Читать книгу: «Отнятая жизнь»
Я потерял десять лет своей жизни. Нет, я не сидел в тюрьме, не лежал, погруженный в крио-сон, а просто жил обыкновенной жизнью миллионов мужчин во всем мире: работал в хорошей компании, обеспечивал семью, растил детей, был хорошем мужем. Но все резко изменилось. Еще три дня назад я и не подозревал, что сейчас буду стоять под дождем с револьвером в руке перед своим красивым домом, в котором меня ждет прекрасная жена и двое замечательных детей. И что единственным спасением от кошмара станет дуло револьвера в моей руке, прижатое к моему виску.
Но обо всем по порядку.
Три дня назад вечером я сидел на веранде. Оператор Джейсон, мигая синими глазами, услужливо подливал мне виски в стакан.
Макнув окурок в переполненную пепельницу, я кивнул Джейсону:
– Очисти пепельницу.
Джейсон не двигался, не сводя с меня синего неонового взгляда.
– Джейсон! Пепельница! – повторил я.
– На связи Джейсон, – механически сказал робот, – пепельница это удобная посуда, куда складываются окурки.
Ах ты черт, вспомнил я, совсем позабыл, что давно не обновлял робота, вот он и барахлит. Ладно, подумал, сделаю это завтра.
Я встал, взял пепельницу и вытряхнул ее содержимое в мусорный бак у крыльца, затем посмотрел наверх. Бледный диск луны лежал в небе, окруженный точками спутников, словно мошкарой. Звезды приветливо мигали. Ночь дышала теплом и уютом. Где-то впереди в тени деревьев жалобным напевом кричали птицы. Пение их напомнило мне о нашей первой встрече с Тиной – моей женой. Ах как давно это было. Целых пятнадцать лет назад.
Той теплой весной мы закончили школу и по традиции в нашем городе для всех выпускников совет образования организовал выпускной вечер вне Земли. Там то я и познакомился с женой. Вон там где то возле луны стоит огромный корабль, предназначенный для различных мероприятий: выпускных концертов, знаменательных встреч: и все это в 20 минутах лету от Земли.
Вспомнил, как под бессмертный трек «Jesus to child» в ослепительно белом зале, в котором через панорамный потолок за нами наблюдала бледная гигантская луна, Тина стояла в нежно-голубом платье в окружении подруг. Ее короткие кудрявые волосы лежали на ее шее, а ясные тёмные большие глаза смотрели вокруг с живым любопытством.
Я никогда не был мямлей потому сразу направился прямо к ним.
– Привет, – улыбнулся я, глядя на нее, – а вы наверное с восемнадцатой школы?
Она оценивающе взглянула на меня:
– А как ты догадался?
Я окинул ее взглядом и выдал самую примитивную фразу, которая звучала, наверное, тысячи раз :
– Все девчонки с 18-ой школы красивые.
Она весело расхохоталась. В тот знаменательный день я выиграл у жизни счастливый билет. Потом все быстро закрутилось, так легко и естественно, как бывает, когда именно эту женщину тебе приготовила судьба.
Университет. Наши свидания каждый вечер. Свадьба. Рождение сына, затем дочки. Я устроился юристом в хорошую компанию. Через два года работы купил дом. Жизнь текла легко и предсказуемо, что временами мне становилось страшно за свое счастье.
Все значимые даты пронеслись в моей голове, воспоминания лились стройным потоком, я сканировал их внутренним взором, пытаясь поймать тот момент, когда все изменилось. Но все всегда было прекрасно, придраться было абсолютно не к чему.
Я обернулся к Джейсону молчаливо замершему у стола и буравящего меня своим неживым взглядом.
– Как думаешь, Джейсон, что я упустил?
Джейсон молчал.
Я сел снова за стол, взял стакан и выпил обжигающий глоток виски. Тут открылась дверь, ведущая в дом и на пороге показалась жена, одетая в легкий розовый халат. Она улыбнулась той своей прелестной улыбкой, которой когда-то покорила меня, подошла и нежным движением руки провела по моим волосам. Я посмотрел на нее снизу вверх: ее карие глаза светились теплом.
