Читать книгу: «Молчание – золото»
«Молчание – золото» – художественное произведение, поэтому любые совпадения с реальными событиями и персонажами следует считать случайными.
«Молчание – золото!» – народная мудрость.
«Слово – не воробей, вылетит – не поймаешь!» – народная поговорка.
От одного из авторов
Повесть «Молчание – золото» относится к жанру полицейского детектива и показывает работу и тесное взаимодействие всех участников следственного процесса, особенно – судмедэкспертов, криминалистов и психологов.
Тема серийных преступлений и исчезновения несовершеннолетних всегда актуальны для общественности и правоохранительных органов во всем мире. К сожалению, у нас в стране тоже встречаются подобные трагические случаи.
При написании этой истории мне пришлось прочитать много интересного материала. Это и данные о серийных преступлениях, анализ криминальных поступков серийного маньяка А. Чикатило, психиатрический и психологический портрет предполагаемых серийных убийц; особенности клинических проявлений шизофрении. Весь этот материал серьезный и очень взрослый для подростка. Поэтому хочу выразить огромную благодарность моей дорогой маме, которая очень поддержала меня в моем начинании, консультировала меня по вопросам медицины и криминологии, а так же исправляла ошибки. Очень надеюсь, что наш совместный труд будет интересен как для моих сверстников, так и для взрослых.
ПЕРСОНАЖИ:
Евгения Новаченко – пропавшая, лучшая подруга Залюбовских и Плотницких.
Новаченко старшие: Алла Валентиновна – мама Евгении, помощник мэра;
Виктор Дмитриевич – папа Евгении, владелец кафе, депутат местного совета;
Вера Ивановна – бабушка.
Залюбовские: Брат и сестра Лиза (Лиз) и Данила (Дан);
Наталья – мама Лизы и Данила, хозяйка салона красоты;
Павел – отец Лизы и Данила, главный инженер-конструктор НИИ.
Плотницкие: Эля и Андрей (Андре) – брат и сестра;
Елена – мама Эли и Андрея, хозяйка ветеринарной клиники;
Борис – отец Эли и Андрея, начальник строительной фирмы.
Зоя Геннадиевна Мороз (Маразм) – классный руководитель.
Павличенко Максим Николаевич – мэр г. М.
Павличенко Олег (Олли) – сын мэра.
Матвей Матейко – соцработник.
Сидоренко Иван Потапович – начальник милиции, подполковник.
Кирилл Жуков, Алексей Марчук, Лидия Петриченко – следователи.
Виктор Демченко – Следователь убойного отдела УВД В-ой области.
Дмитрий Кононов, Богдан Киричек – оперативные работники.
Олег Колесниченко – Старший участковый инспектор.
Павел – эксперт-криминалист.
Стив Ларсен – спецагент Интерпола, психолог-аналитик.
Гаврилов Иван Григорьевич – судебно-медицинский эксперт.
Нелли Ивановна Краснопольская – врач – психиатр.
Глеб Ильченко – врач-интерн.
Тамара Петровна Козуб – соседка по даче Новаченко.
ЖЕРТВЫ:
Катя Иваненко – жертва № 1.
Зинаида Козуб – жертва № 2.
Кристина Власенко – жертва № 3.
Антонина Козаченко – жертва № 4.
Убийца.
Дед убийцы.
Время и место действия: 2012 год, районный центр М. В-ой области, Украина.
Часть первая
Хэллоуин
«Конец света должен настать 21 декабря. Как-то стремно все это… А если, и правда, наступит? Но Данила говорит, что это – полный бред! Иначе от ученых мы бы получили подтверждения будущего прилета инопланетян или катаклизмов. Ведь сейчас уже могут заранее предупреждать о землетрясениях или ураганах! Все-таки Данька лучше понимает эти вещи. Значит, не о чем беспокоится!», – так размышляла Лиза.
Она разложила на диване приготовленный костюм. До предполагаемого конца света оставалось всего 50 дней. Если он случится, то будет обидно погибнуть, так и не оставив в памяти перед этим грандиозного драйва. В этот момент Лиза даже не предполагала, что сегодняшний Хэллоуин для их компании станет роковым. Никто не мог предвидеть, что через несколько часов случится событие, которое станет, в определенном смысле, концом их привычного света.
Вообще молодежи всегда свойственно относится к жизни гораздо проще, чем взрослым. Но нагнетание обстановки различными экстрасенсами по телевидению и в научно-популярной (в «антинаучной», как говорил Данька) прессе, все-таки заставили Лизу и ее подружек немного нервничать.
Поэтому они решили сегодня оторваться по полной программе Хеллоуина! «Чего только ба недовольно бурчит по этому поводу? Вот мама и папа понимают, что мы хотим повеселиться. А она только ворчит все время, что теперь празднуют чужие праздники: Валентина, Хеллоуин, Николая! Забыла, как была молодая».
Старшеклассница беззаботно разложила на диване приготовленный наряд. Интересно, что скажет Андре, когда увидит ее костюм? А узнает ли он ее вообще? Андрей выбрал себе костюм «Крика», ее Данька будет одет в костюм Джейсона из «Пятницы, 13», а они с девчонками решили нарядиться сексуальными героинями сказок. Лично она будет Красной Шляпочкой с маской на лице. Впрочем, в масках должны быть все. Женька сказала, что будет Белоснежкой. Ей пойдет эта роль. Ведь она синеглазая брюнетка. Правда, уже без румянца на лице. Вообще, с подругой происходит что-то странное. Некогда самая взбалмошная, юморная, с искрящимися от смеха, глазами, в последнее время Женя стала просто неузнаваемой. Она не участвовала в их шумной возне на переменках, сидела грустная, и даже не подшучивала над Маразмом, по своему обыкновению. Так они прозвали свою классную руководительницу Зою Геннадиевну Мороз. Они понимали, что шутили несколько некрасиво, но и Мороз уже всех совсем достала. Получить хорошую оценку по химии стало просто невозможно. Как бы ты ни отвечал, Зое Геннадьевне было невозможно угодить. В участившиеся минуты откровения, химичка укоряла учеников во всех грехах современности: в низкой пенсии и зарплате, в том, что если бы не пятеро внуков, она никогда бы не продолжала работать с хамскими выродками, а сидела спокойно на пенсии и т. д. Короче, свое прозвище она вполне заслужила.
Но Женя в последнее время перестала реагировать даже на Мороз. А ведь ей была нужна отличная оценка по химии, ведь с недавнего времени они решила поступать в медуниверситет. Лиза пыталась разговорить Женю и развеселить. Рассказывала анекдоты, смешно гримасничала. Но все было напрасно. Женя словно застыла в какой-то отрешенности.
