Читать книгу: «Крепость (Альфа-15)»

Глава 1 Не тонкие тонкости толстого кодекса

Крепость (Альфа-15)

Глава 1

Не тонкие тонкости толстого кодекса

Дуэли в империи — дело весьма уважаемое и, как ни странно, аристократы его не монополизировали. Поединки, как до смерти, так и на других условиях, могут устраивать кто угодно: хоть наследники престолов, хоть самые нищие простолюдины. Главное, чтобы они проводились в границах сословий и не противоречили особому кодексу.

К примеру, если пара самых заурядных сборщиков риса что-то не поделила между собой, они по взаимному согласию (или настойчивости одной стороны) могут разрешить разногласия при помощи кулаков прямо на месте, никакие кодексы для этого не требуются. Если банального мордобоя почему-то недостаточно, можно обратиться к арендатору земель, или, за его неимением, к представителю клана, что ими владеют. Если тот окажется добрым человеком, то прикажет всыпать обоим равное количество плетей, чтобы никому не было обидно; в противном случае даст дозволение на кровавый поединок. И простолюдины сойдутся на пыльном дворе, держа в руках то, что полагается им по статусу: мотыги, серпы или вилы.

Нечасто такое случается, потому что кланам и арендаторам вариант с плетьми выгоднее, ведь там куда меньше риска лишиться одного или обоих работников навсегда или на срок выздоровления. Тем не менее, в дуэльном кодексе есть немалый раздел, в котором многословно объясняются все возможные нюансы таких «примитивных» поединков.

Но основные, так сказать, «потребители» — всё же аристократы. Значительная часть таких конфликтов в их среде — своего рода почти безобидный спорт. Из десяти дуэлей семь-восемь завершаются или замирением сторон, или кто-то отделывается пустяшным ранением. Если говорить о севере, там процент бескровных или почти бескровных поединков даже больше, а значительная часть смертей — случайность. Кто-то фатально не рассчитывает силы или весьма неудачно подворачивается под мощный боевой навык; также случается, что оговоренные условия схватки повышают риск трагического исхода.

То есть сознательно убивать стремятся нечасто и обычно лишь в тех случаях, когда выигравшую сторону не пугают возможные неприятные последствия: месть родственников или друзей погибшего, клановая война и прочее. Если кому-то хочется обязательным условием дуэли поставить именно смерть противника, это, как бы, не запрещено, однако потребуется весомый повод, иначе окружающие не поймут, что чревато минусами к репутации и сопутствующими проблемами. Эдакий механизм сбережения благородной крови, не позволяющий проливать её чрезмерно по пустяшным поводам.

Эккест Меннай предпринял всё возможное ради того, чтобы повод оказался веским. Тяжкое и неоднократное оскорбление, нанесённое при многочисленных свидетелях (да ещё и при потенциальном наследнике престола северной империи) — не тот случай, где можно отделаться царапиной или извинениями, произнесёнными сквозь зубы. Это верная заявка на самый редкий вид дуэли.

До смерти.

Тот нюанс, что это именно он нарывался, а не я, как ни странно, большого значения не имеет. То, что вызвал не Меннай, тоже неважно.

Дурацкий кодекс не нарушен, значит, всё хорошо.

Да уж, подставили меня знатно, причём устроили это просто до примитива. Я-то ждал какие-то изощрённые провокации, и вдруг меня вот так, топорно и бесхитростно. Верни время назад, даже не представляю, каким образом можно ситуацию преломить в свою пользу. Я ведь никак не провоцировал конфликт, это Эккест нарывался грубо и прямолинейно, упорно и последовательно, что в аристократической среде считается предосудительным поведением. То есть он ставил под удар свою репутацию ради того, чтобы не оставить иного выхода. Мне вообще не стоило туда идти, потому что ни одного варианта избежать конфликта Эккест не пропустил, все перекрыл.

Но как откажешь самому принцу?

Дальнейший обед превратился в тот ещё балаган, где южане и северяне друг другу высказывали всевозможные претензии, распаляясь всё больше и больше. Принц, несмотря на опьянение, быстро осознал, что ещё чуть-чуть, и обоснованные вызовы на смертельные дуэли посыплются десятками. Ему эти перспективы не понравились, оскандалившееся мероприятие резко свернули, собравшимся приказали быстро и без ругани разойтись по местам дислокации отрядов, где посидеть некоторое время, избавляясь от гневных мыслей.

Так что очень скоро я вновь оказался в своей удивительной полевой крепости, где на меня налетели Кими и Камай.

Не знаю, каким образом они прознали о случившемся так быстро, не иначе, как телепатией кто-то обладает.

— Господин! Позвольте, я заменю вас на этой дуэли.

Я в этот момент мечтал о посещении выстроенной в лагере бани и потому вздохнул.

Понял, что быстро в ней оказаться не получится.

— Я не Эккест, сослаться на незажившие раны не получится, так что ни о какой замене не может быть и речи.

— Ты думаешь, у этого мерзкого южанина кишки из дыры в брюхе лезут? — хмыкнула Кими. — По слухам, этот мерзавец спьяну надышался дыма от алхимии, когда мы их лагерь у Феоронниса жгли, и даже не пытайся мне доказывать, что у Меннай не оказалось лекаря, способного с такими пустяками быстро справляться. Так что это лишь очень сомнительный предлог, чтобы выпустить против тебя профессионального поединщика. Как по мне, это очень некрасивая практика, но многие её используют, и таких хитрецов почему-то не принято сильно осуждать. Да и за что тебя осуждать, если ты поступишь так же? Все видели, как безобразно вёл себя этот Меннай. Он бесчестный человек, а ещё семья у него не чета Кроу. Выскочки недостойные, даже твой идзумо стоит больше, чем любой из них. Так что послушай Камая.

— Ты совсем с ума сошла? Его этот Эккест даже со связанными руками раздавит за минуту, а уж против его бойца Камай и десять секунд не продержится.

— Господин, я ваш идзумо, это мой долг и моя привилегия. Если противник выставляет замену, вы, как представитель древнейшего клана Арсы, имеете полное моральное право обратиться ко мне. Ну а для того, чтобы соблюсти норму дуэльного кодекса, достаточно заявить о крайней степени вашего утомления после тяжелого похода.

— Да, так и скажем, — одобрила Кими. — Ты только что из опасного похода вернулся, ты неделю спал в седле, ты, конечно же, устал очень сильно. По кодексу обоснованное утомление приравнивается к недавнему ранению, а у тебя оно точно обоснованное, даже ассиопцы не смогут это отрицать. Сами же нас гоняли по лесам и равнине, заставили побегать.

Я покачал головой:

— Меннай жалкие выскочки, а я Кроу. Кроу так низко не поступают.

— И куда пришли Кроу со своими высокими принципами?! — начала злиться Кими. — Ты последний из рода, на тебе род и закончится, когда выйдешь против головореза Эккеста. Неужели ты думаешь, что они не подготовились, как следует? Да южане тут последнее время о тебе только и спрашивали. Ждали, когда ты появишься. Уж не сомневайся, эти твари знают, как убивать таких, как ты. И они это делают по всем правилам кодекса, не подкопаешься.

В шатёр заглянул мрачный Бяка:

— Гед, там какие-то копчёные пришли. Рожи наглые и побрякушки на них интересные. Дорогие, сразу видно.

— Ты зашёл, чтобы о побрякушках поговорить?! — почти рявкнул я.

— Да нет, это я просто так сказал. Они сообщить условия вашей драки хотят.

— Какие условия? — не понял я.

Кими закатила глаза:

— О великий ПОРЯДОК! Гедар, я иногда забываю, что ты вырос в какой-то деревне на краю земли, но в такие моменты сразу вспоминаю! Ты дуэльный кодекс хотя бы пытался читать дальше обложки?!

— Я пока что в процессе, как раз на середине обложки остановился.

— Оно и видно! Подозреваю, тебя спровоцировали на вызов, а это значит, что вызванная сторона имеет право выдвинуть условия дуэли. И понятно, что условия будут для тебя невыгодными, с каким-то подвохом. Не соглашайся ни на что.

— А разве так можно?

— Господин, разумеется, можно, — уверенно заявил Камай.

— Да, можно, — подтвердила Кими и чуть скривилась. — С некоторыми оговорками конечно и не всё разрешается отклонять. Ну и потом тебя могут начать высмеивать. Даже если всё по кодексу, это почти неприличное поведение, на грани трусости. Так считается. Кодекс допускает даже подобие независимого суда, чтобы попытаться изменить условия, но не одобряет это. Крайняя мера для исключительных случаев, а доказать исключительность непросто.

— Так что им отвечать? — спросил Бяка. — Там и условия дуэли хотят сказать, и показать замену надо.

— Они привели поединщика? — встрепенулся я. — И ты молчал?!

— Да когда бы я успел сказать? Ты сначала наехал на меня из-за того, что я про побрякушки начал рассказывать, потом вы между собой лаяться начали.

— Ты видел этого поединщика? — спросила Кими.

— Ага. Какой-то коротышка лопоухий. Рожа смешная, нос как лепёшка, будто его в детстве каждый день по лицу тяжеленной доской лупили. Какая-то круглая фигня на груди висит. Из золота и с самоцветами, явно тяжёлая. Интересная штучка... дорогая...

— Заканчивай уже о побрякушках, — сказал я. — Давай зови их сюда, хочу на этого красавца посмотреть.

— Да какой он красавец, — заявил Бяка, разворачиваясь. — Ослу хвост подними и посмотри, там он красивее будет.

* * *

С описанием внешности Бяка не напортачил. Сам я по местным меркам выше среднего роста, но не великан, среднестатистический мужчина уступает мне приблизительно на треть головы, а этот ниже на всю голову. Уши тоже соответствуют — оттопырены на совесть, нос уплощённый, как у многих темнокожих уроженцев крайнего юга. Отдалённо похож на моих смертоносцев, возможно из родственной народности, но те куда крепче и гармоничнее сложены, и лица не настолько грубые.

Да пусть хоть с жирафа ростом вымахает, пусть плечи его будут шире небоскрёба. Главное — этот коротышка не один из тех двух «багровых», в чью сторону я даже коситься опасался, когда пришлось сидеть напротив ассиопцев в пиршественном шатре принца Дэзэула. А ведь в тот момент сильно подозревал, что кто-то из них именно для меня предназначен.

