Комментарии, 21 отзыв

Роман Артёма Соломонова «Виола» — это тонкая и многослойная ткань человеческих чувств и трагедий, вплетённая в контекст Петербурга, где каждая улочка и мост говорят о переживаниях влюблённых и одиноких. Внутренние терзания и стремления главного героя Томаша Салманского созвучны с вечными вопросами. Пытаясь воскресить в словах страсть царя Соломона к Шуламит, он даже не замечает, как его собственная история любви к виолончелистке начинает переплетаться с древним мифом.

Салманский, находясь в плену своей неразделённой любви, борется с самим собой. Его попытка завершить роман становится метафорой внутренней борьбы. Читая о терзаниях Соломона, мы видим отражение самого Томаша, который мечется между чувством и долгом, как и его литературный герой.

«Виола» — это произведение о том, как любовь может превращаться в тяжелое бремя, и как мы, даже в своём беспокойстве, ищем утешение, иногда в самых неожиданных местах.

Читала книгу, утопая в описанных эмоциях и переживаниях героев. Однозначно рекомендую к прочтению всем любителям этого жанра. Эта книга оставит приятный след в Вашем сердце)

«Где свет, что нам укажет путь?

Где путеводная звезда?

О, кто-нибудь, о, кто-нибудь

откройте нам глаза!»

Томаш Салманский

«И что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем!»

Томаш Салманский, юноша начитанный, увлекающийся, пылкий и благородный. Его душа мечется, а сердце горит неразделенной любовью, муками творчества, ревностью к сопернику, возвышенными идеалами. Горит ярко. Но это пламя так легко погасить. Он один, а их - миллионная толпа. И отражение в зеркале пугает: так было, так есть и так будет. Вот твое будущее. И никуда ты не денешься из комнаты с паутинной по углам. Не вверх, а вниз.

Это произведение рассказ в рассказе. Прекрасным осенним днем Томаш случайно встречает молодого человека, Алексея Соловьева, увлеченного, как и он, миром классической литературы. Легко завязавшаяся беседа перетекает в исповедь: Томаш рассказывает историю своей трагической любви. Через его историю пробивается другая - нежной и хрупкой виолончелистки Виолы.

Это двойное повествование. Томаш пишет о любви иудейского царя Соломона к прекрасной простой девушке Шуламит. И эта история удивительным образом перекликается с историей его любви к Виоле.

Это дискуссионный роман. Салманский встречает нового преподавателя философии из Москвы Валентина Ульяновича Добрячкова. И он, как злой гений и искуситель, как антипод и олицетворение того, что Томаш презирает, ловко жонглирует фактами и загоняет соперника в угол.

«– Ты хочешь, чтобы о твоей книге узнали?

– Достаточно того, что о ней будешь знать ты.»

Это роман о литературе. Литературе классической как единственно ценной в противовес современной. Но ведь и сам Томаш принадлежит к плеяде этих самых современников, которых презирает. Парадокс. Любая рукопись стремится к тому, чтобы быть прочитанной, даже если у нее будет всего лишь один читатель.

«Очень часто форма определяет содержание, другое дело, что не всегда в положительном ключе.»

В произведении много литературных параллелей, скрытых и лежащих на поверхности. Невозможно не заметить попытку выстроить/повторить структуру великого романа Булгакова «Мастер и Маргарита», пусть и в микрообъеме. Путь Мастера, уничтожающего свою рукопись, с одной стороны и с другой - отождествление с Мартином Иденом, на пути к известности и признанию теряющего нечто очень важное, разочаровывающегося в окружающих, приобретающего одно взамен другого, и этот обмен оказывается не равнозначен. Один лик литературного персонажа перетекает в другой, силясь воплотить и объединить в себе необъятное.

«Ох уж эти поэты! Всё пытаются приукрасить какими-то причудливыми и до неприличия загадочными метафорами!»

