Читать книгу: «Наследие Даркара»

Предупреждение от автора

Эта книга содержит сцены физического и психологического насилия, попытки сексуального насилия, откровенные интимные сцены, вмешательство в тело без согласия, грубую лексику, курение, а также морально неоднозначных персонажей, чьи поступки могут не соответствовать привычным представлениям о добре и зле.

Герои здесь не делятся на «идеально хороших» и «абсолютно плохих». Они делают выбор, о котором жалеют. Они предают, спасают, любят и ненавидят — иногда одновременно.

Но если ты готова пройти через боль, грязь и страх ради того, чтобы увидеть, как из всего этого рождается сила — добро пожаловать в Алтас.

Береги себя. И не читай на ночь, если легко пугаешься.

Пролог

Она спала. Сотни лет она спала в каменной темнице, где не было ни света, ни звука. Только голос Амиры, эхом отдающийся в стенах:

— Ты больше никогда не увидишь мир, сестра. Я вычеркну твое имя из памяти людей.

Но однажды Вальда почувствовала дрожь. Кто-то произнес её имя. Кто-то, кто еще помнил.

— Я иду, — прошептала она во тьму.

Часть 1.

Тени Алтаса

Глава 1. Первые шаги

Лицо горело от полученной пощечины. Я забилась в угол и злым взглядом уставилась на отчима.

Будь ты проклят, Дейв.

— Еще раз ты ослушаешься меня, и одной пощечиной не отделаешься, — он опустил голову к моей, упершись в меня взглядом.

— Ты не можешь портить товар, — прошипела я. — Мне через неделю уже восемнадцать. Никто не купит товар с травмами, — я не должна была его провоцировать. Но если бы я его не ослушалась, тогда через неделю меня действительно продадут как кусок мяса на рынке.

Дейв обхватил ладонью мое лицо и повернул его в сторону. Он внимательно осмотрел место своего удара и довольно ухмыльнулся.

— Небольшой синяк. Ты сама знаешь, как от него избавиться за пару дней. Чтобы его не было через неделю. Поняла? — он снова повернул мою голову к себе и уставился на меня.

Меня переполняла боль и гнев. Я сжала зубы и, сдерживая слезы, кивнула. Если я заплачу, он снова меня ударит.

— А теперь бегом на кухню и приготовь ужин. И чтобы больше я тебя сегодня не видел.

Поднявшись на дрожащих ногах, я направилась на кухню.

Как я это все ненавижу.

Ненавижу это место.

Ненавижу отчима.

Ненавижу жить здесь.

В Алтасе у женщины нет прав. Мы являемся хорошим товаром на рынке. В момент совершеннолетия тебя могут отдать в сексуальное рабство. До этого времени тебя могут продать лишь как раба на физические работы, но за детей платят копейки.

Красивых девственниц можно продать дорого и после жить безбедно очень много лет.

Отличный живой товар.

Тебя либо выдают замуж за выкуп, либо продают на службу. Но выдавать замуж меня никто не собирается. Отчим давно спланировал, как можно на мне заработать.

Отчим строго следил за моей личной жизнью, чтобы я сохранила девственность до совершеннолетия еще при жизни матери. А после ее смерти два года назад фактически запер меня дома.

А знаете, что самое превосходное в этом его плане?

Меня продадут какому-нибудь богатому и старому ублюдку, который будет меня бить и насиловать, пока я буду привлекательна. Но как только я потеряю красоту, меня будут просто бить и держать в каком-нибудь гнилом подвале. Всю свою жизнь я проведу, натирая полы и прячась в тени, чтобы не нарваться на удар очередного ублюдка.

Всего два года назад я мечтала стать знахаркой, как моя мать. Одно из немногих дел, которое разрешено делать женщинам, живя без супруга и с ним. Для этого нужно иметь образование и получить разрешение от Совета.

Моя мать учила и готовила меня всю жизнь. Она делилась своими знаниями и умениями. Я провела в ее приемной много лет, изучая травы и помогая матери спасать людей от смерти.

Мама хотела, чтобы у меня была жизнь свободная от выбора мужчины и от его давления. Она не хотела, чтобы я пошла по ее судьбе, где решали за нее. Ее насильно выдали замуж во второй раз, пока она еще была молода.

Мой отец погиб еще до моего рождения, а отчим бил нас всю мою сознательную жизнь, но при этом отказывался работать. Мама пошла работать знахаркой, чтобы прокормить нас.

Но после ее смерти Совет отказал мне в получении разрешения и даже выпустил запрет в мою сторону. Отказ выдали мгновенно, едва увидели фамилию моего отца. А после, когда я пыталась разобраться, документы и вовсе пропали.

И никто мне ничего не объяснил.

Но одно я знала точно — они уничтожили мою мечту.

Мама научила меня одному главному качеству — не сдаваться. И именно поэтому сегодня я приняла важное решение.

Пока Дейва не было дома, я, используя заранее украденный мною запасной ключ, подала заявку на вступление в отряд “Лютых”. Мне даже сделали исключение и приняли не дожидаясь совершеннолетия, поскольку оно наступало еще в период подготовки. В Лютые очень требовались сейчас люди.

Если выбирать из двух видов насилия, то я выбираю то, где бить смогу я, а не меня.

Поэтому завтра до рассвета я с мешком своих вещей буду стоять у ворот, где собираются новобранцы, чтобы стать настоящим воином.

Я стояла у ворот, и утренний холод пробирал до костей. Мое тело дрожало, не привыкшее к промозглой утренней погоде. Рядом со мной толпились такие же новички, как и я.

Правда, есть один серьезный нюанс — я была единственной женщиной.

Черт.

Черт.

Черт.

— Смотрю, мы поедем веселиться, — ухмыльнулся бородатый мужик лет сорока. Его товарищ двинулся в мою сторону походкой довольного мартовского кота. Он подошел ко мне вплотную и притянул к себе.

— Сегодня ты ночуешь в моей палатке, — прохрипел мужик и улыбнулся своей уродливой улыбкой. — Давненько я не трахал молоденьких, — он скользнул своим липким взглядом по моему телу. От этого чувство тошноты подступило к горлу. Я сделала глубокий вдох, чтобы меня не вырвало прямо на него сейчас.

— Как скажешь, милый, — промурлыкала я ему в ответ, — но при условии, что твои яйца будут болтаться у тебя в мешочке на шее, — и уперла свой кинжал в его брюки.

— Твою мать! — прошипел он и сделал несколько шагов назад. — Бешеная сука. Убери нож от моих яиц!

Я медленно опустила нож.

— Ну ничего, это ты здесь смелая. Посмотрим, что будет там, — выплюнул он и развернулся в сторону своего приятеля.

— Посмотрим, — улыбнулась я ему в ответ.

Я не покажу им, что я боюсь.

Дрожащей рукой я засунула кинжал обратно за пояс, пытаясь сохранить такое же веселое выражение лица.

Сердце бешено колотилось.

Я понимала, что это только начало. Я еду в место, полное опасности. А эти ублюдки лишь малая доля того, с чем мне придется столкнуться.

В Лютых подавали заявки не сильно часто, поскольку этот отряд находился на самой границе Алтаса.

Основная задача отряда — не дать проклятым прорваться через лес. За лесом начинался горный хребет, откуда они нападали на нас.

За последние несколько десятилетий было уничтожено много поселений на границе между Алтасом и Даркаром.

Когда-то в легендах говорилось, что Даркар было сильным и могущественным государством, но затем появились проклятые. Никто не знает, почему они появились и откуда, но они полностью уничтожили Даркар и дальше двинулись на Алтас. Тогда наш король начал защиту и патрулирование границ Алтаса, а затем создал отряд “Лютых”.

Лютые — это не просто набор случайных людей. Это преступники.

Они были опасны для общества, поэтому наш король нашел лучшее решение, чем держать в тюрьмах и обеспечивать халявной едой.

Все эти люди теперь сражались за нашу жизнь.

Но из-за опасности работы пополнения отряда происходило не только за счет заключенных, но и за счет добровольцев, которые шли за другой жизнью.

Нам платили.

Нас обеспечивали кровом и едой. Но взамен мы подписывали пожизненный контракт.

А еще это единственное место, куда принимают женщин.

Понимаю ли я, что могу умереть на этой земле всего через пару месяцев?

Однозначно.

Я не умею сражаться, и меня легко может убить как проклятый, так и один из преступников в отряде. Однако это мой выбор.

Я выбираю себе такую судьбу.

И если Амира позовет меня за завесу, то я пойду на ее зов.

Нас собралось всего пять человек. Через двадцать минут за нами пришел солдат, и мы выдвинулись в путь на телеге. Телега тащилась по разбитой дороге. Вокруг простиралось серое хмурое небо, словно готовое пролить свои слезы сожаления. Я перевела взгляд вперед и увидела, как вдалеке показался лагерь.

Лагерь состоял из нескольких крупных зданий и палаток вокруг. Располагался он на окраине Алтаса около непроходимого леса.

Телега медленно приближалась, и я проскользила по лицам людей, находящихся со мной. Трое были лет сорока. Крупные, бородатые мужики с прогнившими зубами. Обычно такие занимались разбоем и грабежом. Возможно, их привели сюда не по своей воле, а в наказание.

В телеге сидел еще один парень плюс-минус моего возраста с копной рыжих волос. Он поднял на меня свой взгляд и внимательно посмотрел.

Я быстро отвернулась и уставилась на лагерь.

Мы подъехали к высоким деревянным воротам.

На территории ходили люди, но их было совсем немного. Был ли сам отряд большим?

Этого я не знала.

Но судя по количеству добровольцев, народу вряд ли будет много.

Нас отвели в помещение, где каждому нанесли на кожу рисунок и попросили произнести слова: “Я буду служить своей стране. И спасу людей от проклятых.”

Это была магическая клятва. Я впервые в жизни видела, как ее наносят. Теперь у меня на плече красовался чудаковатый рисунок из линий, в котором закреплены были произнесенные мною слова. Слова, которые легли в основу моей жизни и окончательно отрезали путь назад.

Нарушив клятву и сбежав, я умру мгновенно. От осознания ситуации по коже пробежали мурашки. До этого времени я никогда не думала о том, почему преступники остаются здесь. Но теперь вся картинка сложилась в моей голове.

У них просто нет выбора. Мы здесь — или сражаемся, или умираем.

Я закрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Мне хотелось разреветься от осознания ситуации.

Одно дело — это обдумывать план дома и рационально взвешивать все варианты.

Другое же дело — стоять здесь и осознавать, что теперь моя реальность именно такая, какая есть.

Может, я не готова?

Может, я совершаю ошибку?

Поздно. Слишком поздно.

На моем плече уже есть эта татуировка.

Когда всем закончили набивать татуировки, один из солдат встал перед нами.

— У отряда сейчас ужин. Я провожу вас всех к столовой. Вы сможете там подкрепиться. Палатки для вас уже установлены, можете выбрать любую. За мной, — сказал он и зашагал в сторону небольшого здания.

Мы двинулись вслед за солдатом. Я шла и гадала, является ли он сам членом отряда или он просто один из надсмотрщиков короля.

Столовая — это низкое бревенчатое здание. Внутри пахло хлебом, жареным мясом и потом. Длинные столы, грубые скамьи, тусклый свет масляных ламп.

Внутри у входа в основную часть помещения было небольшое окно, из которого полный мужчина средних лет выдавал тарелки с едой. Я шла последней, пытаясь привлечь к себе минимальное количество внимания.

Насколько было возможно в такой ситуации.

Повар, окинув меня взглядом, вернул тарелку обратно к себе и наложил еще немного мяса, а затем передал мне.

— Тебе это еще пригодится, цыпленок.

— Спасибо, — ответила растерянно я.

Это было неожиданно.

Я не думала, что тут могут проявить ко мне заботу. Я двинулась вперед в поисках места, где я могла бы присесть.

В помещении находилось не так много людей, всего человек восемь.

Мой взгляд упал на крепкого мужчину. Его черные волосы были влажными и зачесанными назад. Карие глаза внимательно скользили по мне. На его тонких губах мелькнула усмешка.

Я опешила, когда перевела взгляд с него на девушку, которая сидела на его коленях. Она разрезала ножом яблоко и на кончике ножа кормила этого красивого мужчину.

— Прибыло свежее мясо, Кай, — пропела своим высоким голосом девушка.

— Я вижу, — его взгляд как будто бы ощупал все мое тело, отчего волнение захватило меня. — Хочешь присоединиться? — Кай похлопал рукой по свободному колену.

Я была шокирована таким предложением и не смогла скрыть свои эмоции, поэтому мое отвращение к этому предложению отпечаталось на моем лице.

— Пфф… она же тощая, — оскорбленно произнесла девушка.

Я обошла эту странную парочку и села за край стола, где было свободное место. Все взгляды были устремлены на меня. Пытаясь выглядеть максимально равнодушной, я достала из пояса нож и положила его рядом с собой на стол.

— Извините, но я, пожалуй, откажусь от столь заманчивого предложения. Я сплю с оружием и могу случайно кого-нибудь ранить. Не хочу начинать службу с чьих-то травм.

Кай усмехнулся. Его уголок губ дернулся вверх. У меня возникло ощущение, что между нами начался турнир. И сейчас засчитали одно очко в мою пользу.

Девушка отвернулась от меня к Каю.

— Это мясу надо беспокоиться, чтобы не стать чьим-то вкусным обедом.

Коренастый мужчина с огромной шеей рядом с Каем гоготнул.

Так и запишем, любитель тупых шуток.

Я молча начала жевать свой ужин, пока не услышала за спиной знакомый голос.

— Лил, это ты? Какого черта ты тут делаешь?

Глава 2. Друг

Это не могло быть правдой. Я удивленно моргала, пытаясь понять, сплю я или нет. Мне даже пришлось ущипнуть себя за колено, чтобы быстрее прийти в себя.

— Райн? Как? Ты тут?

— У меня к тебе такие же вопросы, Лил, — сказал Райн и уставился в меня своими карими глазами. Он изменился. Я не видела Райна целый год. Точнее, я целый год считала, что его убили.

Я плакала, страдала. Я пыталась узнать, что произошло. Но из-за изоляции отчима я не смогла ничего узнать нормально. Только общие фразы: схвачен, обвинен в предательстве, отправлен на казнь.

Но сейчас он смотрел на меня своим теплым и нежным взглядом. Между его бровей залегла морщинка.

