Цитаты из книги «Торговец пушками», страница 5

И раз уж мы не бухаемся на колени, чтобы возблагодарить небо каждый раз, когда беда проходит стороной, то какой смысл выть и стонать, когда она всё же достигает нас?

Мы ведь всё равно умрём – или никогда не родимся. И жизнь – лишь один затянувшийся сон

Есть такое правило: после любого боя - и неважно, победили вы или проиграли, - ещё раз мысленно прокрутить события, дабы извлечь урок.

- И вообще, неважно, кто мне об этом сообщил, - поставила точку Сара.

- Ещё как важно. Одно дело, когда продавец в магазине убеждает тебя, что стиральная машина – просто чудо. И совсем другое, когда об этом вещает архиепископ Кентерберийский: мол, это Божье чудо, коли грязь удаляется даже при низких температурах. По-моему, разница огромная.

Британские охранники, насколько я заметил, ведут себя так всегда и по отношению ко всем. Кроме тех, кто работает в охраняемом ими здании. Вот тогда-то вас точно обшмонают с головы до ног - начиная от зубных пломб и заканчивая брючными манжетами, - желая убедиться, что вы действительно тот самый человек, что вышел купить сэндвич четверть часа назад. Однако, если вы совершенно посторонний, вас без вопросов пропустят внутрь: согласитесь, охранникам ведь будет ужасно неловко, если они доставят вам пусть даже малейшее беспокойство.

Вам нужна нормальная охрана? Наймите лучше немцев.

Нужда - мать самообмана.

Нет, правда, в этом что-то есть – когда тебя ненавидит столько народу сразу, да еще в твоем собственном доме.

Волосы были убраны в прическу типа «конский хвост», на которую у одних женщин уходит не больше пяти секунд, а у других – не меньше пяти дней.

Несмотря на огромный плакат, утверждающие, что все объекты Министерства Обороны находятся в состоянии, приближенном к боевой готовности, охрана на входе даже не взглянула в нашу сторону. Британские охранники, насколько я заметил, веду себя так всегда и по отношению ко всем. Кроме тех, кто работает в охраняемом ими здании. Вот тогда-то вас точно обшмонают с головы до ног - начиная от зубных пломб и заканчивая брючными манжетами, - желая убедиться, что вы действительно тот самый человек, что вышел купить сэндвич четверть часа назад.

Я называю это "удивительной случайностью" потому, что сегодня в этой игре дипломаты уже давно делают всех вчистую. В любом городе, в любой стране мира дипломаты живут и трудятся в самых дорогих и желанных объектах недвижимости, которые только можно найти. Особняки, замки, дворцы, оленьи заповедники - всё едино: дипломат просто заходит, осматривается и, тяжко вздохнув, заключает: "Да, думаю, я смогу это вынести".

Карл продолжал пялиться на меня, оценивающе прищурившись.

- Послушай, - сказал я ему, - давай начистоту. Ты, конечно, мужик здоровый, не спорю, и я даже уверен, что по количеству отжиманий тягаться с тобой мне будет трудновато. Тут я тобой восхищаюсь. Обществу нужны люди, умеющие отжиматься. Это для общества очень важно.

Его подбородок угрожающе пополз вверх. "Давай-давай, поговори мне ещё". И я повиновался.

- Но драка - это совсем другое дело. Абсолютно. И так уж получилось, что в драке я очень хорош. Это вовсе не значит, что я круче тебя, сильнее или мужественнее - называй как хочешь. Просто драться я умею - вот и всё.

Я видел, что Карлу очень неуютно от того, как пошла вдруг беседа. Вероятнее всего, его учили в школе немного другим словам, типа "слышь, ты, козёл, я те щас глаз на жопу натяну" и т.д. и т.п. Вот на такое он знал как реагировать. Но не более.