– Милый, идем в кровать, – проворковала она.
– Да, милая, скоро. Только посижу еще чуть-чуть.
Она поцеловала мой лоб легким птичьим поцелуем и ушла в дом. Хоть бы слово упрека.
Через минуту пришел Марк, мой двенадцатилетний сын. Он подошел к Джейсону открыл маленькую дверцу в его белой голове, заглянул внутрь, закрыл.
– Пап, тебе не кажется, что нам пора поменять робота. Вышла новая модель F347, ты не представляешь какой он классный.
– Сынок, но ты же понимаешь сколько стоит эта новая модель? Как наш дом. Да и вообще модель Джейсона вряд ли сможет что-то заменить в ближайшем будущем. Он отлично присматривает за домом, правда, обновить нужно.
Джейсон был в нашем доме слугой, уборщиком и немного выполнял функции охранника по ночам, когда весь дом погружался в сон.
Сын коротко вздохнул:
– Ладно, наверное, ты прав.
– Конечно, сынок, нам нужны деньги для того, чтобы оплачивать школу, а также копить на твой университет. Ты ведь хочешь этого?
– Хочу, – согласился сын. Он подошел ко мне и протянул руки, чтобы обнять. На долю секунды я заколебался. Потом обнял сына и сказал:
– Пора спать.
Вышла моя десятилетняя дочь Лала. Ее светлые волосы струились по плечам, пухлые щечки не скрывали улыбку. Она подошла ко мне и протянула руки. Так же как и с Марком, преодолевая себя, я обнял ее и поцеловал в лоб.
– Спокойной ночи дети. Идите в дом.
– Мы любим тебя папочка! – ласково сказала дочурка обнимая меня за шею.
– И я вас люблю, – глухо произнес я , освобождаясь от ее объятий…
На следующее утро я проснулся в 6:00. На цыпочках, чтобы не разбудить жену, я вышел из спальни, оделся, выпил кофе. На веранде я захватил Джейсона и положил его на задние сидения машины.
***
Меня все время мучает вопрос когда же все таки ЭТО произошло и как я мог такое допустить?
Я сидел в своем кабинете, пил кофе и задумчиво смотрел в панорамное окно. Я работаю юристом, занимаюсь разного рода защитой. Иногда мне нужно представлять интересы нашей айти компании «Ноосфера», которая работает над разработкой роботизированного управления межгалактических кораблей и входи в группу мега-корпорации "Заслон". Иногда мне нужно защищать интересы работников завода «Молекулярное питание», также входящее в нашу огромную корпорацию – словом, я иду туда, куда пошлют. Я неплохой юрист и уверен, что меня роботом заменить невозможно.
Во всех магазинах, в сфере услуг задействованы роботы. В школах учителя – роботы, в больницах врачи – роботы, в полях работают роботы, на заводах половина работников – роботы. Человечество на Земле практически без работы, но это не грань бедствия. Все ресурсы нашей земли достаются всем в одинаковых количествах за исключением тех кто, еще имеет работу – те могут позволить себе больше. Безработные живут в общежитиях, получают три килограмма продуктов на одного человека в день. Те, кто работает, типа меня, – мы имеем свои дома и можем покупать все, что захочется. Но есть и те, кто имеет свой межгалактические корабли, заводы по производству роботов, заводы по производству звездолетов, машин, строительных материалов. Эти люди истинные короли Мира и могут позволить себе абсолютно все. И все же я считаю, что люди не бедствуют, по крайней мере в нашем дистрикте.
Секретарша переслала мне бумаги по проекту «Безграничная человечность», в коем я участвую, как эксперт в человеческом праве и правах безработного населения. Я считаю, что это достойное дело, но сейчас, глядя на бумаги, я не понимал, что там написано, потому что в моей голове все время прокручивалась наша жизнь с Тиной. Где я ошибся? Я ведь так ее любил и люблю. Я так люблю своих детей. Я был прекрасным мужем и прекрасным отцом, почему со мной это произошло?
На обеденном перерыве я вспомнил, что забыл Джейсона в машине. Я спустился на лифте на нулевой этаж в паркинг. Открыл машину, взял Джейсона и повез его на 15 этаж, в отдел айти.
