расторгуется остальным купцам по более высокой цене и сам продаст в паре своих лавок моего товара на солидную сумму.

Забрал у него всю выручку, объяснив, что свой процент в четверть от суммы проданного он получит с оставшегося товара. И быстро уехал уже с четырьмя сотнями золота из города все с теми же пятью пустыми подводами и уже восемью стражниками. Из Империи везти в норрства особо нечего, только зерно и прочую еду, но подобное добро и так ударно доставляют местные купцы.

Норры теперь с удовольствием отпускают своих служивых со мной, немилосердное пекло на имперских равнинах уже прошло, а тут получается настоящее путешествие с обильным пивом по дороге и хорошими премиальными своей страже по возвращении. И мне помогают, и у себя на еде экономят, да еще, наверняка, стража рассказывает своим хозяевам, с кем я успешно дела в городе веду и почем вообще товар продаю. Ну, что они могут увидеть, узнать и услышать.

— Думаю, что похожая информация моим компаньонам тоже очень интересна.

Потом пришла настоящая осень, в горах начались дожди, постепенно спускаясь к равнинам, дороги стали не совсем проходимы. То есть проходимы с очень большим трудом, который прилагать не хочется по возможности.

У меня вернулось количество своего золота снова к тысяче триста золотых монет. Теперь дорога к руднику построена, столярное производство тоже почти закончено, если именно по строительству, еще две каталонские печи быстро растут в размерах, а водяные колеса для них уже готовы.

Их пока подняли на среднее положение, раз пошла более-менее высокая вода после дождей, но работа на площадке с горнами и кузницей кипит. Мастера от моих компаньонов вполне поняли принцип действия и само устройство каталонских горнов, опытные в подобном деле все же люди, вот-вот закончат уже вторую пару из них. Заодно начинаем огораживать весь прибрежный район бревенчатым забором от лишних глаз, ибо технологии тут используются явно превосходящие местные на пару сотен лет, если не на все пять.

«Не нужно, чтобы всякие случайные люди могли хоть что-то разглядеть со стороны, придется дополнительную стражу на охрану периметра выделять», — так я рассуждаю.

За время дождей продолжающие работать мастерские выдали новую кучу продукции, уже с красивыми рисунками и снова более технологически продвинутые, поэтому пришла пора все выпущенное добро везти в город.

Лень, конечно, очень выбираться в долгий путь по ненастной погоде, но деваться мне некуда, склады тоже не резиновые, а компаньон ждет новый товар. Тем более дожди пока закончились, начались легкие заморозки в горах, вроде можно с грузом проскочить до Петрума без особых задержек. Раскидал товар по большему количеству подвод, чтобы меньше в грязи застревать и в сопровождении так же восьми стражников отправился в путь.

Доехали не за три, а за четыре дня, зато очень порадовал купца Останила огромной партией товара, в которой уже половина — дорогие железные изделия с новым для здешних мест дизайном.

— Все уже давно закончилось, ваша милость! Народ еще просит и все дороже готов платить!

Опять подождал три дня в Петруме, забрал уже шесть сотен золотых и порадовался за себя за правильное ведение дела. Что не стал продавать сам и не рассчитываю на каких-то купцов, а просто привожу товар, потом получаю деньги от честного компаньона и не чувствую у него в голове никаких намерений обмануть меня.

Дворяне стали меньше кататься по дорогам, случаев, когда приходится вмешиваться лично мне, больше по пути следования не происходит. Хоть какое-то преимущество от поездок в такое дождливое время, что свои нервы тратить на спесивых дураков не требуется.

В замке по возвращению увидел уже почти построенный дом для Бродуса около мастерской, запущенные оба каталонских горна и всех своих компаньонов по такому случаю. Прошли уже две сотни первых плавок, мастера дают самые высокие отзывы получаемой крице по качестве и проценту осваиваемого железа.

— Уже сталь получается неплохая! Ваша милость! Половину всего железа с руды берем! — докладывают мне с остальными норрами.

— Хорошо будет, когда до семи десятых уровень освоения дойдет! У нас так получалось в самых передовых производствах, — с умным видом сообщаю я когда-то вычитанные в Википедии сведения.

Теперь запускается работа в кузнице, не очень, чтобы быстро, но компаньоны, внимательно послушав мастеров, пока закрывают свои производства, отправляют сюда своих лучших кузнецов. Понимают, что только совместно мы можем раскрутить по-настоящему быструю выдачу изделий из качественного железа. Пока возимся с налаживание круглосуточной работы еще пары горнов, разбираемся с подвозом руды и древесного угля, чтобы нагретые печи вообще не простаивали и не остывали зазря.

— Свои печи теперь придется закрывать, — сожалеющим тоном говорит норр Трандуил.

— Нет смысла их тянуть, да еще процент выхода железа здесь гораздо выше, — отвечаю я. — Здесь прибыль, а там — уже сплошные убытки по сравнению с нашей площадкой!

— Да еще тут можно делать конкретно более высокоуглеродистое железо, до целого процента в крице, начальную сталь, так что жалеть не о чем, — мог бы я сказать компаньонам, но не говорю, конечно.

Здесь понятий подобных пока нет, и слов этаких тоже не присутствует, мастера просто на пристрелянный глаз и нюх с горнами работают.

Впрочем, уговаривать владетельных норров мне больше не приходится. Они примерно понимают, сколько денег принесли мне четыре каравана с в основном столярной продукцией и не хотят отставать в еще более прибыльном кузнечном производстве. Поэтому перекинули всех своих мастеров без долгих разговоров.

Пока я строю большое общежитие для приезжих мастеров вокруг еще одной сушильной печи для столярки, а то первая уже тоже не справляется с заказами. Удобное очень дело выходит, и дерево сушится, и печь тепло отдает во все три с половиной стороны, в комнатенки, где ночуют и проживают командировочные. С еще одной стороны из тамбура, а не прямо с улицы происходит загрузка изделий и дров, чтобы не мешать жильцам.

— Пора уже уголь начинать покупать, — понимаю я. — Дровами такую прорву производств слишком расточительно топить, да еще леса жалко. Еще коксующийся уголь возможно, что смогу найти.

У моих компаньонов добычи угля пока нигде нет, во всех Баронствах есть четыре места, где его добывают, поэтому придется покупать без вариантов.

За три зимних месяца кузнецы заработали и выковали много всякой продукции, которую пора снова везти в Петрум. Новые лопаты, мотыги, топоры и пилы по моим чертежам, немного неплохих мечей и наконечников для копий и стрел, еще куча всякой мелочевки, которая приносит хорошие деньги — все обходится нам едва ли в двадцать процентов от потенциальной продажной стоимости, то есть в одну пятую. При гораздо более высоком качестве самого металла и современном дизайне изделий.

Еще для кузниц поставили два водяных колеса для накачивания мехов за зиму, всего уже шесть колес подают воздух в каталонские печи и кузницы, еще два в столярку, пора уже новую часть берега укреплять, чтобы ставить их дальше в ряд.

В этот раз со мной поехали норры Истримил и Трандуил со своей охраной, каждый взял по десятку воинов из замков. Ведь шесть подвод с очень дорогой железной продукцией стоят просто гигантские деньги, так что усиленная охрана точно будет не лишней.

Зима в горах не сильно суровая, до ниже нуля, то есть до замерзания воды, доходит не так часто, а на равнинах вообще ниже пяти градусов температура не опускается. Дороги не сильно разбитые по ненастью, но ехать не просто, часто подводы застревают в ямах, приходится их выталкивать нашим служивым.

Останил оказался поражен привезенным качеством и количеством изделий из железа, нам пришлось ставить свою охрану около его склада на всякий случай. Пока он распродавался, а мы с норрами просто отдыхали от утомительного и долгого пути. И понемногу знакомились с городом и его лучшими людьми.

По продажной стоимости мы привезли товара примерно на пару тысяч золотых, он успел наторговать тысячу двести, которые мы забрали, сразу поделили на всех и отправились наконец-то домой, в родные Сиреневые горы.

— Остальное заберем в следующий приезд, — предупредил я купца, но он просит снова привезти побольше товара.

— Ваши железные изделия явно качественнее местных, поэтому по такой же цене просто разлетаются! — купец понимает отчетливо, что вытащил свой счастливый билет в жизни.

Вернулись в горы и разъехались по своим замкам, пока все полученные деньги я отдал компаньонам, чтобы они получили каждый по триста золотых и ощутили, как становятся сильно богатыми норрами. Именно потому, что поверили мне, теперь совсем не жалеют о первых тратах на мою победу в поединке.

За конец зимы — начало весны мы отправили еще пару караванов с уже меньшим количеством повозок, теперь со мной проехались и все мои оставшиеся компаньоны, владетельные дворяне — норр Альфонсил и норр Мегарил.

Наш купец выдает деньги без проблем, пока мы отсутствуем, успевает все распродать и ждет с нетерпением новый завоз. Кузнецы теперь полностью освоились с качественным железом, делают более дорогие вещи: и оружие, и всякие кованые подсвечники по моим эскизам. Продается теперь все не так быстро за более высокую цену, но мы никуда не торопимся, молва про наши особо качественные лопаты, топоры и новые пилы расходится все шире по Империи.

К Останилу все чаще приезжают покупатели из других городов, уже конкретно именно к нему, чтобы купить что-то из первых рук. Но он уже умеет продавать нашу продукцию именно по той цене, чтобы ее хватало в аккурат до следующей поставки.

За эти две поездки привезли в горы еще три тысячи золотых, мои компаньоны уже начали всерьез задумываться о покупке местных мерседесов, а именно четверки лошадей особо ценной шалтайской породы из одного степного королевства. Постоянно слышу от них подобные разговоры и улыбаюсь про себя.

Я ни о чем таком вообще не думаю, местечковые понты у здешних аристократов меня немного умиляют. Сплю с той же простой подругой, жениться пока ни на ком не собираюсь, хотя уже намеки от того же норра Истримила вполне конкретные поступают. Теперь, когда общий бизнес на мази и приносит все больше золотых кругляшей, он уже с радостью выдаст любую из своих дочерей за умеющего правильно производить и с большой прибылью торговать соседа.

