Читать книгу: «Ген подчинения. Том 1»
Глава 1
Очередная попойка в компании моего нового вице-шефа и всего окружающего её планктона, в стайку которого входил и я, закончилась неожиданным феерическим выступлением одного из метивших в ее кресло мужиков. Напившийся Сэмми, высказав все, что думает об этой «падшей женщине», вырыл себе глубокую могилу, показывая, в какой позе и как глубоко глотая, наша «вице» зарабатывала должность шефа. Наверняка завтра с красным лицом он сначала будет оправдываться, а после под свист и улюлюканье других мужиков собирать со стола все свои не столь многочисленные пожитки. Да, Сэмми, позабавил ты нас всех в последний раз… Будем надеяться, твое место займет кто-то не слишком амбициозный, или работы вновь прибавится…
Остановившись возле мерцающего красного светофора, я задумался. Узкие дворики ночного Гонконга редко бывали столь немноголюдными даже в ночное время. Где-то в стороне главных улиц гудел и мерцал многомиллионный город, заставляя в очередной раз поражаться тому, что эта змеюка Юшенг нашла в подобном богом забытом местечке. Какого черта я вообще работаю, встречаюсь и бухаю с начальством в свой законный выходной…
Не думал, что после переезда из России в Китай все будет настолько серо и однообразно. Стать звездой кинематографа и зарабатывать миллионы одной лишь своей улыбкой не получилось. С моей деревянной игрой мне только в фильмах для взрослых и сниматься, намекнул мне как-то раз один «нетрадиционный» режиссер, увидевший меня в момент, когда я переодевался. Странный тип. Надеюсь, я больше никогда с ним не встречусь.
Свет светофора сменился, и я шагнул вперед.
С девушками в Поднебесной тоже как-то не ладилось. Да, на улицах я привлекал и привлекаю внимание, однако этого недостаточно, чтобы затащить хоть одну из них в постель. Чертов город жил и живет слишком богатой жизнью, которую я себе пока не мог позволить.
Мой путь и так был нелегким. Сперва я снимал комнатушку с четырьмя не очень дружелюбными китайцами. После, все же забив на путь телезвезды, я понял, что надо в жизни что-то менять, и устроился в обычную коммерческую компанию.
Сначала моих базовых знаний в области общения с компьютерами едва хватало для работы секретарем в маленьком филиальчике такого крупного китайского гиганта, как ДжиЛайкДжоу. В мои должностные обязанности входили учет продукции и на полставки размещение ее на прилавках магазина бытовой техники. После мое лицо иностранца было все же замечено кем-то из верхов, и меня перевели в офис. На этом удача закончилась, и я погряз в серой, рутинной работе вместе с сотней таких же, как и я, трудяг – азиатов, европейцев и черных.
– Эй, милок, позолоти ручку, – донесся знакомый русский голос, заставивший сердце в радости на мгновение замереть.
«Как же давно я не слышал русской речи, аж за душу взяло», – улыбнувшись, обернулся я.
Передо мной стояла старуха. Грязная, в золотом браслете, с протянутой рукой, она выглядела крайне двояко. «Цыганка», – усмехнувшись, потянулся за кошельком. Обычно я не подаю милостыню, но в этот раз все было немного по-другому. Сказалась недельная усталость, замутненный не одной бутылкой спиртного рассудок и знакомая, родная речь.
– Не знаю, как вас занесло в Гонконг, женщина, но искренне желаю вам удачи на этих богом забытых улицах, – вложив в руку попрошайке сотню зеленых, на которую у меня трезвого были свои планы, гордо проговорил я.
Видя деньги, женщина удивленно улыбнулась, а после, слегка наклонив голову, произнесла:
– Вижу перемены в твоей жизни. Не ругай всемогущих, боги на твоей стороне, милок, и уже скоро случится то, что навсегда изменит твою жизнь.
– Да ладно! А ну-ка, расскажи, что же там случится? – вложив в ее руку вторую сотню, усмехнувшись, спросил я. Создавалось впечатление, что наутро я точно пожалею о такой непомерной для меня трате, но горевать мы будем завтра, а сейчас…
– О, щедрый господин, уже скоро, очень скоро вы все сами увидите и узнаете, – взяв деньги и следом коснувшись губами моей руки, пробормотала женщина. От этого жеста доброй воли я, как ошпаренный, одернул кисть.
– Ах ты, шарлатанка! – немного удивленно воскликнул я, но деньги обратно требовать не стал.
– Гадания – это хорошо, но лучше бы тебе найти работу. К счастью, в этом городе ее предостаточно. На деньги купи себе поесть или сними какое жилье, да в принципе делай с ними что хочешь, только постарайся не потратить все за раз, а то обидно как-то будет, – довольный самим собой под пристальный и долгий взгляд женщины, качаясь, я отправился на ближайшую станцию метро.
Осенняя зябкая погода неожиданно напомнила о себе, появился насморк и какая-то неприятная слабость в теле. «Интересно, когда это я успел простыть?» – с этой мыслью спустился в подземку, приложив карту, миновал стеклянные турникеты. Перебирая пьяными ногами, стал на подвижный эскалатор, едва не упав на стоящую впереди парочку, спустился на станцию.
– С Вами все в порядке? – обратилась ко мне женщина в строгой форме, следившая за порядком и ходом прибывавших поездов.
Улыбнувшись, я кивнул. Не хотелось, чтобы исходивший из моего рта перегар оставил обо мне хоть какие-то дурные воспоминания. К тому же у такой красавицы или некрасавицы, черт, я слишком пьян…
– Вы говорите по-китайски? – вновь спросила меня женщина, положив руку на мое плечо, на что я в ответ, словно набрав в рот воды, вновь кивнул. – На улице сейчас достаточно холодно, ходить в одной рубашке крайне рискованно, Вы можете простудиться, – лишь с этими словами я понял, что забыл в этом чертовом ресторане свой пиджак. Проклятье, а в нем же был и пропуск на работу.
– Черт, – все же ответил я, и девушка, сделав шаг назад, тут же отвернула голову. – Извините, я в порядке, просто слегка выпил.
Проходивший мимо нас мужчина так же, как и я, в крайне поддатом состоянии, случайно или нет, плечом зацепил проводницу, отчего та пошатнулась, а из бокового кармашка ее пиджака вывалился белый платок.
– Осторожнее надо быть! – кинул злобно я тому в спину, но пьянчуга даже не обернулся. «Вот же скотина…»
Присев, я поднял сложенную ткань, протянув ее женщине. Та сначала с какой-то брезгливостью помялась, но после все же протянула ко мне руку, взяв свое. Наши пальцы едва соприкоснулись. Красотка, быстро одернув ручку, засунула платок в карман, а после, словно ветер, поспешила удалиться, обронив напоследок что-то типа «спасибо».
«А она милая», – глядя на стройные ножки, прикрытые красной плотно прилегающей юбкой, подумал я. Минимум косметики, максимум женской красоты и обаяния.
