Читать книгу: «Вьюга»

Глава 1: Вьюга

Забавная история вышла. Забавная, запутанная — как и вся моя жизнь. Только вот конец, как водится, неприятный. Концы вообще редко бывают приятными: смерть, банкротство, увядание — всё это части сложной конструкции, которую мы называем финалом. Да не будем об этом.

Меня зовут Илья Смертин. Бывший подполковник полиции, ныне — частный детектив. Тридцать лет проработал следователем по особо важным делам. Ушёл в почётную отставку. Что ещё рассказать о себе? Из этих тридцати лет тридцать пять я курю. Мне пятьдесят. Не так молод, чтобы бегать за ворами, и не так стар, чтобы валяться на пляже. Да и какой пляж — февраль, Санкт-Петербург, вьюга такая, что окна дрожат. Спортом занимаюсь периодически, поэтому держусь в форме. Бледный, с прокуренными пальцами. Не пью — мозг берегу. Или то, что от него осталось.

Тридцать лет особо важных дел сделали из меня пессимиста. У людей часто бывает двойное дно. И это дно, как правило, протекает. Моя работа — латать дыры. Хотя уже неделю как нет работы. Секретаршу пришлось уволить. Да, я с ней спал. Да, она была хороша. Но её хотелки давно вышли за пределы моей юрисдикции.

На мгновение я задержал взгляд на фотографии на столе. Женщина и я. Лет сорок пять. Эх, Анна… моя любимая. Что бы ты сказала, глядя на меня сейчас?

И тут — резкий звонок. Телефон взвыл так, что даже вьюга на секунду сбилась с ритма. Я вздрогнул. Старый аппарат с трещиной на экране мигал, как маяк.

— Смертин, ты жив?

Голос. Мария. Моя бывшая помощница. Сейчас — следователь. Тогда — стажёрка. Маленькая, худенькая, йогой занималась. Попа — как у богини. Правильная до зубного скрежета. И вот ученица говорит:

— Есть дело. В отеле. Номер люкс. Убийство. Есть предсмертная записка.

На мгновение замолчала.

— В общем… приезжай.

— Ладно, — сказал я. — Приеду.

У меня был затрепанный плащ, пистолет Макарова и привычка не верить в самоубийства.

Отель я узнал сразу. Когда-то я здесь уже был. Не помню когда, но точно был. Запах муската ударил в нос, едва я вошёл. Странно. Я уже чувствовал этот запах. Где — не могу вспомнить. Что-то в нём было тревожное. Слишком знакомое, чтобы быть случайным.

Эксперты уже работали. Место было огорожено, но меня пропустили без вопросов. Старые связи. Старый счёт.

Я вошёл в номер и сразу встал так, чтобы видеть лицо покойника сквозь зеркало.Труп сидел за столом, опустив голову. Пуля — сквозная, в виске. На нём — плащ и старый костюм, очень потрёпанный. Кровать заправлена. Шторы плотно закрыты. На столе перед зеркалом — записка. Я стоял так, глядя в отражение, минуты две. Вглядывался в мёртвое лицо — и в своё, застывшее рядом. Потом выдохнул. И вошёл в сцену.

— Привет, — сказала Мария. — Иди посмотри на записку.

Это был простой листок из ежедневника. Ручки нигде не было. На листке — аккуратный почерк: «В моей смерти прошу винить Т.Л.»

— Кто такой Т.Л.? — спросил я.

— Тимофей Любушкин, — ответила Мария. — Здесь на кровати ноутбук. Открыта новость: компания ООО «Любушкин» объявила себя банкротом. Сам Любушкин пропал без вести уже неделю.

Я кивнул. И в этот момент у меня жутко заболела голова. Как будто кто-то вбил гвоздь в висок.

— Как видишь, — сказала Мария, — всё указывает на доведение до самоубийства.

Я присел на край кровати.

— Не так просто, как ты думаешь. Кровать заправлена. Шторы закрыты. Табличка «не беспокоить» висела?

— Да. С вчерашнего дня.

— Пуля сквозная. Рана обожжена порохом — значит, стреляли в упор. Я могу предположить, что стреляли в висок. Это убийство.

Мария нахмурилась.

— Почему?

