Читать книгу: «Старый причал»

Глава 1. Мики.

Я сижу в каком-то баре и пью очередной бокал чего-то темного и обжигающего. Воздух пропитан солью с океана, запахом старого дерева и алкоголя. Парень за стойкой только и успевает подливать мне.

Ледяной стакан скользит в моих влажных пальцах. Я пытаюсь удержать его, но руки дрожат так сильно, что стакан со стуком ударяется о стойку из тёмного дерева.

Я поднимаю отяжелевшие веки и смотрю на бармена. В его уставших глазах на секунду мелькает что-то похожее на узнавание или сочувствие, но он тут же прячет взгляд. Его движения точные, выверенные. Он ничего не спрашивает. Просто ставит чистый бокал и снова наливает.

Очередной глоток обжигает горло, но вкуса как такового я уже давно не чувствую. Так же, как не чувствую слез, которые высохли на моем лице. В ушах все еще стоит эхо звуков, которые я пыталась заглушить ревом мотора и ветром в лицо.

Я рыдала последние несколько часов, пока просто не кончились силы. Лицо явно опухшее, но меня это сейчас вообще не волнует.

Лежащий рядом со мной телефон разрывается от вибрации. Экран светится знакомым именем. Вот только отвечать я точно не собираюсь. Пусть катится ко всем чертям.

— Хреновый день? — вырывает меня из моих мыслей мужской и тихий голос.

Я снова смотрю на него. Из-за алкоголя и усталости всё вокруг немного расплывается, но мне удаётся разглядеть его. Темные взъерошенные волосы, голубые глаза. Высокий. Я бы даже сказала, красивый. Мысль настолько абсурдная в моей ситуации, что я почти усмехаюсь. Я бы даже могла… Нет. Не важно.

— Типа того, — хрипло отвечаю я и снова опускаю глаза в бокал.

Как же я устала. Я не спала… уже даже не знаю, сколько часов. Сначала перелет, потом дорога до дома, потом… А потом снова дорога, но уже за рулем. И как я только не разбилась? До меня только сейчас начало доходить, в каком состоянии я была в машине.

Я ездила кругами, кажется. Лицо было залито слезами. И я буквально задыхалась от боли в груди. А потом внезапно оказалась на пляже, а после — и в этом баре… Как же паршиво сейчас.

— Ты не отсюда, — задумчиво говорит бармен. Это не вопрос, а констатация факта. Наверное, моя одежда выдает меня.

— И что? — отвечаю я, возможно немного грубовато.

— Да ничего. Может, тебе хватит уже? — спрашивает он, кивая на мой стакан.

Серьезно? Он решил указывать, пить мне или нет?

— А может, я сама решу? — резко отвечаю я, бросая на него колючий взгляд.

Он вскидывает руки в знак протеста и едва заметно ухмыляется.

— Да мне ж не жалко. Просто раз ты не отсюда, подумай, как доберешься домой?

И правда… Эта мысль ледяным душем обрушивается на меня, отрезвляя сильнее любого алкоголя. Домой? Да ни за что. Но и вести машину в таком состоянии — самоубийство. Пальцы сами тянутся к телефону. Не для ответа ему… Для другого звонка.

Я нахожу нужный контакт затуманенным взглядом и нажимаю вызов. Гудки кажутся бесконечными.

— Микаэла? Что случилось? — наконец раздается сонный и встревоженный голос Мэтью.

— Мэт… — мой голос срывается, и к горлу снова подступает ком. — Можешь… можешь приехать за мной? Я… я не в состоянии сесть за руль.

— Где ты? Скажи мне адрес.

Я поднимаю мутный взгляд на парня за стойкой.

— Простите, а где я нахожусь?

Он смотрит на меня пару секунд, словно оценивая серьезность ситуации.

— Лейк-Уорт. Бар на Оушен-авеню, рядом с пляжем.

Я повторяю информацию в трубку, борясь с подступающими слезами облегчения.

— Жди. Никуда не уходи, поняла? Я скоро буду.

Я отключаюсь и кладу трубку. Слова «Жди, я скоро буду» эхом отдаются в голове, но у меня нет сил даже на облегченный вздох. Тело становится невыносимо тяжелым, словно каждая клетка наполняется свинцом. Деревянная стойка под щекой кажется удивительно прохладной в этот момент. Гул голосов вокруг стихает до далёкого, неразборчивого шума. Я закрываю глаза, и темнота наконец-то принимает меня в свои объятия.

Глава 2. Уилл.

— Так, ключи, телефон, документы… Вроде ничего не забыл, — говорю сам себе и выхожу из дома.

Вечерний воздух прохладен, и на секунду я замираю, просто вдыхая его, пытаясь вытравить из лёгких усталость целого дня. А через пару минут сажусь в свой старенький Dodge RAM и выезжаю в сторону работы.

Нужно отвезти новую посуду, подготовиться к завтрашним собеседованиям и помочь Итану закрыться. Завтра моя смена, хотя Итан категорически отказывался брать выходной. Но я-то знаю, что он просто пытается сберечь мои силы. Я работаю без выходных уже второй месяц, и, кажется, это начинает меня постепенно убивать.

Спустя пятнадцать минут, припарковавшись у бара, я выхожу и сразу замечаю недалеко машину. Dodge Challenger. Шикарная тачка. Вот только стоит она поперек парковки, одним колесом на бордюре. Чёрт. Видимо, какой-то пьяный богатей решил тут припарковаться.

Зайдя в бар, я наконец-то выдыхаю. Плечи опускаются, и всё напряжение дня, кажется, выходит из меня вместе с усталостью. Это место стало моей сбывшейся мечтой. Я годами копил на своё дело, и когда увидел это старое, ветхое здание, понял — оно моё. На ремонт ушла куча времени и денег, но теперь оно функционирует вот уже полгода. Единственная проблема — найти хорошего сотрудника.

Я прохожу мимо барной стойки и киваю Итану. Он разговаривает с какой-то девушкой. Лица мне не видно, зато отлично виден её стиль со спины: строгие брюки, дорогие туфли на каблуке, шёлковая блузка. Сразу видно — не из местных. В таком виде сюда приходят только те, кто заблудился по дороге в Палм-Бич.

Я не стал заострять на ней внимание и пошел в свой кабинет.

— Ну и бардак... — бормочу я, зайдя внутрь и оглядывая царящий вокруг хаос. Бумаги, коробки из-под кегов, пустые упаковки... Надо бы убраться. Осталось только найти на это время и силы.

Я подхожу к столу, сгребаю часть хлама на пол, освобождая себе место, и нахожу стопку резюме. Просматривать резюме людей, которые могут подойти на должность бармена, — то ещё удовольствие. Спустя какое-то время шея затекла так, что стало сложно сидеть. И я решил сходить на бар за кофе.