И вдруг такое облегчение.

Да-да, мощнейшее облегчение, потому что Баланс «замену» подсвечивал пусть и в красный цвет, но до пугающей багровости очень и очень далеко. Этот противник тоже для меня опасен, но не из тех, что запросто способны мною в футбол сыграть и не запыхаться. Я и посильнее встречал, и все те встречи заканчивались для оппонентов трагически.

Каким бы опытным бойцом он ни был, я должен справиться. Неодолимых козырей у него нет, Баланс бы их учёл, отметив изменением окраски в угрожающую сторону.

Прям от сердца отлегло.

Представитель Эккеста показал на моего противника:

— Господин Сэшш Аоро из Гноббов был столь любезен, что взялся заменить занемогшего после ранения представителя дружественной семьи. Они, можно сказать, соседи с давними связями, так что замена обоснованная. Его просветление не слишком отличается от заявленного вами, кровная связь между Аоро и Меннай через Гноббов также присутствует, поэтому вам придётся предъявить веские доводы, чтобы отклонить его кандидатуру. Это не я говорю, так говорит дуэльный кодекс. Если есть сомнения в просветлении, мы их легко и быстро развеем.

Я покачал головой:

— Кандидатура господина Сэшша Аоро меня устраивает.

— Отлично, — холодно улыбнулся представитель. — Тогда осталось согласовать время, место и условия. Мы желаем устроить дуэль за час до заката в старых руинах, что возле лагеря. Особое условие: без свидетелей.

— И чем же вам свидетели помешают?

— Господин Сэшш не стремится к лишней публичности, а также он считает что вы опасный противник, и ему, возможно, придётся показать против вас всё, что у него есть. Он, как и многие, не желает демонстрировать на публике весь набор своих возможностей. Не думаю, что у вас есть веские основания для возражений по этому пункту. В старых руинах есть обширное помещение, оставленное искателями древностей. Вы, наверняка, обращали внимание на эти развалины: большая каменная пирамида с плоской вершиной, что располагается вон в той стороне. Очень удобное место: вход один, его легко контролировать, вашему поединку никто и ничто не помешает. Так что оснований для возражений я не вижу.

Странное условие, но если подумать, представитель дело говорит. Я вот тоже не очень-то люблю демонстрировать некоторые свои возможности, должно быть и у этого молчаливого головореза есть то, что показывать всему свету он не стремится.

Неприятно будет столкнуться с какими-нибудь неожиданно-оригинальными навыками или артефактами, но у меня есть, что противопоставить любым угрозам. Главное — не позволить себя убить в первые секунды, а это у противника вряд ли получится. Даже при самом скверном раскладе на одних Игнорированиях продержусь некоторое время.

— Хорошо, — кивнул я. — Встречаемся за час до заката, на руинах к северо-западу от лагеря.

— Всё верно, — кивнул представитель. — Бой до смерти или до сдачи на милость победителя, один на один, руины, за час до заката, без лошадей, любое оружие, любые артефакты, любые навыки, без ограничения по времени. Какие-нибудь возражения имеются?

Я кое-что вспомнил и решил блеснуть эрудицией:

— Дуэльный кодекс не разрешает поединки без временных рамок.

Собеседник пожал плечами:

— Не думаю, что вам захочется жизнь провести в той пирамиде, но хорошо, добавим условие: если до полуночи никто не выйдет, представители сражающихся могут зайти для выяснения. Если нет других возражений, на этом и остановимся.

Я покачал головой:

— Возражений нет.

— Отлично! Тогда встретимся перед закатом.

Ассиопцы ушли, причём Сэшш Аоро так и не проронил ни слова.

Ну и пускай молча катится...

— Вот зачем ты согласился?! — прошипела Кими.

Я отмахнулся:

— Этот Сэшш Аоро воин приличный, но мне он не соперник. Так что можете расслабиться.

Камай покачал головой:

— Господин, веры ассиопцам нет. Не понимаю, как вы с одного взгляда оценили силу этого южанина, но учтите, что он может вводить вас в заблуждения. Этот поганый народец славится своим коварством.

— Какие-то козыри у него наверняка есть, — признал я. — Но мои козыри сильнее, не сомневайтесь.

В шатёр вновь заглянул Бяка:

— Гед, там опять заявился тот тип, что утром с тобой говорил. Перст десницы. Хочет срочно тебя видеть.

— Давай его сюда.

Эмэс, зайдя, кивнул мне и вопросительно покосился на моих собеседников.

Указав на них, я пояснил:

— Мой идзумо Камай и Кими. Она верный вассал Кроу, при них можете говорить о чём угодно.

— Как скажете, господин Гедар, большие секреты я тут выдавать не собираюсь. Торопясь на встречу с вами, я столкнулся с уходящими ассиопцами. Полагаю, они приходили не просто так, а что бы высказать условия поединка?

— Да.

— И вы, разумеется, высказали возражения с целью потянуть время?

— А какой смысл его тянуть? Я прикончу этого Сэшша, после чего буду настаивать на поединке уже с Эккестом. Я в своём праве, ведь оскорбление явное, грубое и не спровоцированное, а также очень личное, так что второй раз замену этот южный змей выставить не сможет. Надеюсь, после такого у других желающих прикончить меня при помощи дуэльного кодекса появятся сомнения.

Эмэс вздохнул:

— Сэшш — злобный пёс служащий всем ветвям Гноббов и особенно Меннай. Он далеко не самый сильный воин у ассиопцев, поэтому выставление его против человека вашего возраста и возможностей не выглядит совсем уж бесчестным. Однако он убил на дуэлях низкого и среднего уровня столько людей, что никто не может назвать конкретную цифру. Что-то около шести десятков, и, как по мне, это чересчур много. Причём почти все его дуэли проходили без свидетелей.

Я кивнул:

— Именно это условие они и потребовали.

— Плохо, господин Гедар, очень плохо... Вы ведь понимаете, что у него есть какие-то особые способы существенно повысить свои шансы в дуэлях такого уровня?

— Да. Что-то действительно особое, что он не хочет светить перед зрителями. Полагаю, у меня будет что на это ответить.

— Не разделяю вашу уверенность, господин Гедар. Очень плохо, что вы поддались на провокацию.

— Господин Эмэс, это не было провокацией, это был попросту наглый и ничем не спровоцированный наезд. Их высочество, к сожалению, не пресёк его сразу, и Эккест успел чересчур много наговорить. Некоторые его выражения шокировали всех присутствующих, не всякий простолюдин до таких гнусностей опустится. Этот ассиопец попросту наплевал на свою репутацию и не оставили мне выбора. Уклониться от такой дуэли я мог только в том случае, если бы проигнорировал приказ нашего принца и не появился там.

Эмэс покачал головой:

— Я же предупреждал, что принц вами не слишком доволен. Вам следовало постараться сделать всё возможное, чтобы не предстать перед ним, даже если ради этого пришлось бы немного не подчиниться высокому указанию. Жаль, очень жаль, что всё так получилось...

— И всё же не торопитесь меня хоронить.

— Ну что вы, даже в мыслях не было, ведь я, как и вы, надеюсь на лучшее. Просто сумма обстоятельств указывает на высокую возможность худшего расклада. Меннай хитры, они запросто могут задумать такое, до чего ни вы, ни я не додумаемся.

— Надо проверить эту пирамиду, — сказала Кими. — Они неспроста именно на ней настаивают, там наверняка есть какой-то подвох.

— Перед поединком её обязательно проверят, не сомневайтесь, — заверил Эмэс. — Но, знаете, мысль не пустая, сам на неё взгляну прямо сейчас, для верности.

— Я с вами, — заявил Камай.

— И я, — добавила Кими.

Оставшись в шатре в одиночестве, я крикнул:

— Бяка! Ещё посетители остались?!

Приятель тут же возник на пороге:

— Да были тут одни, но я им сказал, чтобы шли вон. Ненавижу попрошаек.

— Неужели попрошайки так обнаглели, что к благородным на приём ломятся? — удивился я.

Бяка поморщился:

— Ну не то, чтобы попрошайки... Какие-то балаганщики из толпы, что вокруг лагеря собралась. Хотят пожаловаться на то, будто мы в какой-то ерунде замешаны.

— Что за ерунда?

Бяка поморщился сильнее:

— Говорят, после того, как здесь появился наш лагерь, вокруг начали случаться необъяснимые пропажи разнообразного имущества. Думаю, это всё гнусная ложь, они просто злятся из-за того спора со шкафом. Многие из этих неудачников деньги тогда потеряли, вот и придумывают всякие небылицы.

Приятель напрасно попытался отвлечь меня от подоплеки возможной жалобы.

Вместо обсуждения темы спора с октом и шкафом я вернул разговор на изначальную тему:

— Какого именно имущества они не досчитались?

— Ой, да эти кляузники даже пропажу мух из сортира готовы на нас повесить. И не только эти. Даже благородные до лжи иногда опускаются. Один заявляет, что мы его обокрали.

— Вы что, снова обокрали благородного?! — рявкнул я.

— Да как ты мог на нас такое подумать?! — обиженно воскликнул Бяка и расстроено добавил: — Ну что у этого нищеброда брать-то? Одни штаны, да и те с заплаткой кожаной на заду. Да там криков больше, чем убытка.

— Криков?! А вы не подумали, что даже благородный человек может испытывать нужду? От хорошей жизни штаны с заплатками носить не станут, уж не сомневайся. Красть одежду, которая, возможно, последняя, это даже не подло, это... Я слов не нахожу. Зачем они вам? Ведь никакой пользы не вижу.

— Ну... польза ведь всякая бывает. В смысле не только материальная, а и духовная.

— Духовная? Вы что, из этих штанов предмет культа сотворить удумали?

Старый приятель начал активно качать головой, как бы опровергая такое нелепое предположение, но вот глаза его при этом подозрительно забегали:

— Да ну, какой предмет культа? Зачем преувеличивать? Мы просто поместили их на видное место, в назидание для некоторых. Напоминание о том, что нечего язык распускать, когда говоришь что-то о Кроу.