Я перестала таращиться на Райна. В два шага я подбежала к нему и крепко стиснула в объятиях. Он сжал меня в ответ. Но лишь на несколько секунд.

— Не здесь. Вечером. Я приду к тебе.

Я согласно кивнула, сдерживая слезы радости.

Я вернулась за стол, а Райн сел напротив меня. Спиной я почувствовала, как Кай внимательно следит за каждым нашим движением, отчего по телу пробежали мурашки.

— Наказание или доброволец? — спросил Райн.

— Доброволец, — ответила я и снова взялась за ложку.

— Отчим?

Я кивнула в ответ. Райн все понял. Он знал о моей ситуации и прекрасно понимал, как я поступлю.

Я снова уставилась на него. Сердце сжалось от боли.

— Тебя наказали, не убили, — прошептала я.

— Да.

— Почему? Почему ты мне ничего не сказал? Я ведь думала, что ты мертв.

— Лил, для мира я мертв. Или буду мертв рано или поздно. Нам запрещено писать близким, родным и девушкам. Я не хотел, чтобы ты питала надежды, что мы встретимся. И я точно не думал, что встречу тебя здесь.

Я тоже.

Я тоже не думала, что в этом темном месте встречу своего “мертвого” друга детства.

Я не буду спать с этими уродами в одной палатке.

Эта мысль крутилась в моей голове. Они точно попытаются приставать ко мне, если я останусь с ними наедине. Я медленно поднимала ложку ко рту, создавая иллюзию, что ужин я закончу не скоро. Тем временем все уже вышли из столовой.

Я оставалась ждать тут.

Если меня и могли караулить, то им это уже должно было надоесть.

Подождав еще немного, я направилась к выходу, взяв свой мешок с вещами. Я тихо подошла к палаткам. Их было всего две.

Я приложила ухо к одной и внимательно стала слушать, пытаясь понять по голосу, кто там.

— А затем я ударил этого придурка по лицу, пока его мозги не разлетелись по дороге.

— Чувак, мертвым он тебе деньги бы не вернул.

— Жаль, что я понял это уже после того, как вытер ногу об землю, чтобы убрать ошметки.

Я выбираю другую палатку.

Судя по голосам, это был один из утренних уродов.

Фу.

Вторая палатка располагалась поодаль. Я приложила ухо к ней — тишина. Ни мерзких разговоров, ни храпа.

Хоть бы мне повезло.

Зайдя в палатку, я облегченно выдохнула. В палатке было холодно и сыро. Солома на земле пахла прелью. Тусклый фонарь освещал два тюфяка и кучу одежды.

У меня один сосед. Молодой парень с рыжей копной волос и веснушками на носу уставился на меня своим голубым взглядом.

— И даже не приложишь ко мне нож? Буду считать этот вечер удачным.

Я фыркнула и направилась к своему месту. Кинув вещи рядом с кроватью, я упала на нее и стала ждать.

Райн обещал прийти.

Я лежала и смотрела в потолок, когда услышала звук, как будто ветка цепляется за палатку.

На опушке нет веток.

Это Райн.

Уверена, это он.

Я тихо встала с кровати. Сосед мирно посапывал. Я медленно и без лишних движений выбралась наружу. Райн ждал меня. Он поймал мою руку и потащил за угол здания, подальше от ненужных ушей в палатках.

Как только мы скрылись, он крепко прижал меня к себе. Его нос уткнулся в ложбинку между моей шеей и плечом. В ответ я так же прижалась к нему. Я все еще не могла поверить, что он жив и рядом со мной.

— Ты единственный человек, по кому я безумно скучал. Лил, как же я скучал по тебе, — с тоской в голосе произнес Райн.

— Я вообще тебя похоронила. Я пролила столько слез, что не сосчитать. Я еле выжила после смерти мамы, но твоя смерть едва не убила меня. Я была на грани, — воспоминания о тех днях прошлись по мне. Тошнота подступила к горлу. Я сглотнула.

— Прости. Прости меня, что не сказал. Но сначала я не верил, что вообще выживу. А потом я думал, что твоя жизнь станет лучше без меня. Что ты станешь знахаркой и будешь жить свою лучшую жизнь без мысли о том, что я могу умереть каждый день.

— Дурак. Ты такой дурак, — я зарылась лицом в его кофту, вдыхая его запах. Он пах костром и ландышами. Его рука поглаживала меня по волосам.

— Лил, тебе тут быть смертельно опасно. Но, зная тебя, значит, выбора не было. Что случилось?

— Совет издал официальный запрет. Мне никогда не стать знахаркой, и я не знаю почему.

— Черт.

— Моего мира там больше нет, — я указала рукой в сторону деревни и с грустью в голосе добавила: — Никого там больше нет.

— Здесь я не оставлю тебя одну, — Райн прижал меня сильнее к себе. — Теперь ни за что. Днем я буду заниматься в отряде. Но в вечернее время я буду помогать и тренировать тебя. Ты должна выжить.

Я поняла, что так и не выпустила его из объятий. Тугой узел на сердце немного расслабился.

— Райн, что с тобой случилось? — я подняла на него взгляд.

— Что ты знаешь? — спросил Райн, и между его бровями появилась морщинка.

— Практически ничего. Отчим же держал меня взаперти. Что тебя поймали и обвинили в предательстве. Но я-то знаю, что ты не предавал. Ты не мог предать. Так что случилось?

— Они казнили мою мать, — голос Райна задрожал.

— Что? — я удивленно уставилась на него. — Не может быть!

— Они обвинили ее в нападении на хозяина. А она всего лишь защищалась от побоев. Оставила на его теле царапину. И за это ее казнили. Я хотел ее спасти, но меня поймали раньше. Обвинили в предательстве короны и отправили сюда.

— Райн, мне так жаль.

— Все в порядке, Лил. Прошел год. Я смог это принять, — он отвел взгляд в сторону. Я знала, что это его маска. Маска сильного и уверенного Райна.

— Я… прости, что не была с тобой рядом.

— Прости, что меня не было рядом этот год.

Он поцеловал меня в макушку.

— Нам пора. Завтра у тебя первый день, и тебе нужно хорошенько выспаться. Вечером после ужина встретимся на тренировочной площадке.

— Договорились.

Райн еще сильнее стиснул меня в объятиях и отпустил. Он кивнул мне и ушел в противоположную сторону. Я проследила за ним взглядом и пошла в сторону палатки.

В тот же миг я услышала щелчок.

Я подняла голову и увидела, что из окна третьего этажа на меня смотрели другие карие глаза.

Кай.

Он выпускал изо рта дым от сигареты и не сводил с меня глаз. Я не могла понять, что таилось в этом взгляде — предостережение, угроза или интерес? Снова по телу прошли мурашки. Я решила, чем быстрее вернусь в палатку, тем лучше.

Этот тяжелый день закончился.

Завтра будет еще тяжелее.

Утро встретило нас туманом. Плац был мокрым после ночного дождя. Перед нами был весь отряд. Я заметно занервничала, когда поняла, что впереди всех стоит Кай.

Пожалуйста, только не это. Неужели он наш…

— Я — Капитан Кай Ризед. Вы должны называть меня Капитаном. С этого момента вы находитесь у меня под контролем. Вы обязаны слушать все приказы, которые отдаются мной, в противном случае будете отпущены в леса, где вас быстро прикончат проклятые.

Вчера вы прошли этап произнесения клятвы. Для тех, кто не в курсе, это магическая клятва, которая обязывает вас служить своей стране и защищать граждан. Если вы думаете, что удастся схитрить и сбежать, то очень сильно ошибаетесь. Клятва убьет вас мгновенно.

Сегодня ваш первый тренировочный день. Впереди таких дней у вас будет шестьдесят. Каждый день будет по три тренировки с разными членами нашего отряда, чтобы подготовить вас к первому бою.

До первого боя никто. Слышите, никто не будет запоминать ваши имена. Если думаете, что это как-то связано с посвящением в отряд, то сильно ошибаетесь. По статистике, выживает лишь каждый пятый из новобранцев. В прошлой волне не выжил никто. Незачем запоминать имена будущего мяса для проклятых. Поэтому для нас вы сейчас всего лишь мясо, которое умеет говорить. Вас будут называть по номерам. Ты, — Кай ткнул в грудь стоящего первым. Это был мужик, который распускал свои руки, — будешь номер один. Все остальные получают следующие цифры по порядку. Вы будете откликаться только на них.

Я смотрела на Кая и пыталась понять, зачем он это говорит. В его голосе не было удовольствия от жестокости. Скорее усталость. Как будто он повторял эти слова не в первый раз. Как будто когда-то он пожалел, что отнесся к новобранцам мягче, чем следовало.

-Сейчас перед вами стоит отряд Лютых. Людей, которые выжили и прошли через ад. К каждому из них вы должны относиться с уважением и почтением. Любое неуважение я приму на свой личный счет.

Это Оди, — Кай указал на мужика с тупым чувством юмора, — он занимает должность помощника капитана. Его приказы должны исполняться так же, как и мои.

Мирен, — он указал на солдата, который вчера сопровождал нас. Он выглядел старше, чем все остальные. Я бы подумала, что ему около пятидесяти. — Эмир, Дан, Зейн, Рене, Илай, Дейзи, Райн и Селеста. Имена вы обязаны выучить и запомнить. Сегодня мы начнем занятия с оценки ваших знаний и умений. Будьте благодарны за то, что мы тратим свое время и учим вас. Без этих знаний жизнь ваша будет короткой и мучительной. А теперь разошлись. Первым сражается номер один с Даном.

Я отошла в сторону, чтобы очистить поле. Слова, сказанные Каем, кружили в моей голове: “В прошлой волне все умерли”. Мои шансы на жизнь скатились практически к нулю. Теперь мне стало яснее вчерашнее беспокойство Райна. Я стала наблюдать, как номер один кружит с Даном по полю. Дан был высоким и мускулистым, в отличие от номера один, который представлял из себя пузатого мужика, обожающего пить пиво и не двигаться. Дан сделал выпад и подножкой подрубил номер один. Тот упал и ударился головой о землю. Мне показалось, что ненадолго он потерял сознание.

— Все ясно. Следующий.

Вышел номер два и Райн, затем номер три и Мирен, номер четыре и Зейн. Все они проиграли за несколько секунд.

— Номер пять и Дейзи.

Черт. У нее уже есть на меня зуб, и я уверена, что для нее это отличный шанс надрать мне задницу.

Я вышла в центр поля, а напротив меня уже стояла Дейзи, крутя нож в руках.

— Дейзи, никакого оружия. Пока, — скомандовал Кай. Она фыркнула и кинула нож в ближайшую стену. Лезвие вошло глубоко в дерево, отчего судорожно дернулось мое горло. В следующий раз этим деревом могу оказаться я.

— В бой! — объявил Кай.

Дейзи двинулась на меня. Она кинула кулак мне в лицо, но я увернулась. Успела. Затем еще удар, и еще один уклон от меня.

— Я сказал драться, — прорычал Кай.

Я старалась сдержать страх, который разливался по моему телу. Все мои уклоны были отработаны на защите от отчима. Я умею только уходить от ударов. Но мне никогда не приходилось бить. Я сжала кулак и попыталась направить его в Дейзи. Та в ответ легко увернулась. А через секунду я оказалась на полу. Я не заметила, как она бросила ногу и ударила меня по голове. В глазах заплясали черные точки. Я попыталась сесть, но это мне не удалось.

Райн подбежал ко мне и помог мне дойти до лавочек.

— Ты в порядке? — прошептал он. Я кивнула в ответ. Я привыкла к побоям. Раз я выжила дома, то выживу и тут.

Райн вернулся в строй. Ко мне подошел мой сосед по палатке и дал кружку с водой.

— Держи, станет легче.

Я кивнула и сделала глоток. Свежая вода пробежала по моему телу. Мой взгляд сфокусировался, и я увидела, как Кай обсуждает с отрядом наши результаты.

Судя по всему, мы их не впечатлили.

Неудивительно. Против опытных солдат приемы бандитов оказались бесполезны.

Когда обсуждение закончилось, я заметила, что Кай внимательно смотрит на меня. На его лице не было никаких эмоций, даже усмешки. Мне стало не по себе.

— Утренние тренировки я буду лично проводить для вас. Днем с вами будет заниматься Оди, а вечером Мирен. И запомните, вы — не часть отряда. Вы бесполезное мясо, пока не докажете обратное. Отряд, разойтись. Мясо остается на тренировку, — закончил Кай.

Райн бросил в мою сторону взгляд сожаления. Я не хочу, чтобы он жалел меня. Раз он через это прошел, то и я смогу. Я лишь кивнула Райну, пытаясь убедить, что со мной все в порядке.

Все члены отряда ушли.

С нами остался только Кай.

Его черные волосы развевались на ветру, и я на секунду поймала себя на том, что рассматриваю его мускулистые руки. Я быстро отвернулась. Не хватало, чтобы он еще это заметил.

Но было поздно — Кай все это время смотрел на меня.

— Разбейтесь на пары. Номер пять, ты тренируешься со мной.

Из толпы новобранцев послышалась фраза:

— Так нечестно! Почему девушка должна достаться Капитану?!

— Вы чем-то недовольны? Может, хотите занять ее место? Пожалуйста, я с удовольствием сделаю так, что вы наглотаетесь земли до конца занятий, — спокойным тоном произнес Кай.

Недовольство стихло, и наступила мертвая тишина.

— Раз все согласны, тогда приступаем к занятию.

Два часа.

Меня толкали и валили на землю целых два часа.

— Ты отводишь плечо перед ударом. Поэтому я всегда вижу, куда ты бьешь. — Кай подошел и резким движением развернул мое тело, поправляя позу. — Плечо на месте. Бей не рукой, бей корпусом. Весь вес вкладывай в удар. Попробуй.

Я замахнулась, стараясь повторить его слова. На этот раз он не ушел в сторону , а блокировал мой кулак ладонью. Но я почувствовала, что он приложил усилие.

— Хорошо, — сказал он. — Запомни это ощущение. Еще раз.

Я повторила удар. Он снова блокировал. На его лице мелькнуло что-то похожее на одобрение, но он ничего не сказал.

— Еще раз, — приказал он.

К концу занятия у меня болели все мышцы. Я так много ударялась головой о землю, что моя шея начала ныть.

Я была вся в пыли и поту.

Мне срочно нужно было в душ.

Я повернулась в сторону здания, когда услышала, что кто-то меня окликнул.

— Эй, номер пять, подожди!