Это изящный роман. Он написан искусно, очень красиво и завораживающе. Некоторые моменты хочется перечитывать снова и снова. Любоваться ими. Смаковать. Возвышенный, усыпанный метафорами, сравнениями, олицетворениями и эпитетами витиеватый язык. Очень гармоничен при описании событий до н.э. и манеры общения в то время, красоты природы, любимого города, каких-то особенных мест. Речь здесь переливается всеми красками:

«Не перестаю дивиться этому прекрасному и вечно ускользающему городу. Его зыбким, полурасплывчатым очертаниям – будто бы картинам, написанным самим дождём, его таинственным мелодиям скрипок и стуку рельсов, по которым проходит вечерний трамвай, медленно огибая всё те же улицы, освещённые тусклыми фонарями…»

Но такая же манера речи при описании девушки из 21 века смотрится как чужеродный элемент, кажется вычурной и тяжеловесной:

«...нежно-розовые лепестки губ переливались, как морские кораллы»

«...чьи ресницы так покорно склонялись над озером слов.»

Это роман о Петербурге. Величественном, таинственном и непостижимом. Любовь к этому городу сочится из строк, ей наполнены слова, ей заряжены звуки.

И над музыкой слов витают будоражащие запахи, среди которых единственно важный и ценный - запах ночных фиалок.

Это роман об одиночестве, отчужденности, непонятости, о выборе и его последствиях. О красоте. Красоте, которая разлита вокруг нас. Красоте, которую мы топчем, обесцениваем и опошливаем. И все вместе это - роман о любви: к городу, его улочкам, рассветам и закатам, к искусству, к слову как великому инструменту, к музыке, к женщине.

Вся книга - это крик из глубины, это исповедь, это выворачивание себя наизнанку. И из сложившегося образа мне непонятен финал, или я не вижу пути, по которому Томаш пришел к такому трагичному решению. Мне вообще иногда казалось, что произведению тесно в таком объеме, что ему хочется развернуться, разрастись и дать волю всем затронутым линиям.

«Сама наша жизнь зачастую походит на книгу, в которой недостаточно страниц… Не говоря уже о содержании, которое чаще всего оставляет желать лучшего. Мы перестали задумываться о величии замысла, мы разучились видеть редкое!»

По духу роман очень декадентский, но как бы в условиях нынешней действительности. Он имеет, как минимум, три уровня прочтения (бытовой, философский и символический).

Кроме того, в этой книге присутствуют отдельные элементы плутовской традиции. Прежде всего в образах профессора Добрячкова и театральной труппы Серебрянцева.

На мой взгляд, они придают повествованию живость, создают контраст с идеализмом Салманского и слегка снижают высокий тон философских рассуждений.

Хотя эти элементы не определяют жанр романа.

Произведение остаётся философской притчей о любви и творчестве, о подлинном и фальшивом, где плутовские мотивы играют скорее вспомогательную, оттеняющую роль.

Что сильнее — отчаяние идеалиста, доведенное до ненависти, или сила прощения и принятия жизни со всеми ее несовершенствами?

Хрупкий молодой человек Томаш Салманский верит в красоту так сильно, как другие верят в законы физики. Он живет в Петербурге, но душа обитает где-то между дворцом царя Соломона и поэзией Серебряного века.

Картина складывается уже интересная, но вот ещё и реальность вокруг Салманского: нелепые вывески, циничные и успешные халтурщики (поклонники всего современного), ну и куда без девушки в этой истории)

А она — талантливая виолончелистка по имени Виола, которая кажется живым воплощением идеала.

Дискуссии Салманского с профессором Добрячковым напоминают напряжённый поединок. Хрупкий идеализм сталкивается с агрессивным цинизмом окружающего мира, пытающегося этот идеализм разрушить.

Но, цинизм — такая же болезнь, как и наивный идеализм. Попытка сохранить в себе что-то чистое в опошлённом мире может подвести к краю пропасти, где любовь превращается в одержимость, а протест — в трагедию.

Удивляет даже не финальный акт отчаяния главного героя. А то, что ты, читатель, на протяжении всей книги понимаешь его слишком хорошо: соглашаешься с его оценками общества, разделяешь его боль. Хочется, чтобы мир был прекраснее...