— Напоминание?! Да я, похоже, угадал, вы действительно где-то в своём бандитском логове по вечерам дружно молитесь всей бандой на драную тряпку!

— Ну почему сразу в бандитском? И да, мы не какая-то там банда, мы народ дружный, и нет, мы не молимся. Мы просто радуемся тому, что один гнусный негодяй немного пострадал из-за своей гнусности.

— Один?! Да судя по тем слухам, что до меня доходят, вы, похоже, половину лагеря в негодяи записали.

— Не говорили бы гадости, не оказались бы в этой половине. Ну что ты так нехорошо на меня смотришь? Да это всё инси... инса... инсуниа... Вот же сложное слово... В общем, люди много врут. И благородные, и простолюдины одинаково много. Не надо всему верить. Вот, допустим, насчёт тряпья тоже свежий случай. Представь, какой-то уличный клоун из самого дешёвого шапито всерьёз уверяет, что уважаемые воины десницы воруют его жалкие обноски. Ну не наглец ли?

— То есть вы, воины десницы, одежду не только у благородных воруете, так получается?

— Гед, тебя прямо-таки зациклило на воровстве тряпья. У нас не так, у нас ведь всё по-честному.

— Гм... По-честному, говоришь? А скажи-ка, друг мой Бяка: почему в гардеробах Шатао и Кьяна я наблюдаю элементы одежды, похожие на детали клоунского костюма? Дурацкий галстук и воротник, манишка с розовым бантом и изображением ягодиц того же цвета, пёстрые штаны, бубенцы на шапках...

— Э! Стоп! Бубенцы не оттуда, там другой клоун! — возмущённо воскликнул Бяка и, осознав, что ляпнул лишнее, вкрадчиво добавил: — Ты же сам говоришь, что нашему, как ты его называешь, ночному спецназу требуются полноценные тренировки. Вот ребята и тренируются немножко. Совсем чуть-чуть. Иногда. Что-то у клоунов, что-то у танцоров, барабан у музыкантов, ящик с декорациями у плотников, лошадей у конных акробатов...

— Лошадей?! Немножко?! Чуть-чуть?! Вы бы ещё фургон у этих балаганщиков стащили, клептоманы обнаглевшие!

— Так чего же ты молчал?! — вскинулся Бяка. — Нужен их фургон? Хорошо, ради тебя сделаем дело вне очереди, вообще не вопрос. Очень даже интересная тренировка получится, со всех сторон полезная. Фургон ведь не просто вещь в себе, он может служить передвижным вместилищем для множества других вещей. Так что я тут вижу перспективы. Ну чего злишься? Не надо волноваться и лишнее на нас навешивать, потому что те же бубенцы действительно никаким боком к нашим тренировкам и наглым балаганщикам не относятся, это совсем другое.

— Верните мои бубенцы, презренные злодеи! — донеслось снаружи.

— Заткнись, пугало ты тупое! — злобно рявкнул Бяка. — Во втором коридоре свои бубенцы поищи!

Спасибо добрым южанам, шатёр у меня артефактный, с хорошей звукоизоляцией. Но кричали так истошно, что пусть приглушённо, но звуки пробились.

Да и если бы не услышал, после криков приятеля всё понял бы.

Показав Бяке кулак, я вышел из шатра и увидел, как телохранители держат на весу отчаянно трепыхающегося коротышку, почти карлика. Нелепо-пёстрые несимметричные одеяния, злобно перекошенный огромный рот, столь же немаленький и почти бесформенный нос, сальные волосы, выбивающиеся из-под нелепой «ушастой» шапочки, множество бубенцов пришитых там и сям. На редкость уродливый мужичок неопределённого возраста, но при такой внешности и безвкусице он выглядит... Даже не знаю, как сказать...

Гармонично, что ли...

— Отпустили меня быстро! Сатрапы! Бесталанные ничтожества! — кричал коротышка. — А ну прекратили меня лапать! Оба прекратили! Я не ваша любимая престарелая шлюха из ближайшего борделя, я герцог шутовского дела!

Я вспомнил этого человека. Точнее вспомнил первую встречу со Львёнком, когда тот докладывал о составе своего отряда.

Как он тогда о нём высказался о моих шудрах из-за моря? «Разорив один из лагерей горных разбойников, ваши степные люди пленили странного человека, называющего себя похищенным герцогом шутовского дела. Он ходит в нелепых одеждах, обшитых бубенчиками; носит пёстрый колпак; бездарно поёт гнусавым голосом пошлые песенки; рассказывает глупости, часто оскорбляя при этом слушателей; прилюдно испражняется, прыгая при этом через костры; чересчур много ест и пьёт; настойчиво показывает женщинам всех возрастов детородный орган; подкрадывается в ночи к часовым и шумно портит воздух за их спинами. Я настоятельно не рекомендую нанимать этого человека, потому что не вижу в этом военной целесообразности».

Постороннего так близко к шатру не подпустят, а двух столь колоритных людей в моей армии быть не может, так что всё сходится. И это странно, потому что я до сих пор вживую этого субъекта не видел. Да что там видеть, я даже не вспоминал о чём. Наверное, подсознательно решил, что Львёнок от него избавился, сбагрив куда-то в столице, и на этом вопрос для себя закрыл.

Да, действительно подсознание почти вычеркнуло его из памяти. Несмотря на красочное описание Львёнка, я об этом забавном персонаже никогда не думал. Да и зачем мне время тратить на мысли о совершенно не нужном человеке?

Даже странно, что те слова наёмника не забылись.

— Что он натворил? — спросил я.

— Господин, этот наглец рвался в ваш шатёр, — ответил один из телохранителей.

— Плетей ему выписать! Да побольше! Чтобы перестал молоть чепуху! — злобно предложил Бяка.

— Бубенцы никакая не чепуха! — гневно завопил коротышка. — Это важная часть образа! Я требую прекратить поползновения в сторону моего реквизита!

Телохранитель отвесил шуту затрещину и рявкнул:

— Заткнись! Перед тобой сам господин десница!

Схваченный выгнулся, повернул голову, сумел дотянуться до меня скошенным взглядом:

— Прости, господин десница, не видел тебя из-за этих дуболомов! Я герцог шутовского дела, и я хотел пожаловаться на бесчинства твоих людей. Притесняют они меня всячески и часто воруют имущество. Но так и быть, ладно, я готов их простить, если возьмёшь меня к себе шутом. Ты большой человек, ты глава великого клана, без хорошего шута такому важному человеку никак нельзя. А я не просто хороший, я самый лучший.

— Его не плетьми, его палками бить надо за такие претензии! — возмутился Бяка. — Надо же, честных людей обвиняет ни за что!

— Эй! Десница! Я понимаю, я для тебя человек новый и непонятный, слушать меня ты сейчас не станешь и, наверное, велишь отделать плетьми или палками. Но всё же запомни кое-что. Сегодня ты увидишь троих, где думал увидеть одного, — резко изменившимся, вкрадчивым тоном произнёс коротышка. — Если ты увидишь небо в полночь, вспомни эти мои слова и подумай, что герцог шутовского дела иногда может быть полезен. Просто вспомни. И да, насчёт плетей и палок... Ты бы это... придержал их до полуночи, что ли. А там, глядишь, и не понадобятся они.

— Опять он какой-то бред нести начал! Палок ему! Много палок! Да не в полночь, а сейчас! — продолжал возмущаться Бяка.

Я с тоской покосился в сторону бани:

— Так, всё, прекращаем цирк. Никаких посетителей и просителей. У меня намечается сложный вечер, дайте дух перевести.

Глава 2 Самая тщательная подготовка

Глава 2

Самая тщательная подготовка

Недооценивать противника нельзя. Каким бы никчемным он ни казался, всегда следует относиться к нему всерьёз. Мой смертельный бой с Натом Меннай — прекрасное доказательство вреда чрезмерной самоуверенности.

Тот противник был сильнее меня. Несопоставимо сильнее. На тот момент он монстром несокрушимым казался, и начало нашего боя походило на избиение младенца. При желании Нат мог прикончить меня быстро без малейшего риска. Я банально не успевал за ним, барахтался, будто муха в патоке там, где он почти летал. Однако донельзя зазнавшийся южанин решил позабавиться, игривым котом себя возомнил, а меня на роль писклявой мышки назначил.

Вот только у мышки был маленький секрет — в опасные моменты она могла превращаться в скорпиона с жалом, что пробивает артефактную броню.

Нат об этом секрете не догадывался, что привело его жизнь к преждевременному финалу, а я обзавёлся полезнейшими трофеями.

Повторять его судьбу не хочется, да и нынешний противник, мягко говоря, не выглядит настолько безобидным, чтобы позволить себе расслабиться. Баланс прямо указывает, что по сумме параметров мы с ним близки, но всё же у него они заметно выше. Я, конечно, почти на все сто уверен, что некоторые мои навыки станут для Сэшша тем ещё сюрпризом, но и не сомневаюсь, что и у него нехорошие неожиданности имеются.

Оснований не верить Эмэсу у меня нет, а он заявлял, что на счету этого головореза десятки выигранных дуэлей. Причём не «декоративных», а самых настоящих — смертельных. Да и без учёта этой информации можно догадаться, что против меня выставили неслабого бретера — человека, заточенного на убийство аристократов в бою один на один, по всем правилам кодекса. Эдакий «законный киллер». Как минимум, у него в этом деле побольше опыта, как максимум, припасены какие-то особые хитрости, упрощающие путь к победе именно в затребованных условиях.

Вот и мне свой путь к победе надо упрощать всеми возможными способами. Поэтому банные процедуры в итоге пришлось отменить, весь остаток времени я посвятил подготовке к поединку.

Дуэль без ограничений, следовательно, я могу использовать что угодно. А раз так, грех не вспомнить о знании рун. Хотя полноценным подмастерьем в этом древнем ремесле я ещё не стал, но арсенал опробованных в деле методов не ограничивается одними лишь ловушками, болтами со стрелами и непомерно-усиленными бомбами. Я много где пытаюсь применять забытое искусство, полезная практика понемногу нарабатывается.

