Читать книгу: «В водах Свислочи»

Любослава знала: в ее жизни слишком много загадок, которых она пока не в силах понять. Девушка всегда хотела отыскать на них ответ, каким бы странным или пугающим он ни был. Но меньше всего она ожидала, что этой Хэллоуинской ночью поиски правды сведут ее с существом из старых легенд.

Ночь на Хэллоуин ждали все ее друзья, кроме самой Любославы. Она не испытывала восторга в том, чтобы переодеваться в жуткие костюмы, наносить темный макияж и посещать тематические вечеринки. Будто ее душа чувствовала чужеродность такому методу торжества, как и многим другим современным празднествам, от былых традиций которых мало что осталось.

К восемнадцати годам Любослава смирилась: странности и нестыковки всегда рядом с ней. Взять хотя бы ее имя, данное ей на старый манер. Словно родители сразу догадались, что их дочь предпочтет современной одежде плотное льняное платье с вышитыми узорами, а модной прическе – ленту в косе длинных русых волос. Однако в жизни Любы, как ее коротко звали друзья, любви пока не было, вопреки звучному имени. Еще ни один человек не подарил ей светлое чувство, когда трепещет сердце, и тебе кажется, будто вы потерянные половинки целого.

Но все эти противоречия меркли по сравнению с той тайной, что связывала Любославу со Свислочью.

Одинокая прогулка по берегу реки стала для девушки своеобразным ритуалом в ночь на Хэллоуин. Неведомое притяжение манило ее к водной глади, а сердце наполняла щемящая тоска. Настолько горестная, что порой в карих глазах Любославы выступали слезы. Как же она хотела узнать причину столь сильных чувств, охватывающих ее у этой реки! Но пока то было еще одной загадкой, секрет которой девушке неведом.

Свислочь поблескивала в желтом свете фонарей. Когда до двенадцати ночи оставалось минут пять, Люба покинула оживленные дорожки, где сновала разодетая в мрачные костюмы молодежь. Миновав заросли, девушка прошла к своему укромному уголку набережной. Там вместо гомона людей царил мерный плеск воды, а фонари сменила ночная темнота, погружающая в атмосферу мистического празднества.

Зачарованно всматриваясь в темные воды Свислочи, Любослава подошла к краю берега и почувствовала, как на нее нахлынула волна знакомой печали. Но в этот раз так отчетливо, что девушка дернулась и оступилась, намочив ботинки.

Любослава удивленно замерла, когда, проследив за кругами на воде, поняла, что реку покрывает золотистая рябь. Ее мерцание озадачило девушку. Силясь найти причину такому явлению, Люба погрузилась в размышления – и поэтому не смогла сдержать возгласа, когда из реки вынырнул дракон. Взмахнув крыльями, которые покрывали плотные позолоченные чешуйки, чудище направилось к девушке. Однако сбитая с толку Любослава застыла на месте, надеясь, что когти дракона не сомкнутся на ее шее.

Чудище приземлилось к девушке, которая едва дышала от ужаса. Дракон склонил голову и утробно прорычал:

– Я – Хторн. Ты должна идти за мной.

Любослава опешила от его приказного тона. Она дала себе несколько минут, чтобы вернуть дар речи, а затем любопытство пересилило страх.

– С чего мне идти за тобой? Ты ведь призрак! – проговорила Люба, глядя, как тело дракона пропускает лунный свет.

Вариант сбежать она быстро отмела. Слишком много странностей в ее жизни, так что встреча с драконом быстро вписалась в ее картину мира. Может, вот она – разгадка ее тайн? Любослава не намерена упускать шанс отыскать правду!

Хторн забил хвостом по земле, мол, утруждать себя ответами он не собирается.

– Я кое-что знаю о тебе. – Девушка смерила несговорчивого дракона хмурым взглядом. – Ходит легенда, что на дне реки Свислочь покоен дракон, которого победил храбрый богатырь Менеск, основавший наш город.

Хторну не понравились ее слова. Чудище приблизило морду к Любе и огонь запылал в его глазах.

