Читать книгу: «Осколки жизни»

Глава 1

Время перевалило за полночь. Лера поправила воротник куртки и зябко поежилась. Наступила середина октября, и погода стояла по-осеннему ненастной — моросил дождь, было холодно и промозгло. Она в очередной раз взглянула на часы и полезла в карман за телефоном. Стянув зубами одну перчатку, девушка в который раз нажала на кнопку вызова. На той стороне трубки раздались длинные гудки, а затем механический голос сообщил, что “абонент не отвечает”. Лера негромко выругалась, сунула телефон обратно в карман и быстрым шагом пошла прочь, чувствуя, как усталость смешивается со злостью и волнением. На улице было темно и безлюдно, желающих прогуляться ночью, да еще по такой погоде, кроме нее, не было. Она и сама не совсем понимала, что здесь делает, и почему идёт одна по темной улице под дождем вместо того, чтобы спокойно лежать дома в тёплой кровати и мирно спать.

Собственно, именно этим она собиралась заняться часа полтора назад, когда ей позвонил Ваня и попросил срочно встретиться. Его голос казался встревоженным, и она просто не смогла отказать. Только ради него она собралась и пошла на оговоренное место встречи, прикидывая в голове, какая же беда могла с ним приключиться в этот раз. Попадать в неприятности он умел, но помощи Леры обычно никогда не просил, поэтому этот звонок заставил ее не на шутку забеспокоиться.

Но самое обидное оказалось то, что, придя на место встречи, Лера там никого не обнаружила. Простояв на улице почти полчаса и позвонив Ване, наверное, раз двадцать, она сначала сильно разозлилась, а затем, распереживавшись, пошла к нему домой. Дверь никто не открыл, и вот теперь, в первом часу ночи, переживая ещё сильнее, Лера отправилась домой. В голову лезли разные дурные мысли, а воображение услужливо подкидывало все новые и новые картины того, что могло случиться с Ваней.

А вариантов у нее была масса, один прекраснее другого — девушка вообще никогда не жаловалась на проблемы с воображением. Да и сам Иван регулярно подбрасывал ей новые идеи: например, на прошлой неделе он выпил с друзьями в баре и потерял сумку с документами, деньгами, телефоном и даже ключами от дома. К счастью, спустя пару часов пропажу вернули хозяину, и Лера вряд ли бы узнала об этом происшествии, не реши она позвонить ему, как раз в эти два часа. Ей пришлось изрядно понервничать в тот день, пока она не догадалась набрать Ваниному другу.

Куда и кому звонить сегодня было непонятно. Всем друзьям по порядку? Связаться с родителями? Или можно начинать обзванивать все больницы в городе?

Она была настолько погружена в свои размышления, что почти не заметила, как дошла до дома. Ей осталось пройти через арку во двор и уже затем, напрямик через него, до своего дома. Как вдруг, уже на выходе из арки, она краем глаза уловила какое-то движение. Из темноты к ней навстречу практически бесшумно вышли три человека и быстро и незаметно окружили. Лера инстинктивно замедлила шаг, раздумывая, в какую сторону лучше бежать — вперёд, к дому, или назад, на проспект, обычно довольно оживленный. Но только не сегодня и не сейчас.

Кольцо окруживших сомкнулось ещё сильнее, и девушка в отчаянии поняла, что выбор делать и не придется — убежать не получится никуда. Лера быстро окинула взглядом взявшуюся из ниоткуда компанию. Отчетливо было видно только одного из них, который стоял прямо перед ней, а вот остальные тонули в тени — свет тусклого уличного фонаря до них не доставал. Он был долговязый и худой, с вытянутым лицом и маленькими, глубоко посаженными глазами, которые вместе с носом, напоминающим клюв, и тонкими губами, изогнувшимися в неприятной улыбке, не предвещавшей ничего хорошего, делали его похожим на хищную птицу. Точно ястреб, разглядевший в траве несчастного грызуна и решивший им плотно поужинать.

От его изучающего липкого взгляда, бегающего по ней, хотелось спрятаться и еще плотнее закутаться в куртку. Что Лера и сделала — обхватила себя руками за плечи и сжалась в комок, мечтая и правда превратиться в мышку и юркнуть в ближайший водосток.

— Привет, красавица, — хрипло усмехнулся он. — Что ты тут делаешь совсем одна в такое время? Не страшно? Давай-ка мы составим тебе компанию.

Все трое громко засмеялись, а Лера почувствовала, как земля уходит из-под ног. Сердце громко застучало, а слова комом встали в горле. Вечер и так не задался, а продолжался и вовсе кошмарно. В голове промелькнула отчаянная мысль, что, возможно, они ничего ей не сделают, и она сможет уйти, но снова взглянув в лицо стоящему перед ней парню, четко осознала, что избежать неприятностей не удастся. Девушка украдкой оглянулась — вокруг никого, даже некого позвать на помощь. И кричать бесполезно.

— Нет, не нужно, спасибо, — выдавила Лера, осторожно отодвигаясь в сторону. Может быть, всё-таки получится убежать? Вот только далеко ли?

— Да ладно тебе, красавица, не ломайся, — парень улыбнулся еще шире и тоже сделал шаг в сторону, преграждая ей дорогу. — С нами будет весело, вот увидишь. Тебе понравится.

Теперь сердце билось в груди с такой силой, что Лера почти не расслышала его слов. Стало не просто страшно, ее окатило ужасом, как ледяной водой, особенно, когда она ощутила, что круг людей стал неумолимо сжиматься. Дыхание перехватило, а в горле пересохло так, что она не смогла бы закричать, даже если захотела. Изо рта вырвался только какой-то невнятный хрип, больше похожий на стон, чем попытку позвать на помощь.

Собрав остатки самообладания, Лера еще раз быстро оглянулась по сторонам, прикидывая свои шансы добежать до дома, и с отчаяньем осознала, что они почти равны нулю. “Вот проклятье, — мысленно простонала она, – это надо же было так влипнуть”.

— Привет, Руслан, — неожиданно сзади раздался голос, и из тени появилась ещё одна фигура.

Лера резко повернула голову на голос и увидела ещё одного парня, поравнявшегося с ними. Откуда он взялся? Минуту назад улица была совершенно пуста, а он словно вырос из-под земли. Девушке показалось, что ее сердце окончательно улетело в глубокую пропасть. “Их уже четверо, — только и пронеслось у нее в голове, — теперь мне точно конец”.

Можно подумать, встреча с тремя не самыми приятными незнакомцами темной ночью была недостаточно ужасным событием, и ее личному кошмару стоило добавить градуса.

Подошедший парень остановился прямо возле Леры и бросил в ее сторону короткий взгляд. Он был высокий, одетый не совсем по погоде в кроссовки и легкую куртку, а на голове — капюшон от толстовки, затенявший его лицо.

— Приве-е-ет, — мрачно протянул Руслан, и улыбка медленно сползла с его лица. — Чего тебе? Я немного занят.

Лера удивленно сглотнула. Не похоже, что Руслан обрадовался появлению парня в капюшоне. Его брови нахмурились, из-за чего глаза запали еще глубже, придавая лицу устрашающее выражение. Девушку передернуло, и больше всего захотелось спрятаться, исчезнуть или растворится в воздухе. Лишь бы оказаться подальше от жутковатого парня.

— Отстань от нее. Она со мной, — неожиданно отрезал парень, и Лера просто не поверила своим ушам. Широко распахнув глаза, взглянула на него, не понимая, что происходит.

— Чего-о-о? — В голосе Руслана досада мешалась со злостью.

—Что слышал. Если у тебя есть какие-то вопросы, можешь решить их со мной. — Его голос звучал так грубо, что сомнений в том, что эти двое совсем не друзья не оставалось.

Лера замерла, стараясь даже не дышать. Кто это? В том, что она видит этого парня впервые, девушка даже не сомневалась. И в то, что кто-то пришел сейчас к ней на помощь, просто не верилось.

Напряжение нарастало. Оно закручивалось вокруг их компании искрящимся вихрем, и Лера кожей чувствовала нависшую опасность.

— Да никаких вопросов нет, — процедил Руслан. — Просто увидел – идет девчонка одна ночью, дай, думаю, проводим. А то ведь нарвется на каких-нибудь отморозков.

— Ага, конечно, в этом районе, кроме вас, других отморозков я не встречал, — неожиданный спаситель усмехнулся.

— А ты не охренел, дружок? Следи за языком! — Руслан сделал шаг вперёд, едва не врезавшись грудью в усмехающегося парня. Лера сдавленно всхлипнула, испугавшись, как бы её спасителю самому не потребовалась помощь.

— Я тебе не дружок, Рус. — Парень даже не дернулся. — Запомни это. Нам пора.

Даже не поворачивая головы, он крепко схватил Леру за руку чуть выше локтя и уверенным шагом пошел прочь, не став дожидаться ответной реплики Руслана. А тому, судя по налившимся кровью глазам, было, что сказать.

Девушка едва успевала переставлять ноги, которые и так ее почти не слушались, подстраиваясь под его быстрый шаг. Пару раз она едва не рухнула, и от падения ее спасла только мёртвая хватка парня. Он не останавливался, пока не отошёл от злополучной арки подальше. Лишь когда она осталась позади, а они вышли на хорошо освещенный участок дороги, отпустил ее руку и посмотрел прямо в лицо.

— Ты в порядке? — глухо спросил он. От злости и уверенности в его голосе не осталось и следа, он говорил мягко и тихо, с едва уловимыми нотками беспокойства.

— Вроде бы да... — неуверенно отозвалась Лера и подняла на него глаза.

Теперь его лицо было хорошо видно, и она, наконец, смогла его разглядеть. И правильные черты лица, и высокий лоб, на который падали выбивающиеся из-под капюшона светлые пряди, и глаза, которые оказались почти что черными. Настолько, что зрачки сливались с радужкой.

— Уверена?

Уверена Лера не была. Руки до сих пор тряслись, сердце колотилось, а в висках начала пульсировать головная боль. До ужаса хотелось разрыдаться и выпустить наружу все бурлящие внутри чувства. А ещё поскорее оказаться дома и забыть и о Руслане, и стоящим сейчас перед ней парне. Всё-таки он такой же незнакомец, а с Леры на сегодня достаточно приключений.

Словно почувствовав ее напряжение, он улыбнулся и сказал ещё мягче:

— Я Костя. Можешь не бояться, я тебя не обижу.

Лера слабо кивнула. Силы иссякли настолько, что, реши он сейчас не сдержать свое слово, она бы уже просто смирилась. Да и не могло же ей не повезти за сегодняшний вечер два раза.

— Лера, — ответила она.

— Тебе не стоит ходить в такое время одной, это небезопасно.

— Да, я знаю, — нахмурилась девушка. Не рассказывать же ему, почему она тут оказалась на самом деле. — И спасибо тебе. Если бы не ты, боюсь представить, чем все могло закончиться.

—Я тоже... — пробормотал Костя, помрачнев. — Идём, я провожу тебя до дома.

— Да мы уже почти пришли, — Лера махнула рукой в сторону девятиэтажки, стоящей впереди, как бы говоря, что она может дойти сама.

Костя кивнул, но все равно пошел вместе с ней, чему девушка была очень рада. Меньше всего ей хотелось оставаться одной в темноте двора, даже зная, что Руслан и его компания остались позади. Сердце продолжало выскакивать из груди, но от присутствия парня рядом по телу разливалось приятное тепло, будто она погрузилась в горячую ванну, придя с мороза. Возле своего подъезда Лера неуверенно остановилась.

— Ты тут живешь? Какие твои окна?

— Вот эти на третьем этаже, — девушка указала наверх, указывая на темные прямоугольники окон.

— Хорошо, включи свет как поднимешься, хочу убедиться, что у тебя все в порядке, и ты не попала еще в какую-нибудь неприятность.

— Ладно, — Лера улыбнулась, тронутая его беспокойством, — но ты не обязан стоять здесь и ждать. Ты и так сделал достаточно...

Он не дал ей договорить, прервав ее мягко, но настойчиво:

— Просто включи свет. Пожалуйста.

— Да, хорошо, — Лера устало вздохнула, спорить после всего пережитого сегодня не было ни сил, ни желания.

— Пока. Постарайся больше не гулять в такое время.

Кивнув на прощание, Лера зашла в подъезд и быстро поднялась по лестнице в квартиру. Войдя внутрь, она сразу включила свет в комнате и подошла к окну. Костя, как и обещал, стоял внизу. Она помахала ему рукой, он махнул в ответ и быстрым шагом пошел прочь.

Девушка стянула с себя шапку и медленно расстегнула молнию на куртке. Постаралась вдохнуть поглубже и успокоиться, все еще не веря, как ей повезло. Сложись все немного иначе — и вряд ли бы она вообще тут сейчас стояла.

Неожиданно зазвонил телефон, разорвав тишину квартиры и заставив ее вздрогнуть. Лера быстро сунула руку в карман куртки и достала его. Входящий вызов от Вани. Трясущимися и замерзшими руками, она постаралась, как можно быстрее принять вызов, едва успев бросить взгляд на время. Полвторого ночи.

— Да, алло!! —слишком громко и нервно крикнула она в трубку.

— Лера? — Услышала она на той стороне трубки заспанный голос.

— Вань! Ты где? С тобой все в порядке?

— Да, Лер, прости, я похоже заснул... От тебя столько пропущенных, ты звонила?

— Что ты сделал? Заснул? Да, я тебе раз тридцать звонила, и в дверь в том числе. Как можно не услышать, Вань? Ты издеваешься?

— Я немного выпил... И отрубился. Прости...

Лера почувствовала, что у нее в глазах потемнело от злости. Ваня и раньше отличался такой вот забывчивостью и необязательностью, но сегодня это перешло все границы. Она сползла на пол и истерически рассмеялась, готовая в любой момент разрыдаться.

— Зачем ты меня звал? У тебя что-то случилось? — едва сдерживаясь, спросила она в надежде, что у него хотя бы есть важное оправдание, и все это было не зря.

— Малышка, я не помню. Наверное, очень хотел тебя увидеть.

— Вань, ты идиот. — Слёзы всё-таки полились у нее из глаз, и эмоции сегодняшнего вечера, наконец, нашли выход. — Видеть тебя не хочу! И слышать!

— Лер... — Ваня пытался ещё что-то сказать, но девушка резко отключилась. Едва видя что-то из-за пелены слез, застилающей глаза, она снова и снова сбрасывала входящие вызовы, а затем просто поставила телефон на беззвучный и отправилась спать.

Глава 2

Будильник зазвонил как всегда не вовремя и слишком громко. Лера подскочила на кровати, оглушенная раздавшийся мелодией и, протянув руку к телефону, отключила ненавистный сигнал. Ни отдохнуть, ни выспаться не удалось, и Лера ощущала себя ещё более разбитой, чем вчера. Она уткнулась лицом в подушку, мысленно прикидывая, можно ли позволить себе никуда не идти и весь день пролежать в кровати. И тут же тихонечко простонала — нельзя. Сегодня важный семинар, пропустить который — значит, подписать себе приговор на экзамене.

Лера заставила себя открыть глаза и взглянула на время в телефоне — нужно начинать торопиться, чтобы не опоздать. И увидела три пропущенных от Вани. Да уж, он был не слишком настойчив.

Девушка сползла с кровати и подошла к зеркалу. Глаза покраснели, тушь размазалась, волосы спутались. Жуткая картина. События прошедшей ночи не прошли даром — она не только плохо выглядела, но и не менее плохо чувствовала себя. Поведение Вани, встреча с тремя жуткими незнакомцами в подворотне, спаситель, взявшийся буквально из ниоткуда — все это смешивалось в один клубок переживаний, тяжким грузом лежащий на душе. Вздохнув, Лера первым делом направилась в душ, чтобы привести себя в порядок, а уже потом на кухню, чтобы сварить себе кофе. Только после освежающего душа и чашки крепкого кофе, вид в зеркале ее более-менее устроил. Если не брать в расчет темные круги под глазами и слишком уставший взгляд, то можно было бы сказать, что выглядит она неплохо. Время поджимало, и Лера наскоро подсушила свои длинные светлые волосы феном, нанесла легкий макияж, натянула узкие голубые джинсы и футболку, накинула сверху куртку и быстро выскочила из дома, натянув на ходу любимые кроссовки. Подходя к арке, она поежилась и постаралась побыстрее пройти этот участок пути, пугаясь каждой тени — слишком свежи были неприятные воспоминания.

К институту Лера подошла, когда до начала занятий оставалось ещё пятнадцать минут. Войдя в просторный холл, она сразу же увидела Катю, свою лучшую подругу. Впрочем, не заметить ее было довольно сложно. Она была невероятной красавицей — длинные и темные, практически черные, волосы до самой поясницы, орехового цвета глаза, стройная фигура с округлыми формами. К тому же, она прекрасно знала, насколько красива, и всегда старалась эффектно это подчеркнуть – яркий макияж, высокие каблуки, откровенные наряды, демонстрирующие все достоинства.

Вот и сейчас она была одета в неприлично короткую черную юбку, белоснежную блузку со слишком глубоким декольте и сапоги по колено на высоченных каблуках. Леру нисколько не удивило, что ее подруга стояла в окружении компании парней и звонко над чем-то смеялась. Она вообще редко бывала одна — парни к ней так и липли, но она, легко флиртуя со всеми подряд, отвергала всех кандидатов на ее сердце.

Те, кто плохо был с нею знаком, считали девушку холодной и неприступной стервой, но Лера-то знала, что это далеко не так. Катя наоборот была настолько же ранима внутри, насколько жесткой казалась снаружи.

Увидев подругу, Катя тут же направилась к ней, легко подскочив со своего места и махнув парням рукой на прощание.

— Приве-е-ет! — радостно воскликнула она. — Я тебя тут уже десять минут жду, и даже успела познакомиться… Эй, ты чего?

Лера взглянула в обеспокоенное лицо подруги. Катя изогнула красиво очерченную бровь и поджала пухлые от природы губы. От нее невозможно было ничего утаить, она удивительным образом чувствовала любые изменения в настроении.

— Ты о чем? — вздохнула Лера.

— Ты какая-то… Грустная что ли. Что случилось? — Подруга пристально на нее посмотрела.

Лера не смогла скрыть улыбку. Кажется, они дружили уже целую вечность, еще с детского сада, и никто не знал ее лучше. Сколько Лера себя помнила, они всегда все делали вместе — вместе ходили в школу и сидели за одной партой, вместе делали уроки, гуляли, играли, потом влюблялись и обсуждали мальчишек. Теперь и в институте, на одном факультете, они учились вместе — их вкусы и желания всегда во многом совпадали, даже в выборе специальности.

— Не бери в голову, Кать. С Ваней вчера поссорились… — нехотя призналась Лера, не став упоминать о ночном происшествии, чтобы не пугать подругу.

Достаточно было и упоминания о Ване, чтобы заставить ее раздражённо засопеть. Он всегда был их единственным камнем преткновения, и поэтому Лера не любила рассказывать Кате о нем и, особенно, о его промахах, потому что прекрасно знала, какая у нее будет реакция.

Она ожидаемо скривила губы в презрительной усмешке и фыркнула.

— Да он тупой болван, это всем давно известно, Лер! Ты, похоже, одна этого не хочешь замечать… — начала подруга, набрав в легкие побольше воздуха. Речь, похоже, предстояла длинная.

— Так, стоп, подруга! — прервала ее Лера, подняв руки. — Давай не будем об этом. Пожалуйста!

Сил выслушивать еще и ее не было. Даже будь она тысячу раз права, последнее, чего сейчас хотелось девушке — обсуждать Ваню и их отношения. Катя замолчала, всем своим видом давая понять, что она еще не закончила. Ваню она, мягко говоря, недолюбливала и не забывала об этом постоянно напоминать.

Но Лера знала его едва ли не дольше, чем Катю. Мама Вани была лучшей подругой ее мамы, и поэтому они общались с самого детства. На горшок вместе ходили — говорят про таких, как они. Они появились на свет с разницей в пару месяцев, и поэтому в детстве легко находили общий язык. А когда подросли… Лера сама порой не понимала, как вышло так, что они начали встречаться. Их мамы этого очень хотели, и в своих мечтах уже давно их поженили и воспитывали общих внуков. А сама Лера так сильно свыклась с этой мыслью, что уже не различала грань между своими чувствами и желаниями, навязанными ей кем-то другим. Ваня был рядом всегда, став неотъемлемой частью ее жизни. Настолько, что отделить его казалось невозможным. Да и нужно ли?

Она тысячу раз задавала себе вопрос — любит ли она Ваню? Иногда ей казалось, что совсем нет. То есть, она, конечно же, любила его как друга, очень близкого друга, но при его виде сердце совсем не начинало биться чаще, бабочки в животе не порхали и… Что там еще нужно чувствовать, когда в кого-то влюбляешься?

А потом ей казалось, что, наверное, это и есть любовь. Она к нему очень привыкла и привязалась, он такой родной, близкий и знакомый. Разве может быть как-то по-другому? Она знала абсолютно все его достоинства, да и недостатки тоже. А их, откровенно говоря, было немало.

Ваня всегда был жутким лоботрясом. В школе и дня не проходило, чтобы Лера не давала списать ему какой-нибудь предмет, а сочинения частенько писала в двойном экземпляре. Впрочем, и в институте мало что изменилось. Хоть учились они на разных специальностях, но много предметов было смежных, и конспекты девушки частенько подолгу жили у ее друга. Лере вообще часто казалось, что она тащит на себе какую-то непосильную ношу, которую и бросить жалко, и нести уже невыносимо.

