Читать книгу: «Девятка», страница 13

– Да уж, а я-то думал, что Алексатру не переплюнуть по бардаку, – сказал Сеир, пиная носком ботинка рубашку.

Демонесса не ответила. Она вообще подозрительно много молчала, видно, все еще находясь мыслями в Ньяде.

Мы прошли в гостиную. Здесь, развалившись в кресле, сидел незнакомец, читая книгу в яркой обложке. Он посмотрел на нас удивленным взглядом и прикрыл книгу, подложив палец на нужной странице.

– Черт, кажется, здесь целую секту собрал, – заметил я.

– Ниортан? – парень встал с кресла.

Его взгляд блуждал от одного к другому, на секунду задержался на Садрин, а потом метнулся ко мне.

– Это я, Аод, – сказал он.

– Отлично, одной проблемой меньше! – сказал Сеир.

Вот сейчас я себя конкретно предателем почувствовал.

– Кто все эти люди? Ты привел стражу? – он посмотрел на Аарона, который почему-то все еще был с нами.

– Нет, – сказал я, чувствуя, что бледнею.

– Мы пришли, дабы покарать твою душу грешную! – включил актера Сеир. Видно, его забавляло, что Аод не может нас узнать. Ведь какой бы внешний вид архангел на себя ни примерял, его узнавали с полуслова. А тут, в теле, все немножко иначе.

– Один из них демон, – сказала девушка.

Мы все разом обернулись к ней. Она уже была одета в простенькое платье и выглядывала из коридора. Заметив столь пристальное внимание к себе, она убежала, громко топая босыми ногами по деревянному полу.

– Черт! – крикнул Аод, метнувшись к окну.

Не знаю, выругался ли он, или таким образом позвал черта. Интересно, каково, когда все тебя называют ругательным словом?

Гортей большими шагами преодолел гостиную и, пока Аод возился со ставнями, спокойно стоял рядом и наблюдал.

– Позови его громче, единица. Он тебя не услышал, – сказал Гортей.

Даже в человеческом теле его голос был столь же пугающим, как и всегда. Я почувствовал, как холодеют кончики пальцев. Но разве мог я не подчиниться и не привести их сюда? Разве был у меня другой выбор, кроме как подставить друзей? Может, и был, да только я не думал об этом. Мне и в голову не приходило, что хотя бы черт с Аодом могут избежать встречи с Богом, если я сумею заранее их предупредить.

Аод замер. Наверное, он понял, кто из присутствующих демон.

– Черт, выходи! – крикнул Сеир и рассмеялся на всю комнату.

Я как будто провалился сквозь землю.

– Не стоит так кричать. Я здесь, – сказал черт, входя в гостиную.

– Какой ты у нас, оказывается, смелый, – немного разочарованно заметил Сеир.

– Это не смелость, – сказал черт. – Я ждал вас. Я знал, что рано или поздно мое торжество закончится. И вот вы все здесь.

Он обвел нас взглядом, на секунду задержавшись на мне. Я почувствовал желание умереть прямо сейчас.

– Вы здесь. И что вы собираетесь делать, уважаемые руководители Ньяда и Рьяда? Уничтожение меня ничего вам не даст. Люди уже знают. Начало положено.

Я услышал, как ангел тихонько вздохнул.

– Ну, что же ты так грустно? – спросил Сеир. – Почему сразу уничтожение? Нет, дружок, слишком было бы просто.

– И что же вы намерены со мной сделать?

Я заметил краем глаза, что Аод потихоньку вылезает в окно. Надеюсь, что у него все получится.

– Мы – ничего, – сказал Гортей, когда Сеир уже открыл рот, чтобы ответить. – Бог решит твою судьбу.

– Вот еще не хватало! – черт всплеснул руками.

– Напарник, – сказал ангел, – повинуйся. Другого выбора просто не существует.

– В конце концов, – напомнила о себе Садрин, – ты не можешь воевать с Богом.

Гортей поймал Аода за руку, когда тот уже перелез на улицу и собрался рвануть подальше отсюда.

– Он не любит конкурентов, – напомнил хранитель.

Эти слова я уже слышал ранее. Только вот не помню, кто их сказал.

– Хорошо. Я не собирался с ним воевать и становиться конкурентом. Я только хотел, чтобы у меня появились собственные воспоминания о человеческой жизни.

