Читать книгу: «Влюби меня»

Глава 1

Тимур

Вечеринка в самом разгаре — музыка долбит так, что вибрирует сам воздух. Дава с Гариком уже вовсю зажигают с девчонками в бассейне: брызги от их бурной движухи летят во все стороны. Кто‑то танцует, кто‑то упивается у бара.

Я лежу на шезлонге, сжимая в руке бутылку «Джека», и наблюдаю за всем этим со стороны. Мне сейчас всё фиолетово. И нет, я не унылый дед, мне всего девятнадцать. Просто настроение — ниже нуля.

Всё началось с утра, когда я вывалил отчиму свою «радостную» новость: я остаюсь жить у Вани и в наш город больше не вернусь.

О том, что у меня есть родной брат, я узнал в начале лета. Мама решила поделиться этой информацией аккурат после того, как узнала о смерти моего биологического отца. К тому моменту его уже полгода как не было в живых. И мне до боли жаль, что я так и не успел его узнать. По рассказам Вани — человек был достойный. Не мне судить маму, но её поступок до сих пор не укладывается у меня в голове. Ну и что, что у них там что‑то не срослось? Я имел право знать!

Думал недолго: навёл справки о Ване — где живёт, чем дышит, — собрал вещи и рванул в незнакомый город. К человеку, которого видел впервые.

Контакт с братом наладился сразу — будто всю жизнь друг друга знали. Сначала планировал пожить до конца лета, но чем дольше общались, тем крепче прикипал к нему. Всю жизнь мечтал о брате — и вот он, рядом.

В итоге Ваня предложил переехать насовсем. Я и сам уже к этому клонил — последние дни только об этом и думал. Здесь — брат, его невеста Малика, которая стала почти сестрой, и Дава, мой лучший друг: он тоже перебрался сюда с родителями. Я уже успел перевестись в его универ, и с осени мы будем ещё и одногруппниками. Казалось бы, жизнь налаживается, всё складывается как нельзя лучше…

Но вот только в планы отчима это не входило.

Он владеет крупной инвестиционной компанией и давно решил, что я буду работать у него, а потом стану преемником. Я всё испортил. В ответ он лишил меня финансирования и заблокировал карты.

Ну, зашибись. Я‑то привык не бедствовать, а теперь придётся пахать в автосервисе у брата. Не то чтобы я был против — тачки я обожаю и с удовольствием подрабатываю у него сейчас. Но это больше для души, а как основной источник дохода… как‑то не очень.

В родном городе мы с Давой неплохо зарабатывали на гонках. Он и здесь этим занимается. Я тоже хочу — безумно. Но брат против. Считает, что это опасно.

Сегодня попросил у него «Челленджер» для дрэг‑рейсинга — получил твёрдый отказ. Вот и вторая причина хренового настроения.

Перед тем как отчим перекрыл финансовый кислород, я успел купить себе «Рав 4». Можно, конечно, продать его и взять что‑то для гонок… Но за спиной у брата — нет. Больше всего не хочу его разочаровать. А уговорить его — задача не из лёгких. Даже Малика не смогла. А она умеет убеждать.

Лежу, смотрю на всю эту движуху и думаю: вот и накрутил себе проблем.

К бассейну идёт худой паренёк с двумя девчонками. Блин, где я их видел?

Гарик с Давой выпрыгивают из бассейна и подходят к ним, здороваются. А я всё пытаюсь их вспомнить.

— Тим, ты чё там затихарился? Иди к нам!

— Не‑а. Сам иди.

Девчонки переводят внимание на меня. Блин, я так голову себе всю сломаю, пока вспомню их.

— Давай отрывай свой ленивый зад! — кричит Гарик.

Гарик — кореш Давы. Вижу его второй раз в жизни, но уже вроде как свой.

Встаю с шезлонга и иду к ним — любопытство берёт верх. Хочу наконец понять, кто эти девчонки.

Подхожу ближе.