Но самые большие проблемы у них начались два года назад, когда ребята поступили в институт. Ваня быстро влился в новую компанию одногруппников и стал весело проводить с ними время. Он начал довольно много пить, гулять и еще черт знает что делать, а Лера для него отошла далеко на задний план. Время для нее он постоянно выкраивал между встречами с друзьями. Брать ее с собой он категорически не хотел, объясняя это тем, что все его друзья девушек не имеют, и ей одной в компании парней будет просто некомфортно. Лера же думала, что он просто не хочет, чтобы она путалась под ногами и мешала веселиться. Но не возражала — в компании его друзей она и правда всегда чувствовала себя лишней.

И такое поведение, как вчера, было совсем не редкость. Часто, напившись, он мог позвонить ей, забыв, что сейчас ночь, и она уже давно спит. Назначить встречу и забыть, или просто ее отменить, потому что от друзей поступило более интересное предложение. Или пару дней вообще не выходить на связь. Лера ясно осознавала, что он ее не особо ценит, и пора это все прекращать. Но ей годами внушали, что эти отношения нужно сначала создать, а потом сохранять. И теперь она чувствовала ответственность за них не только перед собой и Ваней, но и перед их родителями. И сил вырваться из замкнутого круга найти не могла.

Поэтому Катя так к нему и относилась. Она, не скупясь в словах, говорила, что он совершенно не достоин Леры, и тянуть его за собой вовсе не обязательно, а она заслуживает лучшего. Того, кто будет по-настоящему любить ее и ценить.

— Расскажи лучше про своих новых знакомых, — перевела тему Лера и кивнула головой в сторону компании ребят, которых только что покинула девушка.

— Ой, да что там рассказывать, — отмахнулась она, поморщившись. — Очередные дикари, которые уже планируют, как затащить меня в постель.

— Ты даже не даешь им шанса.

— Ну почему? Вон тот блондинчик очень даже ничего. — Она подмигнула высокому парню с коротким ёжиком светлых волос, который все это время не сводил с девушки глаз. Расплывшись в улыбке, он поднес к уху руку с оттопыренными большим пальцем и мизинцем, намекая, что позвонит. Катя благосклонно кивнула и отвернулась: — Может быть, даже схожу с ним на свидание. Пусть попробует доказать мне, что думает тем мозгом, который находится у него в голове. А не в штанах.

Лера усмехнулась. Интересно, где-то на земле существует тот парень, который сможет сокрушить эту неприступную стену?

Глава 3

— Привет, Лер… — неожиданно услышала девушка за спиной знакомый голос.

— О, какие люди! Как говорится, про дерьмо вспомнишь, оно и всплывёт, — не замедлила съязвить Катя, зло прищурив глаза.

— Ой, заткнись! Я не с тобой разговариваю, — огрызнулся Ваня, мгновенно перейдя в нападение.

— Хватит, ребята, — вздохнула Лера. Когда они встречались, она то и дело их разнимала, и ей уже порядком это надоело. Она внимательно посмотрела Ване в глаза: — Что ты хотел?

Он был красив и обаятелен. Высокого роста, почти на голову выше Леры, с короткими темными волосы, зелеными глазами и спортивной фигурой. Одевался он всегда красиво и стильно, не стеснялся ярких цветов в одежде. Лера знала, что девушки на него засматриваются, он всегда привлекал к себе внимание противоположного пола. И девушка старалась не думать, как он пользуется своим обаянием, когда ходит в клубы с друзьями, и ее нет рядом.

— Поговорить с тобой. Ты же вчера так и не ответила на телефон. — В его голосе послышались обиженные нотки.

— Ты серьезно?! — теперь настала очередь Леры разозлиться. — Это я не отвечала на телефон? А ты ничего не забыл? Как я два часа пыталась дозвониться до тебя? Как я пошла черт знает куда ночью ради тебя? А ты, видите ли, уснул! Уснул!

— Прости, — выдавил он и виновато опустил глаза. — Ну же, успокойся, малышка. Да, я виноват. Но что такого страшного случилось, я не понимаю? Просто скажи, как мне загладить свою вину?

— Ты не понимаешь, потому что ты придурок! — У Леры от обиды и злости даже слезы на глаза навернулись, и она побыстрее их сморгнула. Не хватало только разреветься прямо здесь, посреди холла института. — Ты думаешь, ничего не случилось? Поверь, это не так. Если бы мне вчера повезло чуть меньше, я бы тут сейчас не стояла!

Девушка мельком оглянулась по сторонам. Наверное, она говорила слишком громко, потому что на них стали оборачиваться заинтересованные чужой ссорой студенты. Катя стояла, едва ли не открыв рот от удивления, ведь на ее памяти, Лера еще ни разу так не кричала на Ваню. Обычно на все его проступки она закрывала глаза и прощала ему буквально все, но только не в этот раз. Девушка глубоко вздохнула, постаралась взять себя в руки и продолжила уже тише:

—Так что, Вань, по-хорошему, просто уходи. Я не хочу тебя больше видеть и разговаривать с тобой тоже, — и немного подумав, добавила: — вообще. Совсем не хочу, понимаешь? Между нами все кончено.

Лера сказала это быстрее, чем успела обдумать. Слова вырвались сами, словно говорила не она, а ее эмоции. Она стояла, осознавая смысл сказанного. По молчанию вокруг, поняла, что Ваня и Катя тоже пытаются переварить то, что она только что сказала. Как ни странно, но ей стало удивительно легко от этих брошенных слов. Будто камень с души упал.

— Ты шутишь что ли? Или так проучить меня решила? — Лицо Вани даже вытянулось от удивления, а Катя громко засмеялась.

— Вот это да! У кого-то, похоже, сегодня неудачный день, — сквозь смех сказала она, еще больше выводя Ваню из себя. Он презрительно глянул на нее, готовый испепелить одним взглядом, и снова перевел взгляд на Леру.

— Не шучу, Вань. Я серьезно. Вчера была последняя капля, поверь, даже мое терпение оказалось не безгранично, — устало ответила Лера и резко повернулась, собравшись уходить. Как можно скорее исчезнуть отсюда, пока разочарованный и потерянный вид парня не заставил ее пожалеть о сказанном.

— Да что, блин, такого вчера произошло? Ну, перепил, ну, уснул, с кем не бывает? Лер?– крикнул ей вдогонку Иван, всплеснув руками.

Лера резко остановилась. Подгоняемая злостью и снова вскипевшей внутри уверенностью, что все делает правильно, развернулась и подлетела к нему, с силой толкнув руками в грудь. Он даже покачнулся от ее напора, не ожидая такого от обычно мягкой и спокойной девушки. Она встала к нему вплотную, так близко, что его обжигало ее отрывистое дыхание. Посмотрела снизу вверх в его глаза, такие родные и до боли знакомые, и увидела в них непонимание и растерянность. Он действительно не понимал, что такого произошло — он и раньше ее подводил, но знал, что Лера все равно простит. Всегда прощала. И никак не мог уловить причину, почему сегодня все пошло иначе.

— Лер, — ласково шепнул он и мягко коснулся рукой ее щеки. Провел сверху вниз, поглаживая, а потом опустил ладонь на плечи. Хотел притянуть к себе ещё ближе и обнять. — Давай спокойно поговорим, малышка. Объясни, что случилось.

Лера с силой оттолкнула его руку от себя, и Ваня тут же примирительно поднял ладони вверх. На них таращились уже, наверное, все студенты в холле, но сейчас девушке было уже совершенно все равно.

— Вчера во дворе моего дома меня поймали трое парней, — тихо, чтобы слышал только он, сказала девушка. — Меня спасло просто чудо. Я думаю, тебе не нужно объяснять, что бы они со мной сделали? И это полностью твоя вина.

Понемногу в его глазах появлялось понимание, а за ним все нарастающая паника. И осознание своей вины, выбивающее почву из-под ног. Обычно ярко-зеленые радужки его глаз быстро темнели, и Ваня нервно закусил нижнюю губу.

— Лер… — только и смог пробормотать он. Опустил взгляд, не смея больше смотреть ей в глаза. Слов не находилось: он не знал, что сказать в своё оправдание, а Лере меньше всего были нужны его извинения.

Поэтому девушка поспешила прочь, стараясь не смотреть ни на него, ни на кого вокруг. Она за несколько секунд преодолела холл и лестницу. Ноги сами привели ее в нужную аудиторию, и Лера опомнилась только, когда поняла, что уже сидит за своей партой, а вокруг шумно болтают одногруппники. Она слышала, как с ней поздоровались, и неопределённо кивнула в ответ, даже не пытаясь понять, кто это был. Неважно. Важно было лишь то, что ее привычный мир рухнул. И она старательно прислушивалась к себе, пытаясь понять, что чувствует.

Ведь точно должно быть больно. Как иначе? Она только что рассталась с парнем, с которым была всю свою сознательную жизнь. С которым впервые поцеловалась ещё в детском саду, во время сончаса. Тогда это было просто невинное касание губами, но Лера хорошо помнила, как у неё пылали щёки, а уснуть она в тот день так и не смогла.

Настоящий поцелуй случился намного позже, когда они учились в девятом классе. И она могла поклясться, что точно тогда что-то чувствовала. Первый секс в одиннадцатом — и она ведь тоже этого хотела. Была уверена, что это по любви.

А сейчас сидела и не ощущала ничего, кроме облегчения и обиды. Пыталась отыскать внутри хоть что-то похожее на боль от разбитого сердца, и не находила.

В кабинет, уверенно цокая каблуками, вошла Катя. Обычно с её лица не сходила жизнерадостная улыбка, и она успевала поболтать практически со всеми, пока её не отвлекал от этого важного дела преподаватель. Но сегодня она, ни на кого не глядя, быстро направилась в сторону Леры. Девушка так крепко сжимала ручку своей сумки, что почти раздавила ее в руке. Уж не досталось ли и Ване еще и от нее?

Она села на свободное место рядом с Лерой и глубоко вздохнула. Немного помолчала, собираясь с мыслями и потерла переносицу.

— Это правда? — тихонько спросила она.

Лера только кивнула головой. Катя больше ничего не сказала, только ласково обняла ее, позволяя уткнуться лицом себе в плечо и спрятаться там от всего мира.

Глава 4

Этот день тянулся, как жвачка, и никак не хотел заканчиваться. Одна скучная пара сменяла другую, и с каждой минутой Лере всё больше хотелось забраться в теплую кровать и накрыться сверху одеялом, спрятавшись ото всех. Преподаватели, словно сговорившись, монотонно рассказывали материал, который мозг Леры сегодня никак не хотел воспринимать. Даже семинар, ради которого она вообще пришла, отменили и поставили вместо него лекцию по философии, на которой больше всего хотелось выйти из аудитории хоть в окно.

Когда пары, наконец, подошли к концу, Лера была несказанно рада. Катя не задавала больше никаких вопросов про вчерашний вечер, а наоборот старалась всячески шутить и отвлекать подругу от грустных мыслей.

Про Ваню, на удивление, она тоже совершенно ничего не говорила. Будто его и не существовало вовсе. И это было самым удивительным — Лера думала, что подруга не упустит такой прекрасной возможности перемыть парню все косточки, но в то же время и самым приятным. Девушка в который раз убеждалась, что на подругу можно положиться в любой ситуации.

После первой пары, когда Лера уже немного остыла, ей даже стало немного жалко Ваню, таким убитым он выглядел в холле. В голове стали крутиться мысли, а точно ли правильно она поступила, порвав с ним. Ведь это же Ваня! Еще позже она даже стала ждать его звонка или сообщения хоть с какими-нибудь объяснениями или извинениями. Но телефон упрямо молчал.

К последней паре, так и не получив от Вани ничего, она окончательно убедилась, что приняла правильное решение, и снова начала злиться. Несмотря на все, хотя бы искренних извинений она заслуживала.

После занятий они вместе с Катей направились к автобусной остановке. Обычно их подвозил домой Ваня — когда пары заканчивались в одно и то же время, или у него было желание их подождать. Но сегодня, когда они вышли из института, Ваниной машины уже не было на парковке. Лера невольно расстроилась, хотя понимала, что все равно не поехала бы с ним домой. Но за один день резко изменить отношение к тому, что складывалось годами было не так-то просто.

Катя, будто понимая ее мысли, болтала без умолку. Она уже рассказала ей все: про старшекурсников, с которыми познакомилась утром, про то, как они позвали ее на вечеринку, про блондина, который, не останавливаясь, бомбардировал ее сообщениями весь день. И даже про свое вчерашнее свидание с крайне занудным парнем, от которого она сбежала, притворившись, что ее кошка рожает.

Лера улыбнулась — он наверняка понял, что его отшили, но Катя вообще редко церемонилась с чувствами парней.

Когда они сели в автобус, подруга продолжала весело щебетать, привлекая внимание всего противоположного пола в транспорте. Вышла она, как обычно, на остановку раньше, игриво помахав Лере на прощание рукой. Девушка улыбнулась ей в ответ, прекрасно понимая, что за этим напускным весельем Катя прячет тревогу за нее.

Зайдя домой, Лера сразу поняла, что приехали родители: уже в коридоре стоял дивный запах чего-то очень вкусного. На звук хлопнувшей двери в коридор из кухни сразу выглянула мама.

— Привет, милая! — радостно воскликнула она, вытирая руки кухонным полотенцем.

— Привет, мам! — Лера крепко обняла маму, радуясь, что сегодня будет не одна. — Я думала, вы только завтра приедете.

—А мы решили приехать пораньше и устроить тебе сюрприз. — Мама весело подмигнула ей. — Ужин уже почти готов, проходи скорее.

Работа ее родителей – сплошные командировки. Неделя дома, следующая в другом городе. Три дня дома, две недели где-то ещё. У них была собственная аудиторская компания, и вот уже много лет они разъезжали по всей стране, оказывая свои услуги тем, кто в них нуждался.

Лера уже давно к этому привыкла, но все равно расстраивалась, когда они уезжали надолго. Но и радость от их возвращения с годами тоже не притупилась. Пока была маленькой, с ней жила бабушка, но лет с шестнадцати она всё чаще оставалось одна. А три года назад бабушки не стало, и теперь Лера коротала это время в одиночестве, иногда приглашая к себе Катю или Ваню.

На кухне папа уже сидел за столом, в ожидании ужина, щелкая пультом телевизора в поисках новостей. Его высокая и широкая фигура занимала практически всё место на небольшом диванчике. Они с мамой — обе невысокие и худенькие — смотрелись с рядом с ним, совершенно крошечными. Темноволосый и кареглазый папа всегда смеялся и говорил, что никак не участвовал в появлении на свет Леры. Ведь она родилась точной копией мамы — голубоглазой блондинкой с тонкими, даже изящными, чертами лица, высокими скулами и бледной кожей.

— Лерка, здорово! — Он чмокнул ее в лоб и потрепал по голове. — Ну надо же, как ты выросла!

Девушка засмеялась и крепко прижалась к мужчине, от которого пахло чем-то домашним и родным. Он всегда так говорил, когда возвращался после очередной поездки — это была его маленькая традиция. В детстве так действительно часто бывало, и за время их особенно длительной командировки, Лера успевала подрасти.

— Как дела? Что нового на учебе? Как Ваня? — сразу засыпала ее вопросами мама.

— Лен, ну ты чего набросилась на ребенка, дай ей хоть поесть, — тут же вступился за дочь папа. Так он тоже поступал всю её жизнь, неизменно защищая всегда и ото всех.

Лера благодарно на него посмотрела, и папа незаметно для жены подмигнул ей. У девушки не было сейчас ни малейшего желания рассказывать родителям, как у нее на самом деле дела, и уж тем более объяснять, что произошло между ними с Ваней. Она сама еще не поняла и до конца не приняла все произошедшее.

— Дела нормально, мам, — уклончиво ответила она. — Учеба отлично, до сессии еще далеко, долгов нахватать не успела.

Про Ваню она тактично умолчала, а папа уже перевел разговор на другую тему, начав рассказывать про их поездку.

Мама принялась порхать по кухне, пытаясь успеть десять дел сразу, и знай Лера ее чуть хуже, решила бы — пронесло.

После ужина Лера пошла к себе в комнату и попыталась сосредоточиться на учебе. Получалось довольно плохо, поэтому через пару часов тщетных попыток она направилась в душ и собралась пораньше лечь спать. Уже переоделась в пижаму и почти легла в постель, когда в комнату зашла мама.

— И когда ты собиралась мне рассказать? — спросила она почти что рассерженно.

— Ты о чем, мам?

— Я сейчас разговаривала с Олей…

Лера вздохнула и прикрыла глаза. Конечно же, она говорила с мамой Вани. Могла бы и сама догадаться, что мама так быстро узнает об их разрыве. А он тоже хорош, обязательно нужно было обо всем рассказать!

— Мам, давай не будем сейчас об этом. — Лера прекрасно знала, что это не сработает, но попробовать стоило.

— Почему же? — женщина не собиралась сдаваться. — Что у вас случилось, Лер?

— Ничего у нас не случилось. Я просто решила с ним расстаться.

— Не бывает никакого просто! Что это значит? Столько лет вы вместе, у вас все замечательно, и на тебе — “просто”. Он что, изменил тебе? Или ударил?

— Нет, конечно! – воскликнула Лера. — И если хочешь знать, у нас совсем не все замечательно.

— Кончено, замечательно. Вы чудесная пара! Лер, ну что за глупости?

Лера едва удержалась от того, чтобы рассмеяться. Ограничилась коротким смешком и молча покачала головой. Доказать что-то маме совершенно невозможно. Особенно, зная, что она считает Ваню едва ли не святым. И девушка порой всерьез задумывалась, кого та любит больше — свою собственную дочь, или Ваню, на которого едва ли не молилась. В ее глазах он был идеальным — красивым, умным, порядочным, вежливым. Вот только мама не знала его и вполовину также хорошо, как Лера. И даже не догадывалась об их проблемах, а Лера никогда не делилась с ней. Зачем? Пробовала как-то, а в ответ получила только лишние обвинения и с десяток оправданий для Вани.

И ей было даже немного страшно рассказывать про вчерашнее. Страшно услышать, что виновата сама, а в поступке Вани нет ничего ужасного. А ведь потом придется с этим как-то ещё жить…

— Что за шум? — в комнату заглянул папа.

— Сереж, ты только представь! — сразу же обратилась к нему мама. В ее голосе сквозила такая обида, будто Лера порвала именно с ней. — Лера решила расстаться с Ваней. Это мне Оля сейчас рассказала. Лер, ты явно не в себе. Давай сделаем так, ты все хорошенько обдумаешь, и я уверена, завтра ты поймешь, как была не права.

— Лен, отстань ты от нее! Ей всего двадцать лет. У нее еще этих парней будет миллион. Что ей какой-то там Ванька. А вообще правильно сделала, что бросила его. — Папа подмигнул ей.

Лера улыбнулась и по телу разлилось приятное тепло. Хорошо знать, что рядом есть человек, который всегда будет на твоей стороне. А папа всегда был, даже, если она совершала ошибку, даже, если была не права.

—Сереж! — строго обратилась к нему мама. — Я думала, ты будешь на моей стороне.

— Я ни на чьей. Просто вы с Олей немного увлеклись сватовством. Двадцать первый век на дворе, в конце концов, с кем захочет, с тем и будет встречаться.

Мама обиженно поджала губы, но промолчала — спорить с папой она не любила. Мужчина, воспользовался её заминкой, пожелал дочери спокойной ночи и, мягко подтолкнув маму к выходу, закрыл дверь в комнату.

Глава 5

Неделя пролетела словно на ускоренной перемотке. Лера едва успевала замечать, как дни мелькают один за другим. Контрольные точки, стоящие одна за другой, доклад по социологии, который нужно было сдавать уже на следующей неделе и катастрофически малое количество часов в сутках для сна.

Мама жизнь не облегчала. Она еще несколько раз поднимала разговор на тему Вани, но, когда Лера осталась непреклонной, сменила тактику. Обычно деятельную и жизнерадостную женщину, как подменили: она то и дело хваталась за голову, горстями пила какие-то таблетки и не уставала твердить, что Лера её в могилу сведёт.

Девушка старалась не обращать внимания на её манипуляции, но получалось плохо, и предательская мысль вернуть всё, как было, лишь бы от нее все отстали, поселялась в голове всё прочнее.

Остановило её только то, что сам Ваня так ни разу и не позвонил. Мама, не зная подробностей, все-таки выяснила, что он чем-то очень обидел Леру, и всячески старалась оправдать его. Он очень раскаивается, он переживает, боится позвонить ей, но очень страдает — вот далеко не полный список того, что, по ее мнению, он должен сейчас чувствовать. Но Лера очень сомневалась, что парень испытывает хоть что-то.

В институте они пересекались всего пару раз, и то мельком. При этом он поспешно отводил глаза и старался как можно быстрее исчезнуть из ее поля зрения. Но она была даже рада этому, потому что совершенно не знала, что сказать ему при встрече. Разговаривать вообще не хотелось — ей вполне хватало того, что эти обсуждения все никак не прекращались у нее дома.

