Читать книгу: «В тени Асциона. Серия 2»

От автора

Выражаю особую благодарность:

за рисунок обложки Владимиру (Hloros Gades) – jobvvp@gmail.com – Е-мэйл для сотрудничества

Хабаровой Галине за редактуру.

* * *

Солнце лениво поднималось над городом. Лучи разгоняли ночную прохладу, выхватывая из темноты человеческие скелеты. Они разбросаны повсюду. Лежали на улицах, сидели за столиками в летних кафе, в собственных автомобилях. Одежда истлела от времени и теперь едва прикрывала пожелтевшие кости. В могильной тишине защебетали птицы. Для них начинался новый день. Питаемые солнечными батареями, скрипя и потрескивая от помех, ожили громкоговорители. Они спугнули стаю ворон из центрального парка.

– … Эта запись, наша последняя надежда на то, чтобы дать о себе знать!

Взволнованный женский голос прорезал округу. Эхо разнеслось на десятки километров.

– Мы назвали этот вирус Красной Лихорадкой. Всё началось с маленьких локальных вспышек, вирус передавался от зараженного к зараженному через тактильный контакт. Нам удавалось погасить очаги, удавалось нейтрализовать вирус с помощью карантина. Разработка вакцины находилась на последней стадии, когда появился новый штамм…

Пустые глазницы скелетов безразлично смотрели в небо, каждое утро они безучастно слушали это обращение. Сквозь асфальт улиц начинала прорастать трава. Уже много лет здесь не ступала нога человека. Программа автоматического повтора продолжила воспроизведение записи.

– Он убивал за считанные дни. Мы ничего не смогли сделать! Мы назвали его K1L1. Вирус стал передаваться воздушно-капельным путём, он не оставил нам шанса. Девяносто пять процентов населения планеты погибло в течение года. Те, кому посчастливилось выжить, приняли тяжелое решение. Чтобы сохранить популяцию, нам пришлось покинуть свой привычный ареал обитания. Правительства крупнейших стран объединились и смогли в кротчайшие сроки построить несколько подводных городов-убежищ. Вирус не смог пробиться сквозь толщу воды, но нам пока не удалось разработать вакцину, мы не можем вернуться на поверхность… Если вы слышите эту запись, неважно, кто вы и откуда пришли. Мы молим вас о помощи. Если вам самим нужна помощь, и вы не заражены, мы с радостью примем вас в своих гостях. Акрос, один из наших городов, находится на дне океана недалеко от этого города. Поспешите, пока не стало слишком поздно!

Запись оборвалась щелчками. Город упирался в песчаный берег, за которым начинался океан. Старый пирс западного побережья облюбовали чайки, они расселились по крышам брошенных строений и ветхих катеров, что мерно раскачивались на волнах. Горизонт, где небо сливалось с большой водой, почернел. Раскаты грома и вспышки молний согнали птиц с насиженных мест и заставили искать убежища. На берег надвигалась гроза…

1 глава

В кабинете префекта царила утренняя тишина. Часы на стене мерно отщелкивали время, Люси сидела за своим рабочим столом, отвлеченно размешивая сахар в чашке. Настоящий горячий чай будоражил воображение Падинг своим ароматом. Женщина отвлеклась, подняв голову. Стена за её спиной ожила. Усеянная десятком темных экранов, она позволяла Люси держать под наблюдением почти все закоулки Акроса и выходить на связь с сенатом в режиме видеоконференции. Монитор в центре засветился тусклыми огнями. Он выделил из потока информационного пространства суровое лицо полковника Морриса.

– Полковник! – Люси развернулась к нему. Одарила Морриса счастливой улыбкой. Звонок Падинг застал полковника не на рабочем месте, задний фон выдавал очертания его квартиры, но, не смотря на ранний час, Моррис не выглядел сонным. – Как Вы провели ночь?

– Вы хотели мне сообщить что-то важное? – полковник смотрел на префекта с хитрым прищуром, пропустив её приветствие мимо ушей и не ответив взаимностью.

– Да! – Падинг встала, подошла к мониторам чуть ближе. – Это по поводу нашего с вами разговора вчера.

– Вы распорядились не допускать посторонних лиц на проведение армейских операций? – Моррис высокомерно задрал подбородок.

– Да, – послушно ответила Люси. Она робко улыбнулась. – От лица Союза Городов я обязана высказать Вам благодарность за хорошо проведенную работу вчера утром.

Префект сделала паузу, ожидая реакции полковника, но Моррис был сдержан как всегда. Она продолжила, слегка опустив голову. Голос Падинг стал твёрже и официальней.

– Благодаря Вашим стараниям, полковник, сегодня ночью нашим ученым удалось создать рабочий прототип вакцины против Красной Лихорадки, – она замолчала, подняв на мужчину взгляд. Его лицо вытянулось от удивления, а взгляд принял хищнический оттенок.

– Вы не ошиблись? – голос Морриса сел. Он глубоко задумался.

– Нет, не ошиблась! – Падинг озарилась счастливой улыбкой. – Сегодня утром она отправится в Медею на первые испытания. Наши с вами имена войдут в новейшую историю, полковник! Я возвещу Совет о вашем активном участии в создании антивируса, ждите поощрения от вашего командования!

