Верность – редкая штука, особенно в последнее время.

"-Как ты здесь оказался? Ты был в Лондоне.

-Есть такие штуки, называются "самолеты".

"Мне не нужна помощь. Мне нужна тишина."

"-У меня ничего не осталось, Хардин. Мне нечего тебе дать. Ты уже все забрал. Мне очень жаль, но ничего не осталось."

Ее пароль был легким до смешного. Так же как и я, она боялась его забыть и выбрала цифры 1234. Это наш пароль ко всему: ПИН-коды, код к платному кабельному, – мы используем его всегда, когда дело касается цифр.

Мы, черт возьми, и так практически женаты. Нас можно было поженить в тот же момент, когда какой-нибудь хакер вздумал бы красть наши данные.

"-А она сегодня хорошенькая.

-Я предупреждал тебя не один раз: держись от нее подальше, парень. Не заставляй меня превращать свадьбу в похороны."

Разве можно ожидать от людей осознанного выбора

"Ни у одного фармацевта не найдется лекарства, способного унять мои муки. Если где-нибудь на складе у них не завалялась самоотверженная блондинка с серо-голубыми глазами, помочь они мне не смогут."

Это повторялось слишком часто, но в конце концов моя потребность в нем перестала быть такой непреодолимой, как раньше. Он больше не хозяин всех моих мыслей и не в ответе за каждый мой вздох. Теперь я способна видеть, что есть жизнь и после него.

У боли не ни капли милосердия: ей требуется обещанный кусок плоти, и она отрывает от него кусочек за кусочком. Она не успокоится, пока от тебя не останется лишь пустая оболочка, жалкое подобие того, кем ты был когда-то.