Читать книгу: «Сказки Торгензарда. Монохроматический свет»

День 1.

Сухие травы пахли в знойный полдень. Иногда лишь лёгкие порывы северного прохладного ветра остужали кожу. Город Старгром отблескивал пышностью и драгоценной тишиной. Ивы струились над единственным озерцом в городе.

В город Старгром со всех четырех сторон света заходило по одной главной дороге. Эти дороги были окружены самыми современными и красивыми зданиями, способными поразить туристов. Чуть дальше шли менее богатые дома, а на окраинах располагались трущобы. В центре города таился роскошный маленький мирок, отделенный забором и ухоженной лесополосой, именуемый Администрацией Города. Город Старгром был просто чудовищно огромен из-за того, что образовался слиянием нескольких более малых городов, ставших, по сути, районами в новообразованном мегаполисе.

Бар "Гусь в бочке" безмятежно стоял недалеко от Администрации, прямо на "Спешке". "Спешкой" в народе прозвали объезд, по которому вечно опаздывающие жители торопились скорее обогнуть Администрацию и добраться до работы. Иронично, что со временем этот объезд стал ещё более загруженным, чем основная улица.

Как и все остальные здания, бар снаружи красовался позолотой. Внутри он пестрел тёмным деревом и кожаными сидениями. Многочисленные склянки с алкоголем слегка освещались теплым светом. В дальнем конце трещал настоящий камин, гордость владельца этого чудного заведения. Здесь, за слегка покошенным дубовым столом сидел, разговаривал с товарищем и попивал дешевый коньяк Карзах Рейверий с тяжелым и усталым взглядом.

Ему было уже сорок шесть лет. У него были русые волосы средней длины, закинутые назад, на лбу были еле видны легкие морщины, средний нос был подобен клюву орла, тонкие губы застыли в вечно хмурой гримасе, впалые щеки заросли небольшой бородой. Само лицо слегка худощавое, с выраженными грубыми чертами. Одет он был в самую простую клетчатую рубашку и затасканные синие джинсы с серыми летними кроссовками.

Рядом сидел его товарищ – Адлегос Иронаил. Он гордился своими черными, как перья ворона, густыми волосами. Карзах всегда говорил, что они отблескивают, как шерсть хорошо ухоженной собаки. У Адлегоса были острые уши, острый подбородок, слегка выделяющиеся щеки, козлиная бородка и короткая стрижка.

В этот день разговор был из разряда «что-то сказать да надо». Во время подобных разговоров люди подолгу смотрят на стол или в окно, иногда с невольной улыбкой или усмешкой бросая взгляд на собеседника. Когда кому-нибудь в голову приходит абсолютно лишенная смысловой нагрузки тема для продолжения беседы, этот кто-то начинает ее либо с «да уж…», либо с «хе-хе…».

– …Были бы поумнее, смогли бы и сами на эти кольца заработать. И меня б не доставали, и себе бы душу не травили. – Спорил Адлегос.

– А ты прямо такой умный.

– Я мудак. Это компенсирует мои недостатки ума, когда я стремлюсь к успеху. Мы долго еще будем ждать?

Товарищи сидели и ждали третьего компаньона, который имел пренеприятнейшую привычку опаздывать. В таких условиях возникновение пустого разговора – дело, само собой разумеющееся.

Самые разные посетители продолжали заходить в бар. Кто-то бежал от дурных мыслей, кто-то встречался с пассией, кто-то еще не определился, зачем он вообще сюда приходит, а кто-то решил гулять в свои последние дни. Но всех объединяли две вещи: алкоголь и «Цепь». С первым все понятно, а вот «Цепь» – вещь совершенно диковинная в Старгроме. Более того, это как раз та «вещь», которая превратила сей радужный и залитый золотом город в могилу. Никто не знает, откуда она взялась, но всем достаточно того, что она убивает.

Буквально месяц назад в мирную страну Дользандрию пришла чума, именуемая ныне «Цепью» за свой интересный принцип умерщвления больного. После заражения этой дрянью из запястья больного, прямо из кожи, прорезаются звенья из еще неизвестного науке метала. Когда подобные звенья полностью оплетают запястье зараженного, человек погибает в результате до сих пор неустановленных причин. Дользандрийское правительство среагировало мгновенно, и армия оцепила город, чтобы не допустить распространения болезни. Сеть и мобильная связь в городе приказали долго жить.

В очередной раз открылась дверь бара. На пороге появилась персона, в глазах которой совершенно не читалось каких-либо угрызений совести за свою привычку опаздывать.

– Наша?

– Наша. – Карзах поднял руку, слегка махая в сторону входа.

Персона медленно оглядела помещение, в упор не видя махающего ей мужчины. Лишь когда рука начала гневно размахиваться из стороны в сторону, остужая красное от злости лицо, ожидаемый человек обратил на нее внимание и двинулся к столику.

Персоной оказалась 20-летняя девушка. Ее длинные светлые волосы красиво сочетались с бледной и ровной кожей. Худоватое лицо, выраженная челюсть, пухловатая нижняя губа, немножко грубые черты и уставший нагловатый взгляд зеленых глаз рассердили Карзаха еще сильнее, а Адлегоса заставили почувствовать движение в паху. На правой щеке девушки виднелся шрам от ножа, на губе и правой брови у нее был пирсинг. Она была в тяжелой косухе с нашивкой группы «Дивизия Каннибалов», черной футболке, драных джинсах с одинарной цепью с левой стороны и парусиновых кедах. Экспрессивная одежда скрывала худоватое, но жилистое тело. На шее висела стальная цепочка с интересным плетением.

– Меня зовут Адриана Кригер. Я тут по тому же поводу, что и вы. – Девица, закусывая губу, просверлила взглядом оставшуюся четверть коньяка в бутылке.

– Адлегос Иронаил. Очень рад с тобой познакомиться! Чего прикипела? Коньячку? – Адлегос слегка ухмыльнулся, подавая свой стакан.

– Так, слушайте меня, ввожу в курс дела. – Карзах застыл на несколько секунд, собираясь с мыслями. – Мы с Адлегосом прибыли сегодня, рано утром, и уже успели заглянуть в выделенную нам квартиру. Сейчас у меня с собой рабочей карты нет, поэтому про нее, наверное, лучше расскажу дома. По части работы ничего не меняется. Нам дают улицу, участок, мы разгребаем трупы, возвращаемся домой, радуемся деньгам. В целом, на брифинге сказали все, если у вас есть какие-то вопросы, давайте вы их лучше зададите, и я отвечу на все конкретно. Адлегос. Вопросы?

– Если у жмуриков будет что-то в кармане, освободить их от этой ноши можно?

– Мародерство категорически запрещено.

– Бред какой-то…

– Еще вопросы?

– Да все у меня. По ходу разберусь.

– Хорошо. Адриана?

– Да, есть вопрос. Мы в одной квартире будем?

– Нам выделена одна квартира на группу.

– Здесь люди тоннами мрут каждый день, неужели здесь нет еще двух лишних квартир?

– Адриана, не выебывайся. Где сказали, там и будешь жить.

*

Огненная Звезда слепила глаза. Карзах, Адлегос и Адриана двигались по пыльной каменной улице. Всю великолепную картину золоченого города нарушали лишь бесконечно растягивающиеся линии распластанных бездыханных тел. Адриана тряпкой закрыла лицо, всеми силами подавляя рвоту. Карзах сморщился, задумавшись о чем-то своем. Адлегос уже долгое время шел, заранее конструируя свою «острую и импровизированную» шутку, в уме предполагая возможные вопросы соратников и такие же «острые» ответы на них, чтобы убедить собеседников еще больше в том, что эта шутка была придумана его незаурядным умом прямо в момент события.

Восточный район, в котором находились бар и квартира, был одним из немногих, который от трупов официально не убирался. Поэтому кварталы, заполненные мертвецами, были здесь обычным делом. Еще не убирали Северный, и Малый районы, в которых жили преимущественно бедняки. По слухам, Восточный район оставался единственным, где еще оставалось нечто напоминающее обычную повседневную жизнь до эпидемии. Другие части города опустели гораздо сильнее, и они теперь живут по совершенно другим законам.

Через двадцать пять минут ходьбы Карзах пальцем указал на дверь многоэтажки и двинулся к подъезду. Ручка на двери подъезда была уже кем-то выломана, и дверь бултыхалась на ветру. Заходящая последней Адриана первым делом завернула за дверь и вырвала прямо на стену весь свой скудный завтрак. Группа поднялась на шестой этаж, минуя исписанные бранью, грязные стены. Наконец, и тяжелая деревянная дверь квартиры открылась, и перед изможденными путниками открылось помещение еще более грязное, чем подъезд.

– Мы тут не успели прибраться, но, если захочешь, думаю, чистый матрасик найдем. – Адлегос посмотрел на Адриану с придурковатой улыбкой.

– Кригер, краткий экскурс тебе. Слева по коридору, похоже, была жилая комната. Следующая дверь за ней – туалет и душ. Справа расположена кухня. Впереди – зал, в котором мы уже успели разложить кровати. Не хочешь спать с нами в одной комнате – тащи кровать и все вещи в комнату слева. Но сама. У нас тут и других дел по горло, нужно почистить все это логово муракьюльдов от дерьма.

– Да, я перетащу.

Карзах ненадолго призадумался и пошел за Адлегосом в зал.

*

Легкий свет надоедливо пробивался сквозь полуоткрытые окна. Новые жильцы квартиры молча драили полы и стены, двигали мебель. Они угробили на это весь день. Когда-то Карзах точно также работал в своем маленьком частном доме в деревне, вдалеке отсюда. Ремонт шел полным ходом: Карзах залатывал крышу, жена Ледейра клеила обои, а сын Смерус бегал от отца к матери, помогая то там, то тут. Но самым рьяным помощником оставался Гресак.

Добродушный сосед Гресак заприметил новую семью чуть ли не в первые минуты их приезда. Сначала Карзах все ставил на то, что соседушке очень хотелось напиться самогонки, коей его угостили в первый же вечер знакомства. Но большим удивлением было для семьи то, что Гресак самостоятельно пришел к ним в душный летний день в рабочем наряде, и «от скуки» вызвался помогать новым друзьям в ремонте семейного гнездышка.

День 2.

Хмурое утро встретило изможденных, полусонных людей накрапывающим дождем. Каменистая Стальная улица наполнялась лужицами и омрачалась под взглядом железного неба. Тысячи трупов впитывали в себя влагу, борясь с деревьями и цветами.

Адриана хорошо запомнила эту погоду. Во Время Слез в Старгроме дожди идут гораздо чаще, чем в других районах. И жители города заметили это не по принципу, что дожди не идут там, где их нет, а по реальным метеосводкам. Пять лет назад Кригер сидела за школьной партой и смотрела в окно, прямо как сейчас на кухне. Учитель объяснял невероятно важную тему, которую каждый ученик забывал напрочь после контрольной, и не вспоминал более до конца своей жизни. Адриана и вовсе считала, что у школы есть неписаный закон о придании особой важности различным мероприятиям, походам, и в особенности финальным экзаменам.

Раздумья о подобных вопросах как раз и играли с девочкой злую шутку, совершенно отрывая ее от реальности и растирая мысли о падающие капельки дождя за окном. По правде, Адриане действительно больше нравилось задумываться о вещах, над которыми в обществе задумываться не принято. Возвращаясь домой, она могла взглянуть на небо и засмотреться на облака, совершенно игнорируя поток бранных слов, исходящих от водителя, неспособного выехать из своего гаража по причине засмотревшегося на небо ребенка.

Когда громогласный Вольдерд Шойтах, учитель математики, окликнул Адриану, все ее размышления резко оборвались, отозвавшись легкой болью в голове. Ведь все знают, что размышления нельзя обрывать так резко, будто ниточку ножницами резать. Почему же об этом не знал Вольдерд?

– Кригер! Ответ!

Ответом стало легкое невольное молчание.

– Кригер! Ты дура или как?! Ты вообще слышишь, о чем мы здесь говорим?! Скажи мне, ты нормальный человек?!

Адриана вжалась в стул с бешено колотящимся сердцем. Она явно была не из тех, кто мимо ушей пропускал злость преподавателя. Вернее, она спокойно могла пропустить все, что касается учебного материла, но злость… Точно нет.

– Бестолковая! Вот ставлю тебе очередное «плохо», и звоню отцу, потому что это полнейшее игнорирование требований учителя! Будто я какой-то демагог и только и делаю, что стою перед вами и занимаюсь сотрясанием воздуха!

– Ты чего прикипела на подоконнике? – Вопрос Адлегоса вернул Адриану в реальность, как когда-то это делали вопросы учителя математики.

– Люблю дождь. Тебя колышет, что я здесь сижу?

Дергающийся глаз Адлегоса подначивал девушку развить конфликт еще сильнее, но тяжелый взгляд Карзаха окончательно вернул всех в реальность серого Старгрома.

– Замолчали оба и сели есть. Через час мы уже должны стоять на своем участке дороги и встречать труповозку.

– Нас даже кормят дерьмом. – Адлегос сморщился, жуя мясо, которое определенно никогда не было частью животного.

– Ты подписал контракт, и обязан его выполнять. Если ты этого делать не хочешь – соверши противоправное действие, я напишу о тебе руководству, и ты уберешься отсюда к чертовой матери туда, где тебе не понравится еще больше.

– Понял, шеф.

– Так, вот специальная карта города. Основные улицы поделены на участки, которые именуются буквой и цифрой. Мы, благо, сегодня работаем очень недалеко, на участке Б2. В 6 утра мы должны уже стоять на тротуаре. Подъедет труповозка. Забираем из нее снаряжение, убираем трупы, сдаем казенное имущество и идем домой.

– Можно я открою окно, эта еда правда воняет… – Адриана поднялась со стула.

– Ты дура? На улице блевать можно от дохлятины, вонища во все щели лезет, а ты собралась форточку открывать! – Адлегос, не вставая, схватил Кригер за руку.

Карзах отставил тарелку с помоями, выдаваемыми кем-то за еду, и встал из-за стола.

– Иронаил, отпустить Кригер немедленно и более к ней не прикасаться. Кригер, ни в коем случае не открывать окно. Стальная улица не нанесена на рабочую карту. Уборка трупов на ней производиться не будет, поэтому нам придется дышать через квартирный очиститель воздуха и довольствоваться прогулками в респираторах, которые мы, к большому сожалению, получим только тогда, когда доберемся до труповозки. Завтрак окончен, выходим.

Адлегос отпустил руку Адрианы. Рабочий отряд покинул свой временный дом и выдвинулся к той самой ранее упомянутой «Спешке», в реальности именуемой улицей Хлебной. Карзах и Адлегос с трудом выдерживали невыносимую трупную вонь. Адриану несколько раз вырвало под больной хохот Адлегоса, сопровождаемый теми самыми «острыми» шутками, которые он самозабвенно выдавал за придуманные в момент свершения события.

Трудно сказать, как изменилась привычная жизнь Старгрома после закрытия. На улицах все так же полно трупов, только теперь они благоговейно лежат, а не ходят. Жизнь здесь никогда не была легкой, вопреки словам телевизора, настойчиво спорящего с жителями сей чудесного места. Хотя дураку понятно, что гражданин не поспорит с телевизором. Чудесный агрегат усердно стоит на своем мнении. К тому же, каждому известно, что телевизор не способен воспринимать критику, и уж тем более ее принимать. Так чего же тогда с ним спорить?

Только один житель Старгрома радовался всей сложившейся ситуации – природа. Она легко опоясывала собой золоченые основные улицы города, срывая фальшивую краску и убаюкивая тысячи мертвецов прохладной листвой. Из трещинок в камнях прорезалась свежая зеленая трава, обильно поливаемая столь любимыми городом дождями. Хмель уже свисал с балконов, а комнатные цветы разрастались из окон, вылезая из горшков и вытягиваясь к живительной влаге. Квартиры пустели. А этим цветам так было на это плевать. Природе, по сути своей, безразлична судьба людского рода. Были мы, и вот нас нет.

– Да что ж так воняет то, тут что, до нас вообще уборки не велись?! – Адлегос впился тряпкой в нос.

Карзах сплюнул, оглядев шайку мародеров впереди.

– «Цепь» каждого человека по-разному убивает. Кого-то за день, кого-то за неделю. Кто-то месяц держится. Ну а на самом деле, действительно, что-то работы не особо сильно кипят. Для подобных уродов сейчас, похоже, праздник настал. – Рейверий на секунду остановился. – Давайте-ка повернем, пока недалеко ушли, и на другом перекрестке на Хлебную перейдем.

– Тебя что, эти предприимчивые ребята пугают? – Адлегос усмехнулся.

– Адлегос, магазины пустеют, денег у людей нет, да они и вдобавок знают, что умрут. В таких ситуациях лучше избегать подобных шаек. Мы разворачиваемся.

– Слушай, командир, давай до маразма не доходить. А если там тоже будет такая группа, мы в ловушке, что ли, будем сидеть? Или блукать туда-сюда, пока кто-нибудь не уйдет?

– Иронаил, мы поворачиваем назад.

– Ну поворачивайте со своей дурой, господин Рейверий, увидимся на участке Б2.

– Иронаил, какого черта ты творишь! Назад!

Адлегос, не слыша более ни единого слова из уст Карзаха Рейверия, отправился в сторону мародеров.

– Идиот несчастный. Адриана, держись за мной и смотри в оба.

Карзах и Адриана отправились вслед за товарищем, до последнего не желавшим верить в недобросовестность местных мародеров.

Стоит ли говорить о том, что вопреки всем ожиданиям Адлегоса Иронаила, подпустившая к себе поближе жертву шайка незамедлительно нанесла удар. Чудовищного вида бездомный с размаху нанес путнику колхозный удар, который пришелся прямо в голову. Потерявший равновесие Адлегос споткнулся о лежащее за ним тело и грохнулся в лужу. По счастливой случайности нога, которую он закинул вверх во время падения, пришлась мародеру в паховую область, отчего тот, стиснув зубы и съежившись всем телом, рухнул на мраморную улицу. Минус один.

Нельзя сказать, что шестеро на троих – это честная битва. Но бывают моменты, когда удаль и удача вполне себе компенсируют тройку недостающих товарищей. Сфокусированные на своей жертве мародеры совершенно не заметили, как командир Рейверий, разогнавшись, на полном ходу влетел в одного из бандитов, заставив того жарко и со всей силы поцеловать мрамор. Минус два.

Однако замешательство было недолгим. Как только Карзах приподнялся, его лицо тут же обдало резкой тупой болью, обволакивающей и сушащей все лицо. Оказалось, что «предприимчивый мужик» ударил его ногой в лицо. Рейверий упал на лежащий за ним труп и краем глаза увидел, как тройка бездомных уже делают из Адлегоса отбивную. Лицо командира стало влажным то ли от пота, то ли от крови. В глазах начало двоиться, а в мозг залетали бредовые, не относящиеся к делу мысли. Еще один удар отбил всю возможность сконцентрироваться.

Карзах инстинктивно приготовился к третьему удару, которого, впрочем, не последовало. Бросив все силы организма на то, что чтобы превратить двоящееся в глазах изображение в одно, он, наконец, сумел туманно разобраться в ситуации.

Мародер, напавший на Карзаха, лежал перед ним, распластавшись. Минус три. Трое оставшихся противников начали обступать Адриану. Был произведен удар, но Адриана увернулась. Еще удар. Снова уворот. Последовал удар ногой сзади. Девушка упала, опершись на одно колено. Мародеры начали наносить удар за ударом, полностью повалив нового участника драки. Убедившись, что Адриана уже не поднимется, они обыскали ее карманы, что-то забрали. То же самое проделали и с Адлегосом. Или с кем-то лежащим рядом с ним. Силы Карзаха закончились. Голова гудела, глаза туманились. Когда к нему подошли, он попытался схватить мародера за руку, но несколько сильных ударов по голове, полностью отправили Карзаха на иную планету, к звездам. Он попытался что-то пробубнеть, но глаза тут же заволок туман, и он отключился. Последняя мысль, которая проскочила в его голове, была «минус три».

Прошел самый быстрый час в жизни командира. Голова Карзаха разрывалась, и он с трудом поднялся, стоя на своих бумажных ногах. Командир вырвал прямо перед собой. Голова продолжала гудеть, воняло трупами. Огненная Звезда начинала печь, ошпаривать промокшую шею. Но теперь Карзах мог хотя бы оглядеть поле боя.

Трех поверженных мародеров уже не было. Адлегос сидел на голом асфальте, потирая ноющие бока. На лице красовались запекшаяся кровь и синяки. Адриана сидела, опершись рассеченной бровью о ладонь. На губе запеклась кровь, а сама она с трудом держалась, чтобы не грохнуться рядом с трупами. Рейверий неуверенным шагом подошел к ней.

– Ты как? – спросил он, сев перед ней на корточки. – Неужто ты того урода уделала?

– Трубой его огрела. – Слабым голосом ответила Адриана. – Голова болит.

– Я не ожидал, что ты не побоишься драться.

– Ну вот так вот.

– Старгром – очень неблагополучный городишко.

– Будто все еще в Древесной Эпохе живет. Не умеешь разговаривать – бей. Так тут и живут.

– Так ты отсюда родом?

– Да, я жила когда-то здесь.

Адлегос, оскалившись, поднялся.

– Вы идете?

Карзах поднялся слишком резко, отчего по голове будто кувалдой ударили. Разумеется, это лишь разозлило его еще больше. Глухая боль в голове мешалась с яростью. Карзах схватил Адлегоса за футболку.

– Послушай, говнюк. – Голос командира был достаточно ровным, хотя в воздухе почти осязаемой была витающая ненависть. – Ты попал.

– Что, напишешь на меня начальству?

– Я тебя грохну в ближайшем переулке, и никто даже внимания не обратит на тебя посреди сотни других тел.

Адлегос выдавил из себя улыбку, хотя его душа ушла в пятки. Трудно было найти человека, который не сдавался под давящим взглядом Карзаха Рейверия. Отряд отправился обратно в квартиру, давясь от вони. Труповозка уже давно уехала, не обнаружив рабочих на тротуаре. Рейверий был необычайно зол от того, что ему придется теперь объясняться и получать от начальства за всех. Адлегос был необычайно зол, что его избили какие-то бомжи, обшаривавшие трупы на улице.

*

Путь домой занял много времени. Отряд с трудом передвигал ноги. Простой поход на работу обернулся неслабой дракой. У входа в подъезд Адлегос Иронаил сделал неожиданный рывок и ударил Карзаха по голове. В тот же момент он получил тяжелый удар кулаком в челюсть от Адрианы, сил которой не хватило на существенный урон здоровому парню. Глаза Иронаила наполнились злостью. Он кинулся на девушку и всем своим весом впечатал ее в стену. Из головы Адрианы пошла кровь. После этого на нее обрушился тяжелый удар, угодивший прямо в висок. Темная пелена на глазах.

Адриана с виноватым видом смотрела на Вольдерда Шойтаха, пока тот звонил ее отцу.

– Ты опять на своем долбаном корабле куда-то уплываешь от меня, Кригер?! Как я тебя ненавижу! Ты портишь статистику всего класса, ты блоха, которая копошится в наших задницах, не давая нам узреть покоя!

Адриана грустно смотрела в пол, ей очень хотелось выйти погулять под дождем.

– Твои родители не отвечают. Наверное, сидят в трансе и пялятся в стену, как ты! Как я ненавижу вашу семейку! Сейчас я напишу и отдам тебе записку со своей подписью. Отдай ее родителям. И только попробуй мне забыть отдать или смыть ее в унитаз!

Неожиданно школа сменилась непроглядной темнотой. Все тело болело. Мышцы ныли. Левая рука отсохла.

Адриана начала медленно приходить в себя, однако первые действия происходили только после четкого обдумывания. Вдохнуть. Выдохнуть. Рука. Лежу на руке. Отсохла. Перевернуться. Вдохнуть. Выдохнуть. Пощупать зад. Штаны на месте. Тело. Я в одежде. Вдохнуть. Выдохнуть. Что это за место? Открыть глаза.

Вопреки ожиданиям она оказалась в квартире. Но это не ее комната. Это кровать Адлегоса. Но Адлегоса не было. Перед ней на табуретке сидел Карзах Рейверий.

– Адриана, ты меня слышишь? В глазах двоится? Тошнит?

– Слышу. Не двоится. Тошнит. – Слабым голосом ответила Адриана.

Кригер повернула голову и та легонько скатилась с подушки, слегка отдавшись гулкой болью.

– Карзах, он ведь… Адлегос… Что и как…

– Успокойся, в настоящий момент твоей жизни ничего не угрожает.

Рейверий прочистил горло и немного задумался, смотря на стенку.

– Адлегос Иронаил совершил преступление. Я взял на себя ответственность нейтрализовать Иронаила без преждевременного уведомления о своих действиях руководству.

– Где он теперь?

– Отправлен туда, где ему и место. Не забивай голову.

Адриана прикрыла глаза, собираясь с мыслями.

– Я весь день провалялась?

– Да, уже вечер. Адлегос неслабо тебя шарахнул. Я вколол тебе ренебодерин, он способствует восстановлению тела. Поэтому ты столько пролежала.

– Мне нехорошо.

– Это сильное лекарство. Тебе скоро станет гораздо легче. Сейчас тебе лучше отдохнуть.

Вечер сгущался за окнами. Город Старгром засыпал. Лишь редкий человек и банды мародеров, как тараканы, ползали по переулкам. Карзах отодвинул табуретку и заполз на свою кровать. Тело ломило после драки. Адриана и Карзах некоторое время думали о своем. Тишина повисла в комнате.

– Завтра к нам придет многоуважаемый Коршух Бильгворд, агент ОПНО. – Спокойно продолжил Карзах через минуту. – Мне придется отдуваться за весь отряд, но, самое главное, не лезь. Ясно, Кригер? Отправишь нас обоих под автомат, если ляпнешь какой-нибудь бред, а я предпочитаю еще пожить столько, сколько мне отпущено судьбой.

День 3.

Серое утро. Карзах то и дело просыпался ночью. Тело болело. Постоянно хотелось пить. После воды хотелось в туалет. А каждый поход за водой и в туалет отдавал болью во всем теле. И таким круговоротом прошла вся ночь. Воды в холодильнике осталось мало. Еда, к сожалению, на исходе. Ее с самого начала было мало.

За окном по дереву стучал дятел. Долго, монотонно, раздражительно. По крайней мере, так подумал Карзах спросонья. Когда он немного полежал, пытаясь собраться с мыслями, он понял, что никакого дятла за окном нет. В целом, как и дерева. Кто-то очень усердно стучал в хлипкую дверь. Коршух Бильгворд. Определенно, это тот старый крыс.

Карзах с трудом поднялся. Ноги еле держали. Беспокойная ночь не принесла ни капли отдыха. Командир медленно зашагал к входной двери. Стук повторялся раз за разом. Монотонно. Со всей силой отдаваясь в гудящей голове.

«Да иду я, мать твою!» – попытался прорычать Карзах. Однако вместо громкого рыка из горла вырвалось лишь глухое, уставшее, хриплое ворчание. Дверь уже близко. Вот она перед лицом. Командир открыл дверь.

Да, это был старина Коршух Бильгворд из народа красарков. Массивный, стоящий на двух лапах крыс, с трудом достигавший ростом до груди человека. Серая ухоженная шерсть, дорогой костюм, монокль и грациозность, присущая далеко не всем крысам, выдавали в нем уважаемого красарка, занимающего почетный пост.

– Къприък Гъхуъф, многоуважаемый Карзах, человечий сын! – Коршух расплылся в улыбке и поклонился, едва ли не стукнувшись лбом об пол.

– Къприък Гъхуъф, многоуважаемый Коршух, Молот Лидера. – Карзах не проявил особой радости.

– Не стоит, не стоит! Для меня честь слышать свой титул из уст столь уважаемого человечьего господина!

Карзах молчал, холодно смотря на собеседника. Хотя он далеко не единственный, кто недолюбливает крыс.

Всякого, кто первый раз в своей жизни встречает красарка, донельзя раздражает особые традиции почтения этого народа. Разговор с красарком всегда будет преисполнен лести, взаимных комплиментов и показной радости встрече. Еще страшнее принимать красарка в гости. «Могу ли переступить порог дома столь уважаемого господина?», «Неужели столь великолепная материя на полу предназначена для того, чтобы вытереть грязные лапы?», «Как же столь почтенному господину удалось приобрести столь роскошный дом за сущие гроши?» и множество других подобных льстивых вопросов вынужден обсуждать хозяин дома весь вечер. Но более всего раздражает людей в красарках то, что за всеми этими фальшивыми разговорами никому и никогда не понятно, что же на уме у хитрого крыса. Действительно ли он друг? Может он вор, как и все крысы? Может он мошенник?

Недоверие к льстивым красаркам породило злобу, которая переросла в ненависть, а потом в ярость. В городах нередко происходили «очистительные пятые дни недели», когда вернувшиеся после тяжелой рабочей недели люди нажирались дешевого пойла и выходили с самодельным оружием на улицы, чтобы разбивать магазины, поджигать дома и убивать, насиловать и травить красарков, ещадаргов, родтайков и, по возможности, представителей других народов. В подобные порывы безумия данкликерги не могли уповать на милосердие и проблески разума у пьяных и озлобленных людей. Пятые дни были праздниками смерти, безумия и насилия, которые заканчивались кровавыми боями с бойцами сил правопорядка и порою военными.

Коршух, не дождавшись ответа, завел стандартное начало разговора красарков.

– Могу ль я, многоуважаемый Карзах, войти в ваше безопасное обиталище?

– Можете войти, Коршух.

Карзах открыл дверь и, не дожидаясь красарка, прошел на кухню. Он понял, чем ему так не нравится сотрудник ОПНО. Неухоженные гнилые зубки красарка резко контрастировали с его интеллигентным, важным видом. Но и это было не самое важное. Еще со вчерашнего дня его мучил вопрос: какого черта по его душу отправляют агента Особых Подразделений Национальной Обороны при Министерстве Образования и Пропаганды? Рейверий отбросил все неважные на текущий момент мысли и сосредоточился на красарке. В воздухе запахло тревогой.

Карзах прошел на кухню и достал из холодильника две бутылки масляного пива. Последнее, что осталось у отряда из еды – это банка консервов. Интересно, какие деньги сейчас дерут магазины за остатки пропитания?

Крыс неуклюжей походкой просочился в комнату, виновато посмотрел на хозяина дома, затем сел на стул и попытался было что-то сказать, но Карзах его опередил.

– Садитесь. Масляного пива?

– Коль вы столь настойчиво мне его предлагаете, я просто не смею отказаться! – Коршух растянулся в улыбке. Его гнилые зубки выглядели слегка пугающе.

Собеседники открыли пиво. Крыс сделал первый глоток.

– Как ваше здоровье, Карзах? Долго ли вам еще отпущено, брат наш по несчастью?– Коршух сделал страдальческую гримасу.

– У меня иммунитет. Еще погуляю. Нелюдей тоже эта зараза жрет?

Представителям других народов не нравится, когда их называют нелюдями, но Коршух совершенно не выказал какой-либо обиды. Он отдернул рукав и нащупал в шерсти маленькие металлические звенья, затем он вернул рукав в исходное положение.

– Мы в равных условиях, мой дорогой друг-человек! Где-то на четвертинку моя жизнь уже оборвалась!

Карзаху расхотелось пить. Он ждал, когда закончатся все эти крысиные формальности, и он, наконец, поймет суть дела. Крыс задумался. Молчание повисло в комнате. Гость снова глотнул пива и начал разговор. Важный разговор.

– Многоуважаемый Карзах, человечий сын, мне жутко неудобно приходить к Вам с пренеприятнейшими намерениями. Боюсь, Ваша славная персона попала под надзор местного отделения Особых Подразделений Национальной Обороны при Министерстве Образования и Пропаганды!

– Чем же я так заинтересовал ОПНО?

– Вы знаете Четыре Ектении Защиты Народа? Принципы, которых построено ОПНО.

– Не имел возможности ознакомиться. Не юли, крыса! – Карзах одним взмахом руки снес масляное пиво Коршуха, и оно звучно разбилось об стену, заляпав собеседника содержимым.

Все сошлось. Это арест.

– Ну что ж вы так, вам же теперь столько убирать… – Крыс снял монокль и синим платочком, который торчал у него из кармана пиджака, вытер капельку пива со стекла.

– Я никуда не пойду. – Карзах, успокоившись, сел на стул.

– Я советую Вам не делать глупостей.

– А я советую тебе пойти нахер, крыса.

Бильгворд попытался вальяжно вытащить пистолет из кобуры, но ему в голову прилетела бутылка пива Карзаха. Рейверий перевернул стол, подбежал к агенту и нанес удар ногой. Заиграл адреналин. Боль после вчерашней драки, как рукой сняло. Крыс грохнулся со стула, и, кряхтя, попытался все же вытащить пистолет. «Адриана! Адриана! Кригер! Долбаная глухая сколопендра!» – хрипло кричал Карзах на весь дом. Бильгворд со страхом заметил, что на него наставлен его собственный пистолет. Голова крыса болела от удара об пол. Где же долбаные груды мышц из отряда поддержки?

Когда Карзах на секунду отвлек свое внимание от двери и посмотрел на плененного красарка, он тут же почувствовал удар настолько сильный, будто в него влетела машина. Миллисекунды свободного падения. Темнота.

– Гресак, поверить не могу, что еще остались в этой стране такие добрые люди! – Ледейра Рейверий поставила на кухонный стол большое блюдо со свежеиспеченными булочками с земляникой.

– Ладно вам всем. – Гресак взял горячую булочку и стал перекидывать ее из одной руки в другую. – Как раз наоборот! В наши тяжелые времена люди выявляют свою личину! Поди выйди на улицу! И ты по лицам прочитаешь, кто добряк, а кто гнида последняя! Я вам так скажу. Вместе нам всем держаться надо. Добрым людям. А ты, Карзах, в оба глаза за Ледейрой то своей гляди! И за Смерусом! Времена нынче…

Карзах добродушно налил соседу самогонки, и ужин в честь завершения дома пошел полным ходом.

Повсюду сверкала чистая посуда. В воздухе витал сладостный запах древесины от новой мебели. Строительство далось тяжело, потому что у семьи не было достаточно денег на услуги мастеров.

*

Адриана затаила дыхание, когда сотрудники ОПНО выносили из квартиры обмякшего Карзаха. Она слышала все происходящее. Она стояла за дверью в зале с тех пор, как Карзах пошел открывать Бильгворду. Она должна помочь Рейверию. Но как? Это сумасшествие. Адриана не смогла одолеть мародера, а тут три сотрудника Особых Подразделений, один из которых представитель народа гремзирдров. Нет, она ничего не сможет сделать. Но ведь это трусость. Кто знает. Порою трусы предлагают более осторожные и взвешенные решения, чем храбрецы.

Громкий топот постепенно удалялся. Почему они не зашли за Адрианой? Ведь они должны знать, что она работает с Карзахом. А Адлегос Иронаил? Его бы они тоже не тронули?

Адриана сделала глубокий вдох. Немного постояла. Выдохнула. Слишком много вопросов. Ничего не понятно. Надо скорее бежать на выход. Может ей удастся проследить за сотрудниками. Она должна помочь Карзаху. За ней должок.

Адриана аккуратно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Входная дверь открыта. Тишина. Кригер невольно пошла к выходу аккуратным шагом, будто боясь пробудить нечто неизвестное. Так тихо. Она одна. Столь знакомое и успокаивающе ощущение, когда ты долго пребываешь с какими-то людьми, а потом они уходят. И ты чувствуешь единение.

Уже подойдя к выходу, девушка резко остановилась и опомнилась. Живот сводило от голода. Она подбежала к холодильнику и вытащила из него консервированную курицу. Воды не осталось. Адриана с банкой в руках побежала на улицу.

Опять удача не улыбнулась. Конечно же, агенты ОПНО прибыли на машине. Роскошная машина «Дольптра», резко стартовав на испещренной лужицами каменной дороге, уверенно поехала вперед по улице, спокойно переезжая многочисленные тела. Невыносимая трупная вонь со всей силой ударила в ноздри. Девушка схватилась за желудок. «Блять, не сейчас!» – едва подумала Адриана, как тут же вырвала откуда-то взявшиеся в ее желудке остатки еды. Надо найти что-то, через что можно дышать. Без этого не выжить. Адриана с трудом зашагала вниз по улице. Желудок сводило. Во рту привкус рвоты. Все тело вновь охватила жуткая боль после вчерашней драки с мародерами. Шаг. Второй. Третий. Упала.

Споткнувшись об труп, Адриана полетела вниз. Она приготовилась прочувствовать на себе глухой удар камня. Повезло, лицо ударилось об руку какого-то мертвеца. Вот она, минута осознания всей случившейся ситуации. Минута передышки посреди сотен трупов и разъедающей нос, нестерпимой вони.

Ее разрывали изнутри причины, почему она здесь. Ее переполняли сомнения, злость, чувство вины, полное бессилие. Зачем она здесь? Стоило ли все того? Кто знает, кто знает…

Девушка с трудом привстала, опираясь на обе руки. Если она пролежит здесь еще недолго, она точно сляжет от вони. Нужно двигаться.

Ни одного человека на улице. Болезнь убивает каждого по-своему. Над кем-то она смеется больше, над кем-то меньше, но у каждого исход один – стать одним из тысяч тел на улицах Старгрома. Казалось, что больше нет жизни за пределами этого небольшого города, что весь мир сходится сейчас на этом истерзанном, утомленном болезнью поселении.

Адриана медленно двигалась по пустой улице. Она мысленно проговаривала себе каждый шаг. Левая нога. Правая нога. Снова левая. Правая. Хмурое небо расползлось, и Огненная Звезда начала печь с новой силой. Трудно сказать, сколько прошло времени. Однако, наконец, слева показалась знакомая вывеска «Гусь в бочке». Нужно войти в бар. Нужно передохнуть и собраться с мыслями.

Адриана оттолкнула входную дверь и начала жадно глотать чистый воздух. Ее наполнила легкая эйфория. Нужно найти свободный столик. Можно подумать, что это не проблема в практически вымершем городе, но на самом деле это не так. Бар был забит посетителями.

Легкий аромат кофе наполнял заведение. Казалось, будто за пределами этих стен, в городе, ничего страшного не случилось. Люди сидели, смеялись, пили алкоголь, на который были уже выставлены конские цены, ведь коньяк и виски не бесконечны. В городе заканчивалась продукция.

Адриана медленно прохаживалась по бару в поиске свободного столика, но все, что ей удалось найти, это лишь несколько свободных стульев. Боль немного отходила на второй план. Девушка подошла к небольшой пожилой компании наименее отталкивающего вида, по сравнению с остальными.

– Я могу присесть с вами? Все столики заняты. – Адриана скрестила руки, хмуро опустив глаза на стол.

Два пожилых мужчины с женами подняли глаза на внезапно появившуюся рядом с ними девицу.

– Разумеется! Мы все в одной лодке! – Мужчина с изрядно отросшей бородой слегка поправил панамку на голове и указал рукой на свободный стул.

Адриана села, положив голову на руки.

– Слышал, недавно по телевизору сказали, что Песлер опять устраивает провокации на границе с Гриджей! – Мужчина в панамке сделал круглые глаза.

– Какие ж мерзавцы окаянные! Кретины! Песлер этот – страна абсолютных мерзавцев! – пожилой собеседник раскинул сухие, жилистые руки.

– По новостям еще сказали, что жители Пьяного Корня и Угрюмой Коровы наготове должны быть, потому что вероломные песлеровцы в кровавом безумии могут захотеть оттяпать и нашу землю! А там уж боевые действия дойдут и до Сильного Края и до Шлема Больгра! А там и столица недалеко!

– Пусть ихние командиры не забываются! – мужчина ударил по столу кулаком. – Это все шлюха ихняя, как ее, Ольсийя, мать ее, Шатал!

– Шадар. – Негромко поправила уставшая Адриана.

– Да мне насрать! – нервный мужчина вновь ударил по столу. – Я тебе всегда говорил, Крулдар! Баба у власти – это хаос! Как в ее сраной стране, так и во всем мире!

После этого заявления из уст нервного старика полились такое деревенское сквернословие, что Адриана даже не могла понять многие слова, несмотря на то, что и ее запас ругательств был немал.

– Да угомонись, окаянный! – Старушка, сидящая справа от кричащего мужчина дала ему подзатыльник, после чего старик замолчал, сверля ее взглядом, а потом глубоко вздохнул и успокоился, облокотившись на стол.

– А вы кто такая будете то, дорогуша? – спросила, улыбаясь, Адриану бабушка, сидящая справа от мужчины в панамке.

– Адриана.

Бабка с улыбкой смотрела на девушку, ожидая, что та продолжит рассказ про себя. Однако Адриане не хотелось разговаривать. Отдышавшись после улицы, она махнула официанту, и тем временем начала открывать банку с консервированной курицей.

– Меня звать Глордрой. А это мой муж Крулдар. – Старушка указала на мужчину в панамке. – Этого крикливого бестолкового дурака звать Нолбом. А рядом с ним сидит жена его, Цубирма. Мы никогда не ходили по барам этим вашим, но в городе это единственное место осталось, где можно хоть как-то забыть обо всем этом ужасе, свалившемся на наши головы. Будь оно неладно все!

– У меня вопрос к вам есть. Может, вы шарите. – Адриана жадно поедала отвратительную на вкус курицу и пыталась говорить с наполовину набитым ртом. – Официант, притащи виски со льдом.

– Коль есть вопрос, задавай милочка. – Немного напряженно ответил Нолб.

– Вы же тут по улицам постоянно ходите. Как вам удается протащить все, что вы здесь съели до дома?

– А, ты про это? – Нолб вытащил из ноздрей две маленькие непонятные прозрачные капсулы.

– Что это?

– Наша маленькая стариковская хитрость!

– Нолб работает на заводе, где производят очистители воздуха различные. – Пояснил Крулдар. – Вот он оттуда и списал несколько дорогих капсул. Ты их себе в нос засовываешь, и они чистят тебе воздух, которым ты дышишь! Чудеса!

– Вот что ты меня перебиваешь, я что, сам про себя рассказать не могу?! – Вспылил Нолб.

– Ладно, ладно, успокойся, рассказывай.

– Ты уже все рассказал!

– Ну и хрен с тобой!

– Старый говнюк!

– Да успокойся ты! – Цубирма снова дала подзатыльник Нолбу.

Адриане было совсем не до разговоров, но эти капсулы ее заинтересовали. Официант, наконец, принес виски.

– И где мне достать такие пилюли? – Адриана отодвинула пустую банку с курицей.

– Нигде! – Нолб пожал плечами.

– В смысле, нигде?

– Да вот так. Заводы закрылись, кто успел, тот скупил то, что было. Остальные либо в масках, либо блюют всю дорогу.

– Может я смогу купить у вас их? Деньги у меня есть.

– Нет. На что нам сейчас деньги. «Цепь» у нас уже практически оплелась, скоро все подохнем, а так хоть надышусь на старость лет.

– Мне очень нужно это устройство!

– Ну а мне насрать, что тебе нужно! Какого черта ты ко мне привязалась?! – У Нолба задрожал подбородок от злости.

– Прости, милочка, но мы не сможем тебе помочь! – Глордра виновато улыбнулась.

Адриана нервно опустошила стакан виски.

– Ясно. Бывайте, старые пердуны. – Адриана встала из-за стола и со злобой на душе отправилась к барной стойке.

Нолб что-то буркнул в ответ, но девушка этого не услышала. Почему эти старики так хватаются за свою жизнь? Они же даже сказали, что их почти убила «Цепь». Почему нужно так упрямо бороться за немощное старческое существование, когда они могут оказать такую пользу молодому здоровому человеку? Такими вопросами задавалась Адриана, пока шла к барной стойке.

Толстый бармен с пышными усами предложил Адриане стакан коньяку.

– Нет, цены у тебя высоковаты. – Адриана положила на стол несколько купюр дользандрийской валюты – мерст. – Я и так уже все отдаю за этот сраный стаканчик виски.

– Желание клиента – закон! – Бармен протер стол перед собой.

– Слушай, где в Старгроме сейчас находится Местное Отделение ОПНО?

– Какие вопросы у тебя интересные. На моему веку ты первая, кому ОПНО понадобились.

– Друг, давай без лирики, знаешь или нет?

– Да конечно знаю! Тут только неместные об этом не знают. В Синем районе они сейчас располагаются. Как въезжаешь в район, так сразу их отделение по левую сторону, и квартала идти не надо!

– Синий район… это чтобы в него попасть, надо на кольцо выйти и поворачивать сразу после Мертвого района?

– Ага. Только тебя, скорее всего, не пустят на кольцо. Точнее, до Синего района ты не дойдешь, потому что отрезок основной дороги от конца «Спешки» и до самого въезда в Малый район закрыт заставами военных.

– Ну, конечно. Закрыли въезды в Синий и Богатый районы. Ну и, конечно, в Администрацию Города. Мудаки.

– Ты поаккуратнее. – Бармен оглянулся. – Такие вещи то пороть.

– Ладно, не закроют тебя, ты все равно помрешь скоро.

– Уж спасибо, утешила!

– Все помрем от этой херни.

Бармен налил Адриане стакан коньяку.

– Я же…

– Это бесплатно. Дело к тебе есть. Ты неместная, вижу, и в лицо тебя никто не знает.

Адриана взяла стакан и сделала глоток. Приятный жар разнесся по телу.

– Я слушаю.

– Пошли на кухню.

Бармен махнул своей помощнице за барной стойкой и двинулся к двери на кухню. Адриана пошла за ним.

Вопреки ожиданиям девушки кухня оказалась очень чистой. Само помещение было небольшим, но, даже не смотря на то, что рабочий день был в самом разгаре, грязи нигде не было видно. Кухня была полна различных запахов овощей и мяса, которые, однако, были синтетическими, хоть и пахли, как настоящие. Поварам совершенно не было дела до гостей. Они были заняты готовкой и не обращали внимания на то, что кто-то пришел. Бармен прошел в конец комнаты и ключом открыл дверь в свой кабинет. Адриана прошла за ним.

Кабинет выглядел, как неотъемлемая часть кухни. Такой же кафельный пол, такие же окрашенные белой краской стены. В углу стояли дешевые зеленые шкафчики. Бармен, который, собственно, и является владельцем заведения, сел за большой деревянный стол с множеством небольших полочек и рукой указал Адриане на свободное кресло перед ним. Кригер села на сидение из искусственной кожи.

– Таверий Борлудрий. – Бармен протянул руку.

– Адриана Кригер. – Девушка не протянула руки в ответ.

– В общем, раз ты так на рожон лезешь, то я тебе помогу, а ты мне в ответ по пути доброе дело сделаешь. – Таверий удобно развалился в кресле.

– Сначала про дело расскажи, а потом я решу, нужна ли мне твоя помощь.

– Да без проблем. Собственно в отделении ОПНО, которое тебе так необходимо, работает человечек один. Ну как человечек, он из рогатых. Конкретно, олень. Коричневая шерсть, большие и ветвистые рога, которыми он очень гордится. Фамилия у него Лорбурт. До того как в подразделения попасть он промышлял тем, что человечьих самочек трахал в подворотнях, их потом по частям в озерце парковом находили. Мне то похуй, но он орудовал в округе моего бара, и знатно крови у меня выпил. Поднасрал он мне сильно. Короче, задача у тебя простая: я тебя невидимкой в Синий район отправлю, а ты там этого оленя грохнешь, да желательно так, чтобы об этом весь город узнал. И считай тогда и я, и весь город в плюсе. Ну и, разумеется, ты.

Адриана откинулась на спинку кресла, потирая уставшие глаза. Она не ожидала, что обычный путь до ОПНО получится с такими приключениями.

– То есть я должна грохнуть агента ОПНО? Ты вообще представляешь, как мне это сделать?

Бармен закурил сигарету.

– Девочка, я понятию не имею. Я тебе озвучил свою цену. Тебе в любом случае в ОПНО, и уж поверь, я по одному твоему виду сразу понял, что ты туда не с добрыми намерениями. И я сразу понял, что ты не местная. Этот город подыхает, но я хочу, чтобы когда сраное тело этого ольдейрина будут потом осматривать, то в ОПНО сразу поняли что подох он от удара ножом, а не от этой заразы. Подробнее тебе ничего не расскажу. Ты единственная, кто туда сейчас хочет двигать. Тебя туда проведут инкогнито, а когда ты свои дела сделаешь, никто никогда в жизни не узнает, кто это сделал. Ну, если, конечно, не засветишься, бегая по улице с ножом с криками «Я убила агента ОПНО!».

– Я не могу дать тебе гарантий.

– Здесь я бессилен.

Адриана прочистила горло.

– Ладно, я сделаю все, что в моих силах. Как я попаду в Синий район?

– Я договорился с одним красарком. Он проверенный малый. Я свяжусь с ним и договорюсь, чтобы тот все обеспечил. Но придет он только завтра утром. Я тебе обеспечу комнату, если нужно.

– Нет, я в квартиру вернусь. Обеспечь меня лучше консервами и водой, а то я от голода и жажды сдохну раньше, чем мы дойдем.

– Провизия нынче удовольствие дорогое, но я выделю тебе немного съестного.

– Заметано.

– У тебя есть радиостанция в квартире?

– Есть.

– Тогда я тебе маякну, когда ждать красарка.

– Идет.

Адриана поднялась с кресла. С самого начала она заметила «Цепь» на руке Таверия.

– Как вы все-таки можете так париться по всему?

– Не понял тебя.

– Этот олень все равно издохнет от «Цепи» скоро. Ты сам скоро сляжешь. А заботишься о бизнесе так, будто проживешь еще долгую и счастливую жизнь.

– Я не уверен в том, что у него отсутствует иммунитет. Знаешь, когда я целиком в работе, и продолжаю, как ты сказала, «париться» по этому поводу, я забываю о том, что скоро умру. Это ужасное чувство. Самое страшное знание, которое может получить человек – это точная дата своей смерти. Только садист может такое знание дать, а мазохист захотеть такое знание обрести. Даже если твоя смерть наступит через годы, ты живешь с неотвратимым осознанием того, что вот твоя дата. У тебя нет надежд, что ты проживешь 70, 80, 90 лет. Не можешь накрутить себе, что тебе лет 100 отпущено. Когда я живу в работе, я теряю ощущение безысходности. Надеюсь, скоро оно просто сменится принятием неотвратимого. А вообще, у меня и свои козыри в рукаве есть. Не твое это дело.

В кабинет забежала помощница.

– Опять труп в баре! Еще одного человека «Цепь» прибрала.

– Ну вытаскивайте и кладите на улицу. Не хоронить же каждый день по десятку посетителей! Пойдем, Адриана.

Адриана вышла в основное помещение бара вместе с барменом и помощницей.

«Цубирма! Цубирма! Да что ж ты так раньше меня, родная! Да ж что ж за несчастья меня преследуют!» – сквозь боль кричал уже знакомый Адриане Нолб. Он склонился над телом погибшей жены, не давая сотрудникам бара вытащить ее тело на улицу. Люди окружили горевавшего старика. Когда Нолба, наконец, оттащили от тела его ныне покойной жены, Цубирму взяли за ноги и руки два сотрудника бара и, напрягши все силы, вытащили ее за порог и аккуратно положили на улицу. Нолб сидел, рыдая, на полу, а остальные люди старались его хоть как-то успокоить. Адриана не видела в этом какой-то пользы. Ему нет дела до этой жалости.