Я обернулась и увидела, как в мою сторону бежали рыжие волосы.

— Погоди, — он пытался отдышаться. — Я хотел сказать, ты крутая. Ты так уворачивалась от ударов сегодня. Научишь меня? Кстати, меня зовут Ноа.

— Лилия, — произнесла я. — Не уверена, что я хороший учитель. Я не умею драться.

— Но ты умеешь уходить от ударов. А это не менее ценно. Драться нас научит капитан. Ну давай, соглашайся! А я стащу для тебя печенье. Я уже приметил, где его хранят.

— Печенье, — произнесла я. Я улыбнулась ему в ответ. — Пожалуй, за печенье я готова научить тебя.

— Вот и отлично! Увидимся на обеде! — он помахал мне и побежал в сторону мужских душевых.

Глава 3. Уроды.

— Для того, чтобы уметь драться, ваше тело должно быть к этому готово. Мои тренировки будут направлены на общее укрепление тела. Если ваше тело слабо, то именно вы окажетесь следующим ужином у проклятых, — сказал Оди и перевел взгляд на меня.

Я ненавижу это место. Такое чувство, что все мужчины здесь хотят моей смерти.

— Для начала тридцать кругов вокруг лагеря, — приказал он.

— Тридцать? Вы издеваетесь? Это ж сколько? Километров восемь? — неожиданно воскликнула я. Я просто не смогла сдержать эмоции. Я никогда столько не бегала. Ужас поднялся в моем теле.

— А для тебя, нежный цветочек, сорок кругов.

— Но…

— Еще одно слово, и количество станет пятьдесят, — прорычал Оди.

Я заткнулась и побежала следом за новобранцами. К двадцатому кругу я уже не чувствовала ног. Пот стекал по моему лицу, в глазах начало рябить.

— Номер пять, какого черта ты замедлилась? — проорал в мою сторону Оди.

Я попыталась набрать скорость, но мое состояние ухудшилось.

Ноги перестали слушаться, я споткнулась и упала на землю. Я услышала, как кто-то подходит ко мне.

— Ты просто бесполезный кусок мяса, как и все женщины. Ты сдохнешь сразу же в первом бою. Но знаешь, я буду милостив, я могу выкинуть тебя к проклятым прямо сейчас.

Мне так хотелось послать его самого к проклятым, но я сдержалась. Он помощник командира.

Тем временем Оди схватил меня за ногу и потащил в сторону ворот по земле.

Я начала брыкаться и бить по его руке второй ногой. Он все не отпускал и тащил меня туда, где жила смертельная опасность. Слезы начали стекать по моему лицу, но я не останавливалась. В какой-то момент я попала сапогом по его сухожилию, и он отпустил мою ногу. Я отползла в сторону от него.

Оди подошел ко мне вплотную и сказал:

— Ты скоро сдохнешь. Я всего лишь хотел ускорить это. Прими этот урок, номер пять.

Я сглотнула.

— Представление окончено. Кто закончил, валите. А кто нет, останется здесь, пока не закончит.

Я встала на дрожащих ногах и пошла вперед. Если я не могу бежать, я буду идти.

Будь проклят, Оди.

Мирен преподавал нам урок по проклятым. Мы расположились под навесом, который защищал нас от знойного солнца. Ноа, мой сосед, устроился рядом со мной на лавке.

— По данным летописей, проклятые появились около сотни лет назад из Даркара.

Считается, что именно Даркар является местом их зарождения. Как именно они появились и что стало с жителями целого королевства — ничего не известно. После появления проклятых все королевство было уничтожено. Огромное количество проклятых повалило из-за гор в Алтас, оставляя на своем пути горы трупов. Первым делом на границах Алтаса были установлены оборонительные пункты. Этот пункт является одним из самых первых.

— У меня вопрос! — поднял руку Ноа. — Неужели никто из Даркара не бежал в Алтас, чтобы спастись от проклятых?

— Это хороший и правильный вопрос. Действительно, часть жителей Даркара поселилась в близлежащих к границам селах, но затем стали наблюдать в этих частях появление самих проклятых. Ходили слухи, что проклятые преследуют даркарцев и нет места в нашем королевстве, чтобы те жили безопасно. Тогда было принято решение переселить их отдельно от алтасцев в свое поселение. Вскоре туда пришли проклятые и всех уничтожили. Король Гирин, правивший в тот период, выпустил указ, согласно которому даркарцы признаны опасными и укрытие их грозит казнью каждому. Начались массовые аресты даркарцев и массовые казни.

— Никто не выжил? — уточнил Ноа с осторожностью.

— Насколько нам известно — нет. Король Ревер придерживается политики короля Гирина и не оставляет даркарцев в живых. Итак, на чем я остановился? А, точно. Оборонительные пункты. Пункт отряда Лютых является одним из самых первых, которые были построены на тот момент. Граница с Даркаром начинается сразу же за горной чередой. Таким образом, мы имеем естественные границы, которые не позволяют проклятым легко попасть в наши земли.

— А по морю? — спросил номер три.

— Не слышал ни одного случая, когда проклятый управлял бы лодкой или кораблем, — развел руками Мирен.

— Ты совсем тупой? — ткнул под ребра номер один.

— Что нам известно о проклятых? Они питаются мясом. Самое любимое их мясо — человеческое, — продолжил Мирен.

— Как твое, — номер два ткнул номер три.

— А чем можно выманить проклятых? Тоже мясом?— спросил Ноа.

— Кровь, — ответил Мирен. — Свежая кровь приманивает их, как мух.

Он помолчал, давая нам осмыслить его слова и продолжил:

— По своей сути проклятые не обладают разумом. Их движения часто хаотичные. Нападают они, используя свои острые когти и зубы. Самым действенным способом убить проклятого — это отрубить ему голову. Но проклятые могут схватить каждого из нас, поэтому важно уметь драться. Владение телом и владение мечом — два важных элемента подготовки в отряде. У вас начались занятия с подготовки тела, через некоторое время появится и меч. Чем вы становитесь сильнее и точнее, тем больше вероятность уничтожить проклятого. Кроме отрубания головы есть еще один способ — сжечь. Обычное ранение проклятые, в отличие от вас, даже не заметят. Поэтому всегда цельтесь в головы.

— А почему их тупо всех не сжечь? Зачем столько усилий? — спросил номер один.

— Во-первых, проклятые редко концентрируются массово в одном месте. Они — одиночки. Передвигаются по одному и убивают по одному. Отсюда при пожаре есть вероятность спалить все вокруг себя. Огонь — штука непредсказуемая. А вдруг ты подожжешь заодно и наши посевы? Чем будут питаться жители без пшеницы?

— Не знаю, жареным мясом проклятых? — ответил номер один.

— Мясо проклятых непригодно для употребления. Как и сами проклятые, оно пропитано гнилью. Животные, которые употребляли такое мясо, затем заболевали бешенством. Так что не рекомендую вам, номер один, его есть. Но разрешаю, если вам очень сильно захочется.

После ужина я зашла в палатку, чтобы немного прийти в себя. Мне еще предстояла тренировка с Райном, но сил уже не было. Райн обещал прийти за мной через полчаса на тренировку. Я надеялась, что он не опоздает. Ноа сидел на своей кровати и читал книгу.

— Номер четыре, тебя вызывает капитан! — послышался голос около палатки.

— Но зачем? — растерянно спросил тот.

— А мне какое дело. Было велено тебе передать, явиться к нему.

Ноа убрал книгу под подушку и вышел из палатки. Я присела на кровати. Надо было собраться с силами.

В этот момент в палатку вошли номер один и номер два.

Черт.

Я подскочила на ноги.

— На этот раз мы подготовились, номер пять, — хмыкнул номер один. Он вместе со своим товарищем вытащили ножи и окружили меня. — Если не будешь сопротивляться, все закончится быстро.

— Пошел к проклятым, — прошипела я.

Они двинулись на меня. Я увернулась и выбила нож из рук номер один, но в это время номер два приставил свой к моему горлу.

— Игры закончились, котенок. Легла, — приказал номер два.

Моё тело задрожало. У меня нет оружия. Я сдала его при получении формы. И теперь я поняла, что у нападающих его тоже не должно быть. Откуда у них нож? Похоже, стащили на кухне. Я ничего не могу сделать. Чувство страха и отчаяния заполнило мое тело. Я опустилась на кровать.

Номер один стянул с меня брюки и поднял кофту, оголив мою грудь.

— Раз я номер один, я буду первым, — сказал тот товарищу. Номер два согласно кивнул.

Номер один сжал мою грудь так сильно, что я вскрикнула от боли. Слезы катились по моим щекам. Я все еще чувствовала лезвие на своей коже и не могла даже дрогнуть.

— Хороша, — промурчал подонок. Он приспустил свои брюки.

Я не хотела это видеть. И не хотела это чувствовать. Не хотела ощущать руки этого ублюдка на своей груди. Я приготовилась, что сейчас он стянет с меня белье, и застыла от ужаса.

Я зажмурила глаза, готовясь к худшему. Но боль не пришла.

Снаружи раздались шаги. Голос Райна прорвал тишину:

— Лил? Ты где? Мы же договаривались!

Номер один выругался. Номер два приставил нож к моему горлу сильнее.

— Молчи, — прошипел он. — Или я перережу тебе глотку.

Я замерла. Сердце колотилось так громко, что казалось, его слышно за стенами. Райн был совсем рядом. Всего в нескольких шагах. Но я не могла крикнуть.

Полог палатки резко откинулся. Я не успела ничего понять, только увидела, как рука Райна обхватила запястье номер два и вывернула его так, что нож выпал. Следующим движением Райн ударил его в челюсть. Тот закатил глаза и осел на землю.

Райн перешагнул через тело номер два и в следующее мгновение навалился на номер один.

— Ты, — удар, — никогда, — удар, — больше, — еще удар, — не прикоснешься к ней, — он врезал ему еще раз, — или следующим трупом будешь именно ты.

Райн встал с номер один, который был в полубессознательном состоянии, и подошел к номеру два. Он нанес ему несколько ударов в лицо с той же зверской силой.

— Как и ты. Надеюсь, этот урок вы усвоили. А теперь быстро исчезли. Иначе я продолжу избивать вас.

Номер два на коленях пополз к выходу, таща за кофту номер один. Райн не сдвинулся с места, пока они оба не скрылись за палаткой.

В этот же момент он подбежал ко мне. Схватив мое одеяло, он закутал меня в него.

Райн присел передо мной. Его глаза скользнули по моему лицу, по тому, как я сжимала себя руками.

— Лил... что тебе сейчас нужно? Я могу обнять тебя? Тебе больно?

Я всхлипнула и кивнула.

Он осторожно, как будто боялся разбить, притянул меня к себе.

— Лил, прости. Это моя вина. Прости меня, — начал Райн умолять меня.

— За что? Ты совершенно… тут… не… виноват… — слезы мешали мне нормально говорить.

— Я обещал тебя защищать. И вот тебя уже пытаются изнасиловать.

— Ты… успел… Райн. Спасибо… Райн… Спасибо… — слезы начали течь из моих глаз. Я зарыдала. Я так сильно плакала, что начала задыхаться. Райн принес мне воды.

Ноа вернулся в палатку и удивленно уставился на нас. Весь пол был в крови.

— Что здесь произошло? Все в порядке? — спросил он.

Я попыталась выровнять дыхание, чтобы связно говорить и спросила:

— Зачем тебя вызывал капитан?

Ноа нахмурился.

— Никто меня не вызывал. Я пришел к нему, а он сказал, что вообще никого не посылал. Сказал, что кто-то меня разыграл. Я уже хотел возвращаться, когда услышал шум из палатки.

Я переглянулась с Райном.

— Значит, это подстроили они, — медленно произнес Райн.

Райн повернулся ко мне и спросил:

— Этому можно доверять?

Я утвердительно кивнула. Райн изложил события, которые только что произошли, и добавил:

— Номер четыре, следи, чтобы Лилия не была одна. Никогда не оставляй ее одну. Рядом находишься либо ты, либо я. Понял меня?

Он кивнул в ответ.

— Я буду здесь защищать ее.

— Отлично, а пока уберись здесь. Я побуду с Лилией.

Ноа кивнул и ушел за ведром и тряпкой. Райн продолжал меня обнимать до тех пор, пока мои рыдания не прекратились и я не уснула.

Это был чертовски плохой день.

Глава 4. Подарок

После плохого дня была такая же отвратительная ночь. Мне практически не удалось поспать. Каждый раз сон обрывался на месте, когда нож приставляли к моему горлу, и я от ужаса просыпалась. За эту ночь нож приставляли сотни раз. Я сидела на кровати и не могла двинуться. Мое тело болело, глаза опухли и покраснели от слез. А состояние было настолько отвратительное, что я готова была нырнуть в одеяло и пролежать так весь день.

Но если я сделаю именно так, то это будет значить, что я сдалась. Что они все смогли меня сломить. Что я проиграла.

Я ни за что не сдамся этим уродам.

— Лилия, ты выглядишь, как будто всю ночь разгружала товары и один из них упал тебе на лицо, — с сочувствием сказал Ноа.

— И чувствую себя так же, — прошептала я.

— Может, тебе стоит остаться тут?

— Ни за что. Пошли на завтрак, а то опоздаем.

— Лили, отдых — это не поражение. Если ты сейчас свалишься, ты не докажешь никому, что ты сильная. Ты просто сломаешь себя.

Я покачала головой.

— Если я останусь, они выиграют.

— Если ты сейчас упадешь от боли и изнеможения — они тоже выиграют. Только по-другому. Береги себя, Лили. Твоя сила не в том, чтобы терпеть вечно.

Я сжала зубы.

— Пошли. Я справлюсь.

Каша стояла поперек горла. Я сделала глоток воды и выдвинулась на тренировку с Каем.

Кай прошёлся перед шеренгой. Остановился напротив номера один.

— Вы сегодня ночью решили отработать все знания, что получили вчера?

Номер один молчал, глядя в землю.

— Я спросил: что случилось?

— Упал, капитан.

Кай усмехнулся. Перевёл взгляд на номер два. Тот выглядел не лучше.

— Вы оба упали? В одно место? Лицом об один и тот же камень?

Молчание.

Кай не стал давить. Но когда его взгляд скользнул по шеренге дальше, он задержался на мне. На моих глазах — красных, с тёмными кругами. На том, как я стою — слишком прямо, будто боюсь пошевелиться.