Поезд прибыл точно по расписанию, секунда в секунду. Перед тем, как войти, я вновь кинул взгляд на проводницу, или как они тут называются. Девушка смотрела в мою сторону, быть может, даже на меня. Одна ее рука лежала на юбке, вторая была спрятана под пиджаком. «Может, еще что-то потеряла», – решив не углубляться в чужие проблемы, я спокойно зашел в поезд и занял свободное место.
Две станции пролетели словно мгновения. Поймав себя на мысли, что засыпаю, подорвался с удобного сидения. Не хватало еще в поезде уснуть. Стоявшая напротив меня дамочка с ребенком с отвращением поглядела в мою сторону. Сквозь отражение стекла двери я видел ее недовольный взгляд и презрение ко мне, как к иностранцу. «Что это, если не расизм?» – усмехнувшись, я попытался о ней не думать… Все же к подобным взглядам я привык. Блондины даже в России не такое уж и частое явление, тем более пьяные.
Поезд остановился. Женский голос произнес длинное название. «Моя следующая», – понимая, что проспал всего одну станцию, я немного успокоился. Все же пьяный разум умело шутил над тем, кому служил.
Резвый мальчуган, рванув из-под юбки матери, прошмыгнул у меня под рукой и выскочил из поезда.
– Ксин! – взволнованно окликнула мальца женщина. Ринувшись за парнем, припечатала меня к стоящим рядом перилам и прошипела: – Негодник, это не наша остановка! – затащив ребенка внутрь, она вновь поглядела на меня. Ну вот, сейчас скажет что-то типа «алкаш» или «чужак».
– Простите, – улыбнувшись и поправив челку, проговорила женщина.
– Да ничего, – искренне удивившись такой порядочности, отозвался я.
– Яню, – протягивая мне руку для рукопожатия, представилась та.
– Михаил… – ошарашенно и честно ответил я, после чего пожал девушке руку.
Поезд тронулся, и некоторое время мы вот так стояли друг напротив друга под гудения и стук стальных колес.
Губы Яню дрогнули, а после, жарко выдохнув, та, опустив взгляд на сына, замявшись, произнесла:
– Какое прекрасное и сложное у Вас имя.
«Она что, меня кадрит? Серьезно, в этом многомиллионном городе со мной захотела познакомиться женщина с ребенком? Нет, я ничего не имею против детей, но кольцо на ее руке, она ведь замужем».
– Спасибо, Ваше имя тоже весьма необычно. Кажется, «глотающая нефрит», – вспоминая значение этого имени, отвлекся от похабных мыслей я.
– Не только нефрит… – кажется, забыв о всех рамках приличия, ответила женщина, а следом улыбнулась своей кривозубой черно-белой улыбкой, от которой, как мне показалось, я даже немного протрезвел.
Поезд так удачно остановился, а я, поспешно поклонившись, постарался как можно быстрее распрощаться со столь очаровательной компанией. Что это было, мать вашу… Впервые со мной такая чертовщина происходит.
Глава 2
Будильник вдарил по вискам. Состояние похмелья вперемешку со смутными воспоминаниями вчерашнего вечера напомнили о себе. Вытащив из кармана бумажник, я чертыхнулся. Все же это был не сон, и денег у меня теперь было впритык, чтобы дожить до зарплаты, питаясь одной лишь лапшой. Вот же гадство…
Тяжело вздохнув, поднялся с кровати. Вчера вырубился прямо в рубашке и штанах. Расстегнув проклятый ремень, направился к холодильнику. Открыв дверцу, я едва удержался от детского желания засунуть в морозилку подпухшую голову.
На полках моего кухонного стража стояли молоко, джем и два латка яиц, лежала половинка лимона… Ох, да, и еще какая-то хрень в пакете, видимо, купленная мною вчера у ночника, что прямо возле дома.
– Васаби? А на хрен мне целая упаковка васаби? Б***ь… – выругавшись и еще раз осознав, в какие же вчера я был сопли, взял с полки лимон, клубничный джем и яйца.
Быстро перекусив бутером и яичницей, привел себя в минимальный порядок, а после с опустошенным чувством отправился на работу. В воскресенье, мерзость…
Вечно переполненные створки лифта встретили меня приятной пустотой, в которой меня ждали два дедка со свойственным не следящим за собой пенсионерам запахом. Далее компанию в душном лифте им составили три мои молодые соседки сверху, так же по виду, как и я, весело отметившие субботу.
– Мы на второй, – произнеся это, дедки пропустили меня вглубь кабинки, поближе к молодым и «помятым» азиаточкам.
– Простите, – зацепив одну из девушек плечом, проговорил я. Посчитав нежелательным общением со мной, девушка не отозвалась. На следующем этаже нас ждал крайне неприятный и неожиданный сюрприз в виде подвалившей в лифт толпы. Пара мужчин и женщин с колясками, ругаясь между собой, выясняли, кто первым должен зайти в лифт. Не достигнув абсолютно никакого взаимопонимания, вся толпа ввалилась в кабинку, которая в скором времени, пиликая, оповестила о перегрузе.
«Да давайте вы уже быстрее», – фактически прижимая к стене бедную девушку, подумал я, после чего кто-то все же вышел из лифта, и мы тронулись.
– Извините, – в очередной раз повторился я, понимая, в каком неудобном положении молодая студентка.
Миновал одиннадцатый этаж, за ним десятый, когда на мою задницу легла чья-то рука. «Оу!» – только и смог подумать я в момент, когда вторая рука присоединилась к первой. Теперь это была явно не случайность. В надежде, что это не кто-то из пенсионеров, перепутавших мой зад с задницами школьниц, я попытался обернуться, но ничего не вышло. Понимая, что может безнаказанно сейчас делать со мной все, что хочет, кто-то за спиной, хихикнув женским тонким голоском, решил не мелочиться, попытавшись запустить пальцы прямо мне в штаны, но туго затянутый ремень прервал столь дерзкий поступок.
«Охренеть…» – в шоке от того, что было дальше, хватанул я всеми легкими воздуха, когда кто-то расстегнул мою ширинку и стал шалить там своими пальчиками. Тонкая женская ручонка, нащупав моего друга, замерла. Прижатая ко мне китаянка, подняв голову, с расширившимися от удивления глазами, произнесла:
– Ого…
– Сам в шоке, – осознавая, что у меня стояк, отозвался я, после чего лифт остановился.
Второй этаж. В кабинке стало посвободнее, и вместе с вышедшими дедками растворились все женские ласки и касания. Прокашлявшись, я взглянул на девушек позади меня. Строя глазки и улыбаясь, двое из них смотрели на меня. Улыбнувшись, я отвернулся. Бывает же такое…
Первый этаж. Ущипнув меня за задницу, одна из шедших позади сунула мне что-то в карман. Не сумев это проигнорировать, я вновь посмотрел в сторону хихикавших обогнавших меня студенток. На бумажке были записаны телефонный номер и три имени – Хуалинг, Хуифанг, Хуифен.
– Позвони, – показав изогнутую ладонь в форме телефона, произнесла на прощание студентка.