Выйдя из кабинета и подойдя к барной стойке, я снова вижу девушку, которая уже не сидит, а спит, уронив голову на скрещенные руки.

— Что здесь происходит? — хмурюсь и киваю на спящую девушку.

— Да вот, пришла несколько часов назад зареванная и начала пить. Одну за другой. В итоге позвонила кому-то, попросила забрать, и отрубилась прямо тут.

Я подхожу ближе и могу получше её разглядеть. Чёрные как смоль волосы в беспорядке падают на лицо и плечи. Глаза, опухшие от слёз, под ними — потёки туши... А под всем этим — красивые черты лица. Кто же её так довёл?

На стойке рядом с ней начинает вибрировать и звонить телефон.

— О-о... Снова началось, — бормочет Итан, не отрываясь от полировки бокала. — Все это время, что она тут, трезвонит без остановки.

Я разворачиваю телефон к себе и беру в руки. На экране высвечивается имя звонящего — Джеймс.

Ну, понятно. Драма в раю, походу. Может, ответить и сказать этому Джеймсу, где его дорогая?

От моих размышлений меня резко отрывает звук распахивающейся входной двери и звон колокольчика. В бар заходит мужчина: тёмные волосы, одет в спортивный костюм. Он быстрым и весьма гневным взглядом обводит зал и останавливается сначала на нас с Итаном, а затем — на девушке.

— Какого хрена тут происходит?! — рявкает он, и в два шага оказывается у стойки.

Его рука уже тянется к ее плечу:

— Мик?

Девушка слегка шевелится во сне, но не просыпается.

— Вставай, красотка, пора домой.

Она не реагирует, и парень чертыхается сквозь зубы.

— Давно она здесь? — спрашивает он нас.

— Несколько часов, — спокойно отвечает мой бармен. — Пришла вся зареванная и начала пить. Потом вырубилась. Её никто не трогал, если что.

— Твою мать... — резко произносит парень и сжимает переносицу пальцами, явно пытаясь совладать с эмоциями.

Не говоря больше ни слова, он легко подхватывает девушку на руки и разворачивается к выходу.

— Поехали домой, солнышко... — тихо произносит он уже на ходу.

Они уже почти вышли из бара, когда я вспоминаю про телефон в своей руке. Чёрт. И решаю его догнать.

— Эй! Подожди! — окликаю я его уже у самой двери.

Он останавливается и оборачивается с настороженным видом. Я протягиваю ему телефон.

— Держи. Её телефон.

Он аккуратно берёт его. В его взгляде нет благодарности — лишь настороженность и напряжение. Он просто кивает и выходит в ночь, бережно прижимая к себе девушку.

Дверь закрылась, и вместе с ночным гостем ушло напряжение. Я выдохнул и поймал внимательный взгляд Итана. Он ничего не сказал, только вопросительно приподнял бровь. Я молча покачал головой. Какое мне дело до их драмы?

Я вернулся за стойку и потер лицо руками. Вечер, который обещал быть просто длинным, превратился в какой-то абсурдный спектакль.

Единственное, чего я хотел сейчас, — это закрыть бар, доехать до дома и рухнуть в кровать. Завтра будет новый день. Со своими новыми проблемами.

Глава 3. Мики.

Господи, как же болит голова. Именно с этой мыслью я просыпаюсь со стоном. Приоткрыв глаза, понимаю, что я не дома.

— Где я, черт возьми? — бормочу сама себе и начинаю смотреть по сторонам.

Комната в светлых тонах, розовое постельное белье. Куча фотографий на стене. И до меня доходит, что я у Мэтта, в своей комнате.

Но… я не помню, как мы ехали к нему. Помню звонок и… всё. Провал. А затем…

Самолет. Дом. Машина. Бар. Виски. Бармен. Звонок. Воспоминания прорываются в моей голове и мне становится до жути стыдно. На меня это совсем не похоже, но вчера я была настолько разбита, что мне было всё равно.

Сажусь в кровати и начинаю думать. Хотя голова моя явно против этого.

Нужно собраться. Найти квартиру. Забрать вещи каким-то образом. А самое страшное, сообщить…

От моих размышлений меня вырывает тихий стук в дверь.

В комнату заходит Мэтью.

— Услышал твой стон и понял, что ты проснулась, — говорит он мягко и, подойдя к кровати, садится у моих ног. — Держи, выпей. Помогает от головы.

Я беру протянутый им бокал, и даже это лёгкое движение отдаётся в висках тупой волной. В бокале с водой медленно растворялась белая таблетка, оставляя за собой дорожку пузырьков, которые поднимались вверх и лопались у самого края.

— Пей, — мягко повторил Мэт. — Медленно.

Я послушалась, потому что спорить не было сил. Жидкость обожгла язык шипением, потом по горлу прокатилась прохладная горечь, и я невольно поморщилась.

— Прости, знаю, вкус так себе, — он чуть улыбнулся. — Но через полчаса станет легче, обещаю.

Я вздохнула, поставила бокал на тумбочку и откинулась на подушки.

— Спасибо, — пробормотала я.

— А теперь расскажи мне, что вчера произошло.

Его голос был тихим, но настороженным. Как будто он уже догадался. Я села обратно и опустила глаза на руки, которые теребили уже одеяло. Я немного помолчала, прежде чем начать.

— Я… я должна была вернуться с командировки только сегодня вечером. Но так как я закончила все дела, решила приехать раньше и сделать сюрприз. Вот только… сюрприз сделали мне.

По моим щекам начали скатываться слезы. На мой подбородок легла рука и потянула вверх, пока я не встретилась с удивительными зелеными глазами — насыщенного, глубокого травяного оттенка.

— Что. Он. Сделал. — Его взгляд уже пылал огнем, а голос сочился твердостью.

— Он мне изменил. — Слова повисли в воздухе, тяжелые и окончательные. Я разрыдалась, а он обнял меня и прижал к себе. Пока я, сквозь рыдания продолжила рассказывать.

— Я знала, что он дома. Видела машину. Зайдя тихо в квартиру, я услышала… Я просто услышала и опешила. Сначала не поверила ушам, а потом прошла в нашу спальню и увидела их там. Вместе. Голых. В нашей постели.

Руки, обвивающие меня, сжались еще крепче, пока меня трясло от рассказа и воспоминаний.

— Когда я их увидела, я даже не разозлилась сразу. Я просто стояла и думала: это не может быть правдой, это какая-то ошибка. А потом он меня заметил, и на его лице было такое… не раскаяние, нет. Скорее испуг, что его поймали.

— Вот же мразь! — Мэтью сказал это тихо, почти сквозь зубы, и от этой сдержанной злости стало даже страшнее, чем от крика. Он еще крепче обнял меня, будто хотел заслонить собой от всего мира.