Роман представляет собой многослойное и глубоко философское произведение, постороенное по принципу "роман в романе", где 2 сюжетные линии "вступают в диалог" и усиливают друг друга.

Автору прекрасно удалось создать атмосферу Санкт-Петербурга, который стал полноценным персонажем, влияющим на судьбы героев.

Виола — это символ ускользающей красоты, аромат мимолетного недостижимого идеала. С самого начала чтения меня не покидала тревога, а трагический финал стал мощным логическим завершением и показал, что столкновение с абсолютной красотой и любовью в нашем несовершенном мире часто ведет к гибели, но только через это столкновение человек обретает подлинную, пусть и трагическую сущность.

Если бы Достоевский и Куприн встретились в петербургской кофейне обсудить сюжет совместного романа, то, наверное, получилось бы что-то вроде "Виолы"...

В жизни людей бывают моменты, когда случайная встреча способна перевернуть всё существование.

Так случилось и с героем романа-притчи Артёма Соломонова: едва уловимый аромат ночной фиалки мгновенно проник в сердце главного персонажа, став незримым спутником читателей на протяжении всего повествования.

Сквозь призму петербургского вайба и тонкого художественного флера романа Фёдора Михайловича Достоевского «Белые ночи» перед читателями раскрывается история,

в которой удивительным образом переплетаются темы искусства, философии и, конечно же, любви - той самой, что "сильна как смерть".

Главный герой, Томаш Салманский, - студент-философ, молодой писатель, одержимый двумя вещами: своей книгой о царе Соломоне и безответной любовью к виолончелистке Виоле. Перед читателями параллельно разворачиваются две истории: древняя - о царе, влюблённом в простую девушку Шуламит, и современная - о самом Томаше, который, сам того не замечая, повторяет путь своего героя.

Образ возлюбленной Томаша буквально пропитан красотой и трагизмом. Её трогательный портрет мы видим влюблёнными глазами главного героя. По сюжету хрупкая Виола оказывается раздавленной между молотом реальности и наковальней собственных иллюзий.

Сразу чувствуется, что автор - очень начитанный человек. Он виртуозно играет с литературными традициями, создавая нечто совершенно новое. К примеру, история безответной любви Томаша к Виоле перекликается с трагической привязанностью Желткова к Вере Шеиной из "Гранатового браслета". В книге не только проскальзывают тени произведений Достоевского и Куприна - много других литературных отсылок: здесь и Китс, и Эмили Дикинсон, и Пушкин, и Набоков, и Булгаков, и Сервантес, и Данте, и Шекспир, и Гëте... (список можно продолжить).

Помимо истории о несчастной любви, это еще и глубокое философское произведение о природе искусства, о выборе между истинным призванием и ложным блеском славы (а вот и Мартин Иден одобрительно помахал рукой роману, признавая в нём родственную душу).

Философские размышления о “гламурщине” и “фифообразности” современного мира противопоставляются истинной красоте и таланту. Особенно ярко это проявляется в контрасте с фальшью персонажа по фамилии Лавролюбский - пародией на современных "творцов", которые больше заняты самопиаром, чем искусством.

Стиль автора поэтичен и в то же время полон внутренней силы. Язык романа напоминает прозу классиков прошлого века, где каждое слово выверенно и наполнено глубоким смыслом.

Хотя в романе и чувствуется влияние "Белых ночей" Достоевского (который мне не особо понравился) - та же атмосфера Петербурга, тема мечтателя, одинокого и ранимого, - "Виола" кажется более цельной и эмоционально насыщенной. Если у Достоевского герой остаётся в своих грёзах, то Салманский проходит через настоящую драму.

Концовка романа шокирует. Томаш, так и не сумевший примириться с пошлостью мира, совершает страшный поступок. Это не просто акт мести, а отчаянный крик души, попытка разрушить фальшь, которая душила его.

Как смычок, задевший струну в финальном аккорде, последнее предложение романа оставляет на какое-то время незримую горькую вибрацию, растворяющуюся в тишину легкой грусти с ноткой аромата ночных фиалок, неуловимо ускользающего в темноту...

