Цитаты из книги «Жизнь», страница 12
Как у нее не будет матери ?Это милое и столь дорогое лицо ,которое Жанна стала видеть с тех пор ,как впервые открыла глаза ,которые она начала любить с той минуты ,как впервые раскрыла объятия ,этот неистощимый источник любви ,мать ,это единственное существо ,более дорогое сердцу ,нежели все остальные существа в мире ,исчезло !
Жанна стояла, глядя на нее,повторяя в каком-то отупении:Умерла! — и весь ужас этого слова вставал перед нее.
Лежащая здесь — мать — мамочка — мама Аделаида — умерла !Она не будет больше двигаться ,не будет большее говорить ,не будет больше смеяться ,никогда не будет больше сидеть за столом против папочки ;она не скаюет больше :"Здравствуй ,Жаннета."Она умерла!
Эта бурная весна ,казалось ,возбуждала жизненные соки в людях так же ,как и в растениях.
- Жанна, дорогая моя, поверь мне, сжигай все письма - и мамины, и мои, все. Ничего нет ужасней, когда мы, став стариками, начинаем перетряхивать нашу молодость.
Для Жанны началась очаровательная, свободная жизнь. Она читала, мечтала и бродила в полном одиночестве по окрестностям.
И как бросают в землю зерна,так она всюду сеяла воспоминания,те воспоминания,корни которых сохраняются до самой смерти.Ей казалось,что в каждый изгиб этих лощинок она бросает частицу своего сердца.
Иногда она вдруг останавливалась, садилась у края дороги и перебирала печальные мысли. Почему ее не любили, как других? Почему ей не дано было узнать даже скромные радости мирного существования.
Они были для нее словно те люди, с которыми встречаешься долго, но совсем не знаешь их, пока как-нибудь вечером они не разговорятся по самому ничтожному поводу и не раскроют совершенно неожиданные стороны своей души.
Да как же это возможно? Как возможно, что не станет ее мамы? Этот дорогой образ, самый родной, знакомый с той минуты, как впервые раскрываешь глаза, любимый с той минуты, как впервые раскрываешь объятия, это великое прибежище любви, самое близкое существо в мире, дороже для души, чем все остальные, - мать, и она вдруг исчезнет. Всего несколько часов оставалось смотреть на ее лицо, неподвижное лицо, без мысли, а потом ничего, ничего, кроме воспоминания.
Она вообще уже ничего не ощущала, настолько боль души притупила чувствительность тела.