Но что-то все же подсказывает мне, что не нужно очень уж сильно пускать в Баронствах свои корни. Вот как пошли серьезные финансовые успехи в делах, так подобное непонятное предчувствие проснулось и с каждым месяцем все сильнее намекает мне на скорое и серьезное изменение в моей жизни.

У меня еще производство столярки раскрутилось на полную мощность, теперь мне приходится ездить в Петрил минимум один раз в месяц. Рынок Империи кажется просто необъятным, как оно в принципе и есть на самом деле.

Куда девать столько денег — даже не понимаю, честно говоря, у меня теперь накоплено под две с половиной тысячи золотых. Нанял по случаю еще пару опытных воинов в стражу, теперь у меня двенадцать человек в дружине. Защищать небольшой замок вполне хватит, мужики из деревни нанесли несколько тонн крупных булыжников на стены и в пару башен, так что отбиваться можно будет долго даже нашим малым количеством.

На рынки больше не езжу, все нужное продавцы привозят сами к замку, зная, что я всегда рассчитываюсь сразу и полностью. Скупаю зерно, овощи и свиней целыми подводами и стадами, теперь у них есть свой загончик в саду и свой пастух, но они у меня особо не задерживаются, сразу в столовую поступают.

Подумываю начать готовить к производству простейший самогонный аппарат с сухопарником, но пока кузнецам не до настолько сложной задачи.

Нанял еще опытного пчеловода-пасечника, придется сахар заменять медом, теперь мастерская вовсю изготавливает сильно продвинутые ульи. Расставим их по горам весной, останется только пчел наловить, а то данное производство тоже похерено в моем владении уже давно.

***

Купец Останил задержался вечером на складе, подсчитывая продажи и свой дневной доход. Полюбил такое дело в последнее время, раз так отлично идут торговые дела.

«Скоро норр Вестенил привезет новые товары, уже пора бы ему приехать», — прикидывает купец, на самом деле понимая, что появится благодетель не так скоро, точно не раньше, чем через две недели.

Только товара уже и на одну неделю не хватит.

Внизу ждут четыре охранника, двое проводят солидного купца до дома, двое остаются на ночь охранять богатые запасы торгового дома.

Вдруг раздался приглушенный дверями стук в наружную дверь, купец еще успел подумать, кого это черти так поздно принесли?

Но не удивился, ведь время от времени пытаются купить гости города что-то из сильно передовых для здешнего уровня производства вещей даже в неторговое время. Внизу что-то спросили охранники, потом раздался шум отодвигаемого засова, раздалось несколько невнятных криков и даже стон. Загрохотали чьи-то шаги по лестнице, купец вскочил и вытащил приготовленный кистень из-за спины.

— Неужели кто-то осмелился меня ограбить? Напасть на четверых охранников, опытных бывших военных?

Дверь распахнулась, купец размахнулся, но, тут же рассмотрев, кто к нему заявился, не поверил своим глазам, а рука с кистенем уже сама опустилась.

«Это же гвардейцы Всеединого Бога!» — дошло до него мгновенно

Да, это точно они, сам Останил видел их во время поездки в Кташ, когда посещал Большой Храм Всеединого Бога и даже видел его не так далеко от себя.

— Купец Останил? Идешь с нами!

Дюжие, рослые и очень быстрые молодцы в красивой голубой форме окружили купца, выбили у него мимоходом кистень из руки. Тут же завернули руки в небо и потащили из кабинета на первый этаж склада. Купец уже готов был упасть кувырком пару раз на лестнице от скорости перемещения, но тут его очень аккуратно придержали.

Вскоре он оказался на первом этаже склада и понял, что не видит нигде своих охранников.

«Кажется, следов крови на светлом полу тоже не видно», — подумал он, находясь в загнутом головой вниз положении.

Так пришлось простоять пару минут, уже и кровь сильно прилила к лицу дородного купца. Как раздались шаги и на склад зашли чьи-то очень красивые и дорогие сапоги, как смог быстро определить купец.

— Ваше Святейшество, купец задержан! — отрапортовал кто-то сбоку подобострастным голосом.

— Полноте, господин капитан. Зачем так завернули руки уважаемому торговцу? Он и так верный сын нашей Империи, и истинный прихожанин Всеединого Бога, — раздался снисходительный начальственный голос.

Купца тут же вернули в нормальное положение, холодеющим сознанием он тут же узнал по походной мантии служителя одного из Первых Слуг Всеединого Бога.

— Вы же мне все расскажете, уважаемый Останил? — услышал купец и сразу же нервно кивнул головой.

Репутация и возможности Первого Слуги не оставляют никакой возможности хоть что-то от него утаить.

— Готов рассказать абсолютно все! — доложил купец и, приоткрыв рот, ждет теперь первого вопроса.

***

Я возвращаюсь после своей двухдневной поездки по норрствам Сиреневых гор, когда заметил что-то неладное перед своим замком на небольшой площади.

Катался довольно далеко, по всем производителям каменного угля, то есть, конечно, не производителям, а продавцам. Набрал пару подвод угля, на каждой теперь лежат по две разные кучки из рудников четырех разных норров.

Придется построить несложную печь без доступа воздуха и при температуре около тысячи ста градусов попробовать получить каменноугольный кокс. Если тема выстрелит, можно будет поднять температуру в каталонских горнах и серьезно сократить вырубку леса. Еще нарастить производство более углеродистой стали, чего я давно уже хочу, чтобы начать ковать качественные плуги.

Так что я всем доволен — долгий путь закончился, все, что мог сделать, я совершил, а теперь нужно немного подождать. Пока мастера сложат печь и смогут прогнать через нее весь уголь по отдельности. Он не должен сплавиться, а должен заметно посереть при определенных условиях, насколько я помню.

С собой у меня пара стражников, два возницы из деревни, Ветрил пока негласно присматривает за замком в мое отсутствие. Еще здорово потолстевший Мурзик тоже присматривает, но только за кухней с поварихами.

Ночевал у шапочно знакомого норра в замке, хорошенько отметили более плотное знакомство. Опять же пару дочек показали мне на всякий случай. Местный благородный народ еще не полностью в курсе насчет моего производственного и финансового успеха, но что-то уже такое подозревает.

Однако вот сильно натоптанная конскими копытами площадка перед моим замком заставила меня насторожиться. Еще ясное предчувствие проблем не дало плюнуть на такое непонятное явление. Если приехали компаньоны в большом числе, да со своими стражниками, то оно все так примерно и должно выглядеть.

Они, конечно, не должны стражу с собой брать по моему владению кататься, должны были почти всех воинов здесь оставить. Еще в сам замок без хозяина заезжать не должны точно, это уже сильное неуважение выходит!

Так что тут есть какая-то непонятная мне проблема, но, с другой стороны, норры со своими дружинами могли приехать, посетить сами производственную площадку и уже уехать, не дождавшись меня самого. Мои стражники стоят на стене и приветствуют меня, но как-то очень робко на самом деле. Нет у них настоящей радости в лицах, но я пока не могу понять, почему именно.

Поэтому я вкидываю побольше единиц в ХАРАКТЕРИСТИКИ и подъезжаю к воротам, которые сразу же открываются передо мной. Открывает створки один из моих воинов, тоже какой-то испуганный и слишком бледный.

— Что случилось? — спрашиваю я его.

— Ничего, ваша милость! — отвечает он мне и явно врет, как я чувствую.

«Только делать нечего, придется сначала заехать, а уже потом разбираться с его враньем», — решаю я.

Следом за мной во двор замка заезжают оба стражника, подводы сразу поехали выгружаться на площадку, как им приказано ранее. Я спрыгиваю с лошади, отдаю повод стражнику и тут внезапно чувствую много людей вокруг себя.

«Только что не было никого, а теперь я вижу множество разных сознаний, как будто их что-то скрывало от меня. Одни, получается, лежат на крепостной стене, другие находятся внутри донжона и еще все замковые постройки забиты ими», — вот так ощущаю я.

Вдруг я чувствую отданный откуда-то из донжона ментальный приказ, двор сразу наполняется уже видимыми мне людьми. Они свешиваются со стены, держа качественные арбалеты в руках, направленные на меня, выскакивают во двор, где до этого момента как-то очень незаметно прятались.

Реально все высокие и видно, что очень сильные воины в красивой голубой форме.

Кто это такие — я откровенно не знаю, но не дергаюсь пока. Потому что отбить десяток болтов своим телом и теми же Характеристиками точно не смогу.

Из донжона с суровым видом быстро выходит пожилой мужчина с очень властным видом в какой-то местной религиозной одежде и неотрывно смотрит мне в лицо:

— Норр Вестенил? — спрашивает выскочивший за ним офицер голубых воинов, здоровенный детина в офицерской форме, немного похожей на форму дворян из имперской армии, но гораздо более богато украшенной.

Но я ничего не отвечаю ему, потому что сразу чувствую похожую Таблицу в голове пожилого религиозного деятеля. Вот так сразу вижу и чувствую что-то такое у него, как стоит у меня.

Он тоже ощущает похожее чувство, лицо его неожиданно кривится от злости. Мужчина поднимает руку, указывает на меня и кричит внезапно севшим голосом:

— Взять его!

Глава 3

— Взять его!

Вот так сразу жестко с хозяином владения поступать совсем не гоже, ни тебе «здрасте», ни «добрый день, ваша милость, норр Вестенил, как я рад видеть вас!».

Да, не стал никакие разговоры заводить со мной этот пожилой, слишком дорого одетый, внешне очень властный священник, а сразу же совсем бескомпромиссно отдал понятную его людям команду. Еще ожидаемую ими явно, все уже готово к задержанию неважно в чем виноватого норра для них самих.

Есть приказ — его выполняем быстро и четко!

