Читать книгу: «Император Лициний на переломе эпох»

Рецензент:

кандидат философских наук, профессор Московского института духовной культуры святых равноапостольных Кирилла и Мефодия

М. В. Бахтин

Введение

Для судьбы человечества особенно значимы отдельные этапы истории некоторых государств и народов. В полной мере это можно сказать о первой четверти IV века, важнейшем периоде жизни Римской империи. В то время происходили глобальные идеологические сдвиги, империя постепенно становилась христианской и отходила от традиций греко-римской полисной культуры, усиливалась абсолютизация императорской власти, осуществлялись реформы государственно-политического устройства, менялась внутренняя структура позднеримского общества. Все названные процессы сочетались с почти непрерывной борьбой за власть между различными правителями, которые были озабочены как личными интересами, так и отстаиванием единства государства, отражением вторжений извне, поиском более удачной формы политической организации империи.

Эту примечательную эпоху обычно связывают с именами ее крупнейших деятелей – Диоклетиана и Константина, их роль действительно была огромной, особенно у Константина, создавшего новую империю, основанную на союзе церкви и государства, на признании христианства ведущей идейной силой. Но надо иметь в виду, что в то время выдвинулись и другие правители, среди которых далеко не последнее место занимает император Лициний, известный как соправитель Константина и одновременно его опасный враг. Несмотря на заметную политическую роль Лициния, сумевшего захватить половину империи (Балканы и восточные провинции), в целом он остался малоизвестным в исторической науке и в широком круге людей, интересующихся позднеримской империей. Отчасти недостаточное внимание к Лицинию обусловлено тем, что более масштабная фигура Константина I Великого попросту затмила его соперника, а источники, освещающие правление Лициния, редко оказываются представительными. В то же время историческая роль Лициния не была малозначительной, и его деятельность заслуживает отдельного рассмотрения. Оценка событий его правления, вклада Лициния в преобразование общества и государства позволит более полно и адекватно представить себе историю Римской империи первой четверти IV века.

Источники. Обращаясь к изучению правления Лициния, необходимо учитывать специфику имеющихся данных, которые где-то помогают, а где-то препятствуют исследованию. Современные Лицинию письменные источники носят в значительной мере риторический, или панегирический, или обличительный характер. Христианско-богословское понимание правления Лициния выразил Евсевий, епископ Кесарии Палестинской (около 260 – около 340 г.) в «Церковной истории»¹, освещавшей историю христианства до 324 г., и в биографическом панегирике «Жизнь Константина»². Первый труд отражает эволюцию отношения автора к религиозной политике Лициния – от апологетического к негативному. У Евсевия в основе исторических событий лежит борьба Единого Бога с враждебным ему демоническим началом. Взаимоотношения Лициния с Богом – главная тема для христианского историка. В церковной истории приводятся тексты императорских эдиктов о христианах, проливающие свет на религиозную деятельность Лициния, информация о гонениях, ряд сведений о социально-экономической политике императора и о политической борьбе – его отношениях и войнах с Максимином и Константином I. Находясь в провинции, Евсевий был слабо осведомлен о дворцовой жизни, отчасти этим объясняется проявляющиеся обобщенность и умозрительность его информации. «Жизнь Константина» – труд, созданный незадолго до смерти епископа; он повторяет в целом обличительный раздел о Лицинии в «Церковной истории», но содержит ряд дополнительных нюансов о его религиозной политике. Несмотря на многочисленные недостатки, труды Евсевия сохраняют значение как существенный источник, дающий сведения о разных сторонах правления императора.

Лактанций (? – после 317 г.), крупнейший нецерковный историк своего времени, имел риторское образование, пройдя обучение у известного северо-африканского преподавателя Арнобия. В начале IV века он перешел в христианскую веру и использовал свои навыки для полемики с язычниками. Его главный исторический труд «О смертях преследователей» («De mortibus persecutonim»³), посвященный событиям 305–313 годов, был написан в Никомедии после завоевания этого города Лицинием и отражает торжество христианской интеллигенции в связи с концом гонений. Особенность Лактанция – в более глубоком по сравнению с Евсевием знании политических событий, хотя в исторической науке его сведения о тетрархах подвергаются критике за различные преувеличения и искажения⁴. Тем не менее он дает представления о политической эволюции Лициния и о его религиозной политике до 314 года.