Поэтому, когда папа сообщил, что в пятницу они снова улетают, Лера едва ли не впервые обрадовалась этому. Находиться с мамой под одной крышей становилось всё невыносимее, и девушка очень надеялась, что за время их командировки женщина хоть немного успокоится.

В пятницу утром Лера проснулась на удивление бодрой, хотя спать легла далеко за полночь. Предвкушение двух выходных дней, к тому же, без нравоучений от мамы, делали своё дело, и настроение автоматически подскочило вверх.

С кухни доносился запах свежесваренного кофе и, по всей видимости, блинчиков, добавив еще несколько баллов на её внутреннюю шкалу счастья.

— Доброе утро, — поздоровалась Лера, опускаясь на табурет. На ее лице была такая широкая улыбка, что даже стало немного стыдно. Всё-таки родители уезжают, а она почти что светится от счастья. — Во сколько у вас сегодня самолет?

—В час дня, — ответил папа, почти не отрывая взгляда от новостной ленты в телефоне.

— Я еще на учебе в это время буду… — протянула Лера, медленно помешивая кофе в кружке. — У меня пары до четырех, а потом нам с Катей еще доклад доделать нужно.

— Ничего страшного, — тут же ответила мама. Вполне миролюбиво, но губы всё-таки поджала. — Не нужно нас провожать, не люблю я эти прощания в аэропортах. К тому же, в следующие выходные мы уже вернемся.

— Хорошо, — Лера согласно кивнула.

— Лера, — строго обратилась к ней мама, ставя перед ней тарелку с блинами.

— Что? — Девушка бросила взгляд на маму, уже заранее не ожидая ничего хорошего от её тона.

— Я очень надеюсь, что пока нас не будет, ты ещё раз хорошо всё взвесишь и примешь правильное решение.

— Правильное — это то, которое хочешь ты?

— Правильное, моя дорогая, — это то, которое будет лучше для тебя самой.

— И, конечно же, никто, кроме тебя не знает, что будет для меня лучше! — разозлилась Лера. Она всю жизнь прислушивалась к маме, и даже во многом шла у неё на поводу. А стоило ей принять собственное решение — оно тут же было воспринято в штыки, потому что шло вразрез с маминым. Лера зависла на тонкой грани между ощущением себя ужасной дочерью, перечащей матери, и потрясающим чувством свободы и избавления. Но пока еще не была уверена, что пересилит.

— Ты не понимаешь! — Мама приложила пальцы к вискам и прикрыла глаза.

— Нет, это ты не понимаешь!

— Так, девочки, стоп, — вмешался папа, хлопнув по столу ладонями. — А ну-ка разбежались по разным комнатам, мне этот цирк уже надоел! Тебе, Лен, заняться нечем? У тебя чемодан еще не собран. А ты, Лерка, жуй блины и беги на занятия, пока не опоздала.

Мама обиженно поджала губы, но замолчала, а Лера принялась жевать вдвое быстрее, стремясь быстрее закончить с завтраком. Практически залпом выпила кофе, которое обожгло горло и бросила в рот последний кусочек блинчика. Затем подскочила с места и, быстро проговорив “спасибо”, убежала к себе в комнату. Натянула на себя первые попавшиеся вещи, которыми оказались джинсы и спортивная кофта красного цвета — тратить время на поиски другого наряда не хотелось, а вот исчезнуть из дома побыстрее еще как.

Следующие минут пять Лера прощалась с родителями в коридоре. Мама, как обычно, давала ей кучу наставлений и советов, а папа закатывал глаза, напоминая, что их дочери уже давно не пятнадцать лет. Мама, конечно же, не забыла раз десять напомнить ей подумать о Ване и принять верное решение. Единственное верное, на ее взгляд, решение. Теперь уже настала очередь Леры закатывать глаза. Наконец, они последний раз обнялись, и девушка выпорхнула из дома.

Катю она нашла уже в лекционном зале, где та сидела, уткнувшись в телефон. Не замечая никого вокруг, она сосредоточенно что-то печатала, а по тому, как поджались ее губы, вытянувшись в тонкую линию, Лера даже за несколько метров почувствовала идущее от нее раздражение.

— Что случилось? — Лера подсела к подруге, легонько толкнув её локтем, и Катя бросила на нее хмурый взгляд.

— Антон, — ответила она так, точно это одно лишь это имя должно было объяснить Лере все.

— Антон? — Лера непонимающе вскинула брови, пытаясь вспомнить, кто это и угадать, чем он сумел так насолить подруге.

— Антон, — повторила Катя еще раз, презрительно выплюнув его имя. Вздохнув, пояснила: — Тот блондинчик с пятого курса, с которым я познакомилась на днях. Он задолбал меня сообщениями с просьбой встретиться, и вчера надоел мне так, что я согласилась на свидание с ним.

— И, похоже, оно прошло не очень удачно?

— Ну почему же? — язвительно отозвалась Катя. — Свидание прошло очень даже неплохо. Вплоть до того момента, пока он не решил, что я просто мечтаю переспать с ним в его машине. Представляешь, Лер? И был так возмущен, когда я послала его. Сказал, что ожидал, что я более доступная. Какого хрена, Лер? Только потому, что на мне надето короткое платье и каблуки? Это что, долбанное приглашение ко мне в постель?

Лера сочувственно вздохнула и приобняла подругу. Но Катя продолжала, едва обращая внимания на происходящее вокруг.

— А сегодня написал мне и спросил не передумала ли я. Говорит, его предложение еще в силе.

— А ты?

— Сказала засунуть его в задницу.

Лера рассмеялась, и Катя тоже фыркнула, хоть ещё и рассерженно. Откинула назад свои длинные темные волосы и спросила, с почти неуловимой грустью в голосе:

— Интересно, существуют парни, которые умеют видеть глубже пары миллиметров? Он даже не пытался узнать меня получше, ему было абсолютно все равно. Все, что его волновало — как побыстрее затащить меня в постель. Или это только мне такие попадаются? Мама говорит, дело в том, как я выгляжу, будто бы мои откровенные наряды наводят их не на те мысли. А мне нравится так одеваться! Почему я должна что-то в себе менять из-за того, что некоторые не в состоянии держать себя в руках?

— Ты и не должна, — уверенно тряхнула головой Лера.

Катя кивнула и тут же лукаво прищурилась:

— Ты сегодня подозрительно радостная, Лер.

— Родители уехали, — призналась девушка.

— Мама все никак не успокоится?

— Мне кажется, она вообще никогда не успокоится, — Лера покачала головой. — Она настолько уверена в идеальности Вани и наших отношений, что я все чаще начинаю думать, что это я ошибаюсь, а не она.

— Ну, нет! — Катя грозно сверкнула глазами. — Даже не думай! Это самое правильное решение. Ванька не стоит тебя, Лерочка, ты достойна того, кто будет ради тебя горы с землей равнять, а не того, кто не ценит ни тебя, ни ваши отношения. Ты и сама это знаешь, просто мама старательно навязывает тебе того, что хочет видеть сама и не может смириться с тем, что что-то идёт не по ее плану.

Лера это знала и очень хорошо понимала. Время шло, а она с неведомым до этого удовлетворением наблюдала, что ее не мучила тоска по прошлому, сердце не болело и не сжималось от воспоминаний, как должно быть при расставании. Вместо этого внутри теплым потоком разливалось спокойствие, которого она никогда не ощущала рядом с Ваней. Тогда ее бесконечно терзала неуверенность — в себе, в парне, в искренности их отношений, в правильности своего выбора. Она настолько привыкла к этому, что только сейчас, сбросив с себя тяжелый груз, поняла, как ей теперь легко. Словно задышала полной грудью.

И если бы не давление мамы, то у Леры не возникло бы и мысли, что она совершила ошибку. А так — червячок сомнения копался глубоко внутри, шепча на ухо предательские вещи. Разве мама может ошибаться? Может быть, это сама Лера в силу молодости и неопытности не видит очевидного?

Так сложно услышать себя, когда всю жизнь за тебя говорил кто-то другой.

***

После пар подруги заглянули в библиотеку, чтобы подготовиться к докладу. Больше посмеявшись, чем сделав дел, и обсудив все на свете, ближе к шести часам вечера, когда строгая библиотекарь почти что выгнала их оттуда они, наконец, отправились домой. Было решено не ехать на автобусе, а пойти пешком. Лера даже обрадовалась этой внезапной прогулке, к ее удивлению, предложенной Катей. Обычно она не любила подолгу гулять, предпочитая пешим прогулкам кафешки. Но сегодня сделала исключение — и Лера была уверена, это только ради нее. Катя слишком хорошо знала ее, чтобы понимать — несмотря на радость избавления от маминых нравоучений, пустая квартира все равно обрушится на Леру оглушительной тишиной.

Пока они брели до дома, на улице окончательно стемнело и заморосил дождик. Он мягко застучал по асфальту, на котором тут же стали расползаться темные от влаги пятна.

— Как же я не люблю осень, — проворчала Катя. — Дождь, холод и сырость. Отвратительно. Я хочу туда, где вечно светит солнце.

— Я тоже, — отозвалась Лера.

Капли неприятно падали за воротник куртки, и Лера поежилась. Капюшона не было, а зонтик она благополучно забыла дома, и теперь опасливо глянула на небо, прикидывая в уме, сколько у нее есть времени, чтобы добежать до дома раньше, чем промокнет до нитки. И по тяжелым, словно налитым свинцом тучам, догадалась, что не так уж много.

Катя, подумав о том же, ускорила шаг и возле своего двора чмокнула подругу в щеку. Дальше их пути расходились.

—Ладно, пока, подруга. Беги скорее домой, пока не разверзлись хляби небесные, — она рассмеялась и с умопомрачительной для десяти сантиметровых шпилек скоростью исчезла за поворотом.

— Пока, Катюш, — Лера помахала ей на прощание и побыстрее пошла в сторону дома. И правда, успеть бы.

Дождь все усиливался и холодные капли вовсю хлестали по лицу, подгоняемые усиливающимся ветром. Когда Лера дошла до своего двора, ее куртка была мокрой почти насквозь, а влажная кожа заледенела от холода. Озябшие пальцы не слушались, и она сунула их в карманы, пытаясь хоть как-то согреться. Девушка почти добежала до своего подъезда, когда боковым зрением увидела, что на лавочке возле детской площадки сидит человек. В другое время она, возможно, не обратила на него никакого внимания, но фигура сидела совершенно одна под дождем, как-то странно согнувшись. Кто захочет сидеть на лавочке в такую погоду? Непонятное и неприятное предчувствие остро кольнуло под рёбрами.

Лера оглянулась по сторонам – никого. В голове заворочался сразу ворох мыслей. Может, человеку стало плохо? Инфаркт? Инсульт? Может быть, надо позвать на помощь? Как назло, совершенно пустой двор, только она одна и незнакомец на площадке.

Отбросив подальше мысль просто развернуться и сбежать, Лера медленно двинулась в сторону лавочки. Так нельзя. Нельзя просто бросить человека без помощи и уйти, она должна хотя бы убедиться, что с ним все в порядке или вызывать врачей, если окажется, что нет. Папа всегда учил ее помогать тем, кто в этой самой помощи нуждается.

Затем в голову пришла следующая жуткая мысль, от которой стало совсем нехорошо. А вдруг он мертв? Она осторожно подходила все ближе и ближе, а в голове одна за другой мелькали новые версии. Когда она приблизилась достаточно близко, фигура показалась ей смутно знакомой, но она никак не могла понять, где раньше видела эту куртку с серой нашивкой на рукаве и черный капюшон на голове, намокший от дождя. Озарение рухнуло на нее неожиданно и едва не придавило своей тяжестью. Ну, конечно! Ее сердце быстро заколотилось, и она бегом бросилась к лавочке.

— Костя? — сдавленно шепнула девушка, опускаясь на корточки перед ним и заглядывая в лицо.

Это действительно был он, и, к ее ужасу, его лицо было нездорово бледным, а глаза закрыты. Зато она четко услышала его дыхание — прерывистое и шумное, но, главное, оно было. Сердце рухнуло вниз, а к горлу подступила отвратительная тошнота, и Лера сделала над собой усилие, чтобы ее голос не сорвался.

Он не ответил, и паника начала захлестывать с головой. Сердце зачастило еще сильнее, срываясь в галоп, а изо рта вырвался рваный выдох. “Успокойся, — тут же резко одернула она себя. — Истерикой тут не поможешь. Давай же, соберись!”

— Костя! — повторила она уже громче и настойчивее. Он был жив, это главное, но вот в сознании ли?

Парень медленно открыл глаза и посмотрел на нее, пытаясь понять, кто его зовет. От этого взгляда — пустого и ничего не выражающего — мурашки побежали по всему телу. Он смотрел так, будто изо всех сил пытался оставаться в сознании, но действительность ускользала от него все дальше. Наконец, в его глазах мелькнуло что-то похожее на узнавание.

— А-а-а, это ты. Привет, Лер, — тихо протянул он. Настолько тихо, что Лера скорее прочитала сказанное по губам, чем услышала.

— Что с тобой? — она широко распахнула глаза, не понимая, что нужно делать.

Костя сидел, прижав правую руку к животу, болезненно и неестественно согнувшись. Он совершенно промок, а на одежде не осталось сухого места, и Лера качнула головой. Сколько он тут сидит? Почему к нему до сих пор никто не подошёл? Наверняка, хоть кто-то его заметил, но все равно решил пройти мимо. Сердце снова сжалось, но теперь не от страха, а жалости.

— Меня тут немного зацепили, — хрипло ответил он, медленно приподняв руку, которую прижимал к животу, и Лера увидела мокрое кровавое пятно, расплывшееся по толстовке. И добавил, будто только что осознал, что истекает кровью: — Вот черт.

Кровь. Много крови. Чертовски много. Лера запоздало поняла, что его одежда потемнела не только от дождя. В темноте она не заметила сразу, но зато хорошо видела сейчас — весь живот был залит кровью. Все усиливающийся дождь смывал ее с Костиных рук, но теперь, когда она неотрывно, словно в оцепенении, глядела на жуткую рану, могла различить, как пальцы снова и снова окрашиваются в багряный цвет. Ее затошнило, и девушка на секунду прикрыла глаза, убеждая содержимое желудка остаться на месте.

— Я сейчас вызову скорую, подожди немного! — Лера дрожащими руками полезла в карман за телефоном.

— Нет! — неожиданно резко и громко ответил он, из последних сил постаравшись распрямиться. — Скорую нельзя.

— Почему? — Лера, моргнув, уставилась на него. И добавила очевидное: — У тебя кровь, очень много крови.

— Я в курсе. Пообещай, что ты не вызовешь скорую, ни при каких обстоятельствах. — Он на удивление крепко сжал свободной рукой ее запястье, вложив в этот жест все оставшиеся силы.

— Почему?

Эта просьба никак не укладывалась у нее в голове и казалось нелепой, даже абсурдной. Что не так со скорой помощью?

— Просто пообещай, — устало выдохнул Костя.

— Хорошо... — Лера совсем растерялась и замерла с телефоном в руках, совсем не уверенная, что сможет сдержать данное обещание. — Но что мне сделать? Как тебе помочь?

— Мне нужно позвонить другу, — он заговорил медленнее. Было видно, что слова ему даются с трудом. — Мой телефон, как назло, сдох. Сегодня, похоже, вообще не мой день, — он попытался засмеяться, но получился только глухой хрип.

— Конечно! Ты помнишь номер?

Он кивнул и продиктовал ей цифры. Лера прижала телефон к уху, не сводя глаз с Кости. Она боялась, что в любой момент он просто отключится, и тогда она точно нарушит свое слово и вызовет врачей. Спустя несколько гудков на том конце провода раздался нетерпеливый и низкий мужской голос.

—Да! Я слушаю.

— Здравствуйте, — Лера запнулась, пытаясь подобрать слова, которые от волнения никак не желали выстраиваться в предложения. — Вы меня не знаете, но сейчас я рядом с Костей, вашим другом. Ему нужна помощь.

— Что случилось? — голос напрягся.

— Он ранен… Я не знаю, что случилось, но у него в животе рана, и он истекает кровью. Здесь очень много крови...Ему срочно нужна помощь, а я совершенно не знаю, что мне сейчас сделать! Я хотела вызвать скорую, но он не разрешает… — Лера затараторила, смешивая все слова в кучу, собрать их в связный текст не получалось. А потом очень тихо, чтобы Костя не услышал, добавила: — Косте очень плохо. Я боюсь, что… — она замолчала, не договорив. Не смогла озвучить страшные мысли вслух и понадеялась, что друг поймет ее и так.

Молчание. Затем собеседник громко выругался и, кажется, даже что-то то ли уронил, то ли бросил.

— Да твою ж мать! Где он?

— Я сейчас скину вам адрес.

— Окей. Сейчас буду. Скажи ему, чтобы держался. И пусть даже не думает сдохнуть, иначе я его лично на том свете найду и убью собственными руками, — с этими словами он резко бросил трубку, а Лера стала трясущимися руками набирать сообщением адрес.

— Спасибо, — выдохнул Костя и болезненно поморщился.

— Он скоро будет, — пообещала Лера, пряча телефон в карман. От осознания этого ей даже самой стало легче. — Велел тебе держаться. Все будет хорошо.

Про остальное она тактично умолчала. Затем огляделась – двор все также пустовал, только большая дворняга сидела на другом краю детской площадки и, наклонив набок голову, с интересом смотрела на них. Дождь лил все сильнее, и девушка с сомнением посмотрела на парня, прикидывая насколько он в состоянии дойти до квартиры. Решение, что им нужно подняться не заставило ее сомневаться ни на секунду: ни когда набирала свой адрес Костиному другу, ни когда готова была пустить домой незнакомого парня, истекающего кровью.

—Ты можешь идти? — Лера легонько коснулась руки парня, оказавшейся ледяной. — Нам нужно подняться в квартиру. Тебе нельзя здесь оставаться, да и дождь все сильнее.

Парень кивнул и стал медленно подниматься. Бледное лицо исказила гримаса боли, и он покачнулся, едва не упав. Лера закинула его руку себе на плечо, помогая ему идти. Кое-как, шаг за шагом, они добрели до ее подъезда, затем до квартиры и девушка захлопнула дверь, включив свет в коридоре.

Костя тяжело выдохнул и обессиленно прислонился к дверце высокого шкафа-купе, вытянувшегося во всю длину стены в коридоре, а затем сполз по ней на пол. Лера взглянула на него в ярком свете, и с пронизывающим до костей страхом осознала, что выглядит он еще хуже, чем ей показалось. Мертвецки бледное лицо, из которого будто выкачали всю кровь, растрепанные светлые волосы, потемневшие от воды, совершенно затуманенный взгляд. И кровь. Всюду кровь. Теперь, когда поток воды перестал ее смывать, она перепачкала и руки, и одежду, и даже пол.

— Ещё немного, — зашептала Лера, опускаясь рядом с ним на колени. — Потерпи еще чуть-чуть. Ты справишься .

Она осторожно помогла снять ему куртку и увидела, что толстовка под ней на животе насквозь пропиталась липкой кровью. У нее потемнело в глазах и стало немного подташнивать, но Лера тут же постаралась взять себя в руки. Он держится из последних сил, так не хватало ей тут рухнуть в обморок.

Она перевела взгляд на свои руки — тоже все в крови. Мельком посмотрела на отражение в зеркале — жуткие красные разводы на щеках и лбу. Лера почувствовала, что голова начинает плавно кружиться, и мир потихоньку исчезает, теряя четкие очертания. К действительности ее вернул неожиданно громко зазвонивший дверной звонок.

Глава 6

Распахнув дверь, Лера увидела молодого человека лет двадцати пяти. Высокий и худощавый, с темными растрепанными волосы, будто бы он слишком часто запускал в них пальцы. Взгляд серо-зеленых глаз сердитый, но в то же время обеспокоенный. На нем была надета огромная мешковатая кофта, а в одной руке парень держал спортивную сумку. Он тяжело дышал, словно всю дорогу до ее дома проделал бегом.

Ничего не говоря, он легко, одной рукой, отодвинул девушку в сторону и опустился на колени перед Костей.

— Кость, — он мягко дотронулся его плеча, — ты как, дружище?

— Хреново, Лех, — усмехнулся тот краешком губ, приоткрыв глаза.

Леха выругался сквозь зубы и покачал головой, не отрывая глаз от раны на животе. Аккуратно дотронулся до нее кончиками пальцев, а Лера в отчаянии закусила губу. Крови стало еще больше. Сколько он вообще ее потерял? Ей стало спокойнее, как только Леша показался на пороге ее квартиры, но только потому, что это по большей части снимало с нее ответственность. Это его друг, а она просто едва знакомая прохожая. Но она не понимала, что он может сделать, если Костя категорически отказывается ехать в больницу. Девушка не рухнула в истерике на пол только из-за непоколебимой уверенности во взгляде Леши — словно он точно знал, что нужно делать и был уверен, что все закончится хорошо.

Леха бегло огляделся по сторонам и будто только сейчас увидел неподвижно стоящую Леру, прижавшуюся спиной к стене.

— Мне нужна кипяченая теплая вода, — скомандовал он. Быстро, чётко и тоном, не терпящим ни возражений, ни промедлений. — И еще. Я положу его на пол в комнате, но мне нужно что-то подстелить. Желательно что-то такое, что ты потом сможешь без колебаний выкинуть. Будет много крови.