— Тим, это мой двоюродный брат Илюха. Тим — друг Давы, — коротко представляет нас Гарик.

Пожимаем друг другу руки. Перевожу взгляд на девушек. Красивые обе. Одна — блондинка с очень яркой внешностью, у второй — длинные розовые волосы и кукольное личико, прям сказочная фея какая‑то.

— Кира, — говорит та, что блондинка.

— Моя девушка, — вставляет Илья, притягивая её к себе за талию. Она бросает на него странный взгляд, будто сама была не в курсе, что она его девушка.

— Я Катя, — фея протягивает мне тоненькую ручку.

— Приятно. Тим. Мы раньше не встречались?

Кира отрицательно качает головой:

— Впервые тебя вижу.

Блин, и имя какое‑то знакомое… Кира.

— Да откуда ты их можешь знать? Ты же в городе без году неделя, — говорит Дава.

— Ну да…

— Ты не местный? — спрашивает Катя.

Отрицательно качаю головой.

— На время приехал? — уточняет она.

— Нет, навсегда. Но недавно.

Ну не может же меня глючить — я точно где‑то видел их, причём всех троих.

— Идём к бару, выпьем что‑нибудь, — брат Гарика подталкивает Киру. Она кивает, но бросает на меня короткий взгляд. Красивая девочка. Очень. А Илюша этот какой‑то невнятный.

Гарик с Давой прыгают в бассейн бомбочками — к девчонкам, с которыми они зажигали. Я остаюсь вместе с Катей. Надо что‑то сказать, но ничего на ум не идёт. Пауза затягивается. Она переводит взгляд на мой шезлонг.

— О, «Джек», — улыбается. — Угостишь?

— Фея, что, пьёт виски? — скептически смотрю на неё.

— Если с колой, то пьёт.

— Сейчас сделаем.

Иду к бару, беру колу. Там Кира с Ильёй, и она снова бросает на меня взгляд — и тут же отводит. «Что, понравился? Детка, у тебя же парень вроде есть». Пробегаюсь глазами по её фигуре. Девочка огонь, конечно. Я бы не против с ней замутить. Но нет — Гарик нормальный пацан, не буду я лезть к девушке его брата.

Возвращаюсь к Кате. Она сидит на шезлонге и улыбается. Тоже красивая. И вроде как без парня — это интереснее.

Наливаю ей виски с колой и протягиваю бокал.

— Знаешь, ты мне кого‑то напоминаешь, — говорит она. — Но кого — не могу понять.

— Ммм… Может, я главный герой твоих эротических снов? — отвечаю я с усмешкой.

Катя смеётся заливисто.

— Шутник от бога. Но я сейчас серьёзно.

— Вы мне тоже с подругой кажетесь знакомыми. Но вариантов, где я вас видел, у меня нет. Может, на гонках?

— Не-а, мы таким не интересуемся. — отвечает, слегка покачивая бокалом.

— Зря.

— А ты участвуешь?

— Раньше участвовал. Сейчас только болею и делаю ставки.

— Если бы ты участвовал, я бы посмотрела.

Ну вот, как камень скинула на больную мозоль.

— Как буду участвовать, обязательно приглашу, — подмигиваю ей.

— Наверное, тогда тебе мой номер нужно знать? — хитро улыбается Катя.

А девочка не промах. Достаю телефон.

— Диктуй.

Записываю номер… В этот момент на экране высвечивается фото Малики.

— Извини, — шепчу Кате.

Отвечаю на вызов.

— Внимательно.

— Тим, мы от моих едем домой, тебя забрать?

Было бы неплохо. Дом Давы находится за городом, в одном коттеджном посёлке с домом родителей Малики. Добираться на такси дороговато будет до нашего дома. Да, я пока живу вместе с Ваней и Маликой. Хотел снять квартиру, но сейчас я нищеброд — каждая копеечка на счету. На такси экономлю, какая там квартира… Бля, надо срочно покупать всё‑таки тачку, чтобы зарабатывать на гонках.