– Хотел побыть человеком, – вставил Аарон.

Все посмотрели на него, как будто вспоминая, что здесь присутствует некто, кто вряд ли понимает происходящее.

– Кстати, человек, – сказал Сеир. – Гортей, уберешь?

– Убери ты, – сказал демон. – А я – единицу.

– Простите? – Аарон оступился. – Что значит «убрать»?

Сеир что-то пробубнил про «грязную работу», подошел к человеку и сложил пальцы на его шее. Я отвернулся. Конечно, после вида моего собственного трупа меня вряд ли что испугает, но все же Аарон невинный человек, просто оказавшийся не в том месте и не в то время. Жаль его, отличный парень. Ну, теперь он отправится к брату. Может, они даже встретятся.

А мне сестры не увидеть. Никогда. А ведь она будет ждать меня. Хотя кто знает, может, Бог и позволит мне перед смертью увидеть Сару. Гортей вряд ли меня отпустит, но с Богом можно попытаться договориться. По крайней мере, при прошлой встрече он мне не показался плохим. Ну, если не считать клеймение, конечно. В конце концов, как принято считать, Бог любит нас всех, независимо от количества полос на лбу.

Мысли прервали чужие руки. Теперь на моей шее. Они крепко вцепились, не позволяя мне не то, что вдохнуть, но даже повернуть голову. Мне показалось, что кровь остановилась под этими руками. Я вцепился в пальцы, пытаясь их разжать. Перед глазами темнело, я сопротивлялся, ударял локтями в того, кто меня душил.

– Ай! – сказал он. – Больно же.

Я сопротивлялся все сильнее. Упершись пятками в пол, я попытался опрокинуть Сеира. В физических телах мы равны. И я должен, я могу сопротивляться ему.

– Уймись! – проговорил архангел. – От смерти не уйти!

Но я разжимал его пальцы, я царапал их ногтями, давил его стопы пятками. Хотя по своему же опыту знал, что смерть – не страшно. Я пытался схватить ртом воздух, но он никак не шел через сдавленное горло. Ну, почему он не мог убить меня более легким способом? Шандарахнуть по башке чем-то тяжелым, к примеру.

Сил оставалось все меньше, но я продолжал попытки разжать его пальцы. Они становились горячими, я даже смог расцарапать кожу Сеира до крови. Но руки опускались. Все меньше и меньше тело слушало команды, все больше я обмякал. Ноги уже не могли стоять на полу, они висели, а архангел продолжал меня душить.

Почему мне никто не помогает? Почему мой ангел-хранитель спокойно смотрит на то, как я умираю? Разве нельзя ничего с этим сделать? Глаза уже ничего не различают. Только расплывчатое пятно, которое пульсирует темнотой. Вот-вот я потеряю сознание. Скорее бы умереть.

Глава 24

Но полно, разве признаться в том, что боишься – это трусость?

Маркус Зузак – «Книжный вор»

Здорово я потрепал Сеира! Кровь с разодранных пальцев бежала по его ладоням и мочила рукава. Архангел тихонько ругался непристойными словами, а мы с Аодом, уже снова мертвые, наблюдали за ним. С нами был и Аарон, который не спешил удаляться на суд.

– Ты чего не улетаешь? – спросил Аод. – Тебе наверх надо.

Он кивнул в потолок.

– Интересно, чем все кончится, – сказал Аарон.

Думаю, теперь, ощутив смерть на своей шкуре, он больше не будет меня так сильно ненавидеть. Ведь в этом нет ничего страшного. Ну, когда уже умер, а не в процессе. Само умирание, конечно, проходит неприятно.

Черт смеялся, не останавливаясь. Он взаправду сильно изменился. Смеяться над нашей с Аодом смертью… Хотя, кажется, он вовсе и не над нами смеется. Причиной такого веселья, вероятно, стал Сеир. Архангел, который едва ли когда испытывал боль, сейчас с безумием смотрел на белый рукав. Кровь быстро впитывалась, окрашивая ткань в алый цвет.

– Хорошо же ты его сделал! – радостно сказал Аод, хлопнув меня по спине.

Надеюсь, он не в обиде. Стоило бы извиниться, да вот только не хочу напоминать о предательстве. Пусть все остается как есть.