– Это поистине хорошие новости! – Моррис напрягся, чтобы выдавить из себя подобие доброжелательной улыбки, – я надеюсь, Вы будете держать меня в курсе всех последующих событий?

– Конечно полковник! – Люси вернулась к столу.

– Тогда до связи, мисс Падинг, – Моррис учтиво кивнул.

Женщина окончила сеанс перед тем как снова углубиться в изучение бумаг. Хитро улыбаясь, проговорила про себя:

– Можете не сомневаться в этом, полковник…

* * *

Моррис отошел от интеркома, учащенно дыша и негодуя. Он убедился, что связь закончена, и префект не услышит лишних слов.

– Старая карга! – злобно процедил полковник сквозь зубы. Он замер на месте, сосредоточился. Что теперь? Неужели Союз Городов действительно получил вакцину? Моррис не мог сидеть сложа руки. Он взглянул на часы. Ближайший рейс до Медеи через три часа. Полковник вернулся к интеркому. Остановился в нерешительности. Слишком ответственный момент, чтобы отдавать ошибочные приказы.

Семена сомнения проросли в душе Морриса. Если Армейский Анклав организует задержку рейса или его исчезновение, то этим непременно выдаст себя. А если префект солгала, и Протур окажется пустым? Согласно регламенту подобных ситуаций, доставка вакцины не ограничивалась чартерными рейсами. В зависимости от важности груза, его могли доставить до Медеи и курьерскими Скарабеями. Моррис скрежетал зубами, оказавшись загнанным в угол. Он поспешно оделся, активировал видеофон. В любом случае полковник не мог оставаться в стороне и безучастно ожидать развязки. Он набрал номер собственной канцелярии.

– Доброе утро, полковник, – секретарь приветственно кивнула. – У вас есть распоряжения на сегодня?

– Да, – Моррис снова выглядел спокойным, его ровный голос отдавал безразличием. – Свяжитесь с лейтенантом Лоуренсом, срочно вызовите его в мой кабинет.

– Хорошо, – женщина сделала пометку в электронном блокноте на столе. – Что нужно передать лейтенанту, какова цель его вызова?

Полковник ответил не сразу, еще раз задумался о правильности принятого решения.

– Передайте, что это личная встреча. И он обязательно должен успеть до завтрака! Я буду в кабинете через двадцать минут.

– Хорошо, – секретарь отстранённо кивнула, запоминая указания начальника. – Я свяжусь с лейтенантом немедленно. Будут еще указания?

– Да… – Моррис колебался несколько секунд. Он сомневался в правильности своих суждений, но в этот момент они показались полковнику наиболее верными. – Мне нужен отчет обо всех отправках курьерских Скарабеев из Акроса в Медею, начиная со вчерашнего вечера.

– Хорошо, – задумчиво ответила женщина. – Я пришлю отчет через несколько минут.

Моррис закончил сеанс, попутно надевая китель и поправляя рукава. Его глаза нехорошо блеснули. Полковник не мог не сообщить своему высшему руководству о сложившейся ситуации. Моррис понимал, что доклад может вызвать скоропалительные решения генерального штаба, но взял себя в руки с твердым намерением отстоять перед Анклавом свою идею. Полковник ввел пароль, выйдя в защищенную сеть. Он послал сигнал вызова напрямую в Штормворт.

– Приемная генерала Харвестера! – мужчина-секретарь в строгом костюме ответил незамедлительно, как только получил запрос. Его скучающее лицо без интереса смотрело на Морриса.

– Полковник Моррис, командующий гарнизоном Акроса! – полковник представился и перешел к делу. – Мне срочно нужно передать генералу Харвестеру важное сообщение!

* * *

Лаура нехотя открыла глаза, провела рукой по простыне. Эмили не оказалось рядом, хотя они уснули вместе тем вечером. Уотерс повернула голову, дотянулась до утки-будильника, крякавшей несколько секунд и возвещающей о начале нового дня. Женщина отключила её. Встала, накинув футболку. Дверь на кухню плотно закрыта, но, замерев, Лаура услышала звуки жизни доносившиеся оттуда. Легкая поступь детских шагов сменилась звуком открывшегося крана. Он зашумел потоком воды. Уотерс сдвинула перегородку, заглянула на кухню, невольно улыбнулась. Эмили наливала чайник. Она решила помочь матери с завтраком. Чтобы не спугнуть дочь, женщина прокралась к столу.

– И что же у нас на завтрак!? – засмеявшись спросила Лаура, поудобнее усевшись на стуле.

– Мама! – Эмили резко развернулась, едва не расплескав набранную воду, улыбнулась в ответ. Она донесла полный чайник до плиты, включила электрическую конфорку.

– Какая ты уже взрослая! – Уотерс обняла подошедшую девочку, поцеловала в лоб. – Молодец, сможешь о себе позаботиться!

Женщина встала чтобы приготовить завтрак. Дочь крутилась рядом, молча наблюдая за действиями матери и стеснялась о чем-то спросить. Она отвлеклась, кивнув в сторону холодильника.

– Тебе понравился мой рисунок?

– Конечно, милая! – Лаура не отвлекалась от приготовления пищи. – Только солнце наверху не всегда оранжевое…

Она посчитала нужным сказать это дочери. Задумчиво посмотрела на неё. Страшная мысль обожгла сознание. Неужели Эмили никогда не увидит солнце вживую!?

