Цитаты из книги «Стоя под радугой», страница 6

«Все войны сводят людей, которые иначе могли бы не встретиться».

– Что я могу сделать, такой вот я беспокойный человек. Я и ребенком была нервным. И подростком нервным. Я всегда была нервной. Когда ты на мне женился, ты знал: я нервная. Я тебе говорила.

– Да, но первые двадцать лет я думал, что это пройдет.

Так продолжалось не одну неделю. Док сказал:

– Не хотел бы я, чтоб этот парень за мной бегал. Черт, да я бы уже за него вышел, а ведь мне он даже не предлагал.

Но, не в пример некоторым мужчинам, которых амбиции лишали здоровья или сводили с ума, Хэмм крепчал и здоровел на амбициях, как на материнском молоке. Некоторые потом скажут, что он светился в темноте амбициями.

Они не понимали, как похожи: оба боялись жизни, оба были увечными, только по-разному.

Дорогие мои, позвольте вас спросить, разве жизнь не чудесна?

Взять хоть прошлую неделю, когда зашел совершенно незнакомый человек и обедал с ними.

Из-за того что автобус на Грейхаунд останавливался прямо напротив их дома, на веранде или в гостиной всегда сидел народ. Да плюс радиофанаты Соседки Дороти. Немудрено было ошибиться. Увидев входящих и выходящих людей и нарисованные на окне буквы – название радиостанции, человек решил, что это такой ресторан «УДОТ». Недурно было бы пообедать здесь перед дальней дорогой в Поплар-Блафф. Около 5.30 вечера он припарковал машину у крыльца, вошел, сел в гостиной вместе с Доком и Джимми, читающими газету, и спросил:

– Когда подадут обед?

Док не знал, кто это, но вежливо ответил:

– Минут через тридцать.

Потом человек спросил, где туалет, посетил его, вернулся и сел ждать, листая лежавший рядом журнал.

Док решил, что это один из спонсоров Дороти, – мало ли, заехал человек в город. Когда Дороти крикнула, что еда на столе, человек поднялся и вошел в столовую. Никто не спросил даже его имени, каждый подумал, что это приятель кого-то из домашних, и Дороти молча поставила еще одну тарелку. Гость основательно приложился к тушеному мясу с пюре и во время трапезы развлекал народ байками из жизни профессионального страховщика домашней птицы и рассказами, как над ним подшучивают из-за фамилии Фаулер – «Птицелов». Они и не представляли, сколько в мире разнообразных пород кур. Справившись со вторым куском кокосового торта, он откинулся на спинку стула и сказал:

– Ладно, господа, поеду-ка я, пока не стемнело, – и вытащил бумажник, спросив Дока, сколько он должен.

Дороти удивилась:

– Что вы, ничего не надо, мистер Фаулер, вы доставили нам удовольствие. Надеюсь, будете к нам заглядывать всякий раз, как поедете мимо.

В этот вечер мистер Чарли Фаулер покинул Элмвуд-Спрингс в уверенности, что нет на земле города дружелюбнее. Потом он часто заезжал в гости, и ему были рады.

Людей-то теперь не увидишь, сплошное самообслуживание, или отгораживаются от тебя стеклом. По телефону не услышишь человеческого голоса, всюду автоответчики, одна запись связывает тебя с другой записью, а потом раздаются короткие гудки. И все злятся, орут.

Никогда не видела, чтоб человек так переживал из-за электричества. Стоит грому громыхнуть - она начинает носиться по дому, как курица с отрубленной башкой, и выдергивать всё из розеток.

Недавно захожу к ней домой утром и вижу – сидит за столом, а перед ней кирпич. Я ей: ты чего делаешь? А она: ногти обтачиваю. Я грохнула целое состояние, чтобы оплатить ей учебу на курсах подготовки косметологов, а она точит ногти о кирпич.