— Да, подхватите, — отключаю вызов.

— Уезжаешь? — спрашивает Катя.

— Да, поеду. Брат с невестой тут рядом были, сейчас заскочат за мной.

— А брат с невестой в этом посёлке живут?

— Нет, тут родители её живут.

— Ясненько.

Разливаю нам остатки виски. К нам подходит Кира, садится рядом с Катей на шезлонг. Парень её где‑то потерялся. Она стукается своим коктейлем с бокалом Кати.

— Привет, девушка Ильи, — смеётся Катя.

Кира тоже начинает смеяться. Над чем они угорают — не пойму.

— Сама в шоке, — говорит Кира.

— Ни хрена не понял. Так ты девушка его или нет? — спрашиваю я.

Кира смотрит на меня:

— В его мечтах, наверное.

И они снова начинают смеяться. А изначально ведь показались адекватными.

— Ладно, девчонки, рад был знакомству. Мне пора.

— Буду ждать приглашения на гонку, — говорит Катя.

— Эм… Да, как только — так сразу.

— Я сделаю ставку на тебя, — улыбается она.

— Договорились! — киваю я.

Иду к Даве, прощаюсь с ним. Подошедшему Илье просто киваю и ухожу.

Но мысль о том, что я их знаю, никак не выходит из головы. Кира и Катя, Кира и Катя… Бля, это ранняя деменция, что ли? Хоть убей, не могу вспомнить, откуда.

___

Всех приветствую в новинке.

Не забывайте ставить 👍 книге и добавлять в 📚библиотеку.

Спасибо! 🧡

Глава 2

Тимур

— Ну, Ванечка, ну, пожалуйста, — тянет Малика в очередной раз.

— Нет.

Я уже понял: Ваня не сдастся. На что она вообще надеется? Наивная…

— Ну, Ванечка… Ты же у меня самый лучший, — не унимается она. — И брата своего ты любишь, правда? А он гонки очень любит. Ну, дай ему шанс.

— Это опасно.

— Не опаснее, чем ездить по городу, — парирует Малика.

Я молчу. Он и так уже сто раз меня послал.

Малика садится к Ване на колени и что‑то шепчет ему на ухо. Ваня сначала хмурится, потом улыбается. Встаёт и молча идёт в свою комнату. Малика подмигивает мне.

Через пару минут он возвращается — и бросает мне ключи от «Челленджера».

— Да ладно? Серьёзно? — не верю я. — Что ты ему там нашептала?

— Не твоё дело, — смеётся она. — Участвуешь только в дрэг‑рейсинге. Никаких петель на карьере. Это понятно? У меня брат один.

— Понятно, — киваю.

Охренеть. Вот это да. Я счастлив сейчас, как мальчишка. Надо срочно сообщить Даве, что я в теме сегодня.

— Малика, ты лучшая! Люблю тебя!

В ответ она посылает мне воздушный поцелуй.

— Эй, потише с признаниями, — ворчит Ваня.

— Да как сестру же.

— Да мы поняли, — вздыхает он.

— Вааанечка, а мы поедем сегодня за Тима поболеть? — подскакивает Малика.

— Конечно.

Вообще класс. У меня даже будет группа поддержки.

Убегаю в комнату, падаю на кровать, достаю телефон, набираю Даву.

— Братишка, я сегодня гоняю.

— Да ладно? На чём?

— На «Челленджере».

— Не пугай меня. Что ты сделал с Ваней?!

— Против Малики нет приёмов.

— Понял. Чьи‑то яйца попали под каблук.

— Потише. Это мой брат, если что. Не надо трогать его яйца.

— Фу, придурок. Я и не собирался, — смеётся Дава. — Ладно, тогда до встречи?

— До встречи.

Отключаю вызов. Вспоминаю, что обещал Кате позвать её, когда буду участвовать. У меня есть её номер. Только… надо ли? Странные они, эти девчонки. Хоть и красивые. Ну, честно… даже не знаю. Наверное, всё‑таки не буду. Морознусь лучше.