Оба эти историка, Евсевий и Лактанций, отражают изменения в положении христианского общества – их критика враждебной христианам власти ведется не с узких социальных позиций, а «от лица» широких слоев общества.

Наиболее запутанный источник, хронологически близкий изучаемому времени, – жизнеописание «Трех Гордианов» Юлия Капитолина, одного из так называемых SHA⁵. Дата написания этого произведения, – по-видимому, период единоличного правления Константина I, то есть 325–337 годы. Автор, возможно работающий под псевдонимом, преследовал, как можно предположить, неявно выраженную цель осмысления правления Гордиана III в духе угодном Константину и со скрытой аналогией по отношению к Константину и Лицинию. Делать выводы о полноте и достоверности столь сложного источника невозможно.

Правления Лициния слабо касаются галльские панегирики⁶. Незначительные сведения об императоре содержатся у анонимного автора, чей панегирик датирован концом лета – началом осени 313 года, и у Назария Бурдигальского (321 г.). В них отсутствуют прямые упоминания о Лицинии, информация носит завуалированный характер, но касается проблемы отношений Константина и Лициния. Панегирики написаны в консервативном языческом духе и, помимо прямой информации о последнем, доносят атмосферу времени, полного культа монархии и тенденциозности.

У Элия Лампридия⁷, по-видимому, современника Константина, в жизнеописании Антонина Гелиогабала есть в чистом виде оценка Лициния, без какого-либо фактического содержания⁸. Несмотря на очевидные симпатии автора к Константину, он положительно высказывается о его сопернике.

Ряд сведений о Лицинии содержится у Аврелия Виктора в труде «О цезарях»⁹, посвященном императорам от Августа до Констанция II, и в «Эпитоме»¹⁰ (доведенной до Феодосия I) неизвестного историка, ложно приписываемой Аврелию Виктору. Он, впервые отличившийся при Юлиане Отступнике и достигший в 388–389 годах префектуры в Риме, выражал взгляды образованного высшего римского чиновничества, осуждающего репрессивную политику императоров по отношению, в частности, к культурным слоям общества. Информация о Лицинии скудна. Дается краткая и путаная событийная канва, и осуждаются проявления террора. Значение «Эпитомы» более весомое, несмотря на искаженную обрисовку военно-политических событий. В этом сочинении содержится единственная компактная оценочная характеристика Лициния и некоторых принципов его внутренней политики. При этом присутствует элемент скрытого сравнения с кем-то из императоров второй половины IV века, сравнения – отчасти в пользу Лициния. Идеологическая позиция автора «Эпитомы» сходна с позицией Аврелия Виктора. Примерно к тому же времени относится «Бревиарий» Евтропия, секретаря Валента II. В сочинении сжато освещается вся римская история до 364 года нашей эры. В этом источнике есть краткие, но важные сведения о ранних годах карьеры Лициния и в определенной мере о его войнах с Константином. Евтропий, относясь к последнему с известной долей критики, в то же время демонстрирует неопределенное отношение к Лицинию, упоминая лишь о его энергии в войне с персами 296–298 годов.

У Аммиана Марцеллина (около 330–400 гг.) в «Деяниях»¹¹ информация о Лицинии заключается в одном-двух значимых сообщениях, но это наиболее обстоятельный источник по истории IV века в целом, позволяющий лучше оценивать и время Лициния.

Сведения о влиянии языческих философов на императора сообщает оратор Гимерий (IV в.)», хотя его данные лишь условно и неточно относятся к Лицинию¹².