— Когда я села в машину, то вообще не понимала, куда еду. Просто нажимала на газ, чтобы не слышать их голоса у себя в голове. В итоге оказалась в том баре. Я не хотела напиваться, правда. Просто хотела, чтобы перестало звенеть в ушах.

Мэт глухо выругался себе под нос и сжал меня в объятиях так, что стало трудно дышать. Но в этой боли было и облегчение...

— Знаю, — тихо сказал он. — Ты не обязана оправдываться.

Мы сидели в обнимку в тишине, и эта тишина не давила, а будто собирала меня по кусочкам.

— Что ты будешь делать дальше? — спросил он мягко, не требуя немедленного ответа.

Я пожала плечами, чувствуя, как усталость наконец берёт своё.

— Если честно, точно пока не знаю. Но вообще, надо бы найти квартиру и вещи забрать.

Он напрягся.

— Мэт? — тихо позвала я его.

— Ммм?

— Не нужно ничего делать, хорошо? Я сама разберусь.

— Ничего обещать не могу. Ведь когда увижу, вряд ли смогу сдержаться. — Его голос сочился ненавистью и злостью. Я знала, что он прав. Он не сможет совладать с собой и обрушит на него весь свой гнев, защищая меня.

Я подняла голову и посмотрела ему в глаза, прежде чем ответить.

— Я не хочу, чтобы пострадал ты или твоя репутация из-за этого куска говна.

Он вздохнул и с прищуром посмотрел на меня.

— Если он что-то сделает тебе, ты ведь мне скажешь, да?

— Конечно. Как и всегда, — с легкой улыбкой на лице, ответила я. — Братик.

Он улыбнулся.

— Люблю тебя, сестренка.

— А я тебя.

Мы еще немного посидели обнявшись, пока я не решила, что пора прекращать плакать и заниматься делами.

Я соберу себя. По всем разбитым кусочкам. Я понимаю, что не все мужчины такие, как… он. Что не все способны на предательство. Но осадок всё равно останется. Наверное, теперь мне просто понадобится время, чтобы снова кому-то довериться.

Глава 4. Мики

— Что он сделал? — возмущенно кричит мне в трубку подруга.

Умывшись и позавтракав с братом, я начала собираться и попыталась привести себя в божеский вид, но опухшие глаза всё равно выдавали меня с головой. Я позвонила Лайле, чтобы рассказать ей о произошедшем и попросить о помощи. И сейчас она буквально в бешенстве.

Я невольно усмехнулась, присаживаясь на край кровати, чтобы обуть свои лодочки. Лайла всегда была в курсе всего и сразу вставала на мою сторону. За что я и любила ее всем сердцем.

— Лай, я не буду это снова повторять, — со вздохом ответила я. Голос всё ещё был хриплым после вчерашних рыданий.

Подруга на том конце провода тяжело вздохнула.

— Детка, он урод. Вот не зря он мне сразу не понравился.

Ее слова вызвали у меня кривую ухмылку. Да, Джеймс вообще мало кому нравился. Если только родителям. Для них он был идеальным: успешный бизнесмен из хорошей семьи, будущее светило экономики и просто замечательный мужчина, да еще и будущий зять. Видимо, придётся их огорчить. Разрушить эту идеальную картинку.

— Ладно, — мой голос стал серьёзнее. — Так ты поможешь мне? Не хочу одна туда ехать. А если будет Мэтью рядом и они встретятся, будет беда.

— Конечно, помогу, подруга. Скажи только куда ехать.

— Ну, для начала можешь меня забрать от брата. Нужно съездить за машиной в тот бар.

— Да, конечно. Минут через двадцать буду у тебя.

— Хорошо. До встречи, дорогая.

— До встречи, крошка.

Я сбросила звонок и отложила телефон, уставившись на своё отражение в зеркале. На меня смотрела бледная девушка с потухшим взглядом. И в этот момент на меня обрушился неудержимый поток мыслей.

Что со мной не так? Раз мой парень решил мне изменить...

Мы были вместе почти три года. Два года из них — жили вместе. И за это время у нас вроде как всё было хорошо. Стабильно. Предсказуемо. Обычная жизнь: тихая, спокойная. В планах была свадьба даже.

Нормальный секс без особых изысков, но регулярный. Я всегда и всё делала для него: готовила ужины, поддерживала его проекты, старалась быть идеальной. Я была той самой «хорошей девочкой», которую так ценили мои родители.

А он... так... Отвратительно.

Слёзы снова начали жечь глаза, но я резко мотнула головой, отгоняя их. Хватит. Я не буду плакать из-за него. Не сейчас.

Я выпрямилась, сделала глубокий вдох и вышла из комнаты, чтобы встретить Лайлу внизу. Пора было ехать забирать свою машину... и свою жизнь.

***

Спустя двадцать минут я уже сижу в розовом «Мустанге» подруги, и мы едем за моей машиной. Всю дорогу Лайла не переставала ругать Джеймса на чём свет стоит, но её злость была как бальзам на душу — она не давала мне снова скатиться в жалость к себе.

Выйдя из машины, я с ужасом уставилась на свой «Челленджер». Он стоял поперёк парковки, одним колесом на бордюре. Какой кошмар. Люди явно подумали, что какой-то пьяный идиот тут припарковался. Хорошо хоть на штрафстоянку не забрали.

Подруга встала рядом и со мешком произнесла:

— Зная тебя, ты сейчас думаешь о том, как тебе стыдно.

— Безумно стыдно, — отвечаю я со стоном.

Чёрт. Надо бы сходить извиниться перед барменом. Я вроде ничего не сломала и не разбила, но всё равно неудобно. Да и кто знает, какой там хозяин и что он мог сделать за то, что у него так машина стоит.

— Лай, перепаркуй, пожалуйста. А я схожу в бар, извинюсь и узнаю, есть ли у них кофе.

— Хорошо. Но ты не торопись, я забегу, посмотрю, кто тебе там вчера наливал, — подруга рассмеялась, взяла ключи и пошла к моей машине.

Ну а я пошла стыдиться дальше.

Зайдя в бар, я обнаружила, что он почти пуст. Так, пара человек у дальнего столика. Играет какая-то легкая и тихая музыка — что-то блюзовое, тягучее. Сейчас, при свете дня, я могла лучше рассмотреть это место. Это было что-то современное и старое одновременно. Он напоминал дайв-бар для своих. Слегка потертые стулья и столы, как будто специально. Тусклый свет. Деревянные полы, запах пива и вид на океан через большое окно.

А за барной стойкой, в том самом тусклом свете, стоял мужчина. Не тот парень, который работал вчера.

Этот был выше. Широкие плечи проступали под простой темной футболкой, а движения выглядели спокойными и уверенными — будто он уже тысячу раз делал одно и то же и давно перестал куда-либо спешить. Он протирал бокалы, полностью сосредоточившись на своем занятии.