Как только священнослужитель понял, что у меня самого имеется что-то похожее на Таблицу в сознании. Поэтому нет смысла больше вообще чего-то ждать, ведь требуется сразу же хватать и вязать. И сам решил еще по мне приложиться всей своей ментальною мощью, чтобы подавить и заблокировать любое сопротивление.

«Но даже близко не понимает, насколько я превосхожу его самого и всех его братьев в данной дисциплине».

Поэтому я легко пережил его ментальную попытку меня заблокировать, стряхнул слабенькие щупальца со стенок своего сознания и сам в ответ надавил на него. Надавил, как ковшом гусеничного экскаватора к стене простого пешехода прижал, без возможности даже слово сказать против моей воли. Заблокировал все слова и желания, превратил в безмолвного чурбана на столь нужную мне секунду, а дальше уже сам говорю ртом важного сановника.

Пока ко мне его люди осторожно приближаются с трех сторон и еще от ворот тоже появились, прямо со спины сзади заходят. Хорошо, что не вокруг стояли, а правильно прятались в укромных местах, чтобы не спугнуть не ведающую ничего жертву. Поэтому еще не хватают и не вяжут, потому что сначала добраться нужно до моей тушки. Ведь еще они уверены, что я уже нахожусь под ментальным контролем и так уж сильно спешить некуда.

Широко раскрылись его глаза на пораженном страшной догадкой лице, когда почувствовал очень непростой священник мою великую силу, успел он еще раз поднять руку и крикнуть:

— У…

«Наверно, хотел крикнуть: — Убить его!!!» — догадываюсь я.

Да, наверняка именно про похожий исход нашего поединка заголосил уже истошно, паразит этакий! Понял мгновенно, что безнадежно против меня слаб и немощен ментально, поэтому только на своих церберов с арбалетами в руках сейчас рассчитывает.

Но я уже забрал его полностью под свой ментальный контроль, поэтому он просто механически, без всяких эмоций, добавил:

-… бирайтесь все отсюда!

Да, именно вот такой приказ нужно всем сейчас выдать! А то ведь чего задумал, захотел тут же меня очень невежливо убить, целого хозяина замка из Вольных Баронств!

Приблизившиеся ко мне уже на расстояние пары метров крепыши вдруг замерли, когда священник прохрипел, все так же неистово и безнадежно пытаясь вырваться из-под моего управления:

— Все вон отсюда! Имперская тайна высшего уровня! Самого высшего! Все вон из замка! Ждать моего приказа! На площади ждать!

Попытка его, конечно, не удалась, я еще плотнее ментально присосался в его голове, а теперь контролирую сознание церковного вельможи уже полностью.

«Командовать от его имени — мой единственный шанс выжить сейчас на самом деле», — хорошо понимаю я.

Против десятка мощных арбалетов, нацеленных лучшими стрелками Империи и трех десятков его отлично выученных цепных псов вообще без шансов отбиваться с помощью оружия в физическом теле. Нашпигуют болтами и изрубят мечами в полную безнадежную капусту за пять секунд великие умельцы.

«Да и зачем вообще нужно — воевать на мечах, когда можно взять под управление главного здесь человека и уже через него отдавать свои правильные приказы», — радуюсь я в последний момент перехваченной инициативе.

Вот если бы он сразу приказал меня убить, тогда у него самого шанса выжить не было бы никакого. Я бы все равно превратил его мозги в детское пюре напоследок могучим ударом, но времени утыкать меня болтами стрелкам точно бы хватило.

Однако достало одного раза сказать священнику, явственно выразить свою волю, как тут же капитан, очень внимательно из-за спины прислушивающийся к его словам, заорал:

— Пошли отсюда! Быстро! Кому не ясно! — и сам первым рванул через ворота мимо меня из замка.

Вышколенный до самой крайней степени, еще очень сильно опасающийся неправильно понять приказ пожилого священнослужителя с седыми волосами на голове. Он даже не бросился ко мне по приказу, сам по-прежнему очень старательно вслушивается в приказы начальника отряда.

«Ну, явно — он тут самый главный в ближайшей части Империи», — понимаю я.

За ним тут же сбежали со стен огромными скачками арбалетчики, выбежали из донжона и прочих укрытий остальные воины в красивой голубой форме с золотым шитьем и мгновенно исчезли за воротами.

Вскоре я со стражником в воротах и еще парой моих воинов наверху вместе с властным товарищем остались одни на виду. Видно, что мои стражники уже попрощались с жизнью, когда их взяли ментально под контроль, а очнулись они уже с клинками, вплотную приставленными к телам.

— Закрывай ворота! — махнул я рукой своему стражнику, вскоре замок оказался изолирован от воинов на площади.

«Пришло время лично и очень близко познакомиться с кем-то из Слуг Всеединого Бога!» — мне теперь очень хорошо понятно.

Немного отвлекся на него и почувствовал попытку вырваться из моего захвата явного предводителя было захвативших мой замок воинов. Не хочет сдаваться без боя, просто не может поверить, что нашелся здесь кто-то гораздо сильнее его самого.

«Это его главная ошибка», — улыбаюсь своему везению, еще тому, как я быстро понял, что мне требуется сделать первым.

Ничего у него не получилось, ведь силы наши явно несоразмерны. Я легко отбил его попытку, ничего даже не меняя в своем давлении. То есть его попытка просто захлебнулась после потери своего освободительного импульса.

«Здорово, что он сразу не понял, насколько я ментально силен. Пусть совсем не искусен в процессе подчинения по сравнению с ним, но гораздо мощнее. Голой силой сломил сопротивление, даже не заметил попыток противостоять мне», — все же для меня встреча с Слугой Всеединого Бога оказалась очень внезапной, хотя к каким-то проблемам я уже морально успел подготовиться.

Когда рассмотрел затоптанную копытами площадь, неестественные улыбки своих воинов на стенах и почувствовал явную ложь стражника при воротах.

Представляться по обязательному этикету и заводить разговоры Слуга не стал все же. Хотя, как вообще можно объяснить захват чужого замка на опять же чужой территории — это получается реальная тайная спецоперация имперского спецназа, когда не оставляют никаких свидетелей.

Какой бы ты не оказался владетельный норр, но с чужой Таблицей в голове сразу становишься преступником самой-самой высокой и абсолютно тайной имперской важности! Тут уже наплевать на все принципы совместного проживания Империи и Вольных Баронств, про какие-то внятные объяснения произошедшего нападения потом думать будем.

Да еще куда сами Баронства вообще денутся, когда у них и так очень хороший режим благоприятствования и проживания рядом с Империей выстроен?

Налоги почти не платят, а в Империи они довольно высоки, поэтому развивают производства, чтобы на безграничный рынок Империи свои поделки сбывать.

«Поругаются и замолчат, тем более я здесь вообще случайный по большому счету член благородного сообщества», — напоминаю я себе.

Не обзавелся родственными связями и многочисленными детьми, так что не стоит за моей спиной никакого серьезного клана. Ведь компаньоны мои — люди дела, им мое исчезновение по любому поводу принесет только хорошие дополнительные дивиденды.

Не заплачут и не зарыдают, раз теперь опережающие на пару столетий местные самодутные горны мои каталонские печи окажутся у них в личном пользовании. Им данного технологического задела вполне с лихвой хватит, чтобы купить себе, своим детям и даже внукам по четверке лошадей знаменитой шалтайской породы.

«Ведь мои проблемы — только мои проблемы», — нужно определенно понимать правильное положение вещей.

Ну, вот я вроде все правильно и понимаю, у них ведь нет в голове Таблицы с умениями. Потому что данные Таблицы законным образом только у допущенных к тайному знанию людей имеются, а все остальные оказываются суровейшим образом вне закона. Причем самым наисуровейшим — подлежат полному лишению всяких прав и долгому мучительному допросу в подвале. Или уже сама Тварь немилосердно сломает тебе сознание, выпытает малейшие крохи воспоминаний про своего внезапно воспрянувшего из очень долгого сна конкурента.

Заводить приличные разговоры с благородным владельцем замка и объяснять, какого-такого черта чужие воины делают в его крепости, никто не стал.

Что совсем не по понятиям в здешние простые и немудреные времена, еще является открытым объявлением войны по большому счету. Объявлением войны Империей Вольным Баронствам, причем далеко не первый раз, только все предыдущие вышли все так же неудачно. Но ведь смогут объяснить все происходящее в моем замке собранию благородных норров имперские чиновники, обязательно смогут объяснить без всяких проблем. Когда получат правильные инструкции и должным образом осветят возникшую дилемму.

Поэтому Вольные Баронства за своего нового норра не встанут воевать насмерть, не стоит мне на подобное дело хоть чуть-чуть даже рассчитывать. Поэтому злодея нужно сразу хватать и вязать, а уж содержимым его черепной коробки займутся именно настоящие профессионалы ментального подавления и доминирования.

Так бы все случилось и произошло, окажись на моем месте обычный человек. Или даже владелец Таблицы примерно такого же, самого начального уровня, как оставила меня дальше существовать жадная Тварь.

«Только ведь ошибся он, этот поразительно властный по виду старикан. Ведь даже довольно быстро свой трагический промах понял, когда попробовал взять меня под ментальный контроль», — улыбаюсь я.

Он сильно опытный дядька в этом деле, ведь уже тысячи очень разнообразного народа брал за свою видимо долгую жизнь под жесткое управление. И свое долгое служение Твари. Добивался всего, что ему было нужно от своих жертв, причем каждый раз без всяких проблем.

Но вот с такими монстрами, как я в той же Таблице числюсь, конечно, никогда еще лицом к лицу не сталкивался. Не считая, понятное дело, своего хозяина, существо просто невероятной, запредельной силы. И поэтому никак не мог ожидать встречи с ментальным великаном, когда приехал разобраться с каким-то слишком шустрым в прогрессорстве, но самым обычным норром из Вольных Баронств.