Однако, нечто очень важное щелкнуло в голове у девушки. «Цель оправдывает средства», ведь так? Пока все были заняты Нолбом, Адриана быстро вышла на улицу, и, дождавшись пока сотрудники, вынесшие тело, вернутся в здание, подошла к Цубирме и внимательно вгляделась в ее лицо. «Эх, прости, бабка, но вещь дорогая, а мне нужно командира выручать», – еле слышно пробубнила Адриана и вытащила из ноздрей старухи две прозрачные пилюли, съежившись от мысли, что она копается в носу старого человека.

– Ты так быстро выскочила, я ж тебе не передал провизию! – Кричал Таверий Борлудрий, стоя у входной двери и махая Адриане. – Да, жалко бабку. Да и старика. Им бы еще жить, да мозги друг другу выносить, а тут такая хворь напала. Держи.

– Отлично. – Адриана взяла небольшой холщовый мешочек.

– Тут несколько баночек консервов и несколько бутылок с водой. На первое время хватит, а там уж красарк подскажет. Деньги еще есть?

– Несколько сотен мерст еще есть в кармане.

– Проживешь. Ах да, вот еще. – Бармен поднял другую руку, и Адриана обратила внимание, что все это время во второй руке Таверий держал небольшой старый рюкзачок. – В карманах кожанки своей ты это все не унесешь. Держи задаром рюкзак. Мне он уже за ненадобностью.

– Это косуха. Окей, спасибо. Я пошла.

– Удачи! Помни о сделке!

Адриана, уже не обращая внимания ни на что, пошла вверх по каменной улице. Немного отойдя, она вытащила из мешочка бутылку воды, открыла и щедро полила две прозрачные капсулы, потирая их пальцами. Теперь они были как новенькие. Самое время испытать диковинное устройство.

Адриана засунула в ноздри капсулы и вдохнула воздух. Чистый. Вонь пропала. Адриана будто вновь зашла в бар после блужданий по улице. Жить стало гораздо легче. Девушка уверенно зашагала к своей квартире. Осталось лишь дождаться сигнала от бармена.

Огненная Звезда пекла, как днем. Во всем Торгензарде год делили на четыре периода: Время Рождения, Время Огня, Время Слез и Время Гибели.

Во Время Рождения природа воскресала, и всяк живущий дивился необычайным красотам, кои способна породить земля. Повсюду поднималась свежая зеленая трава, по улицам расходился теплый цветочный аромат, мешавшийся с еще холодным, но бесконечно приятным ветром.

Самое нелюбимое время года Адрианы – Время Огня. В этот период Огненная Звезда достигала пика своей силы и нещадно обжигала планету Вентлимию. Земля становилась сухой и отдавала жаром.

Во Время Слез природа медленно гибла. Она увядала, отбрасывая чахлые листья. Небо позволяло себе скупые слезы. Его плач тянулся целыми днями.

Время Гибели – финальный аккорд, когда все сущее покрывается белой пеленой. Остаются лишь серые бетонные строения многих народов, населяющих Торгензард. Природа погибает, отпуская всю свою боль, чтобы вновь возродиться и повторить свой бесконечный цикл.

Осталось лишь дождаться отмашки бармена.

День 4.

Глухая комната со слегка пошарпанными стенами пропахла пылью и сыростью. После чудовищного удара, сделанного гремзирдром, Карзах весь вчерашний день провалялся в лазарете. Его накормили какими-то низкокачественными пилюлями, от которых побочных эффектов больше, чем пользы. Однако, он в кои-то веки хорошо выспался, восстановив силы. Тело еще немного болело, но лекарства все-таки сделали свое дело. Несмотря на всю ситуацию, Карзах чувствовал прилив сил.

За небольшим железным столом напротив Рейверия сидел сотрудник ОПНО, представитель народы ольдейринов, а у двери о стенку оперся агент из народа гремзирдров. Официально, гремзирдров, ольдейринов и еще, вдобавок, рогардтов объединяют в одну расу родтайков, хотя они очень это не любят. Особенно враждебно к подобному обобщению относятся рогардты, которые недолюбливают гремзирдров и ольдейринов.

Родтайков объединяет общность строения тела. В отличие от низких, массивных, грузных, неуклюжих и полных красарков, которые выглядят, как вставшие на две ноги здоровенные крысы, родтайки имеют обычное человеческое тело с головой, очень напоминающее одно из животных.

Рогардты – обладатели головы козла, но отличаются от животных двумя парами небольших рогов, которые они очень любят украшать различными кольцами, по которым видно их социальное положение. Бедняки обычно одевают различные гайки или шестеренки, новые или даже ржавые. Средний класс предпочитает серебряные кольца, а богачи, соответственно, изделия из золота с драгоценными камнями. Отдельно выделяются также военные, которые предпочитают крепкие кольца из эно-стали, из которой создают военную технику.

У ольдейринов очень выделяется крепкая и массивная грудь, на которой держится оленья шея с головой оленя соответственно. Хотя, когда грубые люди называют ольдейринов «оленями», первые всегда напоминают о своих трех парах длинных, стоячих ушей, которые, безусловно, отличают их от обычных оленей. Вообще, если говорить начистоту, люди очень редко называют другие народы такими сложными названиями. Подрасы родтайков они просто называют «козлами», «оленями» и «быками».

3-х метровые куски мяса, зовущие себя гремзирдрами, имеют голову быка. Подобные исполины – желанные гости в армии Дользандрии. Хотя выбора у них, в целом, и нет. В Дользандрии гремзирдры обязаны служить 5 лет. Главным неудобством для гремзирдров остается их хвост. Для этого приходится искать отдельную одежду для «быков», в которой учитывают специальное отверстие для хвоста.

– …Еще до начала «Цепи» я прибыл в город в целях поиска работы, потому что меня не устраивала оплата водителя автобуса. – рассказывал Карзах сотруднику ОПНО. – Когда разразилась болезнь, я вступил добровольцем в отряды по уборке трупов. Прошел по всем критериям: не слишком стар, иммунитет присутствует. До момента ареста продолжал работать в уборочных отрядах. Деньги там не такие уж и баснословные. Большие деньги там платят только тем, кто болеет «Цепью». Их все-таки тоже берут. Единственное условие – болезнь у этих людей должна прогрессировать относительно медленно. Им то и платят хорошо, чтобы те насладились последними днями жизни. А когда они умрут, непотраченные деньги отдадут семье погибшего, если таковые имеются.

– Вы служили на границе с Волей Никларнгов.

– Да. – Карзах потупил взгляд. – Я служил в Пограничном Круге, у деревни Старый Пень.

– С 2023г. по 2028г.

– Да, кажется. Тогда еще…

– Произошли пограничные конфликты с никларнгцами.

Карзах закрыл глаза. Он помнил этот конфликт.

*

Бой закончился. Молодой Карзах, упоенный победой, направлялся в деревню Старый Пень. Солдаты Дользандрии практически не видели противника. Лишь несколько автоматных очередей было брошено в их сторону. Дользандрийцы ответили массивным огнем ручных пулеметов ЗС – 201      «Печь» фирмы «Горквин» и винтовок В – 90 «Знахарь» фирмы «Кевальяр». Солдаты радовались бескровной победе и толпились у телефонной будки рассказать о своих первых боевых действиях.

Ливень постепенно стихал. Густые цветочные запахи били в нос. Пограничный Круг был очень болотистой, заросшей массивными деревьями местностью, простиравшейся от Беженного города до самого Ремня Богов. Карзах нашел свою излюбленную лесную тропинку, ведущую в деревню, где жила Ленграна Нинзирил. Они познакомились, когда стрелка Рейверия отправляли в деревню с целью закупки продовольствия. Молодая Ленграна была встречающей. Она ждала Рейверия с припасами у входа в деревню. После несколько таких походов Карзах и Ленграна поняли, что они встречаются уже далеко не по прихоти начальства. Рейверий стал иногда задерживаться в деревне. Он гулял с Ленграной по мрачным, но чарующим лесам Пограничного Круга, а потом получал по башке от голодных товарищей. Через год Ленграна забеременела. Полусотник Алексир Гризморий позволял молодому солдату надолго отлучаться из заставы, потому что было невозможно перейти границу в этой местности по болотистым, гибельным землям. Карзах пообещал Ленгране, что когда срок его службы подойдет к концу, они вместе уедут в Осеннюю Высь или Зимние Горы. Лишь когда начались волнения на границе, ириахту Рейверию пришлось надолго оставить беременную Ленграну.

Дорога оказалась очень тяжелой. После ливня тропинки превратились в густое грязное месиво, в котором Карзах тонул по колено. Подходя к деревне, он учуял тяжелую неприятную вонь. Рейверий оглянулся, ища в поле зрения дохлятину. Не найдя ничего напоминающего труп животного, он продолжил путь. Цветы, которые так ярко светились, теперь уныло лежали на земле в ожидании новой грозы. Дождь, действительно, вновь начинал накрапывать. Ветер принес запахи паленого мяса и сгоревшей древесины.

Карзах подходил к деревне. У дороги он увидел, как детское тело болталось на веревке, привязанной к ветке дерева. Карзах со всей силы дернул веревку, отчего ветка сломалась. Он взял тело и аккуратно положил рядом с дорогой на траву. Бледная шея мальчика была перерезана ножом. Его глаза были широко раскрыты.

Карзах медленно прошел в деревню. Вся улица была увешана трупами на грязных веревках. Накрапывающий дождь вновь обратился в ливень. Карзах долго стоял и смотрел на эту пугающую сцену. Умыв лицо в луже, Карзах, озираясь, пошел вперед по улице. Деревня стала одним большим кладбищем. Некоторые дома были сожжены дотла. Солдат заглянул в один из домов. К стене гвоздями и старыми ржавыми цепями от велосипеда было прибито изуродованное ударами и порезами тело мужчины. На столе лежала голая обезглавленная женщина. Прямо у двери лежала голая девочка со вспоротым животом. Карзах отошел от двери, и его вырвало посередине улицы. Рейверий пошел дальше, к дому Ленграны, с трудом переставляя ноги. Ее дом наполовину сгорел. На пороге лежал отец Ленграны с восемью кухонными ножами, воткнутыми в спину. В доме нагая Ленграна лежала на кровати вниз животом рядом с матерью.

Карзах похоронил всю семью перед домом. Поставил доски, где написал имена убитых. Долго простоял перед могилами.

*

ОПНО были образованы в 1990 году после «Нермриградской резни», когда спонсированные вооружением и деньгами из Штурга дользандрийские студенты устроили хаос на улицах города за все хорошее против всего плохого. Восемь дней длились бои на улицах города сначала без применения огнестрельного оружия со стороны правительства, а затем с использованием стрелкового вооружения, бронетранспортеров и танков. После подавления волнений было решено переименовать Министерство Образования в Министерство Образования и Пропаганды. В это же время были сформированы Особые Подразделения Национальной Обороны при министерстве, в задачу которых входил контроль над идеологической частью обучения в стране и предотвращением волнений и терактов. В 2011 году в задачи ОПНО уже входит контроль не только за идеологией в обучении, но и в обществе в целом. ОПНО состоит из восьми департаментов:

1. Департамент идеологического контроля.

2. Департамент по предотвращению экстремизма и терроризма.

3. Департамент по контролю за средствами массовой информации.

4. Департамент по защите культурных ценностей.

5. Департамент по защите национальной безопасности.

6. Департамент по защите государственных интересов в области науки и технологий.

7. Департамент по защите прав граждан.

8. Департамент по защите национальной экономики.

Кроме того, при ОПНО существует восемь вооруженных подразделений, каждое из которых выполняет определенные задачи:

1. Подразделение "Клинок".

2. Подразделение "Смерть".

3. Подразделение "Каратель".

4. Подразделение "Ярость".

5. Подразделение "Танк".

6. Подразделение "Молот".

7. Подразделение "Латная Рукавица".

8. Подразделение "Огонь".

*

Адриана лежала на хлипкой кровати, свесив одну ногу. Она сняла свою любимую косуху, потому что в квартире стало слишком душно, даже несмотря на очиститель воздуха. Со второго дня уже все пошло не по плану. Утром с ней связался Таверий и сказал, что красарк уже в пути. Однако, уже день. А проводника, как не было, так и нет. Девушку съедало паршивое чувство ожидания. После таких событий – просто лежать на кровати, плюя в потолок? Адриана уже обдумывала план своих действий. Она уже была готова выдвинуться в ближайшие часы, если красарк все-таки не придет. Не ее это любимое занятие – абсолютное безделье. В глубине души Адриана корила себя за то, что не бросилась с кулаками на агентов ОПНО. И все же… Что могла она сделать против 3-х метровой груды мышц и мяса? Муки девушки прекратились, когда в дверь, наконец, громко постучали. Все же проводник прибыл, хоть и опоздал на добрых несколько часов. В конце концов, Адриана тоже всегда опаздывала.

Кригер энергично поднялась с кровати и прошла в коридор. Тело перестало болеть. Ренебодерин сработал отлично. Девушка открыла дверь и отскочила из-за какого-то пронзительного испуганного писка. Красарк, по размерам уступающий среднестатистическим показателям своих сородичей, испуганно выдохнул и оперся на колени.

– Ты что, совсем больной?! – Адриана круглыми глазами смотрела на крысу.

– Простите меня, о чарующая человечья женщина, я немного пуглив. – Красарк пытался отдышаться, схватившись за сердце. – И работа моя ничуть не способствует укреплению моих слабых нервов. За что ж мне…

– Так, парень, давай с тобой сразу договоримся: любезности свои идиотские ты прекращаешь, или я тебя прибью за первым же поворотом!

Красарк съежился от страха.

– Гъмиък Пътръи Тъдуъф, воинственная человечья женщина, настоящему красарку тяжело не выказывать своей восхищение собеседником, но я потрачу все свои силы, чтобы не воспевать твои лучшие качества!

– Потрать все свои силы, чтобы хотя бы представиться.

– Ох, как же я бескультурен! – Красарк театрально закрыл лицо рукой. – Я Римгрий Готенбурий, и я твой проводник!

Римгрий протянул руку для приветствия.

– Адриана Кригер. – Девушка неохотно пожала руку красарку. Вопреки ее ожиданиям, рука крысы была чистой. Более того, от Римгрия очень хорошо пахло качественным шампунем.

– Ладно, проходи. – Адриана отошла от двери. – У тебя есть план?

– Разумеется! Я очень хорошо продумал наш маршрут, и готов тебе все-все рассказать!

– Пошли на кухню.

Римгрий прошел на кухню вместе с Адрианой и расстелил на столе бумажную карту Старгрома. Красарк подскочил, когда картой случайно снес со стола жестяную банку.

– Вот здесь. – Готенбурий прокашлялся. – Это твоя квартира. Практически на самой окраине Восточного района. Покинуть район мы можем по этим двум дорогам, зависит от ситуации. Здесь мы подойдем к воротам Мертвого района. Со мной тебя туда пустят. Передохнем в баре «Серебряная вилка». Оттуда двинем по единственной дороге в Северный район. В этом районе есть выход в небольшую лесополосу, где и располагается еще одна дорога в Синий район, а там уж ты свое ОПНО и найдешь!

Изначально, бары Дользандрии были заведениями, где люди исключительно пили и били друг другу морды. Однако возросшая необходимость в ночлеге привела к тому, что бары расширились и тоже стали предлагать съемные комнаты.

– Звучит очень сомнительно, крысеныш… – Адриана задумалась.

– Ты должна доверять Римгрию, о скептичная человечья женщина! – Возразил красарк.

– Тут есть несколько загвоздок. – Адриана указала пальцем на карту. – Во-первых, Северный район разделяет посередине основная улица. Ты уверен, что мы пройдем без проблем?

– Конечно! Военные не суют носа дальше своих застав!

– И вот вообще никаким образом не патрулируют основную улицу?

– Нет, о дражайшая сторонница скептиков!

– Слушай, ты достал.

– Я стараюсь держать себя в руках!

– Ладно, речь не о том. Хорошо, мы минуем Северный район. Я вижу четыре пути, по которым мы можем пройти. Однако, чувак, ты можешь мне уверенно сказать, что входы в Синий район, где расположено ОПНО, никак не охраняются?

– Охраняются! Еще как охраняются, о недове… прошу прощения. Дорога, которую я тебе показал, охраняется менее всего, но это и не важно. Я проведу тебя путем, которого нет на карте.

– Дом контрабандистов?

– Ты разрушила мою интригу! Ты местная?

– Когда-то была.

– Эх, я тебя понял.

Красарк с довольным лицом свернул карту и положил себе в рюкзак.

– Выступать нужно уже сейчас. – Весело сказал Римгрий.

– Конечно сейчас, ты и так опоздал на несколько часов.

– У Римгрия возникли небольшие трудности, отчего ему пришлось задержаться!

– Мне только косуху накинуть, и я готова.

– Как тебе будет угодно!

Адриана ушла в зал и взяла свою любимую косуху. На улице жарко, но порывы ледяного ветра не давали спокойно походить в майке. Хотя Адриана не снимала косуху даже летом. С ней она чувствовала себя защищенной. Множество воспоминаний было связано с этой косухой. Девушка оделась, взяла небольшой рюкзак, который ей подарил Таверий, и вышла в коридор, где ее ждал Римгрий.

– Готова?

– Да. У меня в рюкзаке еды и воды на пару дней. Мне хватит?

– Хватит, хватит! Мы долетим до Синего района, словно ветер!

– Что-то не верится.

*

Карзах сидел в одиночной камере с грязным окном, укрепленным решеткой. С потолка постоянно сыпалась побелка. Давно не крашеные стены выглядели жутко. На самом деле, Карзах прожил в подобных условиях пять лет. Только в комнате людей было больше. Казарма в болотах Пограничного Круга была в еще более плохом состоянии, чем тюремная камера. Лишь когда Карзах возвращался с деревенской едой, бойцы с удовольствием уплетали пищу и радовались жизни. С потолка сыпались тараканы, а вечерами съедали комары.

В коридоре послышался нарастающий топот. Вдалеке открылась железная дверь, отделяющая основной корпус ОПНО от преступников. Хотя, стоит отметить, что преступник здесь был лишь один. Все камеры, кроме той, в которой сидел Карзах, были пусты. Люди умирают тысячами. Сажать уже некого. Шаги начала усиливаться.

За железными прутьями, которые отделяли камеру от коридора, появился ольдейрин, допрашивавший Карзаха. Он держал в руке маленький деревянный стул, который поставил рядом со входом в камеру.

– Не спишь? – Ольдейрин сел на деревянный стульчик.

– Нет, мне было достаточно просто полежать, чтобы отдохнуть.

– У тебя стойкий организм.

Карзах лег на тюремную койку.

– Снова на допрос?

– Я бы не назвал это допросом.

– Зачем же тогда вы пришли?

Ольдейрин протер усталые глаза и замолчал на несколько секунд, рассматривая железную дверь в конце коридора.

– Меня зовут Нинтранд Лорбурт. И меня сильно заинтересовала твоя личность. Я составил некоторые выводы.

– Какие же?

– Положительные для тебя. В какой-то мере. Ты станешь моей собачкой, а я тебя сниму с поводка, хочешь ты того, или нет.

– Я не понимаю.

– И не поймешь. Дела государственные. Готовься морально. Кормят в камере?

– Кормят.

Нинтранд поднялся, взял в руку небольшой деревянный стульчик, и пошел назад по коридору в пугающую железную дверь, из которой он пришел. Карзах закрыл глаза. Все же ему нужно поспать, чтобы нормально отдохнуть. Сотник Рейверий уже смирился с безысходной мыслью, что он отсюда не выйдет.

*

Адриана и Римгрий уверенным шагом двигались по улицам Восточного района. Красарку было несколько некомфортно двигаться на одном уровне с Адрианой. Помимо того, что у него были неуклюжие крысиные лапки, он был еще и меньше среднестатистического представителя своего народа. С другой стороны, этот маленький крыс сумел стать одним из самых востребованных проводников, которого часто нанимают контрабандисты. Несмотря на свой не внушающий доверия внешний вид, Римгрий очень смышленый хитрец и толковый специалист в своем деле. Единственное, что раздражало Адриану – это откровенная трусость и излишняя осторожность Римгрия. Он подскакивал от любого шороха. Вполне вероятно, что он даже не исключал мысль о том, что один из мертвецов может неожиданно схватить его за зад. Адриана прочистила горло.

– Слушай, чего ты такой пугливый?

– Ох, не обращайте внимания, зоркая воительница. – Замялся Римгрий. – Мою работу никак нельзя назвать безопасной. Я постоянно хожу по лезвию ножа, и это привило мне некую особую осторожность.

– Осторожность? Ты обсираешься при каждом шорохе. Мне казалось, для твоей работы, наоборот, нужна изрядная толика храбрости.

– Я готов рассказать тебе множество интересных историй. Но разреши мне, строгая искательница, оставить некоторые из этих историй при себе!

– Ладно, если это что-то тяжелое…

– Неподъемное для меня на данный момент.

– Ладно, забей.

Путники остановились перед дорогой, ведущей прочь из Восточного района. Перед ними раскинулся глубокий канал, в котором когда-то текла вода. Несусветная бетонная пропасть, пропахшая нечистотами, на которой красовались тысячи больших и малой надписей, сделанных баллончиком с краской. Картинки, матерные слова, нарисованные половые органы и произведения искусства, сделанные настоящими художниками, умещались в одной бетонной пропасти.

Дорога уходила чуть вниз и вела к массивному мосту. Проблема была только в том, что мост был перегорожен баррикадой из мусора, колючей проволоки, заборов, железных листов, ворот и мебели. Заграждение достигало высоты четырехэтажного дома.

– Вот дела… – Почесал голову Римгрий.

– Тьфу, мать твою, и что это?

– Эх, похоже, Мертвый район расширяют. Ну, или бегут.

– Бегут?

– Мертвый район же с Вампирским по соседству располагается. Так вот скиргмеры остальных данкликергов потихоньку и отгоняют подальше от своих границ. Сферу влияния, так сказать, свою расширяют.

Техновампиры всегда ненавидели, когда их называли скиргмерами. В свое время, чтобы хоть как-то защититься от агрессивных и пьяных людей, представители различных народов стали селиться рядом в одном или двух районах, в зависимости от того, какой процент они составляли от общего населения. Бегущие от проявляемого по отношению к ним насилия людьми, они стали называть себя данкликергами, обобщая этим словом все народы, кроме людей. Человека они стали называть виндликергом.

Данкликерги составили свой язык на основе красаркского, которым, впрочем, пользуются не слишком часто. Они оградили свои районы стенами, оставив лишь по несколько контролируемых входов. По обыкновению, наиболее радикально настроенные элементы начали вооруженную борьбу. Они стали называть себя ликмебалькрами, начали устраивать стрельбу на улицах города, поджигать дома и взрывать машины. Подобные акции террора приводили к еще большим масштабам «очистительных пятых дней».

От виндликергов и данкликергов особняком стоят техновампиры. Они немногочисленны, и селятся в Дользандрии всегда в одном районе, который непременно огораживают, оставляя несколько входов. Техновампиры ненавидят, когда их причисляют к данкликергам, и терпеть не могут, если их как-то пытаются причислить к расе людей. Они редко, когда выходят в другие районы, но и, в свою очередь, не позволяют чужакам прогуливаться по их территории. Только военные и представители власти могут свободно ходить по районам вампиров. В каждом районе есть негласный руководитель, который отстаивает права и интересы своего народа. Великий и Всемудрый Лидер не так давно официально поручил Министерствам разобраться с вопросом о самоуправлении техновампиров.

Адриана почесала затылок.

– Ты, вообще, каким путем сюда добрался?

– Я не с Мертвого района шел. У меня были дела в другой части Восточного района, Адриана!

– Ты что, целый день перся до моей квартиры с другой части района?!

– Нет, нет, я же говорю, у меня были дела, о злостна…

– Ладно, все. – Адриана тяжело вздохнула. – Проехали. Как мы попадем в Мертвый район?

– Тот второй путь, который я упоминал. – Римгрий хитро улыбнулся. – Мы по нему пройдем.

– Там же тоже мост?

– Да.

– И ты уверен, что он тоже не завален?

– Это неважно, главное, что там есть спуск в канал.

– Ты про калитку с колючей проволокой, по которой пущен ток?

– Насчет этого не волнуйся, это уже моя работа!

От громко сказанной Римгрием последней фразы несколько ворон взлетели вверх из окна многоэтажки, от чего красарк испуганно подпрыгнул, нервно пискнув. Адриана невольно улыбнулась.

Путники несколько часов шли вдоль бездонного канала. Адриане становилось грустно от пустых многоэтажных зданий, открытых окон, с которыми играет ветер. Повсюду рос бурьян и раскрывались цветы. Адрианы очень хотелось бы вдохнуть их прекрасный запах, который она обожала в детстве. Но ей даже и подумать было страшно вытаскивать капсулы, благодаря которым она дышит чистым воздухом.

У одного из входов в подъезд Адриана увидела свой любимый цветок. Он называется «скиталец». На уроках биологии учительница Лемандилла Альсидий объясняла, что это очень эгоистичный и сильный цветок. Он забирает себе все питательные вещества из земли, отчего любая растительность вокруг него в радиусе двух-трех метров погибает. И больше рядом с ним ничего не растет. Его стебель вырастает размером с человеческий рост, а на конце этого крепкого стебля покоится большой нежно-розовый цветок с множеством огромных лепестков. Особенно интересен аромат, который он источает. Так получается, что люди делятся на две половины, когда говорят, чем же пахнет этот прекрасный цветок. Одни чувствуют аромат земляники с корицей, а другие – запах свежего меда.

Адриана обожала «скитальца». Она была одной из тех, кто чувствовал манящий земляничный запах. Ей хотелось подойти и забрать цветок с собой, но она понимала, что просто убьет это чудесное создание.

Уже начинало темнеть. Огненная звезда заходила за горизонт. Небо окутывалось багряными красками, от чего вид мертвого города навевал непреодолимую тоску. Потихоньку верх брала усталость. Путники шли молча, каждый задумавшись о своем. Когда Адриана хотела было уже начать конфликтный разговор, Римгрий радостно воскликнул, указав на калитку, выделившуюся в высоченном заборе спустя множество километров. Мост, как и ожидалось, был забаррикадирован аналогично первому.

– Ну что, друг. – Адриана села на капот какой-то машины, переводя дух. – Как мы через калитку пройдем?

– Лучше готовь фонарики, Адриана! – Красарк достал большую связку ключей. – У меня от всех дверей ключи есть!

– А, так вот твой козырь в рукаве. – Адриана улыбнулась, не скрывая удивления. – Так у тебя от всех государственных объектов ключи есть?

– Нет, нет, ты слишком добра к Римгрию! У меня есть ключи от различных калиток, решеток, ворот, контрабандистских путей, но не от государственных объектов! Все, что связано с дорогой – это все мое!

– Хорошо, хорошо, открывай, дружище. Только у меня нет фонарика.

– Возьми у меня в рюкзаке. – Красарк скинул свой рюкзак и двинулся к калитке.

Адриана подошла к массивному рюкзаку, который таскал с собой Римгрий. Он был очень старый, но явно качественный. Кожа, из которой он был сделан, изрядно потерлась, но нигде не было видно ни одной заплатки или отверстия. Адриана открыла рюкзак и начала рыться в груде вещей. Одежда, консервы, вода, коньяк, изолента, всякие инструменты, ключи, непонятные устройства, лекарства… удивительно, что у крыса тут нет переносного дома во всей этой груде полезных вещей. А вот и фонарик. Адриана порылась еще в надежде найти второй, однако еще одного источника света не оказалось.

Стало слышно ворчание. Красарк с ругательствами подбирал один ключ за другим, пытаясь открыть калитку. Тем временем, Кригер накинула на плечо тяжелый рюкзак напарника и села на дорогу рядом с Римгрием.

– Ну что там?

– Ключей у Римгрия очень много! – Красарк хихикнул. – Приходится каждый раз подбирать нужный.

Спустя несколько минут замки на калитке, наконец, щелкнули по несколько раз и Римгрий убрал массивную связку ключей обратно в свой рюкзак.

– Готово, о нетерпеливая искательница приключений! Сочту за честь, если Вы первая ступите в обитель неизведанного!

– О да, настоящий храбрец.

– Сигаретку? – Римгрий достал пачку сигарет с обработанной ржавчиной.

– М, ржавчина. А дерьма еще дешевле ты не нашел?

– Ваш покорный слуга – не богатый красарк! К сожалению, позволить я себе могу только ржавчину.

– Ладно, давай. – Адриана взяла сигарету и достала свою серебряную зажигалку. – Спасибо.

Путники закурили, стоя перед бетонной бездной, которая постепенно затягивалась темнотой. Огненная Звезда неуклонно оставляла Адриану и Римгрия на произвол судьбы. Дешевые сигареты оставляли отвратительный привкус во рту.

Адриана бросила окурок в бездну.

– Ну что, Римгрий, ты готов?

– Конечно, готов! С радостью разделю с тобой путь в это мрачное логово!

– Иди за мной. – Адриана включила фонарь. – Только не отставай.

Путники начали свой спуск по длинной бетонной лестнице. Римгрий боязливо наступал на каждую ступеньку. Однако стоит признать, ему действительно удавалось не отставать. Чем ниже спускались Адриана и Римгрий, тем темнее становилось. Огненная Звезда давно затерялась за многоэтажками и бетонными стенами канала. Шаг за шагом спуск становился мрачнее и опасней. «Блять!» – выкрикнула Адриана, когда оступилась и едва ли не полетела вниз головой до самого дна канала, но не отстающий ни на шаг Римгрий мгновенно среагировал, схватив ее и удержав на месте, где она и стояла.

– Смотри под ноги, Адриана! – Красарк испуганно дышал. – Полет вниз отсюда чреват неминуемой гибелью.

– Здесь ступеньки наполовину убитые.

– Это правда. Я бы с удовольствием провел тебя по мосту, но, к сожалению, их забаррикадировали капитально.

Путники продолжили идти по лестнице.

– Откуда они только столько мусора нашли и колючей проволоки.

– В Старгроме с этим проблем нет. Да и данкликерги достаточно трудолюбивый народ. – Пояснил Римгрий.

– В чем смысл строить такие баррикады? Вы же и сами не пройдете по этим мостам.

– Для данкликергов важно, что люди из Восточного района не пройдут, а в Северном практически все вымерли. Туда, в основном, мы и расширяемся.

– У тебя есть «Цепь»?

– Нет, мне повезло.

– А много вообще болеет данкликергов?

– Ну, лично я бы сказал, что у нас процент болеющих поменьше. Хотя погибло тоже достаточно большое количество. А ты как?

– У меня тоже иммунитет.

– Боги сжалились над нами. На самом деле, сейчас очень мало уже осталось больных цепью. Я думаю, скоро город откроют.

– Ты центральноверец?

– Он самый.

После долгого спуска Адриана, наконец, увидела бетонный пол. Адриана и Римгрий остановились перевести дух.

– Нам теперь прямо. – Сказал Римгрий. – Канал пуст, поэтому мы сможем спокойно его пересечь и подняться на восточную дорогу, откуда мы спокойно достигнем ворот Мертвого района.

– Твою мать, нам еще подниматься столько же.

– Придется поднажать, Адриана! Мы не сможем перевести дух, пока не доберемся до бара.

– Здесь же черт-те сколько пустых квартир. Город практически пуст!

– Мертвый район не так пуст, как тебе кажется.

– Ладно, ты проводник. Пошли.

Подъем наверх оказался труднее, чем ожидалось. Адриана и Римгрий все чаще и чаще останавливались, чтобы отдышаться. Самое опасное было то, что ноги стали болеть от усталости и заплетаться из-за многочасовой ходьбы.

Когда путники выбрались из канала, на улице была уже полная темнота. Вдалеке виднелась высокая, собранная из железных листов стена Мертвого района.

– Ну вот, еще часа два пути, и мы на месте. – Римгрий тяжело вздохнул.

– Еще два часа?!

– Да, к сожалению.

Адриана вытерла мокрый от пота лоб. Любопытства ради она вытащила из носа прозрачные капсулы, которые защищали ее от трупной вони. Чисто. Вокруг все было убрано. Поднялся сильный ледяной ветер, который приятно остужал лицо. Вечер принес с собой прохладу. Дневной зной сейчас представлялся чем-то нереальным. Впереди еще два часа пути, но Адриана знала, что это еще не самое сложное в ее походе. Нужно каким-то образом еще пробраться в ОПНО и устроить побег. Но ничего, она справится. Она не может снова проиграть.

*

Высоченные ворота Мертвого района вырисовывались все отчетливее. Яркая Звезда сегодня особенно хорошо освещала дорогу холодным, тоскливым светом. Адриана даже выключила фонарик, потому что видно было так же хорошо, как днем. Начинал накрапывать легкий дождь. Адриану сковал неловкий страх.

Школьная жизнь Адрианы проходила трудно. У нее была всего одна подруга в классе, которая появлялась лишь в те моменты, когда ей что-нибудь было надо. В средней школе они совсем прекратили общение. Адриана была из тех детей, которым не повезло стать изгоем. Подобное отношение не менялось к ней от школы к школе. Несколько раз ее переводили в разные места, альтернатив уже не осталось.

В такую же ночь, когда Яркая Звезда светила высоко над головой, Адриана возвращалась домой. Уроки закончились поздно вечером, но она не могла не зайти в переулок за школой, где она каждый день кормила бродячую черную кошку. Родители запрещали иметь домашних животных в доме, поэтому забота за бродячей бедняжкой была для нее одной из немногих радостей в жизни. Она неспешным шагом прошла к тупику и положила в белую железную мисочку магазинной нарезанной колбасы. Она немного посидела, ожидая, что кошка придет покушать, но та видно где-то охотилась на голубей среди серых бетонных многоэтажек Старгрома.

Когда Адриана услышала шаги в переулке, она уже поняла, к чему все идет. Она хотела спрятаться, убежать, просто закрыть глаза и стать невидимкой. Она закрыла глаза. Одноклассники ударили ее по лицу чем-то тяжелым. Она почувствовала кровь на губах, на щеке, на брови. Кровь пошла из носа. Еще удар. И еще. Она почувствовала боль в животе. Дыхание сбилось. Ее ударили по животу. Опять по лицу. Полились слезы. Смешались с кровью. Удары посыпались со всех сторон.

Послышался кошачий крик. Один из нападающих закричал. «Сними эту тварь с меня!» – услышала Адриана. «Она меня всего поцарапала!» – сказал тот же голос. Крики кошки смешивались с криками нападающих. Что-то ударилось об стену. Опять удары, но уже не по лежащей девочке. Топот. Адриану опять кто-то ударил по лицу. Скорее всего, ногой. Шаги ускорились. Тишина. Адриана попробовала открыть глаза. Левый не открылся. Кровь залила все лицо. Тело болит. Нельзя подняться. Девочка перевела взгляд чуть выше. У стены лежала мертвая черная кошка. Глаз заливала кровь. Все болит. «Снова ты в жопе, Адриана», – подумала она.

*

Ворота Мертвого района выглядели фантасмагорично. Множество сваренных друг с другом железных листов, которые успели изрядно проржаветь. Адриана немного замедлила шаг, чтобы дать пройти первым Римгрию, который уже с трудом передвигал ноги. Адриана тоже устала, но она собрала волю в кулак. Нужно дойти до сегодняшнего места назначения. И так уже много времени потеряли.

Римгрий подошел к воротам. За ним следом двинулась Адриана.

– Локлибий! – Радостно начал Римгрий. – Внимательнейший привратник и счастливый обладатель самого острого глаза в Старгроме!

– Кто с тобой? – Недоброжелательно спросил охранник у ворот.

– Это наша достопочтенная гостья! Могучая и прекрасная человечья женщина! Адриана Кригер! Дъзхуъс съкиргмеър бъткреъг нъдикриъг въультдъх!

– М, заметано. – Ответил охранник.

Вместо огромных тяжеловесных ворот открылась небольшая калитка, сделанная рядом с ними. Трудно объяснить, зачем было данкликергам строить такие здоровенные врата. Однако факт остается фактом – они здесь были.

Проходя в ворота, Адриана с интересом взглянула на охранника. Это был представитель народа ещадаргов. Если описывать их простым языком, то можно смело сказать, что это были очень высокие (как правило, около двух метров), тонкие, невероятно гибкие ящерицы, стоящие на двух ногах. Несмотря на приверженность к прямохождению, ещадарги могли совершенно спокойно перемещаться, встав на четыре конечности. Помимо этого, они искусные скалолазы и финансисты.

Улицы Мертвого района оказались удивительно многолюдны. По разные стороны улицы стояли лавки красарков, которые учтиво кланялись всем проходящим мимо. Адриане рассказывали плохие вещи про район данкликергов, но, вопреки историям, она не увидела груд мусора, оргий прямо на улицах и домов времен Древесной Эпохи.

Мелкий дождик падал на лужицы, образовывавшиеся на каменной плитке. Фонари обливали проходящих пешеходов теплым оранжевым светом. Адриана никогда не бывала в Мертвом районе, хоть и прожила в Старгроме все свое детство. Родители ей запрещали даже близко подходить к стенам этого района. Но Адриана не слушалась. Она часто прибегала и размышляла о том, что же творится за воротами. Неужели в этом страшном месте живут огромные чудовища, которые едят маленьких детей? Может, ведьмы варят там свои губительные зелья? Или злые духи нашли там свою темную обитель? Этого Адриана не знала. Но, опираясь на истории, которые ей рассказывал отец, она могла смело сказать, что все ее версии имеют право на существование.

Помимо красарков и ещадаргов мимо Римгрия и Адрианы проходили рогардты, ольдейрины, гремзирдры, мрачные льтрунрии враноргели и пугающие гральндгрины, у домов иногда сидели своенравные скьяльбрисы. Порою попадались даже люди.

Спустя десять минут ходьбы по хорошо освященной улице, Римгрий радостно указал на бар «Серебряная вилка».

– Вот он родимый! – Красарк ускорил шал, наполнившись новыми силами. – Ну, наконец-то! Добрались!

Адриана хотела искренне обрадоваться, что они наконец-то добрались до места, где можно восстановить силы. Однако она настолько устала, что ей просто хотелось свалиться на кровать и тут же уснуть. Красарк учтиво открыл дверь, пропуская Адриану вперед.

– Спасибо! – Натянуто улыбнулась Адриана.

В «Серебряной вилке» было относительно немного людей. Гораздо меньше, чем в баре «Гусь в бочке». Путники прошли немного вперед, после чего Римгрий остановился.

– Садись за любой столик. – Сказал красарк. – А я пока сниму две комнаты.

– Только побыстрее, пожалуйста. – Попросила Адриана. – Я валюсь с ног.

Римгрий ушел к барной стойке, а Адриана села за ближайший столик.

Атмосфера бара была очень приятной. Темный интерьер красиво сочетался с теплыми оранжевыми лампами. Деревянные стены были ничуть не пошарпанные, с красивыми узорами. Иногда звенели кубики льда в стаканах с виски. В воздухе витал аромат пахучего растения «хладолюб». Но главную атмосферу задавала красивая и неторопливая востоковерческая песня с грустной и несложной мелодией. Адриана оглядела посетителей бара.

Ее внимание привлекла группа сидящих неподалеку муракьюльдов, которых люди прозвали «трупами». Лысые, тощие и бледные, как мел, они вызывали мурашки по телу. Особенно когда смотрели на тебя своими черными, туманными, непроглядными, как безлунная ночь, глазами без зрачков. Помимо муракьюльдов, столь же пугающим выглядел сидящий в компании пары ещадаргов и людей гральндгрин с дешевой сигаретой во рту. Гральндгрины выглядят, как огромные, 2,5-метровые летучие мыши с массивной челюстью с двумя рядами длинных острых зубов. Когда-то их яркие красные зрачки, выглядывающие из тьмы ночи, наводили ужас на деревенских жителей. Но времена меняются, и гральндгрины стали обычными гражданами государств, в которых живут. Какое-то время их пытались причислить к расе техновампиров, но культура этих двух народов оказалась слишком различной, несмотря на то, что и те, и те были вампирами.

Адриана стала размышлять над всякими смешными и глупыми вещами. Она потеряла счет времени. Лишь когда Римгрий дернул ее за плечо, она поняла, что задремала.

– Финишная прямая, о выносливейшая из человечьих женщин! – Римгрий дал Адриане ключ. – Вверх по лестнице поднимайся. Твоя комната написана на ключе. Я еще улажу кое-какие дела с продовольствием. Не усни в коридоре!

Адриана поблагодарила красарка и, еще немного посидев, поднялась со стула. Пора идти спать. Долгожданный сон.

Девушка поднялась по лестнице, опираясь на перила, и прошла в уютный коридор с деревянными стенами и чистым зеленым ковром, расстеленным вдоль всего пути. На ключе был написан номер «36». Вот черт, это же третий этаж! Опять подниматься. Адриана поднялась еще выше и увидела точно такой же коридор. Первый, второй, третий, четвертый, пятый… шестой. Адриана вставила ключ в замочную скважину, облегченно повернула и открыла дверь.

Комната не отличалась по оформлению от остальной части бара. Те же стены, та же лампа. У стены стоял небольшой шкаф, рядом с которым расположился письменный столик и массивный стул. Адриана бросила свой рюкзак на стол и упала на мягкую кровать с зеленым постельным бельем. Путь оказался гораздо труднее, чем она ожидала. И чем она думала, когда сломя голову бросилась спасать Карзаха? Может, его уже давно расстреляли, чтобы он не занимал лишнюю камеру, а она устроила свой поход ради ничего. Нет. Нет, нет. Это просто усталость берет верх. Раз она взялась за это дело, то она должна его завершить.

Адриана практически впала в полудрему, когда ее опять разбудил какой-то шум. Резко открылась и ударилась о стенку дверь в ее комнату. Адриана тут же открыла глаза и испуганно подскочила, увидев четырех незнакомцев, входящих в ее комнату. Их лица были бледные, а красные зрачки внимательно смотрели на девушку. На их открытых частях тела то тут, то там торчали небольшие стальные проводки и какие-то миниатюрные устройства. На запястьях незнакомцев были завязаны черные повязки с каким-то изображением. Техновампиры.

– Мясо будет барахтаться или пойдет само? – Брезгливо спросил техновампир с зализанными назад черными волосами. Было непонятно, у кого он спросил конкретно – у Адрианы или у своих друзей.

Адриана не могла вымолвить ни слова. Она медленно отходила назад, пока не уперлась в стол. Незнакомцы расслабленно пошли к девушке. От безысходности Адриана схватила массивный стул, который стоял рядом с ней, и метнула в ближайшего нападающего.

– Блять, вот же сука! – Закричал вампир, которому в голову прилетел стул.

Адриана воспользовалась замешательством и тут же ринулась вперед, попытавшись проскочить мимо нападающих. Но первый же по пути вампир, мгновенно среагировав, ударил ее ногой в живот. Адриана согнулась, упав на колени. После этого нападающий тут же ударил ее прикладом пистолета по голове. Темнота.

День 5.

Карзах рассматривал грязный потолок. В окошко камеры пробивался утренний свет. Маленькие, легко различимые в луче Огненной Звезды пылинки танцевали в воздухе. Рейверий безразлично ждал, когда закончится вся тягомотина с допросами, и его, наконец, отправят или в исправительно-трудовой лагерь, или расстреляют.

Уже знакомая железная дверь с грохотом отворилась. Шаги потихоньку нарастали. Опять шел кто-то один. Шел медленно, будто под метроном. Отчеканивал каждый шаг. Наконец, за железными прутьями опять появился Нинтранд со своими большими ветвистыми рогами. В руке у него был маленький деревянный стульчик.

– Доброе утро, Нинтранд. – Холодно поздоровался Карзах.

Сотрудник ОПНО не ответил. Он подошел к камере с небольшой связкой ключей и открыл замок. После этого он спокойно оттолкнул дверь и прошел к Карзаху. Поставил деревянный стул рядом с ним и сел. Карзах поднялся с кровати и сел, протерев сонные глаза.

– Доброе утро, ходячий труп. – Насмешливо поздоровался Нинтранд. – Как ты себя чувствуешь?

– Никак. Хочется поскорее разобраться с формальностями.

– Понимаю. – Взгляд ольдейрина был настолько тяжелый, что Карзах отвел взгляд к окну. – Не советую тебе делать что-нибудь глупое. Не выйдешь отсюда.

– Я в любом случае не выйду.

– Это мы еще посмотрим. Знаешь бармена в заведении «Гусь в бочке»?

– Первый раз слышу.

– Неважно. Не попадайся ему на глаза. И будь готов к тому, что у тебя уже появились враги в городе. Ты воевал на севере, не так ли?

– Да. Я участвовал в боях за Большие Когти. – Карзах оперся спиной о стену.

– Понравилось радушие штургских селянок?

– Ничего подобного я не совершал.

– Ну да, ну да. Расскажи тогда, как оно было там в Больших Когтях.

– Вы же и так все знаете.

– Я сейчас тебя башкой приложу об стену и ты мигом мне начнешь все рассказывать. – Абсолютно спокойно говорил ольдейрин. – Делай то, что я тебе говорю и не зли меня.

Карзах ненадолго замолчал, подбирая слова. Затем он начал свою историю.

*

Это было во Время Гибели, в 2027 году. Снег сковал землю. Потрепанная военная форма не спасала от ледяного северного ветра. Люди умирали от обморожения во время наступательной операции, в ходе которой был захвачен город Большие Когти.

Большие Когти на протяжении долгого периода истории был городом, на который предъявляли претензии государства Песлер и Дользандрия, а также земли от восточного побережья Моря Королей до самого Дома Рогатого Волка. Эту территорию прозвали «Кошачьим хвостом». В 2026 году началась война, продолжавшаяся один год и закончившаяся подписанием мирного договора, по которому Большие Когти перешли во владение Дользандрии. Карзах видел, какую цену платят за победу. Обмороженные трупы, кишки, свисающие с деревьев, моча, дерьмо, вонь горелого мяса, ночные атаки, гибель товарищей, ненависть, отчаяние, ядовитые газы, радость победы и слезы по павшим.

Темным пятном в истории Старой Дользандрии стала добровольческая дивизия «Грифоны». Они прибыли из Горкхтура и сразу отличились, показав свою исключительную боевую эффективность. Грифоны сражались на вершинах и горных тропах Островерхого Хребта успешно обороняя рухнувший участок фронта. Заслуги дивизии в этой битве привели к краху штургского контрнаступления. Дивизия принимала активное участие в бою за Бесслирг, что позволило установить контроль над важными ресурсами. Грифоны участвовали в высадке на Храмовый Остров, где сразились с вражескими силами в суровых условиях зимы, предотвратив высадку противника на берегах Огненной Реки, войдя в нее с моря. В ходе операции «Молния» Грифоны ударили по Большим Когтям, высадившись с регулярными частями дользандрийской армии с моря и обеспечив прорыв фронта. За несколько лет до этого, в 2023 году, Грифоны воевали с мятежным батальоном «Грезники» в Оргерте. Благодаря их отваге и решимости, удалось остановить террористические действия батальона.

Название «Грифоны» стало синонимом отваги и высокого профессионализма. Дивизия славилась своей боевой подготовкой, высоким моральным духом и способностью эффективно действовать в разнообразных условиях. Однако, свои темные дела они всегда умудрялись прятать в тени. Когда войска Дользандрии победно входили в город, Рейверий видел, как грифоны мародерствовали, обирали песлеровцев, насиловали женщин, сжигали и взрывали исторические памятники и убивали всех, кто пытался хоть как-то им воспрепятствовать. Они усердно и крайне успешно контролировали, чтобы их художества не разлетелись по всюду.

Когда город уже был аннексирован, темным морозным вечером сотника Рейверия вызвали в штаб. На улице началась метель. Карзах шел мимо красивых, искусно отделанных домов, сохраняющих единый архитектурный стиль. Фонари отбрасывали мягкий свет. Следы от тысяч сапог быстро замели холодные снежинки. Они цеплялись за подоконники, скамейки. Падали на бороду Карзаха. Заметали его поношенную форму. Становилось очень холодно.

Карзах повернул на одну из улиц и увидел колонну грузовиков. С близлежащих домов выходили солдаты, как осы из ульев. Рейверий слышал крики и плач. Когда он подошел ближе, он увидел, что это Грифоны. Они выносили на руках и выводили за руки детей. Дети упирались, когда Грифоны затаскивали их в кузова грузовиков, но те били их и все равно запихивали внутрь.

Рейверий остановился. Он встал на месте, будто оцепенел. Куда их увозят? Сквозь снег он видел здоровенного солдата одного из редчайших народов Волькрамара. Это был балькрадавринг, или пепельник. У него была голова козла; тело и руки человека; нижняя часть тела и ноги его были козлиные, а вся шерсть была пепельного цвета. Кроме того, кожа была его пепельно-белого цвета, а глаза – красные. Балькрадавринги чаще всего встречаются на территории современной Воли Никларнгов. Пугающие, молчаливые и загадочные балькрадавринги постоянно путешествуют и не могут долго находиться на одном месте. Любят собирать истории и легенды и рассказывать о них другим. Особенно представителям других народов. Но этому балькрадаврингу явно было по барабану на всякие истории. Он нес на плече маленькую скьяльбриссианку с рыжей шерстью, которой было не больше шести лет. Когда пепельник остановился у грузовика, девочка повернула голову и посмотрела на Рейверия своими большими золотыми глазами. Ей было очень страшно. Она не понимала, куда ее несут. Она дрожала. Ее шерсть насквозь промокла от снега. Через несколько секунд солдат пошел дальше, и девочка скрылась за грузовиком. А Карзах продолжил стоять, вглядываюсь в темень. Через несколько минут он пошел дальше, когда услышал звук затвора автомата одного из Грифонов. Намек понят. Автомат Рейверий тоже узнал – трофейный ВТХ – 4 «Сорока».

Штаб временно располагался в здании Министерства Обороны и Планирования Наступательных Операций. Однако у порога его встретило несколько ириахтов, которые провели Карзаха в жилое многоэтажное здание чуть поодаль. Рейверий вошел в многоэтажку и почувствовал странное ощущение. Будто что-то здесь неправильно. Мерзко. Когда он прошелся вперед по коридору, он услышал, что за пошарпанными стенами и закрытыми дверями квартир повсюду слышны крики и грохот. Становилось душно. Снежинки таяли на бороде сотника. По лестнице в конце коридора спустился сам тысячник Грифонов Гонтьюрд Стакерия.

– Молодцы, дользандрийцы, молодцы! – Стакерия похлопал Рейверия по плечу. – Чего хмурной такой? Бабу не нашел? А вот не надо щелкать клювом, всех тут же разбирают! Ну, поди поищи, может кто поделится песлеровской шлюшкой. Только подальше отсюда, хорошо? Этот район – наша добыча.

Стакерия громко засмеялся. Карзах смотрел на него отрешенным взглядом. Снежинки медленно таяли на бровях.

– Что за взгляд на две тысячи ярдов? – Стакерия вытер потный лоб. – Ладно, друг, тебя наверху ждут. Сейчас уладим все дела и продолжим гулянки на улицах Больших Когтей!