В «Виоле» каждый вдумчивый читатель найдёт что-то своё, что-то глубоко личное и важное. В книге увидят свое отражение те, кто когда-либо любил безответно, творил в стол или спорил с миром о смысле искусства.

Спасибо автору за эту потрясающую историю! ?

Роман Артёма Соломонова «Виола» вызвал во мне смешанные эмоции.

Томаш Салманский - молодой студент философского факультета, погружает в свои внутренние переживания, особенно когда речь заходит о его всепоглощающей любви к Виоле.

Главная идея романа - переплетение судеб автора и его героя, которая отсылает к идее «Вечного возвращения» Ницше.

Несмотря на глубину философской составляющей и оригинальность структуры, читателю может потребоваться некоторое время, чтобы уловить параллели между сюжетами. Однако книга оставляет пространство для размышлений о любви и творчестве, и, возможно, именно это стремление к поиску смысла делает произведение глубоким.

В ноябрьский день на одной из аллей Петербурга к сидящему на скамье к Алексею Соловьёву подсаживается Томаш Салманский. Между ними завязывается философский разговор о литературе. Мы узнаём, что Томаш - студент философского факультета, пишет стихи и роман о Соломоне. В этой беседе Томаш разоткровенничался с Алексеем и поведал историю своей любви к девушке Виоле, такой же утончённой и нежной, как ночная фиалка.

В романе много отсылок явных и скрытых к классическим писателям и их произведениям. Разговор Салманского в парке сначала с Соловьёвым, а потом с профессором Добрячковым напоминает встречу Берлиоза и Бездомного с Воландом на Патриарших прудах в Москве. Чувства Томаша к Виоле схожи с любовью Желткова к Вере Шеиной из повести Александра Куприна "Гранатовый браслет". Стоит упомянуть и "говорящие" фамилии. Лавролюбский чего только стоит - "павлин" одним словом.

Мне понравилось, что роман с одной стороны читается легко, как говорится, на одном дыхании, и на поверхности перед читателем находится романтичная история, но.... С другой стороны грубое соседствует с нежностью, романтичность с пошлостью, воспитанность с хабальщиной, кружевное платье с массивными ботинками. При этом всё гармонично перемешивается и из романа не сочится счастье. То приторное счастье, которое можно увидеть в рекламе колбасы, где три поколения семьи светятся от счастья закидывая в рот кусочки сырокопчёной.

Роман по-питерски тонок и интеллигентен. Автор через героев противопоставленных друг другу исследует проблемы современного искусства, ностальгирует об ушедших гениях и жалеет, что в современном искусстве так мало возвышенных и глубоких чувств, истинного счастья, настоящей любви - "той любви, которая сильна как смерть".

Пишу отзыв в период послевкусия, через неделю после прочтения. Восприятие в моменте чтения было немного другое. Роман казался более обычным, чем на самом деле. Он отпускает медленно и заставляет периодически перебирать и переставлять эмоции, как книги на книжной полке.

"Виола" может приподнять высоко над землёй, а в финале больно уронить на землю, тем самым местом, которое любит тепло.

В книге поднимается вопрос о поиске себя в этом мире, полном фальши, псевдоискусства и потребления.

Есть ли в нем место настоящему творцу, художнику, поэту, чьи высокие стандарты красоты не вмещаются в стандарты масс? Возможен ли компромисс и собственная реализация человека высокой души?

И конечно любовь... что это, похоть, тот же компромисс, или нечто необъяснимое, способное на всё, даже на преступление ради любимого?

Её аромат неуловим, но он преследует, настигает пьянящим ароматом фиалок и ириса, который пробуждает твою древнюю память из глубин предсуществования души... и нет сильнее чувств, чем любовь и осознание красоты, восхищения подлинным искусством.

Именно такие вопросы я увидел в романе «Виола».

Было приятно читать роман, красивый литературный язык, интересный сюжет, книга была прочитана за один день, не мог оторваться, а для меня это обо многом говорит.