Я за рулём «Челленджера» — я крут! Окно открыто, музыка орёт на полную, басы долбят. Малика рядом пританцовывает на сиденье, вовсю отрывается. Ваня сзади бурчит, чтобы сделали тише, — но нам по барабану. Короче, кайфы‑кайфули.

Подъезжаем. Куча тачек. Из окон — музыка на максимум. Паренёк с планшетом носится туда‑сюда: принимает заявки на гонки, фиксирует ставки на победителя.

Вижу машину Давы.

— Ооо, Вано, Малика! — Дава идёт навстречу с расставленными руками. — Какие люди!

Из соседней машины выходят Гарик, Илья… и Кира с Катей. Они смотрят на нас. Я киваю. Но ни одна из девчонок не отвечает. Лица бледные, глаза — круглые.

Чё такое? Обиделись? Или… что?

— Неожиданная встреча, — слышу сзади сухой, твёрдый голос Малики.

Девушки подходят. Я оглядываюсь на Малику — от неё прямо искрит. А что происходит? Мне хоть кто‑нибудь скажет?

— Привет‑привет, — здороваются Кира и Катя с ней.

— И чё? На кого сегодня ставим? — спрашивает Ваня, глядя на Киру.

— Что происходит? — поворачивается Дава к Малике.

— Мне тоже интересно, — хмурится Гарик.

— Тим, это Кира и Катя. Мои подруги. Бывшие, — говорит Малика, и в её голосе — арктический лёд.

Бляяя, точно… Во я тормоз! Как я сразу не вспомнил?! Малика же показывала их мне, когда мы в пробке стояли — как раз по их вине. Они тогда устроили ДТП. И Илья тоже был там.

— Так вы — те самые? Ставочницы? Любительницы влюблять в себя мужиков и спорить на бабки?

Смотрю на них. Малика со своими подружками в прошлом были любительницами делать ставки на парней — и доказывать друг другу, что смогут в себя влюбить. Потом кидали в общий чат аудио с их признаниями. Ваня как раз стал одной из таких ставок — пока Малика сама на этом не погорела и не влюбилась по‑настоящему.

Я как раз в этот период появился в их жизни и, можно сказать, был непосредственным наблюдателем. Они тогда разругались: брат страдал, Малика тоже. Прикол в том, что, когда Малика поняла, что влюбилась, она захотела соскочить с игры. Но девчонки ей не дали — наоборот, удвоили ставки. А потом ещё и сделали этот спор достоянием всего класса на выпускном. Короче, мерзкая история.

Но Малика сто раз пожалела и всё осознала. А эти… И тут до меня доходит: так вот почему они так лыбились мне на вечеринке у Давы! Катя ещё сказала, что поставит на меня, если позову её на гонку… Ах вы ж сучки!

— Да, — отвечает Кира, ни капли не смущаясь. — Мы. Они.

Дава стоит — охреневший. Гарик — тоже. Последний поворачивается к своему брату:

— Ты знал?

Кстати, да. Интересно. Если он её парень — может, и он тоже в пострадавших?

— Конечно знал. Вся школа знала, — отвечает Илья.

— И на тебя ставили? — спрашивает Гарик.

Девчонки смеются. Во дают. Отмороженные. Ещё и ржут. Даже не стыдно им.

— Кому он нужен? Ставить на него? — фыркает Кира. — И так как репей липнет.

Ох и сука же ты. Фу, такой быть.

Илья стоит — как обосранный. Молчит, будто хрен проглотил.

— Ты вообще как разговариваешь с ним? — спрашиваю, скривившись от отвращения. — Охрененная царица?

— А то, — бросает она. — Хочешь проверить?

— Давай проверим, — подхожу к ней вплотную.

— И как? — Подбородок вверх, вызов в глазах.

— А мы поспорим.

Все взгляды — на нас.

— Тим, не гони, — пытается влезть Ваня.