— Потому что нет ручки. Если бы убитый писал сам — где ручка? Перьевая ручка оставила бы следы. Чернила на пальцах. А чернильница — есть. Нам подсовывают новость о банкротстве как мотив. Мол, ООО, в которое он вложился, прогорело. Но тут неувязочка: владелец этой компании — Любушкин — пропал неделю назад. А наш труп — один из главных акционеров. Он знал об этом заранее. И только спустя неделю вдруг решает застрелиться? Чушь.

Я встал.

— Это убийство. Пробей его по всем каналам. Я хочу знать о нём всё. Первым.

— Стоп, — сказала Мария. — Успокойся. Никто тебя не нанимал.

Я посмотрел на неё.

— Я сам себя нанял.

Глава 2: Сигарета.

Утро после звонка Марии, перед выездом к месту убийства

Телефон прозвенел час назад.

Мария. Голос сонный, но собранный:

— Есть дело. В отеле. Убийство.

Герой не спросил подробностей. Просто сказал: «Приеду». И вышел на балкон.

Разговор

Звонок Марии взбудоражил Илью. Смертин обрадовался — её голосу, тому, что его помнят, что она позвонила именно ему. Он проявлял явный интерес к делу. Да и к Марии, собственно, тоже.

Но сыщик не торопился ехать. Давал мозгу возможность продумать, что же это за дело. Это как сказать «приятного аппетита» в предвкушении вкусной трапезы. Не хватало только вилки в руке.

Герой не помнил, когда видел Марию в последний раз. Надеялся, что на прошлой неделе. Леденцы, которые помогают ему спать, до сих пор лежали в кармане. Значит, встреча была недавно. Или он просто забыл. С ним такое бывало.

Балкон

Смертин вышел на балкон своего большого дома. Одел шубу — ведь на улице была метель. Утром не видно ничего. По-настоящему приятная погода. Илья любил зиму. Особенно эти большие белые хлопья.

Мама умерла десять лет назад.

Благодарен ли я ей? Сложный вопрос.

Детство

Итак, детство.

Смертин получил тройку по математике. Литература и язык давались ему легко, а математика всегда страдала.

И вот мальчик уже приученный. Раздевается. Мать готовит ледяную ванну и держит его там, пока ей не вздумается отпустить.

Она была учителем старших классов. Подавала литературу. Была очень начитанной.

Наш герой тянулся к ней. Но она каждый раз решала от него уходить. Из-за обиды на отца она весь гнев списывала на Илью.

На самом же деле он любил зиму потому, что зимой ушёл отец. И зимой мать уходила в уныние. Она уходила в себя. И радовалась, что у неё есть сын. Обнимала его иногда и говорила:

— А ты меня не бросишь?

Тогда он чувствовал себя счастливым.

Настоящее

И вот курит наш герой и думает.

Как жаль, что я не успел завести ребёнка. Пожить со своей любимой. Как же быстро летит время. Сперва даёшь слабину, думаешь: «Успею, я ещё молодой». А потом глядишь — всё. Оно тебя обогнало.

Илья сунул руку в карман шубы, нащупал там пластиковый пакетик. Леденцы. Те самые, что дала Мария. Сказала: «Будешь лучше спать». Он не спал лучше. Но принимал. Потому что без них голос в голове становился громче.

Сегодня Илья не взял ни одного.

В пятидесятилетнем возрасте стоишь на балконе в шубе и понимаешь, что ты никому не нужен. Так как был бы нужен своей семье.

Наш герой, кстати, потом использовал мамино наказание как медитативный жест. Когда у него ничего не делалось — набирал холодную воду и нырял вниз головой. Так повторял несколько раз. Думал, что так ему приходят мысли в голову.

Момент

Герой покрутил бычок в руке, потушил его о перила. И произнёс вслух:

— Интересно, под конец жизни поучаствую ли я в приключениях? Хочу по полной ощутить вкус жизни.

Он ещё не знал, какая судьба для него уготована.

А на улице хлопья потихонечку ослабили своё падение.

Выход

Наш герой пошёл в дом, закрыл балкон. Проверил, заряжен ли пистолет. Одел пальто, перекинул через плечо шарф. С огромным предвкушением вышел во двор — навстречу своим приключениям.

Он ещё не знал, что это дело будет его последним.