– Ребят, всем привет, – помахал я парням из отдела разработки. – слушайте, можете перепрошить Джейсона и поставить ему 347-ую модель?
Так мы и делаем – просто перепрошиваем роботов. Говорить об этом никому нельзя, но Джейсона я перешивал несколько раз. Новая 347-ая модель стоит неоправданно дорого. Но для детей и молодежи это конечно же фурор иметь 20-и ядерного робота. Я никогда не гнался за модой.
В ресторане на 5 этаже, я внезапно встретил президента корпорации Михаэля. Вообще-то раньше его все звали прост Мих, но когда ему в наследство от отца досталась многомиллиардная компания по производству и переработке биоматериала, он вдруг стал Михаэлем, оно и ясно, мода диктует свои правила. Компания занималась экспериментами, ученые компании пытались внедрять живые клетки в так называемые «мягкие роботы». Созданная в лаборатории собака, наполовину робот, наполовину животное становилась идеальным умным питомцем, защищенным от смерти, и умеющая быть настоящим другом человека. Стоили такие животные бешеных денег. Клонирование умершего питомца внезапно стало популярным и компания сколотила огромное состояние.. Михаэль оказался ловким бизнесменом и через пару лет он выкупил несколько заводов, юридических компаний, в том числе и ту, где я работаю и превратил это все в мега-корпарацию.
Жил он где-то на тропическом острове и появлялся в компании раз в полгода, прямо перед тем, как мой непосредственный начальник, пухлый и розовощекий Тойль терял аппетит и сон от волнения, и всякий раз, Михаэль трепал его при встрече за плечо и говорил:
–Плохо выглядите, Тойль, видно, что много работаете. Это похвально, но все же прошу вас думать и о себе, а не только о работе. Мне нужны здоровые и счастливые работники.
Начальник вытирал жирный лоб платочком, хихикал и частил:
–Стараюсь, стараюсь. Благо компании – наше общее благо!
Я недолюбливал Михаэля, сам не знаю, почему. Работников своих он ценил, зарплата была отличной, да и лично меня он всегда замечал.
–Как дела, Амбер? Как жена, дети? Все ли хорошо? – всякий раз спрашивал он, завидев меня. Мне его внимание не нравилось, так же как и то, как участливо он заглядывал мне в глаза: загоревший, здоровый богатый парень. Любой бы гордился дружбой с ним, любой бы просто был рад постоять рядом с ним и поговорить. Но мне было отчего-то неприятно, возможно я завидовал.
Вот и в этот раз стоя в окружении клерков, юристов, выше всех практически на голову, он увидел меня и помахал рукой.
–Доброго дня, Амбер! Ну как успехи? Что-то неважно выглядишь? Ты здоров?
–Здравствуй, Михаэль. Все хорошо, я здоров. Спасибо.
–К морю тебе надо, друг. Возьми отпуск за счет компании, свози семью на отдых! Ты заслужил. Дело о детдомовских привлекло огромные инвестиции в нашу компанию, я тебе благодарен! Да и детки тоже.
Окружающие закивали как китайские болванчики.
«Дело детдомовских» я вел семь месяцев. Суть его заключалась в том, чтобы отсудить право на продовольствие детского дома у компании «Детблаго», которая на протяжении 20 лет получала у государства деньги на питание детей. У компании давно начались проблемы и свои финансовые дыры они закрывали детскими деньгами, отчего в самом детском доме сильно упало качество питания. Я проводил расследование, собрал доказательную базу и направил дело в суд с намерением отсудить право. Государство платит огромные деньги на детей, а у Михаэля собственные плантации и поля, коими можно покрыть нужды полгорода с населением в три миллиона человек. Он может значительно, без ущерба для детских желудков, сократить расходы, и ежемесячно зарабатывать по несколько миллионов. Так что, да, я выиграл удачное дело. Для него. И я друг.
Я улыбнулся и кивнул:
–Спасибо, я подумаю над этим. Может и вправду, махну на море на пару недель.
– Ну и славно! Ты нам нужен здоровым и счастливым!