Поэтому большую часть времени, что я выделил на подготовку, пришлось посвятить одежде и доспехам. Тем самым, которыми некогда владел Нат Меннай. Он был воином не только сильным, а и богатым, плюс имел доступ к интересным товарам. Даже после битвы Трёх королей я не смог поменять его броню на что-нибудь поприличнее, а купить и до этого не получалось, потому что в открытой продаже такие вещи и коренным южанам найти проблематично, а я к ним не отношусь. После знакомства со Жнецом трофей обзавёлся немаленькой прорехой, но повезло, удалось найти и нужные материалы и мастеров, что помогли вернуть ценной вещи почти первоначальный вид и функционал.

Усилить её качественными рунными конструктами хотя бы самого низового уровня я не мог. Увы, очень сильно не дотягиваю до столь запредельных высот, боюсь испортить ценнейшую вещь. Но это если говорить о долговременных и постоянных эффектах. Кратковременные кое-как кое в чём получаются, вот только и надёжность у них соответствующая. Однако на долгий срок работы я и не рассчитываю, дуэли в этом мире во многом подобны земным, на десятки часов не затягиваются.

Запасы необходимых ингредиентов у меня имелись, так что ничего искать не пришлось. Немного порошков из толчёных самоцветов и кристаллической серы; ценимая алхимиками и артефакторами смола какого-то южного дерева и самая обычная с виду кисточка: вот и всё, что требуется для нанесения несложных рисунков. Они не более чем «опалубка для заливки» простейших рунных последовательностей, недолговечных и, если не проявить смекалку, очень слабых. После вложения нужного количества энергии, состав превращается в пыль, которую можно смело стряхивать.

С моими нынешними умениями энергетический отпечаток, в идеале, может продержаться до четырёх часов, если доспехи вообще не трогать. Но, конечно же, вообще не прикасаться к ним не получится, следовательно, срок можно делить на два.

Немного, конечно, но, полагаю, для одного поединка достаточно.

Для наполнения временного конструкта нужна лишь тень ци. Её у меня просто прорва, но весь запас залить никак не получится. Увы, «опалубка» развалится на первых процентах моего наполнения, и хорошо, если при этом не повредится бесценный доспех.

Ну а чего вы хотите от неполноценного подмастерья?

Однако даже со столь скромной заливкой эти «рисунки» способны на многое. Все элементы составлены не просто так и не вразброс, они пусть и косвенно, но связаны в единую конструкцию, назначение которой — контролировать состояния носителя. То есть эффекты, что на мне держатся. Руны должны запоминать меня в том виде, в котором я пребываю в момент их активации. Когда что-то или кто-то попытается изменить мои параметры, управляющий элемент проанализирует источник изменений. Если это окажется моя воля — всё в порядке, ответная реакция не последует. Если же моя воля ни при чём, вся запасённая энергия начнёт расходоваться на поддержание исходного статуса.

Звучит мудрёно и, возможно, неоднозначно, но на самом деле всё просто: если противник попытается повесить на меня какой-нибудь эффект, конструкт сочтёт это внешним вмешательством и начнёт принимать меры для поддержания исходного состояния.

Не все поймут и это упрощённое пояснение, а кто поняли, могут удивиться тому, что я озаботился лишь контролем посторонних эффектов. И да, возможно они правы, и я совершаю ошибку. То есть следовало озаботиться другим набором рун.

Спорное решение я принял исходя из текущих возможностей, из лимита времени и из всего того, что когда-то слышал и читал про дуэли. Личный опыт не учитывал.

Откуда такому опыту взяться?

Первая в жизни дуэль...

Давно заметил, что некоторые из самых знаменитых поединков прославились именно благодаря тому, что один из участников умело применял разные эффекты на противника. Особой популярностью пользовались вмешательство в двигательную активность, отключение или обман органов чувств, вмешательство в ментальную сферу и, в редких, но при этом самых знаменитых случаях — влияние на механизмы работы с навыками. Дуэлянты ослепляли друг друга, насылали полный или частичный паралич, устраивали в мозгах хаос из противоречивых мыслей и даже на время блокировали доступ к некоторым умениям. Напрямую ПОРЯДОК такие фокусы вытворять не позволял, или позволял с оговорками, неприменимыми в честных поединках. Но если схитрить, можно кое-какими косвенными методами на несколько мгновений замедлить отклик навыка, а этого при должной сноровке иногда достаточно, чтобы даже самый сильный враг подставился под смертельный удар.

У меня нет критических проблем с атаками и их парированием, а вот насчёт защиты от нежелательных состояний уверенности нет. Хитростей всяких много, даже положительные, казалось бы, эффекты, что без помех пропускаются всеми линиями обороны, в правильный момент и в правильной комбинации способны довести до беды. Умелые поединщики нередко делают ставку именно на косвенные негативные воздействия, без прямого ущерба. Большинство навыков и амулетов некоторые вмешательства в статусы полностью игнорируют, на этом можно сыграть.

Даже с рунами защититься от такого вида атак непросто. Слишком мало у меня знаний, а те, что есть, требуют идеальную основу для нужных последовательностей, причём размеры основы должны быть сопоставимыми с размером моего тела. Вот и пришлось возиться с доспехами, всё прочее банально не вписывается по габаритам.

Сэшш Аоро убил на дуэлях десятки противников, и я почти не сомневаюсь, что в его арсенале есть хитрости со «взломом защиты» через статусы. Что именно он использует, знать не могу, поэтому поставил руны следить за тем, чтобы на меня ни «баффы», ни «дебаффы» не вешали со стороны. Никаких изменений не должно быть.

Рунный язык не терпит неоднозначности. Если что-то сказано, так оно и есть, без второго смысла. Сказано — любые статусы, значит, любые. То есть даже если Сэшшу вдруг захочется меня подлечить, его целительство через мой барьер не пройдёт до тех пор, пока в нём не иссякнет заряд.

В среде дуэлянтов амулеты и навыки, хоть как-то прикрывающие статус, ценятся очень и очень высоко. И, насколько мне известно, до универсальности и мощи даже такого вот временного конструкта им далековато. Руны в этом плане — лучший вариант, современной артефакторике до них бесконечно далеко. Так что если Сэшш Аоро делает ставку именно на эффекты в статусе, он уже проиграл.

Также я не забыл про многократно испробованный боевой метод применения рун. Можно сказать — уже традиционный, наряду с «лучевыми минами». Да-да — я про свои бомбы. Отправил к месту дуэли грамотных ребят, и те, вернувшись, описали будущую «арену» до мелочей. По их словам, хотя искатели древностей над пирамидой поиздевались изрядно, та всё ещё стоит крепко и, скорее всего, выдержит самый сильный мой взрыв.

Скорее всего — настораживающая фраза, да и настолько сильный мне не нужен, а вот несколько небольших зарядов держать под рукой не помешает. Точнее — в Скрытом вместилище. Его использование не запрещено, так почему бы этим обстоятельством не воспользоваться.

На всякий случай сунул в кармашек на поясе один «мини-заряд». Размером с ручную гранату, мощность, можно сказать, смехотворная, зато выхватить можно в один миг, не «зависая» над выбором во вместилище. Хоть этот момент я отработал хорошо, но всё же на некоторое время отвлекаешься от действительности, а ведь даже самая мизерная заминка может сыграть в пользу противника.

Кими предложила прихватить Крушитель, но, чуть поразмыслив, я отказался. Так-то вещь превосходная, но, увы, противника высокого уровня такой не пронять. Разве что выпустить несколько зарядов, но на это уйдёт время, и вряд ли всё это время он будет просто стоять и любоваться на мои бесчинства.

Нет, врага надо озадачивать моими навыками. Некоторые из них уже давно превзошли по мощи древнее оружие, и правильно их чередуя, можно быстро «расковырять» любую защиту, в то время как артефакт бьёт пусть и сильно, но одинаковым зарядами, предсказуемыми и не такими уж сильными. Рассчитывая на них, я рискую потерять время впустую, отдавая при этом инициативу противнику, так что лучше отказаться от рискованного соблазна добиться победы одним лишь боевым артефактом.

Десятки противников на «боевом счету» доказывают, что Сэшш не позволит себя прикончить всего лишь из-за применения не самого мощного древнего жезла. Не говоря уже о том, что это оружие пусть и редкое, но известное в широких кругах. Увы, в старину люди их много наклепать успели, и приличная часть того арсенала протянула долго, оставив заметный след в трудах историков. Также следует помнить, что некоторые образцы до наших времён дожили, не сломавшись. Да, встретить их на поле боя — редчайшее событие, но опытный поединщик такие предметы с одного взгляда должен опознавать.

Ещё один столь же простенький конструкт я нанёс на клинок меча. Теперь вокруг него пару часов будет держаться аура, в пределах которой потоки ци будут стремиться к максимальной упорядоченности. То есть, помимо прочего, слабейшие стихийные проявления должны разрушаться, а те, что посильнее, терять эффективность. А это значит, что если остриё, например, ударит по Щиту ветра, оно не отскочит, как должно отскочить при таком воздействии, а чуть продавит защиту, или даже преодолеет, если та окажется ослабленной.

К сожалению, аура совсем чахлая, распространяется всего-то на треть сантиметра от клинка и воздействие её не отличается повышенной мощностью. Так что да, лишь самую слабую стихийную защиту способно преодолеть, нанеся при этом смехотворную царапину.

Но это если само по себе, без учётов иных факторов.

А учитывать следует многое: мой базовый навык владения мечом давно доведён до сотни, а это, помимо прочего, значительно увеличивает силу удара, а это значит, что и на оборонительные эффекты воздействие больше. Храмовый меч хоть и не считается артефактом в обычном понимании этого слова, но в некоторых ситуациях способен выручить там, где обычное оружие пасует. Многого от него ждать не приходится, но в случае той же слабой стихийной защиты у противника имеется шанс пройти через неё исключительно за счёт своих «святых свойств». Они нигде не афишируются, но аборигены уверены, что таковые есть. Также у меня припасены интересные навыки для контактного оружия, что способны и щиты магические быстро разносить, и с банальными доспехами быстро разбираться.