Лера оторопело кивнула и направилась в кладовку. Нашла старые плед и простыни и расстелила их на полу в гостиной. Леша подхватил Костю, помогая ему подняться на ноги и практически на себе донес до них, помогая ему лечь. Тот, тихо застонав, откинулся на спину и шумно выдохнул. Леха аккуратно стащил с него толстовку и футболку, оставляя в одних только джинсах. Костя старался молчать, стиснув зубы до боли, и не издавать ни звука, но было видно, что каждое движение дается ему с трудом. А Лера, как загипнотизированная, смотрела на его перепачканный кровью живот — сейчас казалось, что на нем нет живого места.

— Вода! — громко напомнил ей Леша, вырывая из оцепенения.

Лера тряхнула головой и поспешила на кухню греть чайник. Леха направился следом за ней, на ходу закатывая рукава кофты до локтей, включил воду и начал тщательно мыть руки.

— Что-то еще нужно? — спросила Лера. Парень отрицательно качнул головой и девушка, подавив очередной приступ тошноты, тихо задала волновавший ее вопрос: — Ты знаешь, что делаешь?

— Да. — Лёша сосредоточенно мыл руки и говорил отрывисто и кратко, словно в этот самый момент думал о чем-то другом, а на вопросы Леры отвечал на автомате.

Ей было достаточно даже этого. Спокойная уверенность Леши понемногу разжимала тиски на ее шее, и дышать становилось легче. Чайник закипел, и Лера, прихватив его и тазик, пошла в зал. Леха уже опустился на колени перед другом, бормоча:

— Тише, тише. С тобой все будет хорошо, обещаю. Только потерпи немного.

Не прекращая говорить, он вытаскивал из своей сумки медицинские инструменты, названия которым Лера даже не знала, и перевязочный материал — марлю, бинты, вату. Девушка даже не успела удивиться, откуда у него это все взялось, потому что все ее внимание сосредоточилось на воде в тазике, которая с каждой секундой становилась все багрянее — это Леша начал осторожно промывать рану.

Через несколько бесконечных минут крови на коже почти не осталось, а на животе, с правой стороны, стало отчетливо видно ранение — ровный разрез около пятнадцати сантиметров в длину. Лера неподвижно наблюдала за действиями Леши. Как он аккуратно прощупал края раны, натянул на руки перчатки, а затем набрал что-то в шприц и стал медленно обкалывать кожу вокруг пореза. Костя шумно вздохнул.

— Обезболивающее, друг, — ответил на его немой вопрос Леха.

Выждав пару минут, он вскрыл пакет со стерильными инструментами.

— Сейчас будет больно, обезбол так глубоко не берет, но мне нужно осмотреть рану. Постарайся не дергаться, — извиняющимся тоном предупредил Лёша и на мгновение прикрыл глаза. Костя слабо кивнул, соглашаясь, и Леха, не оборачиваясь бросил Лере: — Мне нужно, чтобы ты посветила. Пожалуйста.

Девушка послушалась, все еще не до конца веря в реальность происходящего. Чтобы не свалиться в обморок, она постаралась просто отключить голову, не задумываясь о том, что сейчас происходит в ее квартире и как она вообще оказалась в этом замешана. Не думать, доверившись Леше и позволив ему руководить. Включив фонарик, она встала у него за спиной, стараясь, чтобы свет попадал точно в рану.

Леша начал раздвигать края раны, и Костя хрипло застонал от его движений. Он тщательно осматривал ее во всех направлениях, и Лера поняла, что ее руки дрожат по тому, как дернулся луч фонарика. Она глубоко вдохнула полные легкие воздуха и усилием воли заставила себя держать телефон тверже — видела, как неровный свет мешает Леше. Он ничего не говорил, но она заметила, как его пальцы то и дело замирают, а он сам тяжело дышит.

Лера отвела взгляд от живота Кости, всерьез опасаясь, что от этой картины сознание ее точно покинет. Вместо этого она перевела взгляд на лицо парня — он был все так же бледен, под прикрытыми глазами залегли темные тени, скулы заострились, на лбу выступили бисеринки пота, а волосы спадали на лоб потемневшими мокрыми прядями. Он часто и поверхностно дышал, судорожно сжимая руками простынь, и напряг все мышцы в теле, стараясь не шевелиться. Девушка заметила, как из-под опущенных дрожащих ресниц медленно скатывались слезинки, и в этот момент ей тоже захотелось разрыдаться. А ещё подойти и оттолкнуть Лешу, прекратив эту нечеловеческую пытку.

Но Леха отложил инструменты сам и облегченно выдохнул. Так, будто все это время вообще не дышал. Вытер рану и взял в руки иглу, и Лера невольно отметила, что, несмотря на все беспокойство, которое плескалось в глубине его глаз, его рука была совершенно твердой и ни разу не дрогнула.

— Все хорошо, повезло, что ничего не задето, — проговорил он, обращаясь скорее к себе, чем к другу, потому что Костя никак не отреагировал на его слова.

Пока Леша зашивал рану, Костя почти не подавал признаков жизни, только грудь судорожно вздымалась. В какой-то момент Лере показалось, что он вообще отключился, настолько перестал реагировать на действия друга. Закончив, Леша обработал шов и наклеил на него повязку. Стянул окровавленные перчатки и только после этого позволил себе вдохнуть полной грудью. Он запустил одну руку в волосы и прикрыл глаза, словно у него резко и нестерпимо заболела голова. Замер на несколько секунд в таком положении, а потом его губ коснулась осторожная улыбка.

— Все хорошо, друг, — тихо пообещал он и ласково потрепал Костю по щеке. — С тобой все будет хорошо. Ты молодец.

Костя невнятно пробормотал что-то в ответ, и Леша тяжело поднялся на ноги. Посмотрел — действительно посмотрел — на Леру впервые за все это время и тепло улыбнулся.

— Спасибо за все. Что не бросила его там, привела к себе и помогла. И что не упала тут в обморок.

Девушка обессиленно улыбнулась и пожала плечами. Не говорить же ему, сколько раз за сегодняшний вечер она была близка к этому.

— Я бы не смогла.

— Я Лёша. Извини, что ворвался к тебе вот так, даже не представившись.

— Все в порядке. Я Лера.

— Лера, можно я оставлю его здесь на ночь? Понимаю, что это уже слишком, но везти Костю домой слишком опасно, ему нужно хоть немного отлежаться. Я должен вернуться на работу, меня и так не должно сейчас тут быть.

— Конечно, — Лера согласно кивнула. Она без колебаний приняла решение привести его к себе, и уж, конечно, не выгнала бы теперь, когда самое страшное оказалось позади. — Пусть остается столько, сколько нужно.

— Я приеду завтра с утра. Если возникнут какие-то проблемы — сразу звони, — он устало потер переносицу.

— Договорились.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил Леша. — Я твой должник.

Перед уходом Леха поставил другу пару уколов и переложил на диван. Костя даже не открыл глаза — то ли уснул, то ли сознание его всё-таки покинуло. Пока Лера уносила из комнаты тазик и окровавленные тряпки, Леша задержался возле парня, тихо что-то ему бормоча. Девушка не могла разобрать слов, да и особо не прислушивалась — хотела дать им возможность побыть наедине. Вернувшись, она застала Лешу сидящим на корточках возле Кости. Он положил одну руку ему на плечо и наклонился так близко, что их лбы почти соприкасались, и негромко, но уверенно шептал ему что-то в самое ухо. Лера грустно улыбнулась. Леша настолько искренне переживал за друга, что захотелось его просто обнять и поддержать.

— Мне пора. Еще раз извини за неудобства. — И он, взяв из рук девушки принесенное одеяло, бережно укрыл Костю. Потрепал напоследок по голове и, кивнув на прощание, быстро ушел.

Оставшись одна, Лера несколько секунд постояла посреди комнаты, привыкая к резко наступившей тишине. После суеты и успокаивающего присутствия Леши, очень остро чувствовались пустота и затишье, прерываемое только тяжелым дыханием Кости.

Закинув мокрые и грязные Костины вещи в стиральную машинку, Лера первым делом залезла под горячий душ и стала смывать с себя весь ужас сегодняшнего вечера. Теплый поток обволакивал и согревал, и девушка только сейчас осознала, как сильно замерзла. Она стояла в душе до тех пор, пока все вокруг не заволокло густым белым паром, а дышать не стало тяжело. Только тогда она вышла и, насухо вытерев раскрасневшуюся кожу полотенцем, укуталась в огромный махровый халат.

Минут через двадцать с просветлевшей головой, она уже ставила на кухне чайник. Начало казаться, что это все ей просто приснилось. Лера даже заглянула в гостиную, чтобы убедиться, что это не так. С непонятным облегчением увидела — Костя на месте и никуда не исчез. Девушка подошла поближе, вглядываясь в его лицо. Красивое, с высокими скулами и ровно очерченными губами, но напряжённое и с отпечатавшимся на нем выражением боли. Его дыхание все еще не выровнялось, он дышал то часто и прерывисто, то тяжело, с шумом втягивая в себя воздух.

На Леру нахлынула жалость, смешанная с непонятно откуда взявшейся нежностью. Захотелось просто коснуться его, провести ладонью по окаменевшим на лице мышцам, поджатым губам и стереть с них боль и усталость. Опустить ладонь на грудь, чтобы выровнять его дыхание, погладить по волосам, чувствуя, как он успокаивается от ее прикосновений и погружается в безмятежный сон.

Но вместо этого она легонько коснулась его руки — та была все еще запачкана подсохшей кровью — и он еле ощутимо сжал ее пальцы в ответ, будто говоря спасибо.

Глава 7

Утром Лера долго не могла проснуться. Ворочалась в постели, пытаясь зацепиться за ускользающий сон, а он все никак не желал принимать ее в свои объятия. Но девушка не сдавалась — вставать совершенно не хотелось, измотанный за последние дни организм требовал отдыха. Но мозгу было все равно, и непонятная тревога мешала расслабиться. Лера распахнула глаза, вспомнив, что именно ее тревожит — у нее на диване спит Костя, а вчера вечером ее гостиная превратилась в походную операционную.

Воспоминания о минувшем дне шумным потоком хлынули в голову, и все внутренности скрутило от ужаса. Сегодня, при свете дня, ей в голову стали лезть возможные последствия ее необдуманного поступка, и один был хуже другого. Что, если бы он умер прямо на полу ее квартиры? А она бы оказалась главной свидетельницей. И хорошо, если не подозреваемой. А как бы она потом с этим жила? Да и сам Костя, она же его вообще не знает, кто знает, чего можно от него ожидать. Судя по обстоятельствам, в которых они встречаются уже второй раз — от него лучше держаться подальше.

Лера тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Даже осознавая все риски, она прекрасно знала, что не могла поступить иначе. Бросить его там и оставить умирать на улице — вот с чем она точно не смогла бы жить. А с остальным разберется.

Она встала с постели и отправилась на кухню. По дороге заглянула в гостиную — Костя спал, свесив одну руку с дивана, и грудь его мерно вздымалась в такт дыханию. Лера удовлетворенно отметила, что оно стало ровным и глубоким, и прикрыла дверь.

На кухне она привычными движениями засыпала в кофеварку кофе и щелкнула кнопкой. Комнату сразу наполнил тонкий аромат кофе, и девушка, довольно улыбнувшись, принялась готовить завтрак — яичницу с беконом.

Когда она была почти готова, в дверях показался Костя. Он вышел в одних только джинсах, с голым торсом и огромной повязкой на правом боку, закрывающей почти весь живот. Он был все еще бледный, с фиолетовыми синяками под глазами и весь в засохших пятнах крови. Но, главное, он стоял на ногах, хоть и тяжело привалился к дверному косяку.

— Доброе утро, — парень улыбнулся, и его измученное лицо коротко осветилось.

— Как ты? — с тревогой глянула на него Лера, мысленно оценивая, достаточно ли прилично она выглядит в пижамных штанах и футболке, с волосами, собранными в небрежный пучок.

— Уже намного лучше, спасибо. Еще бы вот это отмыть. — Он поднял руки, демонстрируя кровь на руках.

— Ванная прямо по коридору.

— Отлично. Я быстро.

Минут через десять он снова вошел на кухню все так же в одних джинсах, но уже без пятен крови и грязи на теле. Он даже выглядел посвежевшим, словно вместе с ними смыл и немного усталости. Костя опустился на стул и оперся локтями о столешницу — удерживать так долго на ногах вес собственного тела ему было тяжело.

— Завтракать будешь? — поинтересовалась Лера и, не дожидаясь его ответа, поставила перед ним тарелку с яичницей и кружку с еще дымящимся кофе.

— Спасибо, Лер, — мягко сказал он. Взял со стола вилку и принялся крутить в руках, не притрагиваясь к еде.

— Не за что. Сделать яичницу совсем не трудно, поверь, — Лера рассмеялась и поспешно отвернулась от стола, сделав вид, что старательно моет сковородку.

Костя пристально посмотрел на нее и коротко усмехнулся, качнув головой. Пояснил:

— Спасибо за вчера. Это очень благородно с твоей стороны. А еще безрассудно.

— Безрассудно? — Девушка даже отвлеклась от своей сковородки и посмотрела на Костю.

— А как ещё можно назвать то, что сегодня у тебя дома ночевал незнакомый парень с ножевым? Не слишком-то благоразумно было одинокой девушке тащить меня к себе домой. Возможно, даже опасно.

— Я совсем даже не одинока.

Это прозвучало с нотками обиды. Костя удивлённо вскинул брови и лукаво улыбнулся.

— Я только имел ввиду, что ты дома совсем одна. Если только ты не прячешь кого-нибудь под кроватью.

— Не прячу.

— Я вижу тебя второй раз в жизни, и оба раза ты просто притягиваешь к себе неприятности.

Лера окончательно бросила возиться со сковородкой, оставив ее в раковине. Повернулась к парню лицом и хмуро на него уставилась.

— В первый раз это была случайность, — раздраженно ответила она. — А во второй, заметь, именно ты попал в неприятности. И если бы не моя, как ты сказал “безрассудность” неизвестно, где бы ты сейчас был. И он еще недоволен!

— Не заводись, Лер, — он глухо рассмеялся, и от звука его смеха у Леры по спине поползли мурашки, настолько он был приятным. — Я ценю твою помощь, правда. Просто постарайся быть аккуратнее.

— Постараюсь, — она кивнула головой. — Но могу то же самое посоветовать тебе.

— Справедливо, — парень продолжал улыбаться. Он все еще держал в руках вилку, а еда так и осталась нетронутой.

— Почему не ешь? Я не угадала с яичницей?

— Нет, что ты, все отлично! Просто не ожидал, что ты не только спасешь мне жизнь, но еще и решишь накормить завтраком.

— Почему нет? Стоило ли так стараться, спасая тебя, чтобы ты теперь умер от голода?

Костя хмыкнул, кивнул и принялся за завтрак. Самой Лере кусок в горло не лез, и она просто пила кофе. Она пыталась понять, что чувствует, когда он находится так близко — сидит на ее кухне, за противоположным краем стола. Стоит только протянуть руку — и можно коснуться. Должно быть волнение, настороженность или даже страх. Должно. Ведь это он легко увел ее от четырех парней, которые его даже не остановили. Это ему всадили нож в живот, и он, рискуя своей жизнью, отказался ехать в больницу — а, значит, ему есть, что скрывать. Но вместо этого было только спокойствие и тепло, расползающееся по комнате.

— Очень вкусно!

— Брось, это всего лишь яичница. Ее невозможно испортить.

— Ты очень ошибаешься. Испортить можно все. Я это очень хорошо знаю.

— Спасибо, — Лера улыбнулась и, немного подумав, осторожно спросила: — Что вчера случилось?

Костя помрачнел, и по его лицу скользнула тень. Скулы заострились, выдавая вспыхнувшую в нем злость. Лера уже успела пожалеть, что вообще задала этот вопрос — в воздухе стало витать практически осязаемое напряжение.

— Случайность, — наконец, произнес он, не поднимая глаз. Его ответ ничего не объяснял, кроме того, что он не хочет об этом говорить.

— Хорошо, — Лера не стала настаивать на продолжении. Но не смогла удержаться от другого мучающего ее вопроса: — Почему не захотел вызвать скорую? А если бы что-то пошло не так? Вдруг бы Леша не справился?

Он поднял на нее хмурый тяжелый взгляд, от которого стало не по себе. Будто она влезла туда, куда нельзя было даже соваться и сказала что-то не то.

— Он бы справился. Я доверяю ему больше, чем себе.

Остальное он оставил без ответа, и Лера кивнула головой. Расспрашивать его дальше не было никакого смысла — вряд ли бы он сказал больше. К тому же, это было совсем не ее дело, и он не обязан был с ней ничем не делиться. И то, что она ему помогла — совсем не повод для откровенного разговора.

Над столом повисло неловкое молчание, которое прервал звонок в дверь. Лера отправилась открывать, и обнаружила на пороге Лёшу. Ее посетило стойкое ощущение дежавю: он выглядел в точности, как вчера, та же одежда, то же обеспокоенное выражение на лице. Разве что сегодня он был без своей сумки и гораздо более уставший.

— Привет, — он коротко поздоровался.

— Привет, проходи. — И Лера жестом пригласила его на кухню.

— Лёха-а-а, — радостно протянул Костя, увидев друга, и тот с улыбкой похлопал его по плечу.

— Ну ты как?

— В порядке. Главное, жив, а остальное мелочи.

— А ты оптимист, — заметила Лера.

— Неисправимый, — подтвердил Леха и снова улыбнулся. Искренне и с облегчением, словно в этот самый момент у него с души рухнул неподъёмно тяжелый груз. — Поехали, я отвезу тебя домой. Мне потом опять возвращаться на работу, а нужно еще успеть посмотреть и обработать шов.

Костя согласно кивнул, закинул в рот последний кусок яичницы, залпом выпил остывший кофе и направился за другом к выходу. Лера вышла вместе с ребятами в коридор, чтобы проводить их. Прислонившись к стене, она наблюдала, как Костя осторожно натянул толстовку, затем принялся долго копаться с кроссовками. Каждое действие давалось ему с трудом, но он, стиснув зубы, молча и упорно продолжал бороться со шнурками. Куртку ему помог одеть Леша, и он принял его помощь с немой благодарностью.

— Спасибо еще раз за все, — уже стоя в дверях, сказал Костя, а потом, нахмурившись, добавил: — И прости за то, что я так обрушился на твою голову. Мне жаль, что ты оказалась замешана во всем этом.

— Все в порядке, не забивай голову. И поправляйся.

Костя поджал губы, словно хотел сказать что-то еще, но в последний момент передумал. Качнул головой и вышел из квартиры, а следом за ним, бросив на прощание “Пока” вышел и Леха.

Лера осталась одна, и в этот раз одиночество ударило сильнее обычного, выбив из легких весь воздух. Она всей душой ненавидела этот момент, когда закрывается дверь, отрезая тебя от всего мира и оставляя один на один с собой. Ощущение, преследующее ее с самого детства.

Но сегодня у нему примешалась необъяснимая тоска. Скорее всего, они больше не увидятся, и все, что произошло вчера останется воспоминанием. Волнительным, опасным, безумным, но всего лишь воспоминанием.

Глава 8

Костя вышел из подъезда, и прохладный осенний ветер растрепал его еще влажные после душа волосы. Он глубоко вдохнул пропитанный дождем воздух, и это движение тут же отозвалось резкой болью в боку. Его лицо скривилось, и парень поморщился и от души выругался. Дверь за его спиной хлопнула, и вышел Леха.

— Ты в порядке? — Выражение лица Кости не укрылось от друга.

— Бывало и лучше.

— Это уж точно, — Леша недовольно цокнул языком. — Что произошло, Кость? И кто эта девчонка?

— Она... — парень на мгновение задумался. — Просто случайная знакомая, которая вчера оказалась в нужное время в нужном месте. Если бы не она, вряд ли бы я вообще здесь сейчас стоял.

— С этим сложно поспорить, — Лёха вздохнул и медленно направился к машине.

Костя ещё пару секунд помедлил и пошёл следом за другом. Каждый шаг отдавался в боку острой болью, и он изо всех сил старался, чтобы Леха этого не заметил.

— Ты не ответил на другой вопрос. Что вообще случилось?

— Да ты и сам все понимаешь, Лех. Я в дерьме.

Лёша замер, обдумывая его слова, затем покачал головой.

— Проклятье, Кость! Это уже ни в какие ворота не лезет. Тебя же и убить могли.

Костя пожал плечами, будто говоря, что и сам это понимает, и сел на пассажирское сиденье автомобиля, раздраженно хлопнув дверцей. Он смертельно устал, бок адски болел, голова раскалывалась и все, чего сейчас хотелось — это напиться обезболивающего и просто лечь спать. За прошедшую ночь выспаться удалось мало, он скорее метался в каком-то дурном забытье, полном боли, вязких мыслей и переживаний. Разговаривать и обсуждать все произошедшее вчера он решительно не хотел. Леха, угадав его настроение, молча завёл автомобиль и тронулся с места.

— Поговорим позже, — примирительно бросил Костя. Обижать друга не хотелось, и он счел нужным заверить, что к этому разговору они обязательно вернутся. Потом.

Лёша согласно кивнул и вывернул руль, а затем резко сорвался с места. Они были знакомы не первый год, и он прекрасно знал, если уж Костя не хочет о чем-то говорить, то ничто его не заставит.