– Но на фотографии оно именно такое! – девочка зарылась в своих вещах, аккуратно сложенных на краю стола. Она достала карточку с пальмами, показала матери.

– Это называется закат, милая! – Лаура снисходительно улыбнулась. – Так бывает, когда солнце заходит за горизонт, и потом наступает ночь.

– А ночь наступает всегда? – Эмили не сразу задала этот вопрос, теребила фотографию в руках. Пыталась представить себе тот мир, что был на ней запечатлён.

– Всегда! И восходит тоже всегда! – Лаура замолчала. Сосредоточенность на лице девочки граничила с болью. – Мы найдем вакцину, мы обязательно вернёмся обратно, и ты всё увидишь своими глазами. Обещаю!

– Ты обещаешь? – Эмили с надеждой посмотрела на мать.

– Конечно! – Уотерс нагнулась к дочери, подставив мизинец. Девочка схватила его своим пальчиком и довольно пожала.

– Дядя Виктор так ничего мне и не подарил? – Эмили робко озвучила мучавший её всё утро вопрос.

– Ах да! – Лаура шутливо ударила себя в лоб. – Дядя Виктор всегда выполняет обещания. Это я забыла тебе его передать!

Женщина обогнула стол, закапалась в карманах кофты, оставленной на спинке стула, еще с вечера. Уотерс отдала Эмили заветную коробочку. С грустью смотря на радость в её глазах. Обычный видеофон едва ли мог взять на себя роль интересной игрушки, и наверняка еще доставит Лауре головную боль, но разве могло всё это сравниться с глазами её дочери, светившимися от счастья. Девочка раскрыла коробку, массивный коммутатор лёг в её ладонь.

– Ух ты! – Эмили улыбалась во весь рот, глаза блестели. – У меня теперь свой собственный видеофон!

Лаура ничего не ответила ей, вернулась к плите, на которой уже разогретый завтрак начинал подгорать. Женщина разложила его по двум тарелкам, поставила на стол.

– Ты проводишь сегодня меня в школу? – Эмили с надеждой посмотрела на мать. Лаура нежно улыбнулась.

– Конечно, милая! – она отвлеклась на закипевший чайник. Уотерс хотела хоть как-то загладить свою вину перед дочерью за вчерашний день. – Сегодня после обеда у нас с дядей Виктором будет важный эксперимент. Хочешь посмотреть?

– Да! – Эмили ответила не задумываясь, от перевозбуждения подъедала хлебные тосты, с нетерпением ждала чая. Лаура поставила перед ней чашку, села напротив.

– Тогда как будешь дома, позвони мне, – она взяла коммутатор дочери. Записала свой номер в пустой адресной книге. – Я поднимусь за тобой и проведу в лабораторию.

Уотерс улыбалась. В первый раз она видела, как дочь завтракала с таким аппетитом.

* * *

– «Стивен! Пожалуйста! Не бросай нас!» – Лицо Патриции исказила гримаса ужаса. Лоуренс ударял в стекло двери кулаком, пытался разбить. Тридцати миллиметровая полоса стали отделила его от семьи. Она заточила их в плен. Лейтенант дергал головой в полудрёме. Старался забыть тот кошмар, но лица умирающих людей появлялись из темноты, бросались в атаку, терзали сознание Стивена…

Звук входящего вызова заставил Лоуренса открыть глаза. Тяжело дыша, лейтенант привстал. Панель интеркома находилась в стене напротив его кровати. В пространстве узкого кубрика Стивену достаточно протянуть руку, чтобы принять звонок. Он потёр лицо горящее огнём, сел напротив видеофона.

– Да, – на выдохе сказал Лоуренс. Из темноты информационного пространства появилось лицо секретаря полковника Морриса. Женщина вежливо улыбнулась.

– Здравствуйте, лейтенант. Как вам спалось? – она продолжала улыбаться, но задавала вопросы без какого-либо интереса.

– Спасибо, хорошо, – устало отозвался лейтенант. Он пытался выдавить ответную улыбку, но не смог, как ни старался.

– Вас к себе срочно вызывает полковник Моррис. Он просил обязательно зайти до завтрака.

– А, это по поводу рапорта? – догадался Стивен, кивнув головой.

– Нет, – секретарь неожиданно изменила тон и понизила голос. – Это личная встреча.

– Хорошо, уже выхожу, – Лоуренс напрягся. Прежде полковник никогда не назначал ему таких аудиенций, тем более срочных. Лейтенант встал, накинул рубашку. Он долго думал, брать ли с собой видеофон. Коммутатор лежал на краю стола, его корпус закрыл собой цифровую фото рамку. Стивен не увидел изображение, всегда держал картинку закрытой. Он осторожно взял видеофон, положил его в нагрудный карман рубашки. Дрожащие пальцы коснулись фотографии. Лоуренс прикрыл глаза, не решаясь перевернуть её, и еще раз посмотреть на лица своих любимых. Лейтенанту хватило прошлой ночи. Как только он закрывал глаза, слышал их крики. Нельзя будить призраков прошлого… Стивен выдвинул ящик, из которого достал фотографию и осторожно скинул в его темное чрево. Цифровая рамка беззвучно упала на мягкое дно. Лоуренс поспешил закрыть ящик и выйти из кубрика.

