Глава 1

Летним днём Анджей шёл в свою мастерскую. Он шёл мимо сельских лавочек, где уже с самого раннего утра продавали свежее молоко, яйца и хлеб. Анджей был молодым, статным мужчиной с добрыми морщинками возле глаз, которые не так были заметны, как невероятно длинные ресницы, обрамляющие его веки. Он прошел вглубь по улице и оказался возле синей двери в свою мастерскую. Засунув ключ в замочную скважину он пытался открыть дверь, но дверь не поддавалась. Тогда он засунул руку в карман и достал от туда гвоздь. Засунув гвоздь под язычок дверного замка и навалившись плечом на саму дверь, он ещё некоторое время двигал из стороны в сторону ключ, и в скором времени дверь сдалась.

— Отличная работа, ты не раз меня выручил.- усмехнувшись, положил гвоздь обратно в карман и немного похлопал по нему.

Анджей переступил порог и закрыл за собой дверь. Повернувшись, он провёл взглядом по мастерской: на полу лежали стружки, в углу стояла резная колода из дуба, на стеллажах аккуратно лежали долота и стамески, а в самом центре комнаты стоял большой кусок древесины, привезённый из другого города вчера вечером. Устремившись к центру помещения, Анджей провёл по массиву своей мозолистой ладонью.

— Славный, какой славный кусок!- сказав тихо улыбнулся. Мастер надел фартук и уж было хотел приступать к работе, как вдруг постучали в дверь.

— Сэр, доброго дня!- воскликнул усатый господин в клетчатом костюме, открывая дверь. Это был человек средних лет, среднего телосложения с покатыми плечами, добродушным видом и округлыми чертами лица.

— Добрый!- ответил Анджей.

— Скажите сэр, могли бы вы мне помочь?- продолжил добродушно усатый господин. — Меня зовут мистер Пирс, Николас Пирс. Мне нужен мастер Анджей. Мне сказали, что я могу найти его здесь.

— Приятно познакомиться мистер Пирс, Николас Пирс.- слегка улыбнувшись произнёс Анджей.

— Мастер Анджей перед вами.- ответив, взял с полки листок бумаги и карандаш. Всё записав, Анджей спрятал сложенный вдвое листок в нагрудный карман рубашки.

Усатый рыжий господин попрощался:

— До скорой встречи, мастер.

— До скорой встречи, мистер Пирс. — ответив, принялся за работу.

Глава 2

Мастер не успел опомниться, как наступил вечер.

Он услышал бой часов на главной городской башне и начал спешно собираться. Стряхнув опилки со штанов и сняв фартук, он поторопился к входной двери.

Вечер был тёплый, облака плыли по фиолетово-розовому небу, местами врезаясь в крыши домов и городских зданий. Маленькие мошки кружились в вечернем танце возле фонарного столба, как будто ждали появления от него ярких лучей. Мимо проходили гуляющие люди, кто-то парами, а кто-то одиноко шагая, любуясь на вечернее небо. Анджей шёл быстро, но в тоже время замечал все эти мелочи.

Увидев впереди знакомый тусклый свет витрины, он решительно свернул с тротуара и толкнул тяжелую дубовую дверь паба, спасаясь от наступающих вечерних сумерек.

Внутри пахло сушеным хмелем, жареным солодом и старым деревом. Анджей прошел к стойке и заказал вайсбир. Вскоре перед ним вырос высокий стакан с мутным, золотистым пшеничным пивом и плотной белой шапкой пены. Мастер сделал первый глоток — легкая кислинка приятно освежила горло после целого дня, проведенного в опилках.

Он взял стакан и сел за дальний угловой столик, спиной к выходу. Паб жил своей привычной вечерней жизнью. В полумраке, едва разгоняемом масляными лампами, гудели голоса. Анджей крутил в руках стакан, погружаясь в мысли о загадочном заказе мистера Пирса и привезённом дубовом массиве. Разговоры вокруг сливались для него в сплошной шум.