– Это была твоя идея, – сказал Гортей. – Сам придумал занять тела, теперь мучайся на здоровье.

Сеир поджал губы.

– Убери остальных.

Голос архангела дрожал. Вот и правда, есть над чем посмеяться! Никогда прежде я не мог представить Сеира таким. Он даже выглядел немного жалко. Это всего лишь царапина!

– Со своим ангелом сам разделаешься, – сказал Гортей, идя на черта.

Тот вдруг перестал смеяться. Конечно, тут не то, что не посмеешься, забудешь, как думать. Но черт, в отличие от меня, совсем не сопротивлялся судьбе. Он не пытался убрать руки демона от себя, он не пытался его атаковать. И вскоре уже летал рядом с нами. Ангел тоже спокойно принял смерть. Я видел, как дрожали окровавленные руки Сеира, когда он душил хранителя. Кровь уже не текла. Раны подсохли и теперь были темно-бардовыми, но не алыми. Я слышал, как архангел скрипит зубами. Мне даже показалось, что скорее ангел умрет не от удушья – Сеир просто переломает ему кости.

И вот, когда ангел уже был рядом с нами, их осталось трое. Два демона и архангел.

– Сначала ты убьешь Алексатру, – приказным тоном сказал Сеир. – А после я убью тебя. Идет?

– Нет, конечно, – Гортей улыбнулся. – На Алексатру у меня рука не поднимется. И я не могу позволить тебе убить меня.

– А может, мы просто вытянем ваши души? – предложил черт.

Блин, я и забыл, что они нас видят и слышат!

– У вас не получится, – пожал плечами Сеир. – Между нами и вами пропасть. Нет, если, конечно, вы желаете самоуничтожиться… Пробуйте, но я бы на вашем месте воздержался.

Да уж, и правда интересная ситуация. Вот и зачем им было занимать людские тела? Чтобы потом стоять и думать, кто кого убьет?

– Идем на кухню, там есть ножи, – предложил Гортей.

Они прошли на кухню. Все трое уже похожи на трупы. Бледные и медлительные. Если бы я их не знал, то решил бы, что боятся.

– А мне кажется, что они и правда боятся, – заметил черт, за что получил неодобрительный взгляд демона.

В прочем, взгляд этот искуситель выдержал легко. Он слишком изменился, и не думаю, что продолжал воспринимать Гортея как нечто страшное.

– Ножи в тумбочке, – сказал черт, улыбаясь демону.

Что-то мне вдруг перехотелось, чтобы эти трое умирали. Мне точно достанется от Сеира. А черт получит от Гортея.

– Будет проще, если я убью вас обоих? – спросила Садрин, вытаскивая из тумбочки большой нож.

Сеир открыл рот, чтобы что-то сказать, но Гортей его опередил:

– Не стоит марать о нас руки. Мы сами убьем себя.

– А я? Я так не смогу, – заупрямилась Садрин.

– Почему вы не можете просто покинуть тело, как это делали мы с ангелом? – встрял я.

– Ага, чтобы непонятно на сколько лет быть к нему привязанным и возвращаться туда при каждом звуке снаружи? – сказал Сеир, вытаскивая нож из рук Садрин.

Демонесса отступила на шаг. На самом деле, не справедливо. Они убьют сами себя, еще и ножами, а нам пришлось мучиться от удушья. Хотя кто знает, если им сразу не удастся умереть, то придется еще долго промучиться, прежде чем отправиться к нам. Можно сказать, у них по одной попытке.

Гортей отвернулся.

– Не уходи, девочка, – проговорил Сеир, приближаясь к Садрин.

– Она тебе не девочка, – сказал Гортей.

А Садрин отходила. Архангел приближался к ней медленно, со странной хищной улыбкой. Казалось, для него это высшее удовольствие – вот так издеваться над демоном. Хотя не сказал бы, что Садрин считала его врагом. Напротив, всю человеческую жизнь она только и полагалась на архангелов.

Когда отступать было некуда, Садрин прижалась спиной к стене. Ее глаза широко раскрылись. Я видел, как дрожат ее плечи.

– Закрой глаза, – сказал Сеир, приближаясь.

Демоны зажмурились. Оба. Она не успела пискнуть, но боль исказила ее лицо. Гортей сжал кулаки. Кровь стекала по девичьей шее. Демонесса с грохотом упала на деревянный пол. И вот она уже с нами.