2 глава

– А акулы еще живы!? – Эмили вдруг зашептала как матерый заговорщик, подалась вперёд.

– Конечно! – Лаура ответила ей так же в полголоса, поддержав эту игру. – Их кстати теперь у нас три!

– Да!? – глаза девочки загорелись азартом. – Вам удалось поймать еще одну!? Как вы назвали новенького!? Опять дядя Виктор придумал имя?

– Да, – Уотерс выдавила улыбку, нервно сглотнула. Она заставила себя произнести это слово вслух. – Лазарь.

– Фу… – Эмили откровенно поморщилась. – Некрасивое имя!

– Это точно! – нервно усмехнулась Лаура. – Не слишком удачное…

– И как его встретили Пенелопа и Эстроген!?

– Астрагон! – Уотерс поправила девочку, не удержавшись от смеха. Дочь никак не могла запомнить его имя.

– Да, точно, Астрагон! – Эмили улыбалась во весь рот, но не слишком хорошо понимала, почему это слово так рассмешило маму. – Они не кусались?

– Нет, что ты!? – Лаура с грустью подумала о Лазаре. Разин хорошо поиздевался над ним. Запустил акулу в бассейн, не сняв намордник. – Пенелопа и Астрагон воспитанные акулы, они не кусаются! И, кстати, вчерашний ужин съели весь до последней рыбёшки!

Уотерс кивнула на почти не тронутую тарелку Эмили. Девочка выпила весь чай, но завтрак как обычно объела только по краям. Она виновато улыбнулась, запихнула в рот печенье.

– Ты не исправима! – Лаура умиленно покачала головой. Дочь охотно закивала в ответ.

Звук входящего вызова прервал их разговор. Уотерс нехотя встала, взглянула на часы. До начала рабочего дня оставалось еще полчаса.

– И кто же так рано нас беспокоит!? – женщина обернулась на дочь, задорно подмигнула. Эмили осталась за столом, усердно пережевывая печенье.

Лаура приняла звонок. Её улыбка сползла с лица. Из черноты информационного пространства появился Чоу. Он выглядел взъерошенным и напуганным.

– Здравствуй, Лаура! – дежурный попытался взять себя в руки, но его голос дрожал. Сун нервно оглядывался по сторонам. – Ты уже проснулась?

– Да, здравствуй! – Уотерс напряглась, пытаясь понять, что происходит. Окружение лаборатории за спиной Чоу выглядело обыденным и не тронутым. Женщина нахмурилась. Она подозревала, что могло случиться, но начала издалека. – Как прошло дежурство, ты покормил акул?

– Нет, прости, я не успел! – дрожащей рукой Сун потер лоб. – Тут с акулами беда… – Они напали на новенького! – на выдохе произнесла Лаура. Она начинала тихо ненавидеть Разина и его сомнительные эксперименты. – Виктор доиграется! Я отстраню его от исследований!

– Нет-нет! Они его не трогают, но с ними что-то неладное! – он перебил Уотерс, не дав договорить. Чоу приблизился к монитору, заслонив собой весь обзор лаборатории. Лаура изменилась в лице, уже ничего не понимая. Обернулась на дочь. Эмили внимательно следила за происходящим.

– Что у тебя там происходит!? – осторожно спросила Уотерс. Ей не хотелось, чтобы девочка услышала что-то слишком тяжелое для её возраста.

– Я не знаю, как это объяснить! – Чоу тяжело вздохнул, помотал головой. Лаура заметила, как дежурный периодически бросал в сторону аквариума испуганный взгляд. – У них странное поведение!

– Они не дерутся? – Лаура замерла, стараясь услышать всплески воды или другие признаки происходящей драки, но в лаборатории царила зловещая тишина.

– Нет! – ответ Суна снова поставил начальницу в тупик. Уотерс скрестила руки на груди. – Они странно передвигались по бассейну. Сейчас вроде успокоились, но ночью тут творилась настоящая чертовщина! Пожалуйста, Лаура, приди! Тебе надо увидеть все своими глазами!

– Я поняла тебя Чоу, уже выхожу! – женщина окончила сеанс связи, резко развернулась, уверенно зашагала к столу. Она протянула руку, чтобы взять кофту со спинки стула, но замерла в нерешительности. Взгляд матери пересекся со взглядом ребенка полным боли и обиды. Эмили безучастно наблюдала за происходящими событиями, она не могла изменить их. Лаура опустила плечи, посмотрела на дочь с сожалением.

– Прости, детка! Я опять не смогу проводить тебя в школу…

Девочка досадно поджала губы. Отвела в сторону глаза, на которые навернулись слезы. Не в силах проводить мать, она покинула обеденный стол, так и не доев завтрак. Уотерс с тоской смотрела на то, как дочь уходит в спальню и закрывает за собой дверь. Но она не могла не пойти сейчас в лабораторию. К этому её обязывала работа. Женщина накинула кофту, нащупала в кармане электронный пропуск. Она нехотя подошла к двери, услышала, как в спальне включился телевизор. Лаура остановилась у самого выхода. Её сердце болезненно сжалось. Она вспомнила свой последний разговор с Полом. Неужели она действительно хочет такой жизни для себя и своего ребенка!? Вечная погоня за призрачной мечтой. Последние два года Эмили жила в аду, вечно мешаясь под ногами своих родителей. Остатки человечества возвели работу химиков и биологов в идеологию. Поклонялись им как богам, ждали чуда… Уотерс до боли в пальцах сжала свой пропуск. Она сверилась с часами. До начала занятий дочери оставалось чуть больше двадцати минут.