Странно, но именно это я заметила первым.

Не внешность, нет.

Его спокойствие.

После последних суток, наполненных слезами и собственными истеричными мыслями, оно ощущалось почти непривычно.

Когда я подошла ближе, мужчина поднял голову.

Взгляд у него оказался внимательным. Не любопытным. Не оценивающим.

Просто внимательным.

И почему-то именно это заставило меня занервничать сильнее, чем если бы он начал задавать вопросы.

— Могу чем-то помочь?

Его голос был низким, но твердым, будто каждое слово было заранее взвешено.

— Эмм… да. Здравствуйте. Я тут вчера была у вас, вечером. И тут работал другой бармен. Он тут?

Он сначала резко нахмурился, и взгляд его стал жёстким, сканирующим. Но потом его взгляд прояснился, было такое ощущение, как будто он понял, кто я. Неужели мы виделись вчера? Да неет, ну я бы точно запомнила.

— У него выходной. А зачем он вам?

Я набрала в грудь воздуха и опустила глаза на свои руки.

— Я... хотела извиниться. За вчерашнее. Я вроде как... уснула прямо здесь, на стойке. И за машину тоже. Она стоит ужасно, я понимаю. Это совсем на меня не похоже, просто... — я запнулась, не зная, как описать своё состояние, не вдаваясь в подробности. — … вчера был ужасный день.

Он слушал меня молча, не перебивая и не меняясь в лице. В его янтарных глазах не было ни укора, ни праздного любопытства. Просто спокойное внимание.

— Такое случается, — наконец произнёс он ровным тоном. — Главное, что всё обошлось. Вы в порядке?

Его вопрос застал меня врасплох. «В порядке ли я?». Я не знала, что ответить.

— Не знаю, — честно призналась я.

Он едва заметно кивнул, принимая ответ.

— Меня зовут Уилл.

— Микаэла. Можно просто Мика.

Он чуть улыбнулся уголком губ.

— Что ж, Микаэла... Раз уж ты здесь. Может, выпьешь что-нибудь? За счёт заведения.

Я на секунду задумалась над его предложением.

— Если можно... я бы выпила кофе. Бамбл-кофе, если он у вас есть.

— Такого нет. Но если скажешь, что туда входит, может и сделаю.

Я немного даже просияла.

— Нужен лёд, апельсиновый сок и эспрессо. А еще буквально пара капель карамельного сиропа, — с улыбкой протараторила я рецепт своего любимого напитка.

Он слегка улыбнулся мне и приступил к приготовлению.

Ох уж эта чертова улыбка…

Глава 5. Уилл

Чистые, до блеска бокалы, натёртые полотенцем, выстраивались в идеальный ряд — мой личный способ медитации после дерьмового дня, который выдался просто отвратным: собеседования прошли паршиво. Из пяти человек пришли только двое. Один исчез через десять минут после разговора, второй честно признался, что ищет временную подработку максимум на пару недель.

Нормальных сотрудников словно смыло приливом.

Бар рос быстрее, чем я успевал справляться с нагрузкой, и иногда мне казалось, что еще немного — и я просто начну спать прямо в кабинете.

Дверной колокольчик звякнул, вырывая меня из мыслей. Я даже не поднял головы, продолжая методично полировать хрусталь.

Кто-то подошел ближе. Шаги были неуверенными, тихими. Взглянув на ноги, я понял, что это женщина. И только когда она остановилась прямо передо мной, так близко, что я уловил тонкий аромат чего-то цитрусового и сладкого, я наконец отложил бокал и поднял взгляд.

Это была она.

Вчера это был сломленный комок боли в дорогой одежде. Сегодня передо мной стояла собранная женщина, пытавшаяся скрыть следы бессонной ночи. Ей это почти удавалось, если бы не едва заметная припухлость вокруг ярко-зелёных глаз. Длинные прямые чёрные волосы ровно спадали ниже плеч, подчёркивая овал лица и изящную линию шеи. Ее глаза выделялись на фоне тёмных прядей. В чертах лица читалась естественная гармония: аккуратный нос, губы с мягким контуром.

— Могу чем-то помочь? — спрашиваю, наконец перестав её разглядывать.

— Эмм… да. Здравствуйте. Я тут вчера была у вас, вечером. И тут работал другой бармен. Он тут?

Интересно, зачем ей нужен был Итан…?

— Я… хотела извиниться. За вчерашнее. Я вроде как… уснула прямо здесь, на стойке. И за машину тоже. Она стоит ужасно, я понимаю. Это совсем на меня не похоже, просто... был ужасный день, — её голос был тихим, она смотрела вниз, на свои руки, теребившие ремешок сумки.

Её голос дрогнул, но в нём не было истерики. Только глухая усталость и стыд. Я молчал, давая ей выговориться. В моей практике бывало всякое, но обычно люди приходили извиняться за разбитую посуду, а не за то, что наплакали весь запас салфеток.

— Такое случается, — наконец произнёс я ровным тоном. Главное правило бармена — не лезть в душу без приглашения. — Главное, что всё обошлось. Вы в порядке?

Этот простой вопрос заставил её поднять на меня глаза. Во взгляде плескалась такая бездна печали, что мне стало не по себе.

— Не знаю, — честно призналась она.

Я кивнул, принимая ответ.

— Меня зовут Уилл.

— Микаэла. Можно просто Мика.

Что-то внутри дрогнуло от того, как мягко прозвучало «Микаэла». Имя ей шло.

— Что ж, Микаэла... Раз уж ты здесь. Может, выпьешь что-нибудь?

Она задумалась.

— Если можно... я бы выпила кофе. Бамбл-кофе, если он у вас есть.

Такого у нас нет. Обычно просят пиво или виски. Но её заказ звучал как вызов.

— Такого нет. Но если скажешь, что туда входит, может и сделаю.

Она впервые слабо улыбнулась.

— Нужен лёд, апельсиновый сок и эспрессо. А ещё буквально пара капель карамельного сиропа.

Я улыбнулся и приступил к работе. Запустил кофемашину, выжал сок, бросил в стакан крупный лёд. Пока кофе стекал в стакан, образуя слои — оранжевый, чёрный, коричневый, — дверь бара распахнулась с такой силой, что колокольчик жалобно звякнул.

Внутрь ворвался настоящий вихрь. Рыжие волосы, джинсовый комбинезон, кеды Vans. Девушка была похожа на ходячий салют. Она даже не посмотрела в мою сторону, прямиком направившись к Микаэле.

— Вот ты где! — громогласно заявила она, плюхаясь на соседний стул.

Микаэла лишь устало закатила глаза.

— Лай, перестань. Не будь такой громкой.