«Три икса, значит… Да и вообще – когда она это написать успел?» – глядя на номер и поражаясь своей удачи, улыбнулся я.
Опять метро, в этот раз почти пустое. Короткая пробежка до места, где был тот злополучный ресторанчик, путь к которому я не без труда, но все же вспомнил. Схватив пиджак и обнаружив в нем свой пропуск, облегченно выдохнул, а после пешком отправился в наш офис, до которого было рукой подать.
Проходящие мимо немногочисленные лица казались живыми и переполненными радостью. Город, несмотря на осеннюю серость, посветлел, заиграв новыми тонами. Что это, если не любовь, черт меня подери, а?
Довольный утренним происшествием, я и не заметил, как уже во всю работал в нашем пустом воскресном офисе. Отчеты нужно было сдать к понедельнику. Работа, которую я так долго откладывал «на завтра», напомнила о себе в самый неподходящий момент. Да и черт с ней, разберусь как-нибудь, а после обязательно наберу этим трем красоткам, ну или хотя бы одной из них.
Только вот с деньгами сейчас был серьезный напряг, и что же делать… Отвлекшись, я и не заметил, как ко мне подошла моя личная головная боль.
– Непривычно видеть тебя в воскресенье на работе, – проговорила Суинг Хэ, начальница нашего самого многочисленного подразделения – отдела снабжения. С ходу заглянув, чем же таким важным я занимаюсь, грудастая коротышка усмехнулась.
– А я ведь давно говорила тебе сдать этот отчет за прошлый квартал.
– Да-да, говорила… А еще скинула на меня отчеты двух других магазинов, не имеющих ко мне совершенно никакого отношения, – фыркнул в ответ я, на что любительница мужчин постарше только пожала плечами.
До ухода на пенсию нашего прошлого президента эта зеленоглазая дьяволица, что только ни делала, чтобы стать его очередной нахлебницей, об этой падкой на деньги женщине ходило множество самых настоящих легенд. Мол любвеобильная Суинг Хэ после одной работы направлялась на совсем нелегальную другую. Бред, как по мне. Столь эффектные дамы больше подходят для дорогостоящего эскорта, нежели панели, хотя, кто его знает, я-то по проституткам не ходок. Зашкварное это дело…
Залюбовавшись на декольте начальницы за моим плечом, я и не заметил, как та, положив мне руку на плечо, что-то произнесла.
– Эй, Ми-ша, ты меня вообще слушаешь? – как-то странно произнеся мое имя, прислонилась к моей спине грудью начальница.
– Ах, да, простите, отвлекся немного… – оторвав взгляд от декольте и переведя его на результат своей незаконченной работы, отозвался я.
– Все вы, мужики, одинаковые, и надо вам только одно… – приобняв меня, заявила Суинг, на что я так и не смог ответить.
Эта эффектная светская львица с не свойственным азиатам цветом глаз редко пользовалась косметикой, что было той только к лицу. Ее сухие губы неспешно коснулись моей шеи, отчего тело пробила дрожь.
– Мисс Суинг, вы чего? Тут всюду камеры, и нас могут неправильно понять, – сглотнув подступивший к горлу ком и прикрыв двумя руками стояк, заявил я. Чего-чего, а увольнения из-за минутной слабости своей начальницы я не хотел. За такое на работе от подобных мне быстро избавлялись. А сейчас на пороге повышения моей ставки и перевода в постоянные сотрудники я точно не собирался рисковать достигнутым.
– Как именно? – расстегнув пуговицу под моим пиджаком, спросила брюнетка.
– Что, простите?
– Как именно нас могут неправильно понять?
– Суинг, – поднявшись из своего кресла, схватил ту за обе руки я. – Не знаю, Вы просто глумитесь или пьяны, но, прошу, давайте это прекратим. Я могу из-за подобного потерять работу!
– Ты и так ее потеряешь, если немедленно меня не отпустишь, – грубо отозвалась женщина, отчего я, одернувшись, выпрямился, сложив руки по швам. – Кем ты себя возомнил, мальчишка?! – оборвала она, после чего я вспомнил, что бывало с теми, кто так или иначе злил эту опасную во всех сферах общения женщину.
– Следуй за мной.
После этих слов мы направились в ее кабинет, где меня точно ничего хорошего не ждало. Выдав мне две кипы бумаг, печать и несколько незнакомых мне незаполненных бланков, она скинула на меня чуть ли не всю свою работу.
– Сделаешь до следующего воскресенья и сдашь мне лично в руки, понял? А не успеешь – пойдешь по статье за домогательство, – от этих слов я прифигел. Желая возразить, только успел открыть рот, как услышал: – Надеюсь, ты не забыл, как схватил меня руками в офисе, а следом приказал мне идти в этот кабинет, где, к слову, нет ни одной камеры.
– Миша, тебе никто не поверит, а вот мне… – сделав печальное лицо, улыбнулась Суинг, на что я лишь мысленно выругался.
– Я все сделаю.
– Конечно, сделаешь, – сев на край стола, произнесла зеленоглазая. – Ты можешь пойти делать свою столь тяжелую и несправедливо взваленную на твои плечи работу или, сняв штаны, доставить мне и самому себе удовольствие.
– Чего? – теряя связь с реальностью, отозвался я.
– Я сказала, снимай штаны. Ми-ша, не заставляйте меня повторять трижды, – произнеся это, дамочка, раздвинув свои стройные ножки, продемонстрировала, что за белье у нее было спрятано под юбкой.
Глава 3
«Плохо, Мишаня, все очень и очень плохо… – нервно кидая взгляды то на Суинг, то на кипу бумаг, находившихся у меня на руках, рассуждал я. – Останусь – работы станет меньше, но могут и уволить, или еще хуже – посадить за изнасилование, кто знает, что этой больной в голову взбрело. С другой стороны, не останусь – что тогда она мне сделает? Уволит? Уволит, эта может… Вот черт, интересно, это она мне так мстит за то, что я ее до этого месяц дразнил?»
Во внутреннем кармане пиджака так не к месту завибрировал мой сотовый, тем самым подтолкнув к единственно правильному на тот момент видимому мною решению.
– Ну и хрен с ним… Лучше без работы, чем срок мотать, – проговорив это на своем родном, я, схватив в охапку кипу бумаг, почтенно поклонился, пообещав, что сделаю все в кротчайшие сроки, и вышел за пределы офиса.
Скинув документы на стол, быстро рассортировал, что можно было сделать дома, а что только в офисе. Вкратце набросав план на недельку, с облегчением выдохнул. Квартальный отчет был уже почти готов, а с тем, что привалило, ничего особо сложного не было. «Быть может, даже раньше сроков управлюсь, если не уволят», – подумав об этом, я вновь вспомнил тех обжигающих разум студенток. Правду говорят: если в твоей жизни случается что-то хорошее, будь готов, что к тебе на всех парах мчится что-то до ужаса плохое.