Гонтьюрд Стакерия веселым шагом направился на выход. Когда он открыл дверь, в коридор тут же просочилась метель и ледяной ветер. Дверь хлопнула. Закрылась. Снег мгновенно растаял, оставляя мокрые лужицы на ламинате и грязном красном коврике. Рейверий стоял в коридоре. Пора идти.

*

Сам не понимая почему, Карзах рассказал именно этот эпизод. То, что ему запомнилось хорошо. Нинтранд внимательно следил за Карзахом во время рассказа и иногда ухмылялся, будто услышал то, что хотел. Довольный Нинтранд сделал свои выводы.

– Ты обвиняешь Дользандрию в действиях Грифонов?

– Я не посмею, это глупо.

– В каком-то роде, этот вопрос был риторический. Слушай меня, Карзах. Я скоро труп, но на мое счастье появился ты. Я сразу понял, что с тобой можно работать после того, как тебя сюда притащили. Я передам тебе диск. И тебя не должно ебать, что на нем. Просто думай, что на нем порно. Этот диск должен покинуть город. Там тебя сразу отследят и заберут его.

– Что? Почему Вы…

– Я не могу покинуть город, идиот, я скоро умру. А ты не из ОПНО, и у тебя есть хотя бы какой-то шанс отсюда свалить. Просто попади туда, где появится сеть. И самое главное: пока ты был в отключке, я ввел тебе в организм миниатюрное устройство. Коротко говоря, оно тебя прикончит, если диск отдалится от тебя на большое расстояние, при попытке копирования или уничтожения информации и нескольких других условий, которые добропорядочному человеку в голову не придут.

Карзах молчал. Он не знал, что ответить. Запястье Нинтранда практически полностью оплела «Цепь». Агент ОПНО поднялся и взял в руку свой деревянный стул и ушел, закрыв за собой замок. Шаги медленно удалялись. Железная дверь в конце коридора с грохотом отворилась и тут же закрылась. Снова. Сколько еще это будет продолжаться. Карзах надеялся, что это была их последняя встреча. Это была проверка? У Нинтранда есть все, чтобы отправить Рейверия прямиком на расстрел. Чего же он медлит?

*

Адриана вышла из школы с равнодушным видом. Наступать на сухие листья, наслаждаясь их хрустом, было куда приятнее, чем выслушивать крики Вольдерда Шойтаха. По дороге мимо Адрианы проскакивали машины самых разных марок: дорогущие «Исвали» и «Зетрауды», рабочие лошадки «Дольптры» и более дешевые «Дазали», «Гудеи» и «Венолды».

Адриана немного постояла у школы, дожидаясь родителей. Однако она очень быстро устала от этого дела. Ведь ничего не случится, если она немного погуляет со своей подругой Скелькой и позвонит родителям из телефонной будки?

Адриана очень любила дождь, и часто гуляла, не открывая свой черный зонтик, который ее всегда заставляли носить родители. Скелька жила недалеко от школы и часто помогала Адриане делать домашнее задание по математике, потому что вторая принципиально отказывалась слушать Вольдерда.

Многоэтажке, в которой жила подруга, давно требовался капитальный ремонт, но Администрация Города настойчиво отрицал данную необходимость. Адриана не знала за кем правда, но ее папа всегда говорил про Администрацию очень много нехороших слов.

Скелька сидела на скамейке у подъезда.

– Адриана! Привет! – Радостно крикнула подруга.

– Здорово! – с улыбкой ответила Адриана.

– В парк?

– Та куда угодно.

Девочки прогуляли практически до вечера. Огненная Звезда медленно скрывалась за горизонтом, оставляя лишь багровые закатные лучи, которые отражались в парковом озерце. По слухам, тоннель, накрепко закрытый решеткой, который расположен на дальнем краю озера, вел в небольшой лес за городом.

Адриана и Скелька сидели рядом с другом на песчаном берегу. Людей становилось все меньше. Все спешили домой, чтобы приготовиться к новому рабочему дню.

– Уже прохладно. – Грустно сказала Скелька, смотря на воду.

– Этот старый хрыч опять на меня орал. – Адриана кинула камень в воду.

– Забей на этого мудака. – Адриана ухмыльнулась.

– Зря мы на мокром песке сидим.

– Да ладно тебе, нюня. Дождя нет, а жопа твоя высохнет.

– И то верно.

– Ага.

Голова разрывалась от боли. Туманные силуэты медленно сходились в нечто более четкое. У Адрианы все плыло перед глазами, когда она пыталась сфокусироваться. Зрение постепенно возвращалось. В ушах гудело.

Девушка поняла, что сидит в клетке для животных. Вокруг все хорошо освещено. Наверху висят лампы. Очень сыро. Кирпичные стены, грязный пошарпанный бетонный пол, повсюду плесень. Это определенно какой-то подвал. Но что самое главное, рядом с ней стояли еще десятки таких же клеток. С людьми.

В конце комнаты была деревянная дверь. Над ней висело большое черное полотно, уменьшенные копии которого, похоже, были завязаны на запястьях тех вампиров. На этом полотне, в середине, был изображен красный человек в позе эмбриона. Его руки и ноги были в кандалах. Справа, в клетке, сидел какой-то грязный старик со здоровенной бородой. Адриана прочистила горло и заговорила с ним.

– Эй, старик! – Начала она.

– М, проснулась. – Хмуро ответил дед.

– Где мы, блять, находимся?

– Какая разница? – Старик глубоко вздохнул. – Мы сидим в клетках для скота. Можешь быть уверена, что ничего хорошего нас не ждет.

– Ты вообще знаешь, где мы?

– У вампиров. – Буркнул дед.

Адриана вопросительно смотрела на мужчину.

– Ладно. – Неохотно продолжил старик. – Я тут около недели сижу. Меня, как и всех, поймали вампиры. Я бродил по Северному району, когда вдруг все потемнело. Очухался, а уже тут. Не знаю, где мы точно, но мы тут мясо для техновампиров. Отсюда каждый день выводят людей. Ясен пень, они не возвращаются. Зато регулярно сюда новых людей притаскивают.

У Адрианы бешено заколотилось сердце. Еще не хватало ей стать блюдом для кровососов.

– Суки, и что нам делать?! – Безысходно спросила девушка.

– Что делать? – Старик болезненно ухмыльнулся. – Жри, когда еду приносят. Спи, если сидеть скучно. А главное, жди своей очереди. Ты молодая, кровь хорошая. Тебя быстро уплетут какие-нибудь богатые кровососы. Ну, или сиди и думай о жизни.

Адриана хотела было спросить что-то еще, но дед отвернулся и лег на бетонный пол, ясно показывая, что ему не хочется больше продолжать разговор.

Вокруг сидело полно людей самых разных возрастов и комплекций. Были даже клетки, в которые засунули несколько человек сразу. Адриана истерично засмеялась от безысходности. Замок на деревянной двери загрохотал. Дверь открылась. В комнату вошло два техновампира в знакомой одежде и со знакомыми черными повязками на запястьях. Они медленно шагали мимо клеток, внимательно смотря на каждого пленника. Они дошли до Адрианы. Вампир смотрел в ее глаза своими леденящими душу красными зрачками. Потом внимательно оглядел ее тело. Несмотря на то, что Адриана была в своей одежде, она чувствовала себя голой под таким взглядом. Вампир посмотрел еще немного. И пошел дальше. Пронесло. Сегодня не ее заказали на обед.

Прошло еще несколько минут полной тишины. Животный страх витал в воздухе. Наконец, дверца одной из клеток заскрипела, и, как можно было судить по голосу, молодой парень истошно закричал. «Суки! Ублюдки! Отвалите от меня! Пустите меня! Прошу вас! Отпустите меня! Умоляю! Пожалуйста!» – кричал парень, когда его чуть ли не тащили на руках к выходу. Он брыкался, бил ногами, сопротивлялся, но техновампиры держали его железной хваткой. Его вытащили из комнаты с клетками. Мелькнувший в коридоре вампир захлопнул дверь и закрыл ее на замок. Адриана облегченно выдохнула. Ей очень хотелось есть. Вчера они перекусили с Римгрием во время дороги, но сейчас у Адрианы сводило желудок от голода. Когда же их будут кормить. Но самый важный вопрос оставался глубоко в подсознании. Как ей, черт возьми, отсюда выбраться?

*

Громкий стук по решетке разбудил Рейверия. Он резко открыл глаза, пытаясь понять, кто он, и где он находится. Он с непонимающим видом смотрел на сотрудников ОПНО. Кто это такие? Он все вспомнил. Ленграна, Старгром, трупы, ОПНО. В маленьком окошке царил вечер. Уже темнеет. Как это он так проспал весь день?

– Пора, Карзах. – Заговорил Нинтранд.

– Я устал от этих допросов. – Сонно сказал Карзах.

– Допросов больше не будет. Пора встретиться с Богами.

Вот же мерзавец. В любом случае, Карзаху было плевать. Он знал, во что это все выльется. Карзах поднялся с кровати и со слегка поднятой головой подошел к выходу из камеры.

– Ольманд. – Нинтранд многозначительно посмотрел на товарища. Нервный молодой человек, который регулярно стоял в комнате допросов рядом с Нинтрандом, подошел к Карзаху. Рейверий развернулся. Ольманд надел на него наручники.

Нинтранд махнул рукой, и все трое пошли к выходу. Снова эта железная дверь. Несколько раз Карзах проходил ее. Когда его водили на допросы. Вот и конец. Пугающая дверь уже не казалась такой жуткой. Карзах шел очень отрешенно. Все это казалось просто сном. Казалось, будто это еще одна его история с плохим концом. Но он идет сейчас, в данный момент. И его последние годы пройдут в исправительно-трудовом лагере Старгрома.

Рейверий плохо запомнил, как они проходили маленькие бюрократические кабинеты, как проходили большой зал с портретами местных глав ОПНО, Верховного Главы ОПНО, руководителей Министерств, и, конечно, портрета Великого и Всемудрого Лидера.

Карзах не помнил, как прошел через двойные двери здания ОПНО и оказался на улице. Все, что он помнил, так это то, как его засунули в кузов огромного железного грузовика и сняли с него наручники. Грузовик двинулся. Карзах остался совсем один в полной тьме. Он сел, не думая ни о чем.

*

Карзах потерял ощущение времени. Лишь постоянно встречающиеся на пути грузовика колдобины встряхивали сознание Карзаха. Куда привела его жизнь? Он пытался заглушить боль дешевым пойлом, но и алкоголь не принес ему желанного забвения. Или просто смерти. Никто не может сказать, сколько часов он просидел в кузове грузовика, но, наконец, машина остановилась. Приехали. Новый дом. Двери кузова открылись. Перед ним стоял сотрудник ОПНО.

– Выходи, Карзах. – Сказал Нинтранд. Да, точно, это был Нинтранд.

Рейверий медленно пошел на выход. Он спрыгнул с грузовика и огляделся. Они стояли посреди дороги. Пустынно. Только вдалеке стояла какая-то военная застава. По правой стороне возвышалась Администрация Города. Однако ничего похожего на исправительно-трудовой лагерь Карзах не видел. И колючей проволоки нет. Рейверий непонимающе взглянул на Нинтранда.

– Пора тебе немножко поработать на заморских друзей. – Сказал Лорбурт и положил в карман Карзаха диск. – Залезай, смертник.

У Рейверия проскользнула улыбка. Снова смерть проебалась. Карзах с Нинтрандом запрыгнули в кабину грузовика, и ольдейрин начал движение вперед по дороге.

– А где второй? – Спросил Карзах.

– Высадил его немножко пораньше.

– Вас теперь раскроют.

– Да и черт с ним.

– Куда мы направляемся?

– К Мертвому району. Но я тебя высажу где-то у «Спешки». У грузовиков исправительно-трудового лагеря только один маршрут. Вояки поймут, в чем дело, как только завидят нас издалека.

– Можно же проехать не по основной улице?

– Грузовик слишком огромен.

– Нас не пристрелят?

– Не должны. Броня тут крепкая, стекла пуленепробиваемые.

Какое-то время они ехали в тишине. Лишь мотор ревел, приводя в движение огромную железную машину.

– Неужели никаких конвоев не отправляют с такими машинами?

– До эпидемии отправляли, а сейчас то что. Треть города осталась. Ни ресурсов нет на конвои, ни желания у начальства. Кто тут будет на грузовики с заключенными нападать.

– Всякое бывает.

– Не всякое.

Грузовик неспешно приближался к военной заставе, которая уже изрядно нервничала, пуская на приближающуюся машину лучи прожекторов. Вдалеке послышалось невнятное «Приказываю остановиться!», которое Карзах разобрал только после шестого повторения. Нинтранд, похоже, не собирался останавливаться. Более того, чем ближе грузовик был к заставе, тем сильнее разгонялся ольдейрин.

«Мы открываем огонь на поражение!» – сказал командир заставы в рупор, и грузовик ощутил на себе длинные автоматные и пулеметные очереди. Можно сказать, что беглецам повезло: военные совершенно не ожидали подобного события, и все, чем они могли напугать железную махину – это пулеметы и автоматы. Ольдейрин был прав. Все это оружие оставляло лишь царапины, а пуленепробиваемые стекла спокойно сдерживали на себе залпы. Нинтранд разогнал машину на полную скорость.

Военные разбегались в разные стороны, когда грузовик летел в решетчатые ворота. Мгновение. Удар. Военные остались позади. Машина пробила ворота. Нинтранд стал потихоньку сбавлять скорость.

– Не догонят. – С улыбкой сказал Лорбурт.

– Ну и дела. – Карзах облегченно выдохнул.

– Впереди еще несколько застав.

– Скорее всего, они уже знают о том, что мы едем.

– На заставах нет военной техники.

– А у Администрации?

– Они нас не настигнут раньше «Спешки». – Нинтранд нахмурился. – У руководства Администрации кишка тонка, чтобы оставлять себя без броневиков. Пока они опомнятся, мы уже будем далеко.

– Очень на это надеюсь.

Карзах не заметил, что уснул. Лишь новая порция пуль по грузовику разбудила глубокой ночью.

– Мы на подъезде к «спешке», Карзах. – Громко говорил Нинтранд.

– Мы что, уже все заставы миновали? – Кричал Карзах в ответ.

– Нам повезло. Военных тоже «Цепь» еще потихоньку косит. У них людей не хватает, большинство перевели на защиту Администрации. Последний рывок, Карзах.

Рейверий сгруппировался. Нинтранд снова вдавил педаль в пол, чтобы на всей скорости влететь в хрупкие решетчатые ворота. Железный зверь разогнался, словно бык. У Карзаха застучало в висках. Снова удар. Ворота поддались.

– Мать твою! – Закричал Лорбурт, резко поворачивая руль. Карзах ударился головой об стекло. Когда он сфокусировал свой взгляд, он увидел в окне бронетранспортер А – 87 «Барсук», стоявший прямо на трехстороннем перекрестке. Нинтранд резко повернул вправо. Броневик открыл огонь по грузовику бронебойными снарядами. Обшивка заскрежетала. Грузовик съехал с дороги. Нинтранд всеми силами пытался вернуть контроль над машиной. Броневик продолжал огонь, превращая грузовик в решето. «Блять, Нинтранд! Канал!» – заорал Карзах. Спустя мгновение огромная железная махина полетела вниз в бездну. Машина билась о стены, сдирая большие куски бетона, которые так же летели вниз. Кто знает, что было бы с Карзахом, если бы здесь было бы столь же глубоко, как у въезда в город. Грузовик рухнул вниз.

У Рейверия гудело в ушах. В глазах туман. Свет то появляется, то угасает. Надо собраться. Карзах повернул голову налево и увидел тяжело дышащего Нинтранда.

– Идти можешь? Нинтранд! Нинтранд, соберись! – Карзах тряс Лорбурта за плечо.

«Они внизу! Шевелитесь!» – кричали наверху.

– Ну же, Нинтранд! – Карзах, попытался вылезти из грузовика, чтобы вытащить ольдейрина, но Лорбурт схватил его за руку.

– Карзах, диск должен покинуть город. – Нинтранд достал из бардачка пистолет Ольманда и протянул его Рейверию. – Не справишься или решишь меня кинуть – ты труп.

Карзах нерешительно взял пистолет и, собрав волю в кулак, ответил.

– Увидимся в аду.

– И вот, самое главное. – Нинтранд передал Рейверию надежно упакованную, небольшую стопку документов. – Скорее, беги в ту сторону до конца. Там ворота в Мертвый район. Передай охраннику один из этих документов, сам разберешься какой.

Нинтранд, более ничего не слушая, достал свой личный пистолет и вылез из грузовика, заняв укрытие. Скоро сюда спустятся военные. Карзах вышел из кабины грузовика, и, что есть силы, побежал к воротам Мертвого района. Он теперь чувствовал себя не только неудачником, но и предателем.

*

Адриана проснулась от какого-то шума. Будто что-то скреблось за кирпичной стенкой позади клетки, в которой она сидела. Хотя бы есть уже не хотелось. Узников покормили поздно вечером наваристой кашей из какой-то непонятной крупы. Похоже, люди должны хорошо кушать, чтобы быть вкусными для вампиров.

Что-то явно скреблось за стеной. Адриана затаила дыхание, смотря в место, откуда доносится шум. Лампы тускло освещали комнату. Спустя несколько минут кто-то по другую сторону стены вытащил кирпич. Затем второй, третий. Через время в стене образовалось небольшое отверстие. Из дыры в стене неожиданно вылез ловкий скьяльбрис. Если совсем просто охарактеризовать расу скьяльбрисов, то можно смело назвать их прямоходящими котами, выросшими с человеческий рост. Тощие, ловкие и бунтарски настроенные скьяльбрисы часто попадают в различного рода неприятные ситуации и втягиваются в какую-нибудь авантюру.

Пока Адриана пыталась осознать увиденное, рыжий скьяльбрис в потрепанной футболке и джинсах ловко перелез через ее клетку и спрыгнул рядом с дверцей.

– Доброй ночи, девушка! Свободны? – Промурчал скьяльбрис и немедленно начал взламывать замок на дверце клетки.

– Вы… Вы кто? – Удивленно спросила Адриана.

– Тише, не отвлекай. – Вполголоса сказал кот.

– Это ты там какого хрена делаешь? – Проснулся старик.

– Замолкни, старый. – Буркнул скьяльбрис.

Через минуту замок рухнул на пол. Кот радостно подпрыгнул и совершенно бесшумно приземлился на две лапы. А потом достал большую фляжку и сделал несколько глотков чего-то спиртного. Адриана вылезла из клетки, нетвердо стоя на ногах.

– Прогуляетесь со мной этим вечерком? – Скьяльбрис хихикнул.

– Кто Вы такой? – Спросила девушка.

– Рэйнер Катцеманн к Вашим услугам. Но сейчас не время для любезностей. Погнали отсюда.

– Э, слышь! – Громко заговорил дед. – Жопа мохнатая! Если ты меня отсюда не вытащишь, я заору!

– Старый, сиди и не рыпайся! – Ответил Рэйнер. – Дольше проживешь.

Адриана решила не ввязываться в разговор. Она не хотела лицемерничать, что ей не плевать на этого деда. Она хотела немедленно сообщить об этом подвале властям. Но потом. Сейчас хочется вылезти, как можно скорее. Рэйнер и Адриана полезли на клетку.

– Охрана! Охрана! – Завопил старик. – Убегают! Убегают! Да где ж вы, черт возьми! Побег!

– Гнида старая! – Злостно закричал скьяльбрис. – Чтоб ты подох в этой клетке!

Не успели беглецы опомниться, как через несколько мгновений в комнату влетел техновампир, вытаскивая пистолет на ходу.

– Сука! – Рэйнер сделал рывок и ловко прыгнул в небольшой проход между клетками, прячась за пленниками. Адриана сначала пробежала чуть вперед к вампиру, рассчитывая взять его врасплох, но тут же передумала и ринулась обратно. Однако она тут же упала из-за того, что кто-то схватил ее за ногу.

– Я ее держу, господин вампир! – Орал старик. – Держу ее мертвой хваткой! Ловите ее!

Вампир прицелился в упавшую девушку. Однако откуда-то из-за клеток громыхнул выстрел, и пуля, пролетев мимо головы бандита, влетела в стенку. Техновампир ринулся в укрытие за дверь, спустив курок на ходу. Пуля вампира угодила в руку старика. Дед истошно завопил самыми грязными ругательствами.

Скьяльбрис сделал несколько ловких прыжков и оказался практически у выхода. Рэйнер мгновенно нацелил пистолет на проход, но вампир не уступил коту в реакции и молниеносности действий. Он в мгновение ока выглянул из-за укрытия и, сделав выстрел наугад, попал скьяльбрису куда-то в плечо. Рэйнер упал на спину. Его пистолет отлетел практически к ногам Адрианы. Вампир быстрым и уверенным шагом пошел к коту.

Адриана стояла в шоке, пытаясь на инстинктивном уровне понять, что ей делать. И все-таки инстинкты сработали. Едва вампир наставил пистолет для контрольного выстрела в голову коту, Адриана, ведя огонь с колена, выпустила в него всю пистолетную обойму. Техновампир упал замертво, издавая предсмертные хрипы.

Адриана подбежала к Рэйнеру и помогла ему подняться.

– Не бойтесь, девушка, не впервой. – Процедил сквозь зубы кот и сделал глоток из фляжки. – Все хорошо. Скорей, сейчас все вампиры подтянутся.

Скьяльбрис подбежал к клетке и спокойно залез на нее, используя всего одну руку. Адриана полезла за ним, выполняя те же самые действия гораздо дольше. Вдалеке послышался топот.

– Давай, давай, Адриана, двигай! – Рэйнер подал руку девушке и помог залезть на клетку.

Беглецы рывком пробежали к стенке. Несколько пуль пролетело мимо них. Несколько вампиров забежали в комнату и начали пальбу, нередко попадая в пленников. Адриана и Рэйнер спрыгнули с клетки, и под огнем вампиров пролезли в дыру в стене.

– Руку давай! – Скьяльбрис, пролезший первым, схватил девушку за руку и вытянул из комнаты для пленников.

– Перевязать надо плечо! – Сказала Адриана, пока пыталась отдышаться.

– Не время, погнали отсюда! Держи фонарь!

Адриана бежала за Рэйнером по длинным и низким коридорам, которые привели их в канализацию. Вперед. Налево. Направо. Опять направо. Налево. Адриана совсем затерялась в этом лабиринте. Несмотря на свое ранение, скьяльбрис очень легко бежал. Очевидным его преимуществом было то, что он хорошо видел в темноте. Девушка с трудом успевала за котом, задыхаясь. Ей приходилось постоянно светить себе под ноги фонарем. Наконец, вдалеке показалась лестница наверх. Кот прыгнул с разбегу и полез вверх, быстро перебирая ногами и одной рукой. Адриана полезла за ним на исходе сил. Ближе к самому верху, у нее соскочила нога, и она чуть не полетела вниз.

Беглецы вылезли в подвале какого-то здания. Все было старым и потрепанным. Повсюду висела паутина. Сама комната была загромождена различной деревянной мебелью и барахлом. Скьяльбрис сел на деревянный стол и снял свой небольшой рюкзак.

– Не бойся, у меня все есть. – Спокойно сказал кот, и вытащил спирглюрин, кальдазремерин, винольбридин и остальное необходимое для перевязки.

Отойдя от шока, Адриана вырвала весь свой ужин.

– Ни в кого не стреляла раньше?

Адриану слегка пошатывала. Она дрожала. По лбу стекал пот.

– Нет. – С трудом ответила она.

– Поздравляю с потерей невинности. – Скьяльбрис хихикнул.

– Это не смешно.

– Девочка, если ты будешь так волноваться по поводу каждого маньяка, который хочет тебя скушать, то ты тут точно не проживешь до дня, когда город снова откроют.

Адриана не ответила. Ей сейчас было очень нехорошо.

*

Раннее утро было прохладным. Сорока прыгала по подоконнику, стараясь найти взглядом на кухонном столе что-нибудь съестное или блестящее. Форточка хлопала от сильного ветра, приходящего с улицы.

Сегодня Карзах проснулся очень рано. Несколько раз ночью он подскакивал из-за кошмаров. В глубине души он очень волновался. Но почему? Дом построен, соседи хорошие, на жизнь хватает, семья дружная. Рейверий не мог ответить сам себе на этот вопрос.

Аппетита не было. Завтрак совершенно не лез в горло.

– Что-то случилось, дорогой? – Спросила Ледейра.

– Ничего не случилось. Не выспался. – Глухо ответил Карзах.

– Я слышала, как ты вставал ночью. Я тебя спросила насчет дурных снов, но ты не ответил.

– Я не знаю, почему так. Наверное, я просто не привык радоваться.

Ледейра обняла мужа.

– Не волнуйся. В своей комнате спит твой сын. И я рядом. Мы тебя очень любим. Дом достроили. Мы наконец-то можем вздохнуть спокойно!

– Ты права. – Карзах улыбнулся.

Но на душе у мужа все равно было неспокойно. Не может быть все так хорошо. Не может. Сидя и думая над тем, что же его так тревожит, Карзах медленно составлял нить своих сомнений. Он сидел за столом и размышлял. Когда в дверь позвонили, он понял. Он все понял. Но было уже поздно.

Гремзирдр, охранявший ворота, внимательно читал записку. Нинтранд все собрал заранее. Самым первым документом, который Карзах увидел в стопке, было письмо, на котором было написано что-то на данкликергском, а ниже на мировом языке: «Охраннику у ворот Мертвого района».

– Оърдъи пърхтыър нъгусът. Лъьоктръа оънтулисъм. Къприък Гъхуъф. – Сказал на данкликергском гремзирдр, и небольшая дверь рядом с воротами отворилась.

У Карзаха отказывали ноги. Он очень долго бежал, стараясь оторваться от военных как можно дальше, прежде чем Нинтранд сдаст позиции. Канал казался бесконечным. Лишь когда наверху показались массивные ворота района данкликергов, в груди Карзаха вновь загорелась надежда. Вот они! Спасение! Рейверий остановился, озираясь по сторонам. По левую сторону находилась калитка. Закрыто. Карзах достал пистолет ШН – 479 «Ножовка» фирмы «Горквин», который ему отдал Нинтранд. Хороший пистолет с коротким стволом, удобный в ближнем бою, быстрая скорострельность, однако с малой точностью на больших расстояниях. Карзах сделал несколько выстрелов, сбив замки. Дорога открылась. Ворота были уже перед глазами.

Улицы Мертвого района казались чем-то невозможным после бетонного тоннеля. Сердце все еще скакало в груди. Карзах вытер мокрый лоб. Пот стекал по спине, и Рейверий ощущал неприятные капли под рубашкой. По ночам стало достаточно холодно. На вопрос Карзаха о том, где он может остановиться на ночь, все местные отвечали одинаково: бар «Серебряная вилка». Как оказалось, он располагался совсем недалеко и был, по сути, самым первым баром, который встретит путник, вошедший в район с северных или восточных ворот.

Карзах вошел в столь известный бар. Людно. Похоже, этой ночью все данкликерги решили попить масляного пива. Карзах сел на стул, который стоял у барной стойки.

– Чего пить будем? – Спросил ольдейрин-бармен с натянутой улыбкой. Его карие оленьи глаза внимательно следили за человеком.

– Коньяк. Что у Вас по ценам сегодня? – Поинтересовался Рейверий.

– Сегодня большие скидки, наливаем за полцены. – Бармен налил Карзаху коньяку.

– В честь какого праздника?

– Нашего праздника. В честь дня «Кровавых лепестков». – Ольдейрин искренне улыбнулся.

Все ясно. Нацист. «Кровавыми лепестками» называла себя жестокая террористическая группировка, собранная исключительно из красарков. Несколько лет они передвигались по городу с помощью канализационных тоннелей. На счету этой группировки тысячи убитых людей, сотня сожжённых домов и несколько ограбленных банков. Излюбленным методом устрашения у «Кровавых лепестков» было поймать человеческую семью, чтобы на следующий день люди увидели их повешенными на собственных кишках на фонаре или каком-нибудь дереве недалеко от Администрации. В том числе был убит глава Администрации Города Улькир Велонбриндер. Несколько месяцев тысячник Гальтард Сойтрем воевал с красарками в канализационных тоннелях, теряя солдат от вражеских ловушек, засад и хитростей. Канализация превратилась в масштабное поле боя красарков и военных самых различных народов. Война закончилась полной ликвидацией террористической группировки. Зверства «Кровавых лепестков» вызывали ужас даже у многих данкликергов. Лишь крайне националистически настроенные представители данкликергов собирались в 31 день Периода Сомнений, чтобы выпить в их честь.

Карзаху было плевать на пытающегося его уязвить бармена. Ему хотелось выпить, поесть и лечь спать.

– Притащи консервированную говядину. – Сказал Рейверий, сделав глоток.

– Сию минуту.

Ольдейрин отошел и завязал разговор с официанткой. Карзах чувствовал пульсирующую боль в ногах. Он давно не бегал так много. Коньяк приятно разливался по телу, принося покой и, главное, уют даже в такой враждебной к нему обстановке.

Не успел бармен вернуться, как Карзаха кто-то обдал сзади пивом. Поднялся гогот. «Ну, конечно. – Подумал Карзах. – Отдохнул я после дороги». Рейверий, устало вздохнув, повернулся на барной табуретке. Перед ним оказался еле стоящий на ногах, бухой в стельку ещадарг.

– Иънкър! – Сказало пьяное быдло. – Пътрохът въиндликеръг гътуъл гъньярсмаър къхаът лъринкър шътагцът!

– Слушай, парень, проспись, ты пере…

Не успел Карзах закончить, как ему в лицо прилетел удар пьяницы. Рейверий упал с табуретки, схватившись за затылок. Ударился об стойку. Почему ни один день в Старгроме не может пройти спокойно? Карзах быстро поднялся и успел заблокировать неуклюжий удар пьяного ещадарга. Сразу после этого Карзах схватил барную табуретку и с размаху ударил ею рептилию в грудь. Ещадарг с отрешенными глазами рухнул на пол. Переставшие гоготать друзья пьяницы стали неуверенно подниматься из-за столиков и двигаться по направлению к Карзаху. Не устраивать же пальбу в питейном заведении? Или устраивать?

Не успел Рейверий окончательно решиться, как с лестницы, ведущей в комнаты, громыхнул выстрел, и пуля попала в потолок.

– Так, ребята, расходимся отсюда нахер! – Кричали с лестницы.

К барной стойке быстрым шагом прошел рогардт с дробовиком ЭЦ – 275 «Пружина» наготове. Старый дробовик фирмы «Сиворга» с классическим внешним видом с деревянным прикладом. Его особенностью является механизм "Пружина", который обеспечивает увеличенную дальность стрельбы.

– Господа, или мы пьем, или я отстреливаю вам яйца, и вы отсюда убираетесь ко всем херам! – Кричал рогардт.

Заряженное ружье произвело впечатление на друзей перебравшего ещадарга. Посетители бара неохотно вернулись на свои места. Вновь зазвенели стаканы, и бар наполнился бессвязными пьяными разговорами.

Карзах сел обратно за барную стойку. К нему присоединился спасший его рогардт.

– Несгерт Манкердий. – Рогардт протянул руку.

– Карзах. Карзах Рейверий. – Человек пожал руку.

Карзах сразу посмотрел на две пары рогов рогардта. Три кольца из эно-стали. Военный. Бармен подошел к сидящим и чуть ли не швырнул банку с консервами Рейверию.

– Не лучший день для того, чтобы выходить на улицу. – Продолжил Несгерт и закончил фразу множеством грязных ругательств.

– Выбора нет. – Карзах сделал глоток коньяка.

– Что ты ищешь в этом баре, человек?

– Чувствую, что уже ничего.

– И правильно чувствуешь. Отсюда постоянно люди пропадают. Все просто сидят, пьют, а у них на глазах из комнат виндликергов техновампиры выносят.

– В смысле выносят?

– В прямом. Вот недавно девчонку какую-то вытащили из комнаты и понесли. А она у них, мать его, без сознания на руках висит. Кожанка у нее еще такая была. Точно не дользандрийского производства.

– Подожди, подожди. Как выглядела девчонка?

– Ну, блондинка такая с длинными волосами, в джинсах была. Я ее лица не видел. Ее какой-то красарк привел, который с этими вампирами еще общался перед тем, как ее вынесли.

Карзах был почти уверен, что это Адриана, хоть и совершенно не знал, где она и что сейчас делает. Худшим вариантом сейчас было бы вернуться в квартиру, где его могли запросто поймать военные или сотрудники ОПНО. А если это правда Адриана? Да даже если и не она, что за чертовщина тут творится? Рейверий не мог покинуть Мертвый район. Данкликерги были единственными, кто мог обороняться от военных.

Карзах понимал одно – разговорами вся эта история не обойдется. Если он сейчас ввяжется в дело с пропавшими людьми, то ему придется открыть свою темную сторону. Рейверий не знал, как ему поступить. Он уже не мог точно сказать, что правильно, а что нет. Сейчас ему точно не хотелось об этом задумываться. Девчонкой могла оказаться Адриана. Она оставалась для Карзаха единственным знакомым человеком в этом городе. Не сидеть же, сложа руки.

– Ну, ладно. – Еле слышно сказал Карзах. – Война, так война.

Рейверий выпрямился в полный рост и прошел за барную стойку.

– Какого хрена ты делаешь?! – Возмутился бармен.

Карзах в мгновение ока нанес удар кулаком ольдейрину в живот, отчего тот согнулся. Человек схватил бармена за рог и потянул на себя, прижимая оленью голову ногой к полу. Ольдейрин завопил от страха и боли.

– Как тебя зовут? – Спросил Карзах.

– Ты что, конченый?! Да тебя сейчас разорвут на части все, кто…

Карзах снова потянул за рог. Бар наполнили крики бармена.

Данкликерги не обращали никакого внимания на нападение на ольдейрина. Обычная барная потасовка. Все сидели, пили пиво, поедали бесплатные закуски. Лишь Несгерт с интересом наблюдал за допросом.

– Звать как? – Повторил Карзах.

– Лькарий! – процедил плачущий ольдейрин.

Карзаха учили, как допрашивать представителя каждого народа. Он знал, что если ольдейрин сломает свои ветвистые рога, то он станет никем для своих собратьев. Такой ольдейрин потеряет всех друзей, и никто не взглянет на него с любовным интересом. Он станет позором семьи и изгоем для представителей своего народа. На этом Рейверий и сыграл. А еще он сыграл на абсолютной безучастности его друзей, пьющих за «Кровавых лепестков».

– Слушай, Лькарий. – Продолжил Карзах. – Ты владелец бара. Расскажи мне, какими мутными делами ты с вампирами занимаешься.

– Какие вампиры? Что ты несешь?

Карзах со всей силы дернул рог на себя, отчего тот сломался практически у самого основания. Ольдейрин закричал от боли и безысходности. Рейверий приставил острый конец рога к шее Лькария.

– Я очень советую тебе рассказать все сейчас. – Карзах взглянул на оставшийся у Лькария один рог. – У тебя еще есть шанс не стать изгоем для своих. Рассказывай мне все как есть, и можешь дальше пить с этими придурками за здоровье своих кумиров.

– Хорошо, хорошо, ладно! – Сквозь слезы проговорил ольдейрин. – Что тебе надо от меня?

– Люди пропадают из твоего бара. Недавно вампиры вынесли девушку. Что у тебя за дела с вампирами?

– Я всего лишь предоставил им место. – Лькарий закрыл глаза, собираясь с мыслями. Эти техновампиры зовут себя «Братством кандалов». Они собирают людей для каких-то ресторанов, в которых вампиры могут насладиться человеческой кровью.

– Техновампиры же перешли на кровь животных. У них запрещено законом пить человеческую кровь.

– Да, но богатые вампиры могут себе позволить такой деликатес. У них есть специальные группировки, которые собирают людей для таких ресторанов.

– Это поддерживается лидерами Вампирского района?

– Нет, конечно! Это незаконные группировки. А в рестораны, насколько я знаю, пускают только проверенных вампиров.

– В какие рестораны выносят людей из твоего бара?

– Только в один! У каждого такого ресторана своя собственная группировка.

– Где находится ресторан, с которым ты сотрудничаешь?

– Я не знаю, клянусь! Вампиры не рассказывали! Они все равно не пускают нас в их район!

– Советую подумать. – Карзах потянул за второй рог.

– Клянусь всеми центральноверскими богами, что не знаю! Я клянусь, клянусь! – Завопил Лькарий. – Я им только место дал, где они людей берут! Я никого не трогал! Они сами приходят и все делают! Как же им отказать! Они же меня тогда убьют и просто-напросто другой бар найдут!

Карзах задумчиво вздохнул.

– Ну ты даешь, мать твою! – С удивленной улыбкой сказал Несгерт.

Рейверий взглянул на лежащего бармена.

– Выродок. – Карзах откинул рог ольдейрина, сплюнул и ушел из-за барной стойки.

– Вот дела творятся. – Задумчиво сказал Несгерт.

– Къприък Гъхуъф, о сильнейший из человеческих воинов! – Сказал подошедший к барной стойке красарк.

– Что тебе, красарк? – Устало спросил Карзах.

– Надеюсь, не воспримешь ты за посягательство на твою великую тайну, но услышал я весь твой разговор с этим мерзавцем, о защитник людей!

– Весь бар слышал нас.

– А я слышал лучше всех!

– Послушай. – Нервно сказал Карзах. – Или по делу говори, или иди своей дорогой, мне сейчас не до любезностей и разговоров ни о чем.

– Не гневайся, могучий воитель, я знаю, что ты хочешь найти, а, самое главное, знаю, где это найти.

– Ты знаешь, где находится этот ресторан?

– И даже больше! Я отведу тебя туда. Я проводник. За скромную сумму я тебя хоть к вампирским Отцу и Матери отведу!

– А вы и меня возьмите с собой. – Добавил Несгерт. – Я наемник. Стреляю хорошо. А раз вы на группировку вампирскую собираетесь идти, то вам вооруженный человек просто необходим. Да и ночь у меня в комнате переждете. Уж, поверь, оттуда тебя, Карзах, вампиры не вынесут!

– Я еще ни на что не соглашался. – Возразил Карзах.

Хотя в глубине души Рейверий уже согласился. Он очень устал. Ему хотелось поесть и восстановить силы. К тому же Несгерт спас Карзаха от пьяных посетителей бара. Очень кстати пришлись дользандрийские мерсты, которые Нинтранд положил в пачку с документами. Деньги сейчас были просто необходимы.

– Хорошо. – Решился Карзах. – Только давайте обсудим все нюансы завтра утром. Я валюсь с ног.

– Вот это уже разговор. – Сказал Несгерт.

– Очень хорошее решение, о мудрейший из людей! – Радостно сказал красарк. – Римгрий Готенбурий к вашим услугам!

День 6.

– Адриана, подъем. Вставай. Подъем!

– Да встаю я, встаю.

Адриана с трудом поднялась. Она часто просыпалась ночью. Ей постоянно снились какие-то убийства; свиньи, бесконечным потоком идущие на скотобойни; люди, которым заживо сдирают кожу. У девушки было состояние, будто ее пинали всю ночь.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – Промурчал скьяльбрис.

– А по мне не видно? – Нервно ответила Адриана. – У меня рожа не зеленая?

– Я бы сказал, красная от злости. – Рэйнер сделал несколько глотков залпом из фляжки. От кота несло перегаром.

– Ты всю ночь, что ли, бухал?

– Я отдыхал. Держи, перекуси.

Скьяльбриса нельзя было назвать пьяным. Даже если он и пил всю ночь, по нему это было практически незаметно. Только вот учуять его за версту можно было.

– Ясно, чем у тебя рюкзак забит. – Усмехнулась Адриана.

– Кто чем богат. – Лежа на столе, ответил Рэйнер. – Ты готова идти?

– Мы что, утром пойдем?

– А, я не сказал, где мы?

– Ты даже не сказал, кто ты, и зачем меня вытащил.

– Ах, да. Прошу прощения! – Скьяльбрис потянулся и встал со стола. – Мой заказчик нанял меня, чтобы тебя отсюда вытащить. В данный момент мы находимся в Вампирском районе. Кровососы днем по улицам не любят ходить. В основном, только их добровольческие отряды патрулируют улицы наравне с военными.

– Стой, а кто заказчик?

– А вот этого не могу сказать. Профессиональная тайна. – Рэйнер улыбнулся.

– Рэйнер, это очень важно!

Скьяльбрис уверенным шагом пошел к лестнице, ведущей наверх.

– Поверь, тебе сейчас главное – выбраться отсюда. – Сказал Рэйнер, не поворачиваясь.

– Ладно.

Адриана пошла за котом.

Основное помещение частного дома, в которое беглецы попали из подвала, было столь же старым и заброшенным. Повсюду паутина, старомодная мебель. Окна были забиты досками. Рэйнер подошел к двери.

– Сейчас мы эту хрень тихонечко откроем. – Скьяльбрис достал отмычку, и через минуту замок открылся. – Не стоит оваций!

Улицы Вампирского района очень напоминали старинную песлеровскую архитектуру. Рэйнер шел, поглядывая во все стороны. Улицы были абсолютно пустыми. Адриане было дурно. Ей не хотелось есть, она не могла спать. Она помнит, когда у нее было такое состояние в первый раз.

*

Когда Адриана училась в школе, она любила временами ночью убегать в парк. Пока ее родители крепко спали, она сидела у небольшого паркового озерца, наблюдая за тем, как прохладный ночной ветер вырисовывает мелкую рябь на воде. Здесь, у озера, тяжелые мысли улетучивались. Адриана оставалась совсем одна наедине с блокнотом и карандашом под белым светом паркового фонаря.

Когда девочка училась уже в старшей школе, она продолжала ходить в свое уединенное излюбленное место. В тот вечер было так же тихо. Не было птиц.

– Эй, девочка-красавица, чего сидишь? Скучаешь?

Адриана испуганно обернулась, сидя на скамейке. Она так замечталась, что даже не заметила, как к ней подошел какой-то бездомный с длинной плешивой бородой и гнилыми зубами. Она вообще не поняла, как могла издалека не почуять эту отвратительную вонь, которая от него исходила.

Девочка ничего не ответила, испуганно смотря на бездомного.

– Может составить тебе компанию?

У Адрианы отказали все мышцы. Она смотрела на бездомного, оцепенев от страха. Несколько мгновений спустя нищий схватил ее за руку. Девочка попыталась закричать, но дыхание перехватило от ужаса.

– Чего скулишь? – Бездомный старик потащил ее за руку в небольшой кирпичный уличный туалет, который был неподалеку. – Пошли. Ты девочка красивая, рот у тебя хороший. Отсосешь мне, и сиди у своего сраного озера.

У Адрианы прорезался голос. Она кричала, что есть сил, пока старик тащил ее за руку.

– Можешь не стараться, всем плевать. – Сказал старик. – Чего вообще завелась? Думаешь, старик не заслужил тебя? Впадлу деду помочь?! Все вы, шлюхи, такие! Да заткни ты пасть свою!

Старик ударил девочку кулаком по лицу. Адриана почувствовала кровь на губах.

Бездомный притащил девочку и грубо толкнул ее в туалет, после чего зашел сам.

– Посмотрим, что у тебя есть. – Сказал старик с улыбкой.

*

– Да куда ж ты, черт возьми! – Скьяльбрис схватил Адриану за руку.

Девушка отошла от воспоминаний. Впереди шел патруль техновампиров. Беглецы нырнули в переулок.

– Прости, я задумалась. – Сказала девушка.

– Прошу, будь внимательней! – Шепотом сказал Рэйнер.

Патруль уверенно шагал по каменистой улице. Вот дела, вампиры, оказывается и днем ходят. Дождавшись, пока патруль отойдет на приличное расстояние, беглецы быстрым темпом пересекли небольшую площадь и забежали в очередной переулок.

– Ты можешь сказать, куда мы идем? – Спросила Адриана.

– Не волнуйся. Пару часов, и мы на месте. Ты все равно не поймешь.

– Ладно.

В пути девушке стало немного лучше. Она заняла себя мыслями о старомодной архитектуре вампиров, и о том, какой бы дом она хотела иметь сама. Определенно, частный. Со своим садом, и большим балконом на втором этаже. И в ее саду будет обязательно расти «Скиталец».

Улицы сменялись одна за другой, но не было видно практически никого. Лишь пару раз Рэйнеру и Адриане пришлось спрятаться от патрулей. Все окна были занавешены черной плотной тканью, не пропускающей свет. Путь действительно был не такой уж и трудный. Наконец, беглецы достигли тупика в какой-то подворотне. В воздухе витала пыль. У кирпичной стенки стояло несколько мусорных баков. Трухлявые доски валялись недалеко от входа в чей-то подвал.

– И что? – Спросила Адриана.

– Ждем пока. – Сказал Скьяльбрис и уселся на мусорный бак.

– Надеюсь, это не очередная подстава. – Девушка села на землю, опершись спиной о стену какой-то многоэтажки.

Адриана сидела с закрытыми глазами, стараясь немного отдохнуть после беспокойной ночи. В голову сразу лезли дурные воспоминания из-за усталости. Девушка глубоко вздохнула, отбросив все мысли. Рэйнер спокойно лежал на баке, вылизывая шерсть на руке, и потягивая что-то спиртное из уже совершенно другой фляжки. Лишь когда Огненная Звезда была уже в зените, у входа в подворотню послышались шаги. Опять ее подставили! Девушка мгновенно вышла из полудрема, и подбежала к коту.

– Какого хрена?! – Нервно спросила она.

– Да спокойно, спокойно! – Ответил скьяльбрис. Помощь пришла.

Адриана повернулась и увидела знакомого красарка, знакомую клетчатую рубашку и какого-то рогардта с ружьем наперевес.

– Карзах! – Радостно вскрикнула Адриана и побежала навстречу идущим.

Рейверий радостно улыбнулся, увидев знакомое лицо, но тут же его глаза округлились. Он кое-что понял, и вся радость встречи улетучилась. Когда Адриане осталось несколько шагов до Рейверия, тот вытащил пистолет «Ножовка» и нацелился на девушку.

– Ты чего? – Удивленно воскликнула Адриана.

– Ты в сговоре с Луцием? – Холодно спросил Карзах.

– Так, господа, успокойтесь, вы чего? – Испуганно сказал Римгрий.

– Мужик, убери пистолет. – Сказал Рэйнер, наставив пистолет в ответ.

– Карзах, ты с ума сошел? – Испуганно спросила Адриана.

– Я совершенно ручаюсь за Адриану, самую храбрую и честную человечью женщину! – Сказал Римгрий, дрожа от страха. – Был с ней постоянно во время нашего похода!

– А, вы еще и знакомы. – Насмешливо сказал Карзах. – Меня утащили в ОПНО еще до вашего знакомства.

– Слушай, я из-за тебя перлась через весь этот город! Какой нахуй Луций, баран? Я тебя спасти пыталась! – Адриана начинала злиться.

– Брось пистолет! – Кричал скьяльбрис.

– Да успокойтесь же все! – Начал Несгерт. – Карзах, пожалуйста, назови нам причину, по которой, по твоему мнению, эта девушка может быть с каким-то Луцием.

Карзах задумался, не переставая держать пистолет наготове.

– Извини. Безумная неделя. – Карзах опустил оружие, тяжело вздохнув.

Рэйнер медленно опустил пистолет. Однако он оставался готовым молниеносно среагировать на любое агрессивное действие Рейверия.

– Что случилось, Карзах? – Сквозь обиду спросила Адриана.

– Меня забрали в ОПНО, потому что Луций меня оболгал. – Карзах убрал пистолет в кобуру, которую ему одолжил рогардт. – Я считаю, что он все еще на меня охотится.

– И с чего ты решил, что я вообще знаю Луция? – Раздраженно спросила девушка.

– Приходится подозревать всех. Прости. Меня не раз предавали люди, которым я доверял.

Неприятный разговор закончился так же неожиданно, как и начался. Послышались шаги тяжелых сапог, и через несколько мгновений в подворотню забежал отряд техновампиров с оружием наготове.

– Нарушители! – Сказал один из вампиров. – Приказываю не двигаться!

– Вот оно как. – Недовольно сказал Рэйнер, поднимая руки вместе с остальными. – Кровососы и днем ходят.

– Молчи! – Крикнул техновампир.

– Вот как оно в жизни бывает. – Послышался женский голос.

Одним из добровольцев в отряде была молодая девушка-техновампир с худым телом. Длинные рыжие волосы спадали на плечи, а знакомые Адриане нежно-голубые глаза стали кроваво-красными.

*

Вечерело.

Когда пустели ночные улицы людских и данкликергских районов, в своих жилищах оживали дети ночи. На тротуарах играли скрипачи. На небольших площадях показывали различные трюки фокусники. Уличные артисты были то там, то здесь. Горожане большими потоками двигались в различные общественные заведения Вампирского района, или как его называют вампиры – Эденхарбор. Архитектурное наследие эпохи Баролда Лайронда в Эденхарборе можно было увидеть в каждом здании.

В маленьких, огражденных от остального мира, техновампирских обществах все строилось несколько иначе, чем в остальной Дользандрии. В каждом вампирском районе образованные граждане выбирали двух своих неофициальных «лидеров», которые решали различные вопросы. Их называли Отцом и Матерью. Причем, это не значило, что два этих вампира состояли в браке или являлись семьей, нет. Это были просто представители маленьких общин, проживающих в Дользандрии. В других государствах техновампиры не столь консервативны в принципах поселения и построения своих сообществ, и даже стараются, скорее, держаться разрозненно.

Быть может у вампиров так принято, либо подруга все же узнала Адриану, но нарушителей не повели в тюрьму. Их молчаливо отвели в резиденцию Отца и Матери, где заперли в комнате для гостей до наступления ночи. Во время пути Карзах безостановочно твердил о ресторане и пленных людях, но его, кажется, никто не слушал. Адриана медленно шла, думая о чем-то своем.

Внутреннее убранство резиденции нельзя назвать особенно богатым. Все было очень старым, но сделанным со вкусом. Грязные, изрядно пропахшие потом и мокрой шерстью путники сильно контрастировали с чистыми застеленными кроватями и выдраенными, сверкающими полами.

Карзах сидел на кровати, поглаживая изрядно отросшую бороду.

– Вечер уже. – Сказал Рейверий. – Долго мы тут еще сидеть будем?

– Я уверен, что совсем скоро Его техновампирское величество примет нас! – Оптимистично сказал Римгрий, который, к слову, очень трясся, сидя в комнате.

– Мы просто теряем время.

– Наслаждайся пребыванием в таком месте. – Сказал Несгерт. – Нечасто доводится побывать на техновампирской земле.

– Не внушают мне доверия эти кровососы. – Карзах сплюнул.

– К слову о доверии. – Хмуро добавила Адриана, вышедшая из своих раздумий.

Девушка резко поднялась со своей кровати в дальнем углу комнаты, подошла к Римгрию и с размаху ударила его кулаком по лицу. Крыс испуганно завизжал.

– Что ж ты творишь?! – Кричал красарк, пытаясь дать деру.

Адриана схватила красарка за ворот его рубашки и притянула к себе.