Вдруг гул голосов на мгновение стих, а по ногам потянуло свежим уличным сквозняком. Дверь паба распахнулась с таким размахом, будто её открыл сам ветер.

Анджей даже не повернул головы. Он сидел спиной к дверям, но в ту же секунду по телу разлилось знакомое тепло, а на губах сама собой появилась улыбка. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять: в город вернулся Арман.

Атмосфера в пабе изменилась мгновенно, словно кто-то зажег сразу десяток ламп. Арман заполнил собой дверной проем, как большой лесной медведь. В нем не было сухой костлявости — он был объемным, крепким, с тем самым мужским весом, который внушает уважение с первого взгляда. Его мощные плечи и широкий разворот груди говорили о силе боксера, а плотный живот под жилеткой — о том, что этот человек умеет наслаждаться жизнью. Несмотря на свою массивность, он двигался удивительно легко, почти изящно.

Встряхнув непослушными темными кудрями, он ослепил всех своей белоснежной улыбкой. От него всё еще веяло дорогой, азартом и крупной победой на торгах.

— Эй, хозяин! Налей-ка лучшего вина этому сброду, сегодня я закрываю удачную сделку! — громогласный голос Армана раскатился по залу. Отвесив пару метких шуток знакомым, он безошибочно направился к угловому столику. Подойдя со спины, он с размаху хлопнул мастера по плечу тяжелой ладонью:

— Нет, ты посмотри на него! — Арман со смехом опустился на соседний стул, который жалобно скрипнул под его весом.

— Я летел сюда через весь округ, загнал лошадь, провернул сделку века, захожу в паб, чтобы обнять своего брата... а он сидит тут с лицом человека, который прямо сейчас решает судьбу человечества! Слушай, друг мой, мне абсолютно не нравится этот траур за твоим столом. Ты же знаешь, я жуткий эгоист: я приехал праздновать свою победу и хочу видеть твою улыбку, а не эту кислую мину! Твои столярные муки подождут до утра. Хозяин, унеси это пшеничное недоразумение и тащи нам мясо и вино! Сегодня ты слушаешь меня, и это не обсуждается.

Анджей невольно рассмеялся, качая головой. Глядя на то, как Арман усаживается, занимая собой добрую половину стола, он почувствовал, как отступает дневная усталость. Свет в глазах Анджея уже невозможно было скрыть — Арман умел возвращать к жизни одним своим присутствием.

Официант уже споро расставлял на столе глубокие глиняные тарелки с исходящим паром мясом и кувшин густого темного вина. Арман тут же плеснул рубиновую жидкость в кубки, ловко пододвинув один к Анджею. Мастер отодвинул в сторону недопитый вайсбир и придвинул к себе кубок с вином, который Арман наполнил с королевской щедростью.

— Твоя взяла, — тихо произнес Анджей, глядя другу прямо в глаза.

Арман довольно хмыкнул. Его белоснежная улыбка на мгновение сменилась хитрым прищуром.

— Ну, рассказывай, брат. Я только с торгов, а на рынке уже все уши прожужжали, что к твоей мастерской вчера притащили дубовый массив размером с корабль, и сам Николас Пирс вокруг него крутился. Чего этот усач от тебя хотел?

Анджей обхватил пальцами глиняный кубок, чувствуя, как вся дневная тяжесть наконец-то начинает отпускать.

— Да сам не знаю, — Анджей перевел взгляд на кубок.

Анджей запустил руку в нагрудный карман рубашки, достал сложенный вдвое листок бумаги, который взял со стеллажа во время визита заказчика, и молча протянул его другу.

Арман взял листок своими мощными пальцами. На бумаге быстрым, уверенным почерком Анджея было выведено:

«Мистер Николас Пирс», а чуть ниже, со слов усатого господина, была записана странная фраза:

«Вещь, которая дарует время и прогоняет страх».