— И в чём будет заключаться спор?

— Покажи своё мастерство. Влюби меня в себя, — цежу, глядя ей в глаза.

Смеётся, закинув голову.

— Как говорит моя бывшая лучшая подруга… — она бросает взгляд на Малику, — на изи.

Протягиваю руку.

— Ну давай, изя, покажи, что умеешь.

— Не, дорогой, — цинично улыбается, — сначала оговорим условия. И что я получу, когда выиграю?

— А что хочешь?

Щурит глаза. Облизывает губы. Думает.

— Тачку твою.

— Слышишь, ты? — Ваня начинает закипать. — Совсем берега потеряла?!

— Стоп, — хватаю брата за руку. — Это не моя тачка, — говорю Кире. — Брата.

— А‑а‑а, — усмехается она, переводя взгляд на Ваню. — Так он ещё и брат твой? Тем веселее будет.

У Вани глаза полны ярости, желваки играют. Ну не будет же он бить девчонку… Хотя напрашивается, гадина.

— Давай на мою тачку, — выпаливаю, не давая себе времени передумать.

— А у тебя какая? — Кира скрещивает руки на груди, глядя на меня свысока. — «Девятка»?

— RAV4.

— Ладно, пойдёт, — кивает она, будто делает одолжение.

— Вот и рекрасно. Осталось решить, что отдашь мне ты.

Я уверен в своей победе. Это ж надо быть идиотом, чтобы, зная, кто она такая, влюбиться.

— Мою тачку, — отвечает она таким спокойным тоном, будто спорим мы на пару кроссовок, а не на машины.

— Не гони, брат, — шепчет Гарик. — У неё же китаец!

— Ну, китаец тоже денег стоит, — пожимаю плечами. Хоть и копейки на вторичке, но деньги мне сейчас позарез нужны. Сразу квартиру сниму.

— Я согласен.

— Теперь условия, — говорит Кира. — Я должна влюбить тебя в себя. Так?

— Так, — киваю.

— Сроки?

— До конца лета.

— Месяц? А чего так много? Я и за пару недель уложусь, — скалится она, словно змея.

— Не думаю, — усмехаюсь. — Такой, как ты, и жизни не хватит, чтобы меня влюбить.

Она заливисто смеётся. Какая же мерзкая тварь…

— Ладно. Месяц.

— Тим, я согласен с Ваней. Ты ебанулся, — говорит Дава, ероша волосы.

А я хочу. Хочу стереть с её лица эту самоуверенную улыбочку. Отомщу за брата. За Малику. За всех тех пацанов, чьи сердца она разбила, не моргнув глазом.

— Погоди, а как я узнаю, что ты влюбился? — спрашивает она. — Ты же не признаешься специально, чтобы тачку свою не отдавать.

— Признаюсь, — отвечаю. — Не суди людей по себе. И потом… ты же опытная в этих делах. Разве сама не поймёшь?

— Пойму, конечно.

Тяну руку. Она — свою. Жмём.

— Малика, перебей, — просит Кира с хищной улыбкой.

— Бля, вот те делать не хуй, — бросает Гарик.

— Погодите, а моё мнение никого не волнует? — тихо спрашивает Илья.

— Как видишь — нет, — отвечает Кира.

Ох и дрянь. Ну, держись!

Глава 3

Тимур

Вчера я поднял денег на гонках — дважды пришёл первым. Но самое интересное начнётся сегодня.

Кира с подружкой вчера уехали, сразу же после моей первой победы. Неожиданно — я думал, она дождётся меня до конца гонок и начнёт свою игру. Но это было бы слишком предсказуемо. А она не так она проста, как кажется. Это я уже тоже понял.

В голове не укладывается, как может такая красивая девчонка быть такой гнилой? Внешность, бабки, парни, подруги — у неё есть всё для счастливой жизни. Чего ж ты такая гадина, Кира?

