Цитаты из книги «Вечный зов», страница 2

нам опять уйдешь? – спросил отец. – К ним, – подтвердила Анна, разжав

тановился вдруг, обернулся, глянул на обнесенный

тебя. Потом она задала вопрос, который он никак не ожидал:

– в водопроводной будке на дне какого-то оврага, приволокли в лагерь и, бесчувственного, бросили в карцер. Он чудом выжил в этом карцере – мокрой и темной коробке, узкой, как гроб. И когда появился в бараке, Назаров, так же отворачиваясь, так же не глядя в лицо, промолвил: «Я говорил… Бесполезно». Все это было в начале марта. Вскоре разнесся слух, что самых крепких и здоровых заключенных переведут в какой-то другой лагерь. В число этих

сложное чувство. Алейниковых словно стало

возмущенный, поднялся было, чтобы возразить ему. Но тут же напоролся на острые, неподвижные зрачки Лахновского, мысли, беспорядочно толкущиеся в мозгу, сразу исчезли. И он, вскочив, нелепо стоял, безмолвный, одной рукой опираясь о стол,

встал, выключил радио, сел на прежнее место. – В Курске я тоже видел, как вешают людей. – Ну так что? – шевельнулся

– Вон что, – усмехнулся Иван тяжело и горько. – Застрял, значит, я,

нам выиграть в этом веке, выиграем в следующем. Победа, говорит ваш Сталин, будет за нами. За Россией

проклятого, из сердца вынуть? Мне и перед людьми и перед вами, детьми своими, стыдно. А не могу…