Теперь эта девушка («Лай», как назвала её Микаэла) смотрела прямо на меня через стойку. Её взгляд был цепким, оценивающим.

— Привет, красавчик! Сделай-ка мне колу без сахара.

Я поставил готовый бамбл-кофе перед Микой.

— Прошу.

Она сделала глоток и удивлённо приподняла брови.

— Вкусно. Действительно вкусно.

— Рад, что тебе понравилось.

Они просидели ещё минут пятнадцать. Лай болтала без умолку, пытаясь развеселить подругу, а Микаэла пила кофе маленькими глотками, изредка вставляя слово. Я делал вид, что занят инвентаризацией бутылок, но краем уха ловил обрывки их разговора. Ничего конкретного, просто болтовня, которая лечит лучше любого психолога.

Когда они ушли, оставив после себя лишь пустые стаканы и звон колокольчика, я выдохнул. Странный день становился ещё страннее.

***

Вечером, когда поток посетителей иссяк окончательно, приехал Итан. Он не должен был выходить — у него сегодня свидание, о котором он прожужжал мне все уши последние три дня.

Он вошёл, кинул ключи на полку и хмуро посмотрел на полупустой зал.

— Почему ты здесь? — спросил я, наливая себе пшеничное пиво.

— Отменилось, — буркнул он, стаскивая куртку. — Девчонка написала, что заболела. Чёрт.

Мы проработали в тишине около часа, закрывая кассу и наводя порядок.

— Кстати, — вспомнил я, выключая музыку. — Сегодня тут была девушка. Помнишь? Та, что уснула вчера.

Итан оживился.

— Серьёзно? Одна?

— Нет. С подругой. Рыжая, огонь-девушка, скажу тебе.

— А машина? Она перепарковала этот танк?

— Да. Зашла, извинилась. Заказала какой-то сложный кофе.

Итан присвистнул.

— Значит, не Джеймс её забрал. Интересно. Похоже, там реально драма была.

— Похоже на то, — согласился я, вспоминая опухшие от слёз глаза и хрупкие плечи. — Но это не наше дело.

Я запер входную дверь и погасил свет в зале, погружая помещение в темноту. Мы вышли на улицу, вдохнув свежий океанский воздух. Впереди маячил новый день, собеседования и бесконечная работа.

Глава 6. Мики

Мы приехали с Лайлой в квартиру, где я жила последние два года. Она была просторной, светлой, но какой-то безжизненной, что ли. И только сейчас я поняла это. Черно-белые оттенки. Все так уныло. Даже цветов нет. Джеймс всегда был против зелени дома, а я не настаивала. Даже не знаю почему.

Я зашла в спальню и остановилась в дверях. Здесь все осталось так, как было. Он даже постельное не сменил.

— Где твой чемодан? — спросила подруга, зайдя в комнату.

— В шкафу наверху. Сейчас возьму.

Я достала чемодан и сумку, после чего мы начали собираться.

Спустя минут тридцать все было упаковано, и мы грузили вещи в мою машину.

Ехать мне, по сути, было некуда: Джеймс всё равно найдёт меня где угодно, если я буду у родных или друзей. Поэтому я решила пару дней пожить в отеле, пока ищу новую квартиру.

Через несколько часов мы уже заселились в отель и сидели с Лайлой на кровати, пили пиво, ели пиццу и думали, что посмотреть. Внезапно мой телефон начал разрываться от вибрации. Взяв его в руки, я увидела, кто звонит. Джеймс.

— Будешь брать? — спросила меня Лай.

— Честно? Не знаю. Скорее всего, он приехал домой и узнал, что я съехала. И… я не знаю, как он на это отреагирует. Но если не возьму, он так и продолжит звонить.

— Тогда ответь и поставь на громкую связь. Посмотрим, что он скажет. Он ведь все равно не здесь в случае чего.

И то правда. Я вздохнула и сделала, как сказала подруга.

— Ну наконец-то. Микаэла, ты где? — спросил меня Джеймс. Его голос был натянутым и слегка грубоватым.

— Это не важно, — ответила я.

— Как это не важно? — он замолчал и было слышно, как он вздохнул, прежде чем продолжить. — Мышка, давай поговорим?

Мышка… Только он так меня называл. И если раньше я относилась нормально к этому прозвищу, то сейчас… Сейчас оно резануло по ушам, как скрежет металла по стеклу — слишком близко, слишком знакомо, и от этого хотелось отодвинуться, будто звук оставлял на коже невидимые царапины.

— Не называй меня так, Джеймс. Больше не надо. Это… это уже не про нас.

Я сказала это ровно, без крика, и от этой ровной твёрдости в номере будто стало тише. Лайла чуть наклонила голову, будто прислушиваясь, как оседает это «не надо» между словами.

— Мышка… Микаэла, — его голос в трубке мгновенно изменился, стал мягким, бархатным. — Ты понимаешь, что творишь? Ты сбегаешь из дома, как какая-то истеричка. Что я должен был подумать, когда вернулся, а тебя нет? Что ты вообще там себе надумала?

В этот момент я почувствовала, как внутри закипает тихая ярость.

— Я надумала? — я говорила спокойно, но голос звенел, как натянутая струна. — Я надумала? Я видела вас, Джеймс. В нашей постели. Я слышала вас. Не смей делать вид, что это я всё придумала. Или ты уже забыл, как видел меня?

На том конце провода повисла тяжёлая пауза.

— Ты… ты не дала мне даже шанса объяснить. Это было… недоразумение. Да, я совершил ошибку. Но ты реагируешь так, будто я предал тебя самым ужасным образом.

Лайла рядом со мной сжала кулаки так, что побелели костяшки, и беззвучно прошептала: «Вот же мразь.»

Я же… я усмехнулась. Сама того, не ожидая от себя.

— Серьезно? Недоразумение? А теперь послушай меня, — мой голос резко стал грубее и холоднее. — Если для тебя это нормально, изменить любимому человеку, то для меня нет! Поэтому будь добр, забудь мой номер и меня!

Он молчал несколько секунд. Я уже готова была сбросить звонок, когда он заговорил и его голос имел совсем другой тон — тихий, почти умоляющий.

— Микаэла... пожалуйста. Давай без этих игр. Я облажался. По-крупному. Я знаю. Я сам себе противен за это. Но... но я люблю тебя. И я хочу всё исправить. Дай мне хотя бы один шанс объясниться лично. Не по телефону. Приезжай домой. Или скажи, где ты, и я приеду сам. Клянусь, я даже не прикоснусь к тебе, если ты не захочешь.

Его голос дрожал. Он звучал искренне. Если бы я не знала правды, я бы поверила.

— Нет, Джеймс, — мой голос дрогнул, но я заставила себя говорить твёрдо. — Никаких шансов. Я видела достаточно.

