Цитаты из книги «Как общаться с вдовцом», страница 5

Я бесстрашен и быстр, как молния, смазанная жиром, я увернусь от его неуклюжих замахов, я то наброшусь на него, то отступлю, нанося удар за ударом.

люди начинают относиться к скорби как к своей собственности, практически ею гордятся. Им хочется верить, что никто никогда не испытывал ничего подобного. Но это не так. Все скорбят одинаково.

Я всегда собиралась от него уйти, просто все не могла собраться.

Клэр кладет мне голову на плечо, а это значит, что ей нужно мне что-то сказать. Она всегда так поступает, когда у нее проблемы, и за эти годы ее голова продавила у меня на плече ямку — как вода, которая сотню лет капает на камень.

Тех, кого любишь, видишь такими, какими ты их запомнил, но изредка смотришь на них отстраненно, и в эти считаные секунды, пока мозг изо всех сил пытается приспособиться к новой действительности, что-то в тебе сворачивает с дороги и, вереща, кубарем катится с обрыва.

И на этот раз ее лицо, как солнечный луч, озарила улыбка — словно косой луч солнца, который пронзает облака и заставляет задуматься о Боге.

С Клэр если и можно быть в чем-то уверенным, то лишь в том, что с ней ни в чем нельзя быть уверенным.

Ведь в скорби есть своя прелесть, правда? Ты скорбишь, но спустя некоторое время из траурного кокона появляется прекрасная бабочка.

мать может ругаться, как матрос, но она терпеть не может, когда ругаются ее дети, потому что тогда она чувствует себя старой.

Иногда единственная правда, которую люди могут вынести, — та, с которой они проснулись утром.