Тем не менее, я в предвкушении. Очень интересно понаблюдать, как она будет бить копытцем, стараясь меня влюбить. Я‑то в адеквате — а чтобы повестись на неё, зная всю правду, надо быть полным припизднем.

Интересно, что она будет делать, если я за этот месяц из дома ни разу не выйду? Смеюсь про себя. Под окном стоять? Или СМС с голыми сиськами слать? Хотя на второе я бы взглянул ради интереса — ну, чисто одним глазком. Там есть на что посмотреть, это и так понятно.

Но, конечно же, я не буду прятаться. Всё по‑честному: пусть пляшет вокруг меня, а я буду наслаждаться своим триумфом по полной.

С кухни уже доносятся соблазнительные ароматы завтрака. Сто пудов, Малика уже колдует у плиты. Иду на запах.

Захожу — и вижу картину: мой брат зажимается со своей будущей женой. Целует её, она что‑то хихикает ему на ухо. Мило. А я… какого‑то хрена стою и пялюсь на них.

Не потому, что завидую. А потому, что вижу — как это выглядит, когда тебе готовят завтрак, ждут дома, любят по‑настоящему. С теплом. Без игр. Без ставок. Без скрытых повесток. Это должно быть так круто…

— Кхм‑кхм, — откашливаюсь.

Влюблённые отлипают друг от друга.

— О, Тимка, ты проснулся! Давай садись за стол, будем завтракать, — улыбается Малика.

Сажусь, подпираю подбородок кулаком.

— Вот скажи мне, Малика, где такие классные девчонки, как ты, водятся? Чтобы и любили, и завтраки готовили?

Малика смеётся, ставя передо мной тарелку с венскими вафлями.

— Таких больше нет. Мне достался эксклюзив, — говорит брат с улыбкой, глядя на Малику.

— Ой, да ладно вам. Нашли мне тоже хорошую и добрую. Вы же знаете, что я дрянь ещё та была, не лучше моих подружек. Просто любовь творит чудеса, — хихикает Малика, прикрывая рот рукой.

— Любовь… Да… Кстати, когда свадьба? Дату уже знаете?

— Да. Двенадцатого октября.

— Так и что, решили всё‑таки в один день с Маратом праздновать?

Марат — лучший друг Вани и родной брат Малики. Он недавно тоже сделал предложение своей девушке. Их родители планируют устроить свадьбу в своих традициях — с размахом, на триста гостей. Было предложение отметить два торжества в один день.

— Ой, можно подумать, меня кто‑то там спрашивал, — хмыкает Малика.

— А я вообще за. Марат и его семья для меня как родня. Поэтому считаю, что это крутое предложение, — отвечает Ваня.

Наливаю себе кофе, делаю глоток — горячий, крепкий, как раз такой, чтобы прогнать остатки утренней сонливости.

— Мальчики, я должна вам кое‑что рассказать… — начинает Малика как‑то загадочно.

— Я стану дядей? — перебиваю я.

— Тим, блин, нет, конечно! — фыркает, шлепая меня по руке. — Я про Киру хотела поговорить.

Ну‑у‑у, блин, а так же хорошо всё начиналось… Только думать о ней перестал.

— Не хочу про неё, — хмурится брат. — Меня после вчерашнего до сих пор бомбит. Полоумный, бля, тачку свою поставил…

— А я что, такой лох, по‑твоему, поведусь на неё и проиграю? — хмыкаю я. — Я специально это всё затеял. Может, хоть после такого облома у неё мозги на место встанут и совесть появится.

— Сомневаюсь, — бурчит Ваня.

— Вот именно об этом и хотела поговорить, — настаивает Малика. — Дайте мне пять минут и не перебивайте.

— Мы — само внимание, — складываю руки на столе.

— Я повторюсь. Но не надо идеализировать меня и делать Киру исчадием ада, — говорит она.

Хмыкаю. Можно подумать, это не так.

— Вы должны кое‑что знать. То, что я вам раньше не рассказывала. Потому что это не моя история, но, думаю, рассказать всё‑таки надо, чтобы прояснить общую картину.