– Тебе, скорее, пойдет костюм Несмеяны! – несколько раздосадованно заметила Лиза.
– Я тебя просто не узнаю! Что с тобой происходит?
– Настроения нет! – инертно ответила подруга, рассматривая себя в зеркальце.
– Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду расскажи…
– Как у меня может быть настроение? Вы все остались красивыми, а я…
– Что ты? Ты – самая красивая из нас!
– Прикалываешься, что ли? Посмотри, что с моими руками, ногами, лицом!
– Да что такое? Все нормально!
– Это – нормально? Да, я мечтала о длинных ногах. Помнишь, я еще думала раньше о модельном бизнесе? А посмотри сейчас!
– Что сейчас? – искренне не понимала подруга.
– Ноги длиннющие, руки – нескладные, как у кузнечика… Нос – непропорциональный!
– Да что ты несешь? Все у тебя прекрасно! – недоумевала Лиза.
– Лиз, хватит меня успокаивать! Ты – лучшая подруга. Но у меня есть глаза! А живот как раскоровел!
– Джен, где у тебя живот? Ты о чем?
– Ой, все, не надо меня успокаивать! Пора уже в клинику ложиться! – раздосадованная Женя пошла домой, оставив Лизу в изумлении.
Ну, ничего, чтобы там она себе не надумала, сегодняшняя вечеринка развеселит и Белоснежку-Несмеяну. Лиза уже представляла, как будут пугать их мальчишки. Наверняка, будут бегать и орать дурными голосами. Но одно то, что вечеринка будет у сына мэра, уже интриговало. Хоть Олег тоже учился в параллельном классе, но ему уже почти исполнилось восемьнадцать. И отец купил ему классный частный дом с большим садом и двором. Дан уже был у него и говорил, что там есть, где развернуться.
Было уже почти восемь часов. Сейчас за ними должны заехать Плотницкие. В окно затарабанили и Лиза увидела бабушкин морщинистый палец.
– Элька зовет, выходите!
– Джейсон, ау! – осторожно просунула голову в дверь к брату Лиза.
Осторожно потому, что как-то ворвалась к нему в тот момент, когда он сидел голый. Тогда он даже не успел возмутиться, но она сделала вывод на будущее.
Брат шутливо замахнулся на нее окровавленной пилой.
– Тьфу на вас, окончательно подурилы! – возмутилась бабушка. – От что вы празднуете? Был бы жив дед, он бы вам показал в таком виде ходить!
– Ба, успокойся, все хорошо! – Данька чмокнул бабушку в морщинистую щеку, и Лиза последовала его примеру.
– Дурики, чтоб к 12 часам вернулись! Слышишь, Андрей?
– Баба Даша, будем даже раньше! – отсалютовал Дарье Григорьевне приятель внуков.
Андрюшка был почти на год старше остальных одноклассников. А значит – был самым старшим и ответственным. На самом деле – должен был быть, но – не был. Лиза знала, какие буйные ветры веяли у него в голове. Потому и увлеклась им так, что учеба не лезла в голову. Целыми вечерами только и сидела – мечтала, как Андре приедет за ней. Они оседлают его мотоцикл и поедут гонять по городу!
Это Женя, точнее – Джен, придумала когда-то всем аналог иностранного имени. Тогда она еще собиралась быть всемирно известной моделью.
– Вы что, всю жизнь чахнуть у нас в М.? Перед нами открыт весь мир! И там вас не будут звать Елизавета и Данила Залюбовские!
– А как будут звать? – заинтересованно спросил Данька.
– Лиз и Дан.
– А меня?
– Андре!
– Женя, а меня?
– Тебя – Кристи! Кстати, меня можете звать Джен.
– И мне придумай!
– А что тут думать? Виктория, значит – Викки!
– Я как же меня, тоже Викки? – обиженно спросила другая Вика.
– Нет, мы же вас тогда путать будем. Ты станешь Тори.
Все оживленно захлопали в ладоши. Умеет же Женя придумать что-то интересное! То есть, теперь – Джен! С того времени так и повелось. В компании они так и называли себя вторыми именами, представляя себя живущими в другом мире.
У Олега было круто. В саду горели разноцветные фонари. Фасад дома украшали мохнатые громадные лапы ели и бумажные гирлянды. На каменном крыльце лежали традиционные тыквы. Правда, в них горели не настоящие свечи, а электролампочки, под них стилизованные. Но это было даже круче! Громко играла музыка. Часть гостей уже танцевала.
– Мне повезло, что мои соседи молодые, – громко объяснял Олег, – Не будут кричать, чтоб вырубить музон в одиннадцать часов.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что я их пригласил. И они сейчас вместе с нами. Прошу вас их любить и жаловать! – Олег похлопал присутствующим соседям, засмущав тех окончательно.
– А сейчас все мобилки отдаете мне, а то потом по всему дому искать придется! – хозяин принялся собирать у присутствующих телефоны и складывать их в большую шкатулку.
– Конкурс! Конкурс! – закричали малолетки, требуя развлечений.
Олег планировал провести несколько конкурсов среди приятелей – на самый страшный, самый романтичный и самый сказочный костюм. Сын мэра так же пообещал, что победители получат поощрительные призы.
– А какие призы будут?
– Самый страшный герой получит право пострелять в моем личном тире… Самый сказочный отправится в сказку, которую сам захочет…А самый романтичный получит романтический ужин со своей парочкой.
Данька знал, что Олег ответственно отнесся к подготовке праздника. Одну из комнат он задекорировал под мрачную пещеру, в которой можно было затем регулировать освещение, вплоть до радужного. Да, повезло им иметь такого друга. В их компанию не входили всякие побирушки, которым не хватало денег на обед в кафе. Все были детьми обеспеченных и влиятельных родителей. А отец Олега будет мэром пожизненно, а не какие-то два срока. Потому что более подходящих для такой должности у них в городке нет. Поэтому у приятеля и есть возможность закатывать такие вечеринки. Сейчас Лиза найдет Джен и у них появится возможность пошалить в тайной пещере Олега.
– Конкурсы скоро начнутся! – заверил гостей хозяин.
– Отдыхайте пока.
Лиза подошла вплотную к Олегу и обняла его за плечо:
– Олли, а где Джен? Ты не видел ее?
Олег на мгновение задумался.
– А в каком костюме она?
– Белоснежки.
– Была где-то в зале. Или на втором этаже.
Лиза помахала рукой Андрею и пошла искать подругу. Гостей собралось довольно много. Но Белоснежку подруга неожиданно нашла на кухне, когда та что-то наминала спиной к двери.