– Из-за тебя меня схватили вампиры?! – Злобно кричала Адриана.

– Отпусти меня! – Испуганно отвечал Римгрий.

– Угомонитесь, черт бы вас побрал! – Карзах подбежал к Адриане и попытался оттащить ее от красарка, но получил неожиданный удар наотмашь вазой.

– Сука, нос… – Скрипя зубами от боли выцедил Рейверий.

Воспользовавшись мимолетной растерянностью Адрианы, Римгрий вырвался из ее хватки и убежал к дальнему концу комнаты. Несгерт и Рэйнер с интересом наблюдали за сценой. Девушка глубоко вздохнула и подскочила к Карзаху.

– Черт, извини, Карзах, ты под руку попался! – Виновато говорила Адриана.

– Считай, теперь мы квиты за утро. – Держась за нос, сказал Рейверий.

– Ну-ка, дай гляну нос, мужик. – Рэйнер манерно подошел к Карзаху и потрогал его нос. – Вправить надо.

– Ничего, не… – Не успел Карзах договорить фразу, как почувствовал, будто ему нож вставили в нос, отчего он не смог сдержать крик.

– Что здесь происходит? – Спросил появившийся в двери вампир с пышными бакенбардами.

Гости замялись, думая о том, как все объяснить, но техновампир не стал ждать ответа.

– Господин Арнгард Кермунт ждет вас. Пройдите за мной.

Гости, неуверенно взглянув друг на друга, грузным шагом выдвинулись за вампиром. Гости шли по длинным коридорам, в которых висело множество картин. Никто не мог сказать однозначно, подлинники ли это. Однако картины производили мрачное, но очень чарующее впечатление. Жуткие люди, нарисованные в красных тонах; заброшенные поместья; кладбища – все это было изображено на полотнах. Похоже, хозяин искренне любил мрачную тематику.

Проходя в одном из коридоров, Карзах неожиданно спросил Римгрия.

– Так ты проводник?

– Самый лучший. – Ответил Римгрий, иногда потирая все еще болящую щеку.

– Если я заплачу тебе, ты отведешь меня в Богатый район?

– Богатый? – Удивленно переспросил крыс.

– Да.

– Что же столь могучий человечий господин забыл в этом развратном и грязном месте?

– Это личное дело.

– Как тебе будет угодно!

– Так проведешь?

– Нет такого места, куда Римгрий не проведет. – Красарк улыбнулся.

Вампир привел гостей в небольшой кабинет. Вопреки ожиданиям входящих, кабинет был совершенно не похож на коридоры резиденции. Темный старомодный интерьер дополнялся современной кофеваркой, телефоном, переносной радиостанцией и многими другими радостями современной жизни. На полках стояли книги с художественной литературой, а также различные мемуары политиков и военных разных стран. По правую сторону от вампирского Отца стоял охранник, а в проходе остался вампир с бакенбардами, приведший гостей.

Внимание Карзаха тут же привлекла лежащая на столе, запрещенная в Дользандрии книга «Мысли в оболочке из трупа». По официальным данным, все оригиналы книги, написанные на фзехгоргоском языке, были утеряны или уничтожены. Даже полная версия перевода на мировой язык не дожила до наших дней. В руки ценителей запретных знаний может попасть лишь сокращенная «безопасная» версия, которая до недавнего времени была разрешена.

Гости встали посредине кабинета, и в знак солидарности вампирский Отец поднялся со стула и вышел из-за стола. Глава района был одет в белоснежную, слегка расстегнутую рубашку и бардовые брюки с цепочкой. Его массивные клыки слегка обнажались, когда он улыбался и смотрел на пришедших своим тяжелым взглядом кроваво-красных глаз. На его практически белоснежной коже вырисовывались тонкие черные вены, из которых то тут, то там торчали небольшие железные пластинки и стальные трубки.

– Добро пожаловать в наш дом! – Сказал Отец, оскалив клыки. – Не считайте себя заложниками. Мы не любим, когда чужеземцы вторгаются на нашу территорию, но наносить вам какой-либо вред мы не имеем права. Я Арнгард Кермунт, Отец вампиров этого района. Прошу прощения за то, что вампирская Мать не смогла сегодня с вами встретиться. Мы вынуждены заниматься… кое-какими приготовлениями.

Карзах хотел было что-то сказать, но его прервала зашедшая в кабинет девушка-техновампир.

– Все подтвердилось, Арнгард. – Сказала вошедшая Скелька. – Они говорили правду. Мы поймали трех бандитов из ОПГ «Братство Кандалов». Они ловили людей и продавали их в качестве деликатесов.

– Так Вы меня слушали? – Удивленно и озадаченно спросил Карзах.

Скелька проигнорировала практически риторический вопрос человека.

– Что ж, мне давно не нравилась семейка Тарков. – Кермунт пригладил волосы. – Тогда я вынужден отблагодарить вас за помощь в борьбе с такими негодяями. И, конечно, извиниться за те ужасы, которые вам пришлось пережить. Если вам нужна какая-то помощь, можете ее попросить. Техновампиры не бедствуют. Я не имею права вас задерживать и уж тем более в чем-то обвинять. Вы можете спокойно покинуть район, и даже договориться со мной о дружеской встрече в любой день. Я бы с удовольствием послушал о положении дел за пределами нашего небольшого общества.

– По правде, просьба есть одна прямо сейчас. – Уверенно сказал Карзах.

Адриана исподлобья взглянула на бывшую подругу. Скелька повернула свои зрачки на Адриану. Их взгляды на мгновение пересеклись, и они тут же повернули головы, рассматривая что-то необъяснимо интересное на стенах.

– Интересно, я слушаю. – Сказал Арнгард.

– Мне кровь из носу как нужно попасть в Богатый район. – Продолжил Карзах. – Мне понадобятся патроны, еда и какое-нибудь обмундирование. Может быть, на ваших складах завалялось что-нибудь списанное.

– Богатый район? – Растерянно спросила Адриана. – Зачем?

– Вы не доберетесь туда даже со всеми необходимыми припасами. – Сказал Кермунт. – Вам понадобится машина.

– Простите меня за мою невероятную дерзость! – Начал Римгрий. – В жизни я не видел ни одного проводника, пользующегося машиной!

– Вы проводник? – Спросил хозяин дома.

– Именно так!

– Тогда Вам придется поменять свою тактику. Насчет приготовлений. Из надежных источников мы получили информацию, что сюда прибудет ЧВК «Механический Орден». Но это не суть важно. Главное, те приказы, которые они получили. Сюда привезут «Драгунов» в качестве «мастеров в противогазах». Им сказали прошерстить все районы, чтобы отделить от основной массы граждан с иммунитетом и вывести их из города. Однако, учитывая репутацию «механиков», у нас есть основания полагать, что эти ребята просто заберут большую часть людей с собой, чтобы продать их куда-нибудь в Слайщцайнльен, а остальных перестреляют. В особенности, техновампиров, потому что наше самоуправление достало уже многих. И ради этой цели, они под каждый кирпичик заглянут. Каждую тайную тропу проводников выищут. И зачистят все, самое позднее, в середине следующей недели. Для выполнения своей задачи, по сути, им будет достаточно предоставить дользандрийским военным лишь небольшую часть выживших. Но не слишком маленькую, чтобы не вызвать подозрений.

– Это возмутительно, мать твою! – Начал Несгерт и закончил грязными выражениями.

– Какого хера?! – Возмутилась Адриана.

– У механиков есть все ресурсы, чтобы заглянуть под каждый камень. – На лице Арнгарда не было видно и толики ужаса, хотя все были уверены, что он тоже страшится глубоко в сердце. – Вампиры готовятся сражаться до последней капли крови. Когда они придут, мы будем готовы. Встретим их огнем.

В кабинете повисла зловещая тишина.

– Умирать, так умирать. – Спокойно сказал Рэйнер, потянувшись за фляжкой, которой не оказалось у него в кармане.

– Только без меня. – Сказал Карзах.

– Я дам тебе машину. – После нескольких минут раздумий сказал Арнгард. – От машин все равно не будет особого проку в бою. Но из припасов снабжу только едой и водой. Оружия у нас на минимуме и нам понадобится весь имеющийся у нас на данный момент арсенал.

– Мы не можем ехать на машине! – Испуганно возразил Римгрий.

– Мы должны успеть, Римгрий. – Сказал Карзах. – Я должен закончить одно дело в Богатом районе.

– Ладно, если мы раскрываем планы, то мне тоже нужна машина. – Сказала молчавшая до этого времени Адриана. – Мне нужно попасть в Парковый район.

– Может, по всему городу прокатимся? – Язвительно спросил Рэйнер.

– Вам все равно ехать в одну сторону. – Сказал Арнгард. Вам придется ехать через Северный район, а оттуда в Синий. Потом одни останутся у Богатого, а остальные поедут в Парковый.

– Это наши личные цели. – Пояснил Карзах. – На самом деле, эти люди – наемники. Они не поедут с нами.

– Отчего не поедут. – Возмутился Несгерт.

Рейверий вопросительно посмотрел на рогардта.

– Мужик. – Перебил Несгерта Рэйнер. – Нам жить осталось неделю. Проведем ее с кайфом. Как хотите, а я в бетонном ящике ждать чмошников в противогазах не буду.

– Ну, примерно это я, твою мать, и хотел сказать. – Немного раздраженно добавил Несгерт.

– О, могучие воины всех народов Дользандрии! – Как всегда, начал Римгрий. – Разве могу я покинуть вас в такой момент! Я пройду с вами до конца пути!

– Надеюсь, пафос окончен? – Раздраженно спросила Адриана.

– Еще один важный момент. – Арнгард посмотрел на Адриану. – Скелька пойдет с вами.

– Что? – Хмуро спросила Скелька.

– Одного проводника будет мало, а ночью особенно опасно в Северном районе. В отряде пригодится вампир с его способностями ориентироваться во тьме ночи. И тебе придется оставить пистолет, Скелька. Против военных нам понадобится все огнестрельное оружие, а с бродягами ты спокойно справишься с клыками и кулаками.

– Как скажешь, Отец. – Обреченно сказала Скелька, и пошла быстрым шагом прочь из комнаты. Что-то внутри дернуло Адриану пойти за ней. Техновампир с бакенбардами не стал ее останавливать.

– Скелька! – Крикнула Адриана, выбежав в коридор.

Вампирша остановилась. Она не обернулась.

– Ты по делу? – Спросила она холодно.

– Нет. – Неуверенно ответила Адриана. – Нет, не думаю. Я просто… не знаю. Поговорить.

– Все уже когда-то обсудили. Отстань от меня. – Сказала Скелька и быстро ушла вперед.

– Отдохните в моем доме до утра. – Сказал Арнгард. – У вас есть время. Путешествовать ночью – не лучшая идея. Хоть и неизбежная.

– Пожалуй. – Задумавшись, сказал Карзах. – Мы примем Ваше предложение. Нам не помешало бы слегка морально отдохнуть.

Ночь. Тени слились с тьмой. Адриана лежала на дальней кровати, смотря в большое окно. Сквозь начисто вымытое стекло она видела во дворе резиденции мраморные статуэтки североверческих богов. Слева поставили Кольнредария – бога милосердия, а справа Меменсентха – бога раскаяния. Девушка никогда не слышала рассказов об этих богах. Хотя она и о центральноверии ничего не знала, несмотря на то, что бабушка часто любила ей рассказывать различные фантастические легенды.

Рядом с двумя статуэтками богов расположился цепляющий своей простотой фонтан, окруженный деревьями и различными цветами. На небольшой скамеечке у фонтана сидела фигура. Адриана сразу узнала в ней Скельку с ее изящными длинными рыжими волосами. Блеклый свет одного уличного фонаря освещал ее силуэт.

День 7.

Высокие ворота Мертвого района с грохотом закрылись, когда старенький фургон «Фальком» выехал за пределы территории данкликергов. В большой машине поместился весь отряд: Карзах, Адриана, Римгрий, Рэйнер, Несгерт и Скелька. За руль посадили опытного водителя Рейверия, который, к слову, уже несколько лет не водил машину.

Фургон ехал по дороге, проложенной через большой пустырь. Где-то вдалеке виднелись самые высокие здания в Старгроме, которые располагались в Северном районе. Сегодня тучи обошли город стороной, и путникам пришлось снять куртки, чтобы не умереть от палящей Огненной Звезды. Даже многочисленные комары и мошки попрятались, спасаясь от духоты.

Адриана сидела у окна, подставив голову под свежий утренний ветер. Длинные волосы развевались и щекотали лицо. Рэйнер о чем-то беседовал с Римгрием. Несгерт удобно расселся на диванчике, смотря на нескончаемый пустырь. Скелька хмурилась, погрузившись в какие-то свои размышления. Карзах внимательно смотрел на дорогу, стараясь не налететь на какой-нибудь труп или валун.

– Сегодня определенно дерьмовая погода. – Раздраженно сказал Несгерт.

– Окна все открыты. – Ответил Карзах. – Больше ничем помочь не могу. Кондиционер не работает.

– Все нормально, и не в таких условиях выживал.

– И все-таки. – Спокойно начала Адриана. – Римгрий, ты меня сдал вампирам?

– Сдал, о мстительная воительница. – Печально ответил Римгрий, трясясь от страха.

– Я не буду тебя бить. Просто расскажи, как так получилось.

– Я очень раскаиваюсь в содеянном, о Адриана Кригер! Ни разу не падал я до такой низости, чтобы согласиться отдать человека на растерзание техновампирам! Я всегда работал только с целью привести кого-нибудь из места в место по его собственному желанию. А тут мой разум смутили грязные деньги этого жирного и отвратительного негодяя Таверия!

– Таверий? – Удивленно спросил Карзах. – Слышал о нем.

– Чего? – С круглыми глазами спросила Адриана. – Таверий?

– Эта мразота часть очень влиятельно ОПГ. – Ухмыльнулся Карзах.

– Господин Рейверий совершенно прав! – Подтвердил Римгрий. – Этот жирдяй мне заплатил за то, чтобы я отвел нашу прекраснейшую из дев в бар «Серебряная вилка». Там ее ждали техновампиры, чтобы забрать бедную Адриану в свой страшный ресторан, где она стала бы обедом или ужином для кровососов!

– Слушай, за словами следи. – Злобно предупредила Скелька.

– Прости меня, о чарующее дитя ночи! – Пугливо извинился Римгрий. – В своей речи я говорил лишь о тех мерзавцах, которые жрут людей!

– Ты же не собираешься обратить нас всех ночью в вампиров? – С улыбкой спросил Несгерт.

– Тебя точно нет, козел. – Недружелюбно ответила Скелька.

– Разве вы не кусаете представителей других народов?

– Слушай, это прошлый век. Мы пользуемся специальными инъекциями, в которые добавляются химические препараты и травы, типа «Ночного охотника» и «Беспокойника», чтобы усилить эффект. Да и вообще… чего ты боишься? Мы только людей кусали.

– Поверить не могу, что вампиры никого не кусают.

– Ну а вы подтирались раньше лопухами. Нам тоже нужно считать, что вы бегаете с палками и срете в кустах?

– Наши технологии улучшаются…

– А мы, по-твоему, на месте стоим?

– Перестань вести себя, как сука. – Нервно сказала Адриана.

– О, это очень смешно слышать от тебя.

– Еще удивлялась, почему я тебя ушла тогда.

– Ты ушла, потому что тебе было похер на всех вокруг.

– Вы знакомы? – Попытался влезть в разговор Рэйнер.

– Мне не было похер. Так сложились обстоятельства.

– Настолько не было похер, что ты даже оставила маленькую девочку умирать?

– Заткнись. – Челюсть Адрианы задрожала. – Это… не твое дело.

– Долго ты себя так успокаиваешь?

Адриана поднялась с небольшого креслица и вцепилась в горло Скельки, но та легко убрала руки бывшей подруги и нанесла удар кулаком в живот.

– Так, успокоились, мать вашу! – Несгерт наставил на девок ружье, которое вампиры ему вернули.

– Стрелять будешь? – Спросила Скелька уверенно.

– Да, блять буду. Твоя вампирская башка разлетится, как арбуз, от этого калибра. Лучше разойдитесь. Нечего ругаться посреди белого дня, нам еще вместе несколько дней находиться.

– Не надейся, что я тут буду сидеть до самого Богатого района. – Скелька села обратно на свое место.

Римгрий тем временем подскочил к Адриане, чтобы помочь ей сесть обратно в свое креслице. Девушка сидела, пытаясь отдышаться. Скелька с гордым видом смотрела в окно. Иногда ее зрачки на мгновение поворачивались посмотреть на бывшую подругу.

– Так, не нарушайте там дисциплину. – Громко сказал Карзах. – Римгрий, этот ублюдок Таверий и раньше промышлял всем этим делом?

– Отдавал людей на корм вампирам? – Уточнил Римгрий. – Да, он давно в этом деле. Его прикрывают и техновампиры, и некоторые мерзавцы из Администрации.

– Он мне еще про какого-то Лорбурта рассказывал. – Слабо добавила Адриана.

– Нинтранд Лорбурт помог мне сбежать из ОПНО. – Сказал Карзах. – Этот ольдейрин, похоже, очень не любит этого Таверия.

– Он нас всех наебал. – Заключил Несгерт про Таверия.

– Сказал как отрезал. – Добавил Рэйнер и сделал глоток из своей фляжки, которую вампиры радушно пополнили хорошим виски.

– Каким образом вы нас нашли? – Спросила Адриана.

– Самое главное, что я хочу добавить. – Начал Римгрий. – Это то, что именно я отправил Рэйнера для того, чтобы спасти тебя, светловолосая путешественница, из заварушки, в которую я, к большому сожалению, тебя и втянул!

– Ну уж спасибо.

– Это правда. – Сказал Рэйнер, потягивая виски.

Пустырь постепенно оканчивался. Взгляду открывались высоченные дома. Фургон медленно въезжал в Северный район, запах которого мигом напомнил путникам о том, что здесь не убирались. «Одеваем противогазы, – сказал Карзах, – или вы тут все сляжете от вони». Все, кроме Скельки, одели противогазы. Адриана очень жалела, что техновампиры, которые притащили ее в ресторан, забрали у нее рюкзак, в котором она хранила прозрачные капсулы, защищающие от вони. Карзаху приходилось маневрировать, объезжая груды тел и различные обломки. Самым необычным было то, что то тут, то там встречались живые люди. Они то с любопытством, то с ужасом смотрели на проезжающую мимо них машину.

– Скверное место. – Сказал Несгерт, смотря в окно. – Будьте начеку. Северный район достаточно криминальный. Нам лучше не расходиться.

– Зачем нам вообще тут останавливаться? – Поинтересовался Рэйнер, с интересом разглядывая грязных и зачастую пьяных людей.

– Мы не сунемся на основную дорогу, пока не разведаем, что на ней. – Ответил Карзах. – Там могут быть дезертиры. А уж они запросто изрешетят нас без предупреждения.

– Жестко, но действенно. – Добавил Несгерт.

Потрепанные и полуразваленные от старости дома проскакивали в окне по ходу движения машины. Огненная Звезда скрылась за высоченными зданиями, подарив отряду тенистую местность. Ближе к вечеру фургон уже приближался к основной дороге. Карзах свернул на небольшую парковку у какого-то супермаркета. Природа праздновала первый день Периода Тени. Наступило Время Слез. Совсем скоро начнутся бесконечные пасмурные дни, сопровождаемые непрекращающимися дождями и молниями. Птицы допевали свои песни, потихоньку собираясь к дальнему странствию в теплые земли.

– Быстро уже темнеет. – Заметил Римгрий. – Это нам на руку.

Отряд выбрался из фургона, в котором просидел почти весь день. Внутрь машины установили все для комфорта: диванчики и кресла, стол, несколько шкафчиков и переносную радиостанцию. Несмотря на все это, путешественники довольно сильно устали сидеть на одном месте. У всех затекли конечности.

Карзах собрал отряд у входа в покореженный супермаркет.

– Итак, господа. – Начал Рейверий. – План такой: нам придется переночевать в Северном районе. Кроме этого, у нас есть важные задачи, заключающиеся в разведке дороги и поиске припасов. В связи с этим, нам придется разделиться на небольшие отряды.

– Это дурное решение, Карзах. – Перебил Несгерт.

– Несгерт, у нас нет времени. – Ответил Рейверий. – Мы не можем всей толпой ходить до самого утра то туда, то туда.

Несгерт неодобрительно посмотрел на командира.

– Мы разделимся таким образом. – Продолжил Карзах. – Римгрий пойдет в супермаркет и вытащит оттуда все, что можно: полезные вещи, припасы, инструменты и все остальное, что может пригодиться. Несгерт, ты его прикроешь. Одного я никого не отпущу. Мы с Рэйнером отправимся на основную улицу с целью разведки. Адриана и Скелька, вы должны обойти ближайшие здания и найти нам место для ночлега, где будет очиститель воздуха. Возражения?

– Да! – Громко сказала Скелька. – У меня уйма возражений! Во-первых, почему ты отдаешь приказы тут всем? Во-вторых, я не пойду рассматривать квартиры с белобрысой.

Адриана хотела что-то сказать, но Карзах перебил ее.

– Скелька. Я имею представление о том, как поступать в ситуации, в которую мы попали. Исходя из навыков каждого члена нашей группы, я подобрал наиболее эффективную стратегию действий. Если у тебя есть свой план, озвучь его, пожалуйста.

– План… – Скелька глубоко вздохнула. – Ну, может, я тоже пойду в разведку?

– Я уверен, что ты хороший разведчик, но я не отправлю Адриану одну на поиск места нашего ночлега. Поставь интересы коллектива выше своих и, черт возьми, найди нам место для безопасного отдыха.

– Поняла. – Скелька неодобрительно посмотрела на Адриану.

– Дурная это идея – разделяться. – Заключил Несгерт и медленно двинулся к супермаркету с изрядно дрожащим от страха Римгрием.

– У нас всего две рации, но это ровно столько, сколько нам и нужно. – Карзах протянул девушкам рацию. – Вторая рация у меня, а Несгерт с Римгрием, если что, будут сидеть у переносной радиостанции. Так что, если вдруг какие-то проблемы, тут же свяжитесь со всеми.

– Не волнуйся, с нами проблем не будет. – Сказала Скелька и быстрым шагом пошла в сторону ближайшей многоэтажки. Адриана пошла за ней, держась на расстоянии.

– Рэйнер, ты готов? – Спросил Карзах.

– Всегда готов, босс. – Ответил кот.

*

Улицы, примыкавшие к основной дороге, были совершенно пустыми. Лишь иногда взлетали пировавшие вороны. Рэйнеру было особенно трудно дышать в непривычном для него приспособлении – противогазе. Порою в домах появлялось окно с зажжённым светом. Иногда в этих окнах появлялись силуэты, которые тут же выключали свет в комнате. Будто тени съедали последнюю жизнь в мертвых многоэтажках.

– Мне интересно твое мнение, Карзах. – Негромко спросил Рэйнер.

– Задавай вопрос. Только скорее, мы уже подходим.

– Ты готов идти на баррикады, если тебе что-то не нравится?

– Устроить революцию?

– Ага.

– Скьяльбрисы известны своим бунтарским духом.

– Не бунтарским. Бунтари – это подростки, поющие песенки, одевающие вызывающие футболки и утверждающие, что они что-то меняют. Мы же готовы брать автоматы и стучать прикладами в двери дворцов.

– Я не поддерживаю идею насильственной смены власти.

– Почему?

– Я не припомню, когда это приводило к чему-то хорошему. Да и устал я от бойни.

– Революция – это единственное, что меняло страну. В ином случае один клоун просто заменяет другого клоуна на стуле.

– В Песлере и Штурге пролились реки крови. А потом революция пожрала своих детей. Какой смысл во всей этой резне, если те же самые люди приходят к власти?

– Думаешь, пришли те же?

– Революция должна проходить в сердцах граждан. Представители всех народов должны осознать, что винтовки и телевизор нужно заменить искусством и добром. Когда озверелые убийцы разрывают на части действующую власть, чтобы самим занять их место, они становятся той же самой властью. Дользандрийцы должны понять, что насилие – не смысл жизни, что еще есть шанс все изменить, если они того захотят в душе.

– Ты совсем идиот. – Рэйнер не сдержал смех. – Тебе сколько лет, мужик? Ты вообще слышишь себя?

– Ты меня спросил, я ответил. Я увидел достаточно крови. Устал от нее.

Карзах с Рэйнером укрылись за стеной многоэтажки и выглянули, чтобы оглядеть основную улицу. Вокруг не было ни одного фонаря. Ни одной заставы. Лишь далеко, на самом краю города, был виден дальний огонек.

– Кажется, чисто. – Сказал Карзах.

– Я не слышу никаких запахов из-за этой херни. – Пожаловался Рэйнер.

– Даже если ты его снимешь, то учуешь только трупы.

– Шестое чувство подсказывает мне, что что-то не так.

– Слишком тихо?

– Наоборот, слышу музыку вдалеке.

– Здесь еще есть люди.

– Надо проверить конкретно.

– Веди.

Рэйнер выдвинулся на доносящуюся до его кошачьего уха музыку. Переулки Северного района кишели крысами и тараканами. Повсюду был разбросан мусор. Кое-где сквозь асфальт пыталась просочиться молодая зеленая трава. Даже Карзах стал слышать доносящиеся издалека звуки гитары и неразборчивое пение. Разведчики сквозь переулки добрались до огороженного решетчатым забором небольшого завода. Из побитых окон валил дым от нескольких костров. Из здания доносились пьяные крики, звуки разбивающихся бутылок и режущее слух «пение».

– Как бы нам перебраться? – Спросил Карзах.

Скьяльбрис сделал прыжок и вцепился когтями в сетку. Еще один прыжок, и он перемахнул через забор.

– Пошли в ту сторону, там должен быть вход. – Сказал Рэйнер.

Карзах вместе со скьяльбрисом, идущим по другую сторону забора, выдвинулся в поисках калитки или ворот. Шум, исходящий из завода, не внушал доверия. Стоило ли вообще идти сюда? Может, не надо было слушать кота?

– Вот она, родимая. – Сказал Рэйнер и достал свои любимые отмычки.

Карзах увидел ворота, закрытые на замок. Никакой охраны не было. Значит, это точно не военные. Скорее всего, это бездомные нашли себе здесь ночлег. Как им удается переносить такую вонь? У них же нет противогазов у каждого?

Ворота отворились, и Карзах соединился с Рэйнером.

– Надо осмотреться. – Сказал Рейверий. – Надо узнать, кто там внутри.

Рэйнер внимательно оглядел завод.

– Там есть строительные леса. – Подметил скьяльбрис. – Я могу запросто забраться на них, и рассмотреть, что там происходит.

– Давай. Чем больше мы узнаем о районе до наступления ночи, тем лучше мы будем осведомлены о возможных опасностях.

Рэйнер кивнул и на всех четырех лапах бесшумно ринулся к заводу. Карзах, стараясь не шуметь, побежал за ним. На улице была настоящая парилка. Скоро опять начнется дождь. Придется действовать быстрее, чтобы не промокнуть насквозь.

Скьяльбрис подбежал к лесам и начал ловко взбираться по железным прутьям наверх. Когда Карзах добрался до стен завода, кот уже внимательно рассматривал происходящее внутри здания через разбитое окно. Рейверий ждал, нервно озираясь по сторонам. Через несколько минут Рэйнер спустился, тяжело дыша в противогазе.

– Северный район – самое отвратительное место в городе. – Начал кот.

– Что ты увидел?

– Это ублюдки из «Людской армии».

– Не слышал о них.

– «Людская армия» – это долбаный сброд из костноголовых убийц, которые охотятся на данкликергов и убивают их.

– Ясно.

– Они там на костре кошатину жарят. – Скьяльбрис снял противогаз, его глаза блестели от злости.

– Мы ничего не может сделать. – Карзах потрепал кота по плечу. – Мы должны идти.

– Да ладно? – Кот сделал несколько глотков виски залпом. – Таки ничего?

– Ничего.

Когда Карзах дошел до ворот, он оглянулся и увидел, что Рэйнер застыл на середине пути. Он одел противогаз. Вот черт! Карзах не мог крикнуть коту издалека, но он понял, что у него на уме. Рейверий побежал вперед, но он знал, что не догонит скьяльбриса. «Нет, Рэйнер, – думал Карзах, – одумайся, не делай этого».

Скьяльбрис стоял на лесах. Оттуда он наблюдал за «Людской армией». Теперь он стоял с двумя бутылками с зажигательной смесью. Рэйнер достал зажигалку. Самодельная граната пришла в боевую готовность.

– Нет! – Громко крикнул Карзах.

Нападающих не услышали за музыкой и пьяными песнями. Спустя мгновение в окне появился огонь. Огонь упал на землю и разлетелся в разные стороны, опаляя лица людей и поджигая одежду. Еще огонь. Песни и музыка сменились воплями. Ужас, непонимание и смерть охватили заброшенный завод. Рэйнер наблюдал, как красные повязки на руках бандитов, на которых черными буквами было написано «ЛА», сгорали, превращаясь в бесформенный пепел. Скьяльбрис слез с лесов, и они вместе с Карзахом ринулись к выходу. Из завода выбегали горящие люди. Однако никто не обращал внимания на то, что кто-то выбегал из ворот.

Пробежав несколько кварталов, Карзах и Рэйнер остановились отдышаться.

– Какого хрена ты натворил?! – Злобно крикнул Рейверий.

– Они сдирают кожу с таких, как я! – Кричал в ответ скьяльбрис. – Они, сука, могли ночью прийти к нам и прикончить!

– Ты их заживо сжег!

– Они получили ровно то, что заслуживали! Око за око.

– Как ты легко себя оправдываешь!

– Ты ничего не понимаешь! Живешь в своем мирке, где царит мир и единороги! Мужик, оглянись вокруг! Ты не мальчик! Повсюду бегают шайки бандитов и убийц, и чем меньше этой заразы будет ошиваться вокруг нашего убежища, тем больше шансов у нас выжить. Тебя ебут все со всех сторон, а ты пытаешься расслабиться и получить удовольствие.

– Я видел, как пуля решает вопросы. – Сдержанно ответил Карзах. – Я просто стараюсь избежать конфликтов, если это возможно.

– История решит, кто из нас прав. – Рэйнер улыбался.

– История то и дело пишется кровью.

– Не мы пришли к вам, а вы – люди. Вы разрушили наши традиции, уничтожили культуру и нашу цивилизацию, которая была гораздо более продвинутой, чем ваша.

Рэйнер и Карзах шли молча. Город медленно охватывала ночь. На мертвых улицах поднялся сильный ветер.

– Соберись, друг. – Рэйнер похлопал Карзаха по плечу. – Понимаю, ты устал и разочаровался. Однако сейчас не время. Мы на войне, и, если ты дрогнешь, кого-то из нас убьют.

*

– Все полки в магазине пустые. – Недовольно сказал Римгрий.

– Чертовы бездомные. – Ворчал Несгерт. – Все, мать его, вытащили.

Супермаркет оказался в достаточно неплохом состоянии. На полу лежала целая белая плитка. Побеленные стены были кое-где облиты супом или каким-то соусом. Войдя в магазин, красарк сразу проверил кассу. Пусто. На полках тоже ничего нет. Электричество отрубили.

Путники тщетно проводили фонариками по всем углам основного помещения.

– Может, пора проверить холодильную комнату? – Боязливо спросил красарк.

– Это все, что нам, сука, остается. Аккуратнее.

Римгрий с Несгертом медленно двинулись к холодильной комнате, светя себе под ноги. Иногда на пути попадались открытые картонные коробки или пустые жестяные банки. Когда Несгерт случайно пнул одну такую банку, красарк подскочил на месте с писком.

– Что ж ты орешь? – Раздраженно спросил Несгерт.

– Нечего меня пугать так! – Без толики любезностей ответил Римгрий.

Холодильная комната оказалась прямо перед путниками.

– Подержи. – Сказал рогардт и отдал фонарик красарку.

Дверь легко поддалась. Из холодильной комнаты потянуло приятным холодом. Римгрий посветил внутрь и выронил фонарь.

– Болван! – Сказал Несгерт на взводе.

Красарк ничего не отвечал, но было слышно, как он еле слышно скулит от страха. Рогардт поднял с пола фонарь и еще раз посветил в холодильную комнату.

– Вот те на! – Глаза Несгерта округлились от ужаса.

*

Адриана и Скелька молча шли по дороге. Были слышны лишь шаги. Вечер обещал обильный дождь в скором времени. По небу плыли серые тучи. Грязные люди смотрели на двух девушек с разными лицами. Кто-то испытывал страх, кто-то – ненависть, кто-то – раздражение. Одно можно было сказать точно: им тут все были не рады. У грязного подъезда валялись горы бутылок от дешевого пойла. В кучах мусора можно было заметить шприцы и тела. Таков был облик Северного района: грязные подъезды, спящие в подворотнях алкоголики и мертвые от передоза наркоманы.

– Проверим этот дом. – Сказала Адриана.

– Проверяй. – Безразлично ответила подруга и села на капот разбитой машины.

Адриана не горела желанием ходить вместе с бывшей подругой, и потому просто дернула за ржавую дверь подъезда и вошла внутрь.

Девушка попала в мрачный коридор. Если бы не сидевшие на табуретках люди, она бы решила, что многоэтажка заброшена. Они были одеты в залатанную пыльную одежду. На их лицах застыл испуг.

– Ты еще кто? – Спросил мужчина без глаза.

– Никто. Я думала, здесь никто не живет.

Люди о чем-то пошептались.

– Нечего тут слоняться. – Продолжил мужчина без глаза. – Ты откуда приперлась?

– Не твое дело. – Ответила Адриана и вышла, хлопнув дверью.

Девушка вышла на середину улицы и огляделась. В окнах многих зданий горел то тут, то там свет. На другой стороне улицы чуть вдалеке стояли какие-то вагончики с деревянными вывесками. Изредка по тротуару ходили люди. На многоэтажках развевались потрепанные флаги Дользандрии.

– Занято? – Злорадно спросила Скелька.

– А тебе весело?

– Мне-то какое дело. Мне не нужно спать ночью.

– И днем тоже?

– И днем не нужно. Это же не фильм про вампиров.

– Ну и прекрасно.

Адриана направилась к вагончикам. Скелька осталась сидеть на капоте машины, думая о чем-то своем. Поднимался сильный ветер. Серая пыль стучала по противогазу. Желтые листья уже начинали медленно осыпаться и хрустеть под ногами.

Девушка подошла к изъеденному ржавчиной, зеленому вагончику. Над входом висела табличка, на которой было с ошибкой написано слово «магазин». Адриана открыла с трудом поддававшуюся ей дверь и вошла в тесное помещение, из которого струился оранжевый теплый свет. Она закрыла за собой дверь и попробовала снять противогаз. Похоже, здесь очиститель воздуха. Можно дышать.

Вагончик был завален мешками и ящиками со всяким мусором. Узкий коридорчик, окруженный трухлявыми деревянными полками с различным барахлом, вел к большому столу с кассой. Рядом с кассой располагалась железная дверь, которая, похоже, вела в жилую комнату. У прилавка стоял ребенок. То ли мальчик, то ли девочка. На его или ее худощавом теле буквально висела футболка на несколько размеров больше. Адриана аккуратно двинулась к прилавку. Ее глухие шаги нарушали зловещую тишину, повисшую в воздухе этого маленького убежища.

Это все-таки мальчик. Он смотрел на подошедшую покупательницу, но, казалось, его глаза были обращены к чему-то позади. Его пустые, изможденные глаза смотрели куда-то сквозь. Люди здесь сражаются за жизнь.

– Привет, мелкий. – Начала Адриана. – Еду продаешь?

Мальчик утвердительно кивнул головой.

– Хорошо, а где она?

Мальчик указал пальцем куда-то позади девушки. Адриана обернулась и увидела на полке пыльный кожаный рюкзачок с банками консервов. Ценник загнули немерено. Но что поделаешь, провизия в Старгроме заканчивается. Приходится отдавать последнее. Девушка вытащила несколько купюр, которые ей выдал Карзах, и положила на прилавок.

– Держи, я заберу консервы вместе с рюкзаком.

Мальчик взял купюры и без тени радости сложил их в кассу.

Здесь что-то не так. Адриана взглянула в глаза мальчика. Пустые, влажные. Синяки под глазами.

Железная дверь у кассы отворилась и оттуда вышли два небритых мужчины в рваных футболках, обтягивающих пивное пузо.

– Елки-палки! – Сказал лысый мужчина. – Покупательница! Да еще какая прелестная! Как вам наши товары?

– Не знаю еще. – Хмуро ответила Адриана.

– Мы такой красавице и за счет заведения бутылочку воды отдадим! – Сказал мужчина в черной кепке.

– Что у вас с ребенком?

Мужчины заржали.

– Я Агрульд. – Сказал лысый мужчина, прекратив смех. – А это мой друг Руктирий. За прилавком мой племянник Кросерк. Не обижайся на его негостеприимство. Время сейчас тяжелое, малец мать потерял.

– Это твой дядя? – Спросила девушка у мальчика.

Кросерк покивал головой.

– Странные у тебя вопросы. – Ухмыльнулся Агрульд.

– Кросерк. – Адриана наклонилась к мальчику. – Можешь поднять рукав футболки?

Мальчик испуганно смотрел на Адриану.

– Слушай, что ты парня достаешь. – С улыбкой спросил Агрульд.

– Кросерк, подними рукав. – Настойчиво повторила девушка.

– Слушай, если ты что-то купила, то бери это и иди своей дорогой. – Агрульд улыбался уже откровенно натянуто.

Адриана быстрым движением руки схватила мальчика за рукав и подняла вверх. Ну, конечно. Синяки.

– Слушай, шалава. – Агрессивно начал Агрульд, подойдя к Адриане с другом. – Давай-ка выметайся отсюда, поняла? Или мы тебя быстренько пристроим в бордельчик в каком-нибудь подвале, и будешь ты там сосать за еду, ясно?

Адриана ударила Агрульда коленом по яйцам. Лысый мужчина схватился за пах и упал на пол. Его друг Руктирий кинулся на девушку с криком. «Мужики! Помогайте!» – кричал мужчина в кепке. Мальчик отбежал в угол вагончика и сел, закрыв глаза ладонями.

Руктирий с размаху нанес удар по Адриане, но та мгновенно среагировала, отскочив в сторону. Мужчина разозлился и начал неистово махать кулаками. Девушка схватила попавшийся под руку ящик и попыталась ударить Руктирия, но тут же почувствовала, как что-то тяжелое прилетело ей по спине. Адриана отшатнулась в сторону, хватаясь за спину. К жителям вагончика пришла подмога.

Еще два крупных мужчины забежали внутрь и набросились на девушку. Адриана окружена. Двое нападающих схватили ее за руки, а третий начал наносить удары девушке по животу. Кригер начала задыхаться. Удар. Удар. Вновь удар. Резкая повторяющаяся боль начала прорезаться в самое нутро. Вот и пришел ее черед.

Неожиданно, один из нападающих завопил от боли. Адриана почувствовала, что ее больше не держат. Она упала вниз, схватившись за живот. Девушка подняла глаза. Скелька. Скелька вцепилась своими клыками в горло одного из мужчин. Пара мгновений, и девушка резко дернула головой и оторвала кусок шеи вместе с мышцей. Хлынула кровь.

Пока второй нападающий наносил удары, от которых Скелька запросто отскакивала, Руктирий подбежал к одному из ящиков и достал оттуда железную трубу. Второй нападающий сделал очередной удар кулаком и попал по железной стенке вагончика, сломав себе костяшки. Пока он стоял, схватившись за кулак и стиснув зубы от боли, Скелька достала нож и вонзила его ему в шею.

Руктирий и отошедший от удара Агрульд ринулись на Скельку. Девушка, тяжело дыша, уворачивалась от потока ударов. Однако нападающие были слишком напористы, и Скелька получила трубой по ноге и упала на одно колено, выронив нож.

Тем временем с трудом поднявшаяся Адриана собралась с силами и с разбегу влетела в Руктирия. Тот ударился головой об стену и упал, выронив трубу. Скелька вцепилась клыками в ногу Агрульда, отчего тот закричал от боли. Адриана схватила трубу и с размаху ударила ей Агрульда по голове, сломав ему череп. Руктирий попытался подняться, но тут же получил удар трубой в челюсть. Еще один удар. Третий удар. Четвертый. Адриана с криками била по голове Руктирия, пока там не осталось красное месиво, смешанное с кусками черепа и мозгами. Скелька, хромая, подскочила к Адриане.

– Адриана! Адриана! Успокойся!

Адриана бросила трубу, в ужасе смотря на убитых. Она начала истерично рыдать.

– Ну вот опять! – Кричала она. – Снова! Как тогда! Я опять убила! Опять!

Скелька крепко обняла бывшую подругу.

– Успокойся. Надо проверить вагончик.

Адриана кивнула головой, вытирая слезы. Она сделала глубокий вздох и немного отошла от истерики.

– Только это. – Сказала Скелька. – Не думай, что я тут ради тебя прискочила. Просто услышала, что началась драка и прибежала узнать, в чем дело.

Адриана кивнула. Скелька отвернулась и не сдержала легкой улыбки, облизнув окровавленные губы. Она осмотрела пол и нашла свой выкидной нож. Девушки прошли в конец вагончика к прилавку. В углу с закрытыми ладонями лицом сидел мальчик.

Адриана подошла к нему и села на одно колено.

– Все хорошо. Можешь не бояться больше.

Мальчик открыл глаза. Вагончик был залит кровью. Кросерк сидел, смотря испуганными глазами куда-то в пустоту.

– Я гляну, что в комнате. – Сказала Скелька.

Скелька Стикимия открыла железную дверь. Одного взгляда было достаточно для того, чтобы найти ответы на все вопросы. В маленькой комнате с ржавыми стенами стояла железная койка с заштопанным матрасом. Прямо у двери расположился ветхий деревянный комод с небольшим стальным графином, одним граненым стаканом и одной начисто вылизанной пластмассовой тарелкой. На койке сидели женщина с маленькой девочкой. Худые и истощенные, они в ужасе смотрели на стоящую в проходе техновампиршу.

– Все ясно. – Скелька выглянула к Адриане. – Работорговцы. Тут женщина с ребенком, девочкой. Похоже, эти ребята убили отца детей, а семью забрали как рабов.

– Мальчика для продажи, а женщину с девочкой для удовольствий. – Адриана нахмурилась.

Скелька подошла к женщине. Та обреченно смотрела на вампиршу.

– Не волнуйся. – Начала девушка. – Ваших хозяев больше нет.

На лицах рабов ничего не отразилось. Либо они потеряли уже все, что у них было, либо просто не могли поверить в то, что они свободны.

Адриана подошла к подруге.

– Мы не можем их тут оставить. – Сказала Кригер.

– Чего? – Переспросила Скелька.

– Плохо слышишь?

– Слушай. Я понимаю, что милосердие там, все дела, но… куда ты их собралась тащить? Машина у нас заполнена. Мы едем на опасную территорию. Припасов у нас мало. Что ты собираешься с ними делать?

– И что, мы оставим их тут? Через полчаса сюда прибегут другие подонки, и отправят их в другой такой же вагончик!

Девушки замолчали, серьезно задумавшись. Легкий дождь застучал по крыше жилища. Порою так много противоречий рождается, когда стоит выбор между благородными порывами и поведением, соответствующим реальному положению дел. Адриана знала, что Скелька права. Ну куда они их денут? С другой стороны, неужели она сможет бросить здесь мать с детьми? Оставить их работорговцам?

– А вы отсюда? – Спросила Адриана, вытерев пот со лба.

– Нет. – Тихо ответила женщина. – Мы с Богатого района.

Девушки удивленно переглянулись.

– То есть, ты имеешь связи в Администрации?

– Мы с мужем там работали.

– Вот дела. – Скелька глубоко вздохнула.

– Слушай, мы сможем их довезти до Богатого района. – Настояла Адриана.

– А дальше что?

– Спасибо, что хотя бы отомстили за нас. – Тихо сказала женщина. – Эти мерзавцы постоянно били моего сына. Они ему язык отрезали.

Глаза женщины стали влажными. Дождь монотонно отстукивал по крыше. У Адрианы пересохло в горле. Она не могла оставить кого-то на произвол судьбы. Снова.

– Идти можешь? – Спросила Адриана у женщины.

Рабыня утвердительно кивнула в ответ.

– Дура. – Скелька неодобрительно посмотрела на бывшую подругу. – Но добрая.

Скелька уверенным шагом направилась на выход из вагончика. Женщина поднялась, все еще не понимая, что ужас закончился. Их спасли. Хотя и детям, и женщине будет тяжело оправиться от всего этого, она справятся. У них нет другого выбора. Адриана просто выбрала меньшее из зол, позволив им отправиться вместе с ними в неизвестность.

*

– Адриана, вы далеко?

– Мы подходим, Карзах.

На улице начался долгий проливной дождь. Во Время Слез небо орошало сухую землю живительной влагой. Жара и зной уходили вместе со Временем Огня. Желтые листья летали по улицам. Капли неспешно стекали по стеклу. Мир охватывал сон. Карзах, Рэйнер, Римгрий и Несгерт молча сидели в фургоне. Каждый глубоко задумался о чем-то своем.

Дверь фургона отворилась, и шум дождя заглушил все мысли. Адриана, Скелька и спасенная семья зашли во временное убежище.

– Эм, добрый вечер, кто бы вы ни были. – Удивился Карзах.

Несгерт хотел что-то сказать, но Скелька его перебила.

– Работорговцы. В этом сраном районе процветает торговля людьми. Мы спасли этих людей от них.

– Ну и правильно, что спасли. – Ответил Карзах, смотря в пол. – Только куда мы их денем?

– Они с Богатого района. – Сказала Адриана. – Где-то эти босяки сумели их поймать.

– Ну нихрена ж себе у нас гости! – Воскликнул Несгерт.

– Очень рад видеть таких великих гостей в нашем скромном обществе! – Римгрий поклонился, стукнувшись лбом об пол.

– Ладно, это другой вопрос. – Сказал Карзах. – Самое главное, нашли нам место для ночлега?

– Многоэтажки в ту сторону заняты. – Ответила Адриана. – Многовато там людей. Да и в лапы работорговцев ночью угодить не хочется.

– И каннибалов тоже, твою мать! – Нервно заметил Несгерт. – Вы знаете, что мы нашли в супермаркете? Долбаные, висящие вниз, блять, головой человеческие тела, подвязанные за веревки! Причем, кого-то наполовину сожрали, а кому-то кожу содрали! Черт возьми, не район, а сумасшедший дом!

– Мы с Рэйнером обнаружили подонков из «Людской Армии». – Добавил Карзах. – Они там данкликергов на кострах жарили.

– Ну и местечко, блин. – Вздохнула Адриана.

Несгерт и Римгрий помогли женщине и детям расположиться в фургоне. Карзах раскрыл карту Старгрома, обдумывая план действий.

– Нам придется расположиться на ночь где-то у основной дороги. Не скажу, что там безопасно, но хотя бы людей мы практически не видели. Найдем какую-нибудь квартиру, и с утра двинемся дальше.

– Мы насквозь промокнем под таким дождем. – Недовольно заметил Несгерт.

– Мы проедем немного. – Сказал Карзах. – Смотрите в оба. Поставим фургон у основной дороги, а сами поищем место для ночлега.

Машина двинулась вперед. В углу стучали друг об друга банки, которые Адриана прихватила с собой из вагончика. Теперь у нее появился и небольшой рюкзачок. Рейверий медленно ехал вперед, маневрируя между препятствиями. Стекло противогаза слегка запотело. Несгерт предложил женщине и детям противогаз, но те отказались. Вся семья выглядела истощенной, худой и разбитой.

Иногда Карзах с интересом бросал взгляд в стекло заднего вида. Милое лицо женщины с выступающими скулами, худыми щеками, и карими глазами омрачал пустой и совершенно мертвый взгляд. Сотканное из тряпок разного цвета платье висело на худых загорелых плечах. Она просто сидела, смотря в одну точку.

– Слушайте. – Начал Несгерт. – Вот больше всего мне у техновампиров нравится форма военная. Ох, как она хорошо сидит! Вся прямо подогнанная под военного!

– Потому что ее действительно подгоняют под каждого индивидуально. – Сказала Скелька. – Эстетика должна оставаться везде.

– Военная форма, подогнанная индивидуально – это красиво. – С улыбкой сказал Несгерт. – Только в бою это хер поможет.

Фургон завернул в небольшой двор с множеством разбитых машин. Карзах запарковался поближе к одному из подъездов и проверил патроны в пистолете.

– Римгрий, останься с… – Карзах вопросительно посмотрел на женщину.

– Кольдра. – Тихо ответила женщина. – Меня зовут Кольдра Мнерий. А это моя дочь Тсерта и сын Кросерк.

– Останься с Кольдрой. – Продолжил Карзах. – А мы пока найдем, где переночевать.

– Как скажешь, о мудрейший из командиров!

Искать подходящее для ночлега место долго не пришлось. Вся многоэтажка была совершенно пуста. В квартирах работал свет. Только воды не было. Отряд вернулся на первый этаж, в ближайшую к выходу квартиру. Пока отряд начинал располагаться на ночь, Рэйнер вернулся в фургон, чтобы забрать оставшихся.

– Выходим господа-богатеи, сегодня спим под черепичной крышей! – Рэйнер глотнул виски из своей фляжки.

*

Квартира особо не отличалась от той, что была у Карзаха и Адрианы ранее. Разве что, теперь отдельную комнату отдали натерпевшейся семье. В сковородке, на плите, шкворчало мясо из консервов. По комнате носились небольшие тени летающих у яркой лампы насекомых. Римгрий, облизываясь, наблюдал за тем, как Несгерт поджаривает пищу.

Когда еда была готова, и все собрались за столом, Рэйнер разлил остатки виски по железным кружкам и граненым стаканам. Только Кольдра с детьми не пили.

– Ну что, господа! – Несгерт встал, задорно улыбаясь и проверяя пальцем наличие колец из эно-стали на своих рогах. – Хочу сказать, что мы уже прошли, как минимум, половину пути. Возможно, каждого из нас в душе коробит темное осознание того, что нас ждет в конце. Того, что нас ждет, когда в город войдут механики. Но поверьте мне. Каждый из нас может потерять свободу. Каждый может потерять жизнь, надежду. Но никто и никогда не заберет у нас мечту. Мечту, которая роднит сейчас всех нас. И даже если мы не исполним ее сейчас – мы доберемся до нее на том свете. Смерть не победит, пока живы такие, как мы. Бойцы. За настоящих товарищей. И за Родину!

Трудно сказать, внял ли кто-нибудь тому, что сказал Несгерт. Но каждый понимал, что это маленький шаг. Что это спичка, зажегшаяся в непроглядной тьме. Ведь каждый в потаенных глубинах своей души хранил мечту. Мечту о том, что в конце пути все они встретят рассвет.

Отряд сидел за столом, уплетая ужин и допивая запасы Рэйнера.

– Слушай. – Опять начал разговорчивый Несгерт. – А как это так получается, что ты не спишь целыми днями, да еще не горишь от дневного света? Неужто врут легенды, мать их?

