Читать книгу: «Сама себе коуч»

Глава 1

Зовут меня Нина Чулкова. Я та самая некрасивая подружка, которую удобно таскать за собой по тусовкам, чтобы выгодно сверкать на её фоне. Причём, я не только с внешностью не угадала, красивой подружки у меня тоже нет. Вернее, подруга есть — Анютка Жукова. Она вполне симпатичная, особенно если сравнить со мной, только по тусовкам ей ходить некогда. Аня, как она сама выражается, «тащит на себе семейство».

С обременением вышла такая история: Анькин папаша сбежал, когда дочке семь лет исполнилось. Ушёл, что называется, в туман. Матушка погоревала-погоревала да занялась новыми отношениями. Что уж там не так было с её избранниками, не могу сказать, да только за семь лет Тамара Михайловна сменила троих мужиков, и каждый из них оставил о себе напоминание в виде наследника. Крайний присоединился к «тёплой компании в тумане», узнав, что сожительница ждёт двойню.

Подлый удар окончательно подорвал моральный дух брошенки. Рожала она трудно, спасали её чуть ли не всем родильным отделением. Мальчишки получились крепкими, а вот роженица осталась инвалидом — нервная система подкачала. Полгода Тамара Михайловна кое-как передвигалась по квартире. Готовить не могла, но хоть ела самостоятельно и малышей грудью кормила, а потом жизненные силы её оставили: выбрала Анькина мама постоянным местом жительства деревянный ящик без окон и дверей.

От детского дома четырнадцатилетнюю Анюту и её четверых братьев спасла тётка — двоюродная сестра Тамары Михайловны. Тётке самой на тот момент было двадцать шесть, но она оформила опеку над всей оравой, переехала в четырёхкомнатную квартиру Жуковых и тянула эту лямку до совершеннолетия племянницы.

К тётке Аня и семейство испытывали исключительно благодарность. Она умудрилась не только принарядить ребятишек, привести в порядок квартиру, запущенную Тамарой Михайловной, но и научить Анюту документообороту. Сама тётка имела высшее образование и работала в крутой фирме, поэтому с отчётами, чеками и прочим, необходимым при общении с органами опеки, справлялась на раз.

Анино восемнадцатилетие отмечали с помпой, а в качестве подарка именинница приобрела официальный статус опекуна малолетних братьев — младшим на тот момент исполнилось четыре с половиной. Тётка очень просила понять и простить, ведь ей нужно было строить собственную семью: она съехала от Жуковых к новоиспечённому мужу. Своих детей у них по неизвестным мне причинам не было, и тётка периодически навещала Жуковых с гостинцами и подарками, не оставляя племянников без внимания.

История с коучем началась с подачи моей красивой подружки. В тот поворотный день, когда моя судьба вознамерилась изобразить фуэте, я после занятий в универе забежала к Анютке на работу. Трудилась подруга в пивной «Янтарная слеза» в квартале от места моей учёбы. Смена у подруги вот-вот заканчивалась, и я рассчитывала вместе с ней ехать домой — мы жили в одном доме, только в разных подъездах.

В заведении витал насыщенный дух перекисшего хлеба и сушёной рыбы. За столиком в углу шумела весёлая компания, около прилавка вились два конкурирующих Анькиных ухажёра. Услышав мои решительные шаги, парни оглянулись, улыбки сползли с их разрумянившихся лиц. Реакция на моё появление была ожидаемой, но от этого не становилась приятной. Скорее, раздражала, снова и снова стискивая горло жёстким разочарованием в жизни.

Подруга приветливо мне кивнула и строгим голосом попросила клиентов перейти за столики.

— Зря ты так, — пожурила я Аню. — Нормальные вроде парни.

— Ой, — махнула рукой подружка, — все одинаковые. Сыплют комплиментами, клянчат номер телефона, назначают свидание, а как узнают про моё семейство, тут же уходят в туман. Налить тебе лимонаду?

— Давай, — согласилась я. — Ты как вообще, скоро освободишься?

— Как только, так сразу, — засмеялась Аня. — Любаня предупредила, что задержится на пять сек.