– Ах, вот от чего ты поправляешься! – засмеялась Лиза и сзади стащила маску с Жени.
Подруга обернулась, и Лиза увидела, как на нее удивленно таращится Тори из параллельного класса.
– У тебя костюм Белоснежки?
– Да.
– Такой же должен был быть у Джен…
– Ну, что поделаешь? Значит, у нас одинаковые симпатии.
– А ты ее не видела?
– Нет.
– Странно. Давно должна была здесь быть…
Тори пожала плечами. Лизе пришлось возвращаться к остальным.
– Где Женя? – обидчивым тоном спросил брат.
– Я ее так и не нашла.
– А Олега спрашивала?
– Да! – с досадой ответила Лиза.
– Женька в последнее время совсем чудная стала, – недовольно констатировал брат.
Он надеялся феерически оторваться на Хэллоуин, а его девушка вдруг потерялась. Цену себе набивает, что ли? Он и так знает, что она стоит! Как, впрочем, и он! Вроде они не ссорились вчера? Или начались знаменитые неуправляемые критические дни?
– Олег, та Белоснежка – не Женя.
– А я чем могу помочь?
– Она тебе не звонила?
– Нет.
– Тогда придется ей звонить. Дай мне…
– Э-э, нет! Никаких звонков, я предупреждал! Никуда она не денется, придет. Ты бы пропустила такую вечеринку? Пойдем, сейчас начнем конкурс.
Олег потянул ее за руку и призвал всех к тишине. Многообещающий конкурс начался.
Где Женя?
Женя так и не появилась на вечеринке. Олег раздал мобильники лишь в конце вечера. Лиза стала названивать подруге. Но телефон у той был недоступен. Все это было странным. Лиза почему-то чувствовала безотчетный страх и никак не могла успокоиться. Андрей скомандовал всем идти в машину. Но вдруг у Лизы раздался звонок, который напугал ее еще больше.
– Лиза, это тетя Алла.
Но Елизавета и так узнала голос мамы Жени.
– Ты можешь позвать Женю, а то у нее телефон выключен…
Лиза замерла от нехорошего предчувствия.
– А она…разве не дома?
– А, так она уже дома? Тогда все нормально, а то мы у твоих родителей сейчас в кафе… Ну, извини. – Алла Валентиновна отключилась.
– Поехали уже, еще Кристи надо подвезти, – скомандовал брат.
Лиза пошла к машине, они шумно попрощались с хозяином вечеринки, загрузились и только отъехали, как вновь позвонила тетя Алла.
– Лиза, а Женя давно поехала домой? А то мы приехали, а ее нет!
– Нет? – беспомощно повторила Лиза.
– Но ее не было на вечеринке.
– Как «не было»? Она утром говорила, что пойдет.
– Мы тоже ее ждали. Но она не пришла.
– Так где же она? – встревожилась мама подруги, срываясь на крик.
– Что, Алла, успокойся! – услыхала в трубку голос дяди Вити Лиза.
– Женя пропала! – истерически закричала его жена.
– Что значит «пропала»? Подожди! – вырвал трубку отец Жени.
– Алло, кто это?
– Это я – Лиза, дядя Витя!
– Лиза, что с Женей?
– Я не знаю. Она должна была быть с нами на вечеринке, но не пришла.
– А вы разве за ней не заехали?
– Нет.
– А почему?
– Потому что она сама не хотела. Сказала, что соберемся у Олега. Типа, сюрприз готовила всем.
– Чушь какая-то! Где она может быть?
– Здесь только.
– Но ее же нет! Дай мне Олега.
– А мы уже уехали от него.
– Ладно, я сейчас Максу позвоню, – только такие старые и неразлучные друзья, как Залюбовские и Плотницкие могли позволить себе называть мэра Максом.
Не успели младшие Залюбовские доехать домой, как им снова стал звонить отец Жени.
– Лиза, куда она могла пойти, думай!
– Да никуда, дядь Витя. Она же только с нашей компанией водилась.
– Подумай хорошо, Лиза. Не скрывай от нас. Алла Валентиновна уже на грани нервного срыва. Я тебя прошу! Может, у нее парень есть? Где он живет?
– Дядя Витя, она же с моим Данилой встречается. У нее больше никого нет. Мы ее после школы не видели!
– Так, разворачивайтесь и езжайте в милицию.
– Нам же домой надо!
– Так, никаких – домой! Делайте, что говорю! Я сам сейчас позвоню вашим.
Спорить со знакомыми родителями было бесполезно, поэтому Андрей послушно развернул машину. Через несколько минут они уже входили в райотдел милиции. Оказалось, что тетя Алла и дядя Витя их опередили.
– Пожалуйста, Алла Валентиновна, успокойтесь. Сколько времени прошло, как она Вам не отвечает? Несколько часов. Пока ничего страшного нет, – пытались их успокоить дежурные.
– Вы что, не понимаете, ночь на дворе! Где ее искать? – мама Жени была просто в отчаянии.
В этот момент в дежурной части стремительно появились родители друзей вместе с самим мэром.
– Так, сегодня мы не будем ждать 72 часа, понятно? Прекращаем дебаты! – скомандовал Максим Николаевич.
– Поднимаем всех и начинаем искать немедленно!
– Вы понимаете, что прошло еще очень мало времени, – пытался что-то объяснить мэру начальник дежурной смены.
– Вы совсем охренели, забыли о ПРОПАВШИХ? Немедленно соединяйте с Потапычем!
Все буквально остолбенели от услышанного.
Потапычем был начальник милиции Сидоренко Иван Потапович.
– На связи! – дрожащим голосом произнес старшина, протягивая трубку мэру.
– Ты уже спишь, что ли? У нас школьница пропала.
– Что? – Подскочил с кровати, словно на пружине, грузный начальник милиции.
– Кто?
– Евгения Новаченко, 17 лет, 11-й класс.
– Новаченко? Какая?
– Да, моей помощницы – Аллы!
– Когда пропала?
– Несколько часов назад.
– Сейчас буду. Дай трубку дежурному.
Мэр передал трубку в трясущиеся руки старшины.
– Поднимай всех! Перекрыть все выезды из города!
– Есть, перекрыть, – повторил дежурный и нажал кнопку экстренной связи.
– Моя Женя – ПРОПАВШАЯ? – в ужасе раскачивалась из стороны в сторону Алла Валентиновна.
Если бы все происходило раньше, хотя бы на несколько месяцев назад, никто бы сейчас не поднял такой переполох. Через трое суток у родственников приняли бы заявление и дальше все пошло бы привычным милицейским чередом. Сейчас все изменилось. И дело было даже совсем не в том, что пропала дочь друзей мэра.