Отчасти не врут. – Скелька пальцем показала на несколько миниатюрных устройств на шее и лице. – Как и люди, вампиры и данкликерги прогрессируют, развиваются, приспосабливаются к новому миру. У меня на теле дорогие устройства, которые упрощают мне жизнь. Вводят химию в кровь, с которой я легче переношу свет Огненной Звезды, и совсем блокируют дневной сон, который мне за ненадобностью. Вампирам-военным дают устройства попроще, а те, кто побогаче могут себе позволить такие, как у меня.

– Так ты, получается, богатая? – Спросил Рэйнер.

– Нет. Мне эти устройства вампирский Отец подарил. Там своя история. Не хочу рассказывать. А вампирская Мать мне официально вручила эту вещицу. – Скелька достала небольшой шприц с красной жидкостью. – Это инъекция с особой кровью вампира, про которую я рассказывала. Каждому новообращенному выдают только одну инъекцию. И он сможет обратить только одного человека.

– Ну, дела. – Несгерт удивленно почесал бородку.

– И что, если повредить эти миниатюрные устройства на твоем теле, то техновампир сгорит? – Спросила Адриана.

– Нет, просто неприятно будет. – Ответила Скелька. – Или спать захочется. Смотря, что повредишь.

– А много ваших полегло от «Цепи»? – Поинтересовался Карзах.

– Никто не умер. Мы не болеем.

– Эх, мне б такую жизнь. – Печально сказал Несгерт. – Да вот только данкликерг я. Меня не обратить.

– Не надо тебе этого. – Мрачно сказала Скелька. – Вечная жизнь… скучна и страшна. Все узнаешь, ко всему привыкаешь. И живешь, пытаясь найти хоть крупицу чего-то нового. Старейших вампиров практически не осталось. Они все совершили самоубийство.

Все ненадолго замолчали.

– Несгерт. – Сказал Рэйнер. – А ты, сам по себе, кто такой-то?

– В плане?

– Ну, вот ты же не родился наемником? С дробовиком своим. Кем ты был, пока не занялся этим?

– А, ты про это. – Задумался Несгерт, поглаживая бородку. – Да там, сука, так себе история. Дезертир я из Вольной Державы Аворструб. Служат там столько же, сколько в Дользандрии. Думаю, все вы помните войну Аворструб с Волей Никларнгов. Моя страна тогда начала агрессивную экспансию земель, которые принадлежали тогдашнему Режиму Кассгневов. Я участвовал в штурме города Уставший Путник, а потом брал деревню Вкусное Сено. Помню контратаку никларнгцев на деревню. На нас прет целая армия. Их самоходные артиллерийские установки ЖН – 448 «Океан» нас на куски разрывают. Бомбардировщики НЮО – 270 «Имперец» землю превратили в сплошной пустырь. А мы сидим и лупим по ним с ручных пулеметов ГД – 1 «Гонец» фирмы «Смаршхайрд». Эти ублюдки делают отличные стволы. Чудом я в том бою выжил. Может Кольнредарий спас, черт его знает. Приказ нам наконец-то пришел – отступать. После этого боя я и бежал в Дользандрию тайными тропами. На меня тут всем плевать, можно тут отсиживаться.

– А чего бежал то?

– Обосрался снова в бой идти.

На кухне снова повисло молчание. Дождь стучал по окну. Птицы перестали петь. Город погрузился в сон.

– Думаю, мы уже пойдем спать. – Сказала Кольдра. – Поздно нынче.

– Нам всем пора уже отдохнуть. – Добавил Карзах.

Отряд разошелся по комнатам. Кто-то постелил себе на кухне, кто-то в зале, кто-то в коридоре. Женщина с детьми легла в отдельной комнате. Перед сном Карзах зашел к ней.

– Я забыл дать Вам воды. – Вполголоса сказал Карзах. – Если вы захотите есть, то найдете все в холодильнике. Если понадобится помощь или дети чего захотят – смело будите меня.

– Спасибо Вам большое. Не волнуйтесь, мы неприхотливы. – Кольдра еле видно улыбнулась.

День 8.

Огненная Звезда уже глядела в окно, ослепляя уставших после свежего воздуха людей. Адриана лежала на кровати, читая книгу. Изредка ее внимание захватывало, как младшая сестренка игралась, двигая солнечных зайчиков по потолку. Трудно объяснить, почему это занятие так захватывало ребенка и ее старшую сестру. Глаза Адрианы влажнели, когда она задумывалась, смотря на девочку. Она осознавала, что чувствует. Но она быстро опускала глаза в книгу, убеждая саму себя, что это из-за света глаза слезятся.

Когда младшая сестра устала двигать часами из стороны в сторону, наблюдая за зайчиками, она положила его на стол, плюхнулась рядом с Адрианой, а потом залезла ей на ноги, отняв возможность продолжать чтение.

– Мам, мне скучно.

У старшей сестры подступил ком к горлу.

– Ирма, я же не… мама.

– Прости, я привыкла немножечко. – Ирма положила голову на живот сестры. – Почему папы постоянно не было.

– Он в командировке, зарабатывает деньги.

– А почему он не хочет со мной сидеть, когда приезжает?

– Он очень устает, ему сложно.

Ирма поднялась и застыла, смотря в глаза Адрианы.

– Но ведь они не берут меня с собой. Когда папа и эта тетка, которую он заставляет называть «мамой», куда-то едут, я остаюсь дома одна.

У Адрианы сжалось сердце. Она опустила глаза. Лишь бы не показать слезу. Не сейчас. Нельзя.

Она подняла голову, сдерживая эмоции в себе. Она знала, что хочет услышать Ирма.

– Адриана. – Продолжила младшая сестра. – В тринадцать лет ты уже за мной смотрела. А не эта тетка. Но не, я не о том. Я хочу, чтобы ты мне сказала. Я хочу быть, как ты. Ты была такой взрослой в тринадцать.

– Ирма, хорошо оставаться маленькой, ты поймешь это вскоре.

Ирма сжала ладонь Адрианы. Ту, на которой красовался шрам.

– Прошу тебя, сестричка, скажи мне все. Ты никогда мне не говорила неправду, я правда очень-очень хочу знать.

Адриана понимала, что младшая сестра уже все знает. Она хотела просто услышать подтверждение, а не что-то новое. Силы оставили Адриану.

– Ирма, когда ты вырастешь, ты поймешь, почему этим теткам плевать на тебя. Она вышла замуж за твоего отца не из побуждений стать кем-то для тебя. Секс, квартира. Ну и машина. Ты это хотела услышать, да?

Девочка не ответила. Лишь понимающие глаза слегка заблестели. Влажные и холодные глаза, слегка прикрытые струящимися золотыми волосами, отблескивающими под лучами Огненной Звезды.

– Да. Это, наверное. Хотела.

Адриана крепко обняла сестру.

– Ты сильнее многих в своем возрасте. Это у нас семейное, поверь.

Ирма прижалась к груди сестры, смотря пустыми глазами в пол.

– Но ведь у меня всегда оставалась ты. – Девочка протерла глаза рукой. – Я знаю, что ты меня любишь.

Адриана не могла ответить.

– Ирма. – Старшая сестра крепко сжала ладонь Ирмы, той самой ладонью со шрамом. – Однажды, мы с моей подругой поклялись защищать друг друга. До последней капли крови. Чтобы ни случилось, я оберегу тебя от всего. Я справлюсь со всем.

Они долго сидели, обняв друг друга. Огненная Звезда играла с их светлыми, даже золотыми волосами, утопая в темно-зеленых глазах.

– Я хочу стать такой, как ты. – Ирма закрыла глаза.

Адриана вытерла мокрое от кровавых слез лицо.

– Ты станешь той, кем хочешь быть, поверь мне. Я тебе помогу.

Огненная Звезда окрасила комнату оранжевым светом. Птицы запели таинственные песни, сокровенный смысл которых ведом только им. На белом свете остались только розоватые стены детской комнаты. Мягкие игрушки, мягкий ковер и кровать с детской розоватой простыней. И только два человека осталось в этом мире. Адриана и Ирма.

Ирма светло улыбнулась, пряча слезы рукавом.

– Я знаю, убийца.

*

Шум разбитого стекла нарушил сон. Адриана подскочила, несколько секунд не понимая, что происходит. Карзах прибежал из другой комнаты и подскочил к окну. Какой-то силуэт пытался пролезть в квартиру. Рейверий замахнулся топором и одним ударом разрубил силуэту позвоночник. Горячая кровь плеснула в потолок.

– Адриана! Поднимайся, живо! – Кричал Карзах.

– Что происходит?! – Спросила Адриана.

– «Людская армия». Эти сукины дети решили нас порезать всех!

– Мы же, блять, не данкликерги!

– Им плевать, кого убивать! Да поднимайся ты! К нашим мохнатым друзьям сейчас проявят особое внимание!

Адриана с Карзахом выскочили в коридор, где уже заняли оборону Несгерт с ружьем и Рэйнер с пистолетом. В дверь ломились, как минимум, человека три.

– С добрым утречком, господа! – Ухмыльнулся Рэйнер и хмуро посмотрел в пустую фляжку.

– Где Скелька? – Громко спросила Адриана.

– Не знаем! Ее нет в квартире! – Ответил Несгерт. – Римгрий в комнате сидит с Кольдрой!

– Черт, рация же в рюкзаке! – Карзах скинул рюкзак и начал хаотично рыться среди вещей.

– Сейчас пробьются! – Кричал Несгерт.

– …Ребята, блять! Вы совсем с ума сошли! Прием! – Кричала Скелька в рацию.

– Вот он, родимая! – Воскликнул Карзах и вытащил рацию. – Прием, Скелька! Ты где?!

– Я в фургоне! Чтоб не шуметь, ночью вышла посидеть тут! Здесь повсюду какие-то полудурки! Я не могу выйти! Их слишком много!

– Сиди там! Заведи машину, как только я дам сигнал!

– Поняла!

Входная дверь слетела с петель, и шестеро сумасшедших мужиков побежали в атаку. Несгерт с Рэйнером тут же открыли огонь на поражение. Двое нападающих тут же упали с предсмертным хрипом. Остальные, опомнившись, в мгновение ока развернулись и дали деру. Рэйнер попал одному из них в спину.

– Прорываемся! – Крикнул Карзах.

– Мы не выйдем! Они, скорее всего, все окна и подъезды под присмотром держат!

– Не бойся, я все просчитал! – Уверенно сказал Рейверий и побежал в комнату, где сидели Римгрий и Кольдра с детьми.

Римгрий закрылся руками, когда Карзах резко открыл дверь.

– Выходим! Живее, живее! Бросайте все! Уезжаем!

Когда отряд собрался у двери, Карзах достал рацию.

– Скелька! Заводи фургон!

– Поняла!

Бандиты «Людской армии» стояли у окон квартиры и около входа в подъезд. Услышав звуки мотора, они тут же обернулись и ринулись на вампиршу с дубинками, ржавой арматурой и железяками.

– Они на меня прут! Карзах!

– Скелька! Проезжай чуть вперед и задом влетай в дверь подъезда!

– Ага!

Едва бандит замахнулся дубинкой на боковое стекло, как Скелька резко двинулась вперед. Толпа бросилась за ней. Проехав немного вперед, девушка затормозила и на всей скорости двинулась к деревянной двери подъезда. Не успевшие отскочить в сторону бандиты завопили от боли. Машина слегка подпрыгнула, когда наехала на нападающих, раздробив им кости. Фургон с грохотом влетел в подъезд и выбил деревянную дверь.

– Живо, живо! Внутрь! – Кричал Карзах, открывая заднюю дверцу фургона.

Первыми внутрь заскочили Несгерт с Рэйнером и, выбив лобовое стекло, тут же открыли огонь по наступающей толпе.

– Так, все здесь?!

– Карзах, залазь! – Крикнула Адриана.

Убедившись, что все в фургоне, Карзах запрыгнул внутрь.

– Гони!

Один из бандитов подбежал к машине сбоку и разбил боковое стекло огнетушителем. Скелька подняла руку, защищая лицо от осколков. Нападающий нанес удар девушке железным предметом по лицу и вцепился ей в горло. Несгерт попытался прицелиться в противника.

– Нет! Попадешь в Скельку! – Рэйнер поднял рукой дуло дробовика в потолок.

В то же мгновение Адриана выхватила из кармана подруги нож и вонзила его в череп бандиту и тут же вытащила. Кровь залила салон. Скелька отпихнула нападающего и вдавила педаль газа в пол. Машина резко двинулась вперед, протаранив толпу.

– Сейчас направо! А потом опять направо, и прямо! – Командовал Римгрий. – Так мы выедем на основную дорогу! Проедем чуть вперед и снова направо!

Фургон выехал со двора. Гневные крики толпы, оставшейся позади, становились все тише и тише. Дождь заливал салон через выбитые стекла. Несгерт расслабленно упал на кресло, тяжело дыша.

– Ну и дела, мать твою! – Воскликнул он.

– Поделом им, чмырям кровожадным. – Рэйнер ухмыльнулся.

– Не думал, что ты водишь машину. – Карзах облегченно вздохнул.

– Немного. Но с фургоном управлюсь. – Ответила Скелька.

– Сейчас на основную дорогу выедем, и я за руль сяду. – Пообещал Рейверий.

– Все нормально.

– Нет, нет, я поведу. Вождение меня успокаивает. Будто возвращаюсь в спокойные времена, когда я работал водителем автобуса.

– Слушай, это ж мой нож. – Адриана внимательно разглядывала холодное оружие.

– Забирай. – Спокойно ответила Скелька. – Он действительно твой.

– Ты его сохранила.

– Да.

Дождь стал заливать в боковое стекло со стороны Скельки. Отряд вздохнул спокойно, оправляясь от боя. Карзах подошел к Кольдре.

– Вы как? – Спросил он. – Дети в порядке?

– Все хорошо! – Ответила Кольдра. – Спасибо вам всем за то, что так защищаете нас! Несмотря на то, что мы просто обуза.

– Не говорите так. Мы пообещали, что довезем вас, а, значит, сознательно приняли вас в свои ряды.

Скелька неуверенно маневрировала между препятствиями на дороге. Члены отряда завязали лица тряпками, лишь бы хоть как-то ослабить вонь, исходящую от трупов. На улице было еще темно. Потихоньку светлело. Адриана сидела на своем любимом креслице, рассматривая свой давно потерянный нож. Сколько же воспоминаний с ним связано. Скелька сидела, прикусывая губу. Она долго собиралась с духом, чтобы что-то сказать.

– Адриана. – Позвала она.

– Да?

– Прости за то, что ударила тогда в фургоне. И напомнила о плохом. – Скелька замялась. – И за то, что помогла сейчас. Спасибо.

*

Фургон двигался, минуя облезлые здания и раздувшиеся от воды тела. Утром дождь не прекратился, но слегка ослаб. Моросящие капельки стекали по разбитому стеклу и попадали на мокрое лицо Карзаха. Кап. Кап. Капли сползали к бороде, как кровь.

Когда Северный район остался позади, отряд снял тряпки с лиц и снова вдохнул влажный ветер. Взгляду вновь открылся бескрайний пустырь, теперь уже серый от дождя. Тучи сливались с мутной водой в лужицах. Стало резко холодно. Горячий зной последних недель Времени Огня сменился прохладой. Издалека летели желтые листья, порою попадая в салон машины. Почему все, кто сидят сейчас в фургоне, так держатся друг за друга? Трудно сказать. У каждого была своя причина. С другой стороны, им всем уже было нечего терять.

Адриана неуверенно подошла к Скельке и села рядом с ней.

– Скелька. – Начала она. – Я хочу спросить.

– Чего? – Не то холодно, не то грустно ответила бывшая подруга.

Адриана немного посидела, размышляя с чего начать.

– Мы так плохо разошлись. – Продолжила Адриана.

– Я постаралась выкинуть это из памяти. – Скелька старалась сохранять спокойное выражение лица, но ее губа слегка поджалась от злости или обиды.

– Почему ты мне помогла тогда с рабовладельцами? И почему продолжаешь как-то общаться со мной?

– А ты не догадываешься? – Скелька помрачнела. Ее рубиновые глаза смотрели на мокрый оранжевый лист черешни.

– Не знаю. Может быть.

– Мы команда, дура. – Скелька вытерла капли дождя с щеки. – Даже после того, что ты сказала.

Скелька поднялась с кресла и ушла в другой конец фургона. Она села в угол и задумалась о чем-то своем. Адриана смотрела на нее, но знала, что сейчас лучше оставить ее наедине. Насколько это было возможно в тесном фургоне.

Рэйнер и Римгрий о чем-то разговаривали с Кольдрой. Дети внимательно слушали.

– Слушай, Карзах. – Начал Несгерт, сидевший рядом с водительским креслом. – Я, конечно, долго живу в Дользандрии, но кое-чего не могу понять.

– Я сам далеко не все понимаю. – Перебил Карзах.

– Ну вот смотри: данкликергов у вас здесь не жалуют. Очень сильно не жалуют. Но их берут в ОПНО. И забирают в армию. И в Администрации я их видел! Как так?

– Вояки погибали, защищая данкликергов во время пятых дней. Не каждый человек сидит и целыми днями думает о том, как он ненавидит других и хочет всех убить.

– Понимаю.

– Простите, что отвлекаю вас, о мудрейшие собеседники. – Вмешался Римгрий. – Однако хочу вас предупредить, что нам придется спешиться на подъезде к Синему району.

– Это глупость! – Перебил Рэйнер. – Карзах, там практически все слегли от «Цепи». Мы спокойно прорвемся с боем!

– Какой бой?! – У Римгрия дрожал и срывался голос от страха. – Вы что?! Какой бой?! Нельзя с боем! Это безумие!

– Я тоже не вполне согласен с Рэйнером. – Ответил Несгерт. – Военные, в любом случае, лучше вооружены. К тому же, зачем нам лишняя опасность?

– Но и фургон мы бросить не можем! – Согласилась с Рэйнером Адриана. – Нам же черт знает сколько еще пилить до Богатого района! И хочу заметить, что мне нужно потом попасть в Парковый!

– Могучий Карзах! – Продолжил Римгрий. – Будь благоразумен! Мы не сможем проехать на моих путях на машине!

– Спешиваться не придется. – Спокойно сказала Скелька, смотря далеко вперед.

Сконцентрированный на дороге Карзах приподнял глаза и увидел вдалеке множество самодельных столбов. Чем ближе они становились, тем отчетливее вырисовывалась причина, по которой эти столбы поставили. Виселицы. Рейверий уже видел подобное.

– А это уже ваши, Рэйнер. – Мрачно сказал Карзах.

Вдоль дороги на протяжении всего километра установили столбы с повешенными людьми. В живот каждого тела гвоздем были прибиты таблички с надписью «Виндликерг». Вешали и мужчин, и женщин, и детей. Террористам было плевать, кого убивать.

– Ну что, Рэйнер. Этих тоже будем огнем забрасывать? – Карзах внимательно следил за Рэйнером.

Скьяльбрис старался сохранить невозмутимое лицо, но у него ничего не получилось. Это были не партизаны. Это были террористы. И они просто устроили бойню.

– Суки. – Адриана покраснела от злости.

– Скорее всего, это «Фъльрагът Къхлектартъа». – Подавленно отметил Рэйнер.

– «Языки пламени»? – Спросил Несгерт. – Не слышал о таких, мать его, уродах.

– В барах Мертвого района часто их обсуждали. – Продолжил скьяльбрис. – Это группировка ещадаргов. Довольно сильная и жестокая. Хотят обрести славу «Кровавых лепестков». Говорят, что они хорошо организованы.

– Я представляю насколько. – Несгерт прочистил горло. – Вон, глядите. На столбах военные висят.

На самодельных виселицах мрачно колыхались на ветру люди, одетые в военную форму. Столбы заканчивались. Какое-то время в фургоне сохранялось молчание.

Спустя долгое время вдалеке вырисовывались контуры Синего района. Карзах не мог сказать, что хоть что-то казалось знакомым. В Синем районе он не запомнил ровным счетом ничего. Несгерт неожиданно усмехнулся, глянув на свое плечо.

– Снег что ли, черт подери?! – Воскликнул он.

Карзаху тоже попала в лицо снежинка. Он взял ее в два пальца и растер. Пепел. В воздухе витал пепел. Дождь закончился, но его сменил «снегопад». Фургон уверенно приближался к новому району.

– Так, господа. – Начал Карзах прокашлявшись. – План у нас такой. Так как мы практически все оставили в квартире, нам придется искать припасы. Кроме этого, нам нужна одежда. Становится прохладно, а мы тут в рубашках сидим. Третья важная вещь – топливо. Канистра на исходе. Ну и, конечно, ночлег. Я думаю, нам придется заночевать. Пока мы это все найдем, уже и завечереет.

– Опять разделяемся? – Хмуро спросил Несгерт.

– У нас еще Кольдра с детьми. – Напомнила Адриана.

– Да, я помню. – Сказал Карзах. – Сделаем так. Несгерт останется с Кольдрой. Римгрий пойдет с Рэйнером. Вам грозит меньшая опасность, потому что вы данкликерги, и никому лучше не видеть то, что вы с нами. Ваша цель: найти ночлег и, по возможности, приступить к поискам припасов. Я, Адриана и Скелька пойдем в другую сторону. Мы сконцентрируемся на припасах, топливе и одежде. Есть возражения?

– Ну возражение теперь у меня. – Сказал Несгерт. – Я все-таки солдат, и мой дробовик вам пригодится. Может, Римгрий останется с Кольдрой?

– В этом и дело, что ты солдат, Несгерт. – Сказал Рейверий. – Семье нужна хорошая защита. Сюда может прийти кто угодно.

– Ладно, я понял. – Согласился Несгерт.

– Ну если больше возражений нет, то собирайтесь потихоньку.

*

Несгерт молча сидел, смотря в окошко фургона. Район будто бы покрыла снежная пелена. Повсюду летали снежинки. На самом деле, это толстый слой пепла покрывал улицы и здания. «Языки пламени» сожгли половину района. Несгерта завораживал гротескный и печальный вид мертвого города.

Он не знал, как обстоят дела у детей Дользандрии, но в Вольной Державе Аворструб ему было очень трудно. Он жил в городе, где все еще жили недавней войной. Дети рогардтов напоминали милых козлят, которые и мухи не обидят. Но Несгерта люди ненавидели. Прежде всего, взрослые. И эти же взрослые люди учили свое чадо ненавидеть рогардтов. А рогардты отвечали тем же. Друзья Несгерта медленно пропадали из его жизни. Время шло, и рогардт остался один.

В армии ничего не изменилось. Постоянные драки, выяснения отношений и словесные перепалки были обычными каждодневными делами. Во время очередной войны с Волей Никларнгов его, как и остальных рогардтов, ставили в первые ряды. Но назло самой смерти он выживал. Ему не давали медалей и не выказывали почестей. Лишь обсуждали за спиной, почему «он до сих пор не сдох».

Несгерт и сам не мог ответить на вопрос: почему он остался таким дружелюбным? Почему люди не сломили его? Почему он сейчас не бегает с ружьем наперевес вместе с остальными бандитами по улицам Старгрома?

Быть может, в Дользандрии, в Мертвом районе, он почувствовал себя изрядно лучше. Он стал наемником, защищающим торговые лавки. Порой к нему даже обращались люди через знакомых данкликергов, чтобы он защищал их во время их командировок в Мертвом районе.

Кольдра прервала воспоминания рогардта, слегка прикоснувшись рукой к его плечу.

– Что такое? – Спросил Несгерт.

– Да я хотела бы всех вас отблагодарить за то, что вы так заботитесь о нас. Но у нас ничего нет с собой. Возьмите хотя бы это. – Кольдра протянула рогардту какой-то кулон на холщовой веревке. Он был расписан интересными узорами. По центру с обеих сторон были небольшие изображения, составленные из различных линий.

– Спасибо, Кольдра. – С улыбкой ответил Несгерт. – Это какой-то талисман?

– Он самый. Он всегда защищал меня. Быть может, только благодаря ему нас не убили в том страшном месте.

– Я все же уверен в том, что вас спасли Адриана со Скелькой. Честно говоря, я не верю в какую-то силу талисманов.

– И в богов Вы не верите?

– Жизнь у меня была такая, что надо было думать о том, как бы, мать твою, не сдохнуть. Там не до богов.

– Зря Вы так. Это амулет тогда притянул наших спасительниц. И боги помогли Вам пережить все трудности.

Несгерт улыбнулся в ответ и положил амулет в кармашек у сердца. Он не верил Кольдре, но ему не хотелось расстраивать женщину. В конце концов, она столько пережила.

– Почему твои дети постоянно молчат?

– Работорговцы отрезают языки детям.

– Прости.

Чтобы не болтали лишнего. Несгерт это знал. Он видел работорговцев, которые пару раз появлялись в Мертвом районе после закрытия города. Они двигались, защищаемые целым вооруженным отрядом. Через какое-то время они ушли и уже не возвращались. Говорят, что вся их охрана слегла от «Цепи», и теперь они сидят в Северном районе.

Кольдра вернулась к детям и села на небольшой диванчик. Несгерт снова прильнул к окну, смотря на витающий в воздухе пепел. Как же завораживающе и одновременно жутко выглядят пепельные поля.

*

– Рано уже стало темнеть. – Недовольно заметил Карзах.

Отряд стоял перед большим торговым центром, засыпанным пеплом. Адриана достала сигареты и закурила одну.

– Дай-ка мне тоже. – Попросила Скелька.

– Вампирша, которая курит сигареты и жрет виски. Круто. – Адриана передала Скельке сигарету и дала прикурить.

– Так, народ, сохраняем бдительность. – Громко сказал Карзах. – Здесь ещадарги половину района спалили. Держимся вместе.

– Успокойся, Карзах. – Спокойно ответила Адриана. – Мы настороже.

Рейверий кивнул, и все трое выдвинулись в торговый центр, оставляя следы на пепле.

Торговый центр выглядел очень бедно. На прилавках лежали остатки дользандрийской одежды и обуви. То тут, то там валялись пустые пачки из-под сигарет. Электричества не было, но сквозь массивные окна все еще проходил легкий багровый закатный свет. Карзаха охватила легкая печаль. Все казалось таким покинутым и мертвым. Казалось, будто это место забросили очень давно, и сюда никто никогда уже не вернется. Стоят ли того все эти усилия в последние дни своей жизни? Почувствует ли он, что сделал в этой жизни все, что мог?

Адриана услышала доносящиеся из какого-то магазина знакомые гитарные рифы. Она быстрым шагом направилась в ту сторону. Неужели? Это же новый альбом «Дивизии Каннибалов»! В небольшом музыкальном магазине стоял проигрыватель. Из него доносилась родная сердцу музыка. «Черт, это же новый альбом, – думала преисполненная эмоциями Адриана, – я должна его забрать». Проигрыватель, конечно, ей утащить не удастся, но иметь в рюкзаке альбом любимой дет-метал группы на удачу – дорогого стоит.

– Адриана, что такое? Откуда музыка? – Крикнул Карзах, который осматривал основной зал.

– Здесь «Дивизия Каннибалов»! Я их обожаю! – Восторженно кричала Кригер.

– Не нравится мне это. – Рейверий пригладил изрядно отросшую бороду.

– Слушай, не нравится – твое дело. – Обиженно буркнула Адриана.

– Я не о музыке, мне без разницы. – Задумчиво ответил Карзах. – Это что-то старое?

– Группа старая. Альбом совсем новый.

– На кой хер кому-то оставлять здесь хороший проигрыватель, да еще и с включенной музыкой? Учитывая, что отсюда даже почти всю одежду забрали. Смекаешь?

– Думаешь, тут недавно кто-то был? Те ещадарги?

– Именно. Взгляни.

Адриана подошла к Карзаху и увидела на полу рядом с ним отпечатки лап ещадаргов. Еле заметные, отпечатавшиеся на толстом слое пыли следы вели на второй этаж.

– Это те бандиты? – Уточнила Адриана.

– Не могу точно утверждать. Но факты налицо. Меня больше беспокоит, ушли ли отсюда. Не уверен.

– Эй, господа! – Голос Скельки доносился из продуктового магазина, расположившегося рядом с лестницей на следующий этаж. – Гляньте, что тут!

– Черт, да не разбредайтесь же вы! – Нервно крикнул Карзах в ответ. – Мы идем!

Карзах с Адрианой направились в небольшой продуктовый магазин со скромным названием «Золото». На полках лежала изрядно просроченная еда. Гнилые фрукты и овощи жутко воняли. Все консервы и бутилированная вода давно закончились.

Скелька стояла, склонившись над картонными коробками.

– Что здесь? – Карзах включил фонарик и подошел к Скельке.

– Тут нормальная одежда. – С довольной улыбкой ответила вампирша.

Внутри коробок лежала аккуратно сложенная штургская одежда и обувь. Куртки, штаны, кроссовки, ботинки, рубашки, кеды и многое другое. Почему это оставили здесь?

– Ну что, Адриана? Пора сменить косуху? – Спросила Скелька.

– Нет, нет и нет.

– Почему?

– Давайте потом это обсудим. – Прервал девушек Карзах. Оденьтесь потеплее и возьмите вещи для остальных. Я пока осмотрю другие магазины.

Рейверий схватил первые попавшиеся ему на глаз свитер, пальто и ботинки и вышел в основной зал, чтобы окинуть взглядом помещение. Десятки магазинов с трудом умещались в относительно небольшом четырехэтажном здании. «Стройматериалы мы тут, скорее всего, найдем, – думал Карзах, – а вот консервы отсюда все, похоже, утащили».

Закатные лучи медленно терялись в бетонных домах. Багровый свет уступал место тьме. Адриана нашла себе теплую серую худи и одела ее под косуху, накинув на голову капюшон. Скелька сняла неудобную защиту и надела простой синий лонгслив с черными джоггерами и ультрамариновыми кедами. Карзах прошелся по опустевшим магазинам, согреваясь в длинном пальто. Чем больше окутывала город ночь, тем сильнее становились холодные северные ветры. Теперь было невозможно поверить, что за окнами падает пепел, а не снег.

– Мы здесь ничего не найдем. – Хмуро себе под нос сказал Рейверий.

– Карзах, мы готовы. – Послышался голос Адрианы.

–Ну раз готовы, пошлите на второй этаж. Может там хоть что-то есть.

На втором этаже ничего не было. И на третьем. И на четвертом. Даже все инструменты вынесли. Карзах прошел к окну, светя себе под ноги фонарем. Было уже темно. Адриана со Скелькой направились вниз, чтобы осмотреть все еще раз.

– Рэйнер, слышишь меня? – Спросил по рации Рейверий. – Рэйнер! Если ты, идиот, не слушал, когда я все тебе, блять, объяснял, то повторяю в сотый раз: когда говоришь – нажимай на сраную кнопку сбоку.

– Слышу, Карзах!

– Что у вас там? Нашли что-нибудь?

– Нашли целую квартиру, где можно передохнуть, друг. Сейчас осматриваем район.

– Отлично. Сконцентрируйтесь на поиске целой заправки. Нам нужно долбаное топливо.

– Вы что-нибудь нашли?

– Нет. Уже в какой по счету торговый центр заходим – ни черта нет.

– Хреново. Запасные варианты есть?

– Я что-нибудь придумаю. Сейчас еще немного пройдемся здесь и двинем обратно к фургону.

– Понял. Скажешь, как пойдете.

– Хорошо.

Адриана светила по сторонам, осматривая каждый уголок и читая вывески. Скидки, акции, специальные предложения и множество другой подобной брехни. Скелька остановилась, опершись плечом о стену. Пройдя немного вперед, Адриана обернулась и увидела, что вампирша стоит чуть поодаль.

– Ты чего? – Спросила Кригер.

– Можно тебя спросить?

– До этого ты не спрашивала разрешения.

– Это важно.

– Спрашивай.

– Зачем ты вернулась? Что сделано, то сделано.

Адриана задумалась. Она не ожидала, что Скелька задаст этот вопрос сейчас. Пепел летел из трещины в окне. На улице загорелись фонари. В полутьме горели глаза бывшей подруги цвета спелой вишни.

– Хочу найти ответы. Просто надеюсь на это. – Тихо сказала Скелька.

Кроваво-красные глаза заблестели. Едва Адриана попыталась сказать что-то еще, как тут же почувствовала, что что-то тяжелое рухнуло на нее сверху, и она упала. Фонарик вылетел из рук и разбился. Тишина сменилась бешеными криками и данкликергским наречием. Ещадарги.

Темный силуэт впереди попытался прорезать косуху девушки чем-то острым. Жесткая кожа не поддалась. Адриана выхватила из кармана нож и сделала быстрый выпад. Противник мгновенно среагировал на удар и отскочил в сторону.

– Скелька! – Крикнула Адриана и тут же увидела, что на вампиршу напало сразу несколько врагов.

Наверху раздались выстрелы. Адриана сделала еще один удар, но в мгновение ока получила контратаку кулаком по лицу. Девушка отшатнулась, пытаясь прийти в себя. Едва она сконцентрировалась на противнике, как нападающий со всей силы влетел в нее. Резкая боль в спине. Что-то разбилось. Дыхание перехватило. Она летит.

Несколько секунд свободного падения со второго этажа закончились сильнейшим ударом спиной об землю. Девушка не знала, что бы с ней было, если бы она не упала на какие-то мягкие мешки, обильно присыпанные пеплом. Силуэт, который действительно оказался ещадаргом, в свою очередь, схватился, как и планировал, за подоконник, но тот рухнул под его весом, и ящер полетел вниз.

На улице было светлее, чем в помещении, горели фонари. Адриана с трудом поднялась на ноги. Рот наполнился кровью после удара ещадарга. Ящер, похоже, тоже получил сильный удар при падении. Он стоял, тяжело дыша. В его плече торчала арматура. Ранен.

Адриана подняла с асфальта свой нож и крепко сжала в руке. Весь мир вокруг потух. В глазах был только один силуэт, стоящий впереди. Поднялся сильный ветер. Глаза засыпал пепел, хватаясь за куртку, штаны и потную кожу. Во рту застыл металлический вкус крови. Вот и начался снова танец смерти.

Ещадарг скалился, смотря на врага. Глаза Адрианы блестели.

– Ну подходи, ящерка. – Хрипло сказала Кригер.

Ящер убрал руку от плеча и ринулся на противника. Адриана застыла на месте, сжимая в руке нож. Он сильно ослабел от раны.

Ещадарг, максимально сократив расстояние, с криком прыгнул вперед, обнажив когти. Проиграл. Адриана молниеносно отскочила в сторону, и когда ящер грохнулся рядом с ней на живот, она прижала его голову к земле и нанесла несколько сильных ударов ножом в шею и спину. Адриана, тяжело дыша, отошла от тела и прислонилась щекой к холодной бетонной стене. Холодная поверхность остужала ноющую боль от удара кулаком. Всю спину ломило.

Адриана собралась с силами и быстрым шагом двинулась обратно в торговый центр, откуда еще доносились крики и выстрелы. Девушка забежала на второй этаж с оружием наготове. На полу второго этажа лежало пять трупов ещадаргов. Карзах вытирал кровь с лица рукавом. Скелька сидела у стены, держась рукой за бок.

– Живы? – Крикнула Адриана.

– Живее всех живых. – Ответил Карзах и посмотрел в сторону Адрианы. – Ранена?

– Спиной ударилась. Что со Скелькой?

– Да в порядке все. – Процедила Скелька сквозь зубы. – У вампиров раны быстро затягиваются. Завтра уже все будет в порядке.

– Идти можешь? – Спросил Рейверий.

– Конечно!

Скелька поднялась на ноги, опираясь о стенку, и тут же упала обратно, вскрикнув от боли.

– Так, держись за меня. – Сказал Карзах и помог вампирше встать.

Адриана подбежала к Скельке и подхватила ее с другой стороны.

– Отлично. – Карзах еще раз огляделся и перехватил для удобства фонарик. – Возвращаемся.

Темнота залила город пустотой и тишиной. Были слышны лишь шарканье обуви по асфальту и тяжелое дыхание отряда. Адриана вспомнила свой детский сон, отрывок из которого остался в ее памяти.

Ей снилась улица. Пустой город. Все было заметено снегом. Адриана тогда была еще маленькой девочкой. Она стояла на дороге, которая тянулась куда-то вперед. Было очень холодно. Ноги сковывало от снега и какого-то сильного необъяснимого страха. Девочка просто стояла. Началась метель. Внезапно она почувствовала боль в сердце. Она опустила голову и увидела, что в месте, где должно быть сердце, зияет дыра. И легкая струйка крови медленно стекает вниз. Но самым странным было другое: она точно знала, что на нее кто-то смотрел.

Адриана тащила Скельку, попутно размышляя, как там ее альбом «Дивизии Каннибалов». Не сломался ли? С другой стороны, у нее все равно не было проигрывателя.

– Что теперь делать, Карзах? – Спросила Адриана.

– Не знаю. Мы ничего не нашли, и возможности продолжить поиски у нас теперь нет.

– Может Рэйнер с Римгрием хоть что-то нашли.

– Вряд-ли. Долбаный район пуст.

– Это были «Языки пламени»?

– Да, я думаю.

Адриана приподняла голову и увидела в окне одного из домов «Скитальца». Цветок угрюмо наклонился к окну, стараясь корнями проломать бетонные стены. «Скиталец» – сильный цветок. В глубине души Адриана была уверена, что он справится.

*

Рэйнер мягко ступал по сухой, покрытой пеплом, траве. Рядом нетвердой походкой семенил трясущийся Римгрий. У скьяльбрисов было несомненное преимущество ночью. Рэйнеру не требовался свет, чтобы хорошо видеть в темноте. Острый взгляд скьяльбриса подмечал любой шорох поблизости. Но его жутко раздражал трясущийся от страха соратник. Рэйнеру изначально не нравился красарк, хоть он и пытался скрыть это всеми силами.

«Любимая Гтарлия, где же ты, когда так нужна? Почему «Цепь» схватилась мертвой хваткой именно за тебя? Сколько нужно было пролить слез над твоим бездыханным телом, чтобы твои желтые глаза цвета античного золота открылись вновь? Сколько нужно злости, чтобы сразиться с самой смертью? С другой стороны, а нужно ли? За гранью жизни – неизвестность. А тут только отчаяние и страх». – Написал Рэйнер на ее могиле. У Рэйнера было много возлюбленных за свою не столь долгую жизнь. Но только в объятиях одной он чувствовал себя счастливым. Но счастье не вечно. Болезнь забрала ее в молодом возрасте.

– Ночь уже. – Пугливо сказала Римгрий. – Нам бы возвращаться…

– Иди. – Грубо ответил скьяльбрис.

Кошачьи глаза Рэйнера блестели во тьме. Заправка. Добрались! Скьяльбрис не шел по проторенным путям красарка. Вместо этого они двинулись дворами и переулками, рыская по местам, которые не были отмечены на карте проводника. Почему они не двинулись по карте? Возможно, потому что на карте Римгрия не было отмечено ни одной заправки.

Взору путников открылись слегка покрытые ржавчиной бензоколонки и обшитое железными листами небольшое здание. Повсюду пели сверчки. Небольшие фиолетовые цветочки покрыли фасад строения. Здесь должно быть топливо. Только одна вещь не вписывалась в пейзаж заброшенной заправки: тусклый свет, исходящий изнутри. Рэйнер достал из кармана пистолет.

– Может, нам лучше уйти? – Испуганно спросил Римгрий.

– Замолчи и сиди дрочи, пока я не вернусь – Нервно, но тихо процедил скьяльбрис.

Кот мягкими и быстрыми шагами подскочил к большому окну с ржавыми решетками и максимально сосредоточился. Он мог спокойно разобрать негромкое бормотание. "Посмотри на меня, Литосандур, на внука своего, – бормотал какой-то мужчина, – как пал я, уронив саблю и бросив Государя на съедение песлеровским овцам. Не видеть мне полей наших гриджских, Гжедейрой-матерью обнятых. Возненавидел меня дядька наш Тадаумар, воинов покровитель. И Борегастер мне не доверит более жизни Государевой. Лишь крысы Месенвадуровы теперь братья мне. И Тамленвора сдаст меня врагам моим. И Гародаморгу мне теперь лишь просить о спасении. И таинственный Думленгеварх меня ослепленным оленем в свои леса приберет».

Южноверцы. Что их сюда привело? Рэйнер выгнулся, прорезая глазами темноту. Четверо мужчин, четыре женщины и двое детей. Все закутаны в теплое тряпье. Небольшой котелок с похлебкой весело трещит над костром. Вряд ли они кинутся на скьяльбриса, если тот появится. Рэйнер спрятал пистолет, но оставил руку на кобуре. Всегда нужно быть начеку. Кот тихо вошел в помещение.

– Мама, смотри! – Закричал один из детей. – Большой кот!

Южноверцы напряженно посмотрели на мутный силуэт, остановившийся у входа.

– Ежели не со злом пришел – заходи. – Сказал мужчина, который читал молитву. – А коли ограбить хочешь – ищи других. У нас ничего нет.

– Меня больше интересует собственность заправки. – Рэйнер ехидно улыбнулся.

– Бери, что хочешь. – Ответил мужчина. – Заправка не нашинская. Гости мы здесь.

Рэйнер оглядел помещение в поисках полезных вещей. Как он и ожидал, практически все вынесли. Но и другое его ожидание сбылось – за прилавком стояла ржавая коричневая канистра. Пустая? Скьяльбрис поднял тяжелую емкость и немного потряс. Где-то наполовину заполненная. Может меньше. Но найти хоть какое-то топливо – уже удача.

– Здесь практически ничего нет. – Сказал южноверец. – Только эта канистра и осталась.

– Мне больше ничего и не нужно.

– В таком случае ты счастливчик.

– Не спорю.

Южноверцы сняли дымящийся котелок с костра и разлили густое варево по небольшим железным мискам. У Рэйнера свело желудок от голода. Только сейчас, когда топливо найдено, кот расслабился и понял, насколько он голоден.

– Можешь отведать с нами похлебки, коли голоден. – Предложил мужчина. – У нас на всех хватит.

Как бы не сопротивлялся Рэйнер внутри, он сильно оголодал.

– Если Вы настаиваете…

Похлебка была наваристой и очень жирной. Скьяльбрис так и не понял, из чего она была. Возможно, это что-то не дользандрийское.

– Как тебя звать, друг? – Спросил южноверец.

– Рэйнер Катцеманн.

– Приятно видеть дружелюбное лицо в этой проклятой богами стране. Я Белозар Валерий.

– Из Гриджи?

– Да, мы из Гриджи. Когда-то я был «Клейменным славной печатью», но обстоятельства заставили меня бежать.

– «Клейменный славной печатью»? Ничерта ж себе.

– Это и награда, и бремя одновременно.

Холодный ветер пробивался сквозь ржавые решетки заправки и заставлял плясать пламя. Путники некоторое время ели молча, утоляя голод.

– Почему вы бежали из Гриджи в Дользандрию? – Спросил скьяльбрис.

– Долгая история. Оклеветали нашу деревню.

– Вы всей деревней бежали?

– Да. – Южноверец помрачнел. – Это все, кто остался. Остальные полегли в пути.

Остальные гриджцы не питали особого интереса к разговору. Они молча ели похлебку, думая о чем-то своем.

– Это ты южным богам молился? – Спросил скьяльбрис. – До того, как я вошел.

– Это не молитва. – Мужчина прокашлялся. – Это южные боги, да. Но им не нужно молиться. С ними можно просто разговаривать. Они тебя слышат, радуются, обижаются, помогают. У нас несколько иное отношение к богам. Не такое, как в Дользандрии или в Вольной Державе.

Южноверец вытер рот рукавом.

– А в кого веришь ты? – Спросил он.

Рэйнер доел похлебку и отставил миску. Он долго сидел, не отвечая. Думал.

– В то, что я сдохну рано или поздно. – Ответил скьяльбрис. – В этом я уверен.

– Хм, а в богов то веришь?

– Не верю. У меня своя вера. В то, что я считаю правильным.

Мужчина задумался, поглаживая бороду.

– Интересная у тебя вера. В правильное, говоришь, веришь?

– Ага.

– Ежели разрешишь мне задать тебе грубый вопрос…

– Задавай.

– Половину Дользандрии мы прошли. – Устало начал мужчина. От Конюхгральда мы шли до Старгрома через леса Ножа Мясника, бескрайние степи Пылелицего и навевающие грусть, пустынные окраины Плесневого Ветра. И кто знает, куда нас дальше заведет дорога. Много дользандрийцев мы повидали, и у каждого был свой взгляд на то, что правильно, а что нет. В чем же заключается твоя правда?

Рэйнер долго думал, прежде чем что-то сказать. Попытался что-то начать, но осекся.

– У каждого своя судьба и своя роль. – Наконец, сказал Рэйнер. – вот и вся моя правда.

– Думаю, я тебя понял. – Мужчина оставил пустую миску.

– Спасибо вам за ужин.

– Пускай боги помогут тебе в пути.

– Мне достаточно вашей помощи.

Рэйнер поднялся, взял канистру с топливом и мягким шагом направился на улицу.

Пепел оставался на рыжей шерсти скьяльбриса, окрашивая ее в белые и серые цвета. Человек бы сейчас насмерть замерз. А коту то что? Хорошая все-таки штука – шерсть. Римгрий радостно припрыгнул, когда увидел Рэйнера.

– Я уже хотел было за помощью бежать! – Громко тараторил красарк. – Ну, что там? Еда? Топливо? Враги? Оружие? Хищники? Монстры?

– На, тащи. – Рэйнер отдал тяжелую канистру Римгрию и пошел обратно налегке.

На одном из зданий висело знамя Дользандрии. Истертое, колыхавшееся на ветру на железном древке. «Побитое, но не убитое», – подумал Рэйнер.

*

– Не густая у нас добыча. – Карзах вздохнул.

Квартиры в Синем районе выглядели слегка получше, чем в остальной части города. Здесь были уже две небольшие отдельные комнаты. Отряд недовольно смотрел на несколько оставшихся банок консервов и бутылок воды.

– Хоть не догадались, сука, все тогда вынести из фургона. – Попытался мыслить оптимистично Несгерт.

– И что дальше? – Нервно спросила Адриана. – Мы сейчас съедим эти банки, а нам еще половину города проехать надо.

– Да не ори, епта. – Скелька лежала на диване, сжав зубы от боли, которую вызывали заживающие ранения.

– Лежи, кровососка. – Ответила Адриана

Только Рэйнер благоговейно устроился на кресле, переваривая наваристую гриджскую похлебку.

– Нам нельзя уезжать, пока мы не найдем еду. – Заявил Карзах. – Господа, мы на подъезде в Богатый район. Не забывайте, что мы понятия не имеем, как там все с едой и охраной.

– Мы понятия не имеем, что вообще сейчас творится в Богатом, мать его, районе. – Добавил Несгерт.

– Я накормлю вас дома. – Негромко сказала Кольдра. – Многое должно было остаться в доме. Деньги точно остались.

– Спасибо, Кольдра. – Сказал Несгерт. – Но до Богатого района еще доехать надо, а путь не близок.

– А что если… – Карзах ненадолго задумался. – Мы можем проехать мимо ОПНО. Меня кормили, пока я сидел взаперти. Если ещадарги и там всех поубивали, то есть шанс найти запасы продовольствия в отделении.

– Думаешь, там что-то осталось? – Спросила Адриана.

– Я не могу быть уверен. Но разве у нас есть варианты?

– Мы не потеряем времени, если заглянем туда, о умнейшие из людей! – Сказал Римгрий.

– Меня больше беспокоит, что ОПНО осталось в сохранности. – Добавил Несгерт. – Нас перестреляют, если мы туда заявимся.

– Ну уж с тем проблем не будет, господа. – Вступил в разговор Рэйнер. – Для меня разведать обстановку – плевое дело.

Отряд ненадолго затих, обдумывая план.

– Решено. – Сказал Карзах. – Сейчас ужинаем и пережидаем ночь здесь. Утром мы отправимся в ОПНО за продовольствием, а оттуда двинем в Богатый район.

Подумав еще немного, все единогласно согласились.

На этот раз Кольдра разогревала ужин на сковородке. Дети сидели за столом вместе со всеми, ожидая шипящего мяса. Карзах сидел с хмурым лицом, обдумывая дальнейшие действия. Несгерт пытался выведать у Рэйнера, почему тот так безразличен к ужину, а Римгрий бегал по комнате, пытаясь найти кого-нибудь, чтобы пожаловаться на боль в руках из-за тяжелой канистры, которую он тащил. Адриана сидела рядом со Скелькой, и они о чем-то тихо разговаривали. Когда ужин был готов, воду разлили по железным кружкам, и все сели за стол, обсуждая прошлое и будущее.

– И все же. – Начала разговор Адриана. – Почему ты от любого шороха обсыкаешься, Римгрий?

– Для меня это очень грустная история. – С виноватой улыбкой сказал красарк. – Но так и быть. В моей памяти сильно отпечатался момент из детства. Я не помню, сколько мне было лет, но я был очень мал. Я лежал в кровати и старался уснуть, меня часто мучила бессонница. В какой-то момент в мою комнату забежали родители, и отец поднял меня на руки. В доме воняло чем-то жженым. Оказалось, что начался «Очистительный пятый день». Наш дом подожгли люди, и нашей семье пришлось бежать через задний вход. Повезло, что многие люди были пьяными и нас не заметили. Мы бежали переулками и дворами, стараясь найти убежище. Тогда мы встретили других спасающихся данкликергов, и присоединились к ним. Можно сказать, что в тот день все остатки данкликергов, проживавших в различных районах Старгрома, окончательно переселились в Мертвый район.

Компания замолчала, размышляя над историей Римгрия.

– Хотя бы живой. – Сказал Несгерт. – И то хорошо.

– Живой, да в обиде. – Сказал Рэйнер. – Хоть что делай, а такое забыть тяжело, каким бы добреньким ты ни был.

– С приходом «Цепи» с обеих сторон в городе сильно активизировались нацисты. – Карзах задумался. – В Старгроме я впервые узнал про «Людскую армию», но еще раньше я слышал о «Бесшерстном воинстве» и «Дневных резчиках». Им противостоят «Хищники с Рогатого Волка» и «Хвостатые теневики». Черт, врагов у нас тут хоть отбавляй.

– Такие банды обычно скьяльбрисы организовывают. – Заметил Рэйнер.

– Я слышал и о, мать их, красарках, и о родтайках, и даже о долбаных гральндгринах. – Добавил Несгерт.

– О гральндгринах много, кто слышал. – Негромко сказала Скелька. – Реинхилд Рожденная в Осенней Выси устроила бойню в ущелье перед Пылелицым, по масштабам сравнимую с резней у Врат Иштрангера.

Адриана не разбиралась во всех этих группировках. Она знала только историю, которую ей преподавала в школе учительница Тамгрида Вельбрия. С ее уроков она хорошо запомнила концепцию, которая является одной из основ политики Дользандрии. Она заключается в том, что в других странах мир официально называют Торгензардом. Однако тут используется другое наименование: Новая Дользандрия. В основе этой идеи лежит теория, что настанет день, когда весь мир падет перед Дользандрией, и Старая Дользандрия сбросит свою чешую, став Новой Дользандрией.

Разговор не был оживленным. Еды было мало, поэтому все быстро справились со своими маленькими порциями, и, выпив воды, отправились на боковую. Усталость отбирала последние силы.