Ну, вот вообще никак не ждал, что окажется связан по рукам и ногам, даже по мыслям своим сможет только повторять мои слова, как попка-дурак. Потому, что тут настолько могучих Менталов вообще нет, и очень давно не было! Я один такой здесь остался с невероятной по местным значениям силой, которую мне передала довольно мучительная смерть Падшего Бога в рамках им же устроенной и настроенной Таблицы.

Уж какую смог, такую ему и устроил, Твари этой поганой, не до разных гуманных вариантов оказалось в столь трагический момент. Не пережил испытания горящим самогоном и резким повышением температуры в скальном убежище мой недолгий по сроку Хозяин.

«Почему-то все мои хозяева в здешнем мире вообще живут недолго, а помирают в муках и всегда от моих рук. Нужно запомнить итоги нашего общения», — напоминаю я себе и вождя зверолюдов, и саму Тварь.

Пока я же стою на месте, осматриваюсь кругом и понимая, что выиграл только первый раунд противостояния с одним из хозяев Империи. Ну или самых приближенных Слуг этих хозяев, никак не меньше.

Только вот выпускать мне его из-под своего пресса вообще нельзя, он тут же возьмет любого из моих стражников под полное управление и прикажет убить меня. Тем более не стоит отпускать обратно к своим воинам. Ведь нет никакого смысла надеяться, что удастся с вельможным менталом-церковником хоть как-то договориться на словах.

Типа, вы меня не знаете, а я вас прощаю за подлое нападение. Типа, расходимся по своим и забываем друг о друге навсегда! И что его отряд из отборных воинов уедет вместе с ним подальше отсюда, чтобы больше никогда не появляться около моего замка.

Уехать то они уедут, но очень быстро вернутся следить и контролировать каждый мой шаг, как только отправят быстрых гонцов за поддержкой. В ближайшие города за воинами, и в ближайшие храмы тоже, где есть такие же сподвижники с Таблицей в головах. Чтобы сообщить в столичный город Кташ страшное известие о том, что появился последователь Падшего Бога, причем силы просто невероятной и никак вообще не объяснимой.

Непримиримые мы враги навсегда, как я раньше подозревал, а теперь могу точно увидеть в затаившемся сознании священника.

«Кстати, кто он такой вообще — пока уже узнать! От такого знания и будем танцевать дальше», — говорю я себе.

— Кто ты такой? — вот мой первый вопрос.

— Шестой Первый Слуга Всеединого Бога! — отвечает священник.

— Это которых у него девять? — вспоминаю я слова-мысли Твари.

— Да, нас всего девять, — тихо отвечает Шестой Слуга, как я его теперь буду называть.

Но пока не верю, что настолько близкий к Всеединому Богу сановник обратил на меня свое внимание. Приехал в Баронства, нашел мой замок и какой-то хитростью захватил его, чтобы потом спокойно дождаться моего возвращения.

Хотя, почему хитростью? Просто приказал открыть ворота, забравшись в сознание моих стражников.

«Только где он и где я? Как он смог вычислить меня здесь, даже не подозревая, с кем столкнется в итоге?» — до сих пор не понимаю я.

То есть просто не хочу в это верить, что все так плохо получилось, ведь получается реальный приговор моей новой жизни.

— Кто еще есть между Всеединым Богом и тобой?

— Никого. Мы — Первые Слуги и ближе нас никого быть не может! — с явно чувствующейся в сознании гордостью отвечает мой ментальный пленник.

Он очень данным положением гордится и даже сейчас изо всех сил показывает мне это чувство. Только у меня резко падает настроение после счастливого момента внезапного выживания и пока первой победы.

«Это же я против всей Империи, ее светской и религиозной власти сейчас оказался!» — приходит беспощадное понимание ситуации.

Если уже за мной приехал важнейший в огромной Империи человек, то становится понятно, что не жить мне больше во владении Вестенил. Не выступать славным и прогрессивным норром Вестенилом, не строить дальше новое производство на берегу речки и вообще тут никак не прогрессорствовать. Жизнь моя теперь состоит только в быстром бегстве, ибо противостоять всей мощи Империи не смогут никакие Вольные Баронства и, возможно, даже лежащие за ними королевства.

Как только до Твари, управляющей Всеединым Богом, дойдет известие, что его давний Враг оказался все-таки жив и уже его какой-то свежесделанный, но очень сильный Слуга попался с поличным. Если он такой существует, значит, сам Падший Бог пришел в себя, где-то снова готовит армию своих воинов.

Наверно, именно с этим фактом связано очень сильное выступление зверолюдов в прошлом году?

Вот ведь не нужно Твари о данном пособнике своего врага было знать! Но теперь наверняка узнает. Осознание безнадежности моего положения наваливается огромным грузом на мои плечи.

«Все, все, что я тут создал, будет уничтожено и разрушено, а на меня объявят Великую Охоту, пока не загонят и не убьют», — ясно понимаю я.

Ну, это еще легкая смерть, просто так быть убитым теми же болтами, а вот попасть под ментальный контроль Твари живым или раненым — вот такое просто ужасно.

— Сколько с тобой воинов? — задаю еще важный вопрос, надо оценить силы врага на моей территории.

— Здесь шесть шестерок и у соседнего замка еще два десятка шестерок.

Понятно, около ста пятидесяти самых отборных во всей Империи воинов, гвардейцев самого Всеединого Бога.

Они никакой официальной власти в Вольных Баронствах не имеют, не могут кого-то из владетельных норров или даже их людей хватать и убивать. Но я уверен, что теперь подобное соображение не остановит Тварь, то есть Империю, ни на секунду.

Да ведь моих компаньонов нет никакого смысла в какие-то сражения втягивать, чтобы отсидеться снова всем вместе. Сначала они могут даже приготовиться воевать на моей стороне, но, как только эмиссары Всеобщего Бога объяснят им, кого они слишком доверчиво пригрели на своей груди, то меня выдадут без лишних разговоров.

Выдадут и перекрестятся так, как здесь положено. Ибо сражаться за Черного Демона Зла и его пособников никто не станет ни за какие коврижки. Это не их проблемы и не проблемы всех Вольных Баронств, это личные разборки двух Менталов, один из которых смог построить мощную Империю, а второй ему просто бесславно проиграл. И еще личная война их Слуг, как оно оказалось. Личная, но сильно неравная, причем в мою пользу, что очень радует.

Держа Шестого Слугу под постоянным контролем, я приказываю воину связать его по рукам и ногам.

— Эй, там на стене, приведите Кранила и смотрите за нашими гостями! Как полезут, сразу бейте тревогу!

Я не особо опасаюсь насчет того, что кто-то из гвардейцев или их командиров решит нарушить приказ самого Слуги Всеединого Бога, неважно, Первый он или Шестой. Они воспитаны в абсолютной преданности именно самим Слугам, потому что Всеединый Бог сам лично не отдает им никаких приказаний, все происходит только через его Слуг.

Он является просто картинкой и никакой серьезной деятельности не ведет, кроме благотворительности и всяких помилований. Ну, еще частых выступлений с задушевными проповедями перед восторженным народом. Насколько я что-то понимаю в придворной камарилье Кташа.

Зато все Первые Слуги находятся под постоянным и тотальным контролем Твари, живущей где-то под королевским Дворцом и около основного храма Всеединого Бога.

Ну, тепло она, наверняка, не любит так же, как Падший Бог, кондиционеров тут еще нет. Так что приходится ей жить где-то глубоко под землей при температуре, весьма близкой к нулю. Они же с одной планеты, кажется, сюда прилетели, даже чуть ли не на одном звездолете? Или все же на разных, данную тему мне Тварь, которая Падший Бог, развить совсем не успела, теперь я могу только догадываться про это.

Впрочем, теперь о месте нахождения Твари, Всеединого Бога, и еще все остальное я могу узнать у своего пленника немного попозже. Очень будет полезная мне информация, которую я могу выкачать из него честно и непредвзято.

Только сейчас мне нужно его куда-то убрать на время, чтобы серьезно подумать о том, что я должен теперь предпринять для своего спасения и еще спасения всех доверившихся мне людей. Да, о них тоже придется побеспокоиться очень сильно.

Потому что никого из тех, кто меня знает немного поближе, того же Бродуса или Клафию здесь точно не оставят просто жить дальше. Сначала вывернут наизнанку, собирая все сведения про меня, а потом отправят на ритуальную жертву.

Норров-компаньонов, наверно, все же так в оборот брать не станут. Если я сам не начну поднимать их на совместную борьбу против имперских захватчиков, а просто исчезну, то вполне возможно, что они даже не узнают, почему тут скоро начнется зверская суета. Ну, то есть она уже началась, просто никто про нее из посторонних людей не знает.

Да, вот это правильная мысль.

«Черт, держать Шестого Слугу под контролем и одновременно думать получается довольно плохо, — понимаю я и приступаю к допросу, заведя маленькими шажками связанного уже пленника в донжон. — Нет у меня еще правильно сформированного навыка».

Придется убрать его подальше с чужих глаз, ведь разговор тут ожидается довольно интимный между двумя повелителями Таблицы.

Почему я приказал связать его? И лично вытащил кинжал с пояса из ножен? Не то, чтобы я опасаюсь нового ментального нападения, против моей силы его возможности еще малы совсем, как я уже хорошо почувствовал. Больше переживаю, что он точно попытается себя убить, если дать ему подобную возможность.

«Наверняка, есть какая-то закладка для данного случая в сознании у Шестого Слуги? Или все же нет? Ведь не могла же Тварь как-то заранее предполагать, что через сто пятьдесят лет полного спокойствия откуда-то вдруг появятся товарищи, явно превосходящие по силе ее или его Слуг? Может и вообще оно Слуг? Чтобы ставить им закладки на принесение себя в жертву, как только кто-то другой возьмет Слугу под контроль?» — какое-то время размышляю я.

— Какой у тебя уровень Ментальной Силы?

— Пятый, — покорно отвечает Шестой Слуга.

«Всего пятый, да еще в солидном таком возрасте? Я думал, где-нибудь пятнадцатый или двадцатый окажется!» — удивляюсь я.