Эмили не заметила, как тихо приоткрылась дверь спальни. Давя слёзы отчаяния, девочка пыталась смотреть мультфильмы. Их показывали по утрам и вечерам, старые записи. Лаура украдкой заглянула внутрь.

– Одевайся. Нам надо выходить. Но ты придешь в класс на пятнадцать минут раньше, хорошо?

– Хорошо мамочка! Спасибо! – Эмили подскочила на кровати, кинулась к матери, крепко обняла.

– Быстрее, быстрее! – шутливо засмеялась Уотерс, она гладила дочь по голове, но их поджимало время. – А то опоздаем!

– Бегу! – девочка кинулась к шкафу, достала одежду, быстро переоделась. Лаура взяла ранец дочери, выключила телевизор и вышла на кухню. Она аккуратно сложила в него пенал с карандашами, несколько чистых листов бумаги. Настоящий дефицит в Акватике, как и миллион других вещей, чье богатство осталось на поверхности. Женщина окинула квартиру внимательным взглядом, почему-то запоминала все таким, каким оно есть. Уотерс ждала Эмили в дверях, держала ранец наготове. Девочка пулей вылетела из спальни. Замешкалась, не увидев своих вещей.

– Я уже всё собрала, – Лаура поманила дочь к выходу. Эмили кинулась к ней, но неожиданно остановилась у стола. Подарочный видеофон сиротливо лежал на краю. Девочка схватила его в последний момент, прижала к груди. Поравнявшись с матерью, спрятала коммутатор в боковой карман ранца, заботливо застегнула молнию.

– Ты его не потеряешь? – Уотерс не противилась её решению, но игрушка дочери была слишком дорогой.

– Я с него глаз не спущу! – довольно улыбнулась Эмили. Они поспешили выйти в ярко освещенный коридор, закрыв за собой дверь.

* * *

– Генерал!? – Моррис отдал честь, как только секретарь главной ставки связал его с командующим восточными гарнизонами Акватики.

– Доброго времени полковник! – Эрик Харвестер почтительно кивнул. Не смотря на столь ранний час, он выглядел взбодренным и находился на своём рабочем месте. – Что за спешка? В Акросе что-то случилось?

Моррис замялся. От того как он подберёт слова для доклада будет зависеть исход их операции.

– Сегодня ночью в лаборатории Акроса был выведен прототип вакцины, – на выдохе произнес полковник. Он выдержал паузу, взглянув на генерала. Моррис смутился, когда понял что его слова не вызвали в Харверстере никаких эмоций. Продолжил уже более осторожно. – Прототип будут перевозить из Акроса в Медею сегодня на десятичасовом грузовом рейсе.

Адмирал молчал. Полковник взмок от навязчивого ощущения, что выглядит сейчас слишком глупо. Цепочка мыслей в его голове распалась, и Моррис не смог продолжить доклад. Харвестер перехватил инициативу.

– Вы уверены, что биологи вывели вакцину?

– Десять минут назад об этом мне сообщил префект города Люси Падинг! – жестко отрапортовал полковник. Адмирал расплылся в снисходительной улыбке, обескуражив Морриса.

– О, Люси… – мечтательно произнес Харвестер. Он задумался. – Они собираются перевозить прототип на обычном грузовом рейсе?

– Так она и сказала, – подтвердил Моррис. Он снова почувствовал себя глупо, когда адмирал недобро усмехнулся.

– Союз не устает проверять Анклав своими провокациями, – Харвестер тяжело вздохнул. – Почти каждый месяц мы сталкиваемся с такими информационными диверсиями. Сенат никогда не доверял Анклаву, постоянно проверяет нашу лояльность. И пока нам удается избегать их ловушек…

Моррис не мог не согласиться с мнением генерала, хотя некоторые факты, о которых он услышал впервые, смутили полковника. Харвестер вопросительно взглянул на собеседника. Видел, что Моррис мучился каким-то вопросом.

– Я не уверен, что это ложь! – полковник наконец собрался с духом. Он вытянулся по струнке, выпятил грудь. Поймал на себе пронзительный взгляд генерала.

– Да? И что же вас заставило думать так?

– Вчера мы выловили для ученых акулу. Один из биологов упомянул, что они на пороге открытия вакцины, – это совпадение закралось Моррису в душу. Оно не давало ему покоя, и полковник почему-то думал, что это совсем не совпадение.

– Странно. Наши агенты молчат, если бы в Акросе действительно нашли вакцину, мы бы непременно узнали об этом, – Харвестер потер подбородок, перебив собеседника. Моррис продолжил излагать мысли, когда повисла пауза.

– Если прототип вывели сегодня ночью, ваши агенты могут еще не знать об этом успехе, – осторожно предположил полковник. Но этот факт напрашивался сам собой. Адмирал допускал такую вероятность, выражение его лица изменилось. Моррис разглядел в нём сомнение.