Он ничего не сказал. Но я почувствовала, как его взгляд царапает мою кожу.

Тренировка с ним прошла по тому же сценарию. Он показывал мне приемы и на мне же их отрабатывал. Мой уставший мозг смог уловить его ход мыслей, и даже что-то у меня начало получаться.

После нее я нашла Райна поговорить.

— Почему ты не сказал Каю? — спросила я.

Райн отвел взгляд.

— Потому что если он начнет расследование, тебя будут допрашивать. Будут задавать вопросы. А потом эти двое захотят отомстить. Или их друзья после этого. Я не хочу, чтобы ты оказалась в центре этого.

— Но они напали на меня!

— Я знаю. — Его голос стал тверже. — И я с ними разобрался. Лично. Если они еще раз подойдут к тебе, я убью их. Но я не хочу, чтобы это стало делом всего отряда. Это будет только хуже для тебя.

Я молча кивнула и ушла, понимая, что Райн прав. Но на душе остался червячок, который грыз изнутри.

Затем была беговая тренировка с Оди, который в этот раз снова решил увеличить мне количество кругов. Но, усвоив урок, я бежала молча, долго, распределяя свои силы.

Уже после ужина я выдвинулась на тренировку с Райном.

Райн тренировал меня без единой поблажки.

— Вставай, Лил, мы еще не закончили.

— Я устала… — прошептала я, сидя на земле.

— Я знаю. Но в бою проклятые не будут спрашивать, устала ты или нет. Подонки, которые напали на тебя, тоже не будут уточнять о твоем состоянии.

Внутри меня вспыхнул гнев при воспоминаниях о прошлом вечере. Я встала на дрожащих ногах и приготовилась драться.

— Ты прав. Я сейчас соберусь, — отряхнув одежду от пыли, я выпрямилась и встала в позу, которой он меня научил.

Мы изучали все с азов. Как встать, как двигаться, как бить. Моя голова болела от недостатка сна и переизбытка информации. Под конец тренировки я упала на землю, не в силах больше двигаться.

Райн подошел ко мне и сел рядом.

— Знаешь, иногда я думаю, как сложилась бы жизнь, если бы мама не заболела и мой отец не умер, — я смотрела на мигающие на небе звезды. Они сверкали высоко над головой. И были такими далекими и прекрасными. — Была ли у меня тогда возможность стать кем-то другим? Могла ли я стать знахаркой и спасать людей?

Райн положил голову рядом со мной на землю и, не поворачивая взгляда на меня, сказал:

— Я тоже частенько об этом думаю. Была ли у меня другая жизнь, если бы мать не казнили? Может быть, я пошел бы в кузнецы, женился, завел бы большую семью. Моя мама радовалась бы внукам. — Райн замолчал.

— Ты жалеешь, что поступил именно так? Что попытался спасти?

— Если бы я оказался в этой ситуации снова, то поступил бы точно так же. Я не могу стоять и смиренно ждать смерти моих близких. Если бы я не сделал этого, я предал бы не только мать, но и самого себя.

Я кивнула ему в ответ. Я прекрасно понимаю, о чем он говорит. Иногда наш выбор является единственным правильным, даже если кажется, что существуют другие варианты. На самом деле их нет. Есть только один путь.

— Надо возвращаться, — тихо сказала я и застонала от боли в теле. Мои мышцы дрожали от усталости при каждом движении.

Райн повернулся ко мне и притянул к себе. Он сжал меня крепче.

— Не сдавайся, Лил. Я буду рядом с тобой, но ты главное — не сдавайся. Ради меня, — прошептал он на ухо.

— Ради тебя, — прошептала я в ответ и уткнулась в него лицом.

Мы пролежали в обнимку так еще некоторое время, а затем Райн отпустил меня из объятий и проводил в палатку.

Следующие дни шли своим ходом. Я занималась четыре раза в день. Иногда еще занималась с Ноа, учила его тому, чему научилась сама. В груди становилось немного теплее от того, что я не была одна. Рядом были те, кому не все равно, умру я или нет.

Настал мой день рождения. Это был самый обычный мой день в лагере, за одним исключением.

Райн.

После ужина он зашел за мной. Я подскочила с кровати и подбежала к нему. Райн взял меня за руку и потащил за собой. Я удивленно смотрела на его спину, потому что мы шли не на поле.

Он вел меня в здание!

Сердце заколотилось. Я еще не была в жилом здании, где проживали члены отряда. Они держались обособленно от всех нас, а чаще всего были на задании.

Райн повел меня по боковой лестнице вверх. Мы поднялись на третий этаж и уперлись в люк.

— Нам сюда, — сказал Райн.

Я поднялась следом за ним к люку и выбралась на крышу.

Крыша была плоской, покрытой старым дёгтем. Ветер трепал волосы. С одной стороны открывалась серая и бесконечная долина. С другой — тёмный лес, стеной стоящий у лагеря. А вдалеке были видны заснеженные вершины гор.

Я замерла, наслаждаясь последними солнечными лучами. Райн подошел со спины и притянул меня к себе, а затем вытянул руку передо мной.

Я посмотрела на мешочек в его ладони.

— Это мне? — уточнила я.

— Небольшой подарок к твоему дню рождения. Не думай, что я забыл, какой сегодня день.

Я тепло ему улыбнулась и взяла мешочек. Внутри него лежала красная бусина на ниточке.

Я взяла ее в руки и подняла к уходящему солнцу. Она заискрилась красными оттенками.

Моя рука непроизвольно потянулась к левому бедру. Туда, где под одеждой скрывался старый шрам. Я почти не вспоминала о нем долгие годы.

Я отдернула руку, чтобы не заметил Райн.

— Это самый лучший подарок, — я повернулась к нему лицом и обняла. Он погладил меня по спине.

— Помочь надеть? — спросил он. Я утвердительно кивнула.

Он убрал вбок мои светлые волосы и завязал бусину на шее. Я довольно начала теребить ее между пальцами.

— Мне сказали, что она исполняет желания, — сказал Райн, завязывая нить у меня на шее.

— Кто сказал? — спросила я улыбаясь.

— Старый торговец у ворот. Он говорил, что это редкая вещь, что она защищает. Я не знаю, правда это или нет, но... — он замолчал. — Я хотел, чтобы у тебя было что-то, что будет тебя оберегать.

Бусина лежала на ключицах, чуть прохладная.

Я загадаю одно желание.

Глава 5. Чертова бусина

Райн повел меня обратно по лестнице. Я тихо следовала за ним, наслаждаясь моментом, как вдруг раздался шорох.

Райн остановился, и я врезалась в его спину.

— Кай, мы не можем вечно бездействовать. Сколько нам еще ждать? Год? Два? Двадцать лет? — послышался незнакомый мне женский голос.

— Столько, сколько потребуется. Мы должны быть здесь и сейчас, — грубым низким голосом произнес Кай.

— Откуда ты знаешь, что здесь?

— Вальда не ошибается. Если она сказала, что ключ здесь — значит, он здесь.

— И ты готов ждать столько, сколько она скажет?

— Она мне сказала. Если она так говорит, значит, так и случится. И прекрати задавать бесполезные вопросы, на которые у меня нет ответа.

Послышался шум удаляющихся шагов. Мы оглянулись друг на друга с Райном. Сердце бешено колотилось.

Имя повисло в воздухе.

Вальда.

Я никогда его не слышала.

— Ты что-нибудь понял? — прошептала я.

— Абсолютно непонятный набор фраз, — ответил Райн. — Идем, пока нас не поймали. Кай не будет рад, если увидит тебя здесь.

На следующий день на утренней тренировке я снова лежала на сырой земле.

— Ты можешь хотя бы попытаться сделать вид, что борешься? Иначе я начну думать, что ты специально поддаешься мне, — прошептал мне на ушко Кай.

Все занимались в парах, и вокруг были слышны лишь звуки борьбы. Я краем глаза заметила, что Ноа косится на меня. Я скорчила Ноа гримасу и повернулась к Каю.

— Ты просто слишком большой для меня.

Он ухмыльнулся. Я покраснела, понимая двусмысленность слов. Я разозлилась.

— Нечего тут улыбаться. Я серьезно. Сколько ты весишь? Сотню килограмм? А я в два раза меньше. Как я тебя должна перекинуть?

— Так включи уже мозги. Хватит пытаться сделать то, что у тебя никогда не получится, — произнес Кай.

— Например?

— Используй свой вес и размер как силу. Ты более юркая, более гибкая. Сделай то, что у меня никогда не получится, — сказал он, и мои щеки снова налились краской. — И это снова не то, что ты подумала, красотка.

Я фыркнула. На его лице появилась широкая улыбка. Его ладони все еще сжимали мои кисти, и я была заблокирована. Я начала обдумывать движение. Закинуть ногу через его руку? Мысль начала рождаться.

Его взгляд опустился на мою шею. Из рубашки вывалилась бусина.

— Что это у тебя? — удивленно спросил Кай.

— Подарок, — ответила я и сделала прием. Мое тело оказалось сверху, и я сжала бедрами его шею.

— Откуда?

Я сдавила ногами еще сильнее, перекрывая ему кислород.

— А это уж точно не ваше дело, Капитан, — с победной улыбкой произнесла я.

Он ухмыльнулся снова, как будто я и не сдавливала его вообще. Быстрыми движениями он вышел из захвата и придавил меня к земле.

— Еще посмотрим, — он уставился на меня своим темным взглядом, затем повернулся к остальным и громко произнес: — Тренировка окончена.

Перед обедом я решила принять душ. Если можно принять его много раз, я лучше так и сделаю. До сих пор чувствую запах дерева и лимона на себе. Запах Кая.

Душ представлял собой отдельную кабинку из грубых досок. Внутри пахло сыростью и дегтем. Вода была ледяной, но я привыкла.

Я вышла из душа, закутавшись в полотенце.

Кай стоял у моей одежды. В руке у него была красная бусина.

Подарок Райна.

— Отдай, — сказала я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Это мое.

Его пальцы сжали бусину, будто он ждал чего-то. Я видела, как он замер на мгновение и что-то дрогнуло в его лице. В его взгляде мелькнуло разочарование, а затем резко изменился на лукавый. Он усмехнулся.

— Попробуй забери.

Я шагнула к нему, потянулась за бусиной. Он ловко убрал руку. Я попыталась перехватить его кисть, но его высокий рост не позволял мне дотянуться. Он умело перекидывал бусину из одной руки в другую.

Да что с ним не так? Я сделала еще шаг к нему, и полотенце соскользнуло.

Я замерла. Он тоже.

Его взгляд скользнул по мне сверху вниз. Я не могла двинуться. Не могла прикрыться.

Он стоял слишком близко ко мне. А я была обнажена. Кай провел пальцами по моей спине медленно, почти невесомо. Опустился вниз, поднимая полотенце. Я чувствовала его дыхание на своей коже.

А он видел меня всю. Видел все, что не должен был видеть. По телу пробежала волна мурашек.

— Ты… — начала я, но голос предательски дрогнул.

Он поднял голову. Посмотрел мне в глаза. Я увидела в них пожар, который сжигал нас обоих. Сердце бешено колотилось. Но он ничего не сказал.

Просто накинул бусину мне на шею, завязал узелок, развернулся и ушел.

А я осталась стоять с полотенцем в руках, красная, как эта бусина.

Я считала Кая таким же, как и все мужчины, которые берут. Которые не спрашивают разрешения. Но он ушел.

Он просто посмотрел и ушел.

Я хотела верить, что это что-то значит. Что он не такой, как остальные. Что его взгляд — это не просто игра.

Но я не была уверена. Может быть, он просто ждал другого момента. Может быть, я ошибалась, и он все такой же, как все.

Я не знала, чему верить. Своим щекам, которые горели от стыда, или тихому голосу внутри, который шептал, чтобы я не обманывала себя.

После обеда я снова тренировалась с Оди (он все так же гонял нас по кругу, но я уже не падала). А вечером, когда солнце начало садиться, я пришла на тренировку к Райну и взяла с собой Ноа. Он смотрел на меня большими щенячьими глазами, умоляя научить его сражаться. Я сдалась и уговорила Райна, потому что я научить хоть чему-то еще не могла.

Райн поставил нас в пару и координировал наши движения. То поправляя позицию, то заставляя повторять один и тот же удар сотню раз. Ноа выполнял все беспрекословно. Каждый его удар становился все лучше и лучше, в отличие от моего. Мой прогресс шел значительно медленнее.

— Ты мне поддаешься, Лили? — заулыбился Ноа.

— Размечтался, — я нанесла удар сильнее, чем раньше. Ноа дрогнул. — Не отвлекайся.

— Почему? Мне намного больше нравится разговор во время драки, чем тишина. О чем вы перешептывались сегодня с капитаном?

— О том, как ты великолепно смотришься в утренних лучах, — с сарказмом произнесла я.

— Вообще я не сомневался в собственной красоте, — сказал он и умудрился поправить волосы, демонстрируя свою рыжую шевелюру.

— Я, видимо, мало нагружаю вас, раз есть силы говорить, — прорычал Райн. — Разошлись по разные стороны. По двести ударов рукой каждый.

— У кого-то проявляются такие же садистские наклонности, как у капитана, — проворчал Ноа.

Райн покосился на него строгим взглядом.

Ноа молча продолжил выполнять упражнение.

Лежа на кровати в своей палатке я задумалась о Ноа. Глядя на такого жизнерадостного парня, я не могла поверить, что он сюда пришел добровольцем. Этот вопрос мучал меня, и я осмелилась спросить вслух.

— Ноа, почему ты тут оказался? Ты не похож на человека, у которого нет вариантов, как выжить, и он идет к Лютым.

— А может, я всю жизнь мечтал сюда попасть и чтобы на меня орали и называли мясом, — усмехнулся он.

— Я же серьезно… — я надула губы.

— Если серьезно, то моя семья погибла пару лет назад. Мы жили у приграничья. И однажды ночью в дом ввалились проклятые. В ту ночь я выбрался из дома повидаться с… эммм…

— Говори прямо! С девушкой.

— Ну да, — Ноа неловко откинул волосы с лица. — Я добивался одной девушки. И меня не было дома. А когда я вернулся, то нашел своих родителей и сестру изодранными в клочья.

— Прости… Прости, что спросила…

— Я почти смирился с их гибелью. Я жил в приюте и ждал совершеннолетия, чтобы попасть к Лютым. Я хочу стать сильнее. Хочу уметь защищать людей и находиться рядом. Не хочу снова терять моих близких людей, — прошептал он.