«Однако очень несерьезно! Не дает своим помощникам Тварь развиваться хоть немного, все энергию у них забирает! Впрочем, может он один такой слабак? Поэтому и носится по окраинным землям Империи, как молодой служитель?» — задумываюсь я.

С другой стороны, и такого уровня ему с лихвой хватает по своей служебной деятельности, чтобы выполнять приказы Повелителя-Твари.

— А у других Первых Слуг?

— По-разному. От третьего до седьмого, — да, как-то все довольно печально обстоит с прокачкой у помощников Всеединого Бога.

«Не могут они все вместе мне ничего противопоставить на ментальном уровне, могут только обычной силой задавить. И тогда даже отлично, что настолько жадная и расчетливая Тварь ими управляет!»

Что бы я делал, если бы Шестой Слуга оказался примерно пятидесятого уровня по Ментальной Силе? Заломал бы меня и повез к своему господину, чтобы тот лично сам убедился, как я смог убить его кровного врага своей хитростью? Может мне бы еще медаль выдали за подвиг, настолько невероятный? Выдали, а потом сразу уничтожили, чтобы больше ничего подобного настолько героического натворить не успел.

Никак невозможно официально существовать с Таблицей Падшего бога в Империи Всеединого Бога! Так что мне нужно просто тихо радоваться откровенно маленьким значениям умений у Шестого Слуги!

И сравнить свои остальные уровни с теми, которые есть у него. У меня они сейчас солидные очень, но ведь и деяние я совершил совершенно для всех остальных, причащенных к знаниям ТАБЛИЦЫ, невозможное.

МЕНТАЛЬНАЯ СИЛА — 42/216

ВНУШЕНИЕ — 44/216

ЭНЕРГИЯ — 38/216

ФИЗИЧЕСКАЯ СИЛА — 40/216

И еще 29/216 и 29/216 — неизвестные мне умения.

У меня при постоянном использовании умений они подросли на одно-два значения за прошедшие несколько месяцев, поэтому теперь все именно так выглядит. Больше убивать никого не пришлось, слава богу.

— Сколько у тебя ВНУШЕНИЕ?

— Десять, — негромко отвечает пленник.

«Ну, очень часто им пользуется, так что немаленький уровень понятен. Всю свою долгую жизнь применяет и нарабатывает потенциал», — понимаю я.

— ЭНЕРГИЯ?

— Четыре.

«Ага, а вот данное умение вообще не развито, не дает слишком большого запаса силы Тварь своим Слугам, чтобы никак не рисковать своим положением», — делаю я понятный вывод.

— ФИЗИЧЕСКАЯ СИЛА?

— Шесть.

— У всех Слуг так?

— Нет, у меня самое большое, потому что я из воинов в Первые Слуги попал, — неживым голосом отвечает Шестой Слуга.

— Сколько у остальных?

— От одного до четырех.

Ну, вообще не дает силу физическую своим Слугам качать почему-то Тварь. С другой стороны, драться и махать мечами — явно не их дело, вокруг всегда куча умелых гвардейцев, которыми они должны управлять.

— Что дальше? — спрашиваю я, надеясь теперь получить ответы, что у меня самого скрыто под непонятной тарабарщиной.

— РЕГЕНЕРАЦИЯ. У меня уровень три.

«А, значит, РЕГЕНЕРАЦИЯ, как я и подозревал, раз на мне раны за несколько минут заживают. Уровень очень маленький, даже не понятно, почему такой маленький, если Слуги для Твари довольно важны?» — недоумеваю я.

Или не очень?

«Ну, не знаю, новых же нужно долго и подробно в курс дела вводить, а настолько опытные Слуги должны много лишних хлопот с самой Твари снимать. Непонятное на самом деле решение держать столь нужное для жизни в средневековье умение на слишком низком уровне», — жадность Твари мне не очень понятна.

«Или только от болезней Слуг лечит, но если тебя где-то ранили, то сам дурак? Вполне возможно, что так дело обстоит».

— Дальше? — тут много разговаривать мне не нужно, лучше поскорее важнейшую информацию получать.

Пока гвардейцы на штурм замка вдруг не пошли, мало ли, как у них с Шестым Слугой на такой случай договорено.

«Хотя, опять же, представить, что Первого Слугу кто-то настолько легко и незаметно возьмет под контроль? За пару секунд и у них на глазах? Да еще понять простым воинам? Ну, очень трудное дело, сложно себе представить и еще труднее оказаться готовым к такому захвату», — объясняю я себе.

— ПОЗНАНИЕ. Четвертый уровень.

Ладно, пропускаем, потому что слово понятное, значит, и у меня оно работает. Вон как четко предсказало будущие проблемы.

— Дальше? — вдруг у местных в Таблице еще что-то есть.

Тварь местная уже очень много лет правит и управляет, могла бы что-то поинтереснее моей тупенькой Твари придумать.

Поэтому Шестой Слуга меня не разочаровал:

— ПОСЛУШАНИЕ. Двенадцатый уровень.

«Вот и новый наворот, какое-то еще ПОСЛУШАНИЕ появилось! У меня его точно нет, если именно в цифровом обозначении. Впрочем, почему какое-то? Очень даже нужное умение для всех Слуг. И уровень самый высокий».

— Как получаешь уровни в ПОСЛУШАНИИ?

— После каждой проверки поднимается на одну единицу.

Значит, Шестого двенадцать раз как-то хитро проверили, вообще не дает расслабиться Тварь своим Слугам.

— Сколько лет служишь Слугой? — вот еще весьма интересный вопрос.

За сколько можно подняться до таких невысоких высот в ТАБЛИЦЕ?

— Пятьдесят восемь лет.

Да, солидный срок, самому наверно лет семьдесят пять-восемьдесят, только выглядит гораздо моложе.

— А остальные Слуги?

— От новичков до девяносто лет.

Точно, дает возможность пожить побольше даже с низкой РЕГЕНЕРАЦИЕЙ Тварь своим верным Слугам.

— Дальше?

— Больше ничего в Таблице нет.

Ладно, как я и думал, мне сейчас уже не так важно, когда немного в ее значениях разобрался. Теперь расспрошу его про жизнь нашу грешную, откуда погоня пришла и почему вообще сюда пришла?

— Как узнали про меня?

— От купца Останила. И в ратуше Петриума.

— А почему начали узнавать и меня искать?

— Новая продукция появилась на рынке Империи. Высокий уровень производства, — вот какими-то совсем неместными словами заговорил Шестой Слуга, явно не средневековыми вообще.

Это от самой Твари идет задание искать двигателей прогресса, который она точно хочет тормозить.

— Что с такими делают, кто более высокий уровень производства показывает?

— Забираем всех, кто этим занимался. Отвозим в Кташ.

— А с мастерскими, которые его делают?

— Уничтожаем. Обычно сжигаем, огонь все скрывает, изделия изымаем и в озере топим после показа самому Первому Слуге Всеединого Бога.

Еще понятнее, производство точно будет не сохранить, оно стоит на открытой местности, кроме обычного частокола ничем не защищено. Да и мой замок никак не сможет задержать серьезное нападение мимо своих стен. Впрочем, к поляне у реки, где все производство сосредоточено, можно легко подойти с нескольких сторон.

— А там куда задержанных девают? — явно что-то он не договаривает.

— В тюрьму Всеединого Бога.

— Где она находится?

— Рядом с королевским дворцом и Первым Храмом.

Понятно, ждет всех приближенных ко мне людей жесткая зачистка. И купца Останила я, получается, тоже подвел под монастырь. И его, и его семью, и его продавцов в лавках, тоже наверно.

Да, знал бы, что здесь настолько пристально за малейшим прогрессом в производстве присматривают, остался бы простым воином в отставке и делал бы его по чуть-чуть.

«Но теперь уже поздно каяться и себя ругать, все уже случилось, теперь ничего не изменить. На мой явно заметный след прогрессорства встали имперские ищейки, а мой новый титул меня никак не защитит от беспредела», — напоминаю я себе реальное положение вещей.

Это многое меняет, так просто тайком бросить производство и замок нельзя, чтобы уехать небольшим количеством отсюда с концами. Нужно своих людей куда-то пристроить обязательно.

— Кто еще в отряде знаком с тем, что нужно здесь делать?

— Никто.

— Почему?

— Все решаю я один, — он еще продолжает гордиться своими возможностями.

— А где сам купец Останил? И его семья?

— В моем отряде едет. Семью пока не брали.

— Почему не брали?

— Так за тобой поехали, — грубовато даже отвечает пленник.

— Что будет твои люди делать, если ты скажешь им вернуться в Петриум без тебя и отпустить там Останила.

— Выполнят приказ. Что же еще? — немного удивился Шестой даже под моим контролем.

«Так, уже сильно легче, значит, они вскоре на штурм не пойдут. Еще власть Слуг здесь абсолютная, непререкаемая настолько, что приказания будут долго и старательно исполнять. Пока не доложатся и не получат новые, конечно», — понимаю я.

Глава 4

— Так, отнесите пленника в подвал! — командую я Кранилу с парой помощников.

Только я не так наивен, чтобы оставить их совсем наедине.

Шестой Слуга, как только избавится от моего ментального давления, тут же возьмет их под свое управление и тогда пиши пропало. Как только выйдут из подземелья, так и кинутся на меня с мечами, если окажусь не готов к подобному повороту, то я потеряю троих самых лучших своих воинов.

Ну, или успею перехватить управление над кем-то одним из них, в данном процессе я еще довольно неуклюж со всей своей силой, только вот Шестой Слуга на своих реальных минималках может управлять не одним человеком зараз точно. Все подобное выглядит, как будто я начну забивать микроскопом, слово здесь еще неизвестное, обычные гвозди.

«Забираться в сознание он умеет в сотни раз лучше меня. Вот что нужно правильно понимать, что он слишком опасен, когда не подавлен моим контролем сознания», — напоминаю я себе.