– Возможно и так. Но что задумали вы, полковник? – Харвестер с хитрецой взглянул на собеседника. Полковник потёр руки, почувствовав, что теперь способен донести до начальства свои мысли.

– Если вакцина действительно существует, её непременно должны доставить в Медею! – Моррис начал решительно, холодно проговаривая каждое слово. – Только там вакцину можно протестировать на живом организме. Я считаю, что Падинг упомянула грузовой рейс для отвода глаз. По моему мнению, прототип будут перевозить на чем-то маленьком и быстром.

– Курьерский Скарабей! – тут же сообразил Харвестер.

– Вот именно! – кивнул полковник. – Я планировал снарядить команду охотников и устроить засаду.

– Рискованно! – досадно заключил генерал. – Мы не знаем точно, в каком Скарабее может перевозиться прототип, и вообще находится ли он еще в Акросе…

Моррис не успел ответить. На коммутатор пришло сообщение. Полковник прочитал его краем глаза, невольно улыбнулся. Секретарь вовремя прислала отчет об отправках Скарабеев с пирса Акватики за последние восемь часов. В нём стояла всего одна цифра.

– Вакцина еще в Акросе! – уверенно доложил Моррис. – Ни один курьерский Скарабей не покидал город.

– Хм… – Харвестер глубоко задумался. – Если Падинг дала нам ложную цель, она будет ожидать нападения именно на неё… Ей нечего будет предъявить Анклаву, если исчезнет курьерский транспорт, на который не было наводки.

Моррис зловеще ухмыльнулся.

– Я одобряю ваш план, полковник! – глаза генерала нехорошо блеснули, лицо приняло болезненный вид. – И, Моррис… Джон… Не оставляйте свидетелей, они нам ни к чему…

* * *

Чоу отошел от панели интеркома, закончив сеанс связи. Его руки все еще дрожали. Сун боялся, что Лаура не успеет дойти до лаборатории вовремя. Акулы в бассейне успокоились и не делали ничего странного уже час. Дежурный осторожно приблизился к аквариуму. Хищники перестали менять позиции. Лазарь остался в правом углу, Пенелопа сместилась влево, Астрагон нервно кружился в центре. Чоу попытался разглядеть его внимательней. Из трёх рыбин именно поведение Астрагона вызывало тревогу. Его движения становились резкими и хаотичными. Акула без причины то опускалась на дно, то поднималась на поверхность, вспенивая воду. Сун положил руку на холодную поверхность защитного стекла. Астрагон поднялся на его уровень, приблизился почти вплотную. Чоу пришлось прищуриться, чтобы разглядеть морду хищника. Он вздрогнул, отпрянув. В мутной воде, разбавленной воздушными пузырями, глаза рыбины блеснули кровавым оттенком. Не может быть! Сун колебался мгновение. Он вернулся к стационарному видеофону, приложил руку, чтобы активировать его, но в страхе отскочил в сторону. Не успел набрать номер. Страшный удар сотряс стены аквариума. Астрагон сделал крюк. Он разогнался, чтобы еще раз удариться головой о стекло бассейна со всей силы.

3 глава

Облачившись в легкую куртку и задрав воротник, Разин уверенно продвигался вдоль коридора. Он старался избегать постов охраны и проверок электронного паспорта, не поднимал голову, когда попадал в зону работы видеокамер. Коммутатор в кармане лежал отключенным. Виктору нельзя раскрывать себя. В руках биолога кейс. Внутри него результат его двухлетней работы, который уместился на маленькой карте памяти. Несколько личных и дорогих вещей. Чип от видеофона. Номер, на который приходили сообщения от связного Праволишенных. Последняя полученная инструкция указывала на время эвакуации из города. В обед, во время смены постов караула, Виктор покинет Акрос раз и навсегда. Они хотели, чтобы он продолжил работу в более спокойной обстановке в лабораториях Поляриса.

Разин добрался до зала ожидания. В ранний час здесь мало посетителей. Он воровато огляделся по сторонам. Приблизился к ряду стальных однотипных ящиков камер хранения. Львиная их доля открыта. Ключи сиротливо свисали с замков. Виктор не колебался. Семьсот двадцать первое отделение приковало взгляд. Оно находилось на уровне груди биолога. Разин поднял кейс, ощутил его тяжесть. Двухдневный запас воды и еды оказался в списке необходимых вещей. Виктор осторожно поместил чемоданчик внутрь камеры хранения, закрыл его. Спрятал ключ в карман. Вокруг много военных. Армейские казармы совсем рядом, на этаже выше. Разин убедился, что не привлёк ничьего внимания. Отошёл в сторону, нащупал видеофон в кармане. Биолог сохранил в его памяти только последнее сообщение от связного. Виктор помнил текст наизусть. Оставался последний штрих. Мужчина достал коммутатор, открыл сообщение, и, прочитав присланные инструкции в последний раз, удалил послание. Теперь он чист. Разин заспешил к лифту. Он должен успеть вернуться домой и вовремя попасть на работу. Виктору нужно продержаться в городе еще пять часов и не вызвать подозрений.

* * *

Уотерс вела дочь за руку. Они шли по коридору к главным лифтам, влившись в общий поток людей. Эмили с любопытством и некоторой боязнью всматривалась в окружающую обстановку. Черно-синяя глубина океана давила на защитный купол города, и даже яркое освещение над их головами не помогало развеять темноту могучей стихии. В отличие от Эмили, Лаура не смотрела по сторонам. Обеспокоенная рассказом Чоу она невольно ускоряла шаг, стремясь быстрее закончить с делами и попасть в лабораторию.