Я встала с кровати и подошла к нему. Он поднялся мне в ответ, и я сжала его в объятиях.

— Знай, ты теперь не один. У тебя есть как минимум я.

— И я рад, что у меня появился такой друг, как ты, Лил, — с улыбкой произнес он.

Я улыбнулась Ноа в ответ.

Глава 6. Катастрофа

Утро началось с катастрофы. После ночного дождя лагерь пропах сыростью леса. Холодный ветер пробирал до костей. Да еще и весь отряд уехал, кроме чертова Оди. А это значило, что все тренировки сегодня пройдут с ним.

Твою же мать.

— Сегодня у нас план тренировок меняется. Утром будет общая физическая подготовка. Днем — спарринги, и вечером — тренировка на мечах.

Мы с Ноа удивленно переглянулись.

Сегодня первая тренировка на мечах, и проводит ее Оди.

Это не значило ничего хорошего.

— И начнем как обычно. Тридцать кругов вокруг лагеря. Номер пять — сорок кругов, — с ехидной ухмылкой произнес он.

Я сглотнула, но промолчала. Одному я научилась с Оди: чем меньше я буду показывать своих эмоций, тем меньше интереса я вызываю у него. Поэтому буду тише воды и ниже травы.

Смущало меня только одно — спарринги, которые начались сразу же после обеда.

— Номер пять, ты без пары, — Оди ухмыльнулся. — Я составлю тебе компанию.

У меня похолодело внутри.

— В круг, — приказал он.

Я вышла. Ноги дрожали то ли от бега, то ли от волны нахлынувшего страха.

— Покажи мне, как ты научилась защите, — бросил Оди и ударил.

Я не успела уклониться. Кулак пришелся в плечо. Боль вспыхнула и разлилась по руке.

— Слабо, — сказал он. — Еще.

Следующий удар пришелся в живот. Я согнулась, выдыхая воздух.

— Защищайся, мясо!

Я подняла руки, но он бил снова и снова. В ребра, в лицо, по ногам. Я упала. Губа была разбита. Кровь текла по подбородку.

— Встань, — сказал Оди.

Я встала.

— Еще.

Он ударил меня по лицу. Я пошатнулась, но устояла.

— Ты слабая и беспомощная, — прошипел он. — Ты сдохнешь первой. И твое мясо съедят проклятые.

Он подошел и плюнул на меня.

— Чего вылупились? — Оди повернулся к остальным. — Продолжайте еще полчаса спаррингов. — Он наклонился ко мне и поднял за волосы мою голову. — А с тобой, мясо, увидимся вечером. На тренировке с мечами.

Все внимательно уставились на меня, но под взглядом Оди продолжили спарринг. Как только Оди скрылся, Ноа подбежал ко мне и помог мне подняться.

— Ты как? Живая? — спросил Ноа.

— Я не знаю… — мой голос дрожал от боли. — Ноа, я боюсь. Боюсь, что он меня убьет на тренировке.

— Я ему это не позволю, — с решительностью ответил он.

— Тогда он и тебя убьет.

Ноа сжал челюсть.

— Тогда умрем вместе. Я обещал защищать тебя.

Ноа помог добраться до палатки и обработать мои раны. Все тело покрывали синяки и кровоподтеки. Лицо было разбито. Я судорожно попыталась сделать вдох и почувствовала, что не могу вздохнуть полной грудью от боли.

Черт.

Похоже, он сломал мне ребро. В голове я начала судорожно перебирать, что мне нужно.

— Ноа, мне нужна аптечка.

— У меня ее нет, Лили. Надо идти за аптечкой отряда.

— Тогда пошли, — сказала я.

— А ты сможешь? — с сомнением он уставился на меня.

— Или так, или я не переживу еще и вечернюю тренировку.

Поддерживая меня, Ноа выдвинулся в сторону корпуса. Аптечка располагалась рядом со столовой. Боясь наткнуться на Оди, мы двигались вдоль стен короткими перебежками.

В кабинете я нашла все, что мне было нужно.

— Подай чашу. И воду.

Ноа уставился на меня.

— Ноа, очнись. Чаша. Вода.

Ноа кивнул и быстро все мне принес.

Я нашла травы, которые убирали боль, травы для сил и травы от синяков. Я начала быстро смешивать. Сделала несколько порций обезболивающего и для силы. Подготовила примочки.

— А теперь убираемся. Быстро.

Мы выдвинулись обратно.

— Лили, ты знахарка? — прошептал он на обратном пути.

— Я хотела быть ею. Но обстоятельства не дали.

— И ты знаешь, как лечить?

Я кивнула ему в ответ.

— Замечательно. Наши шансы тут стремительно растут!

В палатке я наложила примочки и выпила обезбол. У нас в запасе остался час. Сомневаюсь, что за час случится чудо. Но я сделаю все, что будет зависеть от меня.

Я стояла по стойке смирно вместе со всеми. Номер один и два косились на меня с довольной ухмылкой.

Уроды.

Номер три предпочитал меня игнорировать.

Я слышала шаги. К нам шел Оди.

Он нес мечи.

Кинув их на землю, он встал перед нами, держа один из мечей.

— Поднять мечи, — приказал Оди.

Я попыталась взять свой меч, но больное плечо не позволило его поднять.

— Номер пять, я что приказал? Подними меч! — он начал орать на меня.

Скрипя зубами, я подняла его вверх.

— А теперь, желтопузики, вы должны отбить мой удар. Номер пять, ты первая. Вперед.

Я еле держала меч. Не представляю, как я должна еще его и отбить.

Чтобы ты сдох, Оди.

Я встала перед ним и подняла его в стойку.

Оди замахнулся на меня, но я отбила его удар. Волна боли прошлась по моему телу. Со стоном я опустила меч.

— Подними, — прорычал он.

Я. Больше. Не. Могла.

— Я сказал поднять! — заорал он. — Если ты не сделаешь это, я проткну тебя этим мечом.

За спиной послышались смешки.

Я обернулась. Ноа стоял наготове бежать ко мне. Но следом Оди проткнет и его.

Я сделала попытку поднять, но силы покинули меня. От отчаяния слезы потекли по моему лицу.

— Ты не заслуживаешь быть живой, кусок мяса, — Оди сделал замах.

— Что здесь происходит? — разнесся низкий голос по полю.

Кай.

— Оди, почему новички с мечами? Тренировки должны были начаться не раньше следующей недели.

— Я решил устроить досрочное обучение, — ухмыльнулся тот.

Взгляд Кая перешел на меня. Он внимательно изучил мое лицо, затем скользнул по телу. Кай явно заметил, что мои руки дрожат и что тело было в согнутом положении.

— Почему номер пять в таком состоянии? — спокойным, но ледяным голосом произнес он.

— Спарринг, — пожал плечами Оди.

— Кто?

— Я.

Кай оглянулся на всех остальных.

— Тренировки на сегодня окончены. Возвращайтесь в палатки.

Кай еще раз посмотрел на меня.

— Номер пять, останься. Оди, с тобой поговорим позже.

Оди фыркнул и ушел в здание.

Кай подошел ко мне вплотную. Он, не спрашивая меня, начал прощупывать мое тело. Я кривилась и ойкала от боли.

— Что сломано? — спросил он.

— Ребро, возможно вывих плеча, — полушепотом сказала я.

— Плохо. У нас нет здесь лекаря. Он погиб несколько месяцев назад, а нового нам так и не прислали.

— Я могу сама. Если мне принесут, что нужно, я сама.

Кай удивленно поднял бровь.

— Скажешь, что нужно, я сам принесу. Вроде должно было что-то остаться, что помогает быстрому срастанию костей. Завтра ты отдыхаешь. А послезавтра я лично начну твою подготовку.

— Ты говоришь серьезно? — удивилась я.

— А ты видишь на моем лице улыбку? — спросил он. — Одного Райна тебе недостаточно для подготовки.

Он подхватил меня на руки и понес в сторону палатки. От неожиданности я потеряла дар речи. Я вцепилась в него, вдыхая запах дерева и лимона.

Сегодня моим чудом, которое помогло пережить этот день, стал Кай.

Глава 7. Головная боль.

Я разлепила глаза, пытаясь понять, который сейчас час. Койка Ноа была пустая. Я попыталась пошевелиться, но по телу прошла волна боли, и я застонала. Я подняла кофту, чтобы проверить синяки. По коже расплывались фиолетово-желтые пятна.

Хорошо. Это значит, что еще день припарок — и синяки уйдут. Около палатки послышался шум, и я повернула голову.

На входе стоял Райн. Его лицо было обеспокоенным. Он подбежал ко мне и схватил лицо, внимательно его осматривая.

— Ты в порядке, Лил? Что он тебе сделал?

Я положила голову на его ладошку, прижимая ее к себе. Мне так необходимо было его тепло, чтобы пережить все эмоции вчерашнего дня.

— Я жива. Пара переломов и несколько синяков, — прохрипела я.

— Меня опять не было рядом. Мы были на задании. Кай сорвался вчера в лагерь по важному делу, а мы вернулись только полчаса назад. Я встретил Ноа, и он мне все рассказал.

Райн начал осматривать меня и споткнулся о корзину. Он удивленно опустил голову, как и я. Около кровати в корзине были лекарства и бинты.

Кай.

Он обещал мне все предоставить и, видимо, пока я спала, все принес.

— Помоги мне, — простонала я. Райн помог мне нормально сесть.

Я достала бинты из корзины.

— Обмотай мне плечо, я сама не смогу, — я стянула кофту, оставшись в одной нагрудной повязке. Райн сжал губы, разглядывая все синяки на моем теле, которые появились за последние сутки.

— Я убью его, — прорычал он.

— Нет. Не делай ничего, Райн, — взмолилась я. — Я не хочу, чтобы у тебя были здесь проблемы. Тебя не оставят в отряде, если ты будешь нападать на своих.

Челюсть Райна сжалась, но он согласно кивнул. Райн достал бинт и начал фиксировать больное плечо.

Я сморщила нос от боли. Но я-то понимала, когда Райн зафиксирует, мне станет легче. И я смогу завтра вернуться в строй.

Закончив, он сел рядом со мной.

— Что-нибудь еще?

— Ребра. Их нельзя бинтовать туго. Это мешает дышать и может привести к воспалению. Мне нужна повязка для поддержки, но не сдавливающая. И обезболивающее.

Райн нахмурился, но не стал спорить. Он нашел мягкую ткань и аккуратно закрепил ее вокруг моей груди достаточно плотно, чтобы я чувствовала поддержку, но не настолько, чтобы я задыхалась.

— Теперь самое трудное, — сказала я. — Надо дышать глубоко. Даже если больно. Иначе легкие могут воспалиться.

Я сделала вдох и поморщилась.

— Еще раз, — сказала я себе.

Райн молчал. Но я видела, как он сжимает кулаки.

Райн поставил корзинку передо мной, и я начала собирать травы. Мне надо снять воспаление, уменьшить боль и снова припарки. Я нашла травы, про которые говорил Кай, помогающие быстрому срастанию. Все приготовив и выпив, я улеглась обратно в кровать.

— Тебе надо поесть, — произнес Райн. — Я принесу тебе.

— Нет, — сказала я. — Не хочу, чтобы Оди был доволен, что победил меня. Я покажу, что я в строю, и приду на обед.

— Ты уверена?

Я кивнула. Райн помог мне встать. С повязками стоялось намного проще. Пульсирующая боль в теле понемногу утихла. Райн помог мне натянуть одежду, и мы выдвинулись в столовую.

— Ты не переживаешь больше, что нас увидят? — спросила я.

— Мне уже плевать. Все и так знают, что я тебя тренирую. Кай растрепался, — выпалил Райн. — Да и что они сделают теперь, когда Кай заступился за тебя?

Я пожала плечами. Мы шли по тропинке, когда услышали голоса. Я остановилась.

— Ты перешел границы, Оди, — спокойно сказал Кай. — Я не потерплю, чтобы мои новички выходили из строя до первого боя.

— Она слабая. Я готовил ее к реальности.

— Ты калечил ее. — В голосе Кая появился лед. — Еще раз — и ты пойдешь в разведку один. Понял?

Оди промолчал.

Я обернулась на Райна, чтобы увидеть, слышал ли он это. Судя по выражению лица — да.

— Я бы просто набил ему морду. Чтобы знал свое место, — пожал плечами Райн.

— Почему Кай терпит Оди?

Райн помрачнел.

— Оди — человек короля. Его прислали сюда, чтобы он следил за Каем. Кай не может его убрать, пока Оди не сделает что-то, что нельзя будет списать на тренировку. И еще... Оди хорош в бою. Очень хорош. Кай не может позволить себе потерять такого бойца перед битвой.

После обеда он проследил, чтобы я вернулась в палатку, и ушел по делам. А я провалилась в восстанавливающий сон до самого утра.

Утром я пришла на тренировку рано. Еще никого не было, кроме Кая.

Кай стоял, опершись на дерево, и смотрел на тренировочное поле.

— Доброе утро, — несмело поздоровалась я.

Кай скользнул по мне взглядом, и в уголке его губ мелькнула улыбка.

— Выглядишь ты намного лучше.

— Спасибо, Капитан. Спасибо, что спас меня и что принес лекарства, — сказала я.

— Я не сделал ничего особенного. Это мой долг, — небрежно ответил он.

— Для меня это все очень важно…

Кай подошел ближе, внимательно рассматривая меня. Я опешила, когда он оказался так близко, что его грудь почти касалась моей. Он вглядывался в мои глаза, будто искал ответ. Но я совершенно не понимала, на какой именно вопрос он его ищет.

Он нежно поднял своей рукой мой подбородок, чтобы я не могла отвести от него свой взгляд. Сердце пропустило удар. Я смотрела в его карие глаза и тонула в их глубине.

— Я все никак не могу понять, что же в тебе такого особенного, — произнес он полушепотом.

— Ничего, — тихо ответила я. — Я совершенно обычная.

— Это не так, — он провел большим пальцем по моему подбородку и отступил назад.

Кай оперся снова о дерево, как будто несколько секунд назад не касался с нежностью меня.

Я не знала, что сказать. Я стояла и смотрела на него, чувствуя, как пылают мои щеки после его прикосновений.

Тренировка прошла как обычно, разве что Кай старался не использовать на мне приемы, которые могли навредить моему состоянию.

После обеда должна была быть тренировка с Оди. Я шла на нее, подрагивая, но старалась держать себя в руках.