И да, ещё надо не забывать про мои атрибуты. Особенно про наполнение Силы. Даже если Сэшш Аоро стоит выше меня на полтора десятка ступеней, вряд ли его цифры превосходят мои. Я в своё время столько дефицитных трофеев в них вложил, что до сих пор не избавился от проблем с Балансом. То на грани балансирую, то чуть-чуть от неё отдаляюсь, о «безопасной дистанции» лишь мечтаю.

Многое позднее пришлось снести, чтобы сгладить последствия неконтролируемого скоростного роста. Но с удалением атрибутов ПОРЯДКА всё непросто, я даже с надстройкой Смерти до конца так и не разобрался, несмотря на жёсткие требования старца из снов. Так что Сила у меня осталась гипертрофированной.

В общем, если брать все эти факты поодиночке, существенного преимущества они не дают, а вот все вместе способны на многое.

И напитанный энергией смехотворный зародыш рунного конструкта лишним в этом наборе не будет.

Несколько флаконов дорогой алхимии употреблю до начала поединка, и ещё парочку придержу в Скрытом вместилище на случай серьёзного ранения и посмертного проклятия. С последним однажды сталкивался, и мне тот сюрприз очень не понравился, так что повторять не желаю.

Однако мои желания Сэшшу вряд ли интересны, а убивать его в условиях внутреннего зала пирамиды придётся на минимальной дистанции. Увы, это означает, что у вероятного посмертного проклятия максимальные шансы срабатывания.

На Большом юге подлый приём не сказать, что сильно популярен, однако в некоторых кланах великой редкостью не является, так что с того самого случая зелье всегда наготове. Если использовать его без промедления, обычно негативных эффектов не бывает или они едва ощутимы и быстро сходят на нет.

Про обычные амулеты, без рун, я тоже не забыл, обвешался ими с ног до головы. К сожалению, какими-то совсем уж уникальными до сих пор не обзавёлся, в открытой продаже их не найти, и даже после битвы Трёх королей на поле боя нашли не так уж много интересного, как предполагалось. Ну да и ладно, те, что есть, взяты не только в бою, а и куплены за немаленькие деньги. Причём это лучшее, что выставляют доступные торговцы. Так что дополнительные усиления от них может и не впечатляют, но и мелочью не назовёшь.

Также продублировал защиту временных рун, использовав невзрачную серебряную «шайбу», где в глубинах металла скрывались дорогие самоцветы, образующие конструкт, способный отражать множество различных негативных эффектов на противника. Хватает на две-три приличные атаки или несколько слабых, срабатывает, к сожалению, не на всё и на сильные воздействия его может не хватить. Однако при всех недостатках вещь редчайшая, в открытой продаже такие не встречаются. Спасибо южанам, всё же после битвы Трёх королей несколько полезных вещичек оставили. Не забыл про самые эффективные усилители стихийных навыков, в том числе и те, что пусть и с оговорками и не всегда, но снижают откаты некоторых умений. Позаботился и о тех, что способны выручить на тот случай, если Сэшш сумеет меня серьёзно зацепить. Один неказистый на вид древний артефакт может приличное время удерживать в сознании даже в случае самых ужасающих ранений, при которых человек должен в тот же миг без чувств падать.

И о прочем тоже позаботился.

Я всё предусмотрел.

Наверное.

* * *

Пирамида даже издали впечатляла, а уж вблизи тем более. Отсюда хорошо видно, что изначально она не была столь уплощённой. Очень может быть, что когда-то полноценной угловатой вершиной обладала, но в какой-то момент случилось что-то, оставившее её без «макушки». Причём обломков у подножия не наблюдалось.

Впрочем, в нескольких километрах к северо-востоку отсюда располагается крохотный городок, куда эти обломки, скорее всего, «перекочевали». До предгорий, где хватает скалистых обнажений и глыбовых осыпей, добираться непросто, потому что туда нет хороших дорог, так что весь доступный поблизости камень местные жители могли давно выгрести.

На хозяйственную деятельность аборигенов намекало и то, что современные искатели древностей не оставили после себя развалов извлечённого материала. А ведь наружу должны были много чего вытащить, ведь они устроили в южной стороне пирамиды немаленький туннель высотой в полтора человеческих роста и шириной метра три. Не знаю точно, зачем им понадобился такой большой лаз, подозреваю, что использовали лошадей и повозки в своей работе.

Если вспомнить Египет, там, вроде бы, пирамиды построены из больших блоков известняка. Здесь же применялась какая-то тёмная мелкозернистая, скорее всего магматическая порода, и как я ни приглядывался, щелей между камнями не разглядел. Также не видно плоских участков, что неизбежно должны были оставаться по мере прокладки туннеля при блочной конструкции сооружения. Как бы плотно отдельные детали не прилегали друг к дружке, при отделении одной от другой неизбежно должна проступать структура.

Если блочную конструкцию скрепляет связующий раствор, это тоже незамеченным не останется, однако следов его тоже не видно. Это как? Пирамиду из цельной скалы вырезали, что ли? В принципе, в таком предположении ничего фантастического не вижу. Вспомнить хотя бы храм Кайласанатха на Земле, вырубленный в раннем Средневековье вручную в монолитном базальтовом массиве безо всякого ПОРЯДКА и стихийной магии. Размерами он сильно уступает, зато сложностью многократно превосходит.

Вот только здесь ровная, как днище сковороды приморская равнина. Песок да глина, камень днём с огнём не сыщешь. Едва заметные холмы или скорее намёки на них начинаются в нескольких километрах к западу и юго-западу, то есть в стороне гор. И эти едва выдающиеся «бородавки» слишком низкие, чтобы стать основой для сооружения такого размера.

Не говоря уже о том, что под почвой и глиной там могут находиться слои непрочных осадочных пород, не имеющих ничего общего с этим магматическим или метаморфическим чёрным камнем.

Может древние строители каким-то образом соединяли притащенные откуда-то блоки в единый монолит? Или какой-то сильной магией заставили твердь земную исторгнуть из себя цельный массив глубинных пород?

Очередная загадка затерянных в далёком прошлом эпох...

Пока я любовался древностями, мои люди и представители Эккеста ещё раз проверили коридор и внутренний зал пирамиды. Причём бродили там не сами по себе, а под контролем наблюдателей от принца. Их высочество почему-то взял поединок под свой контроль, целую комиссию для проверок соблюдения кодекса назначил. И я должен отдать ему должное: ни одного явного недруга Кроу в ней не оказалось, сплошные нейтралы. Вряд ли это совпадение, ведь недоброжелателей в лагере слишком много. Значит, целенаправленно таковых игнорировали.

Таким образом, в недрах древнего сооружения орудовала целая толпа придирчивых личностей, используя разнообразные сканирующие навыки и банальную наблюдательность. «Рыли» они усердно, ведь дело в том, что формат дуэли «без свидетелей» прямо-таки напрашивался на подозрения в нечестной игре. И дабы избежать последующих скандалов, такие поединки принято максимально тщательно проверять всеми возможными методами.

В глубине коридора, наконец, показались люди. Ну всё, «тройственная комиссия» завершила работу и потянулась к выходу.

Обогнав всех, первой выскочила Кими.

Подскочив ко мне, девушка мрачно заявила:

— Ничего подозрительного там не нашли, но можешь не сомневаться, какой-то подвох всё-таки есть. Не доверяю я южанам, и этим особенно. Что у Эккеста, что у Сэшша глаза змеиные, они точно задумали какую-то гнусность.

— А сам зал? — спросил я. — Ничего особенно не заметила?

— Что ты подразумеваешь под особенным?

— Даже не знаю, как сформулировать... Допустим, есть ли что-то странное в его конфигурации?

— А попроще сказать нельзя?

— Ну не знаю... Форма, положение в пространстве... Неужели ничего странного в глаза не бросилось?

— Да нет там ничего странного, зал похож на большую пыльную пещеру без сталактитов, — ответила Кими. — Внизу почти чисто, лишь местами камни навалены. Стены, пол и свод просветили разными умениями, признаков скрытых ходов не обнаружили. Невидимок там точно нет, активных иллюзий тоже, и нет ни намёка на припрятанные артефакты и артефактные контуры. Ну да ты и сам понимаешь, что это всё хорошенько проверили не один раз, я просто повторяюсь. Людей принца озадачило поведение собак, псы там волновались немного. Но, как по мне, это неудивительно для многих древних сооружений, людям там тоже часто не по себе. Я так и не поняла, что это вообще, для чего такая громадина нужна. Говорят, это просто скала в форме пирамиды, игра природы, которую люди позже слегка обтесали. Но как по мне, на природную гору непохоже. Очень уж одинаковый камень везде, и в нём нет ни жил, ни трещин. В природе так быть не должно. Знаешь, как по мне, это место чем-то похоже на Первохрам. Только не на готовый, а который начали строить и почти сразу забросили работу.

— Совсем на Первохрам не похоже, — возразил я.

— А ты представь, что это лишь основа, а элементы храма потом вырезали из таких вот заготовок. Тогда похоже будет.

— Кими, да из этой пирамиды что угодно можно вырезать, необязательно храм.

— Ну да, можно, — не стала возражать девушка. — Но почему-то ассоциации именно с храмом. Не знаю, почему. Может из-за размеров, может ещё из-за чего-то. Будто есть что-то невидимое, мистическое, что роднит с Первохрамом. Да, скорее всего я просто нафантазировала себе всякое, но даже если права, что с того? Связи между дуэлью и этой пирамидой нет, ассиопцам просто удобное место подвернулось.

Камай, ненамного отставший от Кими, добавил:

— Господин, места там много и свод крепкий на вид, но я бы не рекомендовал использовать сильные стихийные навыки и взрывы. Как бы снова не получился обвал, как в том проклятом ущелье посреди степи.

Представитель Эккеста приблизился к нам и сообщил ожидаемое:

— У людей вашего высочества нет претензий к месту проведения поединка. Если у вас тоже нет замечаний, предлагаю начинать.

Глава 3 Главное в дуэли — честность

Глава 3

Главное в дуэли — честность

Искатели древних сокровищ — особый вид гуманоидов, чья разумность под вопросом. Я прочитал немало занимательных трудов об этой публике, а также наслушался от очевидцев много всякого, особенно когда общался с паченрави. Те ведь зачастую проживали на своеобразных оазисах среди проклятых земель, а всевозможных авантюристов на такие территории будто магнитом притягивало.