Я нажала отбой прежде, чем он успел сказать ещё хоть слово, и вовсе выключила телефон. В номере воцарилась звенящая тишина.

Меня начало трясти. Сначала я почувствовала руки Лайлы вокруг меня, а затем почувствовала, как по лицу потекли слезы. Я сидела и плакала на плече у подруги. Было больно. Просто чертовски больно. Человек, которому я доверяла, которого любила… считает, что его поступок — простая ошибка, которую можно спокойно исправить.

— Шшш, дорогая. Этот ублюдок не стоит твоих слез. Мы найдем тебе достойного мужчину. А этого забудем, как страшный сон. Хорошо?

Я кивнула, не в силах что-либо сказать. Подруга не отпускала меня, пока рыдания не перешли в редкие всхлипы. Она гладила меня по спине, бормоча что-то успокаивающее, пока я не уснула.

Глава 7. Мики

Сон был рваным, полным кошмаров, в которых лицо Джеймса сменялось лицом той блондинки, а их стоны эхом отдавались в ушах. Я проснулась с рассветом, чувствуя себя совершенно разбитой, но странно свободной.

Лайла уже не спала. Она сидела на широком подоконнике гостиничного номера с ноутбуком и чашкой кофе, от которой шёл пар.

— Доброе утро, солнышко, — сказала она, не отрываясь от экрана. — Как спалось?

— Словно меня переехали, — честно призналась я, садясь на кровати и потирая глаза.

Она развернула ноутбук ко мне. На экране были фотографии уютных комнат с панорамными окнами, выходящими прямо на океан. Светлые стены, минимум мебели, но главное — ощущение простора и света.

— Смотри, что я нашла. Район Лейк-Уорт. Двухэтажный дом, хозяйка — милейшая старушка. В объявлении написано, что требует только тишины и порядка. И цена… вполне адекватная для такого вида.

Я уставилась на фотографию. Вид на воду действительно завораживал. Это было именно то, что нужно. Место, где нет воспоминаний о нем. Но одно «но» заставило меня нахмуриться.

— А почему ты вообще ищешь жилье здесь? В смысле... тут ведь вроде ничего нет. Это совершенно другой район.

— Вообще, я думаю, что Джеймс от тебя не отстанет. Пока что. Поэтому нужно место, где он тебя точно не найдет. Хотя бы временно.

Я задумалась. Если остаться здесь, есть большой шанс встретиться с ним случайно. Особенно в местах, где я часто бываю.

— А еще… он недалеко от того самого бара, где работает красавчик-бармен, — закончила Лайла с хитрой улыбкой, приподняв бровь.

— А он тут при чем вообще? — возмутилась я и, кажется, сделала это слишком быстро.

— Конечно-конечно, — она закатила глаза и захлопнула крышку ноутбука. — Ладно. Если тебе не нравится этот вариант, поищем другой. Где-нибудь поближе к цивилизации.

Она встала и начала собирать вещи, разбросанные по номеру.

— Нужно сходить куда-нибудь позавтракать. Ну или заказать в номер.

Я кивнула, все еще глядя на закрытую крышку ее ноутбука. Дом был идеальным, судя по фотографиям.

Лайла вдруг остановилась, словно вспомнив что-то важное. Она медленно повернулась ко мне.

— Знаешь что?

— Что? — я подняла на неё взгляд.

— Это ведь двухэтажный дом. Тебе будет одиноко там после всего этого дерьма. Да и платить одной — расточительство. — Она сделала паузу, внимательно изучая мою реакцию. — Пожалуй, я могла бы пока перебраться к тебе. Ненадолго. Просто чтобы помочь освоиться. У меня ведь все равно вся работа в телефоне.

Она говорила небрежно, будто эта мысль пришла ей в голову только сейчас. Но я знала Лайлу слишком хорошо. Это был тщательно продуманный план спасения. Да и я вполне потянула бы аренду и одна.

Часть меня хотела гордо отказаться: я справлюсь сама, я сильная, мне не нужна нянька. Но другая часть — та, что ещё дрожала от ночного кошмара, — схватилась за это предложение, как за спасательный круг. И я вдруг поняла, что сила — это не всегда в том, чтобы стоять в одиночку.

Моё сердце сжалось от благодарности. Жить с подругой, которая знает всю правду и готова защищать, — это именно то, чего мне сейчас не хватало.

— Ты серьёзно? — голос предательски дрогнул.

— Абсолютно. Две бестии под одной крышей! Представляешь, какой хаос мы устроим? — она подмигнула. — Ну что, звоним хозяйке?

Я широко и искренне улыбнулась, впервые за последние дни.

— Звони.

Глава 8. Мики

Спустя три дня мы смотрели новый дом в Лейк-Уорт. Он был очень просторным и уютным, даже лучше, чем на фотографиях.

На первом этаже располагалась просторная кухня-гостиная с белым кухонным гарнитуром, островком с барными стульями, большим диваном цвета морской волны и телевизором. Еще была просторная спальня в нежных светлых оттенках. Кровать, небольшая гардеробная. Эту комнату решила занять я.

На втором этаже тоже была спальня, в ней будет жить Лайла. Она тоже сделана в светлых тонах. Единственное отличие от моей — в ней есть стеллажи. Они как раз подойдут для ее целой кучи книг.

А еще тут есть терраса с видом на океан. На ней стоит уютный маленький диванчик, столик и подвесное кресло-кокон. Мысленно я уже присвоила его себе.

А вид… Божечки, он просто великолепен. Сейчас время близится к закату. Я стою со скрещенными руками на груди и смотрю на океан. Он спокойный, не бушует. Чайки кружат над водой, то взмывая вверх, то резко падая вниз, будто рисуют в воздухе невидимые узоры. С этого ракурса виднеется большая часть пляжа и всяких заведений. Кафе, магазинчики, отели...

И тут я замираю. Когда Лайла сказала, что тот самый бар недалеко от нас, я и подумать не могла, что настолько близко. Но вот он. Отсюда он похож на уютную деревянную коробку, прилепившуюся к песку. Вывеска, на которую я даже не взглянула в темноте в первый раз, и потом, отсюда едва различима.

Интересно, как он называется…?

Решив, что я точно хочу здесь остаться, я ухожу с террасы в комнату, плотно закрыв за собой стеклянную дверь. Лай тоже закончила осмотр и подошла ко мне с широкой улыбкой на лице.

— Ну что, как вам, девочки? — спрашивает нас хозяйка дома, выходя из кухни. В её голосе слышится лёгкая хрипотца.

Это милая женщина в возрасте, с седыми волосами, уложенными в идеальный, но слегка небрежный пучок, из которого выбилось несколько прядей. На ней было легкое домашнее платье в мелкий цветочек, поверх которого она накинула вязаную кофту — вечера у океана всё же были прохладными. Но больше всего в ней привлекали внимание глаза: ярко-голубые, живые и очень внимательные, они смотрели на мир с мягким любопытством.