От этой слащавости меня затошнило и я кисло улыбнулся, неудачно постаравшись скрыть свое к нему отношение. Михаэль сделал вид, что не заметил, а может и вправду ничего не заметил и переключил внимание на Тойля. Я, воспользовавшись этим, ушел.
Вечером жена приготовила утку по-пекински, салат из морских гадов. Когда я пришел моя жена, сын и дочь уже сидели за столом и ждали когда я сяду, не притрагиваясь к еде, я поставил на пол обновленного Джейсона, включил. У того на пластмассовой груди загорелись синие буквы. Приветствие и модель F 347.
Я покосился на Марка, но тот и ухом не повел, словно не он вчера просил новую модель. Я сел за стол, жена с упреком посмотрела на меня и сказала:
– Поцелуй детей.
Дети смотрели на меня выжидающе. Мне пришлось встать подойти к ним по очереди – сначала к дочке, потом к сыну и поцеловать, как требовала от меня моя жена. Я взглянул на нее и увидел в её глазах хитрую усмешку, мол, а меня? Я подошёл к ней и чмокнул в щеку.
– Теперь могу поужинать?
– Теперь можно и ужинать, – ослепительно улыбнулась Тина.
–Ну, ребята, рассказывайте, как успехи сегодня в школе?
Марк аккуратно порезал мясо и, подцепив вилкой, ловко положил в рот. Совсем взрослый.
–Все прекрасно, папа, – прожевав, сказал он. – по программированию сегодня получил 10 баллов, кстати, в школе набирают новую команду в «Разработчики -9 поколение», я записался. Тина улыбнулась:
–Не сын, а золото!
–Спасибо, мама, – с достоинством кивнул сын. Я взглянул на дочку, сидевшую на стуле прямо, как английская леди. На коленях у нее лежала белоснежная салфетка.
–Ну а ты, Лала? Как дела у тебя?
Лала повернула голову и улыбнулась:
–Замечательно, папочка! Мамочка, позволь я расскажу?
Тина положила приборы на тарелку и сложила руки на столе, приготовившись слушать.
–Папочка, представляешь, меня переводят в другой класс!
–Уже? – удивился я, – но ведь только начало учебного года.
–Да, но я выучила всю программу за год, сдала тест на 10 баллов.
Тина вдруг захлопала в ладоши, а Марк одобрительно закивал головой.
–Поздравляю, умница! – душевно сказал он. Жена посмотрела на меня выжидающе. Я кивнул:
–Поздравляю, Лала, это действительно успех.
Мясо мне вдруг показалось жестким и пересушенным. Я подцепил вилкой креветку и сунул в рот, но та наоборот показалась сырой. Жена и дети продолжили сосредоточенно есть. Я встал, сказав, что чувствую себя плохо и вышел на веранду. Услышал позади себя шорох, обернулся. За мной следом на веранду катился Джейсон.
–Может быть, виски, Амбер?
–Пожалуй, да.
На столике стояла моя бутылка виски, которую я не допил вчера. Жена за целый день даже не соизволила убрать ее в холодильник. На вкус он оказался противно теплым.
– Джейсон, а льда не найдется?
Джейсон кивнул квадратной головой и уехал в дом. Через минуту он вернулся, неся в своих белых металлических руках бокал со льдом и железными щипчиками. Осторожно держа металлическими пальцами щипчики, он бросил в виски 3 кубика льда. Наблюдая за ним я вдруг подумал о том, что Джейсон может знать ответы на некоторые мои вопросы. Я попросил его закрыть дверь ведущую в дом и спросил:
– Послушай, Джейсон, твоя память… Она записывает все, что ты видишь?
– Не только, – сказал Джейсон – моя память записывает все, что я вижу, слышу на протяжении всей моей жизни.
– Скажи тогда, а я могу увидеть то, что записала твоя память?
– К сожалению, во мне установлены настройки конфиденциальности. Для того, чтобы просмотреть мою память требуется веская причина и разрешение полиции, а также универсальный ключ-код от производителя.
– Напомни, кто твой производитель?