Сменщица пользовалась Анютиной добротой и опаздывала чуть ли не каждый день, хотя прекрасно знала, что Аня должна успеть к приходу братьев из продлёнки. Правда, десятилетний Макс без проблем приводил восьмилетнего Петька из школы, но эти двое могли до прихода сестры сотворить с квартирой такое, что дело окончится либо потопом, либо пожаром. Анютка неоднократно просила не отпускать мальчишек без неё, но учителя тоже люди, им тоже хочется поскорее уйти домой.

— Хочешь, я поговорю с Любой? — в очередной раз предложила я. — Совесть надо иметь, в конце концов?

— Не кипятись, — мягко улыбнулась мне подруга, подавая мне высокий стакан с изумрудным пузырящимся напитком, — пей лимонад. И вот ещё, глянь, какую мне рекламку подогнали.

Я с удовольствием глотнула пахнущую тархуном жидкость и взяла красочный глянцевый лист небольшого формата с изображением импозантного мужчины среднего возраста в классическом костюме с бабочкой. Его белозубая улыбка притягивала взгляд настолько, что другие черты лица вообще не запоминались. Под фотографией была крупная надпись: «Опытный коуч Николай Монру приглашает на бесплатный урок. Если вы хотите изменить жизнь, не стоит откладывать. Сделайте первый шаг вместе с Николаем Монру!»

— Опять какой-нибудь развод, — поставила я безапелляционный диагноз.

Анюта успела отпустить очередного клиента и, когда он отошёл в сторону, подалась ко мне, навалившись грудью на прилавок:

— Давай сходим. А? Ужас как хочется хоть что-то изменить.

Я недоверчиво усмехнулась:

— Ты что же, думаешь, этот Монру прямо на бесплатном уроке тебе всё растолкует?

— Нет, конечно. Просто попробуем поймать направление. Мы ведь не дуры, сами дальше домыслим. Нинок! Ну, пожалуйста! Бесплатно ведь.

— А то ты не знаешь, где подают бесплатный сыр?

— Значит, не пойдёшь со мной? — огорчилась подруга. — Одной мне страшно...

— А на кого ты семейство собираешься оставить? — наступила я на Анюткин больной мозоль.

— Так это же послезавтра, в субботу. Как раз тётка собиралась к нам заглянуть. Она бы и присмотрела за мальчишками.

Я снова придвинула к себе постер. Место проведения встречи: районный досуговый центр. Недалеко от нашего дома.

— В принципе, вечер у меня свободный. Можем сходить.

— Нинок! Ты лучшая! — воскликнула Аня.

В зале стало тихо. Мужские взгляды скрестились на нас. Я поймала секундный интерес, но уже через мгновение все посетители пивной разочарованно отвернулись.

Никто из них не поверил моей подруге. Не может быть «лучшей» девица с такой своеобразной внешностью.

— А вот и я! Не ждали? — из подсобки выплыла похожая на баржу с грузом оптимизма Анюткина сменщица Любаня.

Она добродушно кивнула мне и отодвинула Аню от прилавка своим необъятным телом.

Я тоже кивнула ей и сказала подруге:

— На улице подожду.

Поспешно допила лимонад и направилась к выходу, провожаемая скептическими мужскими взглядами. «Да, — хотелось крикнуть каждому из них, — такая уж я уродина! Будто вы тут все красавцы писаные!»

Мне двадцать два! Анютка на полтора года младше меня, а у неё уже десяток свиданий за спиной. Даже одно предложение случилось. Правда, кавалер скоренько так передумал жениться, узнав о «семействе». А у меня даже такого опыта не было. Только насмешливые взгляды и брезгливо выпяченные губы в качестве оценки моей внешности.

Я выскочила на воздух, глотнула выхлопных газов, щедро выпущенных отъезжающим от остановки автобусом, и достала из кармана сумочки маленькое зеркало. Увы, оно ничего нового мне не показало. Страшненькая. И никак это не исправишь. Даже самый опытный коуч не поможет.

— Ушёл? — подбежала ко мне переодевшаяся в привычные джинсы и свитер Аня.

— Кто? — не поняла я.

— Семнадцатый ушёл?

— А, автобус... Да, только отъехал.

— Вот засада! — огорчилась подружка. — Придётся теперь платить.

Водители маршруток не принимали её льготную карту, а социальный автобус нашего маршрута ходил раз в час, ждать его не имело смысла.

— Любане спасибо скажи, — сердито буркнула я.