Мы с Лайлой переглянулись и синхронно кивнули.

— Он... он просто невероятный, — выдохнула я, не в силах сдержать эмоции. — Намного лучше, чем на фотографиях. И этот вид с террасы...

Я махнула рукой в сторону окна и запнулась, не зная, как описать то чувство, которое накрыло меня там.

— О, милая, я так и знала! — её глаза засветились. — Когда я была молодой, я часами могла сидеть там и просто смотреть на воду. В этом есть что-то... целебное. Океан смывает все плохое, — от ее улыбки сразу становилось теплее. — Так что, если вы ищете тишины и покоя, то это место самое то. Да и в целом Лейк-Уорт — тихий, уютный и спокойный район.

— Миссис Рид, мы определенно хотим снять этот дом. Что нужно для заключения договора? — начала Лай.

Хозяйка отмахнулась от формальностей рукой.

— Зовите меня просто Маргарет, ладно? — она чуть наклонила голову. — «Миссис Рид» звучит так, будто мне лет сто.

Я неловко улыбнулась от ее слов.

— А бумаги… — продолжила Маргарет. — Это все потом. Давайте сначала выпьем чаю с моим фирменным вишневым пирогом. Я как раз испекла его сегодня утром. За чаем и обсудим все скучные детали.

Она улыбнулась еще шире, так тепло и по-матерински, что мы с Лайлой не смогли сдержать ответных улыбок.

— Мы с удовольствием, Маргарет, — ответила Лайла.

***

Спустя пару часов вещи были занесены в дом, договор аренды подписан на несколько месяцев пока что, а мы сидели на террасе и любовались видом.

— Спасибо тебе, Лай, — первой нарушив наше молчание, начала я.

— За что? — нахмурившись, спросила она.

— За это, — я провела рукой в воздухе. — За дом, за то, что поехала со мной. Я правда ценю это и очень люблю тебя.

Она пожала плечами, будто все что она сделала, — в порядке вещей. Но не каждый вот так уехал бы в другой район. От привычной жизни. От родных.

— Я тоже тебя люблю, дорогая. И именно поэтому я здесь. С завтрашнего дня мы будем с тобой только улыбаться и веселиться. Никаких грустных воспоминаний и слез. Поняла?

Я слегка рассмеялась.

— Договорились, — с улыбкой на лице кивнула я ей, и мы продолжили наслаждаться нашим вечером в новом доме.

Завтра.

Завтра я не буду плакать.

Завтра я начну жить дальше.

Глава 9. Уилл

Я ненавидел будильник. Не потому, что тот звонил слишком громко. А потому, что в последнее время я неизменно просыпался раньше него. Сегодня не стало исключением. Когда телефон прозвенел в семь утра, я уже готовил бар к открытию.

А еще я ненавидел опаздывать. Поэтому всегда приезжал в бар первым. Даже если открытие было только через несколько часов.

Ну или вообще не уезжал и ночевал тут. Как, собственно, и сегодня.

Вчера бар закрылся уже за полночь. Мы закрывались только тогда, когда уходил последний гость. Иногда после этого сил хватало лишь на то, чтобы дойти до своего кабинета и рухнуть на диван.

Натирая барную стойку, я обратил внимание на пляж. Он еще был пуст. Только несколько серферов уже ловили первые волны, да женщина в возрасте выгуливала пушистую Колли вдоль воды.

“Когда последний раз я был на пляже?” — промелькнуло у меня в голове.

Я не вспомнил и продолжил подготавливать бар, нужно было: включить кофемашину, натереть посуду, включить музыку, перевернуть все стулья, проверить холодильник, заказать всё, чего не хватает. Стандартный набор перед открытием.

И начал я с кофемашины. Так как мне срочно нужна кружка крепкого кофе. Я поставил кружку в кофеварку и пошел проверять холодильник.

Спустя двадцать минут у меня был готовый список того, что нужно заказать на сегодня. Вернувшись к своему налитому кофе, я сделал глоток и поморщился.

— Черт. Снова остыл, — пробормотал я сам себе.

Это уже вошло в привычку: налить кофе, уйти по делам, вернуться — и он остыл. Как и вчерашний, и позавчерашний. Я вылил его в раковину и начал готовить новую порцию. Пока он капал, я снова поймал себя на том, что смотрю в окно на пляж. Серферов стало больше. Один из них, загорелый парень в ярких плавках, ловил волну за волной, а потом просто лёг на доску и смотрел в небо.

Открылась входная дверь для персонала. Видимо, пришел Итан.

— Ты вообще домой ходишь?

Я даже не развернулся к нему.

— И тебе доброе утро.

— Я серьезно. Ты снова ночевал здесь?

— Ага.

— Дома кровать сломалась?

— Нет.

— Тогда в чем проблема?

— Здесь кофе ближе.

Я развернулся и посмотрел на друга. Он вздохнул и провел рукой по лицу.

— Тебе нужно чаще бывать дома и отдыхать. Ты так долго не протянешь.

— Не видел смысла уезжать. Закрылся поздно уже и проще было остаться тут.

— Да ты живешь, блин, рядом. Пешком можно дойти, — вскинув руки, продолжил он.

Я лишь пожал плечами, делая глоток нового кофе. На этот раз он был обжигающе горячим и горьким — именно таким, как я люблю.

— Со мной все будет нормально. Подумаешь, на работе переночевал, — ответил я и пошел в кабинет.

Я наконец нашел время убраться в нем. Возможно не идеально, но это был именно рабочий порядок. Пустые коробки и прочий мусор я выбросил. Стопки бумаг теперь лежали аккуратными башнями на краю массивного стола из красного дерева, а не валялись повсюду.

На углу стоял ноутбук — главный инструмент в управлении. На стене висела пробковая доска, к которой были пришпилены графики поставок, список покупок и всего одна фотография: с открытия бара, где мы с Итаном улыбались как два идиота. Никаких фотографий семьи (потому что ее не было), никаких сувениров. Диван в углу, на котором я иногда спал, был застелен черным пледом в клетку.

Воздух пах старым деревом, немного пылью и — едва уловимо — океанской солью, которая проникала сквозь окно.

Итан зашел следом за мной, намереваясь продолжить разговор.

— Подумаешь, на работе переночевал? Ты серьезно? Да у тебя нет нормальной жизни, Уилл. Ты не спишь, ты не ешь толком. Ты выглядишь как ходячий мертвец.

Я поморщился. Он был прав, и это злило ещё больше.

— Я в порядке. Просто... много дел. Как только найду нормального сотрудника, а лучше двоих, станет лучше. Ты ведь не можешь постоянно один работать без выходных.