— Кость, пожалуйста, просто будь осторожнее...

— Да, Лех, я в курсе! Только это несколько запоздалое предупреждение, не находишь?

Он ответил резче, чем хотелось. И теперь ко всем отвратительным ощущениям, наполняющим его, добавился еще стыд. Стыд, что обидел друга, сорвавшегося среди ночи к нему на помощь и вытащившего с того света. Вязкое и липкое чувство мгновенно запустило внутрь свои щупальца, сдавливая горло.

— Прости, — уже тише добавил Костя и прижал пальцы к вискам. Проклятая головная боль никак не отступала.

— Все в порядке. Ты устал, я понимаю. Ты сейчас поправишься, и мы со всем разберемся.

— Спасибо, друг.

В этом был весь Леша — он всегда был рядом. Понимал, прощал и поддерживал. И от этого Косте было еще паршивее — так легко сорваться на том, кто ближе всех.

Через несколько минут машина затормозила возле Костиного дома. Парни вышли на улицу и направились к серой пятиэтажке. Леша привычным движением дёрнул на себя железную дверь с домофоном — магнит там стоял слабый, и она легко открывалась под действием грубой силы. У квартиры Костя затормозил, только сейчас подумав, на месте ли его ключи после вчерашних приключений. Пошарив по карманам, нашел их в джинсах — и вытащил из заднего кармана небольшую связку.

Но она не потребовалась. Дверь оказалась не заперта, а просто захлопнута, и стоило потянуть ручку вниз, легко подалась и, тихо скрипнув, отворилась.

— Опять мама забыла запереть? — Леха приподнял бровь и прошел в квартиру.

— Черт ее знает, — Костя безразлично пожал плечами. — Она постоянно забывает. Или не она, я как-то не спрашивал. Мне все равно, красть тут нечего.

— Ты бы с ней поговорил, чтобы была аккуратнее. Особенно сейчас.

— Сюда никто не сунется, — уверенно заявил Костя. Видел по глазам друга, недобро сверкнувшим, что он хочет возразить. И поспешил скинуть обувь в прихожей, чтобы не дать ему возможности высказаться. Спорить и что-то доказывать совсем не хотелось.

Через тесный, заваленный хламом и забитый старой мебелью коридор, прошёл в свою спальню, почти не смотря по сторонам. Он всегда так делал — старался не замечать окружающую обстановку. Так было проще. Словно они никак не связаны. Вся эта квартира — отдельно, а он сам — отдельно, и у них нет ничего общего. Всего лишь жуткие декорации к его жизни.

Из-за двери, ведущей в спальню матери, доносились голоса. Костя недовольно поморщился, меньше всего он хотел сейчас видеться с ней или ее очередным сожителем. Леша положил руку ему на плечо и, крепко сжав, тихо спросил:

— Может, я отвезу тебя к себе? Мама дома, приглядит за тобой. И тебе будет спокойнее.

Костя нервно сглотнул. Желание согласиться было огромным. Мальчишка, который когда-то неделями жил у Лехи дома и спал на раскладном кресле в его комнате, почти закричал “да”. Но повзрослевший Костя отрицательно качнул головой. Нет, нельзя. Он уже не мальчик, которому некуда идти, и он и так свалил на друга уже слишком многое.

— Нет, Лех. Я останусь здесь.

— Уверен?

— Конечно, — Костя нашел в себе силы улыбнуться и, закрыв за ними дверь своей комнаты, рухнул на кровать. Рана на боку тут же отозвалась острой болью, будто лезвие ножа снова легко разрезало ткани, и парень сдавленно охнул.

— Аккуратнее, Кость! — Леша повысил голос и нахмурил брови. — Никаких резких движений, швы разойдутся. И вот как тебя оставлять?

— Спокойно и без угрызений совести. Все со мной будет в порядке.

Леша смерил его внимательным взглядом, полным сомнения. В какой-то момент Косте показалось, что он сейчас схватит его за шкирку, как нашкодившего котенка, и утащит к себе домой.

— Лех, ну серьёзно. Тебе еще на работу возвращаться, а я не маленький. Справлюсь.

— Ладно, раздевайся, нужно обработать шов.

Костя послушно стянул через голову толстовку и футболку, а затем снова откинулся на подушку. Вещи были безнадежно испорчены, но благодаря Лере пахли свежестью, а ещё немного ею. И в этом аромате хотелось потеряться, зарывшись с головой, сохранить его для себя, потому что он напоминал весну, счастье и исполнившуюся мечту — то, чего ему так отчаянно не хватало.

Лёха убрал с живота старую повязку и начал осторожно прощупывать рану, а Костя едва сдержался, чтобы не закричать от пронзительной боли. Сжал посильнее челюсти и снова подумал о Лере. О ее глазах, в которых плескалось море — то, на котором он никогда не был, но был уверен, что оно именно такого цвета. О коротких нежных прикосновениях рук — и пусть он не до конца уверен, приснились они ему, или были наяву, даже этого хватало, чтобы становилось теплее и легче. А еще о трогательной заботе, которую она так беспечно ему подарила. Будто это было что-то совершенно обыденное и само собой разумеющееся. А он, как дикий бездомный пес, боялся такой доброты, но в то же время тянулся к ней.

— О ком задумался? — из этих мыслей его вырвал голос Лехи.

— Ни о ком.

— Готов поспорить, ты думаешь о ней. Об этой девушке, Лере. Кто она?

— Я же говорил — случайная знакомая, — неохотно ответил Костя, но всё-таки продолжил: — С неделю назад увёл ее от Руслана и его дружков, на счастье проходил рядом и заметил их компанию.

Взгляд Лехи потемнел при упоминании Руслана, но он поджал губы, ничего не сказав. Сделал вид, что увлечен обработкой раны, чтобы не наговорить лишнего. Но уже спустя пару секунд уголки его губ потянулись вверх.

— Но она тебе понравилась, да? Я видел, как ты на нее смотрел.

— Никак я на неё не смотрел, — Костя нахмурился. — Да, она красивая…

— Очень красивая, — вставил Леша.

— … и добрая. И смелая…

— Ты ее явно недооцениваешь. Много ты знаешь девушек, готовых ассистировать на незаконных домашних операциях, и неплохо при этом справившихся?

Костя усмехнулся словам друга. Но его улыбка тут же погасла, и он негромко пробормотал:

— Но какое это имеет значение? Посмотри на нее и на меня.

— Смотрю, — Леша закрыл рану повязкой и пригвоздил друга к кровати серьёзным взглядом. — И вижу, что ты будешь полным придурком, если не попробуешь.

— Мы с ней из разных миров. И нечего ей делать в моем.

— Кость…

— Лех, прекрати, — устало выдохнул Костя, и друг согласно кивнул.

— Как скажешь. — Леша поднялся с постели и бросил быстрый взгляд на часы на запястье. — Черт, мне нужно бежать. Справишься сам?

Костя молча кивнул. Навалилась просто неподъемная усталость, а глаза начали слипаться. Он поудобнее устроился на кровати и обхватил рукой подушку.

— Я зайду после работы, — пообещал Леха. — Тебе еще что-то нужно?

— Да, — Костя распахнул глаза, словно вспомнив что-то важное. — У тебя сохранился Лерин номер? Скинь мне, — и до того, как Леха успел довольно улыбнуться и хоть что-то сказать добавил: — Просто хочу поблагодарить. Не надумывай себе.

— Конечно, — лукавая улыбка всё-таки осветила его лицо. — Сейчас тебе перешлю.

***

Костю разбудили громкие голоса за стенкой. Он открыл глаза, пытаясь понять, что происходит, и с трудом оторвал голову от подушки. За окном смеркалось, и парень с удивлением обнаружил, что уже почти шесть часов вечера.

Несмотря на то, что он проспал весь день, голова была туманной и тяжелой. Словно кто-то налил ее свинцом, да еще и присыпал песком глаза. Открыть их было почти что физически больно, и еще пару минут Костя лежал, прислушиваясь к голосам, становящимся все громче и все чаще переходящим на крики и прикидывал, стоит ли вмешиваться.

Когда женский голос сменился истерическими рыданиями, он встал. Натянул первую попавшуюся футболку и, чувствуя предательскую слабость во всем теле, вышел из комнаты.

Маму он нашел в ее спальне. Рыдая, она забилась в угол, а очередной урод, с которым она связалась, схватил ее за волосы, пытаясь повалить на пол. Раздумывать Костя не стал: одной рукой рванул мужчину за плечо в сторону, а второй ударил в живот. Тот легко отпустил маму и, согнувшись пополам, не удержался на ногах и рухнул прямо на пол. Подняться снова он даже не пытался — был настолько пьян, что не сумел бы справиться без посторонней помощи. Вместо этого он жалобно застонал я прижимая руки к животу, и принялся бормотать бессвязные проклятия.

Костя посмотрел на него с отвращением и едва сдержался, чтобы не пнуть его посильнее, но не стал. Перевел взгляд на маму, запахивающую трясущимися руками халат на груди и глубоко вздохнул, стараясь не думать, чем все могло закончиться, не вмешайся он. Женщина подняла на него бесцветные глаза и заплетающимся языком спросила:

— Сынок? Ты дома? Я даже не видела, как ты пришел.

Костя невесело усмехнулся. Он бы удивился, заметь она его. Мама всегда смотрела сквозь него, так, словно он — лишь досадное недоразумение, непонятно откуда взявшееся в ее жизни.

— Что у вас случилось? — Костя указал кивком головы на распластавшегося на полу мужчину.

— Ничего, — пролепетала мама, приглаживая тонкой рукой волосы. — Немного повздорили…

— Немного повздорили? — глаза парня сузились от злости. — Так ты это называешь? Ждешь, пока он он тебя убьет в белой горячке?

— Не говори так, Кость. Толя… Он хороший. Я сама виновата, он приревновал меня, вот и разозлился. А он же у меня такой вспыльчивый…

— Ты сама себя слышишь? — Костя привалился к стене. Адреналин схлынул, и боль, которую он до этого не замечал, вернулась. Задержал дыхание на несколько секунд, борясь с соблазном рухнуть на пол рядом с Толей, а после с шумом выдохнул. Нахмурился, прикидывая, чем ему это обойдется и на месте ли швы. Леха будет в бешенстве, если узнает.

Мама неуверенно поднялась и покачнулась. Шаткой походкой добралась до Толи, который уже притих, и присела возле него. От запаха водки, перегара и сигарет начало подташнивать, хотя Костя считал их почти что частью себя — настолько они прочно въелись в его жизнь.

— Ты опять пила? — тихо спросил парень, уже заранее зная ответ.

— Да какое там пила… Так, пропустили с Толиком по паре рюмочек…

— Мам, давай я вышвырну его отсюда? Зачем он тебе? — в голосе Кости проскользнула надежда. Та, которую он давно в себе похоронил, но которая изредка пыталась вырваться наружу.

— Да ты что, Кость! Он же меня любит! Ну, подумаешь, поругались, с кем не бывает. А так он мужик хороший, — и она погладила его по голове, на что Толя громко заворчал и с силой отбросил ее руку.

— Да пошли вы, — Костя рассмеялся и оттолкнувшись от стены, вышел из комнаты.

Он разнимал их каждую неделю. И даже думать не хотел, сколько раз он еще просто не застал очередной скандал. Мама частенько ходила с синяками, а каждая пьянка заканчивалась почти, как сегодня — только Костя не каждый раз оказывался рядом. И он бы давно спустил этого Толю с лестницы, но знал — на его место обязательно вернется другой. С другим именем, лицом и фигурой, но неотличимый от своего предшественника. Он точно также будет пить, бить маму и существовать в их квартире, а она уверять, что все хорошо. Ей это нравилось, или она просто не представляла другой жизни — но менять ничего не хотела. И если первых ее сожителей он силой выставлял прочь после того, как они начинали распускать руки, то потом просто перестал. Зачем? Если уже завтра она приведет на его место другого.

Костя вернулся к себе и лег обратно на кровать. За стенкой стало тихо, но сон никак не шел. А так хотелось отключиться, чтобы раздирающая боль, наконец, прекратилась. Бок горел огнем, голова раскалывалась на части, пульсируя в затылке, а тело начало мелко подрагивать. Он нашарил на тумбочке таблетку обезболивающего, которую утром оставил Леха, и сунул ее в рот. Прикрыл глаза, дожидаясь, пока станет хоть немного легче.

Телефон издал короткий сигнал, известивший о входящем сообщении. Снова открыв глаза, Костя увидел, что оно от Лёши — он скинул номер Леры. Что-то внутри радостно екнуло от вида этих цифр, а губы сами собой расползлись в улыбке. Он сам не знал, зачем попросил его у Лехи. Поблагодарил он ее лично, и для этого номер ему был не нужен. Ему просто хотелось, чтобы она не исчезла из его жизни навсегда и полностью, а осталась хоть какая-то ниточка, ведущая к ней.

Костя открыл контакт и увидел на заставке фото девушки, от вида которого внутри потеплело. Он улыбнулся, увеличивая фотографию — белокурые волосы и ярко-синие глаза, искрящиеся счастьем. И смеялась она так искренне и открыто — кадр получился живой и настоящий.

Он в раздумьях побарабанил пальцами по экрану. Искушение написать ей было почти непреодолимым, но он понимал — это плохая идея. Ей здесь не место, а он — последний, с кем ей нужно общаться. Но чем больше он смотрел на ее фото, тем сильнее хотелось послать все разумные доводы к черту, и просто ни о чем не думать.

Глава 9

Весь субботний день Леры пролетел сначала в домашних делах, а затем в подготовке доклада на учебу — сдавать его нужно было уже на следующей неделе, а они с Катей и так вчера почти ничего не сделали в библиотеке. А потом еще Костя, перевернувший спокойный уклад ее жизни с ног на голову.

При воспоминании об этом парне, ее бросало в жар, кровь приливала к лицу, а мысли то и дело возвращались ко вчерашнему вечеру, а еще к утру, когда он оказался у нее на кухне. Девушка сама не понимала почему — виной ли тому его чертовски темные, пронизывающие насквозь глаза, или обезоруживающая улыбка, от которой она терялась, или это последствие пережитого стресса, после которого все воспринималось острее и ярче.

Лера почти убедила себя в последнем. Она просто перенервничала, он едва не умер, а она помогла спасти ему жизнь. Наверняка в психологии есть какой-то синдром, объясняющий почему теперь она не может сосредоточиться ни на чем другом и почему сердце предательски ускоряется, стоит представить его снова.

Просто обязан быть. Иначе быть не может. А, значит, это скоро пройдет, нужно только немного подождать.

Зацепившись за эту мысль, Лера с головой ушла в работу, и к вечеру практически справилась со своей частью доклада. Отправила ее Кате, чтобы та объединила со своей, и осталась бы совсем ерунда — вместе написать заключение. Ответ от Кати пришёл сразу же.

Лерочка, только не говори, что ты весь субботний день просидела с этим докладом.

Угадала. А ты вообще не садилась? Нам сдавать скоро.

Не переживай, завтра все будет готово в лучшем виде.

Ок. А ты чем занималась?

Сначала смотрела сериал, потом папуля потащил нас всей семьей на прогулку в парке, у него сегодня выпал внеплановый выходной. Только вернулись. Теперь хочу набрать гору шоколада, посмотреть ещё пару серий и лечь спать.

Отличный план. Думаю сделать точно также.

Привет.

Лера удивленно приподняла брови, когда увидела вверху экрана это сообщение. Она даже не сразу поняла, что это написала не Катя, а какой-то неизвестный номер. Девушка осторожно открыла сообщение, пытаясь понять, кто это может быть. Подсказок было мало: чёрный круг вместо фотографии профиля и прочерк вместо имени. Лера уже хотела удалить контакт, решив, что это спам, как пришло второе сообщение.

Это Костя.

Сердце подпрыгнуло вверх, забившись в горле, а потом медленно сползло вниз. Одно его имя заставило улыбнуться, а по нервам будто пустили разряд электрического тока. Лера быстро напечатала ответ.

Привет. Откуда у тебя мой номер?

Один мой друг дал.

Точно. Она же вчера вечером звонила Леше, и у него остался номер.

Как ты?

Отлично. Спасибо еще раз.

Ты уже говорил. Одного “спасибо” было вполне достаточно. И не забывай, ты первый мне помог, так что все честно.

Хочешь сказать, мы в расчёте?

Вполне.

Вот и правильно! Что будешь смотреть?

Это уже пришло сообщение от Кати, и Лера перешла в диалог с подругой. Пробежалась глазами по последним сообщениям, поняв, что потеряла нить из разговора. Бросила в ответ: “Пока не решила, сейчас выберу”, и снова вернулась к сообщениям Кости. От него уже пришло новое.

Ты не оставляешь мне даже шанса вернуть тебе долг и отблагодарить по-настоящему.

По-настоящему — это как?

Сводить тебя куда-нибудь.

Лерка, я просто настоятельно рекомендую “Во все тяжкие”. Ты должна это увидеть!

Зовёшь меня на свидание?

Свидание???

Только увидев сразу три восклицательных знака в конце сообщения, Лера поняла, что ошиблась с диалогом. И вопрос про свидание улетел к Кате, которая отправила следом еще пять недоумевающих стикеров и вдогонку вопрос:

ТЫ С КЕМ ТАМ НА СВИДАНИЕ СОБРАЛАСЬ?

Лера выругалась сквозь зубы за свою невнимательность, и первым делом отправила последнее сообщение нужному адресату. А потом быстро, пока Катя не успела нафантазировать лишнего, напечатала:

Пока ни с кем. Просто познакомилась на улице с парнем, и он мне сейчас написал. А я перепутала чаты.

Рассказывать подробности о Косте она пока не хотела. Во-первых, не хотела волновать подругу лишний раз, а, во-вторых, не была уверена, что произошедшее вчера вообще стоит хоть кому-то рассказывать, даже Кате.

Ты же пойдешь?

Еще не уверена, что мне это нужно.

Лерка, даже не думай!! Конечно, нужно! Когда ты вообще последний раз была на свидании?

Лера задумалась. Никогда? Их отношения с Ваней начались сами собой, просто переросли из дружеских во что-то большее. Поэтому у них никогда не было свиданий, по крайней мере тех, на которые ходят парочки, желающие узнать друг друга получше. И вся романтика первых встреч и волнительного трепета от их предвкушения прошла мимо Леры.

А ты со мной пойдёшь?

Это сообщение пришло уже от Кости, и девушка нервно закусила губу. Здравый смысл настойчиво твердил ответить “нет”, удалить переписку вместе с номером и навсегда забыть о его существовании. Мама бы точно пришла в ужас, узнай она сначала обстоятельства их знакомства, а потом ещё и то, что происходило вчера вечером. Но Лера, только-только сумевшая расслышать тихий голос своих желаний за маминым, неожиданно обнаружила — она впервые за много лет чувствовала себя свободной и счастливой. И теперь ей захотелось прислушаться ни к тому, что ей навязывали долгие годы, ни к разумным доводам и очевидным решениям. Ей нестерпимо захотелось сделать то, что требовало ее взбесившееся сердце. И будь, что будет.

Пойду.

И сама улыбнулась своему ответу. Ей этого хочется — так почему нет? Да и Катя права, она слишком долго не ходила на свидания.

Он ответил сразу же:

Я рад. Как только встану на ноги — с меня причитается.

Договорились.

Спокойной ночи, Лера.

И тебе.

Глава 10

Утро понедельника не задалось с самого начала. Лера со злостью отключила настойчивый будильник и откинулась на подушку, сердито уставившись в потолок.

Она терпеть не могла понедельники. Выходные всегда проходили слишком быстро, зато каждый понедельник лениво растягивался, напоминая, что впереди ее ждет еще целых пять рабочих дней. А сегодня настроение и без того испорчено с самых первых секунд из-за того, что все воскресенье телефон упрямо молчал.

Нет, конечно, было много звонков и сообщений: мама позвонила, как минимум, раз пять и ещё столько же Катя. Первая с маниакальным упорством выспрашивала, как у Леры дела и настроение. Наверное, хотела услышать, что она страдает без Вани и готова все вернуть. Но девушка раз за разом уверяла маму, что все отлично, и под конец та даже обиженно бросила трубку, словно дочь не оправдала ее ожиданий.

Катя же звонила посетовать на дурацкий доклад, который портил ей выходные и жизнь, а еще расспросить Леру о таинственном парне. Девушка обрисовала картину в самых общих чертах: он спас ее от плохой компании, которой она попалась, и теперь он позвал на свидание. Про Костино ножевое ранение по-прежнему умолчала — она и сама слишком мало знала о случившемся.

Еще звонили несколько одногруппников с кучей вопросов по завтрашнему занятию, словно Лера единственная во всей группе записала тему, которую нужно подготовить. И это если не брать в расчет курьеров и докучливых работников банков, которых даже воскресное утро не останавливало от попытки навязать никому не нужные услуги. А уж пришедших за день сообщений было и не сосчитать.

Но среди них не было ни одного от Кости. Лера сама не понимала, почему это так ужасно раздражает, и даже расстраивает. И почему этот непонятный, странный и упавший, как снег на голову, парень ее вообще так беспокоит. Но факт оставался фактом, и она упорно включала экран телефона в надежде увидеть новое сообщение или случайно пропущенный звонок. Но оповещения все не появлялись, и где-то глубоко внутри зарождалась и ворочалась смесь непривычных для нее чувств — обиды, разочарования, а еще чего-то очень теплого и приятного, до мурашек телу.

