Цитаты из книги «В ожидании варваров», страница 12

Кое в чем я веду себя по отношению к ней, как любовник: я раздеваю ее, я ее мою, я ее ласкаю, я рядом с ней сплю — но с тем же успехом я мог бы привязывать ее к стулу и избивать, интимности в этом было бы ничуть не меньше.

Именно мелочность издевательств делает их еще более оскорбительными.

Все могло быть и хуже - вероятно, могло быть и лучше, но то, что могло быть хуже, это несомненно.

Империя требует от своих подданных не любви друг к другу, а лишь выполнения каждым его долга.

Унтер-офицер из Третьего отдела – что это такое? Приблизительно пять лет жестоких издевательств над людьми; презрительное отношение к обычной полиции и установленному судопроизводству; отвращение к непринужденно-учтивой манере разговора, вроде той, что присуща мне.

Жить, жить и жить. Несмотря ни на что.

Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

Раз в два дня ворота гарнизона запирают и меня выводят во двор умыться и размять ноги. И каждый раз ворота облеплены зеваками; прижавшись к решетке, они с интересом смотрят этот спектакль: падение сильных мира сего - любопытное зрелище. Многие лица мне знакомы, но никто со мной даже не здоровается.

... Может быть, Третий отдел вывел новый вид человека, который способен без малейшего волнения погружаться в скверну и так же невозмутимо из неё выходить?

Мои собственные наблюдения подсказывали, что каждые тридцать — сорок лет слухи о варварах непременно вызывают всплеск истерии. <... > Все эти фантазии — порождение слишком беспечной жизни.