– Я предпочитаю не вспоминать о богатыре, по чьей вине заперт в этой реке.

– Заперт? Что это значит? – Люба не испугалась его предостережения. Девушка настолько осмелела, что протянула руку к драконьей чешуе. Призрачное тело чудища пропустило насквозь ее пальцы, словно она коснулась плотной туманной дымки.

– После гибели, когда Менеск сбросил меня в эту реку, я не отправился в Навь, как положено всем подобным мне созданиям, – нехотя пояснил дракон, решив, что его немногословие ему же во вред. – Я застрял в пограничье между Навью и Явью, скованный водами Свислочи. Лишь в Велесову ночь, как сегодня, я могу выйти в ваш мир в призрачном образе. Чтобы найти способ вырваться из чар реки и спокойно уйти в Навь.

– Хм, так вот зачем ты здесь, – протянула с хрипотцой в голосе Люба, замерзнув на прохладном ветре. Все же конец октября не подходящее время, чтобы расхаживать в льняном платье и легкой вязаной накидке.

– Ты должна идти за мной, – повторил дракон. Он преградил ей дорогу, когда девушка поспешила покинуть общество призрака. – Помоги мне!

– С какой стати?! – возмутилась Люба такой наглости. – В прошлом по твоей вине погибли десятки несчастных девиц, за что ты и поплатился жизнью. А я должна тебе помочь?!

Упрямство дракона не пошатнулось.

– Да, должна.

– Обычно о помощи просят дружелюбнее, – сильнее вспылила Люба, но следующие слова Хторна заставили ее остаться на берегу:

– Я каждую Велесову ночь ищу способы отправиться в Навь. Словно подбираю ключи к двери. На этот раз я пришел к тебе. Потому что ты – потомок Свислочи.

– Потомок реки? – не поняла девушка. Но кое-что начало складываться. Неужели с этим связаны ее странные ощущения вблизи этих вод?

– Так звали невесту Менеска. Она та девушка, которую я погубил последней, пока ее богатырь не сверг меня.

Люба не думала, что в грозном реве дракона может звучать отчаянье. Спустя сотни лет совесть замучила Хторна. Но больше всего не это удивило девушку – а то, что люди в сказаниях приукрасили реальную историю.

– В легенде Свислочь осталась жива! – Любослава с ненавистью смотрела на чудище, из-за которого красавица лишилась своего счастья с дорогим человеком. – Она погибла здесь, на берегу этой реки? – с болью в голосе спросила Люба, хотя несложно было догадаться, что ее слова верны.

Девушка осела на землю. Жгучие слезы, которые наворачивались у этих вод, сейчас обрели смысл. То была печаль и тоска по юной Свислочи, с которой ее связывает тонкая нить родства. Отзвук боли Менеска, несколько веков назад приходившего к реке вспоминать любимую, которую не сумел защитить. Насколько же были сильны его нежные чувства к Свислочи, если горечь от ее утраты пронеслась сквозь столетья.

– Улетай! – бросила Любослава дракону-призраку. – И ты еще рассчитываешь на мою помощь? На прощение? Да никогда!

Хторн не спешил покидать ее, а терпеливо притих рядом с девушкой. Его неловкость, смешанная с запоздалым сожалением, не соотносилась с грозным видом и тем рассказом, который он поведал Любославе. От этого она не знала, как теперь относиться к незваному спутнику, создавшему противоборство чувств в ее душе.

– Ты всю ночь будешь возле меня? – устало протянула Люба. Расстроенная рассказом дракона, она сама не заметила, как неподвижно просидела минут двадцать на сырой осенней земле. Она поежилась от пронизывающего ветра и сильнее закуталась в накидку.

– Я пришел вовсе не за прощением, Любослава. – Дракон расправил крыло и укрыл им дрожащую девушку. Люба не ожидала такого проявления заботы от Хторна. И еще больше удивилась, когда из голоса дракона исчезла надменность. Похоже, время безмолвия им обоим пошло на пользу.

– Так в чем тебе нужна моя помощь? – решилась спросить девушка. Нет, она не прониклась полным сочувствием к призраку, который вполне справедливо завис в их мире. Здесь скорее сыграло любопытство: каковы еще тайны ее прошлого?