Я взломал его сознание с помощью силы, он может действовать хитрее и изрядно меня удивить.

«Ну, можно пока проверить, насколько далеко Шестой Слуга может подействовать на моих людей из глубокого подземелья», — решаю я устроить ему первую проверку.

Так что я провожаю несущих пленника стражников до самого конца, постоянно держа его под своим контролем. Мы спускаемся в первый подвал, где стоит на полу и висит на стенах разная еда, потом сносим тело во второй, я сам лично несу тюк соломы, который пока послужит для него постелью. Ибо там ничего, кроме ледяного каменного пола, больше нет. Ни света белого, ни воздуха свежего, ни возможности хоть как-то согреться.

Ну, там можно хранить скоропортящиеся при обычной температуре продукты, однако у меня таких сейчас нет, все свежее мясо и рыба в тот же день попадают в котел. Где его быстро съедают восемьдесят имеющихся в наличии работников. Да, работают за плату все мужики, часть молодых парней и девок, еще несколько баб на кухне обеспечивают нашу общую столовую. Остальные хлопочут на своих огородах или расходятся по владению искать диких пчел, полезные ягоды и всякие травки, их массово кормить пока не получается.

«Лучшее место для проживания Твари, наверно, было бы здесь. Но они редко попадаются вообще, хотя та, которая его хозяйка, будет уже второй встреченной за неполный второй год моей жизни в новом мире.

Можно было бы вообще не переживать за здоровье Шестого Слуги, раз он мой идейно непримиримый враг, но я пока не хочу заставлять его лишнего страдать. Мне требуется от него очень-очень много различной информации, которой никто больше не может дать. Вряд ли я выпущу его когда-то на свободу, тем более, вряд ли, что вообще оставлю в живых, но пусть пока останется возможность какого-то разговора между нами.

Оставляем связанного, как мумия, пленника в темноте, я пока надеюсь, что через два толстых каменных перекрытия его ментальная способность не сможет проникнуть в головы моих людей. Немного все же опасаюсь такого исхода, поэтому приказываю старшему стражи:

— Всех твоих на стены, еду туда носить. Ключ от подвалов давай мне! Мимо донжона никому не ходить, обходить его вдоль стен, всем своим сам расскажи.

Разгоняю всех подальше от донжона, чтобы не мелькали рядом. За поварихами сам прослежу, но они в подвал попасть теперь не смогут. Зато тщательно проверю, сможет ли Шестой Слуга до них дотянуться из подземелья. Если бросят работу и начнут что-то непонятное творить, придется в сознание к ним самому залезать, чтобы понять, что с ними случилось. Тогда для них уже не будет никакой тайной то, что кто-то может управлять их поступками, не спрашивая вообще никакого разрешения.

«Нужно бы на площадку съездить, чтобы правильно уголь высыпали, не смешали его друг с другом», — вдруг вспоминаю незаконченное дело, которому посвятил два целых дня поездки.

Но тут же даю себе морального подзатыльника, забыл ведь уже, как все изменилось вокруг.

«Чего ты несешь? Какой-такой уголь? Еще печь для кокса начни строить! Империя и ее настоящая власть обратили пристальное внимание на твою деятельность, связанную с солидным прогрессорством! Только теперь ко всем остальным бедам ее полномочный посланник вдруг обнаружил Таблицу в голове подозреваемого!» — вот так все теперь выглядит.

— Они сами настроены явно против похожих прогрессоров и постоянно пресекают деятельность самых передовых изобретателей! Люди наверняка пропадают в тюрьме Кташа без следов, мастерские и кузницы сгорают — про подобную судьбу тебе только что вполне внятно Шестой Слуга сказал. Это же не его личная идея насчет борьбы с прогрессорством, именно такая обозначена генеральная идея партии. Просто сама Тварь гонит своих Слуг жестоко поступать с появляющимися прогрессорами. Хочет подольше управлять Империей и каждый день наслаждаться чьими-то смертями, да еще полностью по своему закону. Ей-то точно быстрый прогресс среди подвластного населения и никакие полеты в космос не требуются, поэтому и вычищают ее Слуги самых башковитых и соображающих сильно выше среднего. Всяких там Коперников и Тесла здешнего мира! — говорю я себе новое понимание местных негласных законов.

«Так что не о новой созидательной деятельности тебе думать пора, а о том, как исчезнуть отсюда. И еще о том, как своих людей спасти от страшной смерти. Вот о чем думать нужно прямо сейчас, причем очень сильно! Пока Шестой Слуга далеко упрятан, а ты можешь не отвлекаться на его обуздание постоянно», — даю я себе задание.

— Так, теперь мне нужно серьезно спешить, — я сам поднимаюсь в донжон, обнимаю Клафию и прошу ее пока мне не мешать.

— Иди к поварихам и посмотри, нет ли у них странных желаний открыть двери в подвал или выйти из замка, чтобы что-то сказать тем воинам, которые здесь были. Да, они тебя не обижали, когда захватили замок?

— Нет, сказали только в нашей комнате сидеть, а этот страшный дядька залез мне в голову и что-то там смотрел.

Ну, такое тоже понятно, изучал ее привязанность ко мне, впрочем, про всех в замке он сам быстро все узнал даже без лишних разговоров и расспросов.

Клафия уходит, потом я зову в окно Кранила прийти ко мне в донжон.

Старший сбегает со стены и вскоре стучит сапогами, поднимаясь на верхний этаж.

— Как замок захватили? — спрашиваю я, глядя на ряды гвардейцев на площади, исправно ждущих новых приказов Шестого Первого Слуги.

Придется им какой-то приказ выдать, чтобы уехали отсюда поскорее всем личным составом и не мешали мне по своему владению передвигаться. Но для этого нужно снова доставать пленника из подземелья, чтобы опять самому управлять им с крепостной стены.

— Наши сами ворота открыли, как будто им кто-то приказал, — пожимает старший плечами. — Наказать тех, кто на воротах был?

— Нет, не за что. Это способность Первых Слуг заставлять делать всех, что им нужно, — объясняю я ему.

Придется сказать правду, потому что вопросов ко мне и нашим гостям у Кранила много накопилось. Ведь скоро он начнет их задавать, чтобы понять, в какую-такую задницу его судьба непостижимо завела.

— Это Первый Слуга? — поражен Кранил. — Так на площади — гвардейцы Всеединого Бога?

«Черт, наверно зря я ему вообще сказал!» — доходит до меня свой явный промах.

Понятное дело, отслужив все свои сроки в медвежьем углу, он многого не знает, например, как выглядят гвардейцы, но церковную иерархию Империи мужик правильно понимает. И кто такой Первый Слуга тоже очень хорошо знает.

— Так, зачем вы, ваша милость, приказали его связать? И в ледяной подвал унести, ваша милость? Он же за это нас не простит? Никогда не простит! — впадает тут же в панику Кранил.

— Мы теперь с тобой в одной лодке, Кранил. И даже все стражники в ней, тот же Бродус, все приближенные ко мне люди в замке, — решаю я сказать ему всю правду. — Но связать я его приказал, чтобы со всеми вами переговорить. При нем нельзя. Он наш общий и непримиримый враг. Хочешь ему сам голову под меч подставить? Все, у тебя тоже обратного пути уже нет!

Раз уж старший моей стражи понимает, с какими невероятными силами мы связались. Наверно, уже и сам догадывался про это, поэтому нужно твердо донести до его сознания, что мы все теперь в одной лодке оказались. Если даже он решит меня предать, то его все равно не пожалеют.

— Да из-за чего все это, ваша милость? — немного дрожащим голосом спрашивает Кранил, потрясенный развернувшейся перед ним пропастью.

— Потому что… — немного задумавшись, я решил не терять время на объяснения про неуместное прогрессорство и прочее. — Потому, что теперь так получается. И ничего уже не изменить, Кранил.

Надо немного успокоить старшего над моей стражей, отправить крутых воинов отсюда подальше. Показать ему, как я могу сам управлять Шестым Первым Слугой, что все у меня под контролем находится. Только его измены от понятного испуга мне сейчас не хватало.

— Сейчас мы вынесем пленника из подвала, он со стены отдаст приказ своим гвардейцам уехать отсюда. Иди, собирай людей! — я уже кое-что для себя решил за десять свободных минут.

Теперь вычленяю самое главное из того, что могу сделать быстро и самым первым по очереди. Сделать, пока имею Шестого Слугу рядом под своим личным контролем. Лучше всего обставить дело таким образом, чтобы все его действия выглядели для тех же гвардейцев естественно. Они и так станут выполнять приказания одного из Первых Слуг «от и до» очень старательно. Но лучше все устроить правильно, как будто он сам лично отдает приказы без всякого принуждения и веревок на его теле. То есть показать его не связанным и со свободными руками.

Вообще не их дело — обсуждать распоряжения настолько сильной и властной личности, как один из Первых Слуг. Их дело выполнять приказы абсолютно без всяких сомнений и лишних вопросов. Еще лучше, чтобы никакого свободного времени хорошо подумать у гвардейцев Всеединого Бога просто не оказалось.

Кранил убегает собирать народ у подвала, я спускаюсь и спрашиваю Клафию, есть ли какие-то тревожные сигналы.

— Нет, господин, я ничего не чувствую и поварихи ведут себя, как обычно, — отвечает она мне, а я вижу, что сейчас она мне не врет.

Не факт вообще, что она вообще может чего-то почувствовать из постороннего в своей голове, зато может только искренне заблуждаться в происхождении своих мыслей.

«Ну, все же между ней с поварихами и подземельем, где сейчас замерзает Шестой Слуга находятся три толстых каменных перекрытия. Сам не думаю, что его возможность брать людей под управление сможет преодолеть подобные препятствия, но кто его знает», — размышляю я.

Спускаюсь в первый и потом второй подвалы, открывая двери ключами, от стоящего здесь холода даже озноб по спине прошел. Если на улице весна и уже градусов двадцать есть, то здесь около нуля точно, если не реальный минус.