В работе время летело быстро. Всегда со мной так: когда жопа в мыле и никто не отвлекает, я мог работать за двоих, а то и троих. Максимум сосредоточения, минимум безделья. Так с горем пополам я дожил до полудня, а это значило время перерыва. В такой дневной суматохе я даже на некоторое время позабыл, что являюсь активным курильщиком.
Встав из-за своего стола, отгороженного от прочих одной лишь картонной стенкой, я двинулся в сторону выхода. Одиноким трудягам, находившимся на работе, до меня не было совершенно никакого дела. Бедолаги, кто-то из них спал прямо за столом, а кто-то еще после субботы с красными глазами исправлял свои или чужие косяки.
До момента сдачи работы никому и никогда ни до кого нет дела. А вот потом… Но, полагаю, эти славные деньки, когда я мог раствориться в другой серой массе, канули в лету. Под пристальным взглядом Суинг Хэ я вышел из помещения.
Пустая курилка встретила чарующей тишиной. Усевшись возле окна, я вытащил опустевшую пачку сигарет. «Две штуки… Дела…»
Терпкий вкус табака, дурманя разум, вдарил по легким и желудку, гася чувство голода. Кружка горячего кофе, взятого в кофейном аппарате, отогнала сонливость. «Мишаня, все не так уж и плохо…» – успокаивая себя, я вытащил телефон, на котором виднелось уже три пропущенных.
«Абонент "Аренда Жилья"? А им что сегодня от меня надо?»
Несколько длинных гудков сменились поднявшим трубку брутальным мужским голосом.
– Здравствуйте, Михаил, – произнесли на том конце.
– Добрый день, – пытаясь понять, почему вместо старой и ворчливой Ки я говорю с каким-то мужиком. Проверил номер телефона – никаких ошибок…
– Меня зовут Лао Бэй, теперь я являюсь Вашим новым домовладельцем, господин Ка-ли-ни-нин.
– Можно просто Миша… – поправил я мужчину, для которого моя фамилия оказалась настоящим вызовом.
– Как Вам будет угодно, Миша. Срок Вашего договора по съему жилья истекает через три дня. Продлять будете?
– Разумеется, еще на месяц. Я же уже решил этот вопрос с бывшей хозяйкой, и даже деньги перечислил, – взволнованно проговорил я.
– Понимаете, теперь за дом отвечает совершенно другая компания, и наша политика и финансовые расценки немного изменились, – выражая наигранное беспокойство, проговорил мужчина.
– И что? Я же уже заплатил согласно договору!
– Сожалеем, но поступивших на счет фирмы денег недостаточно. Если Вы в течение трех дней не переведете на наш счет две тысячи гонконгских долларов, сделка будет аннулирована, а договор расторгнут.
– Еще две тысячи? Вы что, издеваетесь? Да я на Вас в суд подам! – закипая, прокричал в трубку я, на что мужчина, лишь тяжело вздохнув, ответил:
– Ваше право. Напоминаю: две тысячи в течение трех дней. Всего доброго, – безэмоционально проговорив это, мужик повесил трубку.
«Лучше и быть не могло… – откинувшись на спину, я разлегся прямо в курилке. – До зарплаты неделя, единственные два человека, у которых я мог занять денег, сейчас не в городе. Придется брать заем у банков или мелких фирм либо же оставлять в залог свой сотовый, так как ноут был мне нужен для работы. Черт, ну почему все именно так…» – вспоминая чистого рода домогательства своей начальницы, подумал я.
Задумавшись и ощутив неприятное покалывания горящего фильтра на руках, я затушил сигарету. «Будем надеяться, меня не уволят в этом месяце», – окончательно растеряв свой боевой настрой, я вернулся к работе.
Под нахлынувшими со всех сторон дурными мыслями я едва мог сосредоточиться. Все шло наперекосяк, цифры плясали, создавая ошибку на ошибке. Едва сдвинувшись с мертвой точки, я с ужасом обнаружил, что за окном уже во всю сияла луна.
Половина одиннадцатого, – глянув на часы, я поставил крест на сегодняшней работе. Зацепив пиджак, как-то выполз из своего полностью опустевшего офиса. Добрый дядька-охранник, махнув мне рукой, опустил свой взгляд на то, что было спрятано у него под столом.
«Порножурнал? Серьезно? В наше-то время, дяденька, пора бы уже освоить интернет…» – заметив пеструю обложку, усмехнулся я, но виду не подал.
Холодный ветер ударил в лицо, вздымая опавшую листву. Романтика, однако. Перебирая ногами по лестничным ступенькам главного выхода, я даже не успел спуститься, как меня окликнул знакомый голос начальницы.
– Долго же ты, Ми-ша.
– Суинг Хэ… – тяжело вздохнув, перевел взгляд на зеленоглазую красотку, оставшуюся за моей спиной.
– Выглядишь еще хуже, чем утром. Что-то случилось? – на ночном фоне тысяч горящих огней огромного здания Хэ выглядела просто сногсшибательно. Стройная, в облегающей куртке, подчеркивающей ее внушительный бюст, сейчас она не казалась мне такой уж жуткой и злобной особой, как еще несколько часов назад.
– Случилось… – сам до конца еще не разобравшись, хочу ли я с кем-то сейчас общаться или нет, отозвался я. Некоторое время девушка, будто думая, продолжать ли наш разговор, молча смотрела на меня, и, когда я повернулся к ней спиной, считая, что на этом все, она вновь произнесла:
– Как насчет того, чтобы поужинать со мной? Разумеется, за все платит босс, то есть я.
Рабочее место было позади, а вместе с ним и камеры видеонаблюдения – чьи-то зоркие глаза и всеслышащие чужие уши. Сейчас я не видел повода отказываться от подобного предложения.
– Не против… – двинув к ближайшей станции метро, ответил я, на что Суинг вновь меня окликнула:
– Не туда идешь, экстрасенс. Ты же не думаешь, что твой начальник ездит на работу на метро?
«Как раз таки думал», – но говорить этого не стал. Молча кивнув, двинулся за довольной пираньей с фамилией Хэ.
На парковке блеснувшими фарами меня встретил красный «Форд-Мустанг». Не такая уж и дорогая, но зато крайне колоритная машина пришлась мне по вкусу. Еще в детстве, когда мои друзья сохли по BMW и мерсам, я мечтал вот о таком авто. Вспомнив прошлое, не сразу заметил игривый взгляд Суинг. Она поняла, что смогла меня впечатлить своим авто, о чем и говорила ее победоносная улыбка в белоснежные тридцать два.
– Вижу, тебе также нравится марка «Форд». Знаешь, а у меня дома целая автоколлекция, хочешь как-нибудь дам прокатиться? У тебя есть права? Если нет, то не проблема, можем выехать за город и тогда… – стоило мне лишь сесть, как та попыталась чуть ли не с водительского сидения запрыгнуть на меня.
– Суинг… – еще не до конца осознавая, в чем вся подоплека, недоверчиво произнес я, на что она, подняв ручки в гору, проговорила:
– Ладно-ладно, какой подозрительный и пугливый недотрога, – будто невзначай ее рука, тянувшись до рычага коробки передач, коснулась моей ноги, после чего авто, резко взревев, дернулся вперед и заглох.