Евнапий Сардский и Зосим представляют наиболее последовательное языческое направление в источниках о Лицинии. Первый, живший около 346–414 годов, был философом-софистом, обучавшимся в Афинах, и крайне негативно относился к христианизации Римской империи. Его «Всеобщая история» в 14-ти книгах, охватывающая период 270–404 годов, не сохранилась, но на ней основывал свои труд Зосим¹³, византийский историк, адвокат фиска при Анастасии I (конец V – начало VI века). Евнапий служил источником для Зосима при описании событий времени нахождения у власти Лициния. Внутренняя история правления императора у Зосима осталась без внимания. В основном даются военные описания с тактическими и топографическими деталями, Зосим часто критикуется за неточности и сомнительные данные¹⁴. Описания междоусобной войны служат для неблаговидной оценки Константина как вероломного и агрессивного деятеля. Лициний выступает как коллега Константина в разрушении язычества и одновременно как жертва честолюбия западного правителя. Сохранившееся сочинение Евнапия «Жизни философов и софистов»¹⁵ охватывает период – конец III – весь IV век и включает некоторые сведения о положении интеллектуальных слоев общества в Восточных провинциях под властью Лициния.

Из поздних источников прохристианской, но не богословской ориентации наиболее значим Аноним Валезия, которому принадлежит «Origo Constantini imperatoris»¹⁶ – краткая и непритязательная биография Константина. Хронологически этот латиноязычный памятник принадлежит вероятно к V веку, так как упомянуты Юлиан Отступник и без называния имен те, кто правил после него. Религиозным аспектам царствования Лициния уделено минимальное внимание и в чисто евсевианском стиле. У Анонима Валезия содержатся нигде более не встречающиеся сведения о придворной борьбе (заговор Сенециона и Бассиана), междоусобных войнах Лициния и Константина, отношениях первого с варварами. Хронологически эти данные относятся к периоду после 313 года, что позволяет конкретизировать неопределенность сообщений Евсевия. Социально-экономические данные у Анонима полностью отсутствуют. Источник отличается неполнотой и отрывочностью, в частности, война Лициния и Максимина в 313 году осталась даже без упоминания.

Глава первая
Возвышение Лициния

1. Ранние годы жизни. Начальный этап правления

Внутренняя ситуация в империи к началу IV века была очень непростой. Общеизвестно, что с 284 года пришедший к власти Диоклетиан положил конец кризису III века и утвердил новую политическую систему – доминат, монархию, в которой прежние полисно-республиканские традиции практически исчезли, и роль верховного правителя была до крайности усилена. Это время можно считать эпохой перелома в жизни Римского государства. Диоклетиан правил в условиях постоянных смут и восстаний, и даже к 305 году, когда он решил отречься от власти, перспективы возникновения междоусобных войн были реальны. При этом успехи правителя очевидны – улучшено положение на границах, проведены важные реформы, изменившие облик империи. Особенно существенной мерой было введение так называемой «тетрархии» (власти четырех), из которых 2 старших носили титул Августа (Диоклетиан и Максимиан) и 2 младших – Цезаря (Галерий и Констанций Хлор)³⁷. Предусматривалось, что в нужный момент оба Августа сложат свои полномочия и уступят место Цезарям, а те получат 2-х новых соправителей. Каждый из 4-х императоров управлял несколькими важными областями империи, охранял часть приграничной зоны, имел собственную армию и аппарат управления. Вся эта система создавалась для большей эффективности и в решении военных и политических задач – обороны рубежей, пресечения междоусобных войн, а также для улучшения управления провинциями. Тетрархия могла действовать успешно только в том случае, если четыре правителя сохраняли хорошие личные отношения, единомыслие и контролировали ситуацию на подвластных им территориях. Создавались условия, в которых связи между тетрархами должны были укрепиться (Галерий в 293 г. получил в жены дочь Диоклетиана Валерию), старшие правители называли друг друга «братьями», а младших – «сыновьями». Реформирование армии, административного устройства, регулирование экономики также были призваны упрочить систему власти.