То, что кладоискатели сотворили с этой пирамидой, вполне вписывается в «собирательный образ» особого трудяги, который, прежде всего пот литрами проливает, работает тяжёлыми инструментами, днями напролёт отбивая от кладки обработанные водой и огнём камни, а уже после использует всё остальное.

Под всем остальным в первую очередь подразумевается головной мозг. Если бы его здесь использовали сразу, то вряд ли стали бы пробивать широченный туннель от подножия до центра, и уж точно бы не стали устраивать в недрах пирамиды полость размерами со спортзал не самой маленькой школы. Умному исследователю достаточно устроить грамотную сеть узких лазов, из которых потом со всеми удобствами просвечивать скалу сканирующими навыками, или даже банально обстукивать стенки ходов молотами, прислушиваясь к возможным откликам от пустот. Если действовать по уму, можно проверить всё сооружение, затратив на порядок меньше сил.

Но тут ум подключили слишком поздно, и получилось то, что получилось. При такой схеме исследований в пирамиде могло остаться множество немалых пустот, и никто бы о них не заподозрил. Навыки, работающие хотя бы на четверть от эффективности Взора Некроса редки, их носители нарасхват и, как правило, такой ерундой не занимаются. Получается, тысячи кубометров скального массива извлечены без толку и без гарантии того, что где-то в недрах сооружения не остались тайники с ценным содержимым.

Взор Некроса я, к слову, активировал в начале коридора, проделанного незадачливыми искателями сокровищ. Размеры пирамиды не позволяли просветить её от края до края с этой точки, но я, оценив картинку, сразу подумал, вряд ли здесь действительно что-то ценное скрывается. Так и оказалось, по мере продвижения вглубь разглядел сооружение полностью, и везде видел лишь скучный каменный монолит. Эта каменная громадина действительно похоже на заготовку для чего-то большего. Древние зодчие взялись за дело, но почему-то остановились на начальном этапе.

Можно сказать — залили фундамент и этим ограничились.

Что-то отличное от однообразного фона показалось на пределе зоны действия навыка, причём далеко внизу. Там, к западу от пирамиды, среди горизонтальных слоёв осадочных пород проступили подозрительно-ровные вертикальные линии какой-то скрытой на приличной глубине структуры. Детали понять трудно, ведь на краю радиуса действия навыка качество картинки ужасное, но очень похоже на заваленную шахту, что уходила куда-то дальше в недра.

То ли её когда-то тянули к пирамиде, то ли эти два объекта вообще не имеют отношения друг к дружке.

Я бы поставил на второй вариант. Несмотря на приличное расстояние и некоторые особенности изображения, что выдавал сканирующий навык, подземное сооружение выглядело настолько древним, что лишь отдельные элементы отличали его от природного объекта. Пирамида смотрелась куда моложе.

Хотя это лишь моё субъективное мнение. Вот так, на ходу, в подсветке не самого удобного для пользователя навыка, скверно работающего на предельной дистанции, предполагать возраст сооружений — дилетантство высочайшей пробы.

Сканирование я применил не ради поиска сокровищ (хотя отказываться от действительно ценной находки не стал бы). Кто-то верит в доброту высших сил, кто-то во всемогущество ушедших богов, кто-то в безупречность ПОРЯДКА, а кто-то в благородство людей, чья профессия — убийство людей на дурно пахнущих поединках. Последний вариант я считал крайне опрометчивой разновидностью вероисповедания, и поэтому внимательно изучал просвеченную скалу на предмет каких-либо коварных каверз. Заодно не забывал проверять коридор и зал, и помимо прочего, как обычно, присматривался к поведению ци.

Мировая энергия местами вела себя слегка необычно, а то и явно беспокойно, и волнение её возрастало по мере приближения к центру пирамиды, что подтверждало некоторые мысли, высказанные Кими. Очень может быть, что это действительно заброшенная стройка Первохрама или иного мистического сооружения. Древние умели работать с ци и выбирали для таких сооружений места с особой энергетической активностью.

Может ли это обстоятельство использовать мой противник?

Да почему бы и нет? Глупо считать себя уникальным знатоком мировой энергии. Как минимум, есть Тао, до уровня которого мне очень и очень далеко, как максимум, «ретрограды» наподобие моего мастера, что по всему миру хранят осколки древних практик.

Сэшш запросто может оказаться из таких. Если уровень его близок к возможностям мастера Тао, мне придётся попотеть, но ничего смертельного в этом не вижу. Древние знания такого рода не просто так не пользуются популярностью, их гораздо труднее развивать. В отличие от доступных для каждого элементов ПОРЯДКА, эти методы не любому даются, а если и даются, большинство приобщившихся останавливаются на первых шагах или не в силах продвинуться дальше, или разочаровываясь из-за ничтожности результатов при огромных затратах времени. Адепт ци может потратить на обучение контролю две дюжины лет, и при этом по боевой мощи будет значительно уступать рядовому юноше-альфе, который вообще толком ничему не учился.

Так что с этой стороны мне вряд ли грозит что-либо особенно опасное.

Офицер, назначенный принцем, постоял на середине грубо вырубленного в скале зала, проследил, чтобы противники разошлись по разные стороны, после чего строго заявил:

— Господа, я вижу, на примирение вы не согласны. Ну что же, в таком случае должен напомнить, что по условиям вашей дуэли свидетели не допускаются. Поэтому попрошу дать время, чтобы все посторонние удалились.

Я кивнул, а мой противник вообще никак не отреагировал. Неподвижно стоял на другой стороне зала, безучастно уставившись перед собой.

Какой-то он очень уж отстранённый. Будто мысли его витают где-то далеко отсюда. Ни малейших признаков опасения или хотя бы возбуждения от близости схватки. Абсолютное хладнокровие, даже нежить больше эмоций выказывает.

Он, вроде бы, не нежить, так что такое поведение настораживает.

Кими напоследок обернулась и сделала страшные глаза. Мол, убей его жестоко. Я в ответ подмигнул.

И вот шаги стихли в глубинах коридора.

Мы остались одни.

Сэшш не торопился атаковать, так и стоял с безучастным видом. Но я видел, как ци вокруг него будто взбесилась, завиваясь во множество стремительно сужающихся вихрей. Именно такую картину я никогда не наблюдал, но слышал от мастера Тао, что она сопровождает один хитрый защитный навык. Особый и редкий, встречающийся лишь на юге, и для полного освоения требующий наличия хотя бы минимального уровня контроля ци, без этого вкладывать трофеи бессмысленно.

Значит, я не ошибся, мы с Сэшшем кое в чём похожи.

Что это за навык — я помню хорошо, и очень даже не против его заполучить. Природа умения не стихийная, так что даже Рунный мародёр не требуется. Чем-то он похож на моё Игнорирование, спасает от единственной атаки, причём со многими оговорками и приличным откатом, также его нельзя повесить на себя два и более раз, и под ним невозможно активировать другие навыки, пока он не провисит определённое время. Но главным отличием считаю те моменты, что щит часто выдаёт себя заметными эффектами при передвижениях носителя и, особенно, при использовании стихийных навыков; не работает против банальных ударов как оружием, так и подручными предметами или даже голыми руками, когда дерутся незатейливо, без подключения надстроек ПОРЯДКА. Также надо сказать, что он не рассеивает атаку, а отражает её на атакующего. Это свойство работает тоже не всегда, требуются определённые условия, но противник явно рассчитывает на то, что в нашем случае все условия соблюдены. Вон как стоит и не шевелится, напрашивается на то, чтобы я первый начал, чтобы тут же ответить.

И тогда я столкнусь с двойной атакой: по мне прилетит то, что сам отправил, и со стороны противника обрушится что-то нехорошее.

Ну раз меня не спешат трогать, я тоже торопиться с этим не буду. Вместо того, чтобы запустить что-то убийственно-стихийное, неспешно активировал на совесть прокачанный Воздушный щит, после чего небрежным взмахом отправил в противника Огненный шар. Только целился не в Сэшша, а в стену в метре от него. Я ведь понял, что за навык он использует и потому знал, что задействованное умение реагирует лишь на прямые угрозы.

Эта угроза к таковым не относится, ведь шар летит мимо. Следовательно, щит не должен сработать.

Так и случилась: немаленький сгусток пламени с рёвом промелькнул левее противника и врезался в стену, расплескав на метры вокруг волны племени. И защитный навык на это безобразие тоже не среагировал, потому что и не должен реагировать. Ему для «отдачи» требуется живой источник угрозы, или хотя бы косвенно задействованная сущность, вроде подчинённого элементаля, чтобы признать его целью.

Непримечательный участок стены подземелья целью считаться не может.

Фигуру Сэшша обволокло синеватое мерцание, не пропустившее огонь к телу. Впервые за всё время противник выказал эмоции: глаза его нехорошо сузились, южанин нахмурился.

А затем он покачал головой и, хищно улыбнувшись, неспешно направился ко мне. Вскинул руку, и в ней материализовался огромный аляповатый молот. Из сверкающего чуть желтоватого сплава, с конической головкой, чрезмерно украшенный причудливой чеканкой и самоцветами. Чуть заметные искорки выдавали какой-то интересный артефактный эффект.

Оружие не древнее, но явно не из доступных, это сразу видно. И Скрытое вместилище противника, получается, не из рядовых, раз позволяет хранить обычные предметы.

Хомяк заволновался.

Моё!

На глаз в молоте не меньше пуда, так что я поначалу даже думать о мече не стал, ведь лёгким клинком такую дуру парировать непросто. И, чуть поразмыслив, не стал торопиться с извлечением более весомого аргумента.

Успею.

Похоже, Сэшш всё ещё надеется на свою ущербно-зеркальную разновидность Игнорирования и магические навыки не применяет. Думает спровоцировать меня обычной физической атакой на прямой стихийный ответ.

А я не буду, я тоже честной физикой отвечу. Воздушный щит не в счёт, у него нет атакующих эффектов, так что его срабатывания не спровоцируют ответ от вражеской защиты.