— Да, ладно, не злись! — засмеялась Анюта. — Чай, душу в залог не попросят, а полтинника не жалко.

В маршрутке нам достались места сзади. Всю недолгую дорогу, Анютка вдохновенно пересказывала восторги клиента, от которого она узнала о Николае Монру.

— Прикинь, Гоша увидел на прилавке рекламу и аж подпрыгнул. Оказалось, что этот коуч вытащил его из крутейшей депрессии. От Гоши тогда жена ушла. Да не просто в туман, а к его давнему другу.

— Дети у них были?

— Нет. Жена талдычила, что не готова и всё такое. А от друга этого сразу же и залетела. Вот какие страсти!

— Ну-у-у... бывает, — глубокомысленно заметила я, заочно сердясь на мужиков, которые уводят друг у друга жён и не замечают свободных девушек вроде меня.

— Ясно, что и не такое бывает, — махнула ладошкой Аня. — Я про коуча. Гоша говорит, что ни секунды не жалел, что на курс потратился. Реально теперь у него новая жизнь.

— Так то курс, там, наверняка, индивидуальный подход. Бесплатный урок — совсем другое.

Я даже близко не могла представить, что какой-то коуч может сделать с моей внешностью или с восприятием её лицами противоположного пола. Сколько угодно можно трепаться о прекрасной душе, добром сердце, покладистом характере... Если у тебя нос длинноват и вообще черты лица непропорциональные, никто в твою сторону даже не посмотрит.

— Гоша уверяет, что даже от одного занятия может быть толк. Нужно только внимательно выслушать и усвоить главные приёмы. Дальше и сама сообразишь, как меняться.

Заразила меня Анютка своим энтузиазмом. Я прониклась и ждала встречи с пропиаренным волшебником.

Пришла суббота, и, вместо того чтобы отправиться на дачу помогать родителям, я пошла в досуговый центр вместе с подругой. Оделась просто, макияж не наносила. Пусть Николай Монру с порога увидит глубину проблемы. Даже интересно, что в моём случае может предложить его хвалённая методика.

Небольшая аудитория набилась под завязку. Место в первом ряду мы смогли занять исключительно благодаря Анюткиному обаянию. Она подошла к сидевшему за столом молодому человеку в камуфляже и спросила, указывая на стул рядом с ним:

— Свободно?

Парень поднял хмурое лицо и кивнул.

— Садитесь.

— А мы вдвоём, — жалобно улыбнулась Аня, указывая на меня, — с подружкой.

Брошенный на меня взгляд не обещал ничего хорошего. Незнакомец снова посмотрел на Аню и вздохнул, поднимаясь.

— Мне, в общем, без разницы.

Он ушёл на галёрку, а мы с Анюткой уселись на лучшие места — как раз напротив кафедры.

Ждать не пришлось. Через пять минут после того, как мы с подругой устроились, в аудитории повисла внимательная тишина. Мужчина в модном костюме и идеально белой рубашке поднялся на кафедру и поздоровался с нами.

— Не буду тратить время на перечисление своих регалий и достижений, — начал он напористо. — Каждый, кто заинтересуется, может взять у меня визитку, зайти на мой личный сайт и вдумчиво ознакомиться со всеми выложенными там материалами. В отдельной вкладке вы найдёте список ближайших курсов и сможете записаться, заполнив несложные формы. А сейчас давайте знакомиться. Не обязательно называть реальные имена, достаточно выдуманных ников. — Лектор наконец улыбнулся: — Главное, чтобы вы сами не забыли, как представились аудитории.

Улыбка коуча меня разочаровала. Она была другой — не той, что на рекламном проспекте. Кожа реального Николая Монру — если это его настоящая фамилия, а не псевдоним — тоже выглядела иначе. Улучшенное нейросетью изображение скрыло пигментные пятна и рытвинки, отбелило зубы, подкрасило бледные глаза, добавило густоты бровям и ресницам. Впрочем, внешность коуча была располагающей, голос — приятным, но мне стало досадно за первое впечатление, оказавшееся обманом.

— Итак, — бодро вещал коуч, — возьмите приготовленные на столах листы и карандаши, запишите свои ники в правом верхнем углу, и начнём работать.

Что мне было писать? Нервно вывела: «Дурнушка». И меня такая тоска взяла, что слёзы пришлось сдерживать. Да и нос захлюпал.

