Цитаты из книги «Идеаль», страница 22

"Вокзал, откуда московские поезда отправляются в Санкт-Петербург, по-прежнему называется Ленинградским (оно и понятно — не могут же русские менять вывески всякий раз, когда один тоталитаризм сменяется другим). Кто знает, может, в скором времени Санкт-Петербург, бывший Петроград, переименуют в Путинград — заодно можно будет сэкономить на замене букв в названии вокзала на Комсомольской площади."

У меня бабочки в животе порхают, когда я слушаю Питера Доэрти.

Вселенский абсурд может включить в себя и существование Бога.

Феминизм уничтожил юмор, позволявший мужчинам и женщинам мирно сосуществовать.

В России физическое страдание служит для забвения нравственных мук.

Похоже, большая часть вашей русской паствы рассматривает религию как убежище, не особенно веря в Бога, - просто им кажется, что Господь предпочтительнее капитализма.

Оттого что я всё время грыз ногти, пялясь исподлобья на малолеток, у меня вырос горб.

- Не будь семьи, было бы гораздо меньше убийств. Людское отчаяние вызвано общеизвестными причинами — супружескую пару по-прежнему позиционируют как модель счастья, тогда как она уже давно не жилица в современной цивилизации. Мы упорно впариваем людям недостижимый идеал.

- — Нет... Люди мечтают о том, чтобы любовь длилась как можно дольше.А ежевечерняя смена одного половозрелого тела на другое, да еще неопытное, — это всего лишь идиотская гонка за наслаждением, которое становится все более неуловимым и иллюзорным… Это путь к преступлению. Убийцей становятся не от супружеской жизни, а в погоне за удовольствием. Человеку необходимо строить что-то вдвоем, вместе с родственной душой…

Иногда мне бывает стыдно, что я продался за нефтерубли, но я не уверен, что сожалею об этом.

Я ни верующий, ни атеист. Я выжидаю между небом и землей, пока прольется дождь из девушек. Из хаоса, коим является моя жизнь, религия видится мне прекрасным воспоминанием детства, приятным шагом назад, спасательным кругом. Я понял, что у человека должен быть Бог, как должны быть родина, граница, дом, отец. Религия — надежное укрытие. Мне бы раньше догадаться, что нельзя покончить со всем разом — с верой, семьей, нациями и прошлым. Религия согревает, верить спокойнее, чем брести в метель сиротливым вселенским путником