Арман медленно прочел строки про себя, и его кучерявая голова качнулась. На губах появилась его привычная улыбка, но взгляд остался серьезным, рассудительным.

— Хм. Дарует время и прогоняет страх… — негромко повторил Арман, возвращая листок. — Знаешь, Анджей, если бы я не знал, что ты столяр, я бы подумал, что к тебе на прием записалась сама Смерть. Ей как раз вечно не хватает времени и она всех пугает.

Анджей мягко усмехнулся, принимая бумагу обратно.

— Смерть не носит усы и клетчатые костюмы, Арман. И она точно не платит золотом вперед.

— Логично, — Арман по-свойски оперся мощными предплечьями о край стола, заглядывая Анджею в глаза. В его позе появилась спокойная уверенность предпринимателя. — Но если серьезно, этот твой Пирс завернул красивую метафору. Мой тебе совет: бросай гипнотизировать этот пень в четырех стенах мастерской. Смерть ты там не встретишь, а вот затылок себе почешешь знатно. Завтра утром просто иди к нему в поместье.

— Зачем? — Анджей удивленно приподнял бровь.

— Скажешь, что нужно лично осмотреть интерьер. Измерить влажность воздуха в его гостиной, чтобы твой священный дуб не рассохся через неделю, — Арман иронично пожал широкими плечами. — Ну, придумаешь что-нибудь по ходу, ты же у нас умный. Спорим на бочку этого вина, что как только ты переступишь порог его дома, тебе сразу придет идея? Изнутри всегда виднее, от какого именно страха этот усач пытается откупиться твоим талантом.

Анджей замолчал, обдумывая слова друга. Идея Армана была простой и удивительно правильной. Внутреннее напряжение наконец уступило место живому, чистому интересу.

— Слушай, а ведь ты прав, — Анджей кивнул и приподнял свой кубок. — Конечно я прав, — Арман улыбнулся, и глиняные сосуды глухо звякнули в полумраке.

— Я всегда прав, брат, просто смирись с этим. Твой мозг наконец-то заработал, а теперь давай пить вино и есть мясо, пока оно не остыло. К тому же я привёз тебе такие новости с южных торгов!..» — Арман начал неторопливо, с присущей ему харизмой и сочными деталями рассказывать о дорожных приключениях, ценах на шелк и новых городских указах. Анджей слушал друга, впервые за день чувствуя абсолютный покой, а за окном паба фиолетово-розовое небо окончательно уступало место теплой летней ночи.

Глава 3

Утро встретило Анджея прохладой и чистым, почти прозрачным небом. От вчерашних фиолетово-розовых облаков не осталось и следа. Город просыпался неохотно: со стороны рыночной площади уже доносился стук колес первых телег, а из пекарен тянуло сладковатым запахом свежего ржаного хлеба.

Анджей проснулся на удивление легко. Разговор с Арманом в пабе и его уверенные, пусть и ироничные слова вытряхнули из головы мастера вчерашнюю липкую тревогу. Дубовый массив, оставленный в мастерской, больше не казался ему глухой, неподъемной стеной. Теперь это был замок, к которому нужно было подобрать правильный гвоздь.

Мастер накинул легкий дорожный плащ, проверил, лежит ли в кармане тот самый сложенный листок со странной надписью, и запер синюю дверь мастерской. Путь к поместью Пирсов вёл через холмистый, более богатый квартал, где дома стояли реже, а за высокими коваными заборами виднелись ухоженные сады.

Чем ближе Анджей подходил к нужной улице, тем тише становилось вокруг. Здесь не было суеты торговцев или шума портовых рабочих. Поместье мистера Пирса обнаружилось в самом конце тенистой аллеи. Это был статный, но слегка уставший от времени двухэтажный дом с высокими узкими окнами. Анджей сразу заметил странную деталь: несмотря на яркое утреннее солнце, все окна были наглухо закрыты тяжелыми темными шторами, словно дом пытался спрятаться от дневного света.

