Цитаты из книги «Мой лучший враг», страница 6

Меня захлестывает волна странного чувства. Я поймала чудовище, оно мое! Мое! Что это за чувство? Власть, эгоизм, жестокость? Я обладаю чудовищем. Я могу сделать с ним все, что захочу. Я посадила его в клетку, теперь оно мое. Оно больше не причинит мне вреда.

Полиция видится мне некой бессмысленной организацией, нужной только для того, чтобы развести кучу ненужных бумаг, а потом закрыть их. Это организация всегда казалась мне даже враждебной, никогда я не видела, чтобы кому-то она реально помогла, а не сделала хуже.

Мне удастся его вернуть! Мой Стас. Он все еще мой! Ему не спрятаться от меня под маской этого злобного монстра. Я смогу, смогу все вернуть! Все будет как раньше! Мне нужно много сил и терпения, но я смогу!

Я почувствовала надежду. И веру в себя. Веру в него. И необыкновенный прилив сил и смелости.

Я не отпущу тебя, Стас Шутов! Ни за что не отпущу!

– Телега старая, колеса гнутые, а нам все по#ую, мы е#анутые…

А я… а я устала, устала притворяться живой. Дорога, по которой я иду, ведет в Рай, но… Черт возьми, в Раю мне слишком тесно жить. Я хочу туда, где я буду живой. Где смогу чувствовать. Ненавидеть. Желать. Надеяться. Прощать.

Но… Моя нынешняя жизнь слишком легка. Проста. Безопасна. От нее не так-то просто отказаться.

Я хочу немного сил и мужества, чтобы вернуться обратно.

Я разрыдалась. Господи, позволь мне возненавидеть этого человека. Ведь ненавидеть гораздо легче, чем… Чем испытывать то, что я чувствую.

Через боль и страдания, которые я причиняю близким. Мне нужно было доказать самому себе, что я не один. Что я что-то значу для них.

Никто никогда так тебя не поддержит и не поможет тебе, как твоя семья. Проблема одного – проблема всей семьи. И не нужно прятаться от этого. Таков семейный долг.

Чужое счастье – это то, что сейчас нужно мне больше всего, ведь своего у меня быть не может.

– Я мразь, да? Только мразь способна на такое. Мне нет прощения. Я такой, какой есть. Вряд ли я изменюсь когда-то, – говорит Стас, медленно раскачиваясь.

Я не отвечаю. Жду, что он скажет дальше. И прислушиваюсь к своим ощущениям – что я чувствую к нему? Злость, ненависть, отвращение? С удивлением понимаю, что ничего этого… больше не испытываю. Я ощущаю только какую-то тягучую безнадегу, которая тянется где-то внутри подобно жвачке.