– Суинг Хэ, ручник…
– Да знаю я… – раскрасневшись, пряча взгляд, ответила начальница. – Это все из-за тебя, Ми-ша… – сняв авто с ручника, со второй попытки все же тронулась она.
Глава 4
Всю дорогу до ресторана Суинг кидала на меня косые взгляды. Когда переключала передачи, касалась моей ноги. Невзначай, поправляя челку, касалась моего лица кончиками своих волос. Каждые пять минут делая вид, что ей жарко, расстегивала по одной пуговке своей блузки. Увлекшись игрой в гляделки, любвеобильная Хэ разок сиганула на красный и чуть не сбила пешехода.
«Кто вообще выдал ей права?» – когда мы наконец добрались до ресторана, думал я, осознавая, что домой буду добираться на общественном транспорте, пешком или вовсе на попутках, но точно не с ней за рулем.
Не особо приметное со стороны заведение в чисто китайском стиле встретило красными уличными фонарями и иероглифами, приветствующими путников; золотистыми фресками, обвивающимися вокруг колонн драконами и кучей охраны, выделявшейся из всей этой азиатчины своими строгими европейскими костюмами.
«Интересно, зачем ему черные солнцезащитные очки, если сейчас ночь?» – хмыкнул про себя я, но задавать этот вопрос столь грозной лысой особе постеснялся.
– Госпожа Суинг Хэ, господин… – дружелюбно улыбнувшись, поклонился выбритый амбал.
– Он со мной. Моя комната свободна? – отвлекшись от меня, холодно и с каким-то враждебным величием в голосе спросила Хэ.
Охранник, замявшись, вызвал кого-то по рации, в ответ из устройства послышалось что-то шипящее и невнятное, после чего тот, покорно поклонившись, извинился.
– Боюсь, ВИП-комната сейчас занята другими…
– Освободить немедленно! – в приказном тоне заявила женщина, а после, обхватив мою руку, прижалась. В ее глазах вновь полыхнул некий безумный блеск сродни наркотическому опьянению, я с трудом мог видеть ее зрачки. – Распорядитесь, чтобы принесли наши лучшие вина и закуски, а после чтоб нам не мешали! – буквально затаскивая меня в здание, отдала приказ эта коротконогая, после чего все несколько охранников, покорно склонив головы, произнесли:
– Будет исполнено, госпожа.
Внутри здания все было гораздо ярче: подходы к низким столикам были устланы дорогими китайскими шелками, на которых, кто в компании, а кто в гордом одиночестве, восседали весьма солидно выглядевшие люди. По двум этажам сновала прибранная словно на парад прислуга, в поте лица старавшаяся угодить гостям. Где-то для этого требовалось просто выполнить заказ, вовремя подав блюдо.
А где-то…
Стоило нам подняться на второй этаж, как в глаза бросилась одна очень несвойственная заведениям такого типа картина.
Пухлый плешивый дядя, запустив руку под ханьфу горничной, вовсю слюнявил своим языком обнаженную грудь молоденькой прислужницы. Заметив мой удивленный взгляд, боров улыбнулся, после чего девушка то ли от боли, то ли от наслаждения издала несдержанный вздох.
– Спецобслуживание, – задернув передо мной ширму, словно так и должно быть, проговорила Суинг. Весь наш не столь долгий путь я пытался понять, чего мне ждать от этого места. Что меня ждет: деловой разговор? Вряд ли. Секс? Но зачем, или почему, именно сейчас и так внезапно? Быть может, это какой-то коварный замысел: на органы там или…
Едва мы шагнули в комнату, как чьи-то словно стальные руки, обхватив меня со спины, одним движением разорвали на мне рубаху. По полу звучно застучали пуговицы.
«Значит, все-таки на органы…» – пытаясь высвободиться, рванул в сторону я, но все та же мертвая хватка, свойственная больше жилистому мужику, а не моей хрупкой на вид начальнице, не дала разорвать дистанцию. Неуклюже, под не уместное подобной хватке мерцание комнатных огней она завалила меня на мягкий пол, нависнув сверху.
– Суинг, сразу скажу, здоровье у меня не очень. Не знаю, зачем я тебе понадобился, но… О боже! – вырвалось как-то у меня на автомате после того, когда что-то острое, вспоров ремень, а следом за ним и брюки, оголило мужское естество. Всего секунда, и жаркие губки Хэ обхватили член. А ее язык, пытаясь измерить длину, скользнул от начала до самого кончика моего прибора.
– Ого… – переводя дыхание после первой неудачной попытки заглотить, простонала начальница.
– Это я должен был сказать, – кладя руки ей на голову, отозвался я.
Под длинными волосами проступило что-то мягкое и пушистое. Впервые столкнувшись с подобным, я, пересиливая весь кайф и удовольствие, получаемые от этой крайне трудолюбивой персоны, приподнял голову.
– Красные звериные ушки? Косплей?
Произнесенное мной, видимо, услышала и Суинг. Не выпуская изо рта мой член, ее большие то ли от удивления, то ли чего-то еще глаза как-то с растерянностью, по-новому взглянули на меня. Больше минуты мы лежали вот в такой странной и весьма неловкой молчаливой позе, после чего та, все же освободив свой рот, медленно стянув с себя всю одежду, повисла надо мной. Из-за ее спины показался такой же красный и пушистый, словно из чистого меха, хвост.
– Это еще что за… – удивленно наблюдая, как тот покачивается из стороны в сторону, как-то само собой вырвалось из меня. После чего Суинг, поняв, за что зацепился мой взгляд, как-то ну совсем уж по-звериному рыкнула.
– Сейчас мы с тобой подарим друг другу удовольствие, а после ты словно ничего и не было уснешь, – как-то наигранно, словно пытаясь меня загипнотизировать, как в детских мультиках, проговорила косплеерша. – Твои веки тяжелеют, и через три, две, одну… ты засыпаешь, – глядя мне прямо в глаза, прошептала Суинг.
Ничего.
– Не-а, не засыпаю, – положив руки ей на бедра, отозвался я. – Нет, ну что за бабы пошли, сначала раздраконят, а после в кусты? И вообще, на чем этот хвост держится? Он как живой. Не успокоюсь, пока не узнаю.
Сильным рывком бедер я перевернул Суинг, оказавшись сверху. Шокированная коротышка, глотая губками воздух, пыталась что-то мне сказать, но я совсем не по-джентельменски завернул ту на спину, рукой схватившись за хвост.
Я приблизительно догадывался, откуда может торчать подобная игрушка, и та, что вот так добровольно засунула себе в интимное место такую штуку, вряд ли была бы разочарована легким применением силы, – думал я. Но нет…
– Больно, больно! – выгибаясь, словно демон, зашипела Суинг. – Отпусти мой хвост! – Ударив рыжим кончиком мне по лицу, зашипела девушка, вгоняя меня в еще большее недопонимание.