Анджей остановился у кованых ворот. На мгновение внутри снова шевельнулось сомнение — мозг пытался напомнить, что столяру не пристало заявляться в богатые дома без приглашения. Но мастер вспомнил ослепительную улыбку Армана и его фразу: «Изнутри всегда виднее, что человеку нужно».

Он уверенно взялся за холодное железное кольцо на воротах и постучал. Звук покатился по пустому двору.

Прошло несколько долгих минут, прежде чем тяжелая входная дверь дома приоткрылась. На дорожке показалась полная дама лет пятидесяти. Несмотря на ранний час, она выглядела безупречно: седоватые волосы были аккуратно собраны в тугой пучок под накрахмаленным чепцом, а пышную фигуру облегало шелковое платье глубокого фиолетового цвета. Шею дамы обрамлял строгий кружевной белый воротничок-стойка, заколотый дорогой, но скромной брошью.

Она шла к воротам не торопясь, с той величественной осанкой, какая бывает только у людей, несущих всю ответственность за этот дом. При каждом её шаге слышался тихий, размеренный металлический звон. Анджей опустил взгляд и заметил на её поясе серебряный зажим с цепочкой, на которой покачивалось целое хозяйство: ключи от всех комнат, шкафов, бельевых и погребов, а рядом с ними соседствовали ножницы, кошелек и записная книжка в обложке из затертой коричневой кожи.

Дама остановилась по ту сторону ворот. Её серо-голубые глаза смотрели строго и твердо, проницательно изучая гостя.

— Доброго утра, — спокойно произнес Анджей, слегка склонив голову. — Меня зовут мастер Анджей. Я пришел к мистеру Пирсу по поводу его вчерашнего заказа. Мне необходимо осмотреть интерьер и сделать замеры места, куда встанет вещь.

Экономка не выглядела удивленной, но ворота открывать не спешила. В её фигуре и холодноватом взгляде читалась привычная, глубокая настороженность — так оберегают покой того, кто слишком уязвим перед внешним миром.

— Мистера Пирса сейчас нет дома, он уехал в управу по делам, — её голос прозвучал ровно и веско. Она коснулась пальцами серебряной цепочки на поясе, успокаивая звенящие ключи. — О каких замерах идет речь, мастер? Мистер Пирс не предупреждал, что в дом придут чужие. Я отвечаю здесь за порядок, и без его ведома впустить вас не могу.

Анджей не отвел взгляда. Он спокойно прочел на её лице и эту строгую преданность дому, и едва заметную усталость в уголках её глаз. Мастер слегка улыбнулся — мягко, но уверенно:

— Я вижу, что этот дом находится в надежных руках, сударыня. Мистеру Пирсу невероятно повезло, что его тыл защищает женщина с таким глубоким чувством порядка. Далеко не в каждом богатом поместье встретишь экономку, которая так четко знает цену безопасности.

Дама едва заметно приподняла подбородок, её кружевной воротничок-стойка натянулся. Слова мастера достигли цели, но напускная суровость женщины ещё не растаяла.

Анджей тем временем переменил тон на более деловой и серьезный. Его голос прозвучал веско, без капли заискивания:

— Но как профессионал вы должны меня понять. В мою мастерскую привезли столетний дубовый массив. Это живой, капризный материал. Если я начну резать его вслепую, не зная, какова влажность в ваших комнатах, как падает свет из этих зашторенных окон и сколько шагов от двери до места, где будет стоять вещь, — дерево просто погибнет. Оно треснет через месяц. Я привык делать работу безупречно, и моё имя в этом городе кое-что значит. Мистер Пирс доверил мне задачу особой важности. И если мы потеряем сегодняшний день из-за пустых формальностей, отвечать за испорченный дорогой дуб перед хозяином придется нам обоим.