«Этак он тут долго не протянет, — понимая, глядя при свете факела на трясущегося мелким бесом от холода Шестого Слугу. — Все же он обычный пожилой человек, а никакой не супергерой. Хотя его умения могут поддерживать здоровье через РЕГЕНЕРАЦИЮ, но только растрачивая тогда ЭНЕРГИЮ. Наверно, держать его в холоде — самое правильное для меня решение, через неделю он и сам полностью опустеет. Еще желательно не кормить пленника, но это уже потом посмотрим».

Беру его под контроль, теперь Шестой Слуга не пытается сопротивляться, правильно понимая, что только теряет свою ЭНЕРГИЮ в бесполезном противостоянии.

— Поднимаем наверх, где свет есть!

Стражники втроем тащат Шестого Слугу по лестнице.

— Развязать его и обыскать тщательно, прямо всего прощупать без стеснения!

С пленника снимают пояс с кошелем, туго набитым золотом и серебром, как я сразу вижу, с красивым ножнами от кинжала. При взгляде на ножны что-то проскальзывает в сознании Шестого Слуги, какая-то невнятная мысль.

«Потом их посмотрю», — решаю я про себя.

После обыска мы выводим Шестого на улицу, давая ему возможность согреться. Пока я приказываю снять с него щегольские сапоги на толстой подошве, взамен кто-то из стражников приносит свои старые и растоптанные чуни. Что-то в этих сапогах тоже есть спрятанное, как мне подсказало наблюдение за сознанием пленника.

Ниже пояса я все равно не собираюсь никому показывать Шестого Слугу, поэтому его крепко обвязывают вокруг пояса парой веревок и еще пару вяжут на щиколотках.

Я по-прежнему не уверен в своих способностях удержать пленника, не знаю его возможностей и что он еще может придумать. Поэтому приказываю своим людям заниматься явной перестраховкой, опасаясь, что Шестой Слуга просто сиганет со стены вниз при первой возможности. Чтобы навсегда уйти от моего контроля и помочь хозяину- Твари хотя бы своей смертью.

Тогда уже будет очень сложно объяснить его смерть гвардейцам, хотя я смогу на какое-то время взять под свое управление их капитана. Только тогда придется его тоже постоянно держать под контролем, а подобное слишком хлопотное занятие мне вообще не требуется. Он простой служивый, тщательно выполняет приказы Первого Слуги, но в замыслах и хитросплетениях имперской политики не особо понимает наверняка.

«Нужно их отправить подальше, сначала в Петрум, а потом в Кташ, чтобы у меня оказалось сильно больше времени. Отправить именно конкретным приказом самого Шестого Слуги», — решаю я.

Я надеюсь, что с кем-то, примерно сравнимым с Шестым Слугой по положению, они смогут встретиться только в Кташе. Что нигде в пути им не попадется еще один Первый Слуга, ведь отменить данный приказ никто больше во всей Империи не может.

До столицы примерно сорок дней пути по внутренним дорогам Империи, да еще столько же примерно обратно. Нам хватит времени завершить все дела здесь полностью и исчезнуть где-то очень далеко.

Если, конечно, где-то в Храмах Всеединого Бога, и в том же Петруме не установлено передающих устройств инопланетного уровня. Вот похожее дело вполне может там оказаться, ведь управлять огромной Империей гораздо проще. Когда срочный приказ из столицы Империи уже через несколько минут оказывается в далеком городе на ее границе. Когда не нужно его с неистово скачущими гонцами пересылать целых сорок дней.

«Какое-нибудь ухо Бога или еще что-то подобное. Хотя, чего я переживаю, сам вскоре смогу про все точно узнать», — снова напоминаю себе.

Тогда командование гвардейцев доложится местному священнику с Таблицей в голове о полученном приказе следовать в столицу без Шестого Слуги. Тот снесется с Кташем, объяснит очень странную ситуацию, что Шестой Слуга в полном одиночестве остался в замке подозреваемого норра.

И тогда я уверен — гвардейцы вернутся сюда через примерно шесть-семь дней. Очень сильно мотивированные и разъяренные после полученных звездюлей за утрату доверенного им Шестого Слуги. С тогда понятным приказом штурмовать замок и освободить Шестого Слугу или найти хотя бы его бездыханное тело…

«Так что нужно быстро делать свои дела всего за два-три дня, больше, наверно, не стоит затягивать сборы. Ладно, посмотрим, как сейчас пройдет сеанс общения Шестого Слуги с его охраной под моим управлением», — решаю я.

Пленник поднимается под моим ментальным контролем с четырьмя стражникам, держащими его за веревки снизу. Они стараются изо всех сил контролировать его, Кранил уже всем сказал, что наша жизнь и смерть зависят от того, что он скажет сейчас своим гвардейцам со стены замка. Наконец медленно подтягивающий ноги Слуга оказывается на самом верху, я стою немного ниже на лестнице и держу его сознание под полным контролем.

Гвардейцы Всеединого Бога дружно замолчали при виде Первого Слуги на стене замка, теперь ждут приказа.

— Испахил! Слушай мой приказ! Езжайте к основному отряду, заберите у них и привезите сюда купца Останила, — командует Шестой Слуга капитану гвардейцев.

— Слушаюсь, ваше преосвященство! — ну, как-то так переводится официальное название должности Шестого Слуги. — Сколько здесь оставить воинов?

— Никого не нужно! Я останусь у друзей! Очень важное дело у меня! — и я рукой характерным жестом отправляю гвардейцев в путь.

— Ваше преосвященство! Могут возникнуть вопросы у местных норров по нашему количеству? — волнуется капитан.

— Приедете, как положено по договору! Не стоит пока обострять наши отношения!

Гвардейцы запрыгивают на лошадей, дают им шпор и колонной по двое устремляются выполнять приказ.

Они исчезают за поворотом, тогда уже я поднимаюсь к пленнику. Мы стоим, держась руками за парапет и с виду спокойно так беседуем.

— Сколько до них ехать?

— Кундов восемь, — отвечает тот.

Ага, два часа, два часа туда-два обратно, значит, снова гвардейцы появятся здесь уже под вечер.

— Почему оставили основной отряд подальше?

— По договору с Вольными Баронствами имперские воины могут заезжать сюда не больше, чем двадцать мечей или копий за раз.

— Почему здесь тогда их столько?

— Два раза заехали, вчера и сегодня, — откровенно отвечает пленник про понятную хитрость. — И еще с разных сторон.

— Кто еще знает, зачем ты сюда приехал? — основной такой вопрос на сегодня. — Кто тебя сюда отправил?

— Господин отправил. Я находится ближе всех к Петриуму.

— Ближе всех к местам, где появились отличающиеся своими характеристиками железные изделия? Где именно находился?

— В пяти днях пути от Петрума, в городе Створум.

Ладно, это мне не так интересно, где находится сам город и почему он в этом Створуме отирался. Вот как он получил задание меня искать? Посыльным-рассыльным гонцом или мысленным приказом Твари очень издалека или еще как-то?

Об этом я спрашиваю Шестого Слугу.

— Через Камень Бога.

Оп-па!!! Что-то такое я и ждал, что применит все же Тварь технологии развитого будущего именно в области здешней связи.

Потому что управлять Империей гонцами, которые по пятьдесят дней везут приказы, очень трудно. А передать своему наместнику, находящемуся где-то за две-две с половиной-три тысячи километров приказ за несколько секунд — получается совсем другое дело. Слишком удобное, чтобы отказаться от него, даже пытаясь всю Империю как можно дольше оставить в темном средневековье.

— Про Камень Бога поподробнее. Где он тут самый ближний стоит?

Как я и ожидал, что в Петруме стоит, в Кворуме и Ликворе не по чину местным настолько дорогой и продвинутой вещью пользоваться. Да еще ехать от Петрума до них не так далеко, до Ликвора всего два дня, до Кворума подальше будет. Там примерно шесть дней, если не заезжать в Баронства.

— Сколько вообще людей, допущенных к Камню Бога есть в Петруме?

— Сам главный священник храма, еще три его помощника.

— Как они узнают, что им что-то передают через Камень Бога? Дежурят около него по очереди?

— Да, именно так.

— У них всех есть Таблица в голове?

— Конечно, иначе Камень Бога ничего тебе не скажет, — отвечает Шестой Слуга.

Понятно, значит, передатчик как-то включен в Таблицу и работает только на членов личной сети Твари. Интересная информация получена от Шестого Слуги, тут есть над чем много подумать. Да еще свободное время, пока нет гвардейцев Всеединого Бога, можно с пользой применить.

— Сколько у каждого Первого Слуги своих помощников?

— Шесть. Вторые Слуги они называются.

Ага, поменьше, чем у самой Твари, наверно, что подобные установки изначально заложены в саму Таблицу.

— А у этих помощников, которые Вторые Слуги, сколько своих?

— У них уже по три Третьих Слуги.

— Главный священник в Петриуме — Второй Слуга?

— Да, Второй.

— Потому что это большой город?

— Да, именно поэтому, — получаю я ответ Шестого Слуги.

Пора снова много подумать, чтобы начать решать свои и моих людей внезапно возникшие проблемы.

— Кранил, спускаем пленника вниз и в подвал! — командую я.

Глава 5

Поэтому Шестого сразу же уносят в подвал, снова уже связанного по рукам и ногам, но в этот раз я приказываю выдать ему пару толстых одеял, чтобы нахождение в полной темноте и ледяном холоде прошло не так ужасно мучительно.

Мне нужно уехать на пару часов, чтобы оценить рабочие процессы на производстве, которые придется неизбежно консервировать и останавливать. То есть все то, что наверно лучше уже не делать, явно лишние изделия зря не производить, суету ненужную не наводить. Планов то громадье имелось, но теперь они сразу как-то неактуальны стали.