В ее заднице ничего не торчало, ниже тоже… Хвост выходил из позвоночника. В слабом свете я уставился на лицо Хэ, в нем так же читалось некое непонимание всеобщей картины происходящего. На глазах вечно грозной начальницы проступили слезы, после чего я полностью разжал свои пальцы.
– Прости, я не хотел… – не понимая, как тут что работает, поспешил, склонив голову, извиниться я. После чего раздался едва слышный стук в дверь.
– Госпожа Суинг Хэ, Ваша еда и напитки готовы, можно ли войти? – донесся приятный голос служанки.
Сейчас мы с моей начальницей оба были в незавидном положении. Я – с порванной в хлам рубашкой и разрезанными штанами и трусами и Суинг Хэ – в… В один туфлях? Когда она успела…
Видя мое замешательство, некоторое время эта кошка молчала, но после, выдержав некую паузу, все тем же грозным голосом произнесла:
– Позже, я сама Вас позову!
– Суинг, что все это значит? – проведя ладонью по ее хвосту, исходившему явно не из задницы, удивленно спросил я, на что девушка, как-то непонятно фыркнув, прильнула своей голой попкой к моему не успевшему пасть духом собрату.
– Сначала главное блюдо, Ми-ша… – ее хвост, щекоча нос, прошелся у моего лица. – Ну же… – прижимаясь еще сильнее, простонала девушка, после чего, изогнувшись, сама схватила меня рукой за член. – Попался… – облизнувшись, девушка в очередной раз бедрами подалась назад, а я в свою очередь прижался к ней.
– Большой… – зубами вгрызаясь в красные шелка, прорычала Суинг.
– И очень трудолюбивый, – прижимаясь еще сильнее и наращивая темп, с гордостью заявил я.
Глава 5
Оплетая меня ногами, руками и своим увеличившимся хвостом, словно одеялом, дремавшая Суинг тихонько посапывала мне на ушко. После двух страстных раундов быстрого ночного перекуса мы вновь столкнулись с ней в равной по силе схватке, пытаясь понять, кто из нас дольше протянет в этой эротической игре.
Сейчас, ощущая всем телом эту голую красотку, которую боятся и уважают сотни, если не тысячи, мужчин, я был действительно счастлив, чувствуя себя победителем. Но был ли я им на самом деле?
– Кто ты на самом деле… – проведя пальчиком по моей груди, прошипела мне на ушко Суинг.
– Миша, человек, твой подчиненный, в ближайшем будущем бездомный, и если мы сейчас не поторопимся на работу, то и безработный, – услышав знакомую мелодию своей звонилки, ответил я.
– У тебя сегодня выходной, – потягиваясь в кровати, пробубнила Хэ, отодвинув свой хвостик, а после натянув на нас покрывало.
– Кто сказал? Не помню, когда это у нас были выходные по понедельникам?
– Так сказал твой начальник… Ну, это та, которую ты трахал всю ночь, если забыл, – усмехнувшись, впилась мне в мочку уха зубами дьяволица. – А если серьезно, то кто же ты на самом деле? Магия на тебя не действует, чары тоже, увидел мой истинный облик, хоть я того не желала, так еще и тянет к тебе, как к магниту. Признавайся, у кого приворот на лисицу заказывал?
– Магия? Чары? – непонимающе переспросил я. – В смысле на меня не действуют? Ты что, пыталась наслать на меня какое-то проклятье?
– Ну оно же все равно не сработало, – понимая, что сболтнула лишнего, продемонстрировала колготки Суинг.
– Они что, настоящие? – понимая, что весь этот костюм уж слишком реалистичный, до меня постепенно стало доходить. – Признайся, Хэ, ты просто подмешала мне в еду какую-то хрень, и меня еще просто не отпустило.
– Не-а, – тяжело вздохнув, отозвалась девушка. – Значит, все-таки не приворот… – добавив, она как-то печально заглянула мне в глаза. – Теперь, когда ты увидел мой истинный облик Кицунэ… Прости, Ми-ша, но я обязана тебя убить.
– Бл*ть… Вот знал же, что это добром не кончится, – хлопнув себя по лицу, задумался. Что такого я могу предложить этому демону, чтобы сохранить свою жизнь? В кошельке ничего, ни жилья, ни транспорта, в богов и демонов до сегодняшнего дня не верил, в сектах не состоял, и единственное, чем сейчас я могу распоряжаться, – это своей собственной душонкой. Как же я жалок…
– Пх-пх-ха-ха-ха! – звонко рассмеялась мне на ухо Суинг, застучав по моей груди своими ручонками. – Видел бы ты сейчас свое лицо, Ми-ша! – одной рукой прикрывая острые звериные зубки, хихикала демоница.
– Пошутила, значит?
– Ага-ага, – нащупав рукой валяющийся на полу телефон, закивала зеленоглазая лисица, после чего холодно произнесла:
– Два комплекта одежды в ВИП-комнату: мужскую и женскую, безразмерные. Туда же два чая, – переведя взгляд на меня, Хэ, прикрыв ладошкой динамик телефона, самым мягким и нежным голосом, на который была способна, тихонько спросила: «Кушать хочешь?».
– Нет, – с благодарностью кивнул в ответ, после чего голос девушки вновь сменился, а по моей спине пробежала армия мурашек.
– Какая ты переменчивая, однако. Кстати, разве Кицунэ не из японской мифологии?
– Ну, из Японской, и что? Зевс вроде тоже европеоидом должен быть, а нет, негр, смена культур, гендерная неопределенность, смекаешь? – пожав плечами, отозвалась лисица, в очередной раз вгоняя меня в ступор.
– Опять эти твои шутки?
– Угу, – Суинг, не скрывая демонической улыбки, хвоста или ушей, взяла из приоткрытой двери одеяния, а следом за ними и маленький чайничек. – Сейчас в Японии не лучшие дни: падение рождаемости, тотальный разврат, да и столетие на родине для меня подошло к концу. Люди, к которым я успела привязаться, стали что-то подозревать, пришлось уйти.
– Печально… – примеряя халат, только и смог ответить на подобное откровение я.
– А ты почему покинул свой дом? Зачем приехал в Гонконг? – спросив это, лисица, поглаживая себя по голове, стала постепенно принимать обратно человеческий облик. Длинные волосы становились короче, звериные ушки исчезли, клыки приняли вполне человеческую форму, а от когтей и хвоста не осталось и следа. Залюбовавшись таким перевоплощением, я не сразу заметил довольный взгляд Хэ.
– Жажда приключений и денег, полагаю, – честно ответил я.
– И как? – нацепив халат, юрко скользнула мне на коленки лисица. – Много денег заработал? Много историй удивительных слышал?
– На всю жизнь хватит, – понимая, что чертовка в очередной раз глумится надо мной из-за моего финансового состояния, потянулся за чаем я.
– Пх-ха-ха, – зафыркала лисица. – Ну, раз приключений с тебя уже хватит, давай заключим контракт и решим твою проблему с деньгами.
– Душу не отдам, – категорически заявил я.
