Цитаты из книги «Крэнфорд», страница 3

Когда-то отец велел нам вести дневники, разграфленные пополам. На одной стороне мы должны были утром записывать, как, по-нашему, пройдет наступающий день, а вечером писали на другой стороне, как он прошел на самом деле. Некоторым людям было бы очень тягостно рассказывать о своей жизни таким способом... Я не хочу сказать, что моя жизнь была печальной, но только она оказалась совсем не такой, как я ожидала.

Но даже в минуты самого искреннего горя нас порой непрошено навещают забавные мысли.

Конечно, я мало что знаю о латыни, и возможно, это великолепный язык, однако, мне кажется, он не слишком полезен, во всяком случае, если судить по тем кусочкам, которые мне запомнились из писем старого священника.

Наша любовь к элегантности и неприязнь к мужской половине рода человеческого почти убедила нас в том, что быть мужчиной - "вульгарно".

Мне кажется, это очень счастливое состояние, а немножко легковерия только облегчает жизнь — во всяком случае, это лучше, чем всегда сомневаться и видеть везде трудности и неприятности.

 Та комната, бесспорно, заслуживала названия парадной, но подобно всему, что парадно, она не была ни приятной, ни удобной, ни уютной.

Мужчины — это мужчины. Любой из них желает, чтобы его считали Самсоном и Соломоном, вместе взятыми, таким сильным, что никто не способен побить его, и таким мудрым, что перехитрить его невозможно.

Дать волю слезам в чьём-либо присутствии - значит высказать непростительную слабость и неуменье сдерживаться.

Тем не менее над кухней тяготел призрак мужчины.

Безыскусственная доброта всюду завоевывает себе друзей.