– Почему акулы нападают друг на друга? – Эмили робко обратилась к матери, нарушив гнетущее молчание.

– Потому что они хищники, так заложено природой, – Уотерс не сразу ответила дочери. Тревожные мысли мешали ей сконцентрировать внимание.

– А разве это правильно? – девочка долго обдумывала услышанное. Они вышли из очередного узкого прохода и оказались на длинной стометровой аллее. Она заканчивалась пассажирскими лифтами. Вчера именно здесь военный по фамилии Бейкер проводил Эмили до элеватора. Она вытянула шею, надеясь увидеть в толпе силуэт знакомого офицера.

– У природы нет такого понятия, – Лаура нахмурилась, пыталась понять, к чему все эти вопросы. Она держалась центра коридора, ограничив дочери обзор внешнего купола города. Отсюда Эмили совсем не видела отблесков Медеи, это нагнало на неё еще большую тоску.

– А люди? – девочка старалась вырваться из окружения людского потока, словно он нёс её против воли. Уотерс крепко держала дочь возле себя, не давая отстать или свернуть с их маршрута.

– Что люди? – Лаура едва скрывала раздражение. Вопросы Эмили отвлекали её от собственных мыслей.

– Люди тоже хищники? – девочка с надеждой взглянула на мать. Они преодолели уже половину пути.

– Да, – тихо ответила Уотерс. Спорить с этим бессмысленно.

– Люди тоже нападают друг на друга? – только сейчас Лаура поняла, что хотела узнать её дочь. Она родилась в Акватике, не видела ни войн, ни массовых драк. Вместе с вирусом на поверхности осталось и насилие. Ситуация, поставившая людей на грань вымирания, привнесла в жизнь выживших особое отношение к внутривидовой вражде. Идея освобождения, возвращения на поверхность настолько сплотила человеческую массу, что сенату Акватики не пришлось даже задумываться об экономической модели их маленького мира. Любой денежный товарооборот отпал. Люди стремились обеспечить и поддержать друг друга продовольствием, одеждой, вещами быта. Акватика жила и процветала в исключительном симбиозе, очень похожем на коммунистический рай. У каждого города была своя роль в этой схеме.

– У людей нет такой нужды сейчас, – Лаура осторожно взглянула на дочь. Они остановились в считанных метрах от дверей лифта. Человеческая масса здесь сбавляла ход и уплотнялась. Жители собирались у элеваторов, терпеливо ждали своей очереди. Уотерс легонько толкнула Эмили вперёд. Девочка послушно встала перед матерью. Боязливо посмотрела на неё снизу.

– А если нужда вдруг появится? – женщина увидела страх в глазах дочери. Она улыбнулась, чтобы успокоить её, но звук входящего вызова отвлёк внимание. Свободной рукой Лаура достала видеофон и приняла сигнал.

– Быстрее, Лаура! В лабораторию! Астрагон сошёл с ума! – выпалил Чоу на одном дыхании. Он пригибался от капель воды, осыпающихся на спину дождём. Вздрагивал при каждом глухом ударе. Уотерс могла только догадываться, что происходило в лаборатории, но ей хватило этих секунд, чтобы понять: события выходят из-под контроля по непонятной причине. Женщина удержалась от скоропалительных действий, рефлекторно сжала руку Эмили.

– Что случилось, Чоу!? Ты один там? – Лаура завертела головой, ища пути к отступлению. Девочка поморщилась от боли, попыталась вырваться из крепкой хватки.

– Да, один! Астрагон пытается пробить стекло бассейна! – Сун увернулся от очередного всплеска. Уотерс слышала, как акула ударяет в стекло аквариума, сильнее с каждым разом. – Я звонил Виктору, но его видеофон отключен, а дома его нет!

– Разин! – зарычала от злости Лаура. – Никогда его нет, когда нужен! Я сейчас буду! Попробуй успокоить его транквилизатором!

Женщина оборвала вызов, бешено вращая головой, оценивая обстановку. Пока они не встали у дверей лифта, Уотерс могла потеснить людей и вырваться из потока.

– Мама! – Эмили стало по-настоящему страшно. Она никогда не видела мать такой озлобленной. Лаура вспомнила о дочери, только услышав её голос. Женщина остановилась, присела, попыталась улыбнуться.

– Эмми. Я не смогу провести тебя до класса. Ты сможешь дойти сама?

Девочка быстро кивнула. Она не хотела мешаться, чувствуя: случилось что-то действительно серьезное.

– Хорошо, милая, как закончатся занятия, позвони мне! Будь умницей! – Уотерс отдала дочери ранец. Поцеловала в лоб. Легонько толкнула в сужающийся людской поток. Их руки разомкнулись. Сердце Эмили испуганно билось в груди. Она снова осталась одна.