– Адриана. – Негромко позвала Скелька. – Подожди.

– Чего? – Спросила подруга.

– У меня все тело ломит. Открой портсигар, который у меня на поясе висит. Пожалуйста.

Адриана наклонилась к поясу подруги. Она заглянула в портсигар, который, собственно, не оказался футляром для хранения сигарет. Из него шел холод, а внутри вместо сигарет лежали бутыльки с кровью.

– Техновампирам тоже нужно есть. – Сказала Скелька, виновато улыбаясь.

День 9.

– Ты решил все колдоебины, что ли, собрать?! – Не выдержал было Несгерт.

Карзах отошел от воспоминаний и снова сконцентрировался на дороге, объезжая препятствия и трещины в асфальте.

Фургон остановился за несколько кварталов до отделения ОПНО. Отряд выгрузился из машины, чтобы подышать свежим воздухом. Небо было чистым, не предвещающим дождя. Хотя кто может точно это утверждать. Погода в окрестностях Старгрома изменчива. Особенно во Время Слез, когда проливные дожди, идущие целыми днями – совершенно обычное дело.

– Рэйнер, мы тебя ждем здесь – Сказал Карзах. – Разузнай, есть ли там сотрудники ОПНО, ещадарги, военные или кто угодно, и возвращайся. В темпе.

– Уже мчусь. – Сказал Рэйнер и на всех четырех лапах направился к отделению ОПНО.

Адриана достала сигарету и закурила. Дым растворялся в прохладном воздухе. Карзах подошел к Кольдре с детьми.

– Вы в порядке? – Сказал он. – Мы уже скоро доберемся до Богатого района.

– Вы не представляете, как помогли нам. – На лице женщины наконец-то появилась улыбка.

– Так, может, нам не нужно пробираться в район окольными путями? – Спросил Несгерт.

– Все наши документы в доме. – Ответила Кольдра. – Посмотрите на нас. Какие ж из нас богатеи. Охрана нам никогда не поверит, что мы оттуда.

– Верно говорит. – Согласился с Кольдрой Карзах.

Адриана стояла, опершись о стенку и докуривая сигарету, когда к ней подошла Скелька. Она выглядела так, словно вчера не было никакого боя, и она будто бы не валялась всю ночь, залечивая тяжелые раны.

– Ты как? – Спросила Скелька подругу.

– Это я тебя должна спросить. – С улыбкой ответила Адриана.

– Ну, я прекрасно. Людям сложнее отходить от ран.

– Спина болит, но, в целом, терпимо. Я вколола лекарства, у нас осталась аптечка в фургоне.

– Это хорошо.

Адриана выбросила окурок и, немного постояв, решила задать Скельке вопрос.

– Слушай. – Начала она. – А это вообще нормально у техновампиров красть людей для еды? Ну, точнее, делать это сейчас. В современном мире. И много таких ресторанов у вас?

– Это, разумеется, не нормально. – Тут же ответила Скелька. – Более того, это запрещено и законом Дользандрии, и законом Отца и Матери вампиров. Просто, как и у людей, у нас остались те, кто живет по принципам Древесной эпохи. Мы давно перешли на кровь животных, но кому-то хочется вкусить человечины.

– Ясно.

– Как там твоя «Дивизия Каннибалов»?

– В плане?

– Ты грохнулась со второго этажа на спину. Альбом цел?

– Цел. Он даже целее моей спины.

Скелька усмехнулась.

Через недолгое время к фургону вернулся Рэйнер, довольно приглаживая шерсть на голове.

– Пусто. Никого нет в ОПНО.

– Великолепно. – Довольно ответил Карзах. Садимся в фургон, мы подъедем прямо ко входу.

В разбитом лобовом стекле машины отряд воочию увидел отделение Особых Подразделений Национальной Обороны при Министерстве Образования и Пропаганды. Оно возвышалось среди серых и полуразбитых многоэтажек Старгрома. Двери из темного дерева выделялись посреди недавно покрашенных в синий цвет стен. Над входом висела эмблема ОПНО: на черном фоне изображение серебряного орла в полете, держащего в одной лапе меч, а в другой – горящий факел. Над орлом расположен лозунг "Всегда за Родину". Перед зданием расположился небольшой дворик с каменной брусчаткой, посреди которого находилась маленькая полянка, окруженная железным заборчиком. Посреди полянки рос дуб, олицетворяющий стойкость и уверенность сотрудников ОПНО.

Карзах заехал на машине прямо на брусчатку и подъехал максимально близко ко входу. Путники снова выгрузились и, оглядевшись вокруг, двинулись в помещение. Дверь оказалась открытой.

Помещение кардинально отличалось от убранства многих даже государственных зданий. Все было покрыто пылью, но нигде не было мусора. Дорогой ламинат на полу отлично сочетался с деревянными резными стенами. Основной зал хорошо освещался дневным светом, просачивающимся сквозь широкие окна. «Неужели все померли, – подумал Карзах, оглядев помещение, – или им пришлось куда-то переместиться…». На стене висело полотно с лозунгом: «Защитим народ и страну от угроз внутри и снаружи». Под ним были написаны Четыре Ектении Свободы.

– Господа! – Громко сказал Карзах. – Мы сюда прибыли за продовольствием, и, по правде, очень хочется есть. Поэтому отыщите столовую и сконцентрируйтесь на поиске еды, а потом мы внимательно осмотрим все остальное.

*

Добрая половина дня ушла на то, чтобы загрузить в фургон все полезное, что удалось найти в ОПНО. Тела сотрудников были обнаружены сложенными в тюремные камеры. Ещадарги, вырезавшие отделение, оставили все вещи на своих местах. Они просто пришли сюда убивать. Ни Карзах, ни Адриана, ни Скелька не питали сомнений по поводу того, что на них напал лишь небольшой разведывательный отряд. Следят ли за ними в данный момент? Стоит ли ожидать нападения в отделении ОПНО? Единственное, что забрали «Языки пламени», это все хранившееся в помещении оружие и боеприпасы. Даже тела обобрали.

Путники вытащили из отделения остатки продовольствия, инструменты, немного топлива, одеяла из камер, горелку, спички и др. полезные вещи. Плотно пообедав в столовой ОПНО, отряд вернулся в машину и продолжил движение в сторону Богатого района.

Синий район постепенно отступал, оставляя место облагороженным дорогам, примыкающим к Богатому району. Здесь уже располагался небольшой лесок, пришедший в запустение. Несгерт задремал, убаюканный прохладным ветром, несущим с собой запахи елей и осин. Кольдра сидела, беспокойно смотря на родные просторы, откуда ее забрали рабовладельцы. Римгрий, мешая Карзаху сконцентрироваться на дороге, подробно объяснял тому, где остановить фургон. Рэйнер подошел к Адриане со Скелькой, рассматривавшим какую-то книгу.

– Что-то примечательное нашли? – Промурлыкал скьяльбрис.

– Да, гляди. – Адриана показала Рэйнеру книгу в шикарном переплете. – Это книга Сигмарта Брейдкрова. Его романы посвящены Славной эпохе. Я так мечтала найти хоть какие-то его книги! Оказывается, в библиотеках ОПНО хранится огромное количество копий редких книг.

– Которые, наверное, за немалую сумму купит ценитель? – Спросил Рэйнер.

– Ну, да, думаю…

– Не набивайте фургон тем, что сейчас не пригодится, прошу вас. – Попросил Карзах.

– И не собирались. – Рэйнер отошел от девушек и растянулся на кресле, наслаждаясь найденным в кабинете главы Местного отделения ОПНО виски.

Адриана и Скелька углубились в чтение книги Сигмарта Брейдкрова «Железная рысь», посвященной страшному периоду в истории Дользандрии, Гражданской войне.

*

По правую сторону вырисовывалась высокая, красиво отделанная стена Богатого района. Белый камень, из которого она была сделана, сверкал под закатными лучами Огненной Звезды. Однако, стена Богатого района, скорее всего, была относительно новым строением. Никто из отряда ранее не подъезжал так близко к этой части Старгрома.

– Вот здесь останавливайся, о бесстрашный человечий лидер! – Римгрий указывал пальцем на обочину.

– Здесь вход? – Уточнил Карзах.

– Чуть дальше. Именно потому, что проводники так рьяно хранят свои секреты, никто из вас до сих пор не знает о том, где начинаются и заканчиваются тайные пути.

– Здесь же, нахрен, никого нет в округе. – Добавил Несгерт.

– Доверься мне, о рогатейший из воинов!

– Уже темнеет. Нам это на руку. – Заметила Скелька.

– Именно так! – Согласился Римгрий.

Карзах остановил машину у обочины, но попросил никого не выходить.

– Друзья. – Обратился Рейверий. – Перед тем, как мы пойдем в Богатый район, нужно решить один очень важный вопрос. Адриана, я помню, что у тебя есть свое дело, и поэтому я могу прямо сейчас передать тебе фургон. Я хочу, чтобы сейчас все для себя решили: кто пойдет со мной, а кто с Адрианой.

В машине повисла тишина. Время пришло. Дороги членов отряда расходились. Кто-то уже настигал своих демонов, а кто-то еще к ним шел.

– Нет, ребят, не надо выбирать. – Сказала Адриана. – Я должна пойти в Парковый район одна. У меня там личное дело.

– Самое дурное дело сейчас – это слоняться по Старгрому в одиночку. – С укором сказал Несгерт.

– Наши шансы на выживание и так минимальны. – Ответила Адриана. – Правда. Не надо со мной идти. Я справлюсь.

– Это твой выбор. – Сказал Карзах. – Я тебя понимаю. Тогда берем самое необходимое и выходим.

– Нихера ты не справишься. – Скелька подошла к подруге. – Я с тобой.

– Нет, Скелька, я же…

– Слушай, не выебывайся. – Прервала Адриану Скелька. – Я иду с тобой и точка.

– Хорошо. – На лице Адрианы проскользнула улыбка.

На сборы не потребовалось много времени. Все накинули заранее собранные рюкзаки со всем необходимым и вышли на холодный ветер.

– Прощайте, друзья. – Промурлыкал Рэйнер. – Мне было приятно провести с вами последние дни.

– Спасибо за то, что спас меня, Рэйнер. – Грустно сказала Адриана. – Пора нам идти разными путями.

– Ты определенно крутой чувак, Рэйнер. – Добавила Скелька.

– Возьмите это. – Рэйнер протянул Адриане пистолет. – Вам оружие понадобится больше, чем нам.

– Спасибо, теперь точно не пропадем. – Адриана забрала пистолет.

– Прощайте, о прекраснейшие девы! – Римгрий со слезами обнял Адриану и Скельку. – Быть может, на другом свете свидимся вновь!

– Не знаю. – Ответила Адриана. – Надеюсь.

– Кто ищет, тот всегда найдет. – Сказал Несгерт. – Удачи вам.

– И тебе, Несгерт. – Ответила Адриана.

– Зачем ему удача, если у него есть такой дробовик. – Добавила Скелька.

– Спасибо вам. – Негромко сказала Кольдра. – Вы спасли меня и моих детей. Вам воздастся за это.

– Не за что. – Ответила Адриана. – Постарайтесь оправиться от того, что пережили.

Кольдра благодарно кивнула. Последним подошел Карзах. Он протянул ключи от фургона и еще раз осмотрел все вокруг, чтобы убедиться, что он взял все необходимое.

– Странные дела творятся. – Сказал он и протянул руку на прощание. – Порою знаешь кого-то десятки лет, а он все еще остается для тебя чужим. А иной раз за самое короткое время ты обретаешь хороших товарищей.

– Жизнь вообще трудно объяснить. – Адриана пожала руку. – И все же. Что ты хочешь там найти, Карзах?

Рейверий задумался, смотря куда-то в сторону.

– Нужно закончить все дела, прежде чем умереть.

И они ушли. Огненная Звезда печально освещала уходящих друзей своими багровыми лучами. Ветер трепал пальто Карзаха и норовил сорвать шапку с головы плачущего Римгрия. Даже Рэйнеру было сейчас жалко этого сентиментального красарка. Дни уходят и приходят, а люди сменяются вместе с ними. В такие моменты многие часто думают о том, что когда-нибудь они обязательно встретятся вновь с теми, с кем распрощались. А когда приходит осознание, что это конец, растапливается даже самое ледяное сердце. В нашей памяти остаются последние секунды прощания. Уезжающая машина, самолет, поезд. У нас остаются только эти воспоминания и улыбки в самые счастливые моменты, проведенные вместе. Бывает и так, что именно эти моменты остаются для нас самыми радостными в жизни, и самыми тяжелыми одновременно. Они дают нам силы в светлые периоды жизни и больно давят в минуты меланхолии своей неотвратимостью. Страшно лишь то, что порою не всякому удается сохранить эти воспоминания. Стираются лица, забываются моменты, забываются слова и теряются чувства. И тогда мы остаемся с пустотой. Воспоминания – это все, что остается у нас, и то, из чего мы состоим. Это часть нас, сохранность которой зависит только от наших сил и стараний.

Невольная слеза прокатилась по лицу Адрианы и упала на землю. Они со Скелькой долго стояли, смотря вслед уходившим товарищам.

*

Тоннель казался бесконечным. Когда отряд медленно двигался в чрево темноты, свет оставался далеко позади. Пришло время включать фонарики. Земляные стены, покрытые какой-то травой, выглядели не больно надежно. Однако все уверенно шли вперед, всецело доверяя опыту красарка. Спертый воздух и атмосфера могилы давили. Подрывали настрой группы. Как механики обнаружат эти тоннели? Карзах все знал об операциях этой ЧВК. Он читал все доступные документы в свое время по этому поводу. Механики выявляют даже секретные тоннели, сокрытые в окрестных территориях населенных пунктов. Что-что, а эти парни – профессионалы.

– И многие ступали по этой, мать ее, тропе? – Спросил Несгерт.

– В Богатый район не так часто кто-то пытается попасть, о рогатый воитель. – Ответил Римгрий. – Но, к сожалению, тропы проводников порою находят, и приходится искать или прокапывать новые.

– Тяжкая это, наверное, работа. – Продолжил Несгерт.

– Ну если больше ничего не умеешь, кроме как ногами топать, то самое оно. – Язвительно процедил Рэйнер.

– Ладно тебе, Рэйнер. – Возразил рогардт. – Просто есть работы, которые сильно недооценивают. Те же дворники, или уборщики. Их считают людьми низшего сорта, хотя они выполняют важнейшую работу. Мы бы в грязи и дерьме утонули без них.

– Мне кажется, тонуть в дерьме – обычное дело для красарка. – Рэйнер захихикал.

– Что, черт возьми?

– Ну по логике. Чуть что происходит, как красарки сразу бегут в канализацию. Для них это как второй дом.

– Прекращайте это дело. – Прервал разговор Карзах.

Если Римгрий и слышал все то, что говорили о красарках, то он решил просто учтиво промолчать. На своем веку он провел немало дользандрийцев, и далеко не каждый из них был паинькой. Римгрий всегда принимал обиды близко к сердцу, но жизнь научила его держать все в себе. Кольдра с детьми с трудом поспевали за остальными. Стены тоннеля не менялись от метра к метру. Казалось, что отряд топчется на одном месте, хотя позади давно уже не было видно закатных лучей. Тоннель не ветвился, но то тут, то там встречались резкие повороты, на которых легко влететь в стену, если задуматься. Несколько раз Римгрий падал, зацепившись о торчащие из земляного пола коряги. Несгерт потрогал прогнившие деревянные опоры тоннеля и неудовлетворенно покачал головой.

– Надеюсь, нас тут не завалит нахер. – Сказал он.

– Не беспокойтесь, друзья! – Уверенно ответил красарк. – Не было такого случая, чтобы проводника завалило вместе с его группой!

– Не было, говорит… как бы об этом случае кто-то рассказал, если всех бы, блять, завалило? – Опять съязвил Рэйнер.

– Что-то случилось, Рэйнер? – Спросил Карзах.

– С чего ты взял?

– Ты раньше так не наезжал на Римгрия.

– Ну если он тупой, что я могу сделать? А еще на меня давит перспектива, что мы скоро все сдохнем.

– Давайте не будем мыслить упаднически. – Сказал Карзах. – Без боя мы не сдадимся. Кто захочет нас убить – поляжет вместе с нами.

– Ну да. – Недовольно продолжил скьяльбрис. – У нас же целое хранилище оружия под рукой, и еще войско за плечами. И крыса, твою мать.

Дышать становилось трудно. Отряд потихоньку выдыхался по мере того, как двигался вперед. Первым не выдержал Несгерт.

– Я, конечно, прошу прощения. – Сказал он. – Но ведь ничего, сука, не случится, если мы немного передохнем?

– Поддерживаю рогатого. – Добавил скьяльбрис.

–Нам еще немного осталось до перевалочного пункта! – Заверил Римгрий. – Не беспокойтесь. Еще немного, и мы восстановим силы!

Группа двигалась еще сорок минут, прежде чем они добрались до упомянутого Римгрием перевалочного пункта. Несгерт начинал несдержанно на чем свет стоит материть всю эту затею с Богатым районом, своих соратников и красарка, который заверил, что скоро они отдохнут.

Наконец, отряд пришел в небольшую пещеру с высокими потолками и обширным местом для лагеря. На потолке было отверстие для того, чтобы туда выходил дым. Несгерт скинул рюкзак и развалился прямо на земле, расслабив уставшие ноги.

– Здесь мы и передохнем несколько часов. – Вздохнув, сказал красарк. – Дождемся темноты, чтобы выйти наружу. Карзах, тебе ведь нужно попасть в конкретное место?

– Да. – Карзах сел рядом с Несгертом и начал доставать припасы. – Мне нужен конкретный адрес. Доставай карту.

Римгрий достал свою бумажную карту Богатого района, где были отмечены все важные места: магазины, тропы, входы в канализацию и многое другое. Рейверий протянул красарку бумажку с адресом, и тот быстро нашел нужное место на карте.

– Вот здесь этот дом. – Римгрий указал пальцем на точку, расположенную в дальнем конце Богатого района. – Добраться до туда не сложно. Богачи уже даже позволяют спиваться своей личной охране. Они абсолютно уверены в своей безопасности, и в том, что никто не пройдет в Богатый район мимо охраны у ворот.

– Отлично. – Довольно сказал Карзах. – Скоро они утроят охрану.

– Тебе нужно попасть в чей-то дом? – Устало спросил Несгерт.

– Да.

Отряд расположился небогато: расстелили ткани на земляной пол, разожгли костер, достали консервы и воду. Рэйнер хотел было разлить всем виски по кружкам, но ни у кого не оказалось желания пить.

– Могли бы и нервы успокоить. – Безразлично сказал скьяльбрис и осушил свою кружку.

– Дети уснули. – Негромко сказала Кольдра. – Могу я тоже немного вздремнуть?

– Разумеется. – Ответил Карзах. – У нас есть несколько часов, мы ждем наступления темноты. Я бы, честно говоря, тоже поел и немного отдохнул перед важным делом.

– Добрая затея. – Сказал Несгерт, уплетая тошнотворную консервированную курицу.

– Несгерт, знаешь, почему все родтайки рогатые? – Спросил Рэйнер после виски.

Несгерт слышал эту шутку уже миллион раз. Несгерт выдавил добродушную улыбку во все зубы.

– Почему же?

– Потому что ваши жены дают всем подряд на каждой табуретке. – Рэйнер истерически заржал.

Несгерт изобразил смех и уставился на костер. «Долбаеб», – подумал он про себя.

– Бывайте. – Рэйнер отошел ото всех подальше и растянулся у стенки.

– У парня дерьмовый характер. – Отметил Несгерт.

– Может, у него просто истерика. – Защитил скьяльбриса Карзах. – В конце концов, не каждый выдерживает такое давление. Мы сидим как осужденные на смерть. Сидим и ждем, когда придут палачи, чтобы срубить нам головы.

– Есть ли у нас шансы, Карзах? – Неожиданно спросил рогардт.

– Нет. Механики выполнят поставленную задачу с максимальной для них выгодой. Нас ожидает участь похуже смерти, если попадем к ним.

Несгерт ничего не ответил. Он ушел в себя, смотря на огонь.

*

Ульрих Сардоникос. «Частные Военные Компании. От Волькрамара до Скервеонеля».

Звания ЧВК от старшего к младшему:

1. Директор, или Команданте, или Кондотьер

2. Маршал

3. Первый Генерал

4. Второй Генерал

5. Консул

6. Полковник

7. Майор

8. Капитан

9. Лейтенант

10. Штаб-Ротмистр

11. Сержант

12. Капрал

13. Рядовой

14. Резервист

Самые известные и эффективные ЧВК Торгензарда:

1. Огненная Звезда – специализируются на обороне важных объектов.

2. Тигровая Гвардия – славятся высокой мобильностью и высоким уровнем моторизации.

3. Соколиная Стража – специализируются на разведке, активно используют дронов.

4. Орлиный Легион – специализируются на воздушной поддержке.

5. Скорпион-9 – специализируются на подрывной деятельности.

6. Вал – специализируются на артиллерийской поддержке.

7. Небесный Легион – специализируются на воздушной поддержке.

8. Стальной Клинок – обладают экзоскелетами, специализируются на боях в городских условиях и штурмом важных объектов.

9. Ястребиный Взвод – специализируются на разведке.

10. Нейротитаны – универсальная бойцы, активно использующие киберимпланты.

11. Оплот Феникса – выполняют заказные убийства.

12. Волчья Стая – специализируются на боях в городских условиях, славятся своей жестокостью.

13. Стража – специализируются на охране важных персон, объектов, подавлении массовых беспорядков. Обладают безупречной репутацией.

14. Кобальт – специализируются на штурмах с активным использованием военной техники.

15. Железная Химера – универсальные бойцы.

16. КиберВетер – элитные бойцы, вооруженные по последнему слову техники.

17. Пламенный Клинок – специализируются на использовании тяжелой артиллерии.

18. Медвежий Рубеж – специалисты в обороне границ и важных объектов. Обладают репутацией самых стойких бойцов среди всех ЧВК.

19. Хранительница – специализируются на защите высокопоставленных лиц, обладают безупречной репутацией.

20. Чокнутые Ублюдки – специализируются на прорыве фронта, штурмах важных объектов, известны своей безжалостностью.

21. Лесные Головорезы – сведущи в выживании, специализируются на выполнении боевых задач в самых суровых климатических условиях.

22. Железные Крысы – известны своими способностями адаптироваться к меняющейся обстановке на поле боя. Используют непредсказуемую тактику боя.

23. Адские Волки – специализируются на подрывной деятельности, известны своей жестокостью.

24. Чертовы Псы – специализируются на штурмах важных объектов.

25. Хулиганы – специализируются на выполнении задач, связанными с провокациями, террором и вызовом хаоса на территории противника.

26. Платиновые Гончие – специализируются на поиске и устранении важных лиц противника.

27. Городские Мародеры – специализируются на боях в городских условиях и создании хаоса на территории противника.

28. Костяшки – специализируются на защите высокопоставленных лиц и боях в условиях, когда использование оружия невозможно или запрещено.

29. Кровавые Призраки – специализируются на секретных операциях и в условиях, когда все нужно сделать тихо.

30. Разрушители Судеб – занимаются устранением важных целей. Они используют наиболее кровожадные методы убийства, стремясь навести ужас на избранную группу лиц.

31. Отряд Черной Смерти – обладают большим количеством тяжелой военной техники.

32. Дьявольские Братья – специализируются на боях в тяжелых климатических условиях.

33. Чумные Псы – специализируются на биологических и химических атаках.

34. Уничтожители – специализируются на уничтожении инфраструктуры противника и важных объектов.

35. Мрачные Демоны – специализируются на ночных боях.

36. Рабы Ярости – элитные бойцы, специализирующиеся на прорыве фронта.

37. Механический Орден – специализируются на артиллерийской поддержке и зачистке местности от противника. Важной составляющей ЧВК является специальная пехота под названием "Драгуны", которые обучены вести бой в условиях плотного дыма.

*

Адриана дрожала от холода. Вечер принес с собой резкое падение температуры. Ветер задувал в разбитое лобовое стекло фургона. Девушка с завистью смотрела на подругу, не чувствовавшую ничего. Везет же техновампирам. Им абсолютно плевать на знойную жару и лютые морозы. Хоть в одних трусах гуляй по заснеженным горам Штурга. С другой стороны, Скельке никогда уже не ощутить тепло утренней Огненной Звезды в периоды камней и ручьев. Когда земля еще не успела нагреться, а в воздухе витают запахи свежих цветов и прохладного воздуха Времени Рождения. Все же, вечная жизнь действительно дерьмовая штука. Когда ты не можешь ничего чувствовать, а лишь механически борешься за выживание.

– Дальше мы по основной дороге не проедем. – Сказала Скелька. – Опасно.

Фургон свернул с основной дороги и направился в сторону Малого района. Пахнущих хвоей лесов больше не было. Их заменили лежащие на тротуарах тела. Адриана завязала рот и нос футболкой. Капюшон постоянно слетал из-за сильного встречного ветра. Главное сейчас – миновать Малый район, а Парковый уже должны были очистить. Белокаменные стены Богатого района сменились многоэтажками. В Малом районе располагался исправительно-трудовой лагерь Старгрома.

– Скелька, ну не дрова везешь! – Крикнула Адриана, в очередной раз стукнувшись головой об крышу фургона.

– Ты же видишь, какая тут дорога!

Не прошло и десяти минут, как Скельку настигло пугающее осознание того, что произошло.

– Блять. – Выругалась она.

– Ну что там еще?

– У нас шины пробиты. Походу на гвозди наехали или что-то еще острое.

– Супер!

Фургон проехал еще немного и остановился насовсем. Железная машина отслужила свое.

– Дальше придется идти пешком. – Сказала вампирша.

– Твою ж налево. – Нервно ответила Адриана. – Ладно, тут уж не так далеко. Успеем.

Девушки взяли рюкзаки и закинули туда все необходимое для долгого перехода. Еда, тряпки, медикаменты, сигареты и остальное. Адриана сразу же включила фонарик и внимательно посветила на все оставшиеся в фургоне вещи.

– Все взяла? – Спросила Адриана.

– Мне многого и не надо.

– Мне надо, поэтому давай вытаскивай из моего рюкзака половину барахла и взваливай себе на плечи.

Подруги разделили вещи поровну и навсегда покинули погибшую машину.

Обломки и земля хрустели под ногами. Временами девушкам на пути встречались обрушившиеся здания. Повсюду была мертвенная тишина, как в могиле. Похоже, в Малом районе совсем никого не осталось.

– Я тоже хочу спросить тебя, Скелька.

– О чем именно?

– О том, как ты променяла свои голубые глазки на окуляры кровососа.

Скелька вздохнула, думая о том, с чего начать.

– Там скучная история.

– Нам все равно еще идти и идти.

– Ладно.

*

Скелька лежала в ванне. На сером полу блестел осколок стекла. Тонкая кровавая линия окаймляла острие. Вода розовела, окрашиваясь в рубиновые цвета. Наступало тихое умиротворение. Вокруг не осталось ничего. Правая рука склонилась над кафельным полом. Пульсирующая вена медленно замедляла темп. Кровавые капли стекали, забирая с собой все страхи и заботы. Глаза невольно смыкались. Скелька поддалась. Она подумала о гриджских степях. Такие далекие и свободные. Сухой ветер проносился по их долинам. Пшеничные поля колыхались, как волны на морском берегу. Мгновения превратились в вечные минуты. Все остановилось вокруг. Это конец. Собачья смерть для слабого человека.

Лишь когда Скелька открыла глаза вновь, она почувствовала, что все еще не в аду. Над ней склонилось нечто жуткое. Бледное, с кроваво-красными глазами.

– Не нужно резко открывать свои веки. – С оскалом сказало существо. – Привыкни к свету.

– Где я? – Выдавила из себя Скелька.

– В моем доме. С днем рождения тебя. Вторым.

Скелька, несмотря на все, что случилось, чувствовала себя хорошо. Она помнила туманные фрагменты из ванной. Подняла руки. На запястьях были видны шрамы. Они выглядели так, будто им уже черти сколько времени. Сколько же она здесь пролежала?

Скелька попыталась подняться и сделала это достаточно легко. Теперь она поняла, что перед ней стоит техновампир. Железные трубки, импланты, зализанные волосы, бледная кожа. Она лежала на большой кровати, сделанной на старомодный лад. Когда девушка оглянулась, она поняла, что будто бы оказалась в Славной эпохе. Все было отделано в песлеровском стиле с его узорчатыми стенами и полами из темного дерева. Массивные окна были занавешены. Кажется, уже наступило утро. Что произошло?

Скелька попыталась открыть шторы, но вампир тут же взял ее за плечи.

– Ну конечно. – С улыбкой сказал техновампир. – Самое время для солнечной ванны. Присядь, пожалуйста.

Скелька села на кровать, не спуская глаз с вампира.

– Кажется, будто ты даже посвежела, не так ли? – Спросил хозяин дома.

– Что, нахуй, произошло?

– Я тебя спас.

Девушка непонимающе смотрела на вампира.

– Я Корбл Ульдвальтрер. – Сказал хозяин дома. – Отец вампиров в Белой Смоли.

Дверь в комнату открылась, и в помещение вошла другая вампирша. На вид ей было лет сорок. Длинные прямые русые волосы были заплетены в массивную косу, которая лежала на груди и доходила до самого пояса. Ее рубиновые глаза заблестели, когда она увидела Скельку. Черные вены вампирши резко выделялись на бледной, почти белой коже.

– Что же ты меня не позвал, Корбл? – С улыбкой спросила вошедшая.

– К несчастью, я не успел этого сделать. – Вежливо ответил Ульдвальтер. – Имею честь представить Актру Скгальсию, Мать вампиров.

– Здравствуйте. – Боязливо сказала Скелька.

– К чему столько ужаса в глазах? – Спросила Актра. – Ведь ты теперь одна из наших тысяч дочерей.

Скелька непонимающе взглянула на вампиров. Через несколько секунд она испытала невероятный ужас. Шрамы, восстановление тела, свет, шторы. Они обратили ее.

– Не подходите ко мне! – Истерично закричала Скелька и отбежала к стене.

– Не волнуйся, родная. – С улыбкой ответил Корбл. – Мы твои друзья. Актра, не сочтешь ли ты за грубость, если я попрошу тебя поделиться своим зеркальцем?

– Пускай это будет моим первым даром. – Ответила Мать и протянула Скельке зеркальце с позолоченной оправой.

Девушка медленно протянула руку в ответ и неуверенно взяла подарок. То что, она увидела, когда взглянула на себя в зеркало, повергло ее в ужас. Ее голубые глаза стали глазами существа, которое ввергало всех в ужас. Глаза убийцы, ночного охотника, кровопийцы. Светлая кожа стала совсем белой. Зачем они спасли ее?

– Ты привыкнешь со временем. – Сказал Отец. – Это нормальная реакция на второе рождение.

– Как вы вообще нашли меня? – Срывающимся голосом спросила девушка.

– Боюсь, обстоятельства сложились так, что я вынужден оставить это для тебя тайной. – Ответил Корбл.

– Я хоть что-то могу вообще узнать?

– Разумеется. – Ответила Актра. – Но пока тебя нужно отдохнуть, дорогая. Время все расставит по своим местам.

Скелька так и не узнала, кто ее спас. Она научилась выживать. Научилась думать и действовать, как вампир. Узнала законы своих родичей и основы существования. Она действительно родилась второй раз. Ее раны затягивались за одну ночь, а реакция стала быстрее, чем у кошки. Она стала замечать малейшее движение в ночи. Научилась жить и не обращать внимания на проблемы тех, кто вне сообщества. Она стала вампиром. Стала бессмертной. Ну почти. Любой вампир умирает, когда его голову или сердце прошибает обычная долбаная пуля.

*

Рэйнер двигался по улице нетвердой походкой. Он часто нервно оборачивался и тяжело дышал. Ветер неприятно взъерошивал его рыжую шерсть. Ладно тебе, ты же уже студент, хватит бояться. «Дом номер шестьдесят, – считал про себя скьяльбрис, – шестьдесят два, шестьдесят четыре, шестьдесят шесть… шестьдесят восемь».

Небольшой участок с заборчиком по пояс представлял особый интерес для Рэйнера. Он долго не решался дать согласие на то, что ему предложили. Опасное, все-таки, дело. С другой стороны, сколько еще можно сидеть и ныть. Сньялра найдет себе кого-нибудь получше. К чему все эти дела любовные, когда есть возможность творить историю.

Рэйнер запросто перепрыгнул через забор и направился к подвалу многоэтажного дома. Траву никто не косил, и она неприятно обтирала шерсть, оставляя пыль, грязь и колючки. Даже тропинка к зданию полностью заросла. Ну почему все подобные мероприятия нужно обязательно проводить в ебенях?

Красное потрескавшееся кирпичное здание не внушало доверия. Может, еще есть варианты повернуть обратно? Может, ну его все к черту? Можно просто пойти погулять с Сньялрой. Нет, надо. Давай, Рэйнер, не трусь.

Скьяльбрис подошел к железной двери подвала и постучал. Никто не ответил. Тогда он громко постучал ногой. Тишина. Через минуту послышался звук открытия двери изнутри. Подвал открывал свое чрево. Теперь уже назад пути нет.

Из-за двери выглянула голова белошерстного скьяльбриса.

– Ты кто? – Спросила голова.

Рэйнер протянул пригласительное письмо, и голова тут же открыла дверь полностью.

– Добро пожаловать, сородич.

Рэйнер прошел в подвал вместе с белошерстным скьяльбрисом. Бетонные стены были испещрены трещинами, но чуть дальше их стали скрывать флаги с изображением оскаленной кошачьей головы. Висящие на проводах лампы тускло освещали ступеньки, ведущие все ниже и ниже.

Рэйнер вошел в небольшое помещение, заполненное скьяльбрисами. Повсюду висели желтые флаги с черной оскаленной кошачьей мордой. В дальнем конце комнаты располагалась наспех собранная из досок трибуна. Справа от нее была деревянная дверь, ведущая куда-то дальше. Белошерстный скьяльбрис потерялся где-то в толпе или ушел обратно к двери. Рэйнер протиснулся ближе к стенке и оперся о нее плечом. Он даже умудрился не опоздать.

Скьяльбрисы переговаривались между собой крайне возбужденно. Все ждали начала мероприятия. Каждый понимал, на что он идет, и чем готов пожертвовать ради дела. Только Рэйнер не понимал. На самом деле, он до сих пор подумывал о том, чтобы просто развернуться, протиснуться обратно к выходу и уйти.

Через полчаса спертый воздух подвала стал горячий из-за наплыва народа. Помещение было заполнено до отказа, и лишь позади трибуны оставалось свободное место. Рэйнеру было слишком жарко. Его коробило от запаха мокрой шерсти, идущего от других скьяльбрисов. И где они только умудрились залезть в лужу? На небе ни облачка.

Спустя сорок минут, наконец, началось волнение. Что-то происходит. Рэйнер слегка подпрыгнул, пытаясь понять, в чем дело. Ага, к трибуне вышел какой-то скьяльбрис. Рэйнер догадывался, кто это. Ведь ради него все сюда и пришли.

Когда он заговорил, все замолчали. Подвал сковало безмолвие, нарушаемое голосом лишь одного. Он говорил на скьяльбрисском языке.

– Друзья! Родичи! Скьяльбрисы! – Его речь звучала громко и уверенно. – Сегодня нас собрала здесь не радость, а тревога. Тревога за будущее наше и наших детей. Лишь дурак не видит правды: люди обманули нас. Обманули хлеще, чем лживые красарки!

Он замолчал на несколько секунд, смотря в глаза сородичам.

– Всяк пришедший помнит правду. Не мы пришли к людям. Люди пришли на нашу землю, убегая от тирании своих безумных предводителей, убегая от худшей жизни, убегая от своих же сородичей. И мы приняли их. Мы дали им кров, пищу и возможность жить свободно. Но нас обманули. Сегодня люди – владетели всего материка. Сумасшедшие человеческие господа установили во всем Волькрамаре свою тоталитарную систему, взращивающую рабов и кретинов. Люди загрязнили наши города, разрушили нашу цивилизацию, которую мы строили тысячелетиями, предали забвению наши знания и технологии. И что они подарили нам взамен? Они построили нам режим, в котором скьяльбрисы, стоящие на гораздо более высоком уровне развития, стали посмешищем. Скьяльбрисы стали народом третьего сорта. Они наводнили наше государство, сожрали наши запасы, заняли наши дома, а потом все разрушили и построили свои отвратительные городишки с серыми многоэтажками и памятниками своим вождям. Здесь нет справедливости.

– Лайкты хьяс Кральт флит! Лайкты хьяс Кральт флит! – Кричали скьяльбрисы.

– Людской народ – это уродливое стадо рабов и садистов. Это союз крыс, загнанных в угол. Это больной плод смешения всего самого чудовищного, что есть на свете. Во все времена считалось величайшей милостью добить смертельно больного. И именно эта историческая миссия легла на плечи народа, стойкого духом, чтобы свершить столь великое деяние. Эта миссия легла на плечи непокорного, неустрашимого и непоколебимого великого скьяльбрисского народа. Тяжело пересчитать, сколько страданий мы натерпелись от безмозглых красарков и ещадаргских фанатиков. Но несомненно, что наибольшие унижения мы претерпели от выродков, сплоченных железной рукой Мерала Смальгера. Эти животные бегают по телу нашей земли, как тараканы, откладывая яйца в ранах для создания своих будущих потомств. Они будут плодиться и вырезать исконный народ этих мест. И они добьются своего, если мы не прислушаемся к тому священному ощущению единства, которое присуще каждому скьяльбрису. Сегодня вы все пришли открыто заявить Дользандрии и всему миру, что мы излечим эту кровоточащую рану нашего народа сталью и злобой.

Скьяльбрисы кричали. Скандировали его имя.

– Но где же герои? – Продолжил он, когда скьяльбрисы поутихли. – Такой вопрос вы хотите задать мне. Почему же наш народ молчит? Потому что среди нас есть предатели. И корневища предательства уходят к величайшему дураку, который опозорил нас и наших предков. Тремений Гольерия – последний правитель Скьятдахта. Наш последний лидер и первое ничтожество среди наших сородичей. Именно от его поганого семени расползлось древо покорения и подчинения. Этот мерзавец пустил людей и пригрел змею на груди нашего народа. Тремений Гольерия – первый скьяльбрис-раб!

Присутствующие яростно вопили, поливая Тремения Гольерию самыми грязными ругательствами. Рэйнер ощущал в груди странное единение со всеми этими незнакомцами. Ведь он до сих пор не сказал ни слова лжи.

– И величайшая трагедия, что до сего дня не объявились герои, готовые взять бремя борьбы на свои плечи. – Продолжил он. – Любой из вас может назвать Велену Раухкмант «Железную Рысь Вальтраддара», которая не позволила людям завоевать север в Мреннемирде. Славой покрыто имя государя Бескмолии Врахнарта Нлокмайта, прозванного «Горем Людским» за то, что не позволил людям оккупировать восток Мреннемирда. Но никто не назовет имена героев, вышедших защищать Волькрамар от экспансии людей. До сих пор. Но сегодня я смогу назвать эти имена.

Скьяльбрисы, завороженные его словами, стояли молча, внимая исторической речи.

– Вы стоите сейчас здесь. – Продолжил он. – Белая, рыжая и даже персиковая шерсть, присущая нашим дальним родственникам в Вальтраддаре, играет разноцветными красками в моих глазах. Каждый из вас – герой, который выступил на борьбу с захватчиком. Именно ваши имена запомнят потомки. Перед вашим прахом склонят колено скьяльбрисы, у которых появится шанс жить свободно. Вы – последняя надежда нашего великого народа.

Сердца скьяльбрисов стучали в унисон. Каждый присутствующий готов был хоть сейчас броситься с когтями на людей.

– Сегодня вы стали частью «Легиона Мордеранда», названного в честь Драгорада Мордеранда, правителя Скьяльбрисского Вольного Города Скьяльнрайда, которому удалось обрести временную независимость в Славную Эпоху. – Провозгласил он. – Именно Мордеранд сумел отбросить людей и освободить для скьяльбрисов земли между Иштрангером и Йоргензевельдом! Люди любят говорить, что их народ избран стать владыкой в Торгензарде самой историей. Но история легко меняется под грохот пушек и воинственные крики сопротивляющихся. Они на нашей земле. И мы ее вернем. Скья Гаиль!

– Скья Гаиль! – Кричали в ответ скьяльбрисы.

– Скья Гаиль! – Кричал в ответ Рэйнер.

И он ушел. Рэйнер высоко подпрыгнул, надеясь увидеть его, но лишь на мгновение увидел закрывающуюся дверь, которая располагалась справа от трибуны. Его звали Маргрекерос Вильмий. Но для многих он был чем-то большим, чем просто какой-то определенный скьяльбрис. Он был для них освободителем, запалом, который поджег фитиль борьбы за гордый кошачий народ. Именно Вильмий поднял скьяльбрисов на то, чтобы достичь славы своих дальних родственников – скаартаров, двух с половиной метровых в высоту котов с невероятной мышечной массой, которые любили даже сейчас временами передвигаться на всех четырех лапах. «Хищники Севера» – так их прозвали стагтсарды – люди, проживающие на далеких землях Мреннемирда. Именно скаартарская воля и непокорность была эталоном для Вильмия, решившего связать свою жизнь с борьбой с людьми.

В тот день Рэйнер решил для себя, что поставит свою жизнь на кон. Но он отдаст ее не за людей, а за свой народ.

*

Несгерт долго не мог заснуть. Земля, тонкая подстилка под головой. Тяжелые воспоминания о Вольной Державе Аворструб били по голове, словно молот.

Душный грязный сарай был переполнен работниками. Преступниками, дезертирами и предателями. Несгерт попал сюда после первой попытки дезертировать. Сарай отапливался небольшой печкой. Сотни ютились в покошенных хибарах. На некоторых не хватило железных кроватей, и им пришлось лечь прямо на полу, подложив под голову что-нибудь помягче. Молодому Несгерту повезло больше всех – ему досталось место рядом с печкой. Холодная и снежная пора Времени Гибели считалась самым тяжелым периодом для работ.

Указы властей не могли решить проблем с враждой. Для жителей южных и восточных частей Аворструба, населенных преимущественно ещадаргами и в меньшей степени скьяльбрисами, люди были захватчиками. Эти беспокойные регионы доставляли немало проблем государству на протяжении истории.

Несгерт старался уснуть, но его увлекал огонь, весело пляшущий в печке. Языки пламени стучали по кирпичам и чугунной дверце. Рогардт перевернулся на спину. Где-то там, наверху, в ночном небе остались звезды. Незаметно для себя рогардт уснул.

Рано утром, когда Огненная Звезда еще не поднялась, а тьма окутывала замерзшие снежные просторы, начался подъем и перекличка. Преступному контингенту дали минуту на сборы и выгнали на улицу, где их уже ожидал Взводный Командир.

По сравнению с людьми и ещадаргами, родтайки и скьяльбрисы чувствовали себя куда лучше на холоде. Шерсть защищала их от холодного ветра и низкой температуры, отчего смертность среди них была на самом низком уровне во время строительных работ.

– Кольдалис! – Голос Взводного Командира гремел перед входом в сарай.

Человек сделал шаг вперед.

– Котадий!

Кольдалис вернулся в шеренгу, а другой работник сделал шаг вперед.

Перекличка всегда тянулась не особо долго, но Несгерт всегда держал себя в руках, чтобы не уйти в раздумья. Если пропустишь свою фамилию, то не докажешь потом, что присутствовал на работах. Еще и разыскивать начнут. А это уже жопа.

– Манкердий! – Наконец послышалось спустя несколько минут.

Несгерт сделал шаг вперед и остановился, смотря на Взводного Командира.

– Лейгертант! – Прозвучала следующая фамилия.

Несгерт вернулся в шеренгу, и уже спокойно погрузился в размышления. Молодой рогардт часто спасался от реальности в мыслях о счастливых исходах различных событий. Он думал о том, как у него когда-нибудь появится шанс покинуть Вольную Державу Аворструб и оказаться в теплых пшеничных полях Гриджи или в суровых, но завораживающих владениях Штурга. Хоть там и сплошные мерзлые горы и снежные плато. Одним словом, Несгерт искренне верил в то, что хорошо там, где его нет.

Когда даже родтайки уже начали чувствовать, что становится холодно, военные, наконец, скомандовали, чтобы работяги построились и выдвинулись к месту работ. Группа направилась вперед с четким осознанием того, что повторяется очередной рутинный день. Сегодня снова умрет кто-то из знакомых Несгерта. Кто-то от голода, кто-то от холода, кто-то нападет на солдата, и тогда его либо пристрелят, либо отправят в карцер. Порою сдавшиеся даже молят, чтобы военные их застрелили, но не тащили в карцер.

Группа шла сначала в полях, а затем в покрытом мглой лесу. По бокам колонны всегда шли спотыкающиеся о коряги ириахты, руководимые Народными Специалистами и Взводными Командирами. Иногда кто-то из группы пытался бежать, но военные Вольной Державы Аворструб бьют без промаха. Несгерт никогда не питал надежд на побег отсюда. Да и куда ему бежать? Он преступник, как и все здесь находящиеся.

Спустя тридцать минут безостановочного марша по снегу и льду группа вышла в поле, огороженное колючей проволокой. У сараев уже начиналась суматоха. То тут, то там бегали отбывавшие наказание. Группу Несгерта повели к месту хранения инвентаря. Идти же было не так трудно по утоптанной земле. Прошлой ночью не было метели, и поэтому надеяться попасть в отряды, убирающие снег, не приходилось. Группа, маневрируя между работающими аворструбцами, подошла ближе к ветхим строениям, располагавшимся практически у забора, Несгерт понял, что сегодня всех ждут земляные работы. Разумеется, ведь во Время Гибели строительство – самая эффективная работа! Часами ковырять промерзшую землю, пытаясь вырыть огромную яму. Среди работников ходили слухи, что погибших во время работ похоронят в этой самой яме. Под фундаментом. Несгерт устал доказывать людям, что это бред сивой кобылы.

Несгерту было плевать, где его похоронят. У него не было точного осознания, где его дом и друзья. Он остался совсем один. Рогардт покорно взял лопату и прослушал речь, которую им официально зачитывал Взводный Командир перед началом работы.

– Пусть века стоит Аворструб! – Закончил свою речь командир.

– Пусть века стоит Аворструб! – Ответили работники.

«Чтоб у тебя член отсох и не стоял больше, – подумал про командира Несгерт, – каждый раз одно и то же».

Группа разделилась на небольшие отряды, и каждый отправился на отведенный ему квадрат работ. Несгерт спустился в уже довольно глубокую яму и с размаху вогнал лопату в землю. Лезвие инструмента слегка пробила промерзшую грязь, и полотно лопаты оставило неглубокую трещинку на дне ямы. «Опять, – гневно подумал Несгерт, – каким же нужно быть кретином, чтобы гнать нас копать сраную яму во Время Гибели».

Удар за ударом рогардт мусолил землю и замерзшую глину. Несмотря на толстые перчатки на руках красовались загрубевшие мозоли. Удар за ударом.

– Эй, рогатый.

Несгерт поднял голову и увидел рядом с собой какого-то работягу. Его бороду покрывал снег наполовину. Наверное, его пинали друзья по несчастью или он сам грохнулся где-нибудь. Мужчина тяжело дышал, вытирая пот со лба. Густой пар изо рта и носа витал в воздухе, словно дым из трубы поезда.

– Как работается? – Спросил мужчина.

– Нормально. – Безразлично ответил Несгерт.

Наверное, мужчина был здесь с самого начала, но рогардт настолько задумался (или устал), что даже не заметил его, когда спустился в яму и принялся за работу на своем участке.

– Достали меня с этими работами. – Говорил мужчина, пытаясь пробить мерзлую глину. – Меня зовут Вольтрарий. Из Волчьих Глаз меня сюда направили. Семью свою по пьяни грохнул и по пьяни же пошел в силы порядка сдаваться.

– Я со Страшных Мостов. – Сказал Несгерт. – Семьи у меня нет. И дома тоже.

– Не скажу, что ты многое потерял. Лучше в лес уйти, чтоб баб не видеть, а потом не пырять их ножом, черт возьми, вместе с их выблядками. Был бы я умнее по молодости – удрал бы отсюда всеми правдами или неправдами в Штург. Или за море, в Мреннемирд.

Несгерт не очень хотел разговаривать. Но кое-что его задело.

– У тебя были шансы уйти? – Спросил рогардт.

– Были. Как минимум, сначала сбежать в Дользандрию, а уж оттуда в Штург. Ну или хотя бы в Песлер. Есть один скьяльбрис. «Говоруном» его кличут. Он в Болотистых Землях расположился и занимается тем, что аворструбцев через Пограничный Круг в Дользандрию проводит.

– И ты знаешь, как его найти? – Приглушенно спросил Несгерт.

– Знаю. – Вольтрарий улыбнулся и снял с шеи какую-то маленькую железную колбочку, висевшую на холщовой веревочке, как подвеска.

– Держал это всегда на память. – Мужчина протянул рогардту свой амулет. – Там внутри записка с подробным описанием, как достучаться до «Говоруна». Я здесь, наверное, сдохну, а ты вон какой здоровый!

Несгерт с надеждой в глазах взял амулет и надел его на шею. Неужели это шанс? Мужчина продолжил копать, бубня что-то себе под нос. Рогардт не знал, почему Вольтрарий отдал такую ценную вещь. Неужели он правда смирился с тем, что не уйдет отсюда? Или этот придурок решил его угробить шутки ради? Возможно, когда-то он не решился уйти. Но сейчас он отдал эту возможность другому.

Серые глаза Вольтрария поникли. Они смотрели теперь куда-то в пустоту. Куда-то сквозь промерзлую глину, которую тысячи преступников терпеливо пытались расковырять лопатой.

– Ты видел эти груды тел? – Охрипшим голосом спросил мужчина.

– Ты о чем?

– Мертвые работники. Их просто складывают на морозе. В поле.

– Ты бредишь. – Несгерт ответил резко. Он уже лично видел несколько раз, что будет дальше после подобных разговоров. Мужчина говорил что-то быстро и невнятно. Несгерту казалось, что мужик потерял рассудок.

– Я их всех прикончил, рогатый. – Пустые глаза Вольтрария смотрели на Несгерта. Мужчина бросил лопату. – Этих отожранных свиней кругом полным-полно! Я варил сраную деревянную стружку в кипятке лишь бы хоть как-то забить желудок. А эта блядь с ее щенками еще и обвиняла меня в чем-то! Мне пришлось их отправить в ад. Я не мог смотреть на них уже. Понимаешь?

Лицо Вольтрария исказилось в гневе.

– Чтоб вы все сдохли со своими работами! – Кричал мужчина. – Вас всех нужно к чертям собачьим перевешать!

– А ну заткнулся там! – Крикнул военный сверху.

Вольтрарий в ответ взял лопату и бросился на военного. Ириахт снял с плеча снайперскую винтовку ИЯ – 197 «Гора» фирмы «Герреорг». ИЯ – 197 «Гора» – это снайперская винтовка, разработанная специально для боев в горной местности. Она имеет высокую точность и благодаря легкой конструкции и складному прикладу удобна для переноски. Недостатком этой винтовки является то, что она сильно уступает по мощности. Военный прицелился и всадил пулю в голову Вольтрарию.