– Своими поступками я разлучил двух влюбленных. Возможно, если я сведу их вновь, то река отпустит меня.

– Не хочу тебя разочаровывать, но Менеска и Свислочи давно нет в живых. Сейчас, вообще-то, двадцать первый век, – отметила Люба, на что дракон ткнул в ее когтем.

– Поэтому я сведу их потомков. Тебя, как потомка Свислочи, и юношу Радомира, потомка Менеска. Вы вместе обретете счастье, отнятое у ваших предков, а я, надеюсь, что тем самым смогу уйти в Навь.

Люба округлила глаза. Она и не предполагала, что план Хторна в том, чтобы найти ей любовь.

– Но не факт, что между нами возникнут чувства! Это ведь не сказка, где существует любовь с первого взгляда, – засомневалась девушка. А потом усмехнулась, что говорит о сказках с существом из старой легенды.

– Где мне отыскать Радомира? – Любослава встала и отряхнула платье от пожелтевших листьев. В конце концов, она ничего не теряет. Может, она до сих пор не повстречала свою любовь, потому что та поджидает ее в лице потомка славного богатыря? Люба воодушевилась от этого предположения: она и Радомир – двое разлученных людей, чувства чьих предков оказалась сильнее хода времени. Так не обретет ли она предначертанную любовь этой ночью?

– Не так все просто. – Хторн остудил ее энтузиазм. – Я не знаю, где точно находится потомок Менеска. Я лишь чувствую его, когда юноша оказывается поблизости. Я встречал его один раз и не особо запомнил. Раньше вы были мне безразличны. Я не видел в вас ключей из своего заточения.

– Но меня же ты быстро нашел, – возразила Любослава.

– Потому что ты каждую Велесову ночь приходишь к этим водам на одно и то же место. Да и наряд твой отличающийся, сразу приметил. Как и тебя, потомка Менеска манит зов реки в это празднество. Так что сейчас Радомир находится где-то на берегу Свислочи.

Любослава призадумалась:

– Получается решение только одно. Пойти вместе вдоль реки, и с каким юношей ты почувствуешь связь, значит он и есть Радомир.

Дракон кивнул, соглашаясь.

– Но всю реку за ночь мы не обойдем, – нашла изъян в плане девушка. – А еще дракон-призрак среди горожан вызовет суматоху! Хотя притворимся, что ты последнее новшество техники. Вроде развлечения на Хэллоуин! Как голограмма! – Люба пришла в восторг от своей сообразительности. – Идем, ночь не бесконечна. Если хочешь сегодня отправиться в Навь, то поторопимся.

К берегам Свислочи словно собралось пол-Минска. Красочно разодетые горожане прогуливались по дорожкам набережной. Любослава с драконом, который возглавлял их шествие, вступила на мостовую. Встретив наплыв людей, девушка насторожилась – предсказать их поведение при виде призрака было невозможным.

К счастью, как она и предполагала, все сочли дракона за современные технологии, а ее воспринимали управляющей голограммой.

– Разрешишь сфотографировать тебя? – обратился к Любославе мальчик лет восьми в костюме скелета, смутив девушку своей просьбой. – Дай угадаю, ты в образе Свислочи из легенды? Такое реалистичное чудище!

Дракон насупился:

– Я сражал богатырей и дышал огнем, наводя ужас на ближайшие деревни. А сейчас вынужден идти на поводу у детей. Сфотографировать – это что? Похоже на сразиться. Я к бою всегда готов!

– Просто замри и все, – рассмеялась Любослава. Ей было приятно внимание мальчишки. Даже для Хэллоуинской ночи ее старославянский наряд выглядел довольно необычно. Но, пожалуй впервые он вызвал искренний интерес у прохожих, а не плохо скрываемое недоумение. Может это из-за того, что рядом был призрачный дракон?

Мальчик сделал фотографию и разочарованно сказал:

– Эх, дракона не видно.