Она бесконечно перечитывала его последние сообщения. Она сказала что-то не то? Допустила ошибку? Он сказал, что ему нужно сначала поправиться, но разве это значит, что он до того времени не станет ей даже писать?

Лежа в кровати, Лера снова прокручивала все это в голове и в очередной раз проглотила обиду, комом вставшую в горле.

К чёрту. Все к черту.

Чувствуя себя маленькой и глупой девочкой, Лера нашла в себе силы встать с постели и отправиться в душ. После этого сделала себе огромную кружку крепкого черного кофе, быстро оделась и направилась в институт.

В главный корпус университета девушка зашла, как обычно, за пятнадцать минут до начала пар. Катю она нашла уже в кабинете, где та, устроившись прямо на парте, болтала с двумя девчонками из группы. Судя по тому, как активно они жестикулировали, обсуждаемая тема была очень интересной.

Лера направилась к ним. О чем бы они не говорили — это точно лучше, чем продолжать думать о Косте. И лучше она пообсужадет, кто и с кем переспал на этих выходных, чем будет вспоминать его бездонные черные глаза , смотрящие в упор.

Но стоило ей подойти поближе, подруги резко замолчали. Лера озадаченно нахмурилась, не понимая причины такой резкой перемены. Сжала в руках лямку рюкзака, стараясь не обращать внимания на закручивающееся маленький вихрь беспокойства внутри. Наверное, ей просто показалось.

— Привет, девочки.

— Привет, — они ответили нестройным хором.

— Лерочка, как тебе идет этот цвет! — воскликнула одна из них, Алина Писарева, невинно взмахнув ресницами, и указала на ее свитер. Остальные согласно закивали.

— Спаси-и-ибо, — протянула Лера, настороженная внезапным комплиментом Алинки, обычно за ней такого не наблюдалось. — О чем разговор?

От Леры не укрылось, как Катя старательно прятала взгляд, словно не осмеливалась посмотреть ей в лицо, Алинка мило улыбалась, а Галя Наумова глядела на нее с откровенной жалостью. А вот теперь Лера была уверена, что ей не показалось. И внутри все больше разрасталась паника.

— Девочки? — Лера напряглась окончательно. Подруги явно не хотели ей что-то говорить. — Что случилось?

Все молчали, и Лера уставилась на Катю. Но та все еще делала вид, что крайне заинтересована рисунком на своей юбке, и изучала его так пристально, что Лере захотелось помахать у нее перед лицом ладонью, чтобы она, наконец, отвлеклась. Такое поведение подруги крайне настораживало — обычно она не упускала возможности поделиться последними институтскими сплетнями.

— Кать? — Лера не сводила глаз с девушки, но та лишь коротко вздохнула и поерзала на месте. Лера с трудом сглотнула. Какого черта ее самоуверенная Катя превратилась в робкую пятиклассницу, которая даже не может взглянуть ей в глаза?

За спиной хлопнула дверь — это в аудиторию вошел преподаватель, пожилой и лысеющий профессор.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — послышался его скрипучий голос.

Все вокруг зашевелились и начали опускаться на свои места, Катя тут же юркнула за парту и принялась с несвойственным ей интересом листать конспект. Ее щеки покраснели, а Лера не могла вспомнить, когда последний раз видела подругу такой растерянной. И почему-то казалось, что никогда — это ее, Леру, можно было легко смутить и заставить покраснеть, а Катя сама могла довести кого угодно. Что такого ужасного могло случиться? А, главное, почему все молчат? Вслед за сковывающим ужасом появилась злость, и Лера не стала ее сдерживать. Она с грохотом опустила свой рюкзак на стол рядом с Катей. Та вздрогнула и, наконец, подняла на нее глаза. И в них было что-то отвратительно похожее на горечь вины.

— Валерия, будьте добры, займите свое место, занятие уже началось, — терпеливо повторил профессор.

Но Лера не пошевелилась, переводя взгляд с Кати на Галю и Алину, притихших на следующей парте

— Измайлова! — уже настойчиво, с нотками недовольства, произнес профессор, и Лера, раздраженно фыркнув, опустилась на стул.

И почти в этот же момент дверь в аудиторию распахнулась, и показалась Кристина Маркевич, заливисто смеющаяся и просто светящаяся от счастья, в обнимку с... Ваней. Лера удивленно на них уставилась и несколько раз моргнула, решив, что ей это привиделось.

— Ой! Пара уже началась! Извините, Семен Михайлович, — она резко перестала смеяться и смущённо улыбнулась преподавателю. Потом бросила Ване: — До встречи, малыш! Увидимся позже.

Под неодобрительное кряхтение профессора запечатлела на губах парня быстрый поцелуй, а затем с видом королевы прошествовала на свое место. Ваня, поймав на себе взгляд Леры, криво улыбнулся и поторопился уйти.

— Поторопитесь, Кристина, — проскрипел Семен Михайлович. — Вы пришли в институт не романы крутить, а получать знания.

— Конечно, профессор, извините, — Кристина расплылась в милой улыбке, но самодовольно вскинула голову.

Лера не удержалась от усмешки. Ни для кого был не секрет, зачем на самом деле пришла в институт Маркевич. И то, что Ваня был уже третьим, с кем она успела начать встречаться только в этом учебном году, хорошо это подтверждало. Услышав смешок Леры, Кристина смерила ее презрительным взглядом и демонстративно отвернулась к своей соседке по парте.

У Леры сложилось стойкое ощущение, что это представление было для неё одной — Ваня, похоже, решил показать, что, несмотря на то, что она его бросила, найти новую девушку для него не проблема. А Кристина оказалась одним из самых легких для него вариантов, к тому же Лера прекрасно знала, что Маркевич посматривала на Ваню еще с первого курса.

— Ты знала? — Лера повернулась к Кате и мрачно взглянула на подругу.

— Прости, — шепнула та и посмотрела на Леру огромными глазами, полными раскаяния. — Я узнала сегодня, когда пришла в институт. Слухи очень быстро распространяются, ты же знаешь. Я хотела тебе рассказать, правда, но боялась, что тебя это расстроит. Просто не знала, как сказать.

Лера кивнула и отвернулась. К своему удивлению, она осознала, что ее больше расстроило не то, что Ваня, как ни в чем не бывало, ходил по институту в обнимку с другой девушкой, а то, что подруги ничего ей не рассказали, пожалев ее. Это оказалось неожиданно обидно. Вообще-то она сама бросила Ваню, а из нее сделали жертву, которой быстро нашли замену.

— Лерочка, — Катя схватила ее за руку и быстро затараторила, — прости, пожалуйста. Я правда не знала, как поступить. Он, конечно, тот еще придурок, и ты его бросила, но всё-таки прошла только неделя, а он уже связался с Кристинкой...Терпеть не могу Архипова! Вот почему делает он, а стыдно мне? И виноватой себя чувствую себя тоже я?

— Все хорошо, — Лера улыбнулась подруге и сжала ее руку. — Я не обижаюсь, и ты ни в чем не виновата. И мне все равно, с кем там встречается Ваня.

Катя недоверчиво покосилась на нее, но руку не отпустила. Придвинулась чуть ближе и склонила голову, точно опасаясь, что ослышалась.

— Ты уверена? Лер, это нормально, если ты до сих пор что-то чувствуешь к нему…

— Абсолютно, — заверила ее Лера. — Пусть делает, что хочет, меня это больше не касается.

Она еще раз улыбнулась Кате, и та робко отзеркалила ее улыбку. А Лера почувствовала, как по телу разливается умиротворяющее спокойствие. Чего бы не добивался Ваня: хотел показать свое превосходство или заставить ревновать, а, может, просто решил двигаться дальше — ей действительно было все равно. И она была даже рада тому, что увидела парня вместе с Кристинкой — это окончательно убедило ее, что она не ошиблась. Внутри ничего болезненно не ёкнуло и не оборвалось.

Ничего.

— Хорошо. Я рада, Лер. Значит, ты на меня не обижаешься?

— Нет, но в следующий раз, рассказывай мне, пожалуйста, все сразу. Я не фарфоровая кукла, которую нужно оберегать.

— Окей!

— Девушки! — раздался громкий голос профессора. — Прекратите разговаривать.

— Извините, Семен Михайлович. — Катя схватила ручку и, подмигнув подруге, принялась быстро что-то строчить в тетради.

Лера последовала ее примеру и тоже усердно конспектировала слова преподавателя, но постоянно ловила себя на том, что опять то и дело включает экран телефона и проверяет, не появилось ли новых сообщений. Но мессенджер упорно молчал, и вот это действительно расстраивало.

К концу первой пары эта пытка стала невыносимой, и девушка решила написать Косте сама, отбросив глупые предрассудки. Поразмыслив пару секунд, она быстро напечатала:

Привет! Как ты себя чувствуешь?

Но ответа не пришло ни к концу перерыва, ни к окончанию следующей пары. Лера едва вслушивалась в бесконечно скучную лекцию, механически переписывая текст с презентации преподавателя в тетрадь. Костя не отвечал, и это неожиданно ранило больнее, чем то, что Ваня с Кристиной, не скрываясь, целовались у всех на виду возле лекционного зала. Девушка почти не обратила на них внимания — все не спускала глаз с телефона.

Всю лекцию Катя украдкой на нее поглядывала — наверное, заметила мрачное и раздосадованное лицо подруги, и решила, что Лера покривила душой, уверяя, что ничего не чувствует к Ване. А Лера даже не стала ее переубеждать. Ярость и обида вспыхивали в ней яркими огоньками, грозя превратиться в неконтролируемое пламя, и ей совсем не хотелось обжечь подругу, рассказывая ей сейчас настоящую причину своего плохого настроения. Сначала нужно остыть.

После лекции, Лера, злясь то ли на себя, за то, что решилась написать первой тому, кому нет до нее никакого дела, то ли на Костю, который мог бы и ответить, в конце концов, она, повинуясь минутному порыву, набрала его номер. Но механической женский голос сразу же известил ее о том, что «абонент не доступен».

Еще через одну пару злость сменилась волнением. А вдруг с ним что-то случилось? Воображение стало рисовать одну ужасную картину за другой, и к концу занятий девушка накрутила себя до предела. Едва дождавшись окончания занятий, Лера, почти бегом выскочила из аудитории, на бегу бросив Кате, что подождет ее внизу. Спускаясь по лестнице, она набрала номер Леши.

— Да, слушаю, —он ответил всего после нескольких длинных гудков.

— Леш, привет. Это Лера, мы… — сбивчиво начала она.

— Да, Лер, я тебя узнал — прервал ее объяснения он. — Привет, рад тебя слышать.

— Извини, что звоню тебе. Просто я не могу дозвониться до Кости. С ним все в порядке? Я волнуюсь.

В трубке повисло молчание. И на несколько долгих секунд Лера подумала, что лучше бы он не отвечал ей просто потому, что не хотел. Зато с ним все было хорошо.

— Не совсем, — в трубке послышался тяжелый усталый вздох Леши. — У него вчера поднялась температура, в рану все-таки попала инфекция. Я был у него с утра, он себя очень паршиво чувствовал. Сейчас спит, наверное. Я еще на работе, поеду к нему вечером, после смены. Скажу, что ты звонила и беспокоишься, он тебе наберет.

— Я бы хотела сама к нему заехать и проведать, — неожиданно даже для самой себя выпалила девушка. — Можешь дать мне его адрес?

— Даже не знаю… — Леша заколебался, взвешивая все за и против. Наконец, решив, что его друг был бы не против, продолжил: — Хорошо, я сейчас тебе скину. Думаю, он будет рад.

— Спасибо.

— Это тебе спасибо. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что он не один. Весь день, как на иголках, а до вечера никак не вырваться. Черт, извини, мне нужно бежать.

— Пока, Леш. — Лера сбросила вызов и нетерпеливо уставилась на телефон в ожидании сообщения с адресом.

Злость растворилась без остатка. Она закусила губу, стараясь дышать ровно и не паниковать. Ему стало хуже — эти слова выбивали из легких воздух и не давали здраво мыслить.

Когда Катя спустилась в холл, Лера уже вызывала такси на адрес, который отправил ей Леша. Она торопливо напечатала название улицы и подняла на подругу глаза.

— Лер, ты куда так убежала? — удивилась Катя, а заметив ее обеспокоенный взгляд выдохнула: — Что случилось?

—Кать, я сейчас не домой. Мне срочно нужно по делам. — Лера стала быстро натягивать куртку.

– А куда? — растерянно посмотрела на нее подруга. — Да что происходит? У тебя все в порядке?

Они всю свою жизнь делились друг с другом абсолютно всем, поэтому такое поведение было странно для обеих, но все нарастающее волнение не оставляло времени на долгие разговоры. Лера натянуто улыбнулась и крепко обняла подругу.

— Катюш, все в порядке, правда, ты только не переживай. Я тебе потом все объясню, обещаю! Только не сейчас, я очень тороплюсь. — И, чмокнув подружку в щеку на прощание, Лера почти бегом кинулась к уже подъехавшей машине.

Глава 11

Не прошло и двадцати минут, как Лера стояла возле мрачной серой пятиэтажки. Она оказалась не так уж далеко от ее дома, и девушка иногда проходила почти рядом — дальше по улице располагался торговый центр, в котором они часто бывали с Иваном. И всегда удостаивала дом лишь беглым взглядом — всего лишь ещё одно безвкусное и невзрачное строение, каких тысячи разбросаны по всей стране. Но сегодня она смотрела на него совсем другими глазами. Вглядывалась в окна, пытаясь угадать, какое из них Костино, разглядывала покосившееся от времени крыльцо и распахнутую настежь подъездную дверь, небрежно подпертую кирпичом — чтобы не закрывалась. Наличие домофона для жильцов здесь было не защитой от незваных гостей, а скорее лишним неудобством.

Девушка зашла в подъезд, пропахший сыростью и запахом табака, поднялась на четвёртый этаж и в нерешительности застыла перед старой деревянной дверью. Остальные давно были заменены на железные, и эта ярко выделялась на их фоне — выцветшая, со следами облупившихся краски и лака — она стояла здесь еще со времен постройки дома, и ее ни разу никто не менял.

Собравшись с духом, Лера позвонила в звонок. В ответ — тишина. Немного подождав, девушка позвонила еще. И еще. Наконец, с третей попытки за дверью раздались шаркающие шаги, и она распахнулась.

В первое мгновение Лера подумала, что ошиблась квартирой. На пороге стоял невысокий худощавый мужчина. На вид ему было лет под пятьдесят, но, может, и намного меньше — понять было очень сложно. Небритое лицо, спутавшиеся грязные волосы непонятного оттенка, маленькие водянистого цвета глаза щурились на нее из-под опухших век. И стойкий, сбивающий с ног, запах перегара.

— Ты кто такая? Чего трезвонишь? — хрипло и совсем недружелюбно спросил он.

— Я, наверное, ошиблась дверью, — неуверенно пробормотала Лера, и у нее по позвоночнику пополз холодок. — Мне нужен Костя…

— Костян? — мужик недоверчиво прищурил свои поросячьи глазки и оскалился в мерзкой улыбке. — Очередная подстилка что ль? Как-то уж больно хороша…

— Он здесь? — пропустив его высказывания мимо ушей, спросила девушка. Спорить с пьяным мужчиной, от которого было непонятно чего ожидать, не хотелось, а вот оказаться поближе к Косте — еще как.

— А где ж ему ещё быть! Все дрыхнет, бездельник. А все тут шляются, шляются. Не дают выспаться уставшему человеку после работы.

Он закашлялся, а затем отступил вглубь квартиры и побрел в комнату, все еще ворча себе под нос. Лера выдохнула и переступила порог, мягко прикрыв за собой дверь. Коридор, в котором она оказалась, был очень маленький и узкий. Одну его стену полностью занимал старый покосившийся шкаф с отвалившейся дверцей, чудом висящей на одной петле. У порога вперемешку валялась куча обуви, мужской и женской, и здесь было всё, начиная от зимних сапог и заканчивая летними шлепанцами. На стенах — видавшие виды бумажные обои, кое-где они кусками отвалились, а где-то так и повисли оборванными вниз лоскутами.

Лера сняла ботинки и аккуратно поставила их возле самой двери. Она старалась двигаться, как можно осторожнее, ни к чему не прикасаясь и остерегаясь даже громко дышать. Того и гляди, ужасающая громадина шкафа рухнет на нее и навечно погребёт под своими обломками. С сожалением оглядела старый рассохшийся паркет и мысленно попрощалась с капроновыми колготками — на них наверняка останутся зацепки.

Нервно одернув рукава водолазки и подол юбки, она направилась искать Костю. Проходя мимо одной из комнат, дверь в которую оказалась приоткрыта, девушка увидела впустившего ее мужчину. Он уже завалился на диван, застеленный посеревшим от старости и множества стирок постельным бельем. На полу нестройным рядком стояли несколько пустых бутылок из-под водки. Лера качнула головой — очевидно, он отдыхал не после рабочего дня, а мучился тяжёлым похмельем.

Она двинулась дальше и, пройдя мимо маленькой кухоньки, уперлась в комнату с закрытой дверью. Лера тихонько ее приоткрыла.

В комнате стоял полумрак из-за плотно задернутых штор. Но воздух тут был свежее — без тошнотворного запаха перегара и застарелого табака, въевшегося в стены. Наоборот, здесь витал едва уловимый аромат мяты, а ещё лекарств — не такой тяжелый, какой бывает в больницах, но вполне осязаемый.

Спальня была совсем небольшая, а из мебели были только шкаф, заваленный вещами письменный стол, мягкое кресло в углу и кровать. Костя лежал, закрыв глаза. Даже при тусклом освещении было видно, как раскраснелись его щеки, а приоткрытые сухие губы покрылись мелкими трещинками. Он беспокойно спал, то ворочаясь на подушке, то сжимая в руках простынь, то тихо постанывая — словно ему снился кошмар, а он все никак не мог проснуться.

Лера замерла на пороге на несколько секунд, рассматривая его, а потом прошла внутрь и осторожно присела на краешек кровати. От его вида у нее все внутри перевернулось, а сердце тоскливо сжалось. Костя тяжело втянул в себя воздух и пробормотал во сне что-то невнятное.

— Костя, — тихо позвала его Лера. — Проснись.

Будить его не хотелось, но она понимала — это не сон, это метание в бреду, которое не приносит ни сил, ни исцеления. Парень не ответил, и Лера позвала громче:

— Кость!

Он вздрогнул и, слегка приоткрыв глаза, взглянул на нее из-под полуопущенных ресниц.

— Лера? — его голос звучал глухо и хрипло, а еще совершенно безэмоционально. Ни радости от ее появления, ни злости от того, что вообще оказалась здесь без его согласия, только звенящая пустота в голосе.

— Да, это я.

— Откуда ты взялась? У меня что, бред и галлюцинации? — равнодушно произнёс он и снова закрыл глаза.

— Нет, я и правда здесь.

— Сейчас я снова открою глаза, и ты исчезнешь. Я же знаю. Ты растворяешься в воздухе всякий раз, стоит мне только отвернуться, — он говорил так, будто смертельно устал, а Лера почувствовала, как глаза начало пощипывать.

— Я самая настоящая. И я никуда не исчезну, обещаю.

Она крепко сжала его руку, и Костя изумлённо распахнул глаза. Его горячая ладонь сразу же обхватила ее в ответ, и наверх, от самых кончиков пальцев, побежали крошечные мурашки. Он держал ее крепко, так, словно мучительно боялся, что Лера всё-таки возьмет и превратится в дым, но, в то же время, аккуратно и нежно.

— Черт возьми, что ты здесь делаешь, Лер?

— Не смогла до тебя дозвониться, твой телефон отключен. Я начала переживать и решила, что приехать и убедиться лично, что у тебя все в порядке будет лучше всего.

— Телефон, точно… Он, наверное, разрядился, я совсем про него забыл. Как ты меня нашла?

— Один твой друг подсказал, — усмехнулась девушка.

Парень улыбнулся и немного крепче сжал в ответ её руку, а затем мягко провел большим пальцем по запястью, и мурашки с новой силой бросились врассыпную по коже.

— Я рад, что ты здесь, правда. Хотя, версия с бредом мне кажется реальнее.

Его рука была такой горячей, а прикосновения такими нежными, что Лера начала терять способность трезво соображать. Она мягко высвободила свою ладонь из обжигающих кожу пальцев, он тут же легко разжал их, и его рука безвольно упала на кровать.

Лера перевела взгляд на тумбочку возле кровати. На ней вперемешку лежали лекарства, стояли полная кружка остывшего чая и тарелка с парой нетронутых бутербродов. Кто-то заботливо оставил их здесь, и девушка готова была поклясться — это сделал Леша.

— Ты совсем ничего не ел сегодня? — она кивнула головой на еду.

— Не хочется, — Костя пожал плечами.

— Ты хотя бы пил лекарства?

— Утром... И, кажется, Лёха, что-то говорил про температуру, которую нужно сбивать. И мерить тоже…

— И ты, конечно же, ничего из этого не делал, — укоризненно заметила Лера и прикоснулась рукой к его лбу. Парень даже вздрогнул от неожиданности. — Да ты весь горишь, Кость!

Горячими были не только его руки. Все его тело раскалилось, как песок под горячим южным солнцем, но он лишь отмахнулся.