Была мысль не возиться со всем данным делом, пусть будет, что будет. Но тогда людей никак не получится отсюда увести. А такое — сейчас самое главное, сохранить проникшихся технологиями мастеров. Поэтому придется все же мастерам и через них самим норрам-компаньонам передать, что ждет промплощадку в самом скором времени. Ведь ждет ее тотальное разрушение и избиение всех, кто имперцам хотя бы рядом попадется.

Ведь даже, если бы Шестой Слуга сам обнаружил настолько заметное прогрессорство. Тогда отправился его лично искоренять, а не по приказу управляющей здесь всем Твари, то он все равно должен был доложиться именно ей по тем же Камням Бога перед своим отъездом. Что мне хорошо понятно, еще должен однозначно поставить в известность кого-то в том же Петруме, куда это он собрался.

Думаю, Тварь очень даже пристально отслеживает своих Первых Слуг и все их перемещения. Особенно за какую-никакую границу Империи. Ведь такой помощник всегда может задуматься, зачем ему нужно постоянное служение нечеловеческому сознанию, когда он в другом месте легко сделает хорошую карьеру, так ловко управляясь с людьми.

В любом случае, теперь в курсе нашего дела те же гвардейцы, куда и к кому они приезжали. И Второй Слуга из гнезда Шестого Первого Слуги, который на постоянной связи с Кташем. Он тоже ничего не забудет, когда его спросят. Даже, если Шестой просто бесследно пропадет, они все равно окажутся со своими докладами вышестоящему начальству именно той связью, которая не позволит забыть о месте, куда уехал Первый Слуга и где проживает самый главный прогрессор.

Тем более понятно — сама Тварь тоже про этот случай не забудет, пришлет новых оперуполномоченных Слуг разобраться с непонятной проблемой. Только уже с тысячами воинов, настроенных вволю пожечь, понасиловать и пограбить в карательной экспедиции на землях неуступчивых норров…

Так что тихая ликвидация Шестого Слуги даже в отсутствии гвардейцев Всеединого Бога никак мне не поможет остаться тем же довольным жизнью норром Вестенилом. Остаться им и продолжить свою прежнюю, очень неплохую жизнь. Ведь даже доведение каким-то способом всего отряда гвардейцев до бесследной пропажи где-нибудь в горах только отложит на какое-то время появление здесь уже настоящей имперской армии.

— Можно меня не здесь держать? Я не заслужил такой страшной пытки! — взмолился пленник, когда я приотпустил его сознание и позволил начать разговор со мной. — Ведь я же ничего вам не сделал, норр Вестенил!

«Ага, как в ледяной подвал лезть, так сразу норр Вестенил, а как меня беззаконно хватать, так никак не называет, приспособленец тварский! Так хвостом и виляет, только меня не проведешь», — посмеиваюсь я над неуклюжей попыткой.

— Ты пришел убить меня и моих людей. Я это знаю! Никто тебя жалеть тоже не будет, — равнодушно приходится ответить ему. — Не надейся даже.

— Но в любом другом месте меня держите! Умоляю вас! Только не в этой ледяной темноте, — прямо стонет Шестой Слуга.

— И где тебя держать вообще можно? Подскажи мне! Сейчас посмотрю, куда тебя перевезти. Но там ты будешь так же связан и в абсолютном одиночестве. Сам понимаешь, твои ментальные умения не оставляют мне никакого другого выбора.

«Никакого выбора кроме, как окончательно тебя убить», — говорю я себе.

Но про это мы поговорим потом.

Сейчас я немного провоцирую Шестого Слугу тем, что разговариваю с ним. Ведь на самом деле между страшной темницей и его полной свободой в прежнем статусе всемогущего Первого Слуги Всеединого Бога стою только я один.

Я повернулся спиной и шагнул на лестницу, как почувствовал, что пленник собрался что-то мне устроить. Держу его сознание под контролем, но он все равно, даже понимая почти полную безвыходность своего положения, сдаваться не намерен. На что-то рассчитывает, хочет внезапным ударом вырубить меня и взять все в замке под свое управление. Не стал я ничего ждать, когда он соберется с оставшимися силами, а просто легонько бумкнул ему по голове, по его заблокированному сознанию.

Не так, как остальным противникам, а именно чуть-чуть, чтобы ошеломить и сбить его с цели. Уверен, что у него оно довольно крепкое и та же имеющаяся РЕГЕНЕРАЦИЯ уберет последствия моего шлепка за какое-то время.

Мне Шестой Слуга еще требуется очень серьезно, крайне нужны его знания о Твари, о том, где она сама живет, еще понимание ситуации в Империи и вокруг нее. Хотя бы та же примерная географическая карта здешнего мира.

Вот заставить его потратить на свое лечение и борьбу с пронизывающим холодом все оставшуюся ЭНЕРГИЮ — было бы очень желательно. Определенная тактическая победа на местном уровне. Чтобы он остался со всеми своими знаниями, но без ЭНЕРГИИ и, значит, тогда без МЕНТАЛЬНОЙ СИЛЫ.

«Змеей без ядовитых зубов, образно говоря».

Шестой Слуга упал на солому после шлепка, я дождался, когда он пришел в себя, накинул на его связанное тело пару одеял, потом захлопнул люк, около которого мне светят факелами Кранил и двое стражников.

«Кстати, больше не стоит рисковать, самому находясь в подвале с пленником, когда мой старший стоит около люка. Вдруг придет ему в голову идея захлопнуть люк, чтобы оставить меня здесь, а потом сдать нас всех гвардейцам Всеединого Бога», — задумываюсь я.

Довольно удачная идея для попавшего в безвыходное положение мужика на самом деле, как он может понадеяться. Что за такой подвиг его могут простить и даже самого сделать Слугой Всеединого бога. Ведь это работа в сильной команде и куча здоровья. Хорошо, что он о данной возможности пока даже не подозревает.

«Нужно про это постоянно помнить, что измена может в моем замке сначала зародиться, а потом проявиться», — напоминаю я себе.

Правда, даже через люк я хорошо контролирую сознание стражников, да и сам люк смогу, наверно, выбить со своей огромной силой одним толчком. Но лучше никого не провоцировать подобным образом, чтобы самому потом не злиться и не нервничать лишнего.

— Так, арбалетчиков на стену, кто из обслуги или других жителей замка попробует подойти к входу в подземелье, стрелять сразу, но, чтобы только легко ранить. Остаешься в замке, Кранил, вы двое со мной седлайте лошадей.

Проверяю сознание своего старшего, нет ли у него каких интересных мыслей насчет меня и вельможного пленника, но ничего пока не чувствую.

«Ну, они не так сразу появятся, простому воину тоже нужно какое-то время собраться со своими разбегающимися от ужаса сейчас мыслями», — понимаю я.

Кто виноват и что теперь делать?

Пленник в подземелье упрятан, сильные воины ускакали куда-то и можно немного передохнуть от постоянных переживаний за так внезапно изменившуюся жизнь.

— Как вели себя захватчики? Что-то спрашивали у тебя?

— Да, спросили, как я попал на службу в замок и не замечал ли чего подозрительного за вами, ваша милость.

— А ты что ответил?

— Правду, что ничего не замечал.

Ну, наверно, как раз потому все так получилось, что предварительные показания Шестой Слуга получил от всех моих людей в замке. Получается именно поэтому он меня довольно расслабленно встретил, а потом просто не успел перестроиться. Когда понял, что он тут уже не самый ментально одаренный. Мне повезло в общем, что я ни на ком из стражников и прислуги явно не употреблял свою МЕНТАЛЬНУЮ СИЛУ, а пользовался только мягким ВНУШЕНИЕМ.

Ведь мне требуется репутация вменяемого хозяина владения, с которым можно откровенно говорить. А никак не какого-то страшного для всех жителей мужика, бесцеремонно копающегося у тебя в голове по любому поводу без разрешения. Вот и не нашлось никого во всем замке, что-то похожее заподозрившего про меня.

Ключи от обоих дверей подземелья у меня с собой, даже если Шестой Слуга сможет захватить чье-то сознание, так быстро выбраться из подземелья ему не удастся. Пока захваченный сможет как-то убедить арбалетчиков, что вообще вряд ли выйдет после моего конкретного приказа стрелять на поражение. От них самих до подвала довольно далеко, пока собьют замки, я как раз вернусь и снова возьму всех воинов под свой контроль.

«Если только Кранил не решит сыграть на опережение», — вдруг приходит внезапная, но ожидаемая мысль в голову.

«Это ПОЗНАНИЕ работает, значит, данная вероятность довольно высока», — понимаю я.

Хорошо бы без всякого принуждения над своими людьми обойтись, но терять мне уже нечего. Репутацию вменяемого и всем довольного обычно хозяина придется обязательно потерять. Да я ее уже сейчас теряю, когда все воины видят слишком безвольное поведение очень характерного пленника. Пусть пока мои люди точно не знают, почему здесь появились суровые гости, но скоро мы отправимся в путь и станем конкретными беглецами от имперской власти.

Хотя, можно все довольно просто выдать за простую поездку, чтобы поторговать в новых местах, именно на новых территориях и рынках. Впрочем, они же наглядно увидят, что я постепенно закрываю производство, разгоняю своих крестьян и не своих мастеров по новым хозяевам. Кто сам не поймет, тому приятели обязательно расскажут, скоро весь замок будет в курсе грядущих перемен.

Что они с пленением имперского вельможи — храмового чиновника и отъездом гвардейцев совсем не закончились.

По дороге к стоянке я еще раз обдумываю свое положение и снова прихожу к выводу, что ничего для того, чтобы остаться в замке надолго, сделать вообще не могу. Как не крутись, но отступать, то есть уезжать придется по любому, Тварь появление сильного апологета своего исконного врага ни за что не оставит без губительных последствий.

Замок придется обязательно оставить и с ближними людьми пуститься в бегство, благо более-менее я уже продумал, как мне правильно увеличить время для нашего исчезновения. Ведь Тварь, получив доклад из Петрума, что вернулись гвардейцы без Шестого Слуги и без пленника, сразу же заподозрит неладное, тут же начнет планировать общевойсковую операцию.