Даже несмотря на то, что Кай ему угрожал, я не уверена, что этот мудак может резко поменять свое поведение. А еще сломанное ребро не давало мне возможности бегать и дышать.

Я подошла к началу занятия последней. Оди покосился на меня.

— Десять кругов вокруг лагеря. Кроме номера пять. Тебя ждут на тренировочном поле для занятий. С нами ты заниматься больше не будешь, — выплюнул он с ненавистью.

Все новички покосились на меня, включая Ноа. А затем побежали.

Я развернулась и ушла в другую часть лагеря. Чувство дежавю охватило меня, когда у дерева все так же был Кай.

— Я думала, что у Капитана есть более важные дела, чем заниматься со свежим мясом, — произнесла я.

Кай ухмыльнулся.

— Это мясо стало теперь моей головной болью. Номер пять, напомни мне свое имя.

— Ты хочешь знать мое имя? А разве не ты ли говорил, что до первого боя мы всего лишь номера?

— Говорил.

— Так что же изменилось? — спросила я.

На что Кай мне не ответил, лишь пожал плечами и уставился на меня. Молчание затянулось.

— Лилия, — выпалила я, — меня зовут Лилия.

Он подошел, сжал мою ладонь.

— Кай, приятно познакомиться, Лилия.

Я смотрела на его ладонь, все еще держащую мою. И на его карие глаза.

Великая Амира, эти глаза могут стать моим проклятьем.

— А теперь, раз мы познакомились, можем начать тренировки. Ты должна стать сильнее, Лилия.

Я кивнула ему в ответ и вышла на тренировочное поле.

Тренировка с ощутимым успехом

Кай поднялся и отошел на несколько шагов.

— Покажи мне удар, который ты отрабатывала с Райном.

Я замерла. Мысленно я знала, как это делается. Но тело еще не верило, что у меня получится.

— Я не...

— Не думай. Просто сделай, — сказал он.

Я вдохнула. Шаг, разворот, удар. Моя ладонь встретила его грудь. Он слегка качнулся назад.

Я замерла, не веря своим глазам.

Кай усмехнулся, потирая место удара.

— Неплохо. Райн тебя хорошо научит.

— Я сделала это? — выдохнула я.

— Ты сделала это. — Он кивнул. — А теперь попробуй еще раз. Но на этот раз приложив силу.

Я улыбнулась. Впервые за долгое время.

После тренировки я сидела на скамье, пытаясь отдышаться. Кай стоял рядом, глядя в сторону леса.

— Я не думала, что смогу, — сказала я тихо.

— Сможешь что?

— Научиться. Стать сильнее. Я думала, что это просто мечта.

— Мечты становятся реальностью, когда за них платят, — сказал он, не оборачиваясь. — Ты платишь. Своим временем, своей болью, своим страхом. Поэтому ты здесь.

Я смотрела на его спину.

— А ты? Ты заплатил?

Он не ответил сразу. Тишина затянулась, и я уже думала, что он не скажет ничего.

— Я заплатил, — сказал он наконец. — И иногда мне кажется, что я до сих пор плачу.

Следующие дни потекли в новом ритме. Каждое утро тренировка с Каем. Каждый вечер с Райном. Днём бег и отработка ударов с Оди.

Я падала. Я вставала. Я падала снова.

Но теперь я знала, что могу. Что я могу научить его сражаться.

Кай перестал быть для меня просто капитаном. Он стал кем-то, кому я верила. Не потому, что он был красивым. А потому, что он никогда не сдавался, когда я была готова сдаться.

В конце каждой нашей индивидуальной тренировки Кай взял себе за правило кидать мне яблоко. В первый раз я этому удивилась, спросив: за что? Он же просто пожимал плечами и уходил. Потом я стала ждать его — моего яблока. Для меня это стало кусочком награды и мотивации в тренировках. На моем лице чаще стала появляться улыбка. Я чувствовала себя сильнее и увереннее. И мне хотелось думать, что теперь я справляюсь с любой трудностью.

Близился день, когда нас должны отправить на первое наше задание. Новички все заметно нервничали. Ноа прожужжал мне все уши, разбирая все возможные ситуации, как мы можем умереть.

Вечером я направилась на ужин вместе с Ноа. Сегодня тренировки с Райном не было, потому что он и часть отряда находились на задании. В столовой было довольно шумно, когда я зашла.

Я машинально посмотрела на обычное место, где сидели Кай и Дейзи.

Но Кай сидел один.

Дейзи не было на его коленях.

Она сидела с краю стола, надув губы и исподлобья глядя на меня.

Ноа тоже посмотрел на меня.

— Неужели они расстались? — спросил Ноа, садясь рядом.

— Это не наше дело, — ответила я, но сама не могла отвести взгляда.

Кай поднял голову. Наши глаза встретились. Он не улыбнулся. Просто смотрел. А потом перевел взгляд на тарелку, будто ничего не случилось.

Ноа хмыкнул.

— Наш Капитан в последнее время какой-то странный.

Я промолчала.

Я не знала, что между ними произошло. Может быть они поссорились, а может случилось что-то серьезнее. Но Дейзи сидела отдельно, и ее взгляд был направлен на меня так, будто я была в этом виновата.

Я попыталась не думать об этом. Но мысли возвращались.

Глава 8. Проклятые

После ужина мы с Ноа ушли на окраину лагеря и устроились на земле. Сердце трепетало перед первым боем и не давало уснуть.

— Лили, давай сломаем им статистику и оба выживем, — прошептал он.

Я грустно ему улыбнулась.

— Мне нравится твой план. Но лучше пообещай мне, что ты будешь бороться, несмотря ни на что.

— Давай лучше дадим эти клятвы друг другу. Я хочу после боя выпить с тобой по кружке эля. Я буду горланить песни, а ты будешь мне подпевать.

— Только ради таких планов и стоит выжить, — улыбнулась я ему.

— Ты не представляешь, сколько у меня планов! А потом мы будем веселиться всю ночь. Напьемся до чертиков, дождемся, когда все уснут, стащим трусы Оди и повесим их как флаг над лагерем. Только представь, он просыпается голый, а его трусы колышутся над его головой!

Я начала смеяться. Ноа подхватил мой смех. Мы лежали и смеялись, пока усталость к нам не подползла. Я сжала ладонь Ноа.

— Я рада, что повстречала здесь тебя.

— Я тоже. Это один из самых лучших моментов в моей жизни.

Мы лежали на сырой земле и смотрели на звезды. Я пыталась насладиться этим моментом. Наступит завтра — и всё изменится. И я даже не знаю, смогу ли я увидеть эти звезды еще раз. Я глубоко вдохнула свежий ночной воздух, пытаясь насытиться им как можно больше. Ноа тоже внимательно смотрел на звезды рядом со мной.

Я очень хочу жить. Я буду стараться завтра выжить, несмотря ни на что.

После завтрака на утреннем сборе новичков к нам присоединились члены отряда. Я окинула взглядом подходящих к нам людей. Первым я замечаю Райна, и напряжение в моем теле немного ослабевает. Если с нами идет Райн, значит, мои шансы возрастают. Райн проходит мимо меня и подмигивает. Я бросаю в него улыбку.

Следом идут светловолосый Эмир, за ним идет хмурый и суровый Зейн, Дан и замыкает шествие отряда — Кай.

Кай тоже идет с нами. И не идет Оди.

Чувство облегчения накрывает меня, и я перевожу взгляд на Ноа. Он тоже выглядит довольным текущей ситуацией.

— Доброе утро! Сегодня важный день, поскольку именно сегодня мы выясним, сможете ли вы стать частью нашего отряда, — Кай обвел взглядом каждого из нас, а затем остановился на мне. — Ваша цель — выжить. Вы должны сражаться и показать себя. Показать, что мы не зря тратили на вас свое время, обучая каждого из вас.

Кай прошел мимо нас и встал рядом со своим отрядом.

— Никто из вас не будет брошен на смерть в одиночестве. Мы ценим человеческую жизнь, поэтому рядом с каждым из вас будет один из членов отряда. Назначения следующие: номер один будет в паре с Райном.

Я видела, как Райн скривился от этой новости. И я его прекрасно понимаю. Сопровождать и защищать такого мерзкого типа — то еще удовольствие.

— Номер два с Эмиром, — продолжил Кай. — Номер три с Даном.

Остались только Зейн и Кай. Я внимательно смотрела, как взгляд Кая блуждает по мне. После наших тренировок он не позволит кому-то другому быть в паре со мной. Я уверена. Кай выберет меня.

— Номер четыре с Зейном. И номер пять со мной.

Я видела, как на лице Райна мелькнуло разочарование. Почему он разочарован? Лучшего напарника мне точно не найти, чем Кай.

Кай встал перед нами, развернул карту и указал на северо-восточную окраину.

— Деревня Лира. Три дня назад разведка прошла через нее. В домах никого. Жители либо ушли, либо погибли. Наша задача — проверить, не осталось ли там проклятых, и зачистить, если они есть.

— А сколько их может быть? — спросил номер один.

— По данным разведки — не больше десяти. — Кай поднял глаза от карты. — Это стандартная зачистка. Вы идете с нами, чтобы увидеть, как это делается. Ваша цель — выжить и не мешать.

Я переглянулась с Райном. Десять проклятых. Звучало почти просто.

— Путь предстоит долгий, поэтому рассчитывайте на ночевку в деревне, — продолжил Кай. — В лагерь мы вернемся завтра вечером. Возьмите достаточно еды и сменной одежды. У нас каждый сам заботится о своих нуждах. Нянек здесь нет. У вас десять минут собрать вещи, и жду всех у ворот лагеря. Порции еды можете взять в столовой, вам их уже приготовили.

Кай кивнул в сторону столовой, развернулся и ушел. Я смотрела на его широкую спину, пока она не скрылась за углом. Передо мной появился Райн.

— Райн, я уже думала, что не увижу тебя, — произнесла я.

— Я тоже так думал. Но мы поздно ночью вернулись с задания, и Кай сразу мне сказал, что я с вами. Я рад, — он подошел и сжал меня в объятиях. — Я рад, что буду рядом. У тебя только одна задача, Лил. Выживи.

Я кивнула ему в ответ и вырвалась из объятий.

— Нам пора. Я пошла за вещами.

Мы разошлись каждый в свою сторону.

После инструктажа я побежала в жилой корпус за вещами. На кровати меня ждал новый комплект формы. Темная и плотная ткань казалась тяжелее, чем обычная одежда.

Я натянула ее. Ткань сидела плотно, но не сковывала движения.

— Это защита от укусов, — сказал Райн, появившись в дверях. — Проклятые не смогут прокусить ее. Но помни, она не защищает от ударов ножом. И шею лучше прикрывать. Там ткань тоньше.

Я провела пальцами по воротнику. Он действительно был мягче, чем остальная ткань.

— Спасибо, — сказала я. — Я запомню.

Мы собрались у ворот. Кай обвел всех взглядом и внимательно осмотрел каждого:

— Мы идем по опасному маршруту. Напарники прикрывают друг друга. Пары идут на расстоянии десяти шагов. Не должно быть кучи и массы. Громкие разговоры также не приветствуются. Нам нельзя привлекать проклятых.

Проклятых. Волна мурашек пробежала по телу.

Я никогда не видела проклятых. Только читала о них в книгах и слышала рассказы тех, кто с ними сталкивался.

Мама рассказывала, что их глаза пустые. Как у рыбы на прилавке. Смотришь в них и понимаешь: там никого нет. Кожа серая, местами потрескавшаяся, будто земля в засуху. Из трещин сочится сукровица, но они не чувствуют боли.

А зубы… я представляла их острыми, как бритва. Но мама говорила, что они не для укуса — для того, чтобы рвать. Отрывать куски плоти, не жуя, глотая, давясь, но не останавливаясь.

Боюсь ли я проклятых? Безумно боюсь. От мысли о встрече с ними дрожат руки от страха. Но я пришла сюда стать сильнее. Сильнее, чем мой страх.

Мы шли по лесистой местности, стараясь идти почти бесшумно. Кай шел рядом со мной и внимательно вслушивался в окружающий нас мир.

Я иногда бросала на него взгляды, внимательно рассматривая его напряженное и серьезное лицо. Его челюсть была сжата, а темный взгляд переходил от одного дерева к другому.

Местность сменилась с леса до поляны.

Вокруг царил густой туман, скрывающий всю опасность за собой. Наш отряд замедлил шаг. Впереди показались очертания темных домов.

Звенящая тишина в ушах. Я даже слышала биение своего сердца. Напряжение летало в воздухе такое густое, что тяжело было вдохнуть.

Кай поднял руку вверх и подозвал всех к себе. Отряд окружил капитана.

— Задача: зачистить поселок. Двигаемся организованно. Слева смотрят четные номера. Справа осматривают нечетные. Первыми всегда заходит член отряда, затем новичок. Вы должны прикрывать друг другу спины. — Кай внимательно осмотрел каждого, оценивая состояние, и перевел взгляд на меня. — Номер пять, третий дом справа. За мной.

Я кивнула и на полусогнутых двинулась за Каем. Мы медленно вытащили мечи из ножен.

Кай подкрался к дому и почти бесшумно открыл дверь. Затхлый воздух ударил в нос, и я поморщилась. Кай сделал несколько шагов вперед, и его фигура сразу растворилась в темноте дома.

Я медленно последовала за ним, повторяя каждый его шаг. Дав немного привыкнуть глазам, я смогла рассмотреть очертания фигуры Кая внутри. Он заглянул за угол, после этого повернулся ко мне и поманил меня к себе рукой.

Я подошла к его спине. Он указал направление, куда двинется он, мне указал следовать за ним.

Мы вошли в комнату. Слева от входа стоял старый диван, затянутый пыльным бархатом. Справа дверной проем, ведущий в соседнюю комнату. В конце комнаты находилось занавешенное окно. Единственный выход был у нас за спиной.

Кай осмотрелся. Я видела, как он просчитывает варианты.

В этот момент из соседней комнаты донеслось стрекотание. Тишина лопнула.

— У нас за спиной, — прошептал Кай, оборачиваясь к двери.

Но дверь уже начали загораживать. Тени проклятых заполнили коридор. Они шли из глубины дома, отрезая нам путь к выходу.

— К стене, — скомандовал Кай. — Они заблокировали дверь. Будем пробиваться через комнату.

Мы отступили к дальней стене, где за диваном было хоть какое-то пространство для маневра.