— Ты чего? — сочувственно шепнула, наклонившись к моему уху, Аня.

Я посмотрела на её лист, где было аккуратно выведено дворовое прозвище «Жучка», и покачала головой:

— Ничего. Соринка в глаз попала.

Подруга заботливо протянула мне одноразовый бумажный платочек — она всегда носила в кармане упаковку. Я послушно вытерла глаза и посмотрела на Николая Монру, который запустил на большом экране презентацию. На первом слайде рядом с изображением печального котика росла, увеличиваясь и расширяясь, надпись: «Что мешает мне быть счастливым?»

Глава 2

Изначально я скептически воспринимала коуча с прикольной фамилией Монру, подсознательно рифмуя её с глаголом: «совру». Вообще, пошла на занятие из-за Анютки, хотелось её поддержать. Подруга бесконечно крутилась между работой и семейством, не имея ни времени, ни средств на мало-мальски занимательные выходы «в свет». А тут такая развлекуха! Нет, правда, было очень интересно. Наверное, поэтому я не могла выкинуть озвученные коучем тезисы из головы и всю последующую неделю анализировала их и примеряла на себя, на свою жизнь.

В универе начались консультации перед госами. Я, как привыкла, садилась на первую парту, но почти не слушала преподавателя. Сергей Валентинович, который всегда выделял меня как самую дисциплинированную и ответственную студентку, в какой-то момент подошёл и постучал указкой по столешнице:

— Что с вами, Нина? Витаете в облаках. Влюбились?

Я растерялась, не понимая причины такого внимания. За спиной послышались смешки, наш балагур Стёпка выкрикнул:

— Весна, Сергей Валентинович! Даже такие заучки обращают внимание на парней.

— Весна весной, — добродушно улыбнулся препод, — а сессию никто не отменял. Обидно будет завалить её и лишить себя красного диплома.

Я активно замотала головой, отрицая высказанные предположения:

— У меня просто голова разболелась. Простите, Сергей Валентинович.

— Что ж, если так, — предложил он, возвращаясь к доске, — идите домой, выпейте лекарство и готовьтесь самостоятельно. Думаю, вам это по силам.

Игнорировать консультации не решались даже самые злостные прогульщики, но если тебя отпускает сам препод… Кто ж откажется?

Я поблагодарила, собрала вещички и выпорхнула из аудитории под завистливые вздохи одногруппников.

Нельзя сказать, что моя задумчивость куда-то делась. Я бродила по аллеям городского парка и грустила. Весна… Да, Сергей Валентинович и тот допускает, что «чучело» как я способно на романтические чувства. А я-то считала, что таких людей только двое: моя Анютка да коуч Монру. Если не врёт, конечно.

Как он говорил, прочитав моё признание?

— «Внешность» — отвечает на мой вопрос девушка с ником «Дурнушка». Что на это сказать? Тут не поспоришь, существуют стереотипы, именно на них при встрече с необычным лицом ориентируются люди. Причём, — коуч посмотрел на меня в упор, догадавшись, чья жалоба к нему попала, — каждому времени свойственно своё восприятие красоты. Тут ещё важна география. Советую посмотреть на своё отражение, абстрагируясь от образов, навязываемых соцсетями, телевидением и конкурсами моделей. Уверен, что в Фивах четырнадцатого века до нашей эры вы бы могли соперничать с Нефертити. Но даже не это важно.

— А что важно? — окончательно выдала я себя.

— В любом случае, вкусы людей разнятся. Наверняка где-то неподалёку существует мужчина, способный оценить вас по достоинству. Не нужно ориентироваться на всех. Ведь достаточно одного, не так ли? — Я нервно кивнула, а коуч не удержался от рекламы своего платного курса: — Однако побороть собственные комплексы по щелчку не получится. Вам предстоит большая психологическая работа. Здесь и сейчас я не в состоянии разбирать каждый конкретный случай подробно, нужны индивидуальные занятия. — Монру снова широко улыбнулся и указал на экран, демонстрирующий слайд с его контактами. — Напоминаю, что желающие получить обещанную скидку должны заполнить форму в течение трёх суток.

Трое суток прошло, а заявку я так и не подала. Не особенно верила, что коуч даже за деньги справится с моей проблемой.