– Ой, да сдалась она мне. Любители душ – это вон, греки, Аид тот же, или местная Ба, в триаде ошивается, та еще стерва, если что. Так что, если захочешь продать душу, лучше обращайся к Аиду. Ну а если серьезно, у меня к тебе деловое предложение, Ми-ша. Я хочу купить тебя. Как видишь, работа на фирме и владение подобным заведением делают из меня вполне солидную и состоятельную женщину. К тому же по отношению к своим божественным и демоническим родственникам я еще крайне молода, мне всего-то шестой век пошел. Платить буду регулярно, в постели не обижу, а наскучу – вон, видел, сколько у меня прислужниц? Выбирай, в любую обращусь.
– Так если ты в любую обратиться можешь, зачем Японию покинула? – подловив на слове лисицу, спросил я, на что та, шмыгнув носиком, не соизволила ответить.
– Спасибо за предложение, Суинг, но я пас. Не хочу становиться альфонсом. Без любви и из-за денег становиться игрушкой в чьих-то руках? Нет, это не для меня… – пусть это и решило бы большинство моих проблем в жизни, но поступаться с гордостью я не собирался. Уверен, большинство других мужчин, видя подле себя такую красотку жену или любовницу, плясали бы от счастья до конца своих дней, но не я.
– Плачу двадцать тысяч гонконгских долларов. Можешь даже не работать, просто будь со мной и уделяй мне немного времени по вечерам, – встав с моих колен, вернув голосу былую твердость, проговорила девушка.
– Солидная сумма, Суинг, но нет. Я уверен, ты найдешь себе в этом городе много мужчин, которые за столь щедрое предложение весь месяц будут ноги тебе целовать.
– Ты не понял, Ми-ша, я плачу двадцать тысяч в неделю. Не работай, ходи по ресторанам, бутикам или тренажерам, я дарю тебе свободную от бедности жизнь, тебе и твоим близким, тебе-то и нужно только стать моей игрушкой.
«Настойчивая», – отрицательно покачав головой, я вновь ответил отказом.
Стиснув зубы, Хэ зарычала, отчего в ее глазах вновь проблеснуло яркое изумрудное пламя. Девушка явно не привыкла слышать столь категоричные ответы. Когтем разрезав пространство, недовольная лисица вытащила из черного облака несколько десятков купюр.
– Здесь десять тысяч. Я помню, у тебя были какие-то проблемы. Возьми, это плата за сегодняшний вечер.
Дилемма. Деньги мне сейчас действительно были нужны, но так ли срочно? Заложить телефон, нужный для работы ноут и тупо ночевать в офисе у компа, как делают некоторые, было туманной перспективой, но более приятной, чем стать мальчиком на час из эскорта. Однако помимо этого была еще одна небольшая проблема, прятавшаяся у меня под халатом.
– Не хочешь брать за ночь – возьми хотя бы за костюм… Если и так не подходит, то просто возьми деньги и потом мне их вернешь, в чем проблема? – разрываясь предложениями и вопросами, непонимающе тараторила Хэ.
– Это была хорошая ночь. Ты и так угостила меня хорошей выпивкой и едой, за что я тебе крайне признателен.
На последние оставшиеся в кошельке деньги было вызвано такси. Мать частенько называла меня упрямым ослом, и в такие минуты я был вынужден с ней согласиться. Не знаю, что это, глупость или неуместная мужская бравада, но что-то не позволило мне взять и копейки из тех денег, что так настырно хотела мне всучить Суинг.
Под немногочисленные взгляды утренних гостей я, в церемониальном халате, со всеми своими немногочисленными разорванными пожитками, в сопровождении нескольких охранников, сел в машину.
– Довезите до дома этого молодого господина, за все платит госпожа Суинг Хэ, – опередив меня, положил на сидение с водителем сумму, в десяток раз превосходящую стоимость моей поездки, один из здоровенных охранников.
– Вот же… – усмехнулся я, глядя на стоящую с недовольным лицом у входа девушку.
Глава 6
Домой я вернулся в приподнятом настроении, несмотря на все проблемы, вот так нежданно свалившиеся на мою неподготовленную голову. Внимание со стороны моей начальницы все перекрыло. К тому же вся эта мифическая шляпа также заставляла кровь кипеть. Десятки вопросов типа «что», «как» и «почему», всплывающие в моей голове, прямым текстом говорили о том, что это была наша не последняя встреча с этой демонической лисицей. Еще бы, она ведь моя начальница. Только подумать: боги, демоны – все они реальны. Нужно было еще спросить о Перуне и Даждьбоге. Интересно, кем они приходятся греческому Зевсу, не братья ли случаем?..
Задумавшись об этой потусторонней суете, поселившейся в моей голове, быстро сменил азиатское народное на наше более или менее отечественное. Спортивки, майка, кроссы и теплая осенняя байка. Захватил ноут, телефон, наушники и зарядку. Сейчас самым главным было заплатить за квартиру и не помереть с голоду. Хотя с возможностями Суинг… Какими возможностями? Миша, с каких это пор ты стал рассчитывать на помощь чужих тебе женщин? Соберись, тряпка!
Дальше все по строго намеченному: сумка на плечо, одинокий лифт, неприветливый консьерж, метро и станция, где находилась лавочка моего знакомого ростовщика по имени Пак.
Хороший парень из Кореи здорового человека, то есть из Южной. Ему было лет тридцать. Унаследовавший дело после смерти своего отца, он пару раз выручал меня, когда дела были совсем плохи. Где с подработкой, а когда и увеличенным процентом за мои пожитки. Да черт возьми, к нему я иду не впервые, не горжусь этим, но, увы, тяжела наша крестьянская доля. Одалживать больше у друзей – портить с ними отношения. У родителей брать деньги? Точно нет. Вот и остается крутиться.
Была надежда, что Пак подкинет какую-то халтурку, но все же, не став рассчитывать на случайность, решил по дороге бегло проглядеть список почасовых подработок. Свободный понедельник, подаренный начальницей, не должен был пропасть зря. Глаза зацепились за несколько сереньких объявок. На вечер в ресторан требовались помощники официанта, посудомойка и кто-то на уборку квартиры. Серо, незавидно, но сойдет. Позвонил, две вакансии отлетели сразу, третья проскочила. В последнюю очередь хотелось соваться туда, где ничего не понимаешь, а именно в ресторан официантом. Толпы народу, незнакомые люди, меню, но да бог с ним…
Вот показалась знакомая вывеска на корейском языке, табличка с надписью «закрыто» бросилась в глаза лишь после того, как дернул ручку. Долбанная народная привычка во всем убеждаться лично.
На удивление дверь поддалась, и я как ни в чем не бывало шагнул вперед – мало ли, Пак забыл перевернуть. Звонкий шум металлических китайских колокольчиков оповестил хозяина и всех присутствующих, которых я пока не наблюдал, о том, что в лавочке вскоре появится новый лот.
Завернув вдоль стеклянной витрины, закрывавшей мелкий, дешевый ширпотреб на прилавке, направился прямиком к спрятанной за стойкой кассе.
