Цитаты из книги «Эшелон на Самарканд», страница 6

большими окнами. У двери натоптано порядком, с крыши сбита наледь – приметы жизни

Аллилуйя! – грозно взывают мужские голоса. Аллилуйя

мягкое женское тело и утопить в нем пылающее лицо, утопить

Безмолвно смотрели дети на вечные воды Арала. Минуты эти были плотны и сладки – такие не забываются, как бы ни был мал или слаб человек. А море говорило с людьми – шуршало волной о волну, волной о песок. Звало

вместе арбе, на которой и вправду лежал

зиму? – Простите, – говорит Белая. – Столовой пока не будет. Идите домой. Учитель долго смотрит на нее, тряся одутловатой физиономией и сутулясь с каждой секундой все больше, словно на глазах уменьшаясь в росте. Пальто его сминается в поперечные складки – складывается большой желтой гармошкой. – И вы идите домой, дети! – обращается Белая к школьникам. Те по-прежнему сидят, очевидно, не понимая ни слова по-русски; у ртов распускаются и пропадают мелкие облачка пара. Некоторых уже

Добрым быть – это вам не обещать с три короба. Не вздыхать и не слезы ронять над бедными лежачими. Это вам не душу свою жалостливую напоказ выставлять! – говорила негромко, но лучше бы криком кричала. – Добрым быть – это думать обо всем. Опасаться – всего. И предусмотреть – все. Добрым быть – это уметь надо. Уметь отказать. Приструнить. Наказать…

шеях – следят за приближающейся пя