Присмотрев свободную скамейку, я бросила на неё сумку с конспектами, села и вытянула ноги, откинувшись на деревянную спинку.

Анютка… Ей Николай Монру тоже не особенно помог. Просто сказал избитую фразу: «Всё проходит, пройдёт и это», посоветовав не унывать.

— Так-то он прав, — рассуждала подруга по дороге из досугового центра домой. — Тётка уже после тридцати замуж вышла, а до этого с нами возилась. Через десять лет близнецам стукнет пятнадцать, и я смогу заняться личной жизнью. А Максу так вообще двадцать один будет, и Петьку девятнадцать — взрослые мужики.

— Да уж, — хмыкнула я, — перестанут наконец дома ракеты запускать и соревноваться, кто глубже нырнёт в ванной.

— И за младшими присмотрят, — мечтательно улыбнулась Анюта.

Да-да, ей всего-то лет восемь-десять осталось ждать, и очередь из женихов выстроится. А вот мне…

Мимо, вызвав у меня острый приступ зависти, прокатила пустую коляску симпатичная девушка. Молодая мать увлечённо болтала по телефону, а её сынишка топал следом, живо интересуясь всем, что происходило вокруг: прыгающими воробышками, пуделем на поводке, тянувшим за собой девочку-подростка, сидящей на скамейке некрасивой тётей.

Малыш остановился и посмотрел на меня с испугом.

«Вот вам, пожалуйста! — мелькнула у меня сердитая мысль. — Какие у трёхлетнего мальчугана стереотипы? Образец для него — мама, а не какая-нибудь Нефертити, вот и всё».

Тут же вспомнила совет коуча: «Обращайте внимание на выражение своего лица. Очень часто люди зеркалят его. Улыбайтесь! В искусственной улыбке нет ничего стыдного. Прежде всего, это сигнал вашему мозгу: всё хорошо, я доволен жизнью».

Монру даже провёл эксперимент, предложив присутствующим механически растянуть губы. Он учил нас обманывать свой мозг! Мол, мимика считывается им, поймав улыбку, мозг даёт сигнал о выработке эндорфинов, а они в свою очередь снижают стресс и действуют как обезболивающие. Эксперимент, кстати, прошёл успешно. В аудитории даже как-то светлее стало. На смену общей угрюмости пришли доверие и любопытство.

«Да что же это я малыша пугаю?» — укорила я себя и, как учили, нацепила на лицо фальшивую улыбку. Правда, сразу стало легче. Мозг воспринял обман за чистую монету. Мальчонка тут же рассмеялся, испуга как не бывало. Видя, что его мать уходит, даже не оглянувшись, я показала на удаляющийся «экипаж»:

— Беги скорее, догоняй маму!

Малыш помахал ручонкой и припустил по аллее. Мне стало так хорошо! Я продолжала улыбаться уже совершенно искренне. Мне удалось очаровать одного мужчину — маленького, но… Главное, что метод работает. Нужно закрепить результат.

Смело могу заявить, что моё, сияющее улыбкой, лицо вызывало интерес у встречных. На меня смотрели уже не так, как раньше. Вряд ли кто-то из гуляющих в парке принял меня за красотку, но хотя бы не отворачивались, брезгливо передёргивая плечами — уже хорошо.

Этот успех меня вдохновил. Я совершенно забила на совет препода идти домой и готовиться к экзамену, а продолжила гулять, намереваясь ещё разок обмануть свой мозг, а заодно и людей вокруг.

Что ещё полезного было на уроке? Коуч разбирал жалобы на низкие заработки.

— Поверьте, экономия — не наш путь! Покупая дешёвку и довольствуясь малым, вы убеждаете и себя, и других, что не способны на большее. Раз вы справляетесь так, значит, вам просто не нужны большие деньги.

— А если тупо нет средств на дорогие покупки? — выкрикнула женщина средних лет, сидящая за нами.

— Никто не запрещает вам заглядывать в дорогие магазины. Для вашего мозга будет достаточно того, что вы прогуливаетесь между вывешенными нарядами, выставленной обувью и сумочками. Прикасайтесь к вещам, нюхайте пробники дорогих духов и не смотрите на ценники. Пусть вас примут за потенциального покупателя. Тогда и вам, и начальству станет очевидно: пора повышать зарплату.