— Я в норме, не переживай.

— Ты не в норме, это раз. Я могу переживать за тебя, если хочу, это два. И три — держи градусник, нужно измерить температуру.

— А ты всерьез решила не дать мне сдохнуть, да? — Костя хрипло рассмеялся, но градусник послушно взял, не став спорить.

— Будем считать, я твой ангел-хранитель. Ты что-нибудь хочешь? Может быть, сделать тебе чай? Или ещё что-то?

— Нет, спасибо. Того, что ты здесь, совершенно достаточно.

— Тогда принесу тебе воды, — Лера смутилась от его слов и улыбнулась. — Я сейчас вернусь.

Она вышла из комнаты и направилась на кухню, чтобы налить воды. Помещение было совершенно крошечным, там только и вмещались пара шкафчиков, газовая плита, небольшой обеденный стол и старый советский холодильник, встретивший ее громким дребезжанием.

Достав с полки навесного шкафа стакан, девушка набрала из-под крана холодной воды. Не удержавшись, заглянула в холодильник. Там было практически пусто: полупустая бутылка водки, несколько яиц да пара консервных банок. Лера вздохнула, мысленно поругав себя, что не догадалась принести Косте что-нибудь из еды. Или хотя бы фруктов. Вернувшись в комнату, она забрала у Кости градусник.

— Почти сорок! Ее же нужно сбивать! Почему ты здесь совсем один? А если бы я не пришла?

— Леха должен зайти вечером. Вряд ли бы до этого времени со мной что-то случилось, — Костя снова пожал плечами. — Но спасибо, что пришла. Я обычно сам в состоянии о себе позаботиться, но, похоже, не сегодня.

— Вижу я, как ты сам о себе заботишься, — проворчала Лера. — Лежишь с температурой, которую не в состоянии ни измерить, ни сбить. Тебе нужен уход и кто-то рядом.

— Так уж вышло, — хмыкнул он и попытался улыбнуться, но совсем неискренне. Облизнул пересохшие губы и повернулся на бок. — Но это не твоя проблема.

— Теперь моя, — решительно заявила Лера и, найдя на тумбочке таблетку парацетамола, протянула её парню вместе с принесенным стаканом воды. — Пей!

Костя на несколько долгих секунд пригвоздил ее взглядом к полу. В нем было сложно разобрать хоть что-то, Леру не покидало ощущение, что она смотрит не в глаза, а заглядывает в черные дыры, в глубинах которых погребены миллионы звезд. В какой-то момент ей даже показалось, что он злится за то, что нагрянула сюда и указывает, что делать — какие-то вихри эмоций кружились в этих омутах, но она никак не могла разгадать, какие, ухватиться за них, чтобы рассмотреть получше.

Но Костя приподнялся и сел на кровати. Не сводя с Леры взгляда, принял у нее из рук стакан и таблетку и безропотно выпил. Затем откинулся на подушку и прикрыл прикрыл тяжелые веки, словно ему вдруг стало невероятно тяжело не только говорить, но даже держать глаза открытыми.

— Сильно плохо? — тихо спросила его Лера.

— Не беспокойся, сейчас мне уже намного лучше, — он мягко улыбнулся, но улыбка выглядела слишком натянуто.

Это было совершенной неправдой, и она это прекрасно понимала. Он сознательно ее успокаивал и приукрашивал свое состояние — не хотел беспокоить или не желал ее жалости, а, может, все сразу. Но не нужно было быть врачом, чтобы понять, он — совсем не в порядке.

— Тебе нужно в больницу, Кость, — начала девушка. — Так нельзя. Это же просто опасно, ты не можешь оставаться здесь.

— Мне нельзя в больницу, — резко отрезал Костя.

— Почему?

— Потому что там на все случаи ножевых и огнестрельных приходит полиция. А я бы этого не хотел.

Он замолчал, не став продолжать. Лера тоже не стала выяснять, почему именно он не хочет встречаться с полицией. Он уже второй раз готов был скорее пожертвовать своей жизнью, чем отправиться в больницу. Девушку захлестнуло отчаяние, но она поскорее отбросила эти мысли подальше. Сейчас не время, она обязательно обдумает это потом, когда он будет в безопасности, и ему ничего не будет угрожать. Но только не сейчас.

То, что вся произошедшая история имеет криминальный характер, и дело совсем не чисто — очевидно. Но сейчас ей не хотелось узнать о Косте что-то такое, после чего захочется встать и поскорее уйти. Пока не знаешь наверняка, можно придумать с десяток различных оправданий и закрыть глаза на все несостыковки.

— Хорошо, — согласилась она. — Это, в конце концов, твое дело.

Парень кивнул и вновь устало прикрыл глаза. А Лера в очередной раз ощутила прилив нежности. Захотелось обнять его покрепче и просто остаться рядом, пока инстинкты кричали о том, что нужно бежать. Как можно дальше и как можно скорее, пока она еще в состоянии.

— Поспи, — Лера поправила одеяло на кровати. — Тебе нужно отдохнуть.

— Ты уйдёшь?

— Могу остаться и побыть с тобой, если хочешь.

— Пожалуйста, останься. Знаю, что не имею права просить тебя об этом, но я бы хотел, чтобы ты осталась.

— Конечно, без проблем, — Лера улыбнулась, и по телу заструилось тепло.

Девушка снова поправила одеяло и, едва касаясь кончиками пальцев, отбросила с его лица прядь волос. Костя шумно выдохнул, и ее запястье обожгло горячее дыхание. Его губы слегка приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но потом передумал и тяжело сглотнул.

Лера отошла подальше и села в кресло, поджав под себя ноги. Костя повернулся на бок и, уже засыпая, произнес:

— Даже если окажется, что все это мне просто привиделось, я всё равно должен сказать, что ты невероятно красивая.

Глава 12

Лера проснулась от звука хлопнувшей двери. Она закрутила головой, пытаясь понять, где находится. Постепенно комната стала принимать знакомые очертания, и она поняла, что заснула, сидя на кресле в Костиной спальне. На улице стало почти совсем темно, и без включенного света были видны лишь неясные тени и очертания. Лера поморгала, давая глазам привыкнуть к темноте.

Из коридора стал слышен женский голос. Слов было не разобрать, только обрывки фраз и громкую ругань.

— Скотина… Пьяница… Ни копейки в дом. — Долетало до Леры.

Она поежилась — становиться свидетельницей семейного скандала ей совсем не хотелось. Встать и незаметно уйти уже не получится, и девушка сжалась в комок, надеясь слиться с обивкой кресла. Дверь широко распахнулась, и в комнату хлынул яркий свет из коридора. Лера едва не подскочила от испуга и зажмурила глаза. Костя резко сел в кровати.

— Нет, ну вы посмотрите на него! Мать с работы пришла, устала, как лошадь, а они тут спят. Один другого краше! И долго я вас кормить буду? Ты почему не на работе?

Лера взглянула на женщину, стоявшую на пороге. Она была худой и высокой, тонкие, мышиного цвета, волосы собраны в пучок, глаза блеклые и выцветшие, с едва различимым оттенком зелени на радужках, со множеством мелких морщинок в уголках глаз и вокруг губ. Плечи ссутулены — было видно, что эта женщина смертельно устала и от работы, и от такой жизни. Встреть девушка ее в другое время и при других обстоятельствах, скорее всего, она бы вызвала в ней чувство жалости. Но сейчас вызывала только обжигающую ярость.

Насколько нужно не обращать внимания на сына, чтобы не увидеть ни бледного лица, ни лихорадочно блестящих глаз, ни его состояния?

— Я тебя спрашиваю, ты почему опять прогуливаешь работу? — Она скользнула по Лере таким равнодушным взглядом, будто ее здесь не было. — Дождешься, уволят тебя. И что тогда делать будешь? Так и знай, я тебя кормить не буду.

— Мам, успокойся, — устало отмахнулся от нее Костя. — Никто меня не уволит. Если не на работе — значит, так нужно.

Женщина явно хотела продолжить диалог, но ее прервал звонок в дверь. Она смерила сына хмурым взглядом и отправилась открывать.

— Кого там еще принесло, — проворчала она себе под нос.

— Не обращай внимания, — Костя перехватил обескураженный взгляд Леры и пояснил: — У нас с ней сложные отношения.

— Мне, наверное, лучше уйти, — неуверенно пробормотала Лера, и тут же осеклась, посмотрев на Костю. По его лицу проскользнула тень разочарования и отчаяния, но всего на один краткий миг. Уже в следующее мгновение он взял эмоции под контроль и спокойно кивнул головой.

— Если хочешь, то конечно. Ты и так потратила на меня кучу времени. Подожди, я вызову тебе такси, уже поздно.

— Дело совсем не во времени. Просто…

Закончить Лера не успела. В коридоре послышался какой-то грохот, затем громкий смех и чьи-то беззлобные ругательства. А потом раздался бодрый и не в меру радостный возглас:

— Привет, теть Наташ!

— Здрасьте, Наталья Петровна. — И еще один, чуть менее громкий.

— Вы чего второй день подряд сюда всей толпой ходите? — подозрительно спросила женщина. — Вам, чего, собраться больше негде? Не дом, а проходной двор какой-то.

— Да, ладно вам, теть Наташ! — снова воскликнул первый и хохотнул: — Мы к Костяну ненадолго совсем, ну не может он без нас.

— На работе бы и общались. Или что, уволили его, а?

— Никого не уволили, — теперь Лера услышала размеренный и спокойный голос Леши. — Ему выходные дали, вот, отсыпается теперь.

— Мне бы кто выходные дал, одна я пашу, как проклятая, — пробормотала Наталья Петровна. — Ладно, ну вас, идите!

Второй парень — невысокого роста, коренастый, с темными кудрявыми волосами. Его зеленые глаза поблескивали за стеклами очков, а взгляд, которым он бегло окинул помещение, был серьёзным и даже немного суровым. Лера тихонько усмехнулась тому, насколько они были непохожи друг на друга. Третий был Лёша. Заходя в комнату, он сразу включил свет и, едва заметив Леру, коротко ей кивнул в знак приветствия.Через несколько секунд в комнату ввалились трое парней и заполнили собой весь, и без того небольшой, объем комнаты. Один из них, вероятно, тот, которого было больше всего слышно — высокий и с ярко-рыжими волосами. Его лицо, открытое и жизнерадостное, было усыпано веснушками, голубые глаза задорно сверкали, а на губах растянулась такая широкая улыбка, что так и хотелось улыбнуться в ответ.

—Костя-я-ян, — громко протянул парень с рыжими волосами. Кажется, он вообще не умел разговаривать тихо — в его заводских настройках сразу была установлена максимальная громкость. — Ты как?

Он с размаху уселся на кровать, и Костя недовольно поморщился, когда тот приземлился ему прямо на ногу. Вытащив ее из-под друга, он отпихнул того подальше и ответил:

— Жив, как видишь. Хотя, ты так орешь, что и мертвого разбудишь.

— Да ладно, признай, ты же скучал без нас.

— Не то, чтобы очень. Особенно, по тебе, Макс.

— Эй, вообще-то это звучит обидно!

— Ничего личного, у меня тут была отличная компания, — Костя едва заметно улыбнулся. — Ребята, это Лера.

Все взгляды устремились на девушку. Она дружелюбно и немного смущенно улыбнулась им:

— Привет!

— Я Макс, — первый представился ей рыжеволосый и подмигнул Косте. — Ну ты даёшь! Вот скажи, почему к тебе в любом состоянии липнут обалденные девчонки? Чего у меня так не получается?

— Да потому что, Макс, у тебя язык, как помело, — оборвал его второй парень и представился: — Меня зовут Илья. Очень приятно.

— Так вот значит, какая она, та самая спасительница нашего мальчика, — продолжил Макс. — Вы, парни, чего-то не обмолвились, что наша героиня еще и такая красотка. А мы, дураки, так спешили к тебе. Знали бы, что у тебя тут такие гости, не торопились. Хорошо, хоть не отвлекли вас ни от чего важного. Хотя, Костян сегодня не в лучшей форме.

Он громко засмеялся, а Костя шутливо врезал другу ногой и виновато улыбнулся Лере, будто говоря: "Не обращай внимания на этого придурка".

— Да заткнись ты уже, — отмахнулся от него Лёша.

Илья подошёл к окну и осторожно выглянул в него из-за шторки. Посмотрел вниз, а потом поплотнее задернул шторы и тихо обратился к другу:

— Кость, ты в курсе, что у тебя внизу гости?

Костя нахмурился и покачал головой. Глаза его сузились, а линия скул стала четче и острее. Руки сжались в кулаки, и Лера испуганно дернулась — в этот момент он был совсем не похож на того парня, который несколько часов назад крепко сжимал ее руку. Он был полон холодной расчетливой ярости, и весь его вид кричал — он опасен.

— Пасут, уроды… —начал говорить Макс, но тут же осекся под предупреждающим взглядом Кости.

— Ладно, — пришел ему на помощь Леха и быстро сменил тему: — Потом поболтаете, ребята. Мне ещё нужно перевязку тебе сделать, пока твоя мама не выгнала нас к чертям собачьим. Она что-то сегодня особенно не рада нам.

— Можно подумать, она когда-то нас тут с хлебом-солью встречала, —снова заржал Макс. — В дом впустила, и на том спасибо.

— Макс, я тебя сам порой в дом пускать не хочу, — Костя усмехнулся. — Что уж говорить о моей матери.

Рыжий тут же сделал вид, что обиделся, и на пару минут замолчал. Леха присел на кровать и начал осторожно отрывать повязку, чтобы обработать шов. Костя крепко сжал челюсти и только шумно вздохнул, не издав ни звука.

Лера с удовлетворением отметила, что ему стало лучше: температура спала, а взгляд прояснился. Она, как завороженная, наблюдала за точными и размеренными движениями Лёши — как он легко и привычно натягивает перчатки, обрабатывает порез каким-то раствором, мягко пробегает пальцами по шву, проверяя ткани на ощупь и едва заметно хмурится. У Леры запоздало пронеслась в голове мысль, что он, наверное, врач. В тот день, когда он появился на пороге ее дома с кучей хирургических инструментов, она была настолько шокирована событиями, что эта очевидная мысль не пришла в голову. Он показался ей суперменом, явившимся помочь и, по удачному стечению обстоятельств, умеющим зашивать людей.

От размышлений ее отвлек входящий звонок на телефон. Она бросила взгляд на экран — Катя. Подумав пару секунд, стоит ли ей сейчас отвечать, или перезвонить позже, она всё-таки взяла трубку.

— Да, Кать, привет.

— Привет, Лер. У тебя всё в порядке?

— Да, в полном.

— Ну, и куда ты сегодня убежала? Рассказывай! — потребовала подруга. — Я тут схожу с ума от беспокойства. Ты последние дни сама не своя, и я не понимаю, в чем дело. Нет, расставание — это, конечно, сложно, особенно, учитывая, что вы с Ванькой всю жизнь были вместе, но Лер… Ты закрылась от меня, а я переживаю. Я ведь просто хочу помочь.

Лера с силой вцепилась в подлокотник кресла. Меньше всего она хотела закрываться от подруги, но Катя оказалась права — она действительно впервые в жизни не поделилась с ней самым важным. Тем, что при виде черных, как сама ночь, глаз Кости ее в секунду бросало от стремления сбежать без оглядки до почти болезненного желания утонуть в них. И этим робким, почти невесомым чувством, прятавшимся в самой глубине души, не хотелось делиться ни с кем, даже с Катей. Вдруг, стоит только озвучить это вслух — и все лопнет, как мыльный пузырь.

Лера не готова была признаться даже самой себе, что этот парень легко пробрался под кожу и теперь покалывал изнутри острыми иголочками, заполнял собой легкие при каждом вдохе вместо воздуха. И тем более не была готова сказать об этом Кате. Пусть лучше думает, что Лера так переживает расставание. А она обязательно с ней поделится — только немного позже.

— Кать... — начала Лера, обдумывая, что ответить, обижать подругу совсем не хотелось. Но её прервал громкий смех Макса. Тот, как мог, развлекал Костю, пока Лёха возился с повязкой, но над своими шутками смеялся при этом громче всех.

—Ты где? — сразу взволнованно спросила Катя. — Ты что, не одна?

— Давай я позвоню тебе позже, и мы поговорим, хорошо? Я сейчас немного занята. Но у меня всё хорошо, не переживай.

— Ладно, как скажешь, но, если что, звони, — разочарованно протянула подруга, но спорить не стала. Немного помолчав, добавила: — Если будет нужно, примчусь тебя спасать хоть на край света.

— Надеюсь, мне это не пригодится, — Лера улыбнулась. Но спасибо за предложение. Я всегда знала, что на тебя можно положиться.

— Лер... Ты только скажи, ты же сейчас не с Ваней?

— Что? Нет, конечно, — воскликнула девушка, не понимая, как это вообще пришло ей в голову.

— Хорошо, — она с каким-то облегчением выдохнула. — Ну, пока!

Лера положила трубку все ещё обескураженная вопросом Кати. Неужели подруга решила, будто ее настолько впечатлила сцена с Кристинкой, что она бросилась обратно к Ване? Испугалась, что пути назад не будет, если он начнет встречаться с другой, и сразу все ему простила. Ей и в голову не приходило, что она выглядит настолько увязшей в этих отношениях.

Девушка нахмурилась и взглянула на парней. Те уже закончили с перевязкой, и теперь Лёша ещё раз напоминал Косте, что и когда ему нужно пить. Тот устало кивал ему в ответ, явно даже не стараясь запоминать слова друга.

— Понятно, я напишу и оставлю на тумбочке. А лучше буду звонить напоминать, — хмыкнул Лёха, поняв, что Костя его не слушает. Хлопнув парня по плечу, встал с кровати. — Теперь отдыхай, а нам пора.

— Ребят, подбросьте Леру домой, — Костя поморщился от дружеского хлопка.

— Само собой! Доставим в лучшем виде, — широко заулыбался Максим.

— Макс, я серьёзно, — парень хмуро глянул на друга, совсем не разделяя его веселье.

Его явно что-то тревожило — то ли слова Ильи о стоящих внизу людях, то ли то обстоятельство , что Лера умудрялась притягивать к себе неприятности. Или оба этих факта вместе. Леру тоже беспокоили те, кто стоял под окнами. Кого они там ждали? Караулили Костю или отслеживали всех, кто заходил к нему? И значило ли это, что ей тоже нужно начинать бояться?

— Костян, не переживай. Всё будет в порядке, можешь на нас положиться, — заверил его Илья.

Парень согласно кивнул, соглашаясь с другом, но судя по его заходившим желвакам, он готов был вскочить с кровати и лично доставить девушку домой. Леха вздохнул и посмотрел на него, как на неразумного ребенка, готового совершить очередную глупость.

— Расслабься, — резко бросил Леша и нахмурился. — И даже не думай, что я разрешу тебе сейчас куда-то идти. А за Леру мы отвечаем головой и вполне справимся без твоего присутствия. Погнали, парни, — а потом кивнул девушке, — Лер, догоняй, мы ждем тебя в коридоре.

Ребята вышли из комнаты, и Лера осталась с Костей наедине. Он не улыбался — только прожигал ее внимательным взглядом и задумчиво молчал. Девушка подошла к нему поближе и остановилась на расстоянии вытянутой руки. Дотрагиваться так и не решилась, хотя рука дрогнула в желании коснуться его.

— Пожалуйста, будь осторожна, — Костя не сводил с нее глаз.

— Хорошо, — Лера легко пожала плечами.

— С парнями ты в безопасности, — заверил он ее, но Леру не покидало ощущение, что он пытается убедить себя.

— Я знаю, спасибо за заботу. — Она все-таки протянула руку и коснулась его пальцев. Хотела успокоить, но в его глазах мелькнул огонь, и он притянул ее еще ближе. Лера не удержалась и с размаху села на кровать рядом с ним. Лицо парня оказалось неожиданно близко — его горячее дыхание коснулось щеки, и все нервные окончания в теле напряглись.

Он чуть наклонил голову, словно что-то обдумывая. Его пальцы все еще крепко обхватывали ее запястье, не давая шанса вырваться. Но ей и не хотелось, и эта близость не отталкивала — скорее наоборот. Костя мягко погладил большим пальцем тонкую кожу и улыбнулся, а Лера подумала, что он наверняка сумел нащупать ее сбивающийся от скорости пульс. Наклонил голову еще ближе, и девушка была уверена — сейчас он ее поцелует. Но вместо этого он аккуратно заправил свободной рукой ей за ухо выбившуюся светлую прядь и откинулся на подушку.

— Если что, можешь звонить мне в любое время. Если понадобится помощь, или просто захочешь поговорить.

— Хорошо. Поправляйся.

— И напиши, что ты дома.

— Совсем не доверяешь друзьям? — усмехнулась Лера.

— Если бы не доверял, не отпустил бы тебя с ними.

— Зачем тогда сообщение?

— Даю тебе повод написать мне, — он лукаво улыбнулся и подмигнул.

— А кто сказал, что я этого хочу?

— Вот и проверим. Напишешь?

— Я подумаю, — фыркнула Лера и встала.

Она вышла в коридор, где парни уже почти полностью оделись. Макс, как раз натягивающий на голову шапку, глянул на девушку.