Пропажа ребенка – всегда трагедия. До недавнего времени мэр г. М. и сам не знал, что в Украине в среднем ежегодно исчезает около 8 тысяч детей. Статистиками было подсчитано, что в среднем в день пропадает по 27 человек! Но в М. обычно ничего такого не происходило. Терялись малолетние детишки, которые заползали поиграть в шкафы, тумбочки и сараи, и засыпали там. А потом, выспавшись, появлялись на глазах убитых горем родителей. Потапыч, по роду службы знал, конечно, официальную статистику и даже социологию для общего сведения. Социологи уже давно изучили структуру этого страшного явления. Большую часть пропавших 14–17 лет составляли подростки, которые сами сбегали из дома. Кстати, чаще всего уходили дети не из неблагополучных, а из обеспеченных семей. Конечно, были и ужасные случаи похищения подростков для «черной» трансплантологии или в сексуальное рабство.
Но Потапыч не очень переживал о чужой статистике, пока в самом М. не пропала Катя Иваненко, 17-летняя девушка из благополучной семьи. Сначала, конечно, учитывая ее возраст, правоохранители последовательно предположили, что ее обидели в школе и она «решила бросить все», загуляла с подругами, поссорилась с родителями, осталась у парня, уехала к тетушке… Опять-таки, учитывая ее, почти совершеннолетний возраст, розыск шел не очень динамично. Правда, фотографии девушки показывали по «Магнолии ТВ». Мама ходила к ним, как на работу, но никаких существенных сдвигов не было четыре дня, пока… Пока в дальнем закутке парка случайные прохожие не обнаружили страшную находку. У жертвы было перерезано горло и отрезан язык. Погибла девушка от потери крови. Вот тут Потапыч и сделал жуткое открытие – его город не застрахован от такого кошмара!
Мать девушки чуть с ума не сошла. Ее крики из дежурной части были слышны на улице. Она обвиняла всех: нерадивую милицию, не способную защитить детей и вычислить потенциального преступника, себя, которая тысячу раз прочесывала с друзьями этот парк и так и не заглянула именно туда… Понятно, что оправдания никому не было.
Мэрия помогла с похоронами, на поминках был чуть не весь город. Но никто не мог вернуть дочь осиротевшей матери. С временным расстройством психики та угодила в областную психбольницу. Потапыч созывал несколько совместных совещаний с прокуратурой. Даже через сеть осведомителей операм так и не удалось выйти на след убийцы. «Вот и на нашу голову свалился «глухарь». Или «Висяк». Как хочешь – так и называй!», – мрачно думал начальник милиции. Ситуация оставалась опасной. Общественность требовала немедленного раскрытия преступления. А зацепиться было не за что.
Начальник милиции каждое утро хватался за голову и сокрушался из-за превратностей судьбы, не дававших ему отработать спокойно оставшиеся месяцы до пенсии. А через 3 недели в субботу, около 8 часов утра, в кустах у дорожки, ведущей от автовокзала к общественному туалету, был обнаружен еще теплый труп 18-летней Зинаиды Козуб с резаным ранением шеи. Повреждение было аналогичным ране у Кати Ивановой. Для родителей жертвы, общественности и милиции второе убийство стало шоком. Уже на месте происшествия стало понятно, что преступления укладываются в понятие «серии». Правда, Зинаида не была пропавшей. Еще в 7 часов утра она спокойно вышла из дома, чтобы поехать на выходные к тете, живущей за городом. В кармане у нее был обнаружен билет на рейс в 8-40 до Новой Александровки. Деньги и ценности остались нетронутыми, как и в предыдущем случае.
Как и в первом случае, ни ножа, ни никаких других улик не было найдено. Кроме обычного состава следственно-оперативной группы, на место происшествия сразу же вызвали работать и кинолога с розыскной собакой. Пес бодро взял след от тела жертвы. Все воспряли духом. Казалось, поимка убийцы неминуема в ближайшие минуты. Но пес довел оперативников до стоянки такси и заскулил. Последующие опросы таксистов не дали никаких результатов. Около 8 часов утра в М. прибыло два междугородних автобуса из В. и К. На побывку домой на выходные всегда возвращалось много заробитчан. Среди пассажиров были и семьи. Три такси, полностью «укомплектованные», буквально сразу отъехали от автовокзала. Ни таксисты, ни работники вокзала, ни посетители туалета, оставшиеся на вокзале, не заметили никого подозрительного, который бы спешно пытался скрыться в окровавленной одежде. Он мог бы раздеться и выбросить ее по дороге. Но, ни за туалетом, ни в мусорных баках такая не была обнаружена.
Это было удивительным. Преступник как будто в воздухе растворился за считанные минуты!
А через несколько недель исчезла следующая девушка – Кристина Власенко. Тоже из нормальной семьи. Ей было всего шестнадцать. На этот раз Потапыч сразу проявил большее рвение. Были оповещены все родственники пропавшей. Участковые инспектора милиции по двое совершали поквартирные обходы. Розыскными мероприятиями были охвачены город и предместье. Опять фотографиями были обклеены все столбы в городе. В «Магнолию ТВ» сразу же дали отриентировку. Но опять поиски ничего не дали. Никто ее не видел. Девушка словно сквозь землю провалилась. Теперь у Потапыча волосы на голове постоянно стояли дыбом от ужаса. Ему не так много оставалось до пенсии. И так хотелось уйти спокойно, без всяких эксцессов. Он мучительно думал, что еще одного такого кошмара просто не переживет.
И тут – на тебе! Через 3 недели после убийства второй девушки, работник горкоммунхоза находит рано утром в том же парке очередную убитую. Пропавшую на два дня Кристину Власенко. У этой жертвы было ножевое ранение в область сердца. И умерла она тоже от кровопотери. Но на шее у нее были обнаружены синяки в виде отпечатков пальцев. Поэтому теперь и на их территории были особые ПРОПАВШИЕ: Катя Иваненко и Кристина Власенко.
Именно с этого момента все родители в городе цепенели от ужаса, когда слышали слово «ПРОПАВШИЙ».
По делу Власенко так же пока не было существенного прогресса. Как и в первом случае, не было найдено никаких отпечатков пальцев, пото-жировых наложений или эпидермальных клеток преступника. Убийца действовал в перчатках. Зацепиться было практически не за что… Хоть администрация города и пыталась препятствовать распространению панических слухов, но шила в мешке нельзя было утаить! Большинство родителей подростков стали запрещать тем выходить вечером из дома. И вот теперь третья пропавшая? Да еще и дочь депутата, и друга мэра? Просто невероятно!