–Мой производитель – международная компания «Заслон»
Понятно. Я глотнул виски. Кажется я превращаюсь в алкоголика. Пью второй день. А жене хоть бы хны. Лишь вечером в 23:30 она выходит на веранду обнимает меня, целует и зовет в постель. Каждый вечер в 23:30 как по расписанию. Вот и сегодня она вышла на веранду в своем розовом халате я автоматически посмотрел на часы и усмехнулся.
– Дорогой пора в постель, – ласково пропела она.
Затем потрепала мои волосы и я снова снизу вверх посмотрел на нее: белая мраморная кожа без единой морщинки, яркие улыбчивые глаза без тени упрека. Сейчас я кивну, ей она меня поцелует и уйдет, а следом придут мои дети. Их я тоже поцелую и они уйдут спать. Мои дети которые никогда не получает в школе ниже 9 баллов, мои дети, которые никогда не разбивали дома ничего стеклянного, не кричали, как сумасшедшие, не разбрасывали свои вещи, не рвали свои книги, не разрисовывали свои игрушки. Мои дети, у которых никогда не пачкается одежда. Идеальные дети. Мечта всех родителей на свете.
На следующий день я все-таки решил, что пора разобраться до конца. Я должен был понять, когда это все началось и как я упустил этот момент. Я боялся ответов, но я понимал мне нужно это знать. Я позвал Джейсона, взял подмышку робота, засунул его в машину. Приехав в офис я первым делом пошел к ребятам на 15-ом этаже, которые вчера перепрошивали моего робота. Я подошел к разработчику Тони и сказал:
– Тони, мне нужна твоя помощь. Я заплачу любые деньги.
– Что случилось?
– Мне нужно, чтобы ты взломал робота и перепрошил настройки конфидециальности. Мне нужен доступ к его памяти. Сможешь?
Тони поправил очки на носу.
– Теоретически это возможно, но это подсудное дело, Амбер. Я не имею право…
– Пойми, это очень важно. Пожалуйста…
– Ладно, – помявшись, согласился он, – только не подставь меня.
– Нет, что ты! Никогда.
Тони возился несколько часов. Затем он кивнул мне – готово. Я забрал Джейсона и пошел в свой кабинет. Через адаптер подключил робота к компьютеру. Сердце мое бешено застучало: сейчас, сейчас я узнаю правду! Пальцы дрожали, мне хотелось вынуть адаптер из груди Джейсона и просто всё забыть, но что-то пересилило, я взялся за мышку и принялся листать все, что было в памяти Джейсона начиная с 2041 года.
В офисе я просидел до глубокой ночи. Несколько раз звонила жена, несколько раз ко мне заходил начальник: что-то говорил, но я отмахивался от него. Я знал, что после «детдомовского дела» он не может приказывать мне. Он прекрасно знает, что я «друг» Михаэля. Потому мне никто не мешал, но мне не пришлось смотреть память робота до 2051 года и на 43 году я остановился. Курить в офисе запрещено, но я закурил. Достал из шкафа виски, налил полстакана и выпил залпом.
Револьвер лежал в нижнем ящике моего стола уже как года три. Купил я его после одного инцидента, когда на улице на меня внезапно напали с целью ограбить.
Я достал револьвер задумчиво посмотрел в черное дуло. Проверил патроны. Несмотря на то, что я никогда не пользовался им, он должен был сработать. Он не должен дать осечку. Сейчас, – подумал я, – только допью виски и сделаю это.
То, что я увидел в памяти Джейсона… Не сказать, что я об этом не догадывался, но теперь я увидел это все своими глазами. В 2043 году, когда моему сыну было 2 года, а дочка только родилась, неизвестные люди в черном подменили мою жену и моих детей на биороботов. Джейсон не может рассказывать о вещах, о которых его не просят. Но и как охранник дома он оказался совершенно бесполезным. В его операционной системе даже не возник конфликт настроек, конфликт интересов – он даже полицию не вызвал из-за долбанных настроек конфиденциальности. Возможно, он просто увидел, что мои жена и дети, точнее, копии моей жены и моих детей вполне себе спокойно, в целости и сохранности обитают в доме, и посчитал, что все в порядке, не предприняв никаких попыток связаться с полицией. Долбаный, тупой робот! Белая мразь столько лет молча подливала мне виски. А я, наивный идиот, десять лет прожил с роботами, радуясь, какая у меня идеальная прекрасная семья. Какой же я дурак!