— Что-то вы быстро, — заметил он с хитрой улыбкой. — Я думал, нам придется час под дверью ждать. Костян сдает позиции. Если что, Лер, вокруг есть другие отличные варианты. — И он гордо выпятил грудь вперед, явно намекая на себя.

— Я, пожалуй, откажусь от такого предложения, — усмехнулась Лера, натягивая на ноги ботинки.

— Заткнись, Макс, — беззлобно пробормотал Леха, скривившись. — Бесишь.

— Вы такие скучные. Это же просто шутка.

— Давай сегодня устроим вечер без твоих шуточек, я чертовски устал. И не вздумай сказать такое при Косте.

— Я еще жить хочу, — он громко захохотал, а Леха, прикрыв глаза, покачал головой.

Лера быстро накинула на плечи куртку и кивнула Леше, давая знак, что готова идти. Макс крутанул на двери замок и перед тем, как открыть дверь, громко крикнул:

— До свидания, тёть Наташ!

Женщина вышла из кухни, уже переодетая в домашний халат, и неодобрительно глянула на них.

— Что-то вы быстро сегодня, думала придется вас выгонять, как вчера, — проворчала она и, наконец, удостоила Леру хмурым взглядом и совсем неласково спросила: — А ты кто? Новая Костина девчонка что ли? Странно, обычно он сюда девок своих не водит. И хорошо, не хватало еще его шалав здесь лицезреть…

— Наталья Петровна! – Лёша повысил голос, и впервые в нем появились по-настоящему злые нотки, совсем не те, с которыми он ругался на Макса, а холодные и острые. — Вы что такое говорите? Постыдились бы при девушке.

— А чего мне стыдиться? Как есть, так и говорю. Я человек простой, за душой ничего не таю.

— Я не Костина девушка, просто знакомая, — ледяным тоном процедила Лера. — Можете не переживать, я не одна из, как вы выразились, "шалав". И, знаете, неплохо сначала узнать, кто перед вами, а затем бросать такие обвинения.

Наталья поджала губы, но даже не подумала извиниться. Лишь пожала плечами, не видя в том, что обидела незнакомого человека, ничего плохого.

— Идите уже, отдохнуть не даете после работы, — бросила она, давая понять, что разговор окончен, и они могут идти на все четыре стороны.

Лера со злостью толкнула дверь и первой вышла из квартиры, пока не сказала женщине чего-то лишнего. Того, о чем потом будет жалеть. Но Наталья вызывала с ней только самые отрицательные эмоции: раздражение, презрение, отвращение. Ей стало искренне жаль Костю, которому приходится жить в такой обстановке. И сердце кольнуло от тоски по собственным родителям — хоть мама порой и невыносима, особенно, когда дело касалось Вани, это не делало ее хуже, и с родителями девушке очень повезло.

Брошенные Натальей слова неприятным осадком осели на сердце. И, как ни странно, больше всего задело то, что она далеко не первая и не единственная девушка в жизни Кости. Почему-то представлять парня рядом с другой было почти что физически больно, и это чувство не имело ничего общего с тем, которое она испытала, увидев Ваню с Кристиной. Лера полагала, что должно быть наоборот, ведь это с Ваней они были вместе столько лет, да и расстались совсем недавно, а с Костей едва знакомы. Вот только этот факт никак не отменял того, что ее совершенно не трогало, где, с кем и как проводит сейчас время Иван.

На улице уже совсем стемнело и начал моросить мелкий дождь. Ребята быстро двинулись к машине, припаркованной возле подъезда, и Илья мягко потянул ее за руку за собой.

— Идем, Лер, — позвал он её.

Девушка не заставила повторять дважды и поспешила за ними, успев краем глаза заметить две фигуры, сидящие на лавочке недалеко от подъезда. Лиц их за наброшенными на голову капюшонами не было видно, а позы были даже расслабленными — словно они просто непринужденно разговаривали. И если бы не напряженные взгляды ребят, Лере бы даже в голову не пришло их опасаться. А теперь все внутри сжалось от страха, и их волнение передалось и девушке. Она тяжело сглотнула, пытаясь сделать вдох поглубже. Еще немного — и она начнет бояться каждой тени.

— Не бойся, — Илья словно понял ее состояние и ободряюще улыбнулся. — Все в порядке. С тобой ничего не случится, но идем в машину.

Лера кивнула и скользнула на заднее сиденье в распахнутую Ильей дверь. С другой стороны к ней подсел Макс, а Леша и Илья сели вперед. Наблюдавшие, даже если и увидели их, совершенно не заинтересовались, и девушка облегченно выдохнула. Может быть, они вообще ошиблись, и те двое не имеют к Косте никакого отношения?

Лёха завёл двигатель, тронулся с места, и они двинулись к выезду со двора. Парни напряжённо молчали, и девушке показалось, что именно из-за ее присутствия. Им явно нужно было что-то обсудить — это было понятно по тому, как нервно стучал по рулю Лёха, теребил ремень безопасности Илья и, впервые с момента их знакомства, молчал Макс. Но при Лере они не произнесли ни слова — то ли боялись напугать, то ли не хотели, чтобы она услышала что-то, не предназначенное для ее ушей. Не выдержав гнетущей тишины, Лера спросила:

— Кто это был?

— Не забивай себе голову. Это не твоя проблема, тебе не нужно лезть в это, — Леша качнул головой и поймал в зеркале заднего вида ее взгляд.

— Я бы так не сказала, — поджала губы девушка. — Костя сказал мне быть осторожнее, и почему-то мне кажется, это не просто слова. Мне начинать беспокоиться?

— Нет, — уверенно заявил Леха. — Эти двое там только из-за Кости, тебе нечего опасаться.

— Хорошо. А что им нужно от Кости?

Парень недовольно поджал губы, явно не желая отвечать. Но Лера отчаянно хотела ответов и останавливаться не собиралась. В машине повисла тишина, и пока Леха думал над ответом, ему на помощь пришел Илья:

— Лер, не пойми неправильно, но мы не можем тебе ничего рассказать. Спроси у Кости — если захочет, он расскажет то, что посчитает нужным. Леха сказал все, что мог — опасность тебе не грозит, можешь спать спокойно. Костян просто переживает, порой даже слишком.

— Ладно, я поняла. — Она уставилась в окно на мелькающие за ним дома и машины. Липкое чувство тревоги все равно не оставляло, и девушка прикрыла глаза, стараясь привести мысли в порядок. Слишком мало информации, чтобы принять взвешенное решение. И слишком много эмоций, которые вынуждают забыть даже о том, что она знает.

Не прошло и пяти минут, как машина уже остановилась возле её дома — Костя действительно жил совсем недалеко. Лера попрощалась с Максимом и Ильей, а Леша вышел из машины, чтобы проводить ее до квартиры. Она благодарно улыбнулась ему, радуясь, что он догадался сам, потому что просить она бы не стала, а заходить одной в темный подъезд было необъяснимо страшно. Ее все еще не отпускала странная тревога, даже несмотря на слова, что бояться ей нечего.

Леша галантно открыл тяжелую железную дверь, запуская её внутрь, и лишь затем вошел сам. В молчании поднялся вместе с ней на лифте и уже у самой квартиры он неожиданно произнес:

— Спасибо.

— За что? — изумилась девушка. — Это я хотела сказать спасибо за то, что довез и проводил.

— Это ерунда, мне не сложно, — отмахнулся он. — Спасибо, что не оставила его, помогла. И что приехала сегодня, тоже спасибо. Я, конечно, предполагал, что ему плохо и хотел заехать днем, но вырваться с работы не получилось, дежурство выдалось на редкость тяжелое.

Он устало потер переносицу пальцами и сейчас, в приглушенном свете подъездной лампочки, было хорошо заметно, каким уставшим он выглядит — под глазами залегли темные круги, лицо осунулось, а взгляд потухший. Удивительно, она до этого просто не обратила на это внимания, или он так хорошо держался, а сейчас, наконец, расслабился? Парень вздохнул и продолжил:

— Ребята тоже работали, дел куча. А дома, как ты, наверное, заметила, позаботиться о нем некому. Он мне, как брат, понимаешь? Я ради него на многое готов: и ночью сорваться, и вытаскивать его из очередной задницы, в которую он влез... Но это я. А ты совсем чужой человек, но оказалась рядом тогда, когда я не смог.

— Я... Тогда я просто делала то, что считала правильным, и не смогла оставить человека, нуждающегося в помощи. А сегодня мне захотелось оказаться рядом и проверить, что с ним все хорошо. Я не знаю, почему, ты ведь прав, он мне практически чужой, незнакомый человек. И, знаешь, я поехала туда не с мыслью, что я должна ему помочь. Я поехала, потому что этого хотела я, как бы эгоистично это не звучало.

Леша задумчиво посмотрел на Леру, а затем тихо сказал:

— Он хороший человек, очень. Я не знаю никого лучше него. Он просто пропал в неприятную историю.

— Хорошо, — растерянно произнесла Лера, не понимая, с чего вдруг Лёха решил ей об этом сообщить.

— Просто хотел, чтобы ты знала, — словно ответил на её немой вопрос парень. — И еще. Не впечатляйся тетей Наташей. Она часто говорит, не подумав. Да и с Костей у них сложные отношения, а уж его друзей она тем более не жалует. Иди. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Оказавшись дома, Лера достала из кармана телефон и сжала в руке. Можно остановить это все прямо сейчас — просто ничего ему не писать. И оставить позади все безумие последних дней: и раненого парня у себя в квартире, и свои окровавленные руки, и пугающих людей под окнами. Пройдет время, и у нее получится об этом забыть и спокойно жить дальше.

Спокойно.

Лера глубоко вдохнула и выдохнула. Всю свою жизнь она жила так, чтобы всем вокруг, включая ее, было спокойно. Поддерживала иллюзию отношений с Ваней, чтобы не беспокоилась и не нервничала мама, сама увязла в этой фальшивой любви, потому что боялась шагнуть за пределы привычного и безопасного кокона. Внутри все известно и знакомо, а снаружи неизвестность.

А теперь ей захотелось оттуда выбраться. Глотнуть свежего воздуха и позволить электричеству обжигать кожу там, где он ее касается, а сердцу быть готовым взорваться фейерверком с каждым новым ударом. Почувствовать себя живой.

Она улыбнулась сама себе и уверенно напечатала:

Я дома.

Глава 13

После того, как друзья ушли, в комнате резко опустело. Без болтовни Макса стало очень тихо, будто из комнаты выкачали весь звук, без успокаивающего присутствия Лехи и Ильи отвратительное чувство беспокойства и отчаяния накрывало с головой.

Но ещё сильнее ощущалось отсутствие Леры — словно его лишили чего-то очень важного. Она появилась тут, как по волшебству, возникла из ниоткуда и осветила своим присутствием тугой полумрак этой комнаты. Костя не поверил своим глазам, когда увидел её, сидящую на краю кровати. Здесь, в этой квартире, в этой комнате. В этом Богом забытом месте. Рядом с ним.

Он действительно думал, что бредит. Ведь последние пару дней, крутясь на кровати в лихорадке, он постоянно видел ее. Стоило ему закрыть глаза или, наоборот, едва приоткрыть тяжёлые веки — она неизменно стояла перед ним. Правда, обычно она выглядела иначе: красная кофта и точно такие же алые пятна крови на руках, лице и даже волосах. Его крови. А ещё глаза — огромные и полные ужаса. Костя каждый раз рычал от бессилия и до хруста сжимал руки в кулаки, так ему хотелось стереть этот ужас из ее взгляда, как и вообще весь тот день из ее памяти.

Но вот, когда его в очередной раз выбросило из лихорадочного полузабытия, Костя снова увидел Леру. Только на этот раз она выглядела, как ангел, спустившийся с небес на землю: волосы, светлым водопадом спадающие на плечи, затягивающая синева глаз и взгляд — теперь полный ласкового тепла. Будто ей действительно есть дело до него.

От нее пахло чем-то сладковатым — смесью нежного аромата ванили с нотками весенней свежести. Косте этот запах напоминал о доме — том, которого у него никогда не было. И то, как эта девушка одним своим присутствием заставляла сердце сжиматься от щемящей нежности, сводило с ума. Она — словно наваждение. Он готов был пройти через это все еще раз: ранение, адская боль, лихорадка, снова боль, бесконечная боль, заполняющая все внутри, если бы его ждала хоть еще одна встреча с ней. И как бы не хотелось держаться от нее подальше, тело отчаянно хотело обратного. Оно хотело касаться мягкой кожи, ощущать под пальцами трепет тонких венок, выдающий волнение, почувствовать вкус ее губ. Он уже готов был сорвать с них поцелуй, но в последний момент остановился.

Вспомнил, что рядом с ним только темнота, а она заслуживает света. И тянуть ее за собой слишком эгоистично, пусть даже ему впервые за долгое время стало казаться, что он смог сделать вдох полной грудью, а удавка на шее хоть немного ослабла.

От мыслей Костю отвлекла мама, возникшая на пороге комнаты. Она нерешительно замерла на пороге, не решаясь пройти дальше, и в очередной раз за этот день окинула его неодобрительным взглядом.

— Тебя действительно не уволили?

Костя поморщился. Мама не хуже него знала, что это невозможно, но ей так отчаянно хотелось сделать вид, что она контролирует жизнь сына.

— Я же сказал, что нет. Мне просто задолжали несколько выходных.

Мать поджала губы. Было видно, что она хочет что-то сказать, но никак не решается — он видел это по тому, как она нервно облизнула нижнюю губу и смяла в руках пояс от халата. Костя выждал несколько секунд, сел и внимательно посмотрел на женщину:

— Тебе нужны деньги?

Та быстро закивала головой.

— Да, Кость, понимаешь, Толика опять выгнали с работы! Начальник сволочь попался! Он же и не пьёт на работе, и смены не пропускает, а тот все цепляется. И вот, что ему надо? Толя говорит — завидует, — быстро начала тараторить мама, яростно жестикулируя руками.

— Кому завидует? Толе? — хмыкнул Костя.

— Конечно! У Толи и семья есть — я, ты, вон какой красавец! А начальник его уже к сорока годам скоро, а все еще ни ребенка, ни котенка, вот и злится. Толе так мужики на работе и сказали, с ним сработаются только те, кто такие же одиночки, как и он.

Костя внимательно посмотрел на мать и покачал головой, не зная, то ли смеяться, то ли орать от злости и бессилия. Большего бреда он в жизни не слышал, а мама в это так хочет верить. Семья. Вряд ли этим словом можно назвать этих троих — эту сломленную жизнью женщину, ее сожителя, пьяницу и бездельника, и сына — никому не нужного, и до которого никогда нет дела. Какая, к черту, зависть! Наверняка, до начальника просто дошло, какое ничтожество он взял на работу. И несчастного работящего Толю опять бесчеловечно уволили. Как и семь раз до этого, только за тот год, что он здесь живет. Но мать ему верила — или просто закрывала на все это глаза и тащила на себе очередного, ничего не стоящего мужика, у нее просто чутье на таких. А точнее, их всех тащил Костя, небольшой зарплаты мамы не хватало почти ни на что.

Надо бы давно послать их всех к черту, но совесть не позволяла не дать денег матери, когда она просит, даже точно зная, что они опять уйдут на очередную пьянку. Каждый раз мелькала предательская мысль: а, вдруг, эти деньги нужны именно ей? А еще, где-то очень глубоко внутри маленький мальчик все еще ждал, что когда-нибудь мама увидит, как много он старается для нее. Поймет, что он совсем не бесполезный ребенок, испортивший ей всю жизнь. И, наконец, полюбит его...

Костя тряхнул головой, прогоняя эти мысли. Медленно сел на кровати, чувствуя как бок резануло жгучей болью. Подавив вскрик, он аккуратно встал и неуверенным шагом пошел к висевшей на стуле куртке и полез в карман. Вытащил пару смятых купюр и протянул матери:

— Вот. Это пока все.

— Спасибо, сынок. — Костя поежился от ее слов. Такое обращение резало не хуже ножа, потому что на нем обычно и заканчивалась вся ее материнская любовь. — Толя обязательно вернет, как только устроится на другую работу.

Парень издал короткий смешок, тут же отозвавшийся новой волной боли. Смешно. Никому из маминых сожителей и в голову не приходило вернуть деньги — это он уяснил давно и прочно.

— Забудь, — только и отмахнулся он.

Женщина зашла в комнату, подошла к нему совсем близко и только теперь, в падающем в дверной проем из коридора свете, рассмотрела его. После перевязки он еще не успел надеть футболку, и теперь огромную повязку на животе сложно было не заметить. Глаза мамы немного расширились, и она указала пальцем на рану:

— Кость, это что?

— Ерунда, — процедил он сквозь зубы. — Неудачно подрался, вот и все.

— Ты уверен? — она с сомнением нахмурила брови, но волнение, которое звучало в ее голосе несколькими секундами ранее, уже исчезло.

— Конечно, я уверен, мам. — Костя отступил подальше вглубь комнаты, прячась в ее полумраке.

На долю секунды ему захотелось, чтобы она ему не поверила. Чтобы подошла, встряхнула за плечи, заглянула в глаза и выяснила, наконец, что за дерьмо происходит у него в жизни. Обняла и шепнула на ухо, что все будет хорошо, и он обязательно справится. Чтобы она хоть раз в жизни испугалась за него по-настоящему, а не просто отмахнулась, как от чего-то не заслуживающего внимания. Ведь всегда проще сделать вид, что ничего не произошло, прикрыть глаза и отвернуться.

Женщина удовлетворенно кивнула и, натянуто улыбнувшись, вышла из комнаты. Дверь закрылась, и комната погрузилась в темноту. В нахлынувшей тишине уведомление о новом сообщении прозвучало особенно громко. От неё. Сердце тут же пустилось в галоп, а улыбка сама с собой расползлась по губам.

Глава 14

Когда утром следующего дня Лера зашла в просторный холл университета, Катя уже ждала ее, нетерпеливо постукивая пальцами по толстому учебнику, который держала в руках. И не поленилась же взять его из дома, хотя он весит несколько килограммов. Видимо, подруга задумала пустить его в ход в качестве оружия против Леры, иначе, как еще можно объяснить его появление в стенах ВУЗа, где он еще ни разу за студенческую жизнь своей хозяйки не бывал.

— Ну, наконец-то, — безо всякого приветствия заявила она. — Так я вчера и не дождалась звонка, Лерочка.

Она обиженно надула губы, не сводя глаз с подруги. И явно ожидая подробностей ее вчерашнего вечера.

— Я очень устала и замоталась, извини, — пожала плечами Лера. — К тому же ничего важного не случилось. Просто я вчера провела время с одним новым знакомым.

— И кто же этот таинственный незнакомец? — глаза Кати загорелись интересом. — Подожди, дай угадаю! Неужели тот самый парень, про которого ты мне рассказывала? Ты все-таки согласилась пойти с ним на свидание?

— Да, но это было не совсем свидание.

— Эй, подруга, не темни, — Катерина возмутилась. — Я требую подробностей! Подумать только, сколько себя помню, только про Ваньку от тебя и слышу. И вот, наконец, когда появляется кто-то еще, лучшая подруга узнает об этом последней.

— Вообще-то не последней, а самой первой. Да и нечего особо рассказывать.

— Хоть на этом спасибо, — усмехнулась Катя. Подскочила с места, словно никак не могла на нем усидеть, и потянула Леру к лестнице. — Как это нечего? Кто он? Чем занимается? Что вы вчера делали? Мне интересно все!

— Сколько вопросов! Притормози, Кать, — взмолилась Лера и рассмеялась.

Катя замолчала и остановилась, окинув Леру серьезным взглядом. Изогнула идеальной формы бровь, а на ее лице появилось такое выражение, будто она неожиданно поймала озарение.

— Так, стоп, я поняла. Ты не хочешь ничего о нем рассказывать, да?

— Это не совсем так. Не то, чтобы я не хочу что-то говорить именно тебе, просто у меня сейчас такая неразбериха в голове. Все случилось так быстро и неожиданно, что я еще даже не успела ничего понять. Порой мне вообще кажется, что это только сон.

— Хорошо, — Катя тряхнула длинными темными волосами. — Разбирайся в себе. Но, надеюсь, я буду первой, с кем ты поделишься.

— А разве когда-то было иначе?

— Он хоть красавчик? — вздохнула подруга.

— Еще какой, — Лера улыбнулась. — Тебе бы точно понравился.

— М–м-м, — мечтательно прикрыла глаза Катя. — Ты даже не представляешь, как я рада, что в твоей жизни появился кто-то, кроме Вани. И независимо от твоего решения, то, что ты сейчас улыбаешься, а не копаешься в себе и прошлых отношениях — уже круто.

— Да, наверное, — Лера неуверенно пожала плечами. Она не знала, что хуже — пытаться закрыть глаза на все, что происходит с Костей, или раз за разом оправдывать для себя поведение Вани. И радовалась бы Катя также, узнай она все, что известно Лере?

Телефон издал короткий сигнал, известивший о пришедшем сообщении. Найдя его в сумке, девушка увидела, что оно от Кости.

Доброе утро! Не хотел, чтобы сегодня ты снова волновалась, и решил написать сразу — сегодня мне намного лучше. Удачного дня.

Сердце Леры бешено забилось, за считанные секунды разгоняя скорость до предела. До этого момента она никогда не могла бы подумать, что несколько слов на экране могут вызвать у неё такие эмоции. Но стоило подумать об этом парне, как все внутри