— Малика, не пугай нас, — просит Ваня.

— Короче… — она откладывает вилку. — В девятом классе Кира влюбилась в старшеклассника. Прямо по‑настоящему. Говорила только о нём. Не упускала ни единой возможности оказаться рядом, попасться ему на глаза.

А он… не отталкивал. Общался. Давал надежду. Улыбался, когда она рядом. Будто специально держал на расстоянии вытянутой руки — достаточно близко, чтобы она верила, но недостаточно, чтобы быть уверенной.

Потом, на новогодней вечеринке, пригласил на танец. Поцеловал. Она в тот вечер светилась от счастья — я её такой никогда не видела. Все смотрели на них, а она будто в своём мире, где только он и она.

После вечеринки он провёл её домой. И она… рассказала ему о том, что давно в него влюблена.

Малика замолкает на секунду.

— На следующий день мы узнали, что он поспорил с одноклассниками. На то, что она будет бегать за ним и признается в своих чувствах. И он… записал её признание на диктофон.

Тишина накрывает стол. Мы с Ваней переглядываемся. Глаза — как у оленей в свете фар.

— Его друзья… и все, кто были в курсе спора, начали смеяться над ней, — продолжает Малика. — Кто‑то переслал запись в школьный чат. Кира… была раздавлена. Собиралась перевестись в другую школу. Говорила, что не может там оставаться.

Ваня шумно выдыхает. Я ловлю себя на том, что стиснул зубы.

— А мы с Катей… — Малика смотрит в стол, — придумали свой вариант решения проблемы. Ставки. Влюблять тех, кому было слишком весело. Записывать их признания. Мстить.

— То есть… вы решили ответить той же монетой? — уточняю я.

Малика кивает:

— Сначала это казалось справедливым. Мы хотели, чтобы они почувствовали то же самое: унижение, стыд, боль. Чтобы поняли, каково это — когда твоё самое сокровенное превращают в шутку.

— Но потом? — тихо спрашивает Ваня.

— Потом… — она поднимает глаза, — потом это стало игрой. А позже — привычкой. Мы втянулись. Забыли, зачем всё это начинали. Просто продолжали делать ставки, влюблять, записывать. Это стало… своеобразным способом защититься. Броней. Как будто если ты первым ударишь — не так больно будет, когда ударят тебя.

— Охренеть, — Ваня качает головой. — То есть из‑за одного уёбка — столько разбитых сердец?

— Получается, да. Мы хотели восстановить справедливость, а в итоге стали такими же, — тихо говорит Малика.

В целом, пазл собрался. Теперь хоть понятно, что и кто заставил её стать такой. Но смысла это не меняет.

— В любом случае, их кто‑то должен тормознуть. Ты же видишь, что они творят, — говорю я.

— Вижу, конечно, — кивает Малика. — Но не забывайте, что если бы они меня не подбили, Вань, поспорить на тебя, я бы ещё сто лет мимо тебя ходила и не замечала. Так дальше и думала бы, что ты неотесанный чурбан. А ты, по факту, милый мишка.

— Хуишка, — бурчит Ваня исподлобья. — Тебя как послушать, так одни белые и пушистые. Не забывай про общий чат класса, где делали ставки на нас за твоей спиной — в том числе.

— Да, знаю я всё. Заигрались девчонки. И тормознуть их надо. Я согласна с Тимом. Только вот меня тормознула любовь. Им бы влюбиться — и они бы и так остановились, мне кажется.

— Не факт… Вон есть же Ильюша у Киры — чем тебе не кандидат?

— Бля, смешно, — хмыкает Ваня.

— Я к тому, Тим, — поворачивается ко мне Малика, — игры играми, но не заигрывайся. Не делай ей больно. Иначе чем ты тогда будешь отличаться от них самих?

— А это уже как получится, извини.

_____

История Малики и Вани: https://litnet.com/shrt/l7w9