С 303 года начались гонения на христиан, которые были обусловлены консервативным религиозным курсом императоров, укреплявших государственный культ Юпитера и Геркулеса. Борьба с христианством способствовала увеличению нестабильности и в некотором смысле ставила под сомнение успехи во внутренней политике тетрархов. В 305 году Диоклетиан и Максимиан Геркулий добровольно сложили власть, уступив место младшим соправителям – Галерию и Констанцию Хлору, а новыми Цезарями были назначены Максимин Дайя и Север. Констанций и Север стали править западными провинциями, а оба других носителя высшей власти – восточными³⁸. Номинально старшим из двух Августов был Констанций, но реально доминировал Галерий. Очень быстро вторая тетрархия обнаружила свою непрочность. В 306 году после смерти Констанция I в Эбораке (Британия) войсками был провозглашен Августом его сын Константин, без всякого согласования с Галерием. Последний отказался признавать Константина равным, и титул Августа получил Север, а Константин должен был довольствоваться титулом Цезаря. 28 октября 306 года произошла еще одна непредвиденная узурпация – сын Максимиана Максенций объявил себя императором в Риме, пользуясь поддержкой отца. Таким образом, вся система власти оказалась под вопросом, вследствие того, что столкнулись принцип наследования власти от отца к сыну и принцип назначения на высшую должность. Константин и Максенций были, с одной стороны, узурпаторами, а, с другой стороны, они заявляли о своих законных правах на власть, поскольку были сыновьями старших императоров, носивших титул Августа. Кроме того, их поддерживали местные легионы, и это придавало обоим «полуузурпаторам» дополнительную политическую силу. Галерий, обеспокоенный тем, что Максенций укрепился в Риме, приказал Северу выступить с крупной армией против узурпатора. Север, выйдя из Медиолана, подступил к Риму и начал его осаждать. Но здесь выяснилось, что Максенций и его отец Максимиан, тоже вернувшийся де-факто к власти, более популярны в легионах Севера, чем он сам, в результате чего солдаты Севера стали перебегать к узурпаторам, а их начальник вынужден был спасаться бегством.

Затем Максимиан, пообещав Северу безопасность, вынудил его сдаться в Равенне, отправил его в Рим под домашний арест, а после этого Север при неясных обстоятельствах был убит. В начале лета 307 года Галерий сам вторгся в Италию, но, не имея достаточно сил для осады Рима и не доверяя своим воинам, решил отступить, причем многие сельские районы Италии были опустошены.

Позиции Максенция и Максимиана заметно укрепились, а последний сумел в 307 году женить Константина на своей дочери Фаусте, т. е. приобрел в лице сына Констанция союзника. Таким образом, к 308 году сложилась следующая политическая конфигурация – Константин управлял Западом империи, за исключением Италии, в которой Максимиан с сыном вместе удерживали власть и одновременно соперничали друг с другом. Балканы и Паннония находились в руках Галерия, а восточные провинции – у Максимина Дайи. Каждый из этих правителей имел свой двор, многочисленный штат чиновников и сильную армию. Уже было очевидно, что система тетрархии утратила слаженность и превратилась в нечто весьма опасное – империя фактически стояла на грани разделения важнейших земель между 4–5 могущественными императорами, которые чувствовали себя довольно независимо и не всегда считали, что они несут какие-то обязанности перед соправителями. Такая сложная ситуация складывалась к моменту выдвижения на историческую сцену нового видного деятеля – Лициния (ноябрь 308 года).