– Впечатляет, – сказал черт, рассматривая ее. – Никогда бы не подумал…

– И не думай, – Алексатра не посмотрела в его сторону. – Думать – занятие не для чертей. Не забирай у нас работу.

В ответ искуситель тихонько фыркнул.

В гостиной остались двое. Они стояли спинами друг к другу. С ножа архангела толстыми каплями падала на пол свежая кровь.

– Остались мы, – сказал Сеир.

Гортей не ответил. Он и не оглянулся, не посмотрел на своего напарника. Или же врага? Трудно понять, в каких они отношениях. Архангел повернулся. Он смотрел на спину демона, игнорируя наше присутствие. В гостиной стало тихо. Слышались только медленные шаги Сеира. Демон не двигался. Он выждал, когда Архангел подойдет близко. А потом развернулся и перехватил руку, занесенную для удара в спину.

– Нет, Сеир, так не пойдет.

Архангел не растерялся. Он занес свободную руку и со всего размаху двинул демону в челюсть. Гортей невольно отпустил Сеира. Он взялся за больную челюсть и теперь смотрел на напарника с непониманием.

– Ну, как тебе боль? – спросил Сеир.

Нож он не отпускал, а держал на вытянутой руке, как будто готовясь к поединку по фехтованию. Демон как будто впал в транс. Он не двигался, а щека под пальцами распухла и покраснела.

– Несносно, – наконец, ответил Гортей.

Черт рассмеялся. Кажется, он стал совсем бесстрашным. А может, он думает, что Бог его уничтожит, а значит, и терять нечего.

– Нет, – сказал искуситель. – Я так не думаю, Ниортан. Я просто живу. Наконец, я стал личностью!

– Личностью… – выдохнул Гортей. – Одно знание боли чего стоит.

Он убрал руку от щеки, но все еще находился перед угрожающе выставленным ножом Сеира. Должно быть, поэтому он и перестал двигаться. Раньше ему, может, было и все равно, умрет он или нет. А теперь, когда он познал то, из-за чего люди боятся смерти, понял, что такое физическая боль, я уверен, он преисполнен страхом перед этим ножом.

– Я могу убить тебя прямо сейчас, – говорил Сеир, улыбаясь на свой привычный манер. – Но разве это будет интересно?

Он развернул нож, осторожно, будто боясь самого металла, взялся за лезвие и протянул напарнику.

– Я предлагаю тебе поединок. Выясним, наконец, кто же из нас сильнейший!

Чую, намечается что-то страшное.

– Сильнейший? – Гортей распрямился. – Ты думаешь, что поединок в физических телах что-то решит? В конце концов, мы будем использовать не нашу силу.

– Моей гордыне будет на это плевать в случае победы. Проигравший умрет. Ну, а победитель, соответственно, убьет себя сам.

– Какой же ты несерьезный. Зачем устраивать такие представления?

– Возьми нож, – сказал Сеир. – И выбери оружие для меня.

Гортей нож принял.

– За кого болеем? – спросил Аод.

Мне все равно. Раньше, может, я болел бы за Гортея, но теперь, после того как архангел позволил мне встретиться с сестрой… Мне все равно.

Гортей открыл тумбочку. Там лежало множество ножей разной величины. В конце концов, тот человек, которого убил черт, был пекарем, и его кухонная утварь соответствовала стандартам любого другого работника в этой профессии.

Я ожидал, что демон выберет равноценное оружие. Ну, или по логике что-то не столь острое, чем будет драться сам. Но когда он протянул напарнику огромный нож-топорик, предназначенный скорее для мяса, чем для хлеба, мы все разом застыли.

– Господи… – воззвала Садрин. Но тут же закусила губу.

Архангел недобро улыбнулся. Он принял нож, наслюнявил палец и провел им по режущей кромке. Толстая капля крови появилась на едва заметной полоске пореза.

– Как самонадеянно, – выдохнул Сеир. – Ну, что же, защищайся!

Он махнул топориком, метя в шею. Гортей пошатнулся, но успел подставить нож. Они скрестили лезвия. Нож Гортея по весу уступал топорику Сеира. Демону пришлось второй рукой жать на обух, только чтобы держать ножи скрещенными.