Итан посмотрел на меня с нескрываемым беспокойством.

— Давно б уже взял сотрудника, если бы меня послушал. Ты же сам говорил: “Бар — это мечта”, а ты ее в тюрьму превращаешь.

Я промолчал. Что я мог ответить? Что я боюсь остановиться, потому что тогда придется думать о том, что у меня в жизни ничего, кроме этих стен нет?

Я вздохнул и сел за стол.

— Когда последний раз ты отдыхал? Не пять минут. А хотя бы день?

— Будет сотрудник, тогда отдохну, — проворчал я.

Друг вскинул руки в знак поражения — резко, будто хотел сказать: «Всё, я сдаюсь, ты непробиваем».

— Если ты сам не видишь, что тебе нужен хотя бы один спокойный день, я не смогу тебя заставить. Но если вдруг однажды поймёшь, что больше не тянешь… ты знаешь, где меня искать.

Он развернулся и ушел в бар, а я остался сидеть на месте со странным ощущением внутри… Может, он прав?

Глава 10. Уилл

Следующие два дня мы работали с Итаном вместе. Народу было не протолкнуться. Пятничный ажиотаж перетёк в субботу, превратив бар в гудящий улей из туристов и местных жителей, спасающихся от духоты.

А сегодняшнее воскресное утро ворвалось в тишину бара прохладным воздухом из открытой двери и запахом дождя — ночью прошёл короткий, но сильный ливень.

Я методично выполнял привычный утренний ритуал. Рутина была моим щитом от усталости.

— Может, ты все-таки домой поедешь? Отдохнешь. Я и один тут справлюсь, — голос друга прозвучал так неожиданно, что я чуть не выронил шейкер, который машинально взял в руки.

Он стоял в дверях подсобки, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с тем самым выражением лица «я за тебя переживаю, идиот».

— Меня еще бухгалтерская работа ждет. Как сделаю, поеду домой. Отдыхать, как ты и просишь.

— Ага. Знаю я тебя, приедешь домой и снова продолжишь работать.

В этот момент колокольчик над входной дверью звякнул, впуская порыв влажного ветра. На пороге стоял молодой парень.

— Здравствуйте. Я по поводу вакансии бармена.

Странно, сегодня не было назначено собеседований. Я переглянулся с Итаном. Тот едва заметно кивнул.

— Привет, проходи за столик, я сейчас подойду, — ответил я ему.

Мысли о возможном новом сотруднике и его собеседовании заняли мою голову на следующие несколько часов.

В какой-то момент я вышел на улицу глотнуть свежего воздуха и размять шею. Парня по имени Кирон я решил взять. Посмотрим, что из этого получится. Завтра уже должен будет выйти на стажировку.

Мой взгляд скользнул по пляжу, а затем остановился на террасе одного из старых домов рядом, всего в паре сотен метров. Там я заметил девушку. Ее темные волосы были собраны в хвост. Она просто смотрела на океан, со скрещенными руками на груди. Микаэла.

Интересно, что она тут делает? Может, переехала? Или в гостях у кого-то? Хотя, в этом доме давно никто не жил.

Она простояла так еще пару минут, а затем развернулась и скрылась в доме, плотно закрыв за собой стеклянную дверь.

Я же простоял еще некоторое время на улице, вдыхая аромат океана и направился обратно в бар. Работать.

***

На следующий день, я пришел как всегда раньше и принялся за уборку. Через пару часов приедет Итан и Кирон для обучения. Нужно все подготовить.

Я выносил мусор и уже возвращался в бар, когда меня окликнул неуверенный и тихий женский голос.

— Привет.

Я развернулся и увидел девушку.

— Я… эмм… Мика. Помнишь? — спросила она.

— Мастер парковки и пьянчужка? Да, я определенно помню тебя, Микаэла, — ответил я со смешком.

Она нервно рассмеялась.

— Да, верно. А давай забудем это?

— Ну, можно попробовать.

Она вздохнула и слегка улыбнулась.

— А вы уже работаете?

— Скоро открываемся, а что?

— Да… я хотела кофе попить и поработать немного у вас. Можно?

— Ну, если тебе не будет мешать музыка и шум, то заходи.

— Спасибо, — облегченно выдохнула она и направилась в бар.

Она расположилась за столиком возле окна, а затем подошла к бару.

— А можно мне кофе как в прошлый раз?

— Без проблем, сейчас сделаю.

Я начал методично готовить её заказ. Пока кофемашина с тихим урчанием наливала порцию кофе, я украдкой наблюдал за Микаэлой. Она достала из сумки ноутбук, наушники и блокнот, разложив их на столе с той аккуратной, почти нервной педантичностью, которая свойственна людям, привыкшим контролировать всё вокруг.

Я смешал эспрессо с апельсиновым соком, добавил лёд и аккуратно влил сверху пару капель карамельного сиропа.

Поставив перед ней высокий стакан, я с лёгкой улыбкой наблюдал за её реакцией.

Она подняла на меня взгляд, а затем её лицо озарила улыбка.

— Спасибо.

В этот момент дверь бара распахнулась, впуская свежий запах мокрого песка и Итана.

— Привет. О. Неужели это та сама, кто спит на барной стойке? — усмехнувшись произнес он.

Взглянув на девушку, я заметил, что она покраснела. Скорее всего, ей было стыдно.

— Привет. Извини за тот вечер, — тихо ответила она.

Друг махнул рукой, как бы говоря: “Ничего страшного”.

— Да ладно, подумаешь. С каждым может быть. А ты чего здесь?

Друг подошел и сел напротив Микаэлы. Если Итан сел за столик — всё. Теперь будет болтать минут двадцать.

— Я…

— Итан, иди работать, — перебил я ее и посмотрел прямо в глаза другу.

Он усмехнулся.

— Ладно. Потом поговорим.

В этом момент пришел Кирон — высокий, худощавый парень с копной непослушных рыжих волос.

— Доброе утро.

— Доброе, Кирон. Ну что, добро пожаловать в наш сумасшедший дом. Проходи, Итан сейчас начнет рассказывать тебе тут все, а я позже присоединюсь.

Он кивнул и пошел в сторону бара, а за ним и Итан. Я же повернулся обратно к девушке.

— Хорошего дня, Микаэла.

— И тебе, Уилл.

В этот момент колокольчик над дверью звякнул снова. В бар вошёл первый утренний посетитель — пожилой рыбак Генри, наш завсегдатай. Он привычно кивнул мне и направился к своему любимому столику в углу.

Я посмотрел на часы: до открытия оставалось пара минут. Рутина снова вступала в свои права. Но сегодня этот привычный ритм казался немного другим из-за присутствия в зале двух новых людей: одного за стойкой и одной за столиком у окна.