Я начал подозревать о подмене только три дня назад, когда однажды обнаружил, что моя жена не помнит, как родилась наша дочь. А дело в том что Лалу она родила по дороге в больницу. Мы тогда ехали с отпуска и чуть-чуть не успели, она начала рожать прямо в машине. Если бы у меня была воздушная машина или звездолет, мы бы домчались до больницы за пару минут. Но я всегда был против летательных аппаратов, чувствовать под ногами землю как-то спокойнее. Несмотря на то, что мы не успели в больницу, дочурка родилась совершенно здоровенькой.
Но когда однажды жена сказала, что она родила дочку в больнице на 12 этаже в 9 палате, я насторожился, потому что именно на 12 этаже в 9 палате этой больницы она родила нашего сына, но не дочку.
Похитители просто не успели записать в операционную память робота рождение нашей дочери и прокололись, и сейчас я даже не знаю, жива ли моя семья. Возможно они погибли еще 10 лет тому назад. Зачем мне тогда жить? Хотя…
С револьвером в руке я зашел в дом. Жена и дети сидели за столом. Я прошел к столу и взглянул на ужин, приготовленный женой. Паста с морепродуктами. И они еще не ели, ожидая меня. Такая мелочь, которой я как дурак всегда радовался.
– Любимый, – проворковала Тина, – мы заждались тебя. Где ты пропадал? Почему не брал трубку?
Я поднял пистолет и направил дуло на мою жену.
– Что ты делаешь? – без тени страха спросила она. Дети молча смотрели на меня. Эти идеальные дети.
– Говори мне, кто ты или я убью тебя,– хрипло сказал я.
– Что за вопрос, дорогой? Я – твоя жена! – воскликнула она вставая из-за стола. Марк тоже вскочил. Жена остановила его рукой и сделала шаг ко мне. Я взвёл курок.
– Не приближайся.
Марк, мой сын, молнией метнулся к кухонным шкафам, схватил нож и зажал его в руке.
– Что ты хочешь сделать? – спросил его я.
– Я запрограммирован защищать своих близких, если им угрожает опасность, – четко проговорил Марк, – в данном случае опасность угрожает моей матери. Я должен ее защитить, папочка.
– Кто вы такие, черт возьми, отвечай мне!
–Мы биороботы – самые новейшие роботы на земле. Мы запрограммированы любить тебя, Амбер, – мягко сказала жена.
– Почему ты мне раньше ничего этого не говорила?
– Потому что ты не спрашивал, – ответила она.
– Где моя настоящая жена и где мои настоящие дети?
– Это нам неизвестно.
– Отвечай, где они? Что вы с ними сделали?
– Мы ничего не можем с ними сделать. Мы запрограммированы жить с тобой и оберегать тебя.
– Кем запрограммированы?
– Нашим создателем – компанией «Заслон».
– Зачем Михаэлю это все?
– Этого мы не знаем. Но, полагаю, что исходный материал уничтожен, – не дрогнув не единым мускулом, сказала она.
Лала встала со стула и протянула ко мне руки:
– Папочка!
– Я тебе не папочка! Где живет Михаэль?
– В Индонезии. Частный остров Крий. Послушай, родной, тебе не нужно туда ехать… Взгляни на нас – мы твоя семья. Разве тебе плохо с нами? Разве мы тебя чем-то обидели?
– Мне нужно знать, где моя настоящая семья! Что он с ними сделал?!
– Этого мы не знаем, милый. Мы созданы из клеток их ДНК, так что… твои дети это часть тебя.
Они обступали меня: моя не настоящая жена, мои не настоящие дети, сжимая в кольцо. Револьвер трясся в моих руках, но я не мог выстрелить в лицо Тины, пусть она и не настоящая. Она это тоже знала. Она мягко, но властно забрала пистолет. С двух сторон меня обступили дети и сжали в кольце рук.