И вдруг Сеир упал. Я не понял, что произошло. Гортей наступил на его запястье. Архангел скривился и выпустил нож из руки. Демон пнул его в сторону, подальше от напарника.

– Что произошло? – спросил я.

– Гортей дал ему пяткой в колено, – сказала Садрин.

И только сейчас я заметил, как горят ее глаза. Может, она ничего и не помнит о своей старой жизни в роли демонессы, но зато она не потеряла чувства.

Гортей склонился над поверженным архангелом и приставил нож к его шее.

– Стой, – сказал Сеир.

Его глаза широко распахнулись. Гортей плашмя надавил ножом на подбородок напарника. Тот задрал голову и почти не двигался. Я заметил, что его грудь вздымается часто и сильно. А на его лице застыл… испуг? Архангел был бледен. Даже губы стали синюшного оттенка, как будто он уже и без ножа собрался откинуть копыта. Дышал он ртом. По его шее тонкой струйкой потекла кровь. Демон не спешил. Он сделал небольшой надрез – повредил только верхние слои кожи. Грудь Сеира застыла без движений. Он перестал дышать.

Черт смеялся мне на ухо, почти глуша.

– Подожди, Гортей, – быстро тараторил Сеир.

Он взялся за рукав демона, пытаясь противиться смерти. Его руки трясло, как в горячке.

– Уговор есть уговор, – сказал Гортей.

– Нет! Ты не понял. Я не боюсь смерти. Я же знаю, что будет после, чего бояться?

– Много треплешься.

Гортей чуть нажал на нож.

– Стой! Стой же! Если я умру сейчас, они увидят мое лицо!

Гортей на секунду замер, а после отнял нож от шеи напарника.

– Это весомый аргумент, – сказал демон.

Он расправил плечи и отошел к окну. Сеир помедлил, провел рукой по окровавленной шее и после тоже поднялся. Он взял с пола нож-топорик для рубки мяса, сжал его в руке и пошел к напарнику.

– Только быстро, – сказал Гортей.

– Меня ты быстро убивать не хотел… Ну, ладно, на то я и архангел, чтобы быть милосердным.

Знаем мы его милосердие…

Черт снова рассмеялся, когда Сеир своим топориком перерезал горло Гортею. Демон не сразу вылетел из тела. Сначала он потерял сознание и немножко полежал, только потом оказался рядом. Черт его не боялся. Ну, или просто делал вид, что не боится. Гортей ему ничего не сказал, ничего ему и не сделал. Нет, его целью почему-то стал Аод.

– Сеир, встретимся у Вассила, – сказал Гортей.

Он подлетел к Аоду и приложил ладонь к его лбу.

– Ты что там удумал?! – прикрикнул Сеир.

Демон не ответил. Я увидел, как зажмурился Аод. Он зашипел от боли, не в силах ее контролировать, скривился, но не сопротивлялся воле демона. Крови не было. Когда Гортей убрал руку, я едва удержался на месте. Лоб Аода был чистым.

– Идем к Вассилу, – сказал Гортей, открывая дверь.

Аод был в ступоре. Сначала он не трогал свой лоб, наверное, боялся нащупать клеймо. А когда притронулся и не обнаружил ничего, казалось, что не поверил своим ощущениям. Он судорожно ощупывал свой лоб уже двумя руками.

– Чтоб тебя, – сказал Сеир. – Не нужны мне такие подарки…

Гортей не ответил, а шагнул за дверь.

– Идем, – сказал я и потянул друга за собой.

Мы были в гостиной Вассила. Самого архангела тут не было, но его присутствие неподалеку я ощущал эмоционально. Большая любовь к ближним окутала меня. Я любил каждого и готов был простить им все проступки. В двери показался Аарон, но он не вошел внутрь. Садрин его не пустила.

– Дальше нельзя, – сказала она. – Лети наверх. Может, увидимся.

Ангел и черт уже стояли рядом, а Садрин перешла дверь только тогда, когда убедилась, что Аарон улетел. Аод все еще был в ступоре. Черт немного похихикивал, поглядывая на своего руководителя. Гортею, казалось, было плевать на это. Он стоял напротив Садрин. Они молчали, но я уверен, что им было о чем поговорить. Они обсудят все без нас, без посторонних ушей, без подчиненных.