Несгерт без интереса глянул на застреленного мужчину. Горячая кровь разливалась по ледяной земле. Военные спустились в яму и вытащили тело.

Спустя время Несгерт снова погрузился в рутину работы, отрываясь лишь на то, чтобы получить свою порцию переваренной каши. За работой рогардт не замечал, как укрытое мглой утро сменилось днем, а день вновь окунулся в темноту. По всему полю слышались крики о прекращении работ на сегодня. Несгерт безразлично взял инструмент, прижал к груди железную колбочку и направился к сараям сдавать лопату.

Снова начался поход до грязного строения, в котором жила группа Несгерта. Снова этот чертов лес и гребаные заснеженные поля. Снова эти коряги и пальба по убегающим преступникам. Нет, не убегающим. Рогардт понял, что это просто были самоубийцы. Перед сном была проведена очередная перекличка, в результате которой оказалось, что двое из группы Несгерта попытались бежать.

– Пристрелили их. – Шепотом сказал какой-то старик справа от рогардта.

Несгерт снова лег на свое место рядом с печкой. Снова огонь плясал свои танцы, а звезды остались в небе. Рогардт потирал железную колбочку, в которой хранился план его спасения.

Несгерт засунул руку во внутренний карман своей куртки и вытащил маленькую книжечку с ручкой. Это был его личный дневник, в который он записывал то, что он очень хотел бы запомнить на всю жизнь. Он стал старательно переписывать все то, что было записано в железной колбе.

*

Маленький Римгрий сидел в своей комнате, стараясь погрузиться в сценарий битвы с солдатиками.

Римгрий выстроил на столе сценарий битвы в ущелье перед Пылелицым, когда Реинхилд Рожденная в Осенней Выси устроила засаду и уничтожила четверть армии герцогства Сальвентрар. Римгрий построил горы из книг и реки из мелких кусочков бумаги. Ландшафт получился немного хрупким, зато вполне подходящим, чтобы погрузиться в атмосферу сражения.

У Римгрия не было солдатиков в виде гральндгринов, скьяльбрисов или ещадаргов. Поэтому Римгрию пришлось сделать здоровенных летучих мышей и маленьких красарков из пластилина. Они получились не очень и постоянно пачкались, но главное, что они отличались от остальных солдатиков и символично обозначали других персонажей. Римгрий не знал, как происходил бой, и как вели себя стороны. Он даже не понимал, зачем это все было надо, и что это была за война. Но он знал, что, в общем, произошло, а остальные моменты додумывал на ходу.

Римгрий знал, что в Славную Эпоху гральндгрин Реинхилд Рожденная в Осенней Выси и вампир Йотдар Мракманн дождались, пока люди войдут в ущелье, и обрушили скалы с обеих сторон. Войска герцога Данамия Флекхутта оказались в ловушке, и тогда гральндгрины обрушились на них сверху, и было их так много, что крылья двух с половиной метровых летучих мышей затмевали небо над головой. И тогда из засады выскочили скьяльбрисы, красарки и ещадарги, руководимые вампиром Йотдаром Мракманном, которые помогли крылатым друзьям победить армию герцога Данамия Флекхутта. О данкликергах соседи говорили только в плохом свете, поэтому Римгрий хотел сделать свой исход боя, в пользу людей.

Римгрий начал медленно передвигать руками солдатиков. Войска герцогства Сальвентрар, не подозревающие о вероломном противнике, входили в ущелье, построенное из массивных учебников по политической и военной истории Дользандрии. Когда основная масса народа оказалась внутри, книжки спереди и сзади рухнули, закрыв путь к отступлению. Герцог Данамий Флекхутт обнажил клинок и приказал войскам приготовиться к бою. Римгрий начал пальцами спихивать пластилиновые фигурки с краев учебников вниз, и те, падая, разбивали строй людей. Затем, по сценарию Римгрия, земля задрожала, и из нее выскочили красарки с лопатами из эно-стали, которыми они прокопали себе тоннель за считанные часы до боя. Из специально пробитых в скалах комнаток по плющу начали спускаться скьяльбрисы и ещадарги. Римгрий опустил руку в гущу боя и начал делать круговые движения, перемешивания солдатиков и пластиковые фигурки, обозначая тяжелый и кровопролитный бой.

Неожиданно, произошел взрыв. И книга, отделявшая четверть армии людей, которая охраняла герцога, пропала. Оказалось, что, по сценарию Римгрия, благородный вампир Йотдар Мракманн отправил письмо Флекхутту о том, чтобы тот не шел в ущелье, но герцог ему не поверил. И тогда Мракманн прибыл сам с войском вампиров, которые несли с собой огроменные бомбы. Вампиры взорвали обломки скалы и освободили путь для подкреплений. Данкликерги проиграли.

Враг ждал худшей участи, но благородный герцог Данамий Флекхутт помиловал всех противников и разрешил им вернуться домой. Данкликерги поблагодарили людей и ушли восвояси. Лишь много позже Римгрий узнал, как по-настоящему проходила битва. Уже не от соседей.

*

– Коо гсей. Коо гхубт сиу рыбр суфл. Коо тзу бдэи гре гхубт рыбр зваабп!

Карзах сквозь сон слышал, как женщина кричала что-то на невиданном наречии. Когда спустя секунды он понял, что это уже не сновидение, он открыл глаза и увидел перед собой Кольдру, которая держала нож у горла связанного Римгрия. Карзах попытался вскочить, но почувствовал, что его ноги и руки чем-то связаны. Что случилось? Кто это сделал? Что творит Кольдра?

– Коо гсей. Коо гхубт сиу рыбр суфл. Коо тзу бдэи гре гхубт рыбр зваабп! – Неустанно повторяла женщина, обращаясь к чему-то запретному и древнему.

– Кольдра. – Попытался сказать Рейверий, но слова застряли у него в горле.

– Какого, сука, хрена ты творишь?! – Кричал Несгерт, поднимая дробовик.

Кольдра достала что-то из кармана пуховика, который ей принес Карзах после похода в торговый центр. Рогардт целился в женщину, не решаясь спустить курок. Никто не понял в тот момент, что случилось. Громкий звук, напоминающий выстрел, хлопнул по ушам. Глаза Несгерта закатились, и он рухнул на пол земляной пещеры. У Карзаха перехватило дыхание. Сердце защемило. Он попытался разорвать путы, но у него ничего не получилось.

– Бдэи фзирис бинм сиу. Бдэи фзирис бинм тро. – Мрачно заключила Кольдра с хладнокровной улыбкой.

Глаза Карзаха нашли лежащего на земле Рэйнера. Тот активно пытался прорезать скотч когтем. Кольдра вновь подошла к красарку, взяла его за горло и прислонила холодное лезвие. Нужно выиграть время.

– Кольдра! – Сухо попытался выкрикнуть Карзах. – Кольдра!

Женщина оглянулась на Рейверия и с невероятной ненавистью процедила нечто жуткое.

– Рыбр инфел когр. – Сказала она.

– Я не знаю, что случилось, Кольдра. – Продолжил Карзах. – Но прошу, выслушай меня. Дай мне пятнадцать секунд.

Женщина молча стояла, с гордым видом смотря на Рейверия. Отсчет пошел?

– Кольдра. – Снова начал Карзах. – Можешь объяснить, какого хрена происходит?

Кольдра молчала. Пять секунд. Десять. Пятнадцать. Больше было и не нужно.

Когда женщина приложила нож, пустив каплю крови Римгрию, она тут же упала от того, что Рейнер в нее резко влетел. Рэйнер повалил Кольдру и вцепился клыками ей в запястье. Женщина закричала, потеряв возможность держать в руках холодное оружие. Скьяльбрис со всей силы дернул головой и вырвал из руки противника кусок мяса. Кольдра пыталась сопротивляться, пиная кота ногами и колошматя единственной оставшейся рабочей рукой. Но скьяльбрис был непреклонен. Он обнажил когти и начал раздирать Кольдру на части.

Карзах наблюдал, как Рэйнер несколько минут полосовал Кольдру острыми, как бритва, когтями, рвал ее клыками и добивал агонизирующее тело. Римгрий лежал на земле, трясясь всем телом. Крысиный писк наполнял комнату. Когда прекратились звуки, напоминающие рубку мяса, наступила полная тишина, слегка нарушаемая тяжелым и частым кошачьим дыханием. Даже красарк перестал пищать.

Рэйнер поднялся, оставив тело. Когда он обернулся, Карзах увидел шерсть, измазанную в крови и человеческих внутренностях. Скьяльбрис подошел к Рейверию и теми же самыми когтями перерезал путы. Свобода.

Карзах посидел несколько секунд, пытаясь осознать, что произошло. Только что женщина, которую они спасли от работорговцев, устроила резню свои спасителям. Командир группы поднялся на ноги и нетвердой походкой двинулся к лежащему на земле Несгерту. Рэйнер ворчал, когда перерезал скотч, которым были перевязаны лапы Римгрия. Карзах склонился над телом друга и ощутил, что что-то екнуло в сердце. Вспомнилось что-то очень тяжелое. До боли знакомое. Перед глазами вновь поднялись картины с Больших Когтей. Мертвые друзья, изуродованные пулями, взрывами и осколками. Несгерт.

Кровь стекала по шерсти родтайка. «Ну вот и тебя настигла судьба, – думал Карзах, – там, в любом случае, лучше, чем здесь». Рейверий коснулся рукой раны и нащупал что-то металлическое. Карзах засунул пальцы в карман у сердца рогардта и вытащил оттуда какое-то устройство с зияющим отверстием посередине. «Хлопушка, – понял командир, – такими часто шпионов убивали».

– Взгляни. – Рэйнер протянул Карзаху какие-то запачканные кровью записки.

– Что это?

– Во внутреннем кармане куртки эта тварь хранила какие-то записки. Я прочитал, но не понял ровным счетом нихуя.

Карзах взял письмена и внимательно прочитал содержимое.

Бумажек оказалось всего три, и на каждой была написана несусветная чушь, понятная только тому, кто это и написал. Первая записка оказалась самой содержательной.

Колесо метаморфозы:

1. Кровь сменяет ночь.

2. Ночь сменяет тень.

3. Тень сменяет ложь.

4. Ложь сменяет кровь.

На второй текста было меньше и смысл отсутствовал напрочь.

Чти слезы, Чти время, Чти сны, Чти вечность.

Жди.

Если первые две записи могли похвастаться каким-то намеком на «глубинный смысл», то третья писанина была наиболее лаконичной и лишенной смысла.

В пучины трупов

Дальше ото дня.

Карзах несколько раз просмотрел записи и еще раз взглянул на «Хлопушку». У него в голове вертелось странное наречие, на котором с ним общалась Кольдра. От него веяло чем-то жутким. Рейверий поднялся и подошел к ошарашенному Римгрию.

– Римгрий, соберись. – Уверенно сказал Карзах и протянул письмена. – У тебя есть мысли по этому поводу?

Красарк взял записки, но даже не взглянув на них и краем глаза, выпалил интересную мысль.

– Это был фзехгоргоский. – Срывающимся голосом сказал он.

Ну конечно. Кровь, ночь, тень, ожидание, трупы – все это неотъемлемая часть мрачных посланий Григо Катаврага. Карзах не интересовался всякими сектами и культами, но он знал самую базовую информацию о том, что есть определенная группа лиц, которые видят в книге Григо Катаврага «Мысли в оболочке из трупа» определенную философию. Они поклоняются легендарному существу, которое переведено с фзехгоргоского как «Грядущее из всех мертвых». О секте безумцев, поклоняющихся этому чудищу известно очень мало.

Карзах начал обдумывать ситуацию. Каким-то образом в кармане Несгерта оказалось взрывное устройство, напоминающее амулет. Либо Кольдра подложила его сама, либо подарила. Это не имеет решающего значения. Значит, нападение на группу женщина спланировала уже давно. Но почему она напала тогда, когда они оказались так близко у цели? Почему она не атаковала, например, в квартире, где некоторые члены отряда спали отдельно? С другой стороны, до того момента в группе была Скелька, которая не смыкала глаз. Но она по ночам часто пропадала в фургоне или слонялась по улице.

Единственное, в чем Карзах был уверен на все сто процентов, было то, что все ответы хранились в этих загадочных записках, которые бы смог расшифровать только ученый, посвятивший себя изучению фзехгоргоского языка и истории таинственного острова Коофзирис. Сейчас же приходилось только гадать, зачем Кольдре это все было нужно.

Римгрий сидел в шоке. Рэйнер подбежал к Карзаху, сжимая зубы от злости.

– Эта сука оказалось ебнутой на всю голову. – Процедил он.

– Что еще? – С колотящимся сердцем спросил Карзах.

– Дети. Она перерезала им горла. Причем, сделала она это не сейчас. Я предполагаю, она их убила, когда укладывала спать.

Рейверий взял себя в руки. Он схватил рюкзак, быстро закинул туда попавшиеся под руку припасы, и подошел к Рэйнеру и Римгрию.

– Берите вещи. – Твердым голосом сказал командир группы. – Надо отсюда убираться.

– Дружище. – Нервно сказал Рэйнер. – У нас тут проводник кукухой поехал, куда ты собрался идти?

Проводник сидел, трясясь от страха.

– Римгрий. – Карзах склонился над красарком. – Чтобы ни случилось в твоей жизни, в какие бы воспоминания тебя не погрузила произошедшая ситуация, все осталось позади. Соберись, блять. Если ты не выведешь нас отсюда, мы погибнем. Последний рывок.

Римгрий молча кивнул головой в знак согласия и поднялся на дрожащие ноги. Пока члены группы собирали пожитки, Карзах еще раз оглядел просторную земляную пещеру. Чуть поодаль от костра лежало бездыханное тело Несгерта. Рядом со спальным местом Римгрия распласталась разорванная на куски Кольдра. Вдалеке Рейверий услышал навязчивый звук, на который до этого не обращал внимания. Жужжание мух. Над мертвыми детьми летали мухи.

– Кстати. – Рэйнер передал Карзаху очередную стопку бумаг. – Я еще раз осмотрел Кольдру и нашел небольшую сумку, которая у нее была под одеждой. Мы были не единственными жертвами этой твари. Но это не главное. Ознакомься с документами. Я взял себе несколько бумажек, остальные можешь взять себе. Кто знает, может, пригодится.

Карзах бросил взгляд на документы и прошелся по ним глазами. На омраченном лице проскользнула мимолетная улыбка.

День 10.

– Тебе ведь придется вернуться? – Спросила Адриана, щуря глаза от ярких лучей Огненной Звезды.

– Куда? – Спросила Скелька.

– Тебя же ждут твои друзья в Вампирском районе. Да и… тебя разве отпустили насовсем?

– Техновампиры свободны. – Резко ответила Скелька. – Мы сами вольны выбирать, как нам поступать. Неужели ты до сих пор не поняла?

– Я откуда знаю, что вам позволено, а что нет?

– Я не про это.

– А о чем?

– О том, что если даже нам придется сдохнуть, то сдохнем вдвоем. Ты, дура, даже в ад дороги не найдешь.

Адриана поправила ткань, намотанную на лицо и скрывающую ее улыбку.

– Я рада, что ты снова рядом, подруга.

– По тебе не очень видно.

– Тебе придется снова ко мне привыкать.

– Не впервой.

Малый район казался совершенно мертвым. Будто дользандрийцы совсем поуходили в другие районы. «Цепь» оставила после себя лишь трупы и запустение. Ветер выл, унося желтые листья редко встречающихся деревьев. Лишь одно обстоятельно не давало покоя Скельке.

– Есть одна важная деталь. – Сказала она. – По поводу фургона.

– Что такое?

– Мы перлись от самого Вампирского района. И доехали до другой части города совсем без проблем. Сомневаюсь, что здесь какие-то особенные обломки, которые умудрились проколоть шины.

– Кто-то поставил их специально?

– Ага. По крайней мере, я думаю, что так.

– Но это не могут быть военные.

– И поэтому, меня это тревожит еще больше.

– Ладно, у тебя окуляры ж особенные. Если что, свисти.

– Не бойся, я пообещала, что доведу тебя дотуда.

– Знаю.

Пыль падала на одежду девушек и отвратительного вида серые многоэтажки. Стоил ли этот поход тех затраченных усилий? Группе приходилось преодолевать переходы от одного района города в другой целыми днями. Старгром – большой город, и фургон далеко не быстрый. Но все равно, это не поездки на несколько часов по разбитым дорогам в мирное время. Здесь ехать приходилось катастрофически медленно и аккуратно, минуя обломки, трупы и потенциально опасные участки. Иной раз целый район приходилось объезжать по кругу, как тот же Северный. Но почувствует ли Адриана умиротворение, когда доберется до места назначения и узнает правду перед смертью?

Адриана поражалась выдержке своей подруги. Скелька стала такой самостоятельной. По крайней мере, теперь это не та наивная и добрая девочка, которую Адриана запомнила. Так много изменилось с тех пор. Будто, это все было в какой-то другой жизни, совершенно чуждой. Мог ли вообще хоть кто-то знать, что жизнь обернется таким образом, что все пойдет наперекосяк? В любом случае, рассуждения на такие темы порою не приносят какого-то облегчения. С другой стороны, оно необходимо, чтобы извлечь из них какую-то практическую пользу, которая бы уберегла тебя от подобных ошибок в будущем. Но это в идеале. На самом деле, человек постоянно наступает на те же самые грабли. Мы бросаемся в слепую любовь снова и снова, травя и сердце и разрывая душу. Мы уповаем на счастье и везение, которое бы кардинально изменило нашу жизнь к лучшему в неожиданный момент. Мы доверяем свою жизнь другим, отдавая самое ценное, что у нас есть, другу. И частенько, в итоге, получаем по ебалу.

– Адриана, пригнись! – Процедила Скелька полушепотом.

– Что такое? – Адриана пригнулась, нервно осматриваясь по сторонам.

– Тут кто-то есть.

– Опять какие-нибудь ещадарги?

– Нет, ещадарги – мастера в этом деле. Я их даже в торговом центре не заметила. Тихо!

Скелька стояла посреди улицы, внимательно прислушиваясь к звукам вокруг. Адриана не слышала ничего, кроме завываний ветра и скрежета хрустящих листьев, несущихся по асфальту. Нервы натянулись, как струны. Сердце Адрианы забилось в ускоренном темпе, прогоняя кровь по венам и артериям. Пульс участился. И именно этот бешеный стук сердца подруги помешал Скельке услышать, как к окну кто-то подошел.

На втором этаже многоэтажки послышался звук разбившегося окна. Стекло посыпалось на тротуар. Скелька и Адриана резко подняли головы наверх и увидели в окне жилого дома какой-то силуэт, который тут же установил на подоконник ручной пулемет. ВЧ – 802 «Осколок» фирмы «Горквин». Этот ручной пулемет имеет компактную конструкцию и способен стрелять до 1200 выстрелов в минуту. Его основным преимуществом является высокая скорострельность, что делает его очень эффективным оружием для огневой поддержки на короткой дистанции. Однако, его недостатком является низкая точность стрельбы на средней и дальней дистанции, а также быстрое перегревание ствола при длительной стрельбе.

– Прячься! – Крикнула Скелька и со всех сил толкнула Адриану в сторону подъезда, от чего та буквально пролетела несколько метров и оказалась у стены многоэтажки, чуть левее пулеметчика.

Пулемет загрохотал, испещряя дорогу пулями. Поднялись пыльные облака. Скелька нырнула в другую сторону от Адрианы и вскрикнула от боли, когда пуля угодила ей в руку. Еще через мгновение она оказалась вне зоны обстрела пулеметчика.

– Скелька! – Выкрикнула Адриана. – Ты как?!

– Живая! – Ответила Скелька. – Не высовывайся!

Адриана перемахнула через крыльцо и оказалась у входа в подъезд. Она резко дернула дверь на себя и тут же получила удар кулаком по левой щеке. Девушка упала и почувствовала, что ее кто-то тянет за ноги вовнутрь. Голова гудела. Адриана попыталась схватить что-нибудь, чтобы метнуть в нападающего, но тот резко кинулся вперед и схватил руки девушки.

– Да нас прямо-таки судьба связала, шлюшка! – Сказал нападающий.

Когда Адриана сконцентрировала взгляд на лице мужчины, она его тут же узнала. Адлегос Иронаил. И как он опять появился в жизни Адрианы? Карзаху придется многое объяснить, если они встретятся вновь.

Адриана попыталась отбиться, но Адлегос оказался ловчее и сильнее ее. Через несколько секунд у девушки отключился свет в глазах.

*

Отрывки воспоминаний мешались с реальностью, пока Адлегос куда-то тащил девушку. Адриана что-то еле слышно бубнила под нос.

– Ну давай, просыпайся. – Адлегос дал несколько пощечин Адриане. – Тебе еще целую банду удовлетворять.

Адриана постаралась оглядеться. В глазах все плыло. Белая пелена закрывает все вокруг. Очень холодно. Они сняли всю одежду. Адлегос положил руку на плечо Адрианы.

– Нам казалось, что тебе жарко, и мы решили, что без одежды тебе будет комфортней. – Сказал он с улыбкой. – Но ничего, скоро согреешься. Кто первый ебет эту суку?

Пелена слегка спала с глаз и Адриана увидела, что в грязной полузаброшенной комнате перед ней стоят четыре человека, включая Адлегоса. У окна расположился тот самый пулеметчик, продолжающий наблюдать за окрестностями.

– Я думала, Карзах тебя грохнул. – Хриплым голосом сказала Адриана.

– Карзах – чмо. В тюрьме охраны почти не осталось. Мы подняли бунт и запросто смели вояк. Еще и оружие захватили из этого убогого места.

– Убогое место – твой мозг. – Сказала Адриана.

– Как была тупой, так и осталась. – Адлегос начал расстегивать штаны. – А вообще плевать. На один раз ты нам пойдешь, а дальше займемся твоей подружкой.

Пулеметчик вновь начал обстрел местности. Оружие монотонно грохотало, выпуская свинец в противника. На несколько секунд бандит замолк и вопросительно посмотрел на своих друзей.

– Она, похоже, в подъезд нырнула. – Сказал он.

– Ты что, совсем даун?! – Закричал Адлегос. – Ты не можешь в пизду попасть с пулемета?!

– Я ей в руку попал…

– И она с простреленной рукой умудрилась проскочить мимо тебя?! Отброс несчастный. Парни, берите оружие и спускайтесь вниз. И побыстрее, пожалуйста! Эта пизда без пистолета и с простреленной рукой!

Бандиты раздосадовано схватились за автоматы СУ-207 "Шторм" фирмы «Горквин». Эти штурмовые винтовки были разработаны специально для боевых операций в условиях густых джунглей и тропических лесов. СУ-207 обладает хорошей защитой от пыли, грязи и влаги и оснащена съемным глушителем. Бандиты быстрым шагом направились прочь из комнаты. Адлегос продолжил снимать штаны.

– Тебе повезло. – Сказал он. – Отдохнешь слегка после меня.

Пулеметчик, стоящий у окна завопил, когда Скелька запрыгнула в окно, забравшись по стене, и выгрызла зубами ему нос. Пулеметчик упал, схватившись за окровавленное лицо. Скелька с размаху ударила бандита ногой в шею. Послышался громкий хруст. Адлегос резко отскочил за спину Адрианы, смотря ошеломленными глазами на вампиршу. Он схватил пистолет БГ – 42 «Линия» фирмы «Гария», лежащий на комоде.

– Подойдешь ближе, я ей вышибу мозги!

– Скелька, убей эту тварь! – Хрипела Адриана.

– Заткнись, сука!

– Я без оружия. – Спокойным голосом сказала Скелька.

– Руки подними, блять!

Скелька резко подняла руку, метнув со всей силы камень в лицо Адлегосу. Бандит отшатнулся назад, его лоб заструился кровью, заливая ему глаза. Иронаил взвыл от боли и начал беспорядочно стрелять вперед. Скелька метнулась вперед и влетела в бандита, повалив его на землю. Адлегос ничего не смог сделать против физической силы вампирши, превосходящей его в несколько раз. Скелька неистово наносила удары по лицу Иронаила, пока от его головы не осталось сплошное месиво из крови и растекающихся мозгов. Вампирша тут же вскочила и подбежала к подруге.

– Адриана, ты как?

Адриана увидела зияющую дыру в районе сердца у Адрианы. Изо рта подруги лилась кровь. Ее предсмертные хрипы наполняли комнату. Окна хлопали из-за ветра. Дыхание становилось все реже, а Скелька слышала, как замедляется пробитое пулей сердце ее подруги. Так бывает в жизни. Со временем приходит жуткая правда, что не всегда стремление, мечта и энергия помогают достичь желаемого. Не все происходит в жизни так, как мы хотим.

Не дошли.

*

Двое сотрудников ОПНО стояли перед входом в квартиру с каменными лицами.

– Поехали, друг. – Сказал один из агентов.

Карзах ничего не ответил. Слова застряли у него в горле. Казалось, что время остановилось.

– Тебе и твоей корове придется проехать с нами. – Продолжил сотрудник ОПНО. – В отделении поговорим.

Карзах молчал. В его голове практически не осталось воспоминаний       о том, как его взяли под руки сотрудники ОПНО. Но он запомнил самое главное. На тротуаре, недалеко от машины ОПНО, он увидел добродушного соседа Гресака, который с нескрываемым удовольствием наблюдал за тем, как арестовывают Карзаха и его семью. Лишь много позже Карзах узнал, что Гресак и часть сотрудников ОПНО образовали ОПГ, и Рейверий стал их очередной жертвой.

Группа стояла напротив места своего назначения. Именно сюда они столько шли сквозь боль, страх и злость.

Прогулка по Богатому району оказалась самой простой частью похода. Карзаху казалось, будто он попал в совершенно другой мир. Красивые разноцветные дома с богатой отделкой показывали уровень доходов граждан. Были строгие, но симпатичные многоэтажки, гордо возвышающиеся над своими маленькими, но более зажиточными братьями – частными домами и особняками. Группа двигалась по ночным дорогам, любуясь диковинной каменной брусчаткой по бокам улиц. Красиво расписанные фонари ярко светили цветами различных оттенков. Уставшие путники позволили себе немного расслабиться. Никто не заговаривал о том, что случилось в пещере. На лице каждого отпечатался ужас того, с чем им пришлось столкнуться. Но никто не хотел возвращаться к этому в беседах. Карзах считал, что это и к лучшему, что никто не пытается окончательно раскиснуть. Сейчас все должны быть сконцентрированы на последнем рывке. А там уже и оплачем мертвых.

Огненная Звезда уже поднималась из-за богатого частного дома, напротив которого стояли Карзах, Рэйнер и Римгрий. Трехэтажный дом принадлежал Гресаку Луцию, который некогда кинул Карзаха и его семью. Десять лет Карзах провел в тюрьме. О жене Ледейре, и он сыне Смерусе он больше не слышал. ОПГ просто удалось стереть их с лица земли. Друзья Карзаха, с которыми он когда-то вместе шел в атаку на Большие Когти, рассказали ему, что Гресак Луций настолько зажрался, что без удара по кошельку купил частный дом в Богатом районе Старгрома. Карзаху не составило труда найти эту сволочь.

– Вот и мы. – Тихо проговорил Карзах, смотря на богатое здание. – С ножами.

У входа в дом стоял военный. Скорее всего, Гресаку выделили небольшой отряд для охраны.

– Еще не поздно повернуть, друзья. – Сказал Карзах, поочередно посмотрев на Рэйнера и Римгрия.

– Не дури. – С ухмылкой ответил Рэйнер. – Волкам пора дать понять, что рано или поздно приходят волкодавы.

– Впервые вижу кота-волкодава. – С нервным смешком сказал Римгрий.

– Крысеныш уже шутить начал? – Проворчал скьяльбрис.

– Угомонитесь. – Резко сказал Карзах. – Вы готовы?

– Мы-то готовы. – Ответил Рэйнер. – Вот только… как мы проберемся мимо охранника.

– Очень просто. – Коротко ответил Карзах и направился ко входу в дом.

Данкликерги неуверенно двинулись за командиром группы. Когда Рейверий приблизился к военному, тот замялся и произнес знакомую фразу.

– Вы кто? – Сказал он. – И сразу доставайте документы.

Карзах не стал ничего отвечать. Вместо этого он схватил военного за голову и с силой ударил его об стену. Охранник, не успев осознать, что случилось, рухнул на пороге дома.

– Вот это уже разговор. – Одобрительно сказал Рэйнер.

– Ты его убил, о непобедимейший? – Трясясь от страха, спросил Римгрий.

– Шутишь? – Ответил Карзах вопросом на вопрос. – Очухается скоро. Медлить нельзя.

Группа прошла в частный дом Гресака Луция. Когда дверь отворилась, каждому показалось, что он попал в совершенно иной мир. Вероятно, у хозяина дома был банкет. Повсюду висели алые энмионимские ткани, украшенные позолотой. Керецкие кувшины стояли на выдраенном полу из светлого дуба, растущего в районах Лесной Крепости и Блеклого Пристанища. Дорогие ковры лежали, чередуясь с шкурами различных животных. Повсюду лился свет из дорогих ламп, расписанных гриджскими мастерами.

По дому ходили проститутки в манящих нарядах. Порою они гуляли просто так с оголенными грудями и доступными для любого желающего влагалищами. Гости в дорогих эссеорийских костюмах, среди которых были и люди, и данкликерги, часто прохаживались с закусками и бокалами с дорогими горячительными напитками. Карзах сделал несколько шагов вперед и огляделся. Он стоял в коридоре, который вел к лестнице на второй этаж. По бокам были входы в несколько обширных залов, заполненных гостями. Двери были открыты, и Рейверий прекрасно видел, как отдыхали гости Луция. Они чавкали, вкушая заморские блюда и дорогие вина, общались на темы, лишенные всякого смысла, трахались с проститутками посреди комнаты. Восторженные крики и громкий смех сопровождали все этой действо. В обширных залах и тесных коридорах разворачивались целые оргии.

Никто не обращал внимания на то, что какие-то путники ввалились в дом. Лишь пару раз какие-то люди и пару данкликергов похвалили Карзаха, Рэйнера и Римгрия за то, что те выбрали «провокационные наряды в стиле нищебродов». Гости дома находили такие грязные костюмы очень сексуальными и приглашали принять участие в оргии. Особенно им нравилась «окрашенная в различные оттенки красного» шерсть Рэйнера.

– Хозяин дома. – Обратился Карзах к одному из гостей. – Где хозяин дома?

– На третьем этаже, в своем кабинете. – С улыбкой ответил какой-то ольдейрин. – А что это Вы такой сердитый? Неужели не нашли проститутку себе по вкусу? Господин Луций устроил очень щедрый банкет! К сожалению, он удалился после своей вступительной речи. Вы что, опоздали?

Карзах не ответил ничего. Отряд прошел на второй этаж, поднявшись по лестнице с массивными деревянными перилами. Перед тем, как отправиться на третий этаж, Карзах остановился и повернулся к друзьям.

– Я должен подняться туда один. – Сказал он. – Вы должны понять.

– Но как же… – Боязливо процедил Римгрий.

– Иди, Карзах. – Перебил красарка Рэйнер. – Мы понимаем.

Рейверий кивнул и побежал наверх. Его сердце стучало бешеным ритмом, а дыхание сбивалось по мере того, как он приближался к цели. Последний этаж. Цель так близка.

– Сядь здесь, я осмотрюсь. – Сказал красарку Рэйнер.

– Нет, нет, нет, Рэйнер! – Запищал Римгрий. – Ты что, о бесстрашный наблюдатель! Как же я здесь один!

– Сиди! Здесь! – Рявкнул скьяльбрис.

Музыка заглушила повышенный голос Рэйнера. Римгрий молча сел на мягкую скамью, стоявшую в коридоре на втором этаже, и вперил взгляд в картину с эротическим содержанием, висевшей на стене перед ним. Скьяльбрис двинулся вперед по коридору, засунув руки в карманы. Все происходящее вокруг напоминало скьяльбрису сцены из произведений одного дользандрийского классика, писавшего свои величайшие творения еще в Славную Эпоху. Рэйнер обожал классику.

Если в обычное время комнаты в доме предназначались для различных дел, то во время банкета они все служили трем целям: напиться, поговорить, потрахаться. Казалось, что в этом странном доме собрали все пороки высших слоев общества. Рэйнер сплюнул. В его венах кипела кровь. Люди пришли сюда, отобрали города у его народа, уничтожили культуру, существовавшую задолго до появления человека, уничтожили скьяльбрисскую цивилизацию. А теперь они еще и устраивают пир во время чумы. В жопу тебя, Тремений Гольерия. Тупой ублюдок, обрекший свой народ на смерть.

Рэйнер прошел вперед по коридору и увидел, что тот поворачивает налево. Скьяльбрис пошел дальше, краем глаза рассматривая необычные картины, висевшие на стенах, окрашенных в пурпурный цвет. Здесь уже не было никого. Похоже, все гости расположились в обширных залах, где им приготовили увеселительные мероприятия. Рэйнер вновь прошелся до конца коридора и увидел, что тот снова поворачивал налево. Но через несколько метров уже был тупик.

В конце коридора Рэйнер увидел голого рогардта и скьяльбриссианку, одетую, как проститутку. Она находилась в пьяном угаре, рогардрт несколько раз ударил ее кулаком во время жесткого секса. Рогардт злобно хрипел и трахал проститутку.

– Как же хорошо! – Орал он. – Такая пизда у скьяльбриссианок узкая!

– У ваших мужиков зато очко широкое. – Прыснула смехом скьяльбриссианка с разбитым носом. – Ускоряйся, козлик!

– Тупорылая ты, блядь! – Крикнул рогардт. – Я перепил, у меня, блять, с трудом встает! Жди пока я подрочу, прежде чем снова вставить тебе. Готовься и расслабляй мышцы, чтоб получить удовольствие.

Рогардт поднял голову и дружелюбно помахал Рэйнеру.

– О! – Удивленно крикнул он. – Присоединяйся. Один хуй хорошо, а два лучше!

Рогардту стало не по себе. Он ощущал на себе пронзительный и тяжелый взгляд скьяльбриса, стоявшего на расстоянии нескольких метров от него. Зрачки Рэйнера расширились при виде добычи. Адреналин заиграл. Прости, Карзах. Время убивать.

Скьяльбрис вытащил руки из карманов и, опустившись на все четыре лапы, с разгону бросился на ошеломленного рогардта. Возможно, родтайк и мог бы попробовать сразиться с ловким и сильным противником, но он настолько не ожидал подобного сегодня, что просто рухнул на пол, когда в него влетел скьяльбрис. Рогардт смотрел на ухмылку Рэйнера, ощущал на себе его насмешливый взгляд. Козел издавал наполненные болью вскрики, постепенно обращающиеся в хрипы и предсмертные стоны. Рэйнер раздирал рогардта острыми, как бритва, когтями, пока противник не испустил последний вздох. Скья Гаиль. Когда залитый кровью Рэйнер поднялся и оглянулся на скьяльбриссианку, та смотрела на него в ужасе. Скьяльбрис чувствовал исходящий от нее первобытный страх. Рэйнер подошел к скьяльбриссианке и склонился над ней. Девушка прижалась к земле, закрыв глаза, протрезвев.

– Хватит нас позорить, шлюха. – Сказал Рэйнер, тяжело дыша. – Пошли отсюда.

– Ты болен. – Спустя несколько секунд выдавила из себя девушка.

– Как тебя зовут?

– Мелисса. – С трудом ответила скьяльбриссианка.

– Я тебя выведу отсюда. Где ты живешь, Мелисса?

Девушка открыла глаза и непонимающе посмотрела на Рэйнера.

– Или я тебя прикончу вместе с ним, или уходишь со мной. – Скьяльбрис неловко улыбнулся. – Так что?

– Я снимала квартиру в Малом районе. – Отойдя от шока, сказала Мелисса. – Но когда денег совсем не осталось, я пошла сюда.

– Твои родители погибли от «Цепи»? – Спросил Рэйнер.

– Нет. – Продолжила Мелисса. – Они…

– Ладно, потом. Сейчас мы дождемся моего друга и уйдем отсюда, окей?

– Да, конечно. – Кивая ответила Мелисса.

*

У Карзаха пересохло в горле. Он поднялся на третий этаж и оказался в небольшой комнате, в конце которой была дверь, охранявшаяся одним военным. Охранник тут же пошел в сторону Рейверия, когда завидел его.

– Господин, вернитесь, пожалуйста, на второй этаж. – Произносил военный заученную речь. – Все мероприятия проводятся на первых двух этажах дома.

– Здесь комната хозяина дома? – Спросил Карзах.

– Да, здесь его кабинет. Вы по какому-то личному вопросу?

– Можно и так сказать.

– Тогда вынужден Вас огорчить. Господин Гресак Луций сейчас занят. Он еще выйдет к гостям ближе к вечеру.

– Он не доживет до вечера.

– Простите?

Рейверий нанес сильный удар с размаху по лицу военного. Тот упал на четвереньки, схватившись одной рукой за сломанный нос. Карзах мгновенно подскочил к поверженному охраннику и ударил его еще раз, но теперь ногой. Военный рухнул на спину без сознания. Карзах сделал глубокий вздох и подошел ко входу в кабинет Гресака Луция. Правильно сказал Рэйнер. Если живешь, как волк, то жди, что в один день придут волкодавы. Карзах прислонил ухо к двери. В комнате слышался женский хохот и мерзотный голос Гресака. Он здесь. Спустя столько лет его настигла судьба. Рейверий толкнул дверь и прошел в комнату.

Гресак Луций сидел в своем кресле, наслаждаясь обществом проституток и тоннами алкоголя. Он был совершенно голый, и одна из девушек сидела на коленях, делая пожилому лысому уроду минет. Гресак постанывал своим хриплым и басовитым голосом, потягивая из стакана дорогое вино, в котором он не смыслил ничего. Несколько проституток обернулись и удивленно уставились на гостя.

– Гресак, ты не говорил, что к тебе придет друг! – Обиженно сказала черноволосая девушка.

– Чего? – Раздраженно спросил хозяин дома и неохотно открыл глаза.

Гресак упал со стула, ударив ногами проститутку, которая делала ему минет. Девушка упала, схватившись за лицо, а Гресак пополз к стене, источая такой страх, будто он увидел призрака.

– Какого черта?! – Орал он. – Пошли все отсюда нахуй! Свалите отсюда!

Проститутки, непонимающе озираясь то на Гресака, то на Карзаха, побежали прочь из комнаты. Рейверий стоял на месте. Гресак резко вскочил и попытался схватить что-то на столе, но Карзах в мгновение прицелился и пустил пулю в руку противника. Крики девушек и болезненные вопли Луция смешались в нечто фантасмагорическое. Мелодия смерти. Карзах подошел к Гресаку и остановился, прожигая его взглядом.

– Карзах! – Жалобно воскликнул Луций. – Дружище! Как я рад, что ты живой!

Предатель лежал на полу. Голый, потный, с кровоточащей рукой. Карзах молчал. Его переполняла злость, ненависть, презрение. В голову ударила кровь.

– Я знаю, зачем ты пришел, Карзах! – Гресак зарыдал. – Я знаю, что ты винишь меня. И нет ни одного дня, чтобы не я сожалел о том ужасном деянии, которое я совершил! Карзах!

Гресак стонал теперь не от удовольствия, а от боли.

– Карзах! Я каюсь! Поверь мне! Я так хотел найти тебя, чтобы вот так попросить у тебя прощения! Стоя на коленях!

– Ты, блять, несешь хуйню. – Холодным голосом сказал Карзах.

– Карзах!

Гресак отползал от Рейверия, но тот неустанно шагал за ним. Пол становился мокрым от крови, слез и пота. У Луция не осталось сил, он остановился и перевернулся на спину, протягивая одну руку Карзаху.

– Прошу тебя, Карзах! – Срывающимся голосом говорил Гресак. – Ты ведь хороший человек! Я знаю это! Ты хороший человек! Ты не можешь так поступить! Я уже получил свое, ты оставил меня без руки! Ты не можешь убить голого безоружного человека, Карзах! Это нехорошо! Это неправильно!

Карзах остановился. Перед его глазами встали все: Ленграна, Ледейра, Смерус, Несгерт, Нинтранд и многие другие. Все, кого он знал. Друзья, которые вернулись из боя, и которые нет. Вспомнил, как он ремонтировал квартиру, как встретил Ледейру спустя десятки лет терзаний от того, что он не смог защитить Ленграну. Можно сказать, он вспомнил свою жизнь, наполненную ложью, смертью и мертвыми мечтами. А вина тому сейчас лежала перед ним с обосранной жопой и дорогим песлеровским вином.

– Карзах! – Гресак снова зарыдал. – Ты не можешь! Ты хороший человек! Прости меня!

Карзах посмотрел в глаза Гресаку. Гресак оцепенел от холодного, но решительного, преисполненного усталостью и несгибаемой волей взгляда.

– Гресак. – Спокойным голосом сказал Карзах. – Око за око.

*

В ночь начался ливень. Улица опустела. На землю падал монохроматический свет. В серые двери ускользали силуэты. В тот день отец сидел в баре, а дочь слушала музыку дома. Да, точно. Она уверена, что была дома. Почему она тогда оказалась в машине?

Отец не любил темноту. В темноте люди не отбрасывают тени. А тень – это самая интересная человеческая часть, скопление его тайн. Она ходит по пятам, как второе Я, и лишь в темноте она обретает свободу. Она расплывается в самых жестоких и порочных фантазиях. Люди боятся темноты, потому что в ней они теряют свою тень, остаются совсем одни.

Иногда дочь задумывалась о себе в мировом масштабе. Ей становилось так печально жить, когда она размышляла о том, что в нескончаемой истории мира она настолько крохотная частичка, что ее несколько десятков лет жизни – это просто мгновение, которое совершенно несущественно и мимолетно для вселенной. Она несчастное нечто в скоплениях звезд и галактик, и даже если все люди когда-нибудь умрут в одну секунду, то ничего не изменится. Вселенной поебать.

Отец двинулся к машине. Порой улицы приносят еще большую тоску, чем какая-то конкретная жизненная ситуация. Ходишь по пустым каменным дорогам и не понимаешь зачем. Повсюду вешаются люди, куда-то бегают карьеристы, где-то умирают от передозировки бомжи. И вот смотря на это со стороны, понимаешь, что тебя поглощает тот же самый бесконечный круговой цикл. Можно назвать это прямо – цикл жизни.

Дочери всегда было интересно, что там за гранью жизни. У нее пробегали мурашки по коже, когда она начинала всерьез задумываться, что же все-таки по правде там. За гранью. Есть ли там время? Может все это просто симуляция. А где-то вне этого всего мы лежим в каких-то капсулах, в которые однажды залезли из побуждений попробовать что-нибудь новенькое. По правде, не нравилась ей эта «игра». Больно скучная и депрессивная.

Отец сел в машину к дочери. Она узнала его пиджак.

– Добрый вечер.

– Привет, пап. Ты долго.

– Я задумался. Прости.

– Опять он задумался…

– Со всеми бывает.

– Я не могу сбежать. Оно вечно меня нагоняет. От него чем-то веет. Зловещим и наивным.

– Ты бежишь от монстра?

– Нет. Меня настигает нечто необъяснимое. Оно всегда рядом. И всегда знает, когда проявиться.

– Я понимаю. От этого тяжело убежать. Оно медленное. Но нагоняет наверняка.

Дождь изменил свое направление, когда в машине воцарилась тишина. Асфальт извергал из себя таинственный ливень, уходящий в вечернее небо.

– Почему у меня нет лица? – Спросила дочь.

– Оно тебе не нужно.

– Может, ты прав. Пап, мне страшно.

– Это нормально, когда умираешь.

– Я умираю?

– Да.

Боль усилилась. Из запястья текла кровь.

– Я выживу?

– Кто знает.

– Я думала, судьба все решит.

– С ней можно договориться. Ее можно попросить повременить.

– Ты просил?

– Нет.

– Ты не хотел остаться?

– В этом не было нужды.

Из дверей вновь вышли силуэты. Они тихо двигались вверх, навстречу монохроматическому свету.

– Я скучала.

– Мы не должны были вас оставлять. Но порою нас зовут прочь раньше.

– Я должна вернуться.

– Да, это было бы правильно.

– Мне страшно. Я устала.

– Если хочешь узнать мое мнение, то тебе еще не время.

– Тогда я пойду.

– Ты уже такая взрослая. Сама попросишь судьбу?

– Помоги дочке в последний раз.

– Хорошо.

Город утопал в свете. Дочь чувствовала, что пора обратно. Она уже все решила.

– Тогда я пойду обратно?

– Пап, у меня сердце болит.

– Ну, шрам останется.

– У меня в шрамах уже все тело.

– Тогда точно бояться нечего.

– Ты как всегда серьезный и душный.

– Я такой, каким ты меня запомнила.

– Да. Знаю.

– Удачи, родная. Я пойду вперед по улице. А когда я пройду в дверь – ты вернешься.

– Поняла.

Отец вышел из машины и пошел по тротуару, освещаемый светом звезд. Дочь осталась в машине. Она ждала, когда отец пройдет в дверь. Кажется, у дочери пропадала боль в сердце. Ладно, ей уже пора ехать. Если она вновь задумается, то может и не успеть. А может и вовсе передумать.

*

В закрытые веки неприятно светили лучи Огненной Звезды. Адриана подскочила, жадно глотая воздух. Она уже на том свете? Почему ей снова нужен воздух? Что случилось?

Адриана начала резко озираться. Она поняла, что лежит во все той же самой квартире, в которой ее попытался трахнуть Адлегос со своей бандой. Перед ней сидела Скелька, подкидывая в воздух пулю. К трупу Иронаила и пулеметчика добавились еще три тела. Это были те бандиты, которые побежали вниз, чтобы добить вампиршу. Но что-то еще было не так. Что-то очень важное. Ну конечно. На нее пристально смотрела Скелька. Своими голубыми глазами.

– Тихо, не подскакивай так. – Сказала Скелька, подсев поближе к Адриане. – На, оденься. Я нашла твою одежду, которую эти придури с тебя сняли.

– Скелька. – После долгой паузы сказала Адриана. – Ответь на один вопрос. Что, блять, произошло?

– Не кипятись так. Я все объясню. Одевайся, пока я рассказываю.

Адриана поднялась на ноги так легко, будто до этого ничего не случилось. Что произошло? И вообще, не сон ли это был про Адлегоса? Да нет. Труп Иронаила очень даже реален.

– Прежде всего, прости меня. – Грустно сказала Скелька. – Я не могла решиться. Я не знала, надо ли оно тебе или нет.

– Ты о чем? Давай по порядку.

– Я вколола тебе инъекцию, Адриана. Ты вампир.

Глаза Адрианы округлились, и она вперила взгляд в подругу.

– Что, прости? – Спросила Адриана.

– Каждому вампиру после обращения торжественно вручают одну инъекцию. Только одну. И он имеет право выбрать только одного человека для того, чтобы сделать его вампиром. Процесс обращения длительный и трудный процесс, который обязательно должны проводить Отец и Мать вампиров. Тогда родится полноценный представитель народа.

– Может…

– Не перебивай, прошу. Инъекция способствует полной регенерации тела человека, даже если он при смерти. Руки и ноги, конечно, не отрастут, но раны затянутся. И органы на место встанут. Целенькие. Так вот, я вколола тебе инъекцию сама, и этим разделила с тобой половину своих сил.

– Что? Как?

– Нас учат базовым правилам обращения на случай, если мы все-таки попадем в ситуацию, когда будет необходимо сделать все без Отца и Матери. Для операции понадобилась и моя кровь. А кровь у обычных вампиров, не такая, как у лидеров. Вдобавок пришлось выпить твоей крови. Короче… долго объяснять, как это работает.

Адриана села на пол рядом со Скелькой.

– Но твои глаза…

– Да. Мы теперь не полноценные вампиры. Но у нас осталось все, что нужно для жизни. Мы теперь, конечно, лишь на немного сильней среднестатистического человека, но мы не стареем, не болеем всякой дрянью и восстанавливаемся быстрее от ранений.

– Вау. – Ошеломленно сказала Адриана. – Мне кажется, мне надо это переварить.

– Так процесс пойдет быстрее. – Скелька протянула Адриане сигарету и протянула зажигалку, которую взяла из кармана подруги, пока та обращалась в вампира.

Адриана закурила, выдыхая в дневной прохладный воздух дым. Вот как в жизни бывает.

– Мы теперь с тобой однокровные.

– Это как?

– «Однокровки». Так называют двух вампиров, разделивших силу. Мы теперь неразрывны.

– Ну вот, теперь ты точно не отъебешься. – Адриана ухмыльнулась.

– Ага, это все был мой коварный план. – Скелька улыбнулась и продолжила подкидывать в воздух пулю, которая буквально «выползла» из сердца Адрианы.

Адриана немного задумалась, теряясь в сигаретном дыме. Ее наконец-то не убивала эта трупная вонь. Адриана ее чувствовала, но более не питала к ней какого-то отвращения. Теперь ее бедный желудок в кои-то веки успокоится.

Из-за прохладного воздуха закрывались веки. В свете лучей летала серая пыль, соскакивающая с навеки покинутых столов, комодов и стульев. На сетчатке глаза отпечатался этот день. Скоро все закончится. Придут механики и перестреляют всех, кто остался.

– Мне теперь нужно искать кровь? – Спросила Адриана.

– Как хочешь. Необязательно. Мы однокровки. Мы слабее, но мы можем питаться и тем, и тем. Даже древние техновампиры балуются порой изысканной пищей и дорогим вином.

– Кстати о еде.

Адриана поднялась на ноги и взяла свой рюкзак, который стоял недалеко от нее, рядом с окном, и достала из него консервы и воду.

– Я хочу есть. – Сказала Адриана.

– Ешь. И мы пойдем дальше.

Скелька помрачнела, наблюдая за взлетающими вверх птицами. Они теперь могли спокойно скакать по дорогам, не боясь, что их собьет машина. Природа явно счастлива, что ее дети теперь свободны.

– Адриана. – Скелька глубоко вздохнула. – Ты уверена, что готова? Уверена, что справишься?

– Да. – Уверенно ответила подруга. – Я должна была сделать это уже очень давно. Но мне не хватало решимости. И сил. Все равно умрем, Скелька.

– А если не умрем?

– Да иди нахуй.

Скелька улыбнулась и положила рядом с подругой пулю.

– Это твое. – Сказала она. – Прямиком из твоего сраного сердца.

*

Когда Рэйнер и Римгрий ворвались в комнату Гресака, Карзах стоял, рассматривая стол хозяина дома. Луций лежал, распластавшись на полу с простреленными конечностями. Огненная Звезда ярко освещала обитель порока. Здесь прошла кульминация жизни Гресака, и здесь же она и оборвалась.

– Хе-хе, вот и сказочке конец. – С ухмылкой сказал Рэйнер.

– Ты убил его, о могучий Карзах! – Воскликнул Римгрий.

– Если такие, как он – выше закона, что мы можем еще сделать? – Карзах рассматривал часы Гресака.

– Поддерживаю тебя, мужик. – Сказал Рэйнер. – Когда твои сородичи заполонили мою страну, вы тоже были выше закона. Гораздо выше, чем титульная нация. Это так, к слову.