Прежде всего необходимо остановиться на раннем периоде жизни Лициния. Когда он родился? В различных научных и справочных изданиях дату его рождения относят либо примерно к 250 году, либо, приблизительно к 265 году³⁹. Естественно, что обе даты несовместимы, следовательно, важной проблемой становится уточнение времени рождения правителя. Единственным древним автором, определенно указывающим на возраст Лициния, был автор Эпитомы. Он сообщает о том, что император скончался в возрасте «почти 60-ти лет»⁴⁰. Известна дата смерти Лициния – 325 год, и если следовать историку, родиться он мог в 265 или 266 годах. Но Евсевий Кесарийский, повествуя о том, что делал Лициний около 320 года, называет его «дряхлым стариком»⁴¹. Можно ли человека в 55 лет назвать «дряхлым»? Скорее всего – нет, и фраза Евсевия показывает, что Лицинию к 320 году было не 55 лет, а больше. Впрочем, из единичного замечания еще нельзя делать вывод о необходимости удревнить возраст правителя. Если обратиться к труду Лактанция «О смертях преследователей», то в нем обнаружится, что Лициний был старинный друг Галерия по совместной и начальной военной службе (veteris contubernii amicus et a prima militia familiaris⁴². Там же Лактанций сообщает о нежелании Галерия давать Лицинию титул Цезаря и называть его «сыном», о стремлении сделать его Августом и «братом». Отсюда вытекает, что Лициний не был намного моложе Галерия, но вряд ли и старше. Дата рождения Галерия обычно помещается в районе 250 года, и, если анализировать сведения Лактанция, Лициний мог быть младшим сверстником Галерия. Также надо отметить, что начальная военная служба Галерия относится ко времени правления Аврелиана (270–275 годы), и если верить Эпитоме, Лицинию тогда было не более 10 лет и он, следовательно, не мог быть соратником Галерия. Таким образом, либо ошибся Лактанций, назвав Лициния старинным другом Галерия по службе, либо не прав автор Эпитомы, уменьшая возраст Лициния. В общем, обе даты рождения Лициния (около 250 и около 265 года), фигурирующие в настоящее время в энциклопедиях и других научных изданиях, не вызывают особого доверия. Первая дата делает Лициния слишком пожилым к тому времени, когда он активно участвовал в политической жизни. Объективные данные не позволяют считать императора чрезмерно старым. К тому же единственное прямое свидетельство в Эпитоме, даже если его нельзя считать полностью достоверным, противится отнесению времени рождения Лициния к более ранней дате. Но и к 265–266 годам рождение Лициния отнести нельзя, этому мешает сообщение Лактанция. Когда Галерий начал свою карьеру? Известно, что приход его к высшей власти произошел в 293 году, а перед этим требовалось, чтобы он долгое время хорошо себя проявлял на достаточно высоких должностях. По-видимому, Галерий, человек очень скромного социального происхождения, служил простым солдатом до конца 70-х годов III века, и карьера его пошла вверх не ранее 280 года. Следовательно, их совместная служба с Лицинием могла проходить примерно в 275–280 годах, и Лицинию в то время вряд ли было меньше 20–25 лет.

Если подводить итог изучению этой проблемы, то необходимо отказаться от обеих ныне принятых дат рождения Лициния, поскольку они противоречивы и недостаточно подкреплены всеми данными источников. Лициний, скорее всего родился позднее 250 года, но раньше 265 года, т. е. примерно в 255–260 годах.

Лициний, по свидетельству Анонима Валезия, родился в Новой Дакии и был незнатного происхождения⁴³. Необходимо уточнить, что Новой Дакией после эвакуации римлян в 271 году из задунайских владений называли свежеобразованную провинцию к югу от Дуная, созданную из части Мёзии. Естественно, что в то время, когда родился Лициний (по-видимому, 255–260 г.), эти земли еще принадлежали провинции Верхняя Мёзия. Можно ли точнее определить место рождения будущего императора? Если предположить, что Лициний был земляком Галерия, то представляет интерес сообщение Евтропия о том, что родина Галерия – окрестности Сердики⁴⁴. Не исключено, что и Лициний происходил из тех же мест. Автор Эпитомы называет его «родившимся и выросшим в деревне»⁴⁵. Можно, следовательно, считать, что Лициний в юности никуда не переезжал и был занят тяжелым сельским трудом. В целом исследователь, обращающийся к раннему этапу жизни Лициния, должен опираться лишь на параллели с Галерием. Известно, что он в детстве пас скот; вероятно, тем же занимался и Лициний. Время юности будущего правителя было одним из самых неспокойных в истории империи – разгар кризиса III века, внутренние смуты, нашествия, наплыв с 271 года переселенцев из Дакии. Культурный облик Лициния характеризовался отсутствием образования, кроме, может быть, освоения элементарной грамотности. Он рос в среде, которая была почти не затронута христианством. Известно, что Галерий под влиянием матери вырос весьма суеверным и поклонялся каким-то «богам гор» (dei montium)⁴⁶. В целом характер и воспитание Лициния были мало связаны с греко-римскими традициями, зато влияние варварской культуры Подунавья на него могло быть существенным.