Удивление окутало нас, когда в гостиную вошел Вассил. На нас – десятку и Аода – он даже не посмотрел. Он прошел напрямую к демонам и остановился рядом, мешая их идиллии и заставляя отвести взгляды друг от друга.

– Алексатра, что ты здесь делаешь? – спросил архангел.

– Мы за тобой. Нас всех, и еще Сеира, вызывают к Богу. Как ты думаешь, из-за кого?

Она говорила с вызовом, как будто обвиняя напарника во всех бедах.

– Догадываюсь, – сказал Вассил, покосившись на черта.

Искуситель нахально улыбнулся в ответ.

– А ты его еще защищал! Он такое натворил…

– Я знаю. Я уже все знаю, успокойся. Рад видеть тебя снова, напарница.

И он действительно был рад. И я радовался вместе с ним, не в силах противостоять столь сильным эмоциям.

Гортей отвернулся. Поди, ревность замучила. Он прошел к двери, которая все еще оставалась на месте, приоткрыл ее, выглянул и крикнул:

– Ты скоро там?

– Иду я, дверь захлопни!

Гортей так и сделал. Садрин смотрела на него, стоя рядом с напарником. Смотрела с каким-то странным переживанием, будто демону грозила смертельная опасность. Вассил поглядел на Аода, и снова я испытал удивление. Даже не так, теперь, скорее, это было похоже на недоумение.

– Так вот чего ты хотел, – сказал архангел. – Посмотрим, что из этого выйдет.

Гортей не ответил. Он стоял лицом к двери и ждал появления напарника. Садрин к нему не подходила, она стояла рядом с Вассилом. Ее губы медленно двигались, как будто она читает молитву. Но я знал… нет, догадывался – она мысленно общается с напарником.

Наконец, дверь распахнулась, и оттуда вышел Сеир. В этот раз он выглядел как я.

– Фуф! – сказал он. – Это была моя худшая идея – занять людские тела. Умирать, оказывается, и впрямь неприятно.

Ангел взял меня за руку и подвел поближе к Аоду. Его лицо было все так же холодно, но в нем проскальзывали обеспокоенные отголоски.

– Аод, Ниортан, – он выждал паузу, убеждаясь, что все наше внимание приковано к нему. – Помните, как себя вести?

Сначала я не понял, что он имеет в виду.

– Молчать, – сказал Аод. – Никаких лишних слов и вопросов. Никакой лжи. Думать только по делу.

– Правильно, – сказал ангел и покосился на черта.

Искуситель был как будто сам по себе. Он не участвовал в разговоре с нами, он не слушал болтовню Сеира, которой тот доставал напарника. Он стоял в стороне и с задумчивым видом поглядывал на дверь.

– Идемте уже, – сказал Вассил.

Хлопок – одна дверь исчезла, а на ее месте появилась другая. Мы переглянулись. Думаю, не я один не хочу входить первым.

– Трусы, – сказал черт, презрительно скривившись.

Он открыл дверь и шагнул внутрь. Так спокойно и раскрепощенно, как будто к себе домой.

– Я замыкающий, – сказал Вассил. – На случай, если кто-то захочет сбежать.

Следом вошли демоны и Сеир. Мне совсем не хотелось идти туда, тем более, с десяткой на лбу! Но ангел взял нас с Аодом за руки и подобно детям провел через дверь.

Бог немножко растолстел после нашей прошлой встречи. Он все так же валялся в постели и лопал виноград. Да уж, вечная жизнь, наверное, не благословение. Это проклятие. Все скатывается к тому, что у тебя не остается интересов, и ты сутками лежишь в постели и…

– Ниортан, угомони свои мысли, – услышал я голос ангела в голове.

Бог сладко потянулся, зевнул, сел на кровати и надел мягкие тапочки. Он двигался неспешно. Да и зачем ему куда-то спешить, когда впереди вечность?

Он поднял на нас взгляд.

– Как не стыдно? – спросил он.

Я не понял, кому это было адресовано. Думаю, и не я один, потому что молчали все.

– Сеир, как тебе не стыдно? – повторил Бог.

Архангел поднял взгляд от пола и посмотрел на него с непониманием.

– А? Что? – спросил он.

– Как тебе не стыдно являться ко мне в таком виде? Смени облик, пока я добрый.

Бог встал на ноги, еще раз сладко потянулся, прошел несколько шагов и остановился перед нами. Он смотрел на Сеира, а Сеир – на Бога.