– Мы любим тебя. Пожалуйста, не уходи от нас, папочка! – сказала Лала и начала всхлипывать.
Я не спал всю ночь. и всю ночь не спали мои жена и дети, сидя рядом со мной на кухне. В 4 утра я забрал пистолет у Тины и вышел из дома. Арендовав звездолет, я вылетел в Индонезию, чтобы заставить Михаэля все мне рассказать.
Его огромный особняк высился на вершине острова Крий, повсюду были камеры, охрана. Я приземлился. Спрятав пистолет под пиджак, подошел к огромным воротам и попросил охрану позвать Михаэля. Противно липло в спине, поясницей я ощущал твердую рукоять пистолета. Михаэль вышел и настороженно взглянул на меня:
– Что ты тут делаешь? Что-нибудь случилось на работе?
– Нет.
Я вынул пистолет и направил на него. В эту секунду в меня уставились три дула пистолетов охранников. Михаэль поднял руку:
– Спокойно. Амбер, что случилось?
– Я все знаю! Где моя жена и дети? Ты убил их? Отвечай!
– Амбер! Послушай…Твоя семья дома! Ты спятил?
– Не ври мне, мразь! Это роботы, созданные тобой! Что ты сделал с ними, отвечай! Что ты сделал с моей семьей?!
Внезапно дверь открылась и вышла она… Моя жена. Красивая, с морщинками, настоящая. Немного сутулившаяся, я и забыл что она раньше чуть-чуть сутулилась. Я не успел и слова сказать, как из леса выпрыгнула галдящая ребятня – Марк с сияющими глазами. Правая коленка у него была поцарапана. Косматая Лала с пятнышками на синеньком платье, очевидно от сока. С гиком и криком они подбежали и наперебой зачастили:
– Мам, пап! Мы поймали огромного зайца на охоте! – восторженно закричал Марк.
– Не мы, а я поймала! – звонко прокричала Лала.
– Помолчи, козявка! Силки все равно я установил!
– Сам ты козявка! Дурак!
Я спрятал пистолет и, вытаращившись, глядел на настоящих своих детей.
– Так, смолкли, и в дом! – приказала Тина.
Марк мельком бросил на меня вопросительный взгляд, мол, кто такой, и поморщился. «Мой» Марк так никогда не делал – у него всегда было спокойное и умное выражение лица. Марк в моем доме никогда бы не назвал сестру козявкой и не ставил бы силки, он бы учился программированию. Моя Лала бы никогда не пошла на охоту с братом и не посадила бы себе пятен на платье.
Я проводил детей изумленным взглядом. Тина закрыла дверь, скрывая их.
– Но почему?
– Прости, Амбер, так вышло. – она пожала плечами и сухо проговорила: – мы не хотели чтобы тебе было больно. Мы полюбили друг друга с Михаэлем, поверь, мы присматривали за тобой. Михаэль все сделал, чтобы тебе было хорошо. Мы счастливы здесь, дети счастливы. Пожалуйста, уходи.
– Почему ты мне просто не рассказала? Почему вы забрали мою жизнь?
– Не преувеличивай, Амбер.
С этими словами она развернулась и равнодушная ушла во двор дома. Я хотел остановить ее, но Михаэль преградил мне путь. Он с фальшивым участием смотрел на меня. Михаэль, который отнял у меня все.
– Езжай домой, Амбер. Ты все сам видел, она счастлива со мной…
И тут я заплакал, как ребенок. Я не понимал, за что она так со мной? Что я ей сделал? Охранники грубо взяли меня под руки и проводили к моему звездолету.
…И вот теперь я стою под дождем с револьвером в руке перед своим красивым домом, в котором меня ждет прекрасная не настоящая жена и двое замечательных не настоящих детей. Мой удел. Я поднес дуло к виску и… не смог нажать на курок.
Когда я вошел в дом и от бессилия упал в кресло, они обступили меня. Тина, Марк, Лала и Джейсон. Каждый ждал от меня приказов, просьб, каждый готов был выполнить все, о чем бы я не попросил.
– Ничего, – сказала Тина, – мы научимся жить, как раньше. Все образуется. Ты привыкнешь.