— Да меня из такого бутика тут же пыльными тряпками погонят. Сразу видно, что я не смогу там купить даже заколку!

— Э-э-э нет, тут вы ошибаетесь. Достаточно убедить свой мозг, что со временем вы сумеете осуществить свою мечту, ваше лицо станет другим: уверенным, заинтересованным. Продавщицы считывают это не хуже, чем бюджетную одежду. Поверьте, иногда очень богатые люди предпочитают неброский стиль, такими клиентами не разбрасываются даже в дорогих магазинах.

Сомневаюсь, что бледная тётечка восприняла совет Николая Монру адекватно и записалась к нему на курс. Я же решила попробовать. Моя семья имела средние доходы. Даже повышенная стипендия не позволяла мне лишнего. Одета я не очень дорого, но и не в обноски, как Анютка. Пользуюсь модными духами, сумочка не на рынке куплена, а заказана через маркетплейс — вполне годная. Куда же направить стопы?

О! Ювелирный магазин, вернее даже сеть, известная в нашем городе как элитная. «Мечта любимой» — название ориентировалось на состоятельных мужчин, желающих порадовать своих жён и возлюбленных. Я усилием воли отмела убеждённость, что такой девушке, как я, тут не обрадуются, широко улыбнулась и вошла в залитый приятным светом зал, с удовольствием вдыхая аромат вишни.

Продавщица бросила на меня заинтересованный взгляд, улыбнулась в ответ и продолжила заниматься с клиентом: элегантным, симпатичным и не скупым, судя по тому, какие ему показывали колечки, молодым человеком.

Разумеется, меня потянуло в противоположный угол, к прилавку с качественной бижутерией, кое-что из которой я вполне могла бы приобрести. Однако, приняв к сведению советы коуча, я устремилась к самым дорогим изделиям и оказалась рядом с единственным до моего прихода покупателем.

О, да! Здесь было на что полюбоваться! Как в музее, честное слово. Мне снова пришлось обманывать мозг, мысленно примеряя серёжки, браслеты и медальоны, представляя, как они будут смотреться на синем выпускном платье — единственном, достойном этого соседства.

— Вам что-нибудь показать? — отвлеклась на меня продавщица.

Я покачала головой:

— Пока думаю.

Она снова доброжелательно улыбнулась и заговорила с молодым человеком:

— Такое дорогое кольцо следовало бы примерить. Не на каждой руке оно будет хорошо смотреться.

— Это сюрприз, — возразил покупатель. — Я собираюсь делать предложение, и…

— Тогда советую взять вот это, — предложила милая девушка, в её голосе прозвучало сочувствие. — Оно проще, зато наверняка подойдёт.

— Но мне приглянулось это.

Я невольно скосила глаза и залюбовалась. Вкус у молодого человека имелся.

Продавщица заученно произнесла:

— Один природный бриллиант, 0.055 карат, огранка круг пятьдесят семь граней, цвет три, чистота шесть; восемь природных бриллиантов, 0.12 карат, огранка круг пятьдесят семь граней, цвет три, чистота шесть; шестнадцать природных бриллиантов, 0.041 карат, огранка круг семнадцать граней, цвет два, чистота два; жёлтое золото 585 пробы.

Я слушала как загипнотизированная, разделяя настойчивость упрямо кивающего парня:

— Беру. Выпишите чек.

Продавщица жалостливо улыбнулась и спросила:

— Хотите, я примерю? Правда, мне и самой оно очень нравится, но не идёт от слова совсем!

— Ну, примерьте.

Нужно признать, что перстенёк на её широко поставленных, немного искривлённых, словно они собрались пошептаться, пальцах смотрелся хуже, чем на витрине. Я вздохнула разочарованно, а покупатель не сдавался:

— Рука моей девушки не похожа на вашу.

— Тогда советую зайти вместе с невестой. Вдруг задуманный сюрприз получится неудачным?

И тут молодой человек покосился на меня. Я так увлеклась происходящим, что встала совсем рядом и, переживая, схватилась за блестящий никелированный поручень, тянущийся вдоль витрины.

— Примерьте, пожалуйста, вы, — попросил он. — У моей Амалии такие же красивые пальцы: длинные, тонкие, изящные.