Архангел, казалось, задумался, стоит ли выполнять указание, или же нет. Но не думаю, что этот выбор у него был.

– Фетаад, – позвал Бог. Он уже не смотрел на архангела, как будто специально давая время на размышления. – Подойди ко мне.

Черт не раздумывал. Он подошел к Богу все той же раскрепощенной походкой, как будто бы перед ним стоял равный.

– А теперь повернись к остальным и скажи, чтобы они знали.

Бог положил руки на плечи искусителя и повернул его к нам.

– Что сказать?

– Расскажи, что же так смутило твой разум. Что ты прочел в «правде».

Глава 25

Да, но отчаявшийся Бог – это ведь человек, мой милый.

Станислав Лем – «Солярис»

Черт широко улыбнулся.

– В «правде» я прочитал о том, что когда-то был человеком. Что все мы – люди.

Ангел сохранил холод взгляда. Он не проявил эмоций, не выразил шок. Он молчал.

– И все? – спросил Бог.

– Да. Больше я не читал.

– Ну, что же, у тебя будет такая возможность.

Бог улыбнулся и плюхнулся на кровать. Он наклонился к тумбочке и вытащил оттуда толстую книгу с непонятными символами на обложке. Эту книгу я прежде видел. Это и есть печально известная «правда».

– Забирай, – сказал черту Творец.

Он протянул искусителю «правду». Я заметил вскользь легкую улыбку на губах Гортея.

Черт не спешил забирать книгу. Он смотрел то на нее, то на Бога, как будто не в силах решиться принять то, чего боялся раньше. А «правду» он действительно боялся. Иначе бы давно прочел ее до конца. И позволил бы сделать то же и ангелу.

– Бери, бери, не раздумывай, – повторил Бог.

Черт взял. Он провел ладонью по обложке, как будто убирая невидимую пыль. Открыл рот, как будто желая что-то спросить, но сдержался.

– Да, да, да, – сказал Бог.

– То есть… – начал черт, но не договорил.

– Да, – повторил Бог. – Она теперь ваша. Надеюсь, сможете поделить?

Искуситель вздрогнул. Он смотрел на книгу, как будто держал ее в руках впервые. Медленно подняв голову, он встретился взглядом с напарником.

– Господи, мы не сможем, – тихо сказал хранитель. – Мы не сможем править.

– Вас научат. Да, Сеир? – спросил Бог. – Сеир? Ты почему еще выглядишь как десятка?

Архангел закрыл глаза и чуть покачнулся на месте, как будто был пьян. Он принял свой облик. И только теперь стало ясно, зачем он прячет лицо. Это не просто прихоть или веселье. По центру его лба, в том месте, где у меня стоит десятка, у него оказались жуткие шрамы, похожие на ожоги.

– Привет из прошлой жизни, – сказал он, глядя то на меня, то на Аода.

Я понял, что выгляжу не очень культурно, рассматривая его лоб, поэтому поспешно перевел взгляд под ноги.

– Да, не совсем хорошо тогда получилось, – сказал Вассил, и я почувствовал, как окружающий воздух переполняется чувством вины.

Мне даже начало казаться, что это я виноват в шрамах Сеира, хотя я не имею к ним ни малейшего отношения. Теперь у меня складывалось примерное представление о загробных мирах. Только сейчас я начал понимать их систему, на примере Сеира. Изначально он был обычным человеком, таким же, как мы с Аодом. Потом с него сняли клеймо, а это получилось не совсем удачно, и сделали ангелом. А там уже он сам вместе со своим напарником дорос до уровня архангела.

– Да, десятка, на этом мы и живем, – сказал Бог. – Так и быть, я позволю тебе узнать «правду», пока ты еще способен соображать. Фетаад, читай.

Искуситель открыл книгу. Его взгляд тут же забегал по странице, губы безмолвно задвигались. Черт улыбался. Он перестал воспринимать «правду» как нечто страшное и запретное. Теперь, когда Бог сам отдал ее ему… А означает ли это…

– Да, Ниортан, – сказал черт, отрывая взгляд от страницы.

Он посмотрел на меня прежним мягким взглядом, какой я помнил еще с нашей первой встречи. Именно таким мне черт и запомнился, именно таким он и должен быть.