В комнату ввалился десяток проклятых. Они лезли из дверного проема справа и перекрывали вход, через который мы вошли. Кай сделал замах и с одного удара снес голову проклятому, пока другой попытался его схватить. Отбив его ногой, он попытался отрубить ему руку, но замах получился слабый, и меч застрял в теле проклятого. Кай оттолкнул его еще раз ногой, вытаскивая меч, попутно пытаясь отбиться от другого проклятого.

Я видела, как еще одна толпа надвигается на меня и пытается нас окружить. Я последовала примеру Кая и попыталась отрубить голову. Но мой меч сразу же застрял в шее.

Я попыталась вытянуть его, и проклятый двинулся на меня. Я запаниковала.

В этот момент Кай развернулся и отрубил голову, резко вернувшись к другим проклятым.

Двое двинулись ко мне, пытаясь схватить меня.

Я занесла меч, вспоминая, чему учил меня Райн.

Я шагнула вперед, вкладывая в движение все тело. Меч вошел в шею проклятого глубже, чем я ожидала. Но он все равно застрял.

— Выдергивай резко, — крикнул Кай, отбиваясь от двоих. — Не тяни! Рви!

Я дернула. Меч вышел, и голова проклятого покатилась по полу.

Я замерла на мгновение, не веря.

— Не останавливайся! — прорычал Кай.

Я развернулась к следующему. Теперь я знала, как это делается.

Его еще один проклятый тоже двинулся в мою сторону. Кая окружили еще пять прибывших проклятых.

Я попала.

Я занесла меч для удара, но тут кто-то дернул меня за ногу, и я упала. Проклятый пытался прокусить мои штаны, но у него ничего не получалось, поскольку одежда у нас была специальная, плотная.

Я ударила его ногой по лицу, а затем и по шее. Я била так сильно, как могла. Попутно пытаясь закрыть шею и лицо от проклятых надо мной.

Я ощутила дыхание одного из них на моей шее.

Это конец.

Проклятый провел носом по моей коже и замер. Как будто ждал чего-то.

Я быстро увернулась в бок, воспользовавшись паузой.

В этот момент подлетел Кай и отрубил ему голову.

Кай удивленно уставился на меня и подал руку. Мы отошли назад, давая себе больше пространства для боя.

— Нам нужно пробираться к выходу, — скомандовал Кай. Я встала к его спине, и мы медленно начали продвигаться к двери. Кай прорубал дорогу, я прикрывала его спину, отбивая удары проклятых и отрезая головы. Мы встали по бокам двери и начали рубить поток проклятых, которые не могли протиснуться толпой в дверь.

Я не помню, сколько прошло времени, но силы мои были на исходе. Кай отрезал голову последнему.

И я сползла по стене вниз.

— Не время отдыхать, Лилия, — он опустил взгляд на меня. — Мы не знаем, с чем столкнулись другие. Нужно проверить, что все в порядке.

Я поднялась на дрожащих ногах и попыталась взять себя в руки. Кай прав, это еще не конец.

Мы двинулись в соседний дом, куда ушел Дан и номер три.

Кай открыл дверь и влетел в дом, я следовала за ним. Дана зажали со всех сторон проклятые. А на полу лежало обглоданное тело номера три. С яростью Дан отбивался от них и, судя по количеству трупов, уже очень давно. Кай подлетел к нему и срубил три головы, следом я еще срубила одну. Дан замахнулся на последнего, и голова покатилась по полу.

— Что это, блять, такое, — прорычал Дан. — Какого хера тут столько проклятых.

— Меня мучает тот же вопрос, — холодным голосом сказал Кай. — Вставай и давай следом к другим.

Мы выбежали к дому, где был номер один и Райн. Пожалуйста, пусть с Райном будет все в порядке.

Кай двигался впереди, следом двигались мы. За дверью нас опять ожидал маленький кусок ада. Я видела толпы проклятых. Мы начали пробиваться туда, где раздавались крики.

— Ублюдок, — послышался голос Райна.

— Скорее, — скомандовал Кай.

Мы прочистили путь себе в комнату, похожую на спальню. Я услышала крик.

Когда я обернулась, я увидела Райна. Он стоял на пару шагов от номера один. Проклятый уже начал терзать его тело, а Райн просто смотрел. Его меч был в руке. Он мог бы ударить раньше. Но он не сделал ни одного движения. В комнате на полу в предсмертных судорогах лежал номер один. Его доедал проклятый.

Райн тем временем вытащил меч из проклятого рядом с собой и вытер его об штору. Затем подошел и отрубил проклятому голову.

Я застыла от ужаса при виде этой картины.

Кровь заливала весь пол. Номер один издавал хлюпающие звуки. Отчего мне стало тошно.

— Ему уже не помочь, — сказал Кай, окидывая взглядом. И я понимала, он прав.

Кай поднял меч и одним движением вогнал клинок в сердце номера один.

Я посмотрела на Райна. Он стоял с мечом в руке, и на его лице не было ни сожаления, ни раскаяния. Только усталость.

Я перевела взгляд на тело номера один. Тошнота сразу же подступила к моему горлу, и меня вырвало. Райн подошел ко мне и удержал меня на ногах.

— Вперед. Проверим две группы. И надо зачистить два дома.

Дан вытер кровь с лица рукавом и последовал за Каем.

— Ты в порядке? — тихо спросил Райн.

— Да, иди. Я за тобой, — тихо прошептала я, все еще ощущая этот кислый привкус во рту.

Перебежав дорогу, мы вошли в дом, где был номер два и Эмир.

Первое, что я увидела: номер два был мертв. В углу комнаты, зажав бок, одной рукой пытался отбиваться Эмир. Сквозь пальцы сочилась кровь. Мы распределились по комнате и начали зачистку. Через какое-то время мы добрались до Эмира.

Кай опустился к нему, проверяя рану.

— Сильно паршиво? — просипел Эмир.

— Тебе срочно нужна помощь. У меня кое-что есть из аптечки, — взгляд Кая перешел на меня. — Лилия, посмотри.

Я переглянулась с Райном и подошла к Эмиру. Нужно остановить кровь, а еще желательно проверить, что ничего внутри не задето. Не похоже на укус проклятого. Как будто его проткнули чем-то острым.

— Мне нужна чистая кипяченая вода, и дайте все, что есть в аптечке.

Кай открыл рюкзак и начал оттуда доставать лекарства.

Тем временем со спины послышался шум, парни напряглись и приготовились нас защищать, пока я лечу Эмира.

— С вами все в порядке? — послышался голос Зейна.

Я обернулась с надеждой в глазах. За спиной Зейна стоял Ноа.

Ноа жив.

Кай кивнул.

— Дан, останься с ними. Остальные за мной. Зачистим оставшиеся дома и подготовимся к ночевке.

Парни вышли.

Дан нагрел мне воду, и я попыталась смочить тряпки в ней. Очистив рану, я внимательно осмотрела ее. Рана была глубокой, но, кажется, не задела жизненно важные органы. Кажется. Я не могла быть уверена.

— Я сделаю все, что смогу, — сказала я, скорее себе, чем ему. — Но если начнется жар или кровь пойдет черная, у нас будут большие проблемы.

Эмир слабо кивнул.

Я начала зашивать рану, а затем приготовила лекарство и дала выпить Эмиру. Теперь оставалось только ждать. И следить за его дыханием.

— Ты и такое можешь? — удивленно спросил Дан. — Капитан знал, да?

— Он видел, как я со своими травмами справилась, — ответила я, проверяя пульс у Эмира.

Дан понимающе кивнул.

— Тебе надо отдохнуть, — сказала я Эмиру и перевела взгляд на Дана. — Ты можешь его перенести в другое место?

Я оглядела трупы проклятых вокруг и скривила нос.

— Давай на крышу. Я сейчас найду лестницу и устроимся на чердаке, — ответил он.

Дан поставил найденную лестницу, взял на руки Эмира и потащил его наверх.

Эмир застонал, пока его тащил Дан, и они достаточно быстро скрылись из вида.

Минутка тишины.

Я сделала глубокий выдох, пытаясь переварить события сегодняшнего дня, и продолжила готовить лекарства.

Я стояла и смешивала травы, когда дверь распахнулась. Кай влетел внутрь, схватил меня за плечи и прижал к себе.

— Теперь я уверен, — выдохнул он, — уверен, что это ты. Я тебя долго ждал.

Я не могла дышать. Его руки сжимали меня так, будто я была чем-то ценным. Его ладони скользили по моей спине, все крепче прижимая к его мускулистому телу. Во мне разлилось тепло, ноги подогнулись.

— Ты… ты о чём сейчас говоришь? — выдавила я.

Он отстранился, но не отпустил. Посмотрел в глаза.

— А разве ты не слышишь ее?

— Кого? — я ничего не понимала. — Кого «ее»?

Кай замер. Его руки ослабли. Он сделал шаг назад.

— Ты не… — он замолчал. — Прости. Я думал… Чёрт…

Он развернулся и вышел. А я осталась стоять посреди комнаты, прижимая руки к груди, и не могла понять, что только что произошло.

Сердце колотилось где-то в горле. Я провела рукой по тому месту, где только что были его пальцы. Я все еще чувствовала его прикосновения и тепло его тела. Кажется, я схожу с ума.

Я пыталась сложить в голове картинку происходящего, но чем больше я погружалась в это, тем все становилось сложнее. Кай расстался с Дейзи, он держится рядом со мной и выбирает меня в пару на задании. Он хочет меня защитить. А после сражения хватает меня в объятия и говорит странные вещи.

В нем скрывается намного больше загадок, чем я могу себе представить. Я хочу разгадать его.

Но я хочу не только этого.

Главное осознание в моей голове — я хочу Кая.

Глава 9. Признание.

Я сидела на полу рядом с Райном и смотрела на потолок. Я обвела взглядом спавший отряд. Ноа посапывал в углу. У Эмира уже спал жар, поэтому он находился в глубоком лечебном сне.

Мы обустроились на том же чердаке, куда Дан отнес Эмира, и вытащили лестницу наверх, чтобы обезопасить себе сон.

Райн дежурил первые два часа. Я была следующей, но не могла уснуть.

В голове прокручивались ужасы сегодняшнего дня, а тело окутывала дикая усталость.

Пожалуй, еще один дерьмовый день в мою копилку.

Я молча перевела взгляд на Райна и прошептала:

— Я видела, ты смотрел, как проклятый убивает номера один.

Райн посмотрел на меня.

— Да, Лил. Именно это я сделал. Номер один решил припомнить мой урок ему и толкнул меня в сторону проклятого, чтобы самому выиграть время.

Я застыла.

— Но как видишь, я более ловкий, чем он, — хмыкнул Райн. — Проклятый проскочил мимо меня на него.

— Ты мог ему помочь.

— Я мог, — согласился он. — Но не стал.

Я не знала, что сказать.

— Он хотел убить меня, — сказал Райн и пожал плечами. — А я просто не спас его. Это не одно и то же, Лил.

— Но почему ты жив? — спросила я. — Разве клятва не должна была...

— Убить меня за то, что я не спас его? — Райн усмехнулся.

Я кивнула.

— Клятва убивает за предательство. За побег. За прямой удар в спину. Но он толкнул меня под проклятого, чтобы спасти свою шкуру. В тот момент он сам стал предателем. Он перестал быть тем, кого я должен защищать.

— И магия это поняла?

— Магия понимает намерение. Если бы я толкнул его — я был бы мертв. Но я просто не стал вмешиваться. Это не нарушение. Это... — он замолчал, подбирая слово. — Это выбор.

Я не знаю, что я чувствовала. Мне было больно, но не от того, что погиб именно он. Для меня ценна сама человеческая жизнь. Но с другой стороны, возможно, я тоже хотела смерти этого ублюдка.

Я сжала ладонь Райна, не зная, как выразить свои эмоции. В ответ он просто кивнул, понимая меня.

После ночевки мы выдвинулись обратно в лагерь.

Дорога проходила все так же в тишине. Все мы шли за Каем.

А я прокручивала вчерашний день, анализируя произошедшее. Меня мучал один вопрос: почему проклятый меня не укусил? Почему он просто остановился?

В голове мелькнули мамины слова: «Это защитит тебя от проклятых». Могла ли сработать та самая защита? Я прикусила губу, обдумывая события, которые были задолго до того, как я оказалась здесь.

По телу пробежали мурашки. Кто-то на меня смотрел. И только один человек мог вызвать такую реакцию.

Кай.

Я подняла глаза на него. Кай внимательно разглядывал меня из-под плеча, продолжая идти впереди. Его темный взгляд скользил по моему лицу.

Я удивленно подняла брови, а тот лишь ухмыльнулся и отвернулся.

Может ли быть такое, что он знает о моей защите? Но тогда кто такая “она”, которая должна со мной говорить?

В голове крутилась куча вопросов. Но спросить прямо о них Кая — я не могла. Сказать это означает признать, что у меня есть защита. А этот секрет я не могла рассказать никому. Я поклялась маме, что сохраню этот секрет даже ценой своей жизни.

Пять лет назад

Я металась по комнате, подавая маме свежие бинты и забирая окровавленные. Сердце бешено колотилось. Мы должны были помочь ему.

На столе лежал мужчина лет тридцати. Его лицо было мертвенно-бледным. Пот стекал по его шее. Черные волосы прилипли к мокрому лицу.

У него было сквозное ранение и довольно паршивое. Мама пыталась остановить кровотечение, но ничего не удавалось. Со стола капала кровь и уже растекалась по всей комнате.

— Не сдавайся, мы еще не закончили, Дерек, — произнесла мама молящим голосом. Но мы обе понимали, что долго он не протянет.

Дерек с усилием поднял руку и схватил за рукав маму.

— Лиз, пожалуйста, остановись. Я знаю, что все хреново.

Мама замерла и посмотрела на Дерека.

— Ты должна мне помочь. Ради Аена, — прошептал Дерек.

Лицо мамы стало таким же бледным, как и у Дерека.

— Ты знаешь, кто она, — Дерек указал на меня. — Только она… может сохранить… Ты — нет… А она сможет…

Его речь становилась сбивчивой. Я удивленно перевела взгляд на маму. Та просто кивнула в ответ.

— Где она? — спросила мама.

Дерек поднял руку и показал место рядом с подмышкой.

— Тут… Забери… ее… Это одна из… Вальда… И пусть… Лилия ее… хранит. Она… спасет…

— Я сделаю, — произнесла мама, — ради Аена. Да избежит ее темная судьба.