На последних шагах Сэшш резко ускорился, одновременно замахиваясь таким образом, чтобы молот перед столкновением совершил полный оборот. Стандартный способ добиться максимальной силы удара, когда используешь тяжёлое и здоровенное оружие, предназначенное для особенно крепких противников. Если принять такой импульс на себя, от Воздушного щита может ничего не остаться, а в худшем случае и одно Игнорирование слетит.

Свою защиту нужно беречь, и потому ждать до последнего я не стал, тоже рванул навстречу. Хвататься за меч тоже не стал, не тот это бой, поэтому выхватил вульж в последний момент с таким расчётом, чтобы в руке он появился в начальной точке замаха. Некоторые особенности утяжелённого оружия заставляют тщательно отрабатывать подобные моменты заранее, так что я точно знал, когда и что следует делать.

Мой вульж не столь красив, как сверкающий молот Сэшша, но на порядок превосходит тот, что достался мне когда-то в дар от Буйвола. В этом и металл куда качественнее, и хороший мастер поработал, затянув со сроками и содрав за труды столь негуманную цену, что я даже задумался о перспективах лично заняться кузнечным делом.

Противник, похоже, разгадал мой нехитрый замысел и начал уходить в сторону, ловко переводя свой удар из вертикальной плоскости почти в горизонтальную. Я же, продолжая сближаться на ускорении, ловко подбил головку молота наконечником вульжа, влетел под невольно взметнувшееся оружие Сэшша и заехал южанину рукоятью в голову.

Увы, положение вульжа в пространстве после столкновения с молотом не позволило врезать по-настоящему, но даже так вышло неплохо. Ударил я не как зря, а на всю мощь мышц, усиленных большими цифрами ПОРЯДКА. Окажись сейчас передо мной плита железобетонная, она бы, как минимум, трещинами пошла, несмотря на слабый замах.

Ну... не всякая, конечно, но если не несущая и от какой-нибудь типовой многоэтажки, где стены держатся не на бетоне, а на обоях, я бы точно справился.

Амулет или защитный навык снова отработал, прикрывая Сэшша синеватой дымкой. Вот только полностью импульс атаки он не впитал и тот большей частью или даже целиком передался противнику, отбросив его на несколько шагов.

Прокатившись по неровному полу, Сэшш вскочил быстро, но без суеты. Случившаяся неудача ничуть его не обескуражила, во взгляде не видно ни намёка на беспокойство, он скорее со снисходительностью на меня поглядывал.

Странный какой-то. Сколь ни коротка наша схватка, я уже многое успел понять и, полагаю, он тоже осознал, что до моего уровня заметно не дотягивает.

Да, как я и предполагал, до Ната ему далеко, нет в нём ни намёка на ту жуткую силу и молниеносность, что демонстрировал тот Меннай. Даже странно, что за этим середнячком числится столько побед в поединках.

Наверное, с противниками хронически везло.

Вскочив, Сэшш тут же ринулся на меня снова, пытаясь ударить снизу вверх. Не позволяя вульжу останавливаться, я снова подбил головку молота куцым наконечником, заставив оружие противника отлететь в сторону, и, можно сказать, атаковал зеркально — тоже снизу вверх. Нормального замаха и на этот раз не вышло, зато по груди наискось пришлось лезвием, а не рукоятью, и пока грубый металл бороздил защиту, я ещё и надавил в нужный момент, снова отталкивая врага.

И на этот раз на ногах он удержался, но снова потерял инициативу, попятился, отбиваясь от моих не сильных, но быстрых атак. Вульж покороче молота, поэтому я держался вблизи, не позволяя Сэшшу с выгодой использовать длину его оружия. Что-то он успевал парировать древком, но даже в таких случаях это иногда играло в мою пользу, позволяя следом наносить более сильные удары или проводить их из тех положений, где отбиваться сложнее. Каждую секунду противнику прилетало то остриём, то лезвием, то концом рукояти, всё больше и больше разряжая защиту.

Она у него, кстати, весьма впечатляющая. Не знаю, навык это или какой-то редкий амулет, в любом случае мне такое чудо тоже пригодится. Окажись на Сэшше Воздушный щит, схожий с моим по параметрам, навык бы уже дважды в ноль разрядился от такого урона. А эта защита держится, лишь цвет эффектов при срабатывании заметно поблёк, но на результативности это не отражается.

Ну да ничего, бесконечной защиты не бывает, и опыт подсказывает, что эта вот-вот вырубится.

Сэшш это понимал и, не в силах от меня оторваться за счёт одних лишь физических параметров, решил использовать серьёзные навыки.

Миг, и южанин оказался в десятке метров от меня. Само перемещение я не засёк, для меня случившееся выглядело, как телепортация.

Может она и есть.

Наверное, противник удивился, увидев, что в него уже летит магический заряд. Я выпустил низовой, не развитый навык Воздуха практически в миг появления, на автоматизме. Почти не сомневался, что у столь опытного дуэлянта есть свой эффектный «блинк» и ждал этого момента.

Стихия, ударив в грудь южанина, отскочила, потому что на том так и продолжал держаться отражающий навыки барьер. Отразилась, естественно, в меня, но Воздушный щит эту мелочёвку поглотил и не заметил.

Всё — коварный вражеский щит разрядился на ерунду.

А следом летели уже заряды поприличнее. В условиях не такого уж обширного подземелья я опасался использовать самые мощные умения, но тут и средних достаточно, если использовать их одно за другим.

Сэшш всё больше и больше разочаровывал. Теперь он даже не пытался контратаковать, лишь уворачивался и отскакивал, что получалось у него не всегда.

Вот уж точно дутая репутация.

Еще два-три попадания, и уверен, его завидный щит развеется.

После чего я поставлю кровавую точку в дуэльной карьере южанина.

Тот видимо мыслил аналогично и потому внезапно рванул к коридору. Я поздно понял, что это не какая-то уловка, а натуральная попытка бегства, поэтому Сэшш беспрепятственно добрался до выхода из зала.

Он что, действительно собрался мчаться до самого выхода, к народу, что ожидает окончания поединка? Но ведь это самая верная смерть для репутации. Он сам настоял на жёстком формате поединка, а теперь улепётывает без оглядки.

Но нет, Сэшш вдруг резко остановился, проворно развернулся и вскинул обе руки. Я было напрягся, готовясь встречать убойный магический заряд, но нет, в мою сторону ничего не полетело. Просто на выходе замерцал едва заметный шестиугольник барьера, полностью перекрывая коридор.

А ведь я этот щит уже видел. Точнее — множество таких щитов. Их ставили ассии в битве Трёх королей. Тот самый барьер, создаваемый группами магов и не позволяющий атаковать чёрную кварту с большинства направлений. При этом он без помех пропускает почти любые физические объекты, если те пробиваются с внутренней стороны. В том числе проницаем для простых и части артефактных метательных снарядов, что позволяет инженерам южан устраивать противнику огромные потери с больших дистанций.

Сэшш катапульту протащил в Скрытом вместилище, что ли? Или собрался магией меня доставать? Ну так она с его стороны тоже не очень-то эффективна, ведь щит ассиев и ему должен мешать.

Стихия не физика — пропускает лишь некоторые умения.

Я мгновенно составил в голове последовательность прилично прокачанных навыков. Заряды пойдут в цель один за другим, и так как щит ассиев не групповой, а одиночный, долго под таким напором не продержится. Если же по мне что-то в ответ будет прилетать, придётся рассчитывать на свои щиты и амулеты.

В них я уверен, а вот в том, что справлюсь с неожиданной преградой быстро, уверенности нет. Барьер ассиев я, конечно, могу снести единственным мощным взрывом, но устраивать его здесь — последнее дело.

Чёртов Сэшш! Он отстой, он жалкое дно, он позор мира профессиональных дуэлянтов! Я всё равно его убью, что бы этот трус ни делал за своей ширмочкой!

Вот зачем время тянет, вместо того, чтобы по-быстрому умереть и прекратить этот позорный цирк?!

Глядя на меня через едва заметную пелену щита ассиев, Сэшш холодно улыбнулся:

— А ты неплох, северянин. Получше других. Даже жаль тебя убивать.

Лучше других? Этот дутый бретёр что, оскорбить меня решил? Судя по тому, что всё это время показывает противник, до меня он трупы в морге добивал. Даже некоторые из моих не самых сильных дружинников способны неприятно его удивить.

Барьер замерцал, впитывая один магический заряд за другим. Картинка за ним смазалась, но я всё же сумел разглядеть, как перед Сэшшем из ниоткуда возник большущий зеленоватый камень, вытянутый и плоский, будто уменьшенная доска для серфинга.

Интуиция

Кажется начинается что-то непредвиденное.

Камень упал перед южанином и тут же окутался бледно-зелёным мерцанием. Оно стремительно распространилось вверх и в стороны, образовав тускло светящуюся сферу чуть-чуть не достающую до свода коридора.

Из сферы вышли две человеческие фигуры.

И, несмотря на мерцание избиваемого магией щита ассиев, я узнал и одну и вторую.

Этих людей я видел несколько часов назад, на обеде у принца они сидели напротив меня, за столами для ассиопцев.

Именно их я опасался, когда услышал про замену.

Они те самые.

Багровые.

Глава 4 Футболисты и мяч

Глава 4

Футболисты и мяч

Как я уже упоминал, дуэли в этом мире не являются монополией благородного сословия. Дерутся все подряд, но именно аристократические поединки кодекс выставляет честнейшими по определению. Безупречный эталон благородного способа сведения счетов, никакого обмана здесь быть не может. А вот все прочие схватки, на каких бы условиях не проводились, принято подозревать во всяческих махинациях, где противники ничего не стесняются и готовы ради победы на любую подлость.

Но вот ведь парадокс — в то же время любой аристократ расскажет вам немало в разной степени правдоподобных историй, где вполне себе благородные лица тоже замарывали руки на дуэлях. Случаи столь бесчестного поведения не являются распространённой практикой, их, по возможности, стараются замалчивать, но организаторы поединков всегда в первую очередь обязаны думать о вероятности обмана. Именно условие «без свидетелей» считается самым подозрительным, в таких ситуациях принято максимально усиливать контроль, что я и наблюдал сегодня, когда место поединка проверялось несколько раз.