– Да, – повторил хранитель.

– Что? Что «да»? – в нетерпении спросил Аод.

Хотя я уверен, что голос подавать он боялся. Его же предупредили, что при Боге лучше лишний раз не раскрывать рта.

– Я больше не черт, – сказал искуситель. – Я демон.

Аод раскрыл рот. Он смотрел то на нового архангела, то на Фетаада, а те смотрели друг на друга, как будто понимая без слов. А может, они общались мыслями, кто их знает.

– Читай вслух, – сказал Бог.

Я вздрогнул. Стоило на секунду забыть о Его присутствии, как он дал о себе знать и вывел меня из этого транса. Да, он всегда рядом, всю жизнь следил за каждым моим шагом. И не только жизнь. Уверен, от него не спрятались даже самые потаенные мысли. Что сейчас, что прежде. Вспомнив об этом, я почувствовал себя голым.

– Когда два человека, находящиеся под опекой одного ангела и черта, сами становятся ангелом и чертом, то бывшие искуситель и хранитель становятся демоном и архангелом, – прочел черт и поднял взгляд от «правды».

Вот это уже мне совсем непонятно! Нет, понятно-то еще как понятно. Но мне вовсе не хочется, чтобы было как в «правде». Я уже насмотрелся на ангелов и на чертей в Ньяде и Рьяде. Я видел, что у большинства из них нет не то что эмоций, а кажется, отсутствует даже разум. Вот уж совсем не хочется становиться таким же! А тем более, если учесть, что черт не знал о ничего о своей человеческой жизни… Что же получается, я потеряю память? Я не могу становиться ни ангелом, ни чертом. Я не сдержал клятву.

– А не надо было ее давать, черт, – сказал Бог.

Я поджал губы. Вот и определена моя судьба – черт. Кто говорил, что у Бога нет замысла? Кажется, это был Сеир, но точно не помню. У Бога есть замысел, и сейчас я в этом убедился. Его замысел – это четкая система, по которой живут миры. И она записана в книге, которую держит че… демон.

Как все же это странно. Может быть, он и об этом прочел в «правде», поэтому и вел себя так самонадеянно? Хотя, откуда ему могло быть известно, кем я стану? Или это было известно не ему?

Кажется, все встает на свои места. Гортей. Вот кто зачинщик всего. Вот чей замысел я выполняю. Воистину великолепный ум! Он продумал все детали. Он специально…

Толчок в плечо. Гортей вывел меня из этих мыслей, ткнув локтем. Да уж, я и забыл об обещании не думать об этом. Хотя есть ли смысл не думать сейчас? Он все равно все знает. Он все видел с самого начала.

– Читай дальше, – повелел Бог.

– Чертом станет тот из пары, кто получит десятое клеймо, – читал Фетаад. – Ангелом станет тот, кто из девятки сумеет очистить свой лоб и перейти в Рьяд.

Мы с Аодом переглянулись. Выходит, мы теперь не просто как братья.

Напарники.

Стоп. Стоп!

Наши ангел с чертом тоже напарники. Получается, у них был один искуситель и хранитель. Гортей и Сеир – тоже. Вассил и Алексатра. Но ведь ангелов и чертей так много, а демонов с архангелами – мало! Где все? Где они?!

Я почувствовал на себе множество взглядов.

– Да, их было много, – сказал Гортей.

– Но выжили лишь сильнейшие, – дополнил его слова Сеир.

– Что это значит? – спросил ангел… архангел.

– А это значит, что тебе предстоит несладкая жизнь, – сказал Сеир.

– Если так подсчитать, то архангелов должно быть ровно столько же, сколько и ангелов… – задумчиво сказал Аод.

– Да, я пытаюсь бороться с этой проблемой, – сказал Бог, после чего посторонние разговоры растворились. – Дело в том, что «правда» выдается одна на пару. Ну, вам всем это прекрасно известно. И принято считать, что в любом споре прав тот, на чьей стороне находится «правда». Поэтому, чтобы сравнять отношения напарников и не чувствовать себя подчиненным, большинство демонов и архангелов делают ужасные вещи… – Бог покачал головой, посмотрел по сторонам и закинул в рот толстую зеленую виноградину. – Они выискивают других демонов и архангелов. Тех, кто слабее их. И забирают «правду» себе.