– Черт побери, там же написано «закрыто»! – нервно рявкнул мой знакомый, так и не показавшись из-за угла.
– Прости, Пак, я ручку дернул, открылась. Ты обычно закрываешься, вот я и подумал…
Встретило меня каменное лицо моего знакомого. Его глаза нервно забегали, на лбу проступил пот. Стоя по стойке смирно, он вел себя как никогда странно.
«Да ну нет… Ну не может же такое произойти со мной», – понимая, чем тут пахнет, стал пятиться назад.
– Ладно, Пак, тогда я позже зайду, – нервно сглотнув, я повернулся.
Я хотел как можно скорее покинуть это место, но мое лицо тотчас уперлось в холодное дуло подкравшегося сзади человека.
«Пиздец… Вот так и знал. За что мне это…»
– Хе, почему ты не запер дверь, как я приказал?! – рявкнула показавшаяся из-за колонны фигура в черной маске.
– Идиот, зачем ты назвал меня по имени?! – Рявкнул тот в ответ, вдавливая ствол мне в лоб и толкая в сторону ростовщика.
Мало того, что грабители, так еще с пушками и дебилы, просто ши-и-карно… Я в полной заднице.
– И что мы теперь будем делать? – обратился худощавый, державший Пака на прицеле.
– Мочить их надо, – нервно проговорил ускоглазый, стоявший напротив меня.
– Шутишь?! Это район Пан Че, за два тела нас не только менты, но и местные искать будут.
– Твой друг прав, не нужно никого убивать, – вмешался в разговор Пак, вытянув вперед руки. – Берите деньги, ценности и уходите. Клянусь, я никому не скажу, что слышал, и вызову полицию ровно через час после вашего ухода.
Его хладнокровие и здравомыслие в подобной ситуации сильно меня удивили. Казавшийся хрупким, стриженный «под горшок» кореец оказался неробкого десятка. Мое почтение тебе, дружище, однако жаль, что предложенное тобой этим ускоглазым пришлось явно не по вкусу. Резкий и сильный удар в челюсть с одного удара положил Пака на землю. После чего примеру своего более худого друга последовал и другой, менее мастеровитый Хе. Сильный удар в нос посадил меня на жопу, однако не лишил сознания. Ручейком потекла кровь. Автоматически схватившись руками за разбитое лицо, получил еще один более увесистый, но такой же бесполезный удар, но только в этот раз уже с ноги.
Этот сраный Чинг. Не будь у него ствола, голыми руками башку бы ему выкрутил и в очко его костлявого друга запихал.
– Что ты с этим белобрысым возишься? – обматывая лентой Паку руки и ноги, рявкнул дрыщавый.
– Он не вырубается! – растерянно отозвался его более туповатый дружок Хе.
«Так просто свяжи меня и запихни кляп какой в рот, на хера дубасить-то, тупое ты создание?»
– Идиот, просто свяжи его и рот заклей.
– Лучше кляп, у меня нос, кажется, сломан, кровью захлебнусь… – понимая, что эти два дебила сейчас случайно могут отправить меня к праотцам, добавил я. На удивление, они так и поступили.
Наши тела, сейчас больше похожие на коконы бабочек, плотно присобачили друг к другу. Касса обчистилась моментально, после чего в две дорожные сумки на скорую руку были закинуты все мало-мальски игравшие при свете блестяшки.
– Эй, проверь, что у него в сумке, не с пустыми руками он же к нам пришел, – хихикая, заявил тощий, отчего у меня от негодования аж глаза закатились. Тут был, мать его, целый магазин всякого говна, зачем тебе мой…
– Да этому ноуту тысяча лет, – сплюнул на пол пухлячок, кинув мне в лицо моей же сумкой. – Нищеброд чертов. Дверь я запер, валим через черный, часа два-три у нас точно будет, пока эта голубая парочка не оклемается.
После этих слов дуэт преступных гениев тотчас растворился где-то за стойками небольшого склада, находившегося за витриной. Громко хлопнули металлические двери.
Боже, за что мне все это. Лежу вот сейчас в луже собственной крови, с разбитым носом, думаю, когда меня придут спасать и спасут ли, а вдруг и вовсе помру от потери этой чертовой красной жижицы, залившей мою единственную и любимую байку?
Неожиданно для меня сзади шелохнулся Пак. Потом сильнее и еще сильнее. Буквально толкаясь и брыкаясь, он пытался освободиться. Жаль чувака: деньги, ценности, еще, может, сотряс какой. Блин, веселая у него работка. Интересно, после случившегося он ее бросит или нет?
– Ты живой? – удивив меня вполне конструктивной и четкой речью, спросил кореец.
Каким-то острым лезвием он разорвал замотанные руки, следом ноги. Выворачивая суставы за считанные секунды из личинуса, превратился во вполне прямоходящего человека, охренеть…
– Да, Миша, вот надо было тебе это упорство, сразу бы притворился, что тебя вырубили, и проблем бы никаких не было… А так нос точно реставрировать придется, – сжимая в кулаке что-то черное, он быстро помог мне развязаться.
Вот реально, на хрена я строил из себя терминатора? Твою мать, это его я считал простофилей?
– Садись, – указав рукой на стул, а после вытащив из-под прилавка аптечку, проговорил Пак.
– Друг, может, сперва копов вызовем, они же уйдут? – не понимая столь неоправданного спокойствия и показушной непричастности к происходящему, спросил я.
– Не уйдут, – приставляя ладони к моему лицу, с какой-то деловитостью и знанием дела стал разглядывать мой нос кореец. – Сейчас будет немного больно…
– Стой, подожди, может, лучше… Ауу… Сука… – зашипел я, обеими руками вцепившись в сидушку старой табуретки.
– О, как новенький, даже лучше, – хлопнув меня по плечу, заявил ростовщик. – Чего приходил-то? Опять с деньгами напряг?
– Да, – косясь на нос и боясь к нему прикоснуться руками, честно ответил я. – Хотел на время ноут заложить, через неделю отдал бы. Хоть там сумма и небольшая была, но, думаю, ты уже мне вряд ли чем поможешь.
– Трех тысяч хватит? – тотчас отозвался Пак. – Подарок, безвозмездно, за то, что ты никому не скажешь о том, что сегодня здесь видел и слышал.
– Хватит. С зарплаты отдам.
– Как знаешь, – не стал долго припираться мужчина, а после, наклонившись, вытащил откуда-то из башмака связку денег, перетянутых резинкой. На его голове из-за прически гриба показалось два мохнатых, не свойственных людям пучка шерсти.
– Пак, что с твоими ушами? – чувствуя себя Красной шапочкой, пришедшей к бабушке с пирожками, нервно сглотнув, спросил я.
Взгляд ростовщика изменился. В глазах блеснули знакомые огни. В этот раз, перемешиваясь со зрачком и радужкой, ярко выделялся желтый свет волчьих глаз.
– Ох, Миша… – тяжело вздохнув, посмотрел в мою сторону кореец.