– Надеюсь, ты не будешь выжидать трое суток? – спросил первым делом начальника милиции Максим Николаевич.
Потапыч отрицательно замотал головой.
– Алла, мы найдем ее, успокойся! – прижал к себе маму Жени ее начальник.
Алла Новаченко работала помощником мэра и была ему почти родней. А сколько раз Иван Потапыч сидел вместе с этими семьями по праздникам в ресторане! Он прекрасно помнил эту гордую собой юную красавицу. Алла не раз говорила, что ее Женька собирается в модельный бизнес. Ну, еще бы! С кукольной внешностью, модной тонкой фигуркой, ей только и было, что идти на подиум.
– Найдите мою девочку! – умоляла одна из самых красивых зрелых женщин М.
И Потапыч, с ужасом отмечая потеки черной туши на лице помощницы мэра, внутренне задрожал. Дрожь была от осознания того, что он вряд ли бы смог исполнить свое слово. Мэр, словно учуял флюиды страха, исходившие от начальника милиции, и сказал:
– Мы не справимся сами, понимаешь? Надо просить помощь!
Сидоренко, словно в трансе, начал созваниваться по экстренной связи с Начальником областного УВД.
– Иван Потапович, оцепляй свой район. Вводи постоянное патрулирование. Да, для несовершеннолетних – комендантский час! Строго! Я тебе пришлю на усиление толкового хлопца из нашего убойного отдела, – проинформировал Потапыча встревоженный Начальник.
Он сразу вспомнил, как лет пятнадцать назад в В. тоже произошла серия убийств. Одна за другой пропадали женщины лет 35, все – брюнетки. Он тогда еще не был большим начальником. Все жертвы пропали в один год. Все были изнасилованы и задушены. А убийцу так и не удалось найти. Почему так произошло? Преступник уехал или умер, или его самостоятельно вычислили родственники убитых – осталось неизвестным. И вот теперь новые эпизоды в области спустя столько лет! Могут ли они быть взаимосвязанными?
Начальник вспомнил, что в истории преступлений зверя Чикатило тоже был перерыв, когда он прекратил на время свои убийства…
Сидоренко посмотрел в окно дежурной части. В холл подтягивались заспанные сотрудники. Он вышел из дежурки.
– Так, внимание! У нас есть новая предполагаемая ПРОПАВШАЯ! – Холл разом загудел.
Это было вполне понятно. Каждый был или отцом или дедом.
– Теперь у нас вводится особое положение. Из начальников подразделений я создаю штаб, всем – по рабочим местам! Участковые, сейчас же собираете на участках актив – потенциальных дружинников. Патрулирование вводится немедленно. С 8-ми утра – по трое на поквартирные обходы. Оружие при себе чтоб было постоянно! Женщин наших это тоже касается! В кобуре не вязание носить, а табельное оружие! – неожиданно свирепо заключил Потапыч.
Аврал
Штаб тоже гудел. По лицу Сидоренко стекали крупные капли пота. Воротник форменной рубашки просто душил его.
– Не буду сейчас говорить о серьезности момента. Не дураки. Планируем все четко и конкретно.
– Тогда, может, закроем детские учреждения?
– На сколько?
– До поимки преступника.
– Мы по предыдущим эпизодам не поймали до сих пор…Это не подходит. Родители будут приводить и забирать. Вводим охрану во все школы. С оружием! Так, сейчас каждый по своему ведомству напишет мне предполагаемые мероприятия, которые надо срочно осуществить и через час – опять у меня.
Сидоренко отпустил штаб и пригласил родителей пропавшей и опергруппу, работавшую в доме Новаченко.
– Сосредоточьтесь, вспоминайте буквально все, что может иметь отношение к дочери. А вы что-нибудь накопали?
– Да все обычно, как у подростков. Особого беспорядка в комнате не было…
– Из ее вещей что-то пропало?
– Да платья вроде все на месте.
– А джинсы, куртки, обувь?
– Я не помню! – в ужасе прижала пальцы к губам Алла Валентиновна.
– У нее было много шмоток, мы для нее не жалели…
– Но в глаза с первого раза ничего не бросилось? – настаивал начальник милиции.
– Нет.
– Деньги, побрякушки?
– Я не проверяла, – раскачивалась из стороны в сторону мама Жени.
– Алла Валентиновна, сейчас каждая деталь может играть важную роль. Сейчас поезжайте вместе с нашими сотрудниками домой и еще раз осмотрите все внимательно. Пересмотрите все ее дневники, блокноты, может, в соцсетях есть что. Вы знаете, какими она соцсетями пользовалась?
Новаченко в ужасе оглянулась на мужа. Виктор Дмитриевич беспомощно покачал головой.
– Ничего, это мы у ее подружек спросим, не переживайте.
Сидоренко перезвонил в дежурку:
– Перезвоните Залюбовским и Плотницким, чтобы сейчас привезли своих детей в СО.
На часах было 8.30, но никто из юношеской компании не был на первом уроке. Причем, не по своей воле. Сегодня ни мэр, ни его друзья впервые в жизни не то, что не пустили, а четко запретили своим чадам идти в школу.
И Лиза, и Эля с утра были уже «на телефоне».
– Ты веришь в то, что Джен украли? – с ужасом спрашивала Эля.
– Надеюсь, что – нет.
– А где она может тогда быть?
Обе замолчали.
– Эля, вас с Андреем ждут в милиции! – услышала Лиза в трубку, и в этот момент в комнату зашел отец.
– Собирайтесь…
– Знаю уже…
Спустя некоторое время все знакомые почти одновременно появились у дежурной части.
– Здравствуйте, пройдемте со мной, – пригласил молодежь дежурный.
– А нам с Вами тоже идти? Или пока можно на работу смотаться? – спросил Плотницкий – старший.
– Сейчас я у Потапыча уточню. Товарищ подполковник, родители юнаков интересуются, можно ли им пока своими делами заниматься, или их тоже опрашивать будем?
– Мы их ночью уже опросили. Пару часов они могут быть свободны. Ну или мамы могут побыть тут. Пусть лучше побудут здесь. Подними их ко мне, к секретарю.
Подростки с мамами стали подниматься по лестнице, а отцы поехали на работу.
– Уважаемые…дамы, вы проходите сейчас в конец коридора и налево – вас встретит секретарь начальника.
– А дети?
– А молодежь идет на 4 этаж в следственный отдел. Не переживайте, у нас они в полной безопасности, – успокоил дежурный женщин, заметив испуг в их глазах.