Вот это комплимент! Мои губы растянулись в глуповатой и абсолютно счастливой улыбке.

— Да, конечно, с удовольствием помогу. Мне тоже очень нравится выбранное вами колечко!

Надев эту красоту, я испытала бешеный прилив эндорфинов. Как будто это мне, а не какой-то неведомой Амалии, делали предложение и дарили бриллиантовую мечту. Обманывать мозг оказалось проще простого.

Глава 3

Успешный эксперимент в ювелирном магазине меня воодушевил, и я продолжала претворять в жизнь услышанные на уроке советы. Понятно, что рекомендации коуча не помогут привлечь внимание парней и обрести любовь, но я уже чувствовала себя иначе: меньше расстраивалась из-за косых взглядов и сочувственных вздохов незнакомых людей. Впрочем, знакомые тоже заметили перемены. В день последнего экзамена ко мне подошла Людочка Смирнова — одногруппница, возомнившая себя индикатором всего происходящего на курсе. Я, как обычно, стояла около окна в конце коридора, отдельно от остальных. Не то чтобы волновалась, хотя, волновалась, конечно, но не больше, чем перед обычным экзаменом. Учёба в университете, традиционно считавшаяся самым счастливым временем в жизни человека, неумолимо приближалась к финалу. Впереди оставалась только защита дипломного проекта, но я не грустила. Если вот это всё считать лучшим, что же ждёт меня дальше? Тоска.

В надежде прогнать уныние, я стала улыбаться. Никому — просто так, обманывая свой собственный мозг. Тогда-то Людочка и прилетела на мою улыбку, как мотылёк на огонь свечи.

— Привет! — звонко, явно работая на аудиторию, поздоровалась Смирнова.

— Привет.

Она пристроилась рядом, грациозно изогнувшись, облокотилась на подоконник и посмотрела мне в глаза:

— Ни-и-ин…

— Что?

— У тебя всё в порядке?

— В смысле?

— Ты какая-то необычная.

Я пожала плечами, едва сдерживаясь, чтобы не отвернуться. Людочка не заметила моего нежелания общаться, продолжила наседать.

— Вот скажи, чего ты всё время улыбаешься?

Я дёрнулась, как от удара током. Что прикажете отвечать? Мол, по совету коуча, решила потренировать свой мозг, приучаю его считать радость привычной эмоцией? Можно себе представить, какие разгорятся обсуждения за моей спиной. Событие университетского масштаба: заучка Чулкова «лечится» у психотерапевта.

— Да так… — вяло промямлила я, ещё сильнее растянув губы. — А что, нельзя?

Даже щёки заныли от напряжения, но мозг всё ещё пребывал в неведении, что ему нагло врут.

Людочка отзеркалила улыбку, наклонилась ко мне и прошептала:

— Необычно как-то. Ты всегда хмурая и недовольная, а тут… Ребята говорят, ты «тёпленькая».

— Чего? — искренне удивилась я.

— Ну, немного того, — Смирнова покрутила пальцем у виска. — Крышак подъезжает на почве красного диплома.

Я хмыкнула и покачала головой:

— Всего лишь радуюсь, что больше не буду видеть ваши физиономии.

Ляпнула и тут же пожалела, увидев реакцию. Людочка обиженно надула губы, засопела и процедила:

— Нинка, ты как скажешь иногда…

Я? Да за все четыре года учёбы я с ней, да и с остальными, тремя словами не перебросилась. Однако додумалась смягчить:

— Извини, я не то… В смысле, конец учёбы, свобода.

— Влюбилась? — опять повеселела Людочка. — Стёпка уверен, что ты влюбилась. Кто твой избранник? Не из наших ведь. Старше? Насколько? Женат?

Отпираться было бессмысленно. У Смирновой так ярко загорелись глаза, что мне оставалось только согласиться с последней версией. Не признавать же, что я малость сошла с ума.

Почему-то вспомнила покупателя из «Мечты любимой». Имени его я не знала, но внешне парень очень даже мне приглянулся.

— Немного старше. Мы только один раз встречались, так что всё пока зыбко.

— Ух ты! — Людочка едва обнимать меня не бросилась, но, заметив мою нервную реакцию, ограничилась одобрительным похлопыванием по плечу. — Рада за тебя, честное слово. А то наши все думали, что ты метишь в «синие чулки».