Даже в тех дуэлях, где, формально, разрешено всё, есть ограничения, обходить которые никак нельзя.

Главное из них: дуэль, заявленная как поединок один на один, должна вестись в таком формате от начала до конца. Никаких третьих или, тем более, четвёртых лиц быть не может. Отсюда строгие требования к арене «без свидетелей»: никаких возможностей для скрытного проникновения посторонних лиц и максимальный контроль окрестностей. Тщательные поиски возможных затаившихся невидимок тоже объясняются этим правилом.

Один на один Сэшш против меня не тянул. Невозможно настолько мастерски скрывать свои истинные возможности, ни разу не проколовшись. Я был уверен в своей победе и даже недоумевал.

Как так? Этого южанина все считали опаснейшим дуэлянтом, а он почти беспомощен против меня. Каким таким способом эта посредственность одержала столько побед?

Всё просто: он, похоже, их не одерживал.

За него другие одерживали.

У меня тут не просто третий лишний, а третий и четвёртый. Рановато я обрадовался, когда узнал, что на замену выставляют этого далеко не самого страшного на вид южанина, а не тех двоих, что напрягали мой Баланс во время скандального обеда.

Без них не обошлось, они всё же присоединились к поединку.

Просто сделали это... гм... неформально и очень скромно.

Совершенно незаметно для окружающих.

Прекратив бомбить щит ассиев стихиями, я покачал головой:

— Господа, вы ведь в курсе, что ваш интересный фокус нанесёт несмываемое пятно на репутацию Меннай?

Один из «багровых», с интересом оглядывая подземелье, ответил самым беззаботным голосом:

— Да, господин Гедар, мы что-то такое когда-то слышали. Но видите ли в чём дело: для того, чтобы позорное пятно появилось, надо чтобы кто-то о нём рассказал. Я Айхон из Мена, а это мой сводный брат Хлокас. Мы с ним люди не болтливые, как и Сэшш, так что опасение вызывает лишь один язык, и он ваш. Однако у нас есть основания полагать, что опасаться его не стоит, рассказать он ничего не сможет. И да, хоть мы здесь находимся не по своей воле, но очень этому рады. Дело в том, что у меня и у Хлокаса есть к вам претензии из-за раскола нашей семьи.

Эти головорезы тоже из Мена, как Шэттеб и его люди? Да, я знаю, что далеко не все члены того клана перебежали ко мне, но всё равно удивился. Ведь среди моих новых союзников нет никого, кто был бы хоть на четверть таким же «багровым», как эта парочка. Должно быть Айхон и Хлокас состоят в элите подчинённой семейки, особые спецы по тёмным и непорядочным делам.

Наверное, у таких зверей всё хорошо. Старшие крутых воинов ценят, они своим положением довольны, вот и не рискнул Шэттеб их переманивать.

То, что Меннай их использовали в столь щекотливом деле, как грубейшее нарушение правил дуэли, говорит о том, что старшая семья своим почти рабам полностью доверяет. И это несмотря на только что случившееся предательство Шэттеба и прочих.

Руки чесались повесить Чёрное солнце юга, после чего врезать Громом грозовых небес. Свод кажется надёжным, должен выдержать, и два таких навыка в условиях ограниченного пространства устроят здесь тот ещё ад.

Но нет, как и прочие «сильные методы», их применять нельзя. Увы, но полной уверенности в надёжности пирамиды нет. Может изначально она даже ядерный взрыв могла запросто пережить, но современные искатели древностей разворотили её недра, как попало, не заботясь о сохранности сооружения, мощный выброс стихийной энергии способен фатально усугубить их вандализм.

Разговорчивый «багровый» приблизился к щиту ассиев, провёл по нему пальцем, заставив замерцать и добавил:

— Господин Гедар, вы можете принять смерть покорно, и тогда она будет лёгкой.

— Господин Эккест сказал, что северянин должен страдать перед смертью, — равнодушно, будто речь о мухе шла, сказал Сэшш.

«Багровый» холодно усмехнулся:

— Господина Эккеста я здесь почему-то не вижу, так что имею полное право сам предлагать этому несчастному юноше условия его смерти. Лично я не слышал о нём ничего плохого, а то, что раздувают некоторые Меннай, это явные выдумки, в которые они сами пытаются поверить. Господин Гедар, я предполагаю, что покорно ждать такой человек, как вы, не станет. Что ж, ваше право. В таком случае мы вам дадим фору в три минуты. Это означает, что три минуты вы можете сражаться, не боясь смерти. Даю слово, ровно столько времени вас не будут пытаться убить. За возможные ранения прошу заранее простить, ведь не всё и не всегда возможно предусмотреть. Если за эти три минуты вы покажете нам достойный бой, что ж, жестокое пожелание господина Эккеста мы проигнорируем, позволим вам умереть легко и достойно. И да, ваше согласие на озвученные условия не требуется, это всего лишь уведомление.

Слушая речь врага, я лихорадочно перебирал в голове множество заготовок и возможных импровизаций, но ни одна из них не сулила ничего хорошего. Даже в честном поединке один на один против такого монстра шансы так себе. Тот же Нат Меннай по окраске смотрелся чуть скромнее, да и за прошедшее время я существенно поднялся и сейчас наш поединок прошёл бы совершенно иначе.

Эти матёрые волчары не на сайгаках столь насыщенную «красноту» заработали и убивали они не только обманутых противников Сэшша. Опыт сражений у них о-го-го, по глазам заметно и по некоторым деталям снаряжения и оружия, что в глаза не бросаются и понятны немногим. Все варианты нанести им фатальный ущерб сопряжены с риском огрести по полной, причём не в ответ, а, скажем так — от сопутствующих рисков. Это подземелье буквально давит, не позволяя мне развернуться во всю ширь или хотя бы успешно отступить.

Но кого я обманываю? Даже находись мы сейчас в степях Мудавии, мои шансы не стали бы выглядеть гораздо лучше.

Интуиция

Да нет у тебя даже намёка на шанс, если не начнёшь в камикадзе играть.

Согласен, все нормальные способы не имеют смысла, так что отвертеться от опасной игры не получится. Не зря же самоубийственный вариант последние месяцы наготове держу, на всякий случай.

Похоже, этот случай настал.

Вот только сразу хвататься за крайность — дурная затея. Вдруг меня сбивают с толку и волчьи взгляды, и завышенная краснота, и прочие признаки чрезмерной силы. Нельзя во всём верить оценке Баланса, он ведь учитывает лишь какие-то цифры. Вдруг эта парочка в драке немногим лучше неуклюжего Сэшша? В таком случае мне придётся трудно, очень трудно, но всё же есть шансы победить без использования последнего козыря.

Очень уж страшно устраивать локальный Армагеддон в таких условиях.

Айхон шагнул сквозь щит ассиев так легко, будто того не было. Следом то же самое повторил его сводный брат. Сэшш проворачивать такой же трюк не стал, снял преграду мановением руки, после чего двинулся вслед за парочкой Мена.

Я перекрыл троице путь Огненной стеной и под её прикрытием поставил ещё одну стену — Грозовую. Рассчитывал на то, что всполохи от первой преграды могут помешать обнаружить вторую.

Обе стены погасли одновременно, и я даже не понял, каким образом противники провернули такой фокус.

Следующие три минуты троица убедительно демонстрировала всю глубину наивности моих мечтаний.

Увы, никто меня с толку не сбивал: и волчьи взгляды не померещились, и краснота багровая действительно заслуженная, а не дутая розоватая, и всё прочее тоже к месту. Если Сэшш и сейчас не показывал ничего выдающегося, Айхон и Хлокас очень даже показывали. В большинстве случаев они легко справлялись со мной одной лишь голой физической силой. Я отбивался и защищался разными навыками ПОРЯДКА, иногда пытался атаковать, но тщетно.

Меня даже не били, меня футболили туда-сюда, по всему залу, будто я не человек, а мяч. Отчаянные попытки дать сдачи вызывали у парочки Мена любопытство, но не более. Самые хитрые мои связки в лучшем случае бестолково разбивались об их защиту. Но такое происходило нечасто, обычно братья просто уворачивались или блокировали оружием, а то и голыми руками. Удары по площадям вредили лишь Сэшшу, да и то не сильно, а «багровые» их будто не замечали. И, к сожалению, давили непрерывно, не позволяя мне без помех разобраться с «официальным дуэлянтом». Я очень хотел вернуть время немного назад, чтобы исправить досадную оплошность. Тогда в начале поединка я слишком долго тянул, изучая возможности противника.

А ведь мог его достать до того, как он нырнул в коридор. Надо было сразу обрушить на него убойную стихийную связку, его защита быстро бы в ноль ушла.

Я упустил свой шанс, и теперь меня разматывали всухую, не позволяя хоть немного отыграться.

После очередного удара и последующего полёта, окончившегося шлепком о стену, я сделал вид, что столкновение сильно меня ошеломило, после чего выбрал удобный миг и, чуть повернувшись, переместился назад навыком, захваченном давным-давно, когда столкнулся с некромантами на мельнице. Скорость перемещения уступала «блинку» Сэшша, но по опыту знаю, что столь парадоксальное направление прыжка нередко становится неожиданностью для противника.

Но для Хлокаса на стало, южанин даже не стал уворачиваться от моего мастерски рассчитанного удара.

Он ударил быстрее, снизу вверх, ногой. Будто действительно по мячу врезал, заставляя его взлететь высоко в небеса.

Вот только небес здесь не наблюдалось, и полетел не мяч, а я. В свод врезался с такой силой, что не только последнее Игнорирование потерял, а и молот. Вульжа лишился ещё до этого, в самом начале избиения, потом от остального поэтапно избавился, и сейчас, наконец, остался без последнего оружия.

Не считая Жнеца.

Рунный кинжал хорошо сыграл в бою с Натом, вот только здесь ни разу не выдался момент, удобный для его применения.

Вот потому Жнец и остался в Скрытом вместилище.

Столь убойный козырь следует применять наверняка.

Высота зала в этом месте под десяток метров, так что шлёпнулся я оттуда знатно. Игнорирований не осталось, стихийные щиты в откате, а сгруппироваться толком не успел по причине изрядного ошеломления.