Потапыч колебался. Выделить сразу 4-х следователей, чтобы опрашивать одновременно всех подростков или 2-3-х в две смены? Конечно, поиск ПРОПАВШЕЙ стал главным приоритетом в текущей работе. Но другие дела, находившиеся в разработке, никуда не исчезли. И их тоже надо было делать. Кому? В условиях такого аврала людей стало просто не хватать.
– Начальника кримблока ко мне! – приказал он по селекторной связи.
– Он проводит инструктаж перед патрулированием.
– Освободится – сразу ко мне!
В приоткрытую дверь показалась голова секретаря Нины.
– Тут мамы пришли…
– Проси, – вскочил подполковник.
– Здравствуйте, я прошу Вас соблюдать предельное спокойствие, – Потапыч увидел перепуг в глазах знакомых женщин и понял, что до истерики тем совсем недалеко.
А если в городе начнется паника – пиши пропало! Тут и мародерство под шумок начнется и другие страшные вещи.
– Иван Потапович, мы видели кордоны на перекрестках…
– Мы принимаем все возможные меры, чтобы…
В дверь опять просунулась Нина Ивановна:
– Тут к Вам командировочный из Главка…
– Пусть заходит! Послушайте меня, сейчас должна Алла Валентиновна приехать. Я прошу вас – вы можете ее отвлечь, успокоить? Пусть пока у нас побудет. И вы, с ней?
Женщины согласно закивали головами.
– Нина, проводи дам в комнату для гостей.
Потапыч лично провел женщин до двери и впустил молодого человека.
– Cледователь убойного отдела УВД В-ой области Виктор Демченко, – бодро отрапортовал тот.
Сидоренко недоверчиво посмотрел на него.
– Извините, а годков Вам сколько?
– Двадцать девять. Это я так просто выгляжу. Не переживайте, у меня есть опыт в раскрытии…
– Да я не переживаю. У меня тоже есть опыт в раскрытии! Только это – не обычное дело.
– Я уже слышал.
– И людей катастрофически не хватает. Так что спасибо нашему начальству и лично вам, Виктор…, простите, а отчество?
– Иванович. Но можно без отчества. Мы уже привыкли по-современному – по именам. Куда прикажете направиться?
– В СО, конечно. Поприсутствуйте на допросах, почитайте показания, а через пару часов у нас будет летучка и там выскажете свои соображения. СО у нас на 4-м этаже, я сейчас сообщу о Вас.
– Нина, позвони Колесниченко, что сейчас придет наш новый сотрудник, пусть разместят его.
В отличие от начальника милиции, в отделе Виктора Демченко приняли, как родного. Тем более, что местный следователь Алексей Марчук был с ним знаком. До летучки Виктор успел послушать лишь показания Елизаветы и Даниила Залюбовских.
В городе же этим утром царил всеобщий ажиотаж. Школа гудела точно так же, как и взрослые учреждения. Конечно, старшеклассники были недовольны тем, что им теперь нельзя было без сопровождения взрослых появляться на улицах после 22–00. Но стать очередной жертвой никому не хотелось, поэтому умом они понимали правильность введения комендантского часа. Непривычно и страшно было видеть на улицах скопление милицейских работников и военных. Кроме того, на улицах патрулировали дружинники. Хоть что-то из советских навыков в милиции оказалось полезным. На фоне социального потрясения просто насмешкой выглядела теплая и ласковая погода на улице. Создавалось ощущение, что природа пыталась убаюкать бдение взрослых обитателей города, заставить успокоиться и обмануть себя, будто бы ничего страшного не происходит.
Сейчас бы только школьникам и погулять после уроков, пока не начались дожди и похолодание. Ребята рвались на улицу, мотивируя кажущуюся безопасность тем, что пропадали лишь девчонки. Но хоть с момента казни Чикатило минуло почти 20 лет, его зловещий призрак всегда незримо витал в воздухе, когда происходили убийства. И мамы постарше еще помнили всеобщий кошмар, связанный с этим маньяком. Он тоже убивал девушек, а потом – мальчиков, а после и взрослых… Поэтому в полной безопасности себя не могли чувствовать и мальчики.
– Потапыч, как ты там моего бойца встретил? – позвонил Сидоренко Начальник Главка.
– Нормально. Не молод ли он только?
– Нормальный пацан, бывал в переплетах. Нам здесь по линии Интерпола по обмену опытом прислали детектива. Так я его тоже к тебе отправил, раз у тебя такая горячка.
– Спасибо.
– Ты его тоже привлекай к работе, сказали, что он – толковый малый.
– Слушаюсь, – отрапортовал Сидоренко и вернулся к прерванному разговору с начальником криминального блока.
– Новости есть?
– Пока ничего особенного. Если не считать, что у пропавшей были обнаружены в комнате несколько странные вещи для подростка.
– Например? – насторожился начальник милиции.
– Книги по психиатрии, хирургические инструменты…
– Ну, может и странно, а может – есть логическое объяснение. У матери спрашивали?
– Пока – нет.
– А чего ждем? Нина, где Новаченки?
– В гостевой.
– Ладно! – Потапыч достал мобильник и набрал Аллу Валентиновну.
– Алла, скажи, а откуда у Жени взялись хирургические инструменты, медицинские книги?
– Так она же решила в медуниверситет поступать. Вот и накупила наперед…
– Она же хотела моделью быть?
– То раньше было.
– А-а, понятно.
– Ну вот, девчонка решила стать медиком, все понятно. Еще что-нибудь?
Начальник криминального блока неопределенно покрутил головой.
– Значит, к 10–30 все ко мне на летучку!
Любой оперативный работник знает – чтобы эффективно расследовать сложное преступление, необходима четкая координация всех специалистов. А для этого все должны быть в курсе определенного объема информации. Поэтому, к назначенному сроку Нине пришлось заносить дополнительные стулья в кабинет Потапыча. Раньше не предполагалось, что у начальника будет заседать добрая половина личного состава.
Основные перспективные направления
Стив насвистывал модную песенку и смотрел в окно. Расчетное время прибытия к месту нового задания приближалось к 11 часам по местному времени. Он вполне успевал. Но до чего ужасные были здесь дороги! Как только чуть-чуть отъезжал от населенного пункта, так начинались сплошные горбы и выбоины. Мало того, что местность здесь была холмистая, и дорога все время направлялась то вверх, то вниз, так еще и наблюдались сплошные латки. А кое-где латок вообще не было. Стив не понимал, как такое возможно вообще.