Карзах оперся о стол и безучастным взглядом посмотрел на обвешенные картинами стены.

– Это все. – Глухо сказал Карзах. – Нам больше некуда идти.

– Подожди, ты о чем? – Спросил Рэйнер.

– Механики убьют всех. Мы дошли досюда. Справедливость восторжествовала.

– Блин, не хорони нас так! Я не верю, что мы не сможем сбежать отсюда!

В комнату тихонько вошла скьяльбриссианка Мелисса. Она резко отскочила в сторону, уронив дорогую керецкую вазу, когда увидела труп хозяина дома. Она в шоке смотрела на пугающую сцену.

– Так, спокойно. – Рэйнер подошел к Мелиссе и взял ее за плечи. – Лежащая на полу тварь – убийца. Не надо бояться. Ты уже наполовину спасена от своей поганой жизни.

– Кто это, Рэйнер? – Устало спросил Карзах.

– Это Мелисса. Я спас ее от кое-какого выродка.

– Ты забыл про случай с Кольдрой, Рэйнер?

– Нет, не забыл. Она останется с нами, Карзах. – Уверенно сказал Рэйнер. – Я пообещал увести ее отсюда.

– Ладно. – С глубоким вздохом сказал Карзах. – Только вот нам самим спасаться некуда.

– Могу ли я вставить свое слово, о словоохотливые друзья!

– Говори, если есть что. – Ответил Рейверий.

– К сожалению, ни один известный путь не ведет прочь из города. Механики окружили нас и готовятся к штурму.

– Ближе к делу, пожалуйста! – Рявкнул Рэйнер, отчего Мелисса подскочила на месте, а Римгрий вскрикнул от страха.

– Прошу прощения! – Продолжил Римгрий. – Если говорить кратко, то я веду к тому, что на то они и неизвестные никому пути, чтобы быть безопасными. По слухам, есть один проход, который может вывести нас в окрестности, лежащие на отдалении от Старгрома. И вполне вероятно, что он никем не охраняется, раз считается легендой.

– И ты знаешь, где этот путь? – Спросил воспрянувший Карзах.

– Можно сказать и так!

– Конкретно ответь, знаешь или нет! – Нервно сказал Рэйнер.

– Я знаю, где он находится по слухам. Но не могу ручаться, что это правда. В любом случае, это лучше, чем сидеть здесь и дожидаться смерти!

– Именно так! – Сказал Карзах, активно стуча пальцами по столу. – Вы разобрались с охраной?

– Они удрали вместе с гостями. – Ответил Рэйнер. – Но я боюсь, что они, скорее всего, держат входную дверь под прицелом.

– Мы не выйдем с боем. – Задумчиво отметил Рейверий.

– Я видела большой гараж, соединяющийся с домом. – Робко сказала Мелисса. – Может у хозяина дома есть… была машина?

– Да, хорошая идея! – Согласился Рэйнер.

Карзах взял с письменного стола Гресака связку ключей, пистолет, гранату и какой-то пульт управления, которые лежали на самом видном месте.

– Будем надеяться, что это то, что нам нужно. – Быстро проговорил Рейверий. – Обыщите комнату и возьмите все, что надо. Даю несколько минут.

*

Огненная Звезда уже глядела в окно, ослепляя уставших после свежего воздуха людей. Адриана лежала на кровати, читая книгу. Изредка ее внимание захватывало, как младшая сестренка игралась, двигая солнечных зайчиков по потолку. Трудно объяснить, почему это занятие так захватывало ребенка и ее старшую сестру. Глаза Адрианы влажнели, когда она задумывалась, смотря на девочку. Она осознавала, что чувствует ненависть. Но она быстро опускала глаза в книгу, убеждая саму себя, что это из-за света глаза слезятся. Я ненавижу тебя.

Когда младшая сестра устала двигать часами из стороны в сторону, наблюдая за зайчиками, она положила его на стол, плюхнулась рядом с Адрианой, а потом залезла ей на ноги, отняв возможность продолжать чтение. Не трогай меня.

– Мам, мне скучно.

У старшей сестры подступил ком к горлу. Ты убила свою мать.

– Ирма, я же не… мама.

– Прости, я привыкла немножечко. – Ирма положила голову на живот сестры. – Почему папы постоянно не было.

Он умер из-за тебя.

– Он в командировке, зарабатывает деньги.

– А почему он не хочет со мной сидеть, когда приезжает?

– Он очень устает, ему сложно.

Лучше бы умерла ты.

Ирма поднялась и застыла, смотря в глаза Адрианы.

– Но ведь они не берут меня с собой. Когда папа и эта тетка, которую он заставляет называть «мамой», куда-то едут, я остаюсь дома одна.

У Адрианы сжалось сердце. Она опустила глаза. Лишь бы не показать слезу. Не сейчас. Нельзя. Я тебя прикончу. Этот нож в кармане для тебя.

Она подняла голову, сдерживая эмоции в себе. Она знала, что хочет услышать Ирма.

– Адриана. – Продолжила младшая сестра. – В тринадцать лет ты уже за мной смотрела. А не эта тетка. Но не, я не о том. Я хочу, чтобы ты мне сказала. Я хочу быть, как ты. Ты была такой взрослой в тринадцать.

– Ирма, хорошо оставаться маленькой, ты поймешь это вскоре.

Ты не вырастешь.

Ирма сжала ладонь Адрианы. Ту, на которой красовался шрам.

– Прошу тебя, сестричка, скажи мне все. Ты никогда мне не говорила неправду, я правда очень-очень хочу знать.

Адриана понимала, что младшая сестра уже все знает. Она хотела просто услышать подтверждение, а не что-то новое. Всего одно движение. И я отомщу. Силы оставили Адриану.

– Ирма, когда ты вырастешь, ты поймешь, почему этим теткам плевать на тебя. Она вышла замуж за твоего отца не из побуждений стать кем-то для тебя. Секс, квартира. Ну и машина. Ты это хотела услышать, да?

Девочка не ответила. Лишь понимающие глаза слегка заблестели. Влажные и холодные глаза, слегка прикрытые струящимися золотыми волосами, отблескивающими под лучами Огненной Звезды. Почему ты плачешь? Ты лишила меня родителей, маленькая дрянь.

– Да. Это, наверное. Хотела.

Адриана крепко обняла сестру. Нож в руке. Всего одно движение. Одно. В спину.

– Ты сильнее многих в своем возрасте. Это у нас семейное, поверь.

Ирма прижалась к груди сестры, смотря пустыми глазами в пол. Соберись же.

– Но ведь у меня всегда оставалась ты. – Девочка протерла глаза рукой. – Я знаю, что ты меня любишь.

Адриана не могла ответить. Я пытаюсь убить свою младшую сестренку.

– Ирма. – Старшая сестра крепко сжала ладонь Ирмы, той самой ладонью со шрамом. – Нет. Я ненавижу себя. Однажды, мы с моей подругой поклялись защищать друг друга. До последней капли крови. Чтобы ни случилось, я оберегу тебя от всего. Я справлюсь со всем.

Они долго сидели, обняв друг друга. Я не прощу себя за это. Огненная Звезда играла с их светлыми, даже золотыми волосами, утопая в темно-зеленых глазах.

– Я хочу стать такой, как ты. – Ирма закрыла глаза.

Адриана вытерла мокрое от кровавых слез лицо.

– Ты станешь той, кем хочешь быть, поверь мне. Я тебе помогу.

Огненная Звезда окрасила комнату оранжевым светом. Птицы запели таинственные песни, сокровенный смысл которых ведом только им. Зачем я наврала ей? Ведь я не защищу ее. Я уже все решила. Я ненавижу ее. Она виновата. Во всем. На белом свете остались только розоватые стены детской комнаты. Мягкие игрушки, мягкий ковер и кровать с детской розоватой простыней. И только два человека осталось в этом мире. Адриана и Ирма.

Ирма светло улыбнулась, пряча слезы рукавом.

– Я знаю, сука.

*

Убийца. С таким чувством жила Адриана половину своей жизни. Маленькая сестра так доверяла ей, а она бросила ее. Адриана и Скелька долго стояли, смотря на многоэтажку, освещавшуюся уходящей Огненной Звездой. Они так долго шли. Пролили так много крови и слез. Адриана дрожала от какого-то необъяснимого, первозданного страха. Казалось, что нечто жуткое и таинственное крылось в этих покосившихся стенах. На самом деле, это была совесть. Девушку мучили стыд, горечь, ненависть к самой себе, страх увидеть то, что она нарисовала в своей голове.

Когда Адриана дернула за ручку квартиры, дверь была закрыта на замок. Как же так? Адриана весь остаток вечера рисовала в голове картины о том, каких же пиздюлей она получит за то, что гуляла почти до ночи. Странно, может родители легли спать? Да как они могли лечь спать, когда дочь шатается черти знает где?

Адриана достала свой ключ и открыла дверь. Темно. Свет не горит. Они что, правда все спят?! Девушка тихонько вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Она прислушалась к звукам во тьме. Ничего не слышно. Мертвая тишина. Может они ушли в гости?

Девушка включила свет и разулась. Она, тихо ступая по ковру, двинулась по коридору и заглянула в комнату родителей. Никого. Их правда нет дома. Адриана пошла дальше и зашла в комнату сестры. И сестры нет. Да, похоже, они у кого-то в гостях. Тогда девушке повезло. Никто не докажет, что она гуляла до самой ночи.

Адриана прошла к холодильнику и достала оттуда остатки жареного мяса и налила себе кружку воды. Однако трапезе очень в скором времени помешали. Кто-то позвонил в дверь. Родители вернулись так поздно? Девушке надо сделать вид, что она уже давным-давно уснула, и ее только что разбудили.

Адриана прошла ко входу и посмотрела в дверной глазок. Интересно. У двери стояла учительница ее младшей сестры. Она пребывала в ужасном настроении. Что умудрилась натворить такого Ирма, что Марритта Сенельтрия приперлась в двенадцать ночи? Сестра Адрианы училась в другой школе и ходила на дневные занятия, которые длились до вечера. Адриана открыла дверь и удивилась еще больше. Рядом с учительницей стояла ее младшая сестра. Ее глаза были красные, будто она плакала весь день. Что с ней сделала Марритта? Что вообще происходит?

– Здравствуй, Адриана. – Срывающимся голосом начала учительница.

– Здравствуйте, госпожа Сенельтрия. – Неуверенно сказала Адриана.

– Тебе еще не сообщили?

– В плане? О чем?

Марритта Сенельтрия долго стояла молча. Гробовая тишина окутала подъезд. Лишь младшая сестра начала всхлипывать. Лицо учительницы было бледным.

– Адриана, произошла ужасная катастрофа. – Марритта буквально выдавливала из себя слова. – Возможно, мне следовало бы как-то подготовить тебя, но я не знаю как…

– Что случилось? – Приподнятое настроение девушки сменялось зудящим беспокойством.

– Адриана, твои родители поехали вечером за твоей младшей сестрой в школу. Они задержались на работе, и поэтому позвонили мне, чтобы предупредить. Я сижу в школе почти до ночи и мне не трудно присмотреть за Ирмой. Я сидела час, два, три, но твои родители так и не приезжали. Я стала звонить, но они не брали трубку. Позже мне позвонили сотрудники правопорядка. Они не смогли дозвониться до твоей квартиры и, в связи с этим, решили связаться со школой. Директор пришел ко мне в класс и при Ирме сообщил страшную весть.

Марритта Сенельтрия ненадолго замолчала.

– На твоих родителей напали бандиты. – Учительница собралась с силами. – Твой папа в больнице. Он в тяжелом состоянии. Маму спасти не удалось.

Адриана уже сама с трудом помнит, что произошло в ту ночь. Она помнит фрагменты, как ее шок сменился рыданиями. Ее проткнули раскаленной спицей, которая до сих пор там осталась. Которая до сих пор зудит, режет и обжигает.

Вот так прошел тот день. Одна ночь изменила все.

Отец пробыл с дочерями еще два года. Он нашел себе алчную и неприятную женщину, которая совсем добила его. Отец все еще страдал от страшной потери, но не смог найти иного пути, кроме как оставить дочерей совсем одних. Он повесился в квартире, воткнув вторую спицу в сердца девочек. Мачеха тут же бросила падчериц и ушла с концами. Адриана и Ирма остались совсем одни. Скелька и ее родители старались помочь несчастным, но они и сами с трудом сводили концы с концами. Адриана старалась зарабатывать разными способами. Денег было мало, но девочки как-то справлялись.

Но самое страшное было совершенно в ином. Адриана чувствовала в душе непреодолимую ненависть к сестре. Она считала ее виноватой во всем. Это из-за нее родители поехали поздно вечером в школу. Это из-за нее Адриана так страдает. Лишь спустя годы девушка поняла, насколько она была не права и насколько сильно ее разрушила изнутри эта трагедия.

Адриана недолго пробыла с Ирмой. В какой-то день маленькая сестренка проснулась, но Адрианы уже не было. Старшая сестра бросила ее.

А тем временем многоэтажка глухо выла, утопая в оранжевом свете и пыли. Много горя скопилось в этом доме. Адриана стояла и смотрела на обитель прошлого, засунув руки в карманы. Она достала сигарету и закурила.

– Пойдем, Адриана. – Тихо сказала Скелька. – Раз ты пришла сюда, нужно решиться.

– Пошли.

Девушки подошли ко входу, и Адриана дернула старую пошарпанную дверь подъезда. Внутри стоял спертый воздух, наполненный пылью и зловонием. Но вампирам это нипочем. Адриана тяжело ступала по этим старым, но таким родным ступенькам. Ей казалось, что она шагает во сне. Когда-то она сидела на этих ступеньках с Ирмой, каждый раз вставая, чтобы дать пройти соседям. Девушку наполняли такие незначительные, такие несерьезные, но столь родные и теплые воспоминания.

Адриана увидела перед собой ту самую злополучную дверь. Здесь она стояла, когда ей сообщили о смерти родителей. Девушка дернула за ручку. Закрыто.

– Придется лезть через окно. – Скелька усмехнулась.

– Не придется.

Адриана сняла с шеи цепочку, на которой в качестве подвески висел стальной ключ.

– Как у тебя получилось его сохранить?

– Да кому он нужен. – Пробубнила Адриана и вставила ключ в замочную скважину.

Замок слегка посопротивлялся, но, в итоге, все равно поддался. Дверь отворилась, и перед Адрианой открылось ее прошлое. Тени воскресли в багровом свете и окружили ее. Скелька пропала. Осталась только квартира и закат. Девушка медленно ступила в коридор. Из комнат лился теплый свет. Коридор вел прямиком на кухню. Слева была комната родителей, а справа – детская. Время будто остановилось.

Девушка заглянула в комнату родителей. Кругом лежали тонны пыли. Но все было на месте. Все было так же, как несколько лет назад. Та же двуспальная кровать, та же деревянная фурнитура отечественного производства. Будто здесь все замерло с того момента, как девушка сбежала. Адриана прошла дальше на кухню. Никакой еды на полках не было. Кое-где валялись пустые банки из-под консервов. Холодильник отслужил свое. Нельзя было сказать, что все вокруг казалось каким-то мрачным, нет. В этом багровом свете в сердце теплилось чувство горечи и меланхолии.

Адриана встала перед дверью в детскую. Девушка уверенно открыла дверь и зашла в комнату. Да, все было так же, как и раньше. Две кровати, два стола, два шкафа, канцтовары, мягкий ковер, розоватые стены. У Адрианы перехватило дыхание, когда она опустила глаза на кровать сестры. Страшные иллюзии рухнули, столкнувшись с реальностью. Трупа сестры не было. Нигде. Все не так, как рисовала себе в голове Адриана. Может она все-таки жива? Ведь куда ей бежать из этой квартиры.

Адриана села на свою кровать, перебирая в голове сотни, тысячи мыслей. В сознании девушки рушился целый город, построенный на страхе, лжи, сомнении, злобе, ненависти, горечи, стыде, поражении и непринятии. Она должна выбраться из этого сраного города.

– Спокойно, подруга. – Скелька села рядом с Адрианой и обняла ее. – Ты сделала это. Все теперь позади. Все закончилось.

– Нет, Скелька. – Адриана посмотрела на подругу с искренней улыбкой. – Еще одно дело появилось.

*

– А как мы выедем то отсюда? – Спросил Карзах.

– Напролом. – Ответил Рэйнер.

– Не надо напролом! – Боязливо вскрикнул Римгрий. – Нас выпустят! Мы же выезжаем из Богатого района. Не волнуйтесь, просто езжайте так, будто вы живете здесь!

– Хорошо.

– Так ты с этих краев, Мелисса? – Спросил Рэйнер.

– Нет. – Мягким голосом ответила скьяльбриссианка. – Я жила с родителями в Песлере, в Больших Когтях. Но когда дользандрийцы захватили город, меня перевезли в Дользандрию, как «дешевую рабочую силу». А когда пришла «Цепь» и деньги закончились, у меня остался только один вариант.

– Гребаные люди. – Рэйнер отвернулся к окну.

– Механики. – Карзах глубоко вздохнул.

Никто не хотел продолжать разговор. Внедорожник «Ведар» Гресака Луция стал первой дорогой и престижной машиной, на которой ездил Карзах. Высокая скорость, хорошая управляемость, невероятная прочность, отличное качество. В этом внедорожнике было безупречно все. Рейверий испытывал невероятный кайф, когда вел эту машину. В доме Луция отряду удалось захватить для скьяльбриссианки немного одежды, которую оставили убегающие гости. Мелисса надела платье и яркое пальто, принадлежавшее какой-то сотруднице Администрации Города. Скоро в дом Гресака заявятся друзья из ОПГ, чтобы нейтрализовать нападающих, но тех там уже не будет. Карзах, Рэйнер, Римгрий и Мелисса ехали по украшенным флагами улицам Богатого района.

Когда дользандрийцы вошли в город, и механики начали устраивать террор, семья Мелиссы пребывала в ужасе, сидя дома. Все часами сидели в тишине, боясь любого шороха. Когда в коридоре застучали сапоги, родители схватили дочь и спрятали ее в шкаф, накрыв одеждой. Скьяльбриссианка помнила, что ей было очень жарко, но она не осмеливалась даже пошевелиться. Ее учащенное дыхание заглушало звуки извне. В ушах стучала кровь.

Мелисса не знала, сколько она пролежала под одеждой, но в какой-то момент дверь шкафа открылась. Когда одежду скинули, девочка подняла голову и увидела перед собой странного военного. Он был похож на рогардта, но с красными глазами и пепельной шерстью. Он схватил Мелиссу за руку, вытащил из шкафа и кинул на середину пола. Отец девочки бросился на военного, но еще несколько солдат сбили скьяльбриса с ног и избили его прикладами. Мать попыталась подбежать к мужу, но один из военных тут же повалили ее и нанес несколько сильных ударов кулаком по лицу.

– Сойдет? – Хриплым голосом спросил солдат, вытащивший Мелиссу из шкафа.

– Сойдет. Забирай. – Ответил ему кто-то из отряда.

Девочка лежала на полу, закрыв глаза. Ее сковал страх. Она не знала, что делать. Мелисса открыла глаза только тогда, когда почувствовала пробирающий до костей холод. Какой-то солдат нес ее в одном платье во время чудовищной метели. Сквозь белую пелену снежных хлопьев она видела стоящий грузовик, в который несли других детей.

Когда военный остановился у грузовика, чтобы дождаться пока остальные загрузят детей, Мелисса повернула голову и окинула взглядом улицу. Чуть поодаль от нее она увидела силуэт. Это тоже был дользандрийский солдат. Он стоял неподвижно, будто ему тоже страшно. Сквозь падающий снег она увидела его глаза. Ему тоже было страшно.

Через несколько секунд скьяльбриссианка оказалась в кузове железной машины. Двери грузовика захлопнулись, и белая метель сменилась душной и всепоглощающей мглой. Большая часть детей плакала. Мелисса была одной из них.

Грузовик тронулся и повез детей куда-то очень далеко от дома. Быть может, они даже проезжали самые разные и живописные местности. Лишь пару раз в день свет на мгновения проникал внутрь. Двери кузова открывались, и наемники метали детям какую-то мерзкую пищу. Но Мелисса была настолько голодной, что не ощущала тошнотворного вкуса. Многим еды не хватало, и иногда за еду разворачивалась настоящая бойня. В такие моменты механики не захлопывали двери грузовика мгновенно, а некоторое время стояли и смеялись.

– Эй! Ты живая? – Услышала Мелисса рядом со своим ухом.

Девочка не поняла, ей ли этой говорят, но этот кто-то повторил вопрос и коснулся ее плеча.

– А? Да, да. – Тихо ответила Мелисса.

– Ты что, меня совсем не видишь?

– Здесь же темно.

– А, ты еще не видишь в темноте?

– Нет, мне еще четыре.

– А, извини.

Скьяльбрисы начинали видеть в темноте только с шести лет. Значит, ее собеседник был уже постарше.

– Меня зовут Трогот. – Продолжил мальчик-скьяльбрис.

– Я Мелисса.

– Я тебя не видел в Больших Когтях.

– Мне еще нельзя гулять одной.

– А, точно.

Мелисса и Трогот временами разговаривали. Поддерживали друг друга. Нельзя сказать, что им особенно хотелось болтать, но некое ощущение кого-то дружественного рядом в этой темноте слегка помогало.

Через несколько дней пути примерно половины детей уже не было в кузове. Многие погибли в начале пути от холода. Часть забили в драках за еду. Конец страшного путешествия не принес покоя.

Мелисса провела в лагере механиков десять лет. Она до сих пор не знает, как выдержала столько в этом страшном месте. Но она точно знала, что не забудет эти годы детства, наполненные отчаянием и бесконечным падением в бездну. Девочку заставляли выполнять непосильную работу на карьерах, она жила в покошенных сараях и во Время Огня, и во Время Гибели. Ее насиловали наемники, которых отправляли следить за заключенными. Трогот умер где-то через пять лет пребывания в лагере. Тело Трогота просто взяли за руки и ноги и кинули в труповозку, в общую кучу, и повезли в крематорий.

*

Адриана закурила и вытащила из комода свой дневник. Она так его давно не видела. Нужно обыскать все. Должны быть хоть какие-то подсказки, куда могла пропасть Ирма.

Девушка поднялась с кровати и подошла к столу своей младшей сестры. На нем лежало несколько учебников, ручки, карандаши, линейка, стерка и пара тетрадей. Может, она что-то записывала? Адриана открыла первую тетрадь. Математика. Интересно, у Ирмы был адекватный учитель по математике? Выражения, задачи, формулы… ничего интересного. Вторая тетрадь. Физика. Чертовски сложный предмет, который до последнего не хотел даваться Адриане. Тоже ничего нет.

Адриана открывала учебники один за другим, быстро пролистывая страницы. В своем шкафу она нашла несколько листков с лирикой метал-групп, которые она обожала. Адриана кинула листки в рюкзак рядом с новым альбомом «Дивизии Каннибалов». В комнате больше не было чего-то примечательного. Но нужно найти хоть что-то.

Адриана вышла в коридор и увидела, что Скелька обыскивает родительскую комнату. Хорошо, тогда надо оглядеть кухню. Девушка осмотрела каждую валяющуюся банку, каждый шкафчик, холодильник, но не было ничего связанного с Ирмой. Адриана с психу ударила ногой по плите, и оперлась о стол. Постояв несколько минут и собравшись с мыслями, она успокоилась и заглянула за батарею. Что-то есть. Девушка просунула руку. Пыль и паутина неприятно обволакивала кожу. За батареей застряла какая-то скомканная бумажка. Пустая. Просто бумажка.

Адриана села на стул и уткнулась глазами в соседнюю многоэтажку. Наверное, сестру уже давно просто где-то прибили. Они напрасно тратят время.

– Адриана! Глянь! – Скелька быстрым шагом зашла на кухню. – Ты в порядке?

– Да, все нормально. Много воспоминаний.

– Понимаю.

– Что там?

– Гляди. – Скелька протянула подруге какую-то сережку. – Это сережка моей мамы.

– Твоей мамы? Где ты ее нашла?

– Еще осталась вампирская находчивость. – Скелька довольно улыбнулась. – Нашла перед входной дверью.

– Но откуда она в моей квартире?

– В этом-то и дело.

– Твои родители бывали у нас иногда, но…

– Да, это любимые сережки моей мамы. Она бы все мозги мне выела, если бы потеряла ее.

– Получается, что она потеряла ее тогда, когда мы с тобой уже уехали.

– Ага.

– И что?

– А то. Мне просто в голову пришла мысль… может мои родители забрали Ирму с собой?

– Забрали? Куда?

– Точно, я же не рассказывала. Мои родители уехали в Штургскую Федерацию. Я отказалась ехать. – Скелька тяжело вздохнула.

– Я, конечно, все понимаю, Скелька. Но мы не может ехать наобум. Неужели больше нет никаких подсказок?

– Адриана, мои родители – это и есть подсказка. Если кто и знает, где Ирма, так это они. Поверь, они бы не бросили ее.

– Ты все же уверена, что мы выберемся?

– У меня осталась крохотная надежда.

Глаза Адрианы снова загорелись.

– Нам пора выдвигаться в парк. – Скелька улыбнулась. – Время вспомнить одну легенду и одну крысу.

*

Холодный ветер игрался с желтыми листьями на деревьях. Они шуршали и падали, теряясь в капюшонах путников и сгорая в костре. Карзах, Рэйнер, Римгрий и Мелисса сидели у пламени, поедая сытные порции. В доме Гресака удалось захватить много вкусной еды, которую ни один из присутствующих не мог себе позволить ранее.

– Мы проделали очень тяжелый и долгий путь. – Карзах выглядел совершенно спокойным. – Не говоря уже о том, что мы зажаты в тисках смерти, из которых пытаемся всеми силами выбраться. Если кому-то еще нужно выпустить пар, то сейчас самое время.

– Все в порядке. – Мелисса улыбнулась.

– Разве могу я гневаться на столь великих воинов и путешественников! – Театрально заявил Римгрий.

– И все же. – Начал Карзах. – Есть одна проблема, Рэйнер. Ты все ноешь и ноешь, ноешь и ноешь про людей. Сам то пытался что-то сделать?

– Пытался. – Рэйнер запнулся. – Я когда-то был в «Легионе Мордеранда».

– Ах, «Легион Мордеранда». – Карзах ухмыльнулся. – Как там на вашем… «Скья тхель фрахт, лту бьенд васт»?

– Какой ужас. – Невольно проговорила Мелисса.

– Как это можно перевести, о всезнающие друзья? – Поинтересовался Римгрий.

– «Скьяльбрисам – лавровые ветви, людям – висельные петли» – Перевел Рэйнер.

– Ох… – Римгрий съежился от ужаса.

– И чем вы отличаетесь от тех ребят на заводе, Рэйнер? – Спросил Рейверий. – Которых ты сжег.

– Это был перегиб. – Скьяльбрис сплюнул. – Я о том, что делал легион. Везде есть адекватные ребята, а есть дебилы.

– Но каким образом вы тогда собирались освободить свою землю?

– Мы просто хотели, чтобы все стало честно. Чтобы наша униженная и изнасилованная нация вновь воспрянула духом. Вильмий не хотел, чтобы все переросло в это. Когда он умер, все вышло из-под контроля. В то время я и покинул легион, надеясь справиться своими силами. Надеясь найти тех, кто еще понимал, чего хотел Вильмий.

– Так чего он хотел?

– Он хотел, чтобы люди отпустили нас. Ясен пень, что сил у нас нет, что бы отвоевать у вас то, что принадлежит нам и вернуть все, что мы давным-давно утеряли. Мы просто хотели вернуть честь, уважение к нам. И нашу свободу. Раз забрали у нас все, то дайте хотя бы уйти туда, где нам будет лучше.

– Но ведь это изначально было нереальной идеей.

– Да. И в этом была главная проблема.

– В чем тогда смысл, Рэйнер?

Рэйнер задумался, напряженно смотря на пляшущее пламя. Путники сидели на тротуаре, рядом с машиной. А вокруг были серые дома. Листья прыгали в костер.

– Смысл в том, что нам нужны были герои. – Тихо ответил Рэйнер. Не те герои, которых нам впаривают. Нам нужны были личности, которые не сдавались несмотря ни на что. Просто боролись, даже если знали, что их ждет печальный конец. Так глядишь и на вооруженную борьбу бы мы поднялись.

Карзах поднялся и, сместив Римгрия, сел рядом с Рэйнером и положил руку ему на плечо.

– Каждый во что-то верит, дружище. – Сказал Рейверий. – Но иногда нужно уметь смотреть на мир реалистично. Не лезь ты в это дело.

На несколько минут воцарилась тишина. Путники доедали вкусную пищу. На лице Рэйнера появилась улыбка. Пламя плясало и отражалось в его глазах.

– Может, я и смогу все изменить. – Мрачно сказал Рэйнер. – А цену я знаю.

День 11.

Парк стал совершенно неузнаваемым. Даже много лет назад он был достаточно запущенным, но сейчас все совсем пришло в упадок. Редкие куски бетона служили дорожками. Грязные урны был вырваны из земли. Они валялись рядом со сломанными трухлявыми скамейками и засохшими кустами. Жалкий вид парка спасала только желтая листва, упавшая и закрывшая голую землю. Мрачные деревья безмолвно колыхались от напора ветра. Разбитые фонари печально склонялись над полянками, где когда-то сидели отдыхающие. Скельке было тяжело на душе. Сколь бы она не утешала себя тем, что совершила благородство и спасла подругу, ее все же омрачала потеря той великой силы, которую даровали ей Отец и Мать техновампиров. С этой силой она чувствовала себя чем-то значимым и достойным того, чтобы с ней считались. Но теперь она стала просто «однокровкой». Снова слабой и беспомощной.

Когда-то давно Адриана и Скелька сидели в этом самом парке и любовались уходящей Огненной Звездой, тепло освещавшей тихую рябь на озере, вызываемой прохладным ветром.

– Слушай, ведь вы разработали лекарство от всех болезней. – Спустя часы тишины промолвила Адриана.

– Ты о чем?

– Ваша инъекция. Она же спасает человека, который буквально стоит одной ногой в могиле.

– Нет, там свои нюансы.

– Серьезные?

– Да. Нельзя вводить инъекцию повторно. У тебя и так достаточно вампирской химии в крови, а ты еще и вторую порцию вводишь. Получится передозировка. Ты копыта отбросишь буквально за минуту.

– Ясно.

Девушки добрались до любимого ими когда-то озера. Вокруг не было ни души. Старгром замер в ожидании финального удара. Скоро механики зачистят районы. Девушки смотрели на грязную воду.

– У тебя вообще есть мысли, где может располагаться ход? – Спросила Адриана.

– Скорее всего, он где-то под водой.

– Какая осведомленность!

– Адриана, я не говорила, что знаю точно, где этот лаз!

– Но мы же не можем просмотреть все дно в поисках чего-то?

– Не можем.

– Что тогда делать?

– Я не знаю.

Скелька грустно смотрела, совсем не соображая, что делать дальше. Адриана нервничала из-за того, что и сама не могла ничего предложить. Размышления резко прервались в тот момент, когда девушки заслышали вдалеке рев мотора. Кто-то приехал сюда на машине. Мародеры или наемники? Адриана и Скелька ринулись за деревья и достали оружие, которое забрали у бандитов Адлегоса.

По мертвой земле, присыпанной желтыми и оранжевыми листьями, несся дорогой внедорожник «Ведар». Дороговатая машина для того, чтобы в ней возили наемников. Водитель мастерски объезжал препятствия и маневрировал между деревьев. Адриана сжала в руке автомат РЗ-284 "Гибель" фирмы «Горквин». Этот автомат оснащен прицелом с ночным видением, позволяющим стрелять на дальние расстояния в условиях низкой видимости. Однако он имеет малый магазин.

Машина остановилась перед озером. Где-то минуту из нее никто не выходил. Адриана взглянула на подругу. Передняя дверь открылась, и из внедорожника вылез рыжий скьяльбрис. Рэйнер. После Рэйнера из машины вышла какая-то скьяльбриссианка.

– Рэйнер! – Адриана выглянула из-за дерева и помахала издалека.

Скьяльбрис пригнулся и устремил взгляд в ту сторону, откуда послышался чей-то голос. Завидев Адриану, Рэйнер расплылся в улыбке и помахал в ответ. Девушки побежали к машине, искрящиеся от радости из-за того, что снова увидели своих друзей. Тех самых, с которыми они когда-то прощались навсегда.

– Черт возьми, как вы здесь оказались? – Радостно спросила Адриана.

– Долгая история. – Рэйнер усмехнулся.

Карзах с Римгрием обогнули машину и подошли к девушкам. Рейверий, как всегда, старался выглядеть хладнокровно, но его тоже переполнялся радость встречи, и он невольно улыбнулся.

– О могучие воительницы человечьи! – Радостно воскликнул Римгрий, кланяясь и здороваясь с подругами. – Все же ты решила воспользоваться лазом, о котором я тебе шепнул, о вампирейшая?

– Добрый день, Адриана и Скелька. – Тепло поприветствовал Карзах.

– Такое чувство, что мы уже, сука, год не виделись. – С улыбкой сказала Скелька.

– Здравствуйте. – Кротко проговорила Мелисса.

– Привет. – Адриана любопытно оглядела скьяльбриссианку. – Как тебя звать?

– Мелисса.

– Я Адриана, а это моя подруга Скелька. Рада познакомиться.

– Я тоже.

– Стойте, а где Несгерт?

Карзах, Рэйнер и Римгрий омрачились. В воздухе повисла напряженная атмосфера, которую сумел нарушить только Рейверий.

– Долгая история. Он погиб. Если выдастся случай, я расскажу.

– Черт… – Адриана потупила взгляд.

– Ладно. – Карзах глубоко вздохнул. – Полагаю, что мы здесь по одной причине.

– Тот самый ход под озером? – Поинтересовалась Скелька.

– Тот самый. – Ответил Рэйнер. – Ну что, крысеныш, где твой лаз покоится?

– По слухам, здесь располагаются катакомбы техновампиров. Они строили их еще в Славную Эпоху, еще во время войны с людьми. После того как изнурительная борьба с кровопийцами вынудила людей заключить невыгодное для последних соглашение, вампиры пустили людей в свои города, но свои тайные тропы оставили! При этом…

– Я не могу больше слушать эту муть. – Перебил красарка Рэйнер. – Слушай, историк ты конченый, какие к хуям вампиры в Старгроме? Какие катакомбы?! Вампиры до самой Железной Эпохи в границах своего Добельзанда сидели! Какие к черту вампирские катакомбы ты собрался искать?

– Господа! – Громко сказал Карзах. – Давайте оставим споры на тему истории на потом!

– Да смысл не в том, что я хочу опустить этого недоисторика, а в том, что он понятия не имеет, где этот чертов ход! Если мы будем опираться на информацию какого-то придурка, который утверждал, что Старгром принадлежал вампирам, то мы будем искать этот лаз до следующего года!

– О Рэйнер, умнейший из кошачьего рода! – Начал Римгрий. – Если ты столь нелестного мнения о моих познаниях, то предложи свой план!

– Я понятия не имею, где этот ход!

– Так почему же ты столь категоричен по…

– Да потому что перелопачивать все дно мутного озера в поисках какого-то люка – это самая конченая идея на данный момент!

В спор включились Карзах, Адриана и Скелька. Друзья пытались переорать друг друга, не в силах донести свою мысль. Каждый знал, что не может ничего предложить, но подобные крики здорово помогали сбросить весь тот тяжелый груз, который обрушился на них и тянул их вниз все эти десять дней. Мелисса пыталась вставить хоть слово, но ее никто не слушал. Она тихонько подошла к Рэйнеру и мягко коснулась его плеча. Скьяльбрис обернулся и тут же все понял.

– Ребята, заткнитесь на секунду! – Напрягся Рэйнер, чтобы перекричать остальных.

Все посмотрели на скьяльбриса.

– Старгром построили на руинах скьяльбрисского города Стистнальда. – Неуверенно начала Мелисса. – Я хорошо знаю планировку, по которой мой народ строил города. Если вы покажете мне карту Старгрома, я могу попробовать определить, где, скорее всего, располагается вход.

Мелисса замолчала, опустив взгляд на землю. Римгрий тут же снял рюкзак и приступил к поиску карты.

– Откуда ты знаешь? – Рэйнер недоверчиво посмотрел на Мелиссу.

– У Луция хорошая библиотека. Была.

Скьяльбриссианка посмотрела в глаза Рэйнеру, но тот отвернулся.

– Не радуйтесь раньше времени. – Холодно сказал Карзах. – Вот как найдем ход, так и вздохнем с облегчением.

– А что у тебя с глазами, Скелька? – Неожиданно спросил Рэйнер.

– Это долгая история, дружище. – Ответила девушка. – Как будет время – расскажу.

– Ловлю на слове.

Римгрий, наконец, вытащил из кучи барахла нужную карту и расстелил ее на земле перед Мелиссой. Скьяльбриссианка села на пол и приступила к внимательному изучению Старгрома.

– Я точно знаю, что Администрация – это бывший дворец Остхинда Нотбренкта, герцога Нальмрандтского. – Голос Мелиссы стал увереннее. – В связи с этим, у нас хотя бы есть четкое понимание, где центр прошлого и настоящего городов. Из центра должно выходить четыре основные улицы, которые, в целом, люди оставили.

– Но знатно испоганили. – Дополнил Рэйнер.

Мелисса еще долго что-то объясняла, и каждый честно старался уследить за ходом ее мыслей, но исторических подробностей оказалось так много, что все просто устремили взгляды вдаль, терпеливо ожидая результата, к которому придет скьяльбриссианка. Только Рэйнер с искренним интересом слушал.

Мелисса поднялась и внимательно оглядела озеро. Постояв немного в молчании, она на несколько секунд закрыла глаза, затем вздохнула и рассказала о своих выводах.

– Если я все правильно рассчитала, то вход в скьяльбрисский тоннель располагается вон в том канализационном проходе. – Мелисса указала на громадную трубу, закрытую решеткой, на другом конце озера.

– Ты уверена? – Спросил Карзах.

– Я перепроверила все несколько раз. – Голос скьяльбриссианки вновь стал робким. – Да, я уверена в том, что точно знаю, где тоннель. Но есть проблема.

– Куда ж без них. – Скелька усмехнулась.

– Так получается, что канализация буквально перерезает проход скьяльбрисов, а значит, что, скорее всего, там будет стена.

– Блять. – Выругалась Адриана.

– Не беспокойся, Адриана. – Заверил Карзах. – Одной гранаты хватит, чтобы проделать дыру в стене канализации.

– А у тебя есть граната?

– Есть. Давний друг подарил.

*

Отряд быстро шел, огибая парковое озеро. Холодный ветер дул в лицо, неся с собой запах нечистот. По крайней мере, не пришлось лезть в грязную воду. Рэйнер о чем-то спросил Мелиссу. Сначала он заговорил на Скья Нгальте, скьяльбрисском языке, но его собеседница призналась, что не знает языка скьяльбрисов.

– Ничего, научу. – Сказал Рэйнер.

Адриана шла рядом со Скелькой. Ее не отпускали мысли о том, что ее родная сестра может быть жива.

– Скелька, у нас получится?

– Должно же у нас хоть что-то получиться в жизни.

– Как думаешь, в Штурге другие люди?

– Другие. Лучше или хуже – хер его знает.

Карзах старался не думать ни о чем. Он молча шел, плывя по течению жизни и обстоятельств. Он был уверен, что это его последний военный поход. Внутри стало пусто.

Огромная железная решетка возвышалась над путниками. За ней – бесконечная запутанная сеть с нечистотами. Карзах остановился и поставил рюкзак на камень. Через несколько секунд он достал несколько документов и протянул их Адриане.

– Держи, Адриана. Это прятала Кольдра.

– Что это?

– То, что тебе очень пригодится.

Адриана взглянула на бумаги и не поверила своим глазам. Она обняла Карзаха и улыбнулась.

– Спасибо, Карзах. Я снова в долгу перед тобой.

– Хватит уже долгов. Это от чистого сердца.

Римгрий подошел к небольшой железной калитке, выглядевшей очень жалкой на фоне исполинской трубы. Он снова начал ворча перебирать ключи, стараясь найти тот самый. Заветный. Спасение так близко. Ключ провернулся, и чрево тьмы открылось. Всем казалось, будто они ступают в пасть монстра. Фонарики испустили легкий свет, но даже он терялся в непроглядной бесконечности. Пора уходить.

Карзах первым прошел через железную решетку. Мрачную, ржавую, зловещую. За ним пошла Адриана. Потом Скелька. Рэйнер вошел после Скельки и протянул руку Мелиссе, которая тут же двинулась вслед за ним. Но что-то было не так. Римгрий нерешительно стоял.

– У нас очень мало времени, Римгрий, идем! – Сказала Адриана.

– Я… не могу.

– Что случилось, крысеныш? Темно? – Нервно спросил Рэйнер.

– Нет. Дело в другом. В общем… идите. Я остаюсь.

– Что? – Спросила Адриана в шоке.

– Римгрий, ты сошел с ума? – Спросил Карзах.

– Нет, о любимые мои друзья! – Печально сказал Римгрий. – Прошу, не давите на меня.

– Ты не можешь остаться, Римгрий, тебя убьют! – Взволнованно сказала Мелисса.

– В лучшем случае убьют. – Добавила Скелька.

– Друг, не выебывайся и не задерживай нас! – Кипел Рэйнер, делая глотки из своей фляжки с виски.

– Вы не поймете меня. – Говорил Римгрий. – Мне некуда идти. Я жил в Старгроме всю свою жизнь и знаю его вдоль и поперек. Этот город стал частью меня. Я не выживу в другом месте. Не хочу жить.

– Но это глупость, Римгрий! – Настаивала Адриана.

– Прошу, не теряйте время. Ступайте! – Сопротивлялся красарк.

– Каждому свое, да? – Карзах холодно посмотрел на Римгрия.

Карзах отвернулся и пошел дальше, в темноту.

– Если вы откроете вход, то военные рано или поздно его найдут! – Голос Римгрия был печальным, и в нем оставался тот же страх, который одолевал его каждый день. – Хотя… они вас все равно уже не догонят.

Все уходили в молчании. С Римгрием никто не прощался. Темнота обнимала уходящих друзей. Но все знали, что она расступится. Им очень хотелось на это надеяться.

Мало, кто из уходящих вспомнит те самые часы во тьме. Фонари погибали, утопая во мраке. Стенания из забытого тоннеля усиливались по мере того, как близился тоннель скьяльбрисов. Потом был взрыв. И все та же темнота. Секунды тянулись, часы растягивались, а сердца несчастно бились друг о друга, стараясь высечь искру. Ее одной бы хватило, чтобы высечь огонь там, где она погибнет.

Эпилог

Знакомые Мелиссе улицы Песлера не теряли своей красоты даже в такой пасмурный вечер. Легкий дождик стучал по окну. Все те же изящные, искусно отделанные дома, сохраняющие единый архитектурный стиль тянулись далеко за горизонт. Фонари отбрасывали пьянящий мягкий свет, навевающий меланхолическое настроение. Малые Когти практически не отличались от своего старшего брата, который теперь был частью Дользандрии.

Мелисса сидела в своей комнате, с благоговением наблюдая за прохожими, вышедшими пройтись по улице в эту прохладную и дождливую погоду. Скьяльбриссианка чувствовала теплое чувство на душе, осознавая, что ей никуда не нужно идти, и она может спокойно сидеть в квартире, наслаждаясь чаем.

В это время в дверь постучали. Родители Мелиссы сидели в зале и говорили о всякой всячине. Никто не хотел возвращаться к тяжелым разговорам о прошлом. Мелисса спустилась в зал и прошла в коридор. Она открыла входную дверь. На пороге стоял Рэйнер.

– Как ты? – Спросил он.

– Грустно так сегодня. – Ответила Мелисса.

– Я принес тебе кое-что.

Рэйнер протянул Мелиссе книгу с золоченой обложкой.

– Ты ее нашел! – Радостно воскликнула Мелисса и обняла Рэйнера.

– Это мой последний подарок. – Скьяльбрис улыбнулся.

«Древние сказки» Нгемеля Мрокхорта, известного во всем Волькрамаре писателя-скьяльбриса, было трудно найти даже в крупнейших книжных магазинах Песлера. Книги песлеровского классика печатали часто, но их все равно быстро скупали. Мелисса радостно осмотрела книгу и пробежала глазами первую сказку.

«Кузънаяр почувствовал зимний ветер за спиной. Он оглянулся. Его поместье куда-то испарилось. Лишь огромные исполинские горы древнего Кхаладдарха угрюмо возвышались, прорезая облака. Кузънаяр повернулся обратно, но вместо кофейного столика увидел невероятных масштабов стол с диковинными яствами, который уходил куда-то далеко за горизонт. За спиной Кузънаяра выросли крылья. Огромные, белые, с золотым оперением. Поднявшись с кресла, Кузънаяр подпрыгнул и, взмахнув внеземными крыльями с золотыми узорами, взмыл в небо. С невероятной высоты, на какой могут летать лишь собакоподобные птицы Ниурумна с далекой звезды, до которой не доходит свет звезды Убхракка, Кузънаяр видел давно заброшенные дворцы нимаранцев, полулюдей-полуежей, отринувших своих бывших владык гиродбрангов. Видел цветущие земли теплой Вильвингрии с ее цветами, созданными из чистого меда. Видел ледники Морбшии, падающие в чрево Городорла – строителя морей. Видел усыпанные золотом, алчные земли гибезиморов.

Лишь долетев до далеких гор Кхаладдарха, он решил остановиться. Мягко Кузънаяр спустился на снежную вершину, и его крылья пропали. Снег этих таинственных гор не проваливался даже под тяжелой поступью медведя. Напротив, он был мягок, словно перина, но крепок, словно дилелрид с планет-близнецов Талулринов. Кузънаяр подошел к большому кострищу посреди деревни Дкарттаварцев – исконного народа этих мест. Вид этих устрашающих созданий, представлявших собой плотоядных горилл с головами жуков, разговаривавших на древнем языке молбррадшг, изобретенном еще более древним народом, имя которого было навеки позабыто, увековеченный на картинах облик которых дарует вечную бессонницу каждому несчастному.

Деревня приветствовала гостя. Вождь приказал достать священную рыбу Клиццммн, чтобы скрепить союз между людьми и дкарттаварцами. Сначала пищу вкусил вождь, а потом Кузънаяр. Необычный вкус приправленного цветами и карамелью рыбьего мяса, отдававшего нежным послевкусием застывшего в ледяной скале яблока, наполнял сердце Кузънаяра невероятной верой в вечность этого союза. Все жители деревни собрались в кольцо, славя вождя Птуруммурха и гостя Кузънаяра. Со всех сторон слышалось пронизывающее до костей пение: "Славься, Птуруммурх! Славься, Кузънаяр!».

– Это так забавно. – С улыбкой сказала Мелисса.

– Интересно, под чем он это написал.

– Да ладно тебе!

– Я шучу. Мне пора.

– Уезжаешь?

– В каком-то роде.

– Ты пиши, главное!

– Не смогу.

Мелисса обняла Рэйнера.

– Может, я и смогу все изменить. – Сказал Рэйнер, ухмыльнувшись. – А цену я знаю.

Мелисса отпустила Рэйнера и тот ушел, не оборачиваясь. Мелисса вернулась в дом и просидела с родителями до самой ночи. Когда родители отправились в свою комнату спать, Мелисса сжала в руках книгу и двинулась по лестнице наверх. Ее комнату приятно освещала тусклая настольная лампа. Мелисса села на свою кровать и открыла книгу. Приступила к чтению. Через несколько десятков листов она увидела листок, оставленный Рэйнером. «Скья Гаиль», – было написано на нем. Мелисса взяла листок в руку и печально вздохнула. Окно разбилось. Через мгновение голова Мелиссы разлетелась на куски от пули крупнокалиберной винтовки ЗБ-ПВ760 альтеохийской фирмы «Фер-Айк».

*

Суровые снежные горы Штурга манили своей красотой. Город Белая Гора угрюмо стоял практически на самом краю Волькрамара. На древней земле, где некогда возвышалась величественная Свободолюбивая Катапаркария. И по сей день на пиках катапаркарских гор живут непобедимые первозданные враноргельмы, именующие себя крерлими враноргелями. Величественные четырехметровые вороны, разговаривающие на сольдьякале, древнем языке, в свое время особо распространенном в центральных частях Волькрамара.

В этих суровых, но поистине манящих своим величием землях построили свое государство граждане Штургской Федерации. Простые, лаконичные, но очень опрятные и чистые дома были очень аккуратно расположены вдоль улицы, создавая изящные и интересные узоры, если смотреть на город с горы. Только местные знали, что во множестве этих приятных иностранцу домов скрываются наркопритоны и бордели.

Девушки минули сотни домов, пока не дошли до небольшого красивого жилища с двориком, огороженным железным забором. Перед крыльцом росли черные розы. Любимые цветы сестры. Адриана взглянула на Скельку и открыла калитку, медленно шагая ко входу по пушистому снегу. Скелька пошла за ней, тяжело дыша от волнения.

Адриана долго стояла у входа не решаясь нажать на звонок. Девушка нажала на звонок. Дыхание перехватило, а сердце защемило. Всего одно мгновение. Шаги за дверью.

Дверь резко открылась. Но вместо родителей Скельки на Адриану смотрела ее изрядно повзрослевшая сестра. Адриана снова увидела ее темно-зеленые глаза на фоне светлых, почти золотых длинных волос. Она смотрела на сестру, будто на призрака. Но призраков не бывает. Сердце Адрианы колотилось. Снег тихонько падал.

Быть может, засыпая каждый день, они репетировали тысячи речей и театральных обид и разговоров, которые произойдут, если они еще встретятся когда-нибудь в жизни. Но как бы они ни представляли свою встречу, все, разумеется, произошло совсем наоборот. Они обняли друг друга.

Стараясь, не испортить момент, Скелька стояла чуть поодаль, вглядываясь в коридор, выискивая родителей. Но никто не появлялся. Сестры, забыв обо всем вошли в дом. Скелька осталась на улице, подставив лицо под падающие снежные хлопья. Простояв так некоторое время, Скелька подошла к открытой входной двери и ринулась внутрь, увидев медленно текущую в коридор струйку крови.

*

Пшеничные поля напоминали золотое море. Казалось, вся Гриджа – это сплошные неохватные умиротворяющие поля и рощицы, чередующиеся с хвойными лесами. Жители небольшого городка Золото Короны, веками стоявшем на возвышающемся над полями холме, наслаждались спокойным днем.

Как и говорил Нинтранд, Карзаха нашли и забрали у него диск. Взамен ему оставили достаточно денег, чтобы тот сумел покинуть Дользандрию и приобрести небольшой домик, уютно расположившийся на краю гриджского городка. В Гридже Карзах впервые за многие годы искренне улыбнулся. Карзах умиротворенно сидел на крыльце, грея руки о горячую чашку с гриджским зеленым чаем. Рядом стояла тарелка с пирожками с картошкой.

Карзах продолжил сидеть, наблюдая за тем, как колышется пшеница. Лишь одно он не мог понять точно.

Выбрался ли он тогда из города?