– Эта голограмма не отображается на устройствах, – придумала объяснение Люба, радуясь такому исходу. Значит, на утро интернет не будет полон фото и видео с драконом у вод Свислочи. Мама окликнула мальчика, и тот поспешил к ней, а Хторн повел Любославу дальше. В свете фонарей его золотая чешуя переливалась желтыми оттенками, а лунный свет придавал отблеск серебра.

– Мир меняется, а я лишь могу наблюдать за этим. – Хторн заострил взгляд на фонаре, который сам загорался при приближении человека. – Не так давно фонари на набережной зажигал фонарщик. Мне нравилось подшучивать над ним, проносясь над его головой. Однажды я перестарался – мужчина едва не упал с лестницы при моем появлении.

Любослава залилась смехом.

– Так вот почему легенду о тебе помнят до сих пор. Ты не давал о себе забыть, хотя встречи с тобой люди принимали за игру воображения. Теперь ясно, как ты скрашивал долгие годы заточения.

– Не только этим. Было много времени поразмыслить. – Суровость дракона полностью сменилась на скрипучий голос сожаления. – Я видел влюбленных пар, которые в Велесову ночь приходили на эти мосты, разглядывая луну в водном отражении. Замечал детвору, которая во все века остается беззаботной и с задорным смехом. Видел неумолимое течение времени в мире, для которого я уже стал лишним. Заблудшим. С каждым днем сильнее осознавал, что не вправе был отнимать радость жизни у тех юных красавиц. Никто не вправе.

– Раскаяние их не вернет, – вздохнула Любослава, поправив ленту на косе. – Но раз ты сделал такие выводы, значит, наказание реки было не напрасным.

Хторн промолчал. Они шли по мостовой каждый в своих мыслях. Лишь гомон людей выбивал из рассуждений.

Когда часы близились к утру, девушка и дракон постепенно теряли надежду отыскать избранного юношу. Набережная практически опустела. Люба хотела свернуть к скверу, чтобы отдохнуть на лавочке от долгой ходьбы, как Хторн резко остановился и указал на светловолосого парня в компании молодежи. Любослава присмотрелась: на вид порядочный юноша, переодетый в костюм чумного доктора, разве что маску держал в руках, а не на голове. Его окружали трое приятелей-мушкетеров.

– Это Радомир. Я чувствую. – Дракон широкими ноздрями втянул воздух и подтвердил: – Точно он. Ступай к нему.

Решительность Любославы поубавилась.

– Что я скажу ему? Мол, если верить старой легенде, то мы с тобой идеальная пара? Потому что любовь наших предков была невероятно сильна. Так он и его друзья поднимут меня на смех!

– Ты даже не пыталась, а уже даешь страху взять верх, – заметил Хторн, подбадривающе хлопая крыльями.

– Ладно, попробую, – смирилась Любослава. Дракон остался в тени деревьев, покрытых золотом осенней листвы, а девушка собралась с духом перед важным разговором.

Миловидное лицо Радомира вселило ей надежду, что все пройдет хорошо. Высокий статный юноша выглядел полным олицетворением того, как Люба представляла себе потомка богатыря. Что же за чувство должно настичь ее при встрече с предначертанной любовью? Из-за предвкушения этого момента девушка невольно теребила косу, отчего лента в ней почти расплелась.

Любослава окликнула Радомира, но, ожидав ворох светлых эмоций и приятный трепет сердца, получила совершенно обратное. За внешним очарованием скрылось презрительное отношение: оценивающий прищур голубых глаз и растянутые в глумливой усмешке губы.

– М-да, вот это наряд. – Придирчивый взгляд Радомира окинул ее льняное платье, узоры на котором девушка старательно вышивала сама. Затем наглость юноши возросла до того, что он сорвал ленту с косы девушки. Друзья Радомира подхватили уничижительный смех.

Вместо обиды Любой овладела злость. Она всю ночь петляла вдоль реки, продрогшая и уставшая, лишь бы отыскать юношу, а здесь не только о любви речи не идет, даже нет элементарного приличия! И это потомок славного богатыря?! Скорее отъявленного вора! Или кого похуже!