* * *

Окончив сеанс, Чоу отошёл от экрана видеофона. Он с ужасом наблюдал за сумасшедшим танцем Астрагона. Акула ударяла в стекло всей массой своего тела. Получала тяжелые раны, но даже не собираясь отступать. Транквилизаторы! Как молния вспыхнуло в голове дежурного. Сун заспешил к неприметным ящикам слева от аквариума. Замок надежно защищал оружие от случайных рук. Чоу похлопал себя по карманам. Ни в брюках, ни в халате ключей не оказалось. Ещё один удар сотряс стекло бассейна. Защита выдерживала натиск, но даже лаборант не знал надолго ли её хватит. Сун оглядел свой рабочий стол, заметил связку, небрежно кинутую на клавиатуру компьютера. Он кинулся к ней, схватил ключи, развернулся обратно. Всё происходило настолько быстро, что Чоу едва успевал обдумать свои действия. Он еще раз посмотрел на Астрагона. Рыбина продолжала атаковать стекло, кидаясь на него, как на лютого врага. Вода в аквариуме постепенно окрашивалась красным. Дежурный вставил ключ в замок и замер. Он вспомнил глаза акулы, пальцы онемели от страха. Бредовая мысль, но если ему не показалось? Такое не может быть правдой, только не здесь! Акрос не имел штаммов лихорадки, и акулы не переносили вирус! Сун отогнал сомнения. Он уверенно повернул ключ в замке, распахнул дверцу и достал ружье. Зарядил в него несколько патронов с лекарством. Вооружившись, Чоу встал напротив аквариума. Пристально смотрел на акул внутри. Нехорошее предчувствие заползло под кожу. Мысль о том, что укол транквилизатора может заставить хищника всплыть на поверхность и соприкоснуться с воздухом, не давала покоя. Дежурный нехотя сделал следующий шаг. Лестница, позволяющая подняться к краю бассейна, стояла у стены. Сун поспешил к ней, на ходу закидывая ружье за спину. Словно почуяв неладное, акулы оживились. Пенелопа и Лазарь приподнялись, Астрагон задвигался быстрее. Глухие удары сотрясали стекло чаще. Дежурный подхватил лестницу обеими руками, выдохнув, приподнял над полом. Он не успел сделать ни шага. Очередной удар прорезал ухо Чоу сухим щелчком. Суна бросило в жар. Он отпустил лестницу и развернулся к аквариуму лицом. На лбу проступили крупные капли пота. В центре стекла появилась трещина. От каждого нового удара она разрасталась сетью паутины.

* * *

Эмили прошла в класс, тихо приоткрыв дверь. Миссис Вернон встретила её в вестибюле школы. Она не удивилась появлению девочки, хоть Эмили и не смогла объяснить, почему пришла так рано. Понимающе улыбнувшись, проводила ученицу до дверей класса Она ушла, готовясь к урокам. Только войдя внутрь аудитории, Эмили поняла, почему миссис Вернон не отреагировала на её появление. Эмили не ожидала увидеть здесь еще кого-то, но Виктория Майлс уже сидела на своём месте. В нерешительности и удивлении девочка остановилась. Их взгляды пересеклись. Виктория испуганно опустила глаза. Затаив дыхание, Эмили прошла в класс, села на своё место. Она колебалась, прежде чем достать пенал с карандашами. Поставила ранец у ног, нащупала рукой выпуклость сбоку. Девочка надеялась, что мама не обманула её и после уроков обязательно проведёт в лабораторию. Из размышлений Эмили вывел звуковой сигнал. Он эхом распространился по Акросу из расставленных повсюду динамиков. Даже электронная доска в их классе замигала в такт словам. Обращение префекта начинало новый день:

«Доброе утро, жители и гости Акроса! Я, префект города, Люси Падинг, желаю вам удачного дня и хочу напомнить, что только благодаря мудрому правлению совета Союза Городов Акватики и вашему личному участию в жизни нашего мира, сегодня мы с вами вновь можем наслаждаться его дарами».

* * *

Лоуренс уверенно продвигался вдоль коридора, ловко обходя военных, возвращающихся с дежурства. Он вышел из сектора казарм, потянулся к видеофону. Предчувствие говорило лейтенанту, что Моррис вызывает к себе только для того, чтобы дать очередное задание. Стивен на ходу вспоминал, где сейчас его команда. Хватова забрал медперсонал. Дэй скорее всего где-то неподалеку. Эта парочка стала неразлучна после пожара на Гилеоне восемь месяцев назад. Максим тогда спас Ли жизнь, вытащил его из огня на своей спине. Лоуренс обогнул столовую и тренажерный зал. Он вышел в главный коридор, взяв курс на блок лифтов. Отсюда не было прямого сообщения с жилой зоной Акроса. Большая часть элеваторов уходила в сердце города к техническим залам, пирсу и ядерному реактору. Жизненно важным частям, обеспечивающим его функционирование. В приёмную полковника, расположенную на одном уровне с префектурой вел всего один лифт. По замыслу такое соседство должно олицетворять доверие и взаимовыручку между двумя фракциями, но на деле всё обстояло куда прозаичнее. Близость штаб-квартир лишь облегчало слежку как с одной, так и с другой стороны.

Лоуренс вошел в тесную кабину, поморщившись. Боязнь замкнутого пространства осталась у него после инцидента в Асционе. Стараясь не отрывать взгляда от пола, лейтенант нажал на кнопку верхнего этажа. Двери закрылись, и лифт начал подъем. Превозмогая головокружение и тошноту, Стивен набрал на видеофоне номер Дэя.