Наконец, миновав последнюю заправку, он увидел транспарант с надписью «Добро пожаловать в М.». У заправщика он заранее узнал, как проехать к отделению полиции, которую здесь именовали «милицией». Поэтому через 20 минут он уже въезжал во внутренний дворик ОВД. Курильщики-милиционеры, стоящие у ворот и живо обсуждавшие положение дел в городе, онемели от такой наглости. Вот так да! Какой-то молодчик в стильных черных очках в наглую парковал на их территории свой «Форд».
– Привет, парни! – вежливо улыбаясь по сторонам, произнес со странным акцентом тот и поспешил по ступенькам вверх.
– Это что за фрукт? – удивился старший участковый.
Коллеги пожали плечами.
– Давайте закругляться. Пора к начальству!
Курильщики нехотя стали тушить и кидать бычки в урну, и не спеша подниматься на второй этаж. А второй гость из Областного УВД в это время уже представлялся Потапычу.
– Стив Ларсен, детектив из Интрепола! – браво отрекомендовался этот новый командировочный.
«Прибалт, наверное», – подумал Сидоренко. И этот – молодой! Правда, выправка у него почище будет, чем у этого…Демченко. Ну, увидим».
– Отлично, Вы присядьте вот здесь. У нас сейчас будет совещание. Постепенно войдете в курс дела. А там решим, чем Вы станете заниматься.
В кабинет стали заходить сотрудники СО, опера и участковые.
– Рассаживайтесь. Итак, все знают, что у нас произошло. Все знают?
– Я – лишь в общих чертах, – поднял руку Демченко.
– Да. Совсем забыл. К нам на усиление прибыла помощь из Главка: коллега из убойного отдела области Демченко…
– Виктор.
– Сейчас все узнаете, Виктор. Прошу любить и жаловать. И… у нас есть еще помощь в лице детектива Интерпола…
– Ого! – зашумели сотрудники, рассматривая вновь прибывшего красавца-молодца.
– Стив Ларсен!
– Откуда Вы, Стив Ларсен? Финляндия?
– USA, штат Монтана, – широко улыбаясь, информировал новых коллег детектив.
– Ничего себе! Начальство думает, что мы совсем не в состоянии работать сами? – начали тихонько возмущаться опера.
«Ну, ни дна тебе, ни покрышки! Мало мне посторонних глаз из области, так еще и американца мне подсунул! И опять молодого!» – в ужасе подумал Сидоренко.
Но, как начальник, он должен был показывать пример сотрудничества, поэтому прикрикнул на подчиненных:
– Спокойно там! Нам всем есть чему поучиться друг у друга. Узнать, какие методы расследования применяются в Интерполе?
«Интересно, чему он может у нас научиться, на самом деле? Водку хлестать, разве что?» – язвительно подумал начальник кримблока, – «Демченко, действительно, мог помочь. А чем им поможет этот рафинированный американец? У них все не так! У нас же – своя специфика… Ну, порисуется немного по городу и поедет. Хотя, раз его сюда направили, покажем ему дружескую встречу. Запряжем по полной программе, пусть узнает, как мы тут пашем!».
Но новенькие не переживали по поводу своего вливания в коллектив и были целиком поглощены изложением произошедшего.
– Исходя из всего вышеизложенного, нам надо разработать основные перспективные направления расследования. Предлагаю работать несколькими блоками. Следственный – координирует все соответствующие вопросы. Криминалистический – изучает все особенности повреждающих орудий. Медицинский – проводит судебно-медицинский анализ экспертиз. Нам необходим, конечно, психологический, но психолога в городе уже нет. И это – проблема.
– Хорошо, я буду звонить в Главк…
– Ноу проблем. Я – имею подготовку по психологии, – неожиданно для всех присутствующих и без тени смущения, произнес американец.
Все с подозрением уставились на него.
– Что значит: «подготовку»?
– Я – дипломированный криминальный психолог.
– Значит, нам не надо обращаться за помощью? – подозрительно прищурился Потапыч.
– Думаю, что пока – нет.
– Ладно, – неопределенно покрутил головой начальник кримблока, – Нам обязательно нужен общий аналитик. Где нам его взять? В Киеве просить?
– У вас нет в штате аналитика? – недоверчиво спросил Стив.
– У нас много кого нет, – обернулся к нему начальник милиции.
– Тогда все о’кей! Я – и аналитик!
– Что? – взахлеб засмеялась молодая следователь Петриченко, – А не ты ли и Господь Бог в придачу?
Все опять загудели. Ларсен спокойно вынул из сумки документы и подал Потапычу.
– Все в порядке, – поднял тот руку, успокаивая подчиненных.
– Но даже если мы нашим уважаемым гостем и заткнем какую-то дыру в админресурсе, то разорваться на два блока сразу ему не удастся.
– Придется! – невозмутимо произнес гость.
Лида Петриченко сразу невзлюбила американского выскочку. Пусть покажет себя в деле, насколько он хорош. А то – только бахвальство.
– У меня вопрос к… коллеге Ларсену. Судя по Вашему возрасту, вы мало принимали участия в сложных случаях?…
– Принимал, коллега, именно в таких.
– А Вы владеете навыками стрельбы? Или Вы только аналитической работой занимались?
– Конечно, как и каждый детектив.
– Ах, Вы еще и детектив? – насмешливо хмыкнула Лидия.
– Так, все. Прекращаем дебаты. Давайте по делу. Итак, никаких вещественных доказательств пока нет.
– А чем закончились первые эпизоды? – вдруг поинтересовался Ларсен.
– Ничем, – грубо признался Сидоренко.
– Как Вы классифицируете эти случаи? Считали ли Вы, что они похожи на серийные?
– Ну, пока их было только два. И один.
– Это понятно, ведь большинство криминологов считают серией три одинаковых преступления, с периодичностью не менее месяца. Хотя наше ФБР определяет серийность, как «два или более убийств, совершенных одним и тем же лицом, как отдельные убийства».
– Ой, какая разница, с какой периодичностью! Месяц, две недели, не все равно! – вскипела Лидия.
– Огромная, коллега.
– Какая именно? – спорила Петриченко.
– Ты чего, как с цепи сорвалась? – прошептал ей сосед.
– Да чего нам пыль в глаза пускать!
– От этих сведений может зависеть много факторов: один убийца был или их несколько, был ли он психически больным…
– Ой, все!
– Петриченко, что Вы себе позволяете? – возмутился начальник, – Наша цель – раскрыть сообща преступления, а не состязания здесь устраивать.
– Совершенно согласен с коллегой. А проводили ли вы анализ подобных преступлений по области, за сколько лет? – скромно спросил Демченко.
– Ну-у, пробовали, – замялся начальник криминального блока.
– Подобного не было, вроде…
– Я узнавал. Около 17 лет назад у нас в В. было 3 случая, когда на протяжении года были убиты 3 женщины. Все они были сначала изнасилованы, а потом задушены.
– Помню, – вздохнул Сидоренко.
– То есть способ был одинаковый? – встрепенулся Стив.
– Да, но убийца никаких следов не оставил.
– Что-нибудь жертв объединяло?
– Все были яркими брюнетками лет 35. Двое были замужними. Одна была домохозяйкой, другая – учителем, третья – продавцом.
– Что известно о наших предыдущих жертвах?
– Одной было 17 лет, другой – 18. А третьей – 16.
– Они были похожи между собой?
Присутствующие переглянулись.
– Нет. Одна была рыжая, ростом 168 см. Вторая – светлая шатенка, 165 см. Черты лица – не похожие. Кстати и не очень привлекательные. А вот третья – мисс школы № 4. Рост выше 170, симпатичная блондинка, – отчеканила Лидия.
– Каким способом были убиты?
– Ножевые ранения. У первой и второй – резаная рана на передне-боковой поверхности шеи. У третьей – проникающее ранение сердца.
– А как именно? Слева-направо, сверху вниз?…
– Да я уже не помню…
– Как? Это же не рядовое преступление? – удивился Стив.
Петриченко покраснела от злости.
– Значит, убийцы могли быть разнополыми? Женщине легче резануть по шее. Мужчине – воткнуть нож в сердце. Кроме роста их ничего не объединяло? Значит, вряд ли та серия является предшественницей нашей.
– Да.
– Надо вернуться к классификациям и тогда будет легче работать, – продолжал настаивать Ларсен.
– Ваши преступления были локальными или странствующими?
– Локальными однозначно. Все – по городу, – ответил следователь Кирилл Жуков.
– Вы относите их к ритуальным? – снова задал вопрос американец.
– К ритуальным? – все переглянулись.
– Скорее – к садистским!
– Почему? Убийство и так, в большинстве своем – садистская вещь.
– Потому что жертвы были зверски убиты…
– Да, но почему у двух был отрезан язык?
Сидоренко молча вскинул руки вверх:
– В этом и вопрос!
– Интересно, интересно, – пробормотал Ларсен и посмотрел на Демченко.
– Маньяки довольно часто проводят манипуляции с частями тел жертв, желая надругаться или оставить некие предупреждения. Но случаев с отчленением именно языка не так много в мировой практике. Яркий пример – ваш Чикатило. Он, насколько помню, откусывал и их, и даже ел.
– Помню этот ужас, – проговорил Сидоренко, тяжело вздыхая.
– Вопрос в том, зачем это нашему маньяку? И почему тогда он не сделал этого с Кристиной Власенко?
Демченко понимающе кивнул:
– Скорее всего, это – разные убийства.
– И что тогда?
– Тогда следует ожидать чего угодно, – жестко произнес Стив, – Это были убийства на сексуальной почве?
Следователи переглянулись. А этот американец умел задавать правильные вопросы. Его профессионализм стремительно рос в глазах местных сотрудников уголовного розыска.
– Не похоже.
– Ограблены?
– Нет. Во всяком случае, не явно.
– Тогда – мотив?
– А если без мотива? – съязвила Петриченко.
– Тогда перед нами – неуправляемый психопат, который представляет огромную опасность для социума.
«Он, действительно, толковый!» – с удовлетворением констатировал начальник милиции.
– Вы уже проводили аналогию с местными преступниками, склонными к таким действиям? – продолжал настойчиво выяснять все возможные детали Ларсен.
Потапыч и начальник кримблока переглянулись. Лично они этим не занимались, поэтому не были готовы ответить на вопрос. Неожиданно охотно с американцем вступил в профессиональную беседу Олег Колесниченко.
– Проводили. На обслуживаемой территории у нас было четверо таких подозреваемых. Трое из них на момент совершения убийств находились в местах лишения свободы. Четвертый проживает с мамой в селе, все-время был под ее наблюдением. Кроме того, у него явная склонность к проведению развратных действий, чего в наших случаях не наблюдалось.
– Значит, они не подходят.
– Да, мы даже узнавали в соседнем районе. У них есть сексуальный маньяк, тяготеющий к причинению повреждений с особой жестокостью. Но у него сейчас четвертая ходка.
«Все-таки, правильно я Колесниченко назначил страшим участковым!», – удовлетворенно подумал начальник милиции.
У него зазвонил телефон, но Сидоренко раздраженно сбил вызов. Некогда сейчас разговорами заниматься. Но мобильник продолжал настойчиво звонить.
– Да что ж такое-то? – Потапыч с досадой выключил телефон, чтоб никто не мешал ему окончательно наметить план расследования.
Но в дверь просунулась голова секретарши:
– Иван Потапович, возьмите у меня трубку!
– Кто? – рявкнул рассерженный подполковник.
– Начальник ГАИ.
– Что ему припекло? Не может норму по штрафам выполнить?
– Сказал – очень срочно и важно!
– Переключи, я ему сейчас задам, чтоб знал, как отвлекать! Андреич! Ты что, не знаешь, что мы…
Но по мере того, как начальник выслушивал гаишника, его лицо сначала стало бледнеть, а потом – багроветь. Взгляд Сидоренко застыл на потолке, а все знали, что это – признак его особенного внимания.
– Когда? А одежда? Опознать можно?
Все застыли в предчувствии чего-то неотвратимого. Сидоренко шумно выдохнул, бросил трубку и обвел подчиненных полубезумным взглядом.
– Сейчас на тридцать втором километре от выезда из города…найден труп молодой женщины. ДТП.
– Это она?
– Андреич говорит, что опознать трудно – лицо всмятку…
– А как же нашли только сейчас, если пропала с вечера?
– В листве на обочине была закопана… Протектор от иномарки есть… Боже, что я матери скажу? А мэру?…
– Может, не она? – с надеждой спросила Лидия.
Сидоренко в ужасе пожал плечами.
– А язык у нее есть? – ляпнул, не подумавши, один из участковых.
– Я тебе его сейчас отрежу! – рассвирепел начальник милиции.
– Олег, ты толковый, поезжай на МП, осмотри тело и если надо – доставьте туда Гаврилова. И мне сразу отзвонишь.
В последнее время на Украине установилась такая практика, что если происходило «обычное» ДТП, даже с летальным исходом, судмедэксперта не вызывали на место происшествия. И только при подозрении на убийство, замаскированное под несчастный случай на дороге, врача вводили в состав следственно-оперативной группы.
Бесплатный фрагмент закончился.