Мама взяла в руки нож и сделала надрез. Из-под кожи мама достала бусину и убрала ее в коробку. Я зажмурилась. Я видела много ран, но никогда не видела, как мама разрезает целую кожу, чтобы достать что-то изнутри. Волна тошноты подошла к горлу.

— Сделай это… И никому не говорите… Вы будете в опасности… если… богиня… Не говорите…

Голос Дерека звучал все тише и тише, пока его глаза не закрылись. Грудь перестала вздыматься. Он умер.

Я услышала, как моя сильная мама всхлипнула.

Я не знала этого мужчину по имени Дерек. Я не знала, почему и зачем он отдал маме бусину. Но одно я знала точно: Аен — имя моего отца.

Парни по очереди помогали идти Эмиру. Сейчас настала очередь Райна и Ноа. Освободившийся Зейн направился ко мне и встал рядом.

— Ты молодец, Лилия. Поздравляю с посвящением! — он похлопал меня по спине.

Я удивленно на него посмотрела.

— Не думала, что ты знаешь мое имя. Вы же всех по номерам называли.

— Поверь, твое имя знает весь отряд. Не часто к нам заглядывают девушки добровольно, — хмыкнул он.

— Если можно… я бы хотела спросить тебя, — замялась я, косясь на черноволосого Зейна. Мне захотелось внимательнее его рассмотреть. На вид Зейну было лет тридцать. У него были серые глаза. Вдоль всей шеи тянулись длинные шрамы. Они выглядели довольно старыми, и похоже, как будто ему пытались разорвать глотку. Мурашки пробежали по телу.

Я думаю, он неплохой человек. Зейн помог Ноа. В целом, весь отряд мне кажется довольно неплохими ребятами.

— Спрашивай, — ответил он.

— Как ты сюда попал?

— Это не сильно веселая история. — Он замолчал и отвел взгляд вперед. — Я вместе с отцом и сестрой пытался спастись из земель, захваченных проклятыми. У нас не было ни сбережений, ни ценностей, когда мы добрались до столицы. Долгая ночевка под открытым небом дала осложнения по здоровью отца. Я пытался устроиться разнорабочим, но меня нигде не брали. Я слонялся по городу и помогал на мелких работах, пытаясь набрать денег хотя бы на еду. Однажды я задержался на одной из подработок. Когда я вернулся в заброшенный дом, где мы остановились, я увидел отца мертвым. Его убили. Я попытался найти сестру. Несколько дней я бродил по городу в ее поисках, пока не увидел, как выбрасывают ее холодное тело в подворотню.

Тогда я поймал этих уродов и выбил из них, кто это сделал. Тип оказался местной шишкой. Когда я перерезал ему глотку, меня схватили и отправили в тюрьму ожидать казни.

Но Кай, узнав о моей судьбе, смог выбить изменение приговора. И я оказался здесь.

— Мне жаль, — я положила руку ему на плечо и сжала ее.

— Здесь у каждого из нас сломанная судьба. Не нужно нас жалеть, — произнес он и бережно убрал мою руку со своего плеча.

Я молча кивнула ему в ответ, и мы продолжили свой путь до лагеря.

К вечеру мы добрались до нашего нового дома и уставшие завалились в столовую. Я не ожидала, что соберется весь отряд и накроют стол. Мы поскидывали в углу наши мешки с вещами и расселись. Рядом со мной устроились Ноа и Эмир.

Кай поднял руку, призывая к тишине. Шум стих.

— Прежде чем мы поднимем бокалы, — сказал он тише, — мы должны вспомнить тех, кто не вернулся.

Он назвал три имени. Я не знала их. Для меня они были просто номерами. Но для отряда они были людьми. После имен, кто-то опустил голову, а кто-то с другом глотнул. Я почувствовала, как Райн рядом со мной напрягся.

— Они погибли, выполняя свой долг, — продолжил Кай. — Даже если не все из них были хорошими людьми, они были частью отряда. Мы помним.

Он замолчал на минуту. Все стояли неподвижно. Я смотрела в пол и думала о том, что смерть — это имена, которые больше не назовут.

— А теперь, — Кай поднял голову, — давайте праздновать. За тех, кто выжил. И за тех, кого мы не забудем.

— За тех, кто выжил! — подхватил отряд.

— Сегодня у нас исключительный случай. Два новичка прошли посвящение и теперь они стали частью нашего отряда. Давайте дружно поприветствуем Лилию и Ноа!

Все зашумели, издавая разные звуки подбадривания. Когда все смолкли, Кай продолжил:

— Вы переезжаете жить в здание. И с завтрашнего дня присоединяетесь к нашим общим тренировкам.

Отряд еще немного пошумел.

— А теперь давайте праздновать! Таких хороших поводов у нас давно не было! За новичков!

— За новичков! — дружно повторили остальные. Все чокались стаканами и пили непонятную крепкую жидкость из них.

Ноа наклонился ко мне и произнес:

— Ты же помнишь, что я обещал? Сегодня мы должны напиться так, как будто это наш первый и последний раз, Лили. Поднимай свой бокал!

Я улыбнулась ему и залпом выпила жидкость. Она горящим теплом разлилась по всему телу, и голова слегка закружилась.

— Отлично! — с восхищением произнес он. — Знаешь, Лили, у меня был неудачный опыт с зельеварением. Решил однажды сварить эликсир бесстрашия — налил самогон, добавил грибов и крикнул заклинание. В итоге неделю разговаривал с деревьями, и одно из них назначило меня своим советником. Так что сегодня у нас примерно тот же коктейль — без рецепта и с гарантией, что завтра я попрошусь на поклон к дубу. Давай, за храбрость и странные последствия!

Я засмеялась и чокнулась с Ноа.

— Я тоже хочу сказать тост! — перебил шум Эмир. — Вот скажите, кто еще способен не только подлатать рану, но и не рассмеяться, когда пациент лепечет под зельями, что он — король эльфов? Лилия спасла мне жизнь и сохранила мою гордость в тайне. Так что за нее — единственную, кто знает все мои постыдные секреты! За Лилию!

— За Лилию! — подхватил Райн. А следом за ним и все остальные.

Мои щеки налились краской. Все уставились на меня, а я не привыкла к такому общему вниманию.

Весь вечер поднимались бокалы, и алкоголь лился рекой. Было много смеха, историй и теплоты. Я впервые за все время здесь почувствовала себя частью этого отряда.

Утром я с трудом открыла глаза. Голова раскалывалась, а живот сводило в спазме. Я попыталась понять, где я нахожусь.

Повернув голову, я увидела рядом сопящего Райна. Он лежал на соседней подушке, и его темно-русые волосы торчали во все стороны. Его грудь медленно поднималась и опускалась.

Я оглядела комнату. Большая кровать, шкаф и небольшая тумбочка. Комната выглядела довольно пустой. Я медленно встала с кровати и пошла в сторону открытой двери. Похоже, там располагался туалет и душ. То, что мне сейчас было необходимо. Я закрыла дверь и скинула с себя одежду. Забравшись под теплую воду, я попыталась вспомнить события вчерашнего вечера. Но в голове творилась какая-то каша. Наспех вытеревшись и одевшись, я проскочила комнату, попытавшись не разбудить Райна, в сторону столовой. Надеюсь, еще не слишком рано.

Я вышла из здания и на крыльце столкнулась с Каем. Его взгляд скользил по моим мокрым волосам и застыл на губах.

— Идешь завтракать? — низким бархатистым голосом сказал он.

— Ага, — ответила я, теряясь в его взгляде.

— Тогда пойдем, — сказал он и потянул меня за руку. Я удивленно зашагала за ним. На нем была белая рубашка и серые штаны. Волосы на голове тоже были влажными после душа. Интересно, эту ночь он провел один или с Дейзи?

Неожиданно Кай остановился.

— Что за… Это что? Трусы? — воскликнул он.

Я вышла из-за его спины и рассмеялась. Ноа сделал то, что обещал.

Я обернулась к Каю.

На лице Кая тоже появилась улыбка.

О, Амира! Что это была за улыбка. Его белоснежные зубы, его ямочки на щеках. От этой улыбки подкосились мои ноги.

— Я полагаю, ты знаешь, чьи они и кто это сделал, — повернулся он ко мне.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, Капитан! — сквозь смех произнесла я.

Мы отправились за едой. В столовой Кай сел рядом со мной. Вокруг не было ни души. Все отсыпались после вчерашнего веселья. Общая тренировка была только после обеда.

Кай ел завтрак, и периодически его взгляд перемещался на меня.

Я почувствовала себя неловко и, не успев прожевать кашу, я спросила его:

— Что? Зачем ты на меня смотришь? Что ты хочешь спросить?

— Почему ты здесь, Лилия? Я все не могу понять, почему такая, как ты, среди таких, как мы, — задумчиво произнес он.

— Каких таких? — уточнила я.

— Не знаю… Негодяев, убийц, мошенников. Мы все здесь за что-то, Лили. А ты совсем не вписываешься во все это.

— Вчера мне показалось, что я отлично вписалась в отряд, — выпалила я. Обида захлестнула меня.

— Черт, извини, я не про это, — Кай потер рукой шею. — Я имею в виду, что ты больше похожа на девушку, которая выходит замуж, благородно живет свою жизнь, лечит людей. А не шляется с бандитами по разрушенным селам и убивает проклятых.

— Ты просто не знаешь меня, — произнесла я.

— Именно поэтому я и задаю тебе этот вопрос. Почему ты здесь, Лили? — его темный взгляд уставился на меня.

— Потому что это был мой выбор, — произнесла я. — Это то единственное, что у меня осталось. Выбор. Мои родители умерли. Отчим хотел меня продать в рабство. Замуж он бы ни за что меня не отдал без большого выкупа. Но желающих не было. Совет отказал мне в лицензии знахарки. Мне оставалось либо смириться, либо пойти сюда. Я выбрала второе.

— А кем были твои родители? — спросил он.

— Мама была знахаркой. Она умерла два года назад. А отец… Не знаю, кем он был. Мама ничего почти о нем не рассказывала. Он умер еще до моего рождения.

Лицо Кая стало задумчивым. Я видела, как в его голове рождается сотня вопросов. Но он их не задал. Он кивнул и вернулся к своему завтраку.

— А что насчет тебя? — мой взгляд уперся в Кая. — Как ты оказался здесь?

— Поверь, моя история совсем не похожа на историю героя, — хмыкнул он.

— Я бы хотела знать твою историю, — тихо сказала я.

— Лили… — он замолчал. Как будто боролся с собой за те слова, что хотел мне сказать. — Я… — он перевел взгляд на меня, — хорошо. Мои родители погибли, когда я был ребенком. Я остался с младшей сестрой. Нас забрали жить в приют до совершеннолетия. Когда мы выросли, сестра заболела смертельной болезнью. Я отправился за лекарством.

Он замолчал.

— А потом?

— Потом я совершил преступление. Король мог казнить меня, но вместо этого отправил сюда. Назначил капитаном.

— Не понимаю, как ты тогда смог вытащить Зейна? — спросила я.

Кай откинулся на спинку стула.

— У меня есть право отбирать людей. Король дал его, когда понял, что Лютые — это не просто ссылка для преступников, а реальная защита границы.

— Почему он дал его именно тебе?

Кай помолчал. Потом сказал:

— Потому что я был кем-то другим. До того, как стать осужденным.

Он не сказал, кем. И я не стала спрашивать.

— Что ты сделал, что тебя осудили?

Он усмехнулся. Уголки губ дрогнули, но улыбка не появилась.

— То, о чем не говорят за завтраком.

— Кай…

— Все, Лили. Хватит на сегодня, — он встал, забрал тарелку и направился к выходу.

— Любишь копаться в других людях, но сам неприкасаемый? — крикнула ему в спину.

Кай повернулся ко мне и улыбнулся пустой улыбкой. Это не та красивая улыбка, что я видела полчаса назад. Эта улыбка больше напоминала оскал.

— А тебе бы хотелось больше меня касаться?

Я покраснела. Опять эти чертовы двусмысленные фразы.

Кай улыбнулся шире и вышел.

А я осталась сидеть, чувствуя, что он сказал не все. Или почти ничего.

После завтрака я вернулась в комнату Райна. Он растянулся в кровати и смотрел в потолок.

— Ты вернулась, — то ли радостно, то ли с горечью произнес он.

— А ты рассчитывал, что избавился от меня? Не на ту напал! — я прыгнула на кровать так, что его тело подбросило в воздух.

— Ну все, сама напросилась! — воскликнул он, закрутил меня в одеяло и начал щекотать.

— Ай! Пожалуйста! Райн! Отпусти! — умоляла я, но Райн меня не отпускал. Тогда я пошла на хитрый ход и укусила его.

— Бешеная! — закричал он и отпустил меня. Я выбралась из одеяла и села на краю кровати.

— Поскольку в этой комнате все проснулись, ты покажешь, где моя комната?

— Я же показывал тебе вчера, — сказал Райн и закатил глаза.

— Я совершенно не помню вчерашний вечер, — я потерла пульсирующие виски.

— Совсем? И даже как оказалась здесь? — удивленно спросил он.

— Не помню. Последнее, что помню, — мы поднимали тосты.

— Это было начало вечера, Лил, — с грустью в голосе произнес он. — Значит, ты абсолютно ничего не помнишь?

Я схватила подушку и ударила ей по Райну.

— Вот что тебе, балбесу, из слов “я ничего не помню” не понятно?!

Райн закрылся руками от моих ударов.

— Все! Все! Я все понял. Тогда поднимай задницу и пошли за мной. Я покажу тебе комнату.

Я перевела взгляд на него и увидела какую-то грусть в них.

Я шла за его широкой спиной по коридору и пыталась вспомнить вчерашний вечер. Тост, еще тост, смех. А потом тепло. Объятия. Ласковые прикосновения к коже, губам. Кто-то гладил меня по голове. Кто-то говорил тихо-тихо, но я не могла разобрать слов.

— Райн? — спросила я.

Он вздрогнул.

— Ты что-то говорил мне вчера?

— Ты спала, — резко ответил он. — Тебе приснилось.

Я не стала спорить. Но что-то в его голосе заставило меня замереть. Он сказал это слишком быстро, как будто хотел закрыть тему.

Я посмотрела на него, но он отвернулся.

Может быть, мне показалось. Может быть, я действительно ничего не помню.

Но осадок остался. Как будто он что-то скрывал. И это было неприятно.