– Судить по внешности и одежде – самое глупое, что человек может сделать при первом знакомстве, – вспылила Люба, еще больше разгневавшись от того, что сама изначально повелась на милое личико Радомира.

Любослава вырвала свою ленту у него из рук. Потомок Менеска не ожидал отпора от худенькой девушки и, чтобы не оставить себя поверженным в лице друзей, со всей силы оттолкнул ее. Люба не устояла и упала на асфальт, до крови ободрав ладони, когда старалась смягчить падение. От рывка в глазах потемнело. В эти секунды неведения ее пронзил ужас от того, что может произойти дальше и насколько будет сильна ярость противников.

Однако стоило зрению проясниться, как уши заложило от криков Радомира и его приятелей. Дракон налетел на обидчиков и обдал их огнем. Призрачное пламя не принесло им боли или какого-либо вреда, но зато напустило дикого страха. Юноши бросилась врассыпную, а Любослава спешно поднялась и побежала к реке. Хторн полетел за ней. Только оказавшись у берега Свислочи, девушка смогла успокоить колотящееся сердце.

– Глупо было надеяться, что я смогу когда-либо загладить свою вину, – с горечью прорычал дракон при первых лучах восходящего солнца. Еще немного – и Велесова ночь подойдет к концу. Хторн вернется к заточению в водах Свислочи, чтобы через год снова попытаться найти ключ, отмыкающий дверь в Навь. – Прости, что подверг тебя опасности.

– Но потом спас, – дополнила Любослава. Она отдышалась и хотела переплести растрепанную косу, но пальцы от нервной дрожи не слушались. Поэтому она просто сомкнула ленту в руке, намереваясь позже привести волосы в порядок. Люба всмотрелась в поникшие глаза дракона и искренне произнесла: – Спасибо.

Хторн вполне мог кинуть ее в кругу разгневанных парней, так как план призрака не сработал. Однако в этот раз дракон выбрал спасти девушку, а не погубить ее.

– Прощай, Любослава. – Хторн подлетел к Свислочи, куда его манили чары реки, чтобы погрузить в воды забытья до следующего Хэллоуина.

– Постой! – Девушка подбежала к нему и протянула свою ленту. – Возьми. Хочу, чтобы при взгляде на нее ты помнил: пусть не за все поступки можно заслужить прощение, но каждый из нас всегда имеет шанс искупить вину.

Хторн сжал памятный подарок в острых когтях. Любослава удивленно отступила на шаг, когда лента покрылась желто-оранжевыми искрами.

– Что происходит? – Люба непонимающе глядела, как всполохи окутали призрачного чудища, ярко освещая пространство.

– Твоя лента. Она стала моим ключом для прохода в мир Нави, – благодарно отозвался Хторн.

– Чары реки тебя опустили, – с придыханием проговорила Любослава, понимая, что спустя долгие столетия наказание дракона-призрака завершилось. Свет, окутавший Хторна, погас – и вместе с ним чудище исчезло.

Любослава ближе подошла к реке, смотря на нежные краски неба и лучи солнца, полностью взошедшего над Свислочью.

– Красиво, правда?

Девушка вздрогнула от неожиданности. Она обернулась и встретилась взглядом с юношей, рыжие волосы которого в солнечном свете словно горели пламенем.

– Не хотел тебя напугать. – Он залился румянцем. Его улыбка вышла кривоватой из-за шрама, что пересекал левую щеку. Но разве важны внешние изъяны, если в глазах парня свет от внутренней красоты? – Люблю приходить к этой реке по утрам. В ее очарование есть нечто мистическое, будто отзвук давних легенд, – дополнил он, даже не догадываясь, насколько правдивы его слова.

Любослава улыбнулась от того, как от доброго взгляда юноши и его голоса сердце забилось быстрее. Приятное чувство, которое до этого мгновенья было ей неведомо.

Девушка робко склонила голову на плечо парня, а он в ответ нежно взял ее за руку. По водной глади пронеслась золотистая рябь, словно Свислочь благословила двух влюбленных, спустя века снова нашедших счастье у ее берегов.