Цитаты из книги «Ночь за нашими спинами», страница 10
Я смотрю на облака: причудливой формы, точно мазки краски из баллончиков, какими разрисовывают стены. Вдруг представляю: гигантский хулиган с таким баллончиком нажимает на кнопку — и вот они, белые полосы и клубки. Так, наверно, они рождаются. Старший Офицер Бог (а я всегда представляю его каким-нибудь Старшим Офицером) мог бы пускать по небу кучи хулиганов.
Он, как и многие, считает, что огонь бежит прямо по моим венам — там, где у людей кровь. Чушь, давно проверила: раскроила палец, увидела на месте ранки вполне обычные алые капли. Мне тогда хотелось верить, что я — человек. Это сейчас уже как-то плевать.
Забавно… попав в какую-нибудь компанию, где больше одного человека, ты ― вольно или невольно ― начинаешь раздавать всем роли. У меня есть Суровый Начальник, и Местная Стерва, и Гребаный Клоун, и целых три Друга До Гроба… а ещё есть своя Загадка. Ты ― мой мистер загадка, Джон. Никак не могу тебя разгадать.
Глупо, но если не можешь заснуть, то чаще всего пялишься именно в потолок, будто надеясь, что добрый мистер Бог напишет светящимся маркером по штукатурке решение всех твоих проблем. Или хотя бы нарисует смайлик.
– Кажется, я…
Запуталась. Влюблена. Умираю. Ответ может быть любым, и каждый будет правильным. Или даже несколько.
– Ты – что?
– Да ничего.
В таком холодном месте, как наш мир, все вообще до смешного просто. Розы. Хороший секс. Когда помнят, что ты ешь на завтрак и сколько сахара кладешь в чай. Наверное, когда тебе восемнадцать и до этого особо не везло, ты веришь, что тебе достался лучший парень на земле. А то, что в телефонной книжке парня дюжина девушек и каждой он выращивает розы и кладет сахар… Хорошее же не может быть только твоим? Верно. Если ты – не я.
Я начала летать еще в детстве, когда пятилеткой сорвалась с дерева и в миг падения за моей спиной возникли два огромных темно-рыжих крыла. Если я хотела взлететь, они вырастали, и это сопровождалось легким покалыванием на месте лопаток. Эти крылья сделали мое детство по-настоящему классным. Все было прекрасно, пока я их не потеряла. Да, знаю, мы непременно теряем что-то, становясь взрослыми: старых друзей, веру в чудо, девственность, в конце концов…
«Ради всех святых, сделай так, чтобы где-нибудь что-нибудь взорвалось, чтобы ограбили банк, чтобы напали лягушки-зомби… главное, чтобы я оказалась непременно там нужна. Или я придушу этого типа, а кролика затолкаю ему в задницу. Вместе с апельсиновым соусом».
– Я могу… пожелать тебе что-нибудь?
Она улыбнулась, глядя на двухметрового молодого мужчину снизу вверх.
– Как всегда. Остаться в живых.
Когда-то ты была настолько особенной, что в какой-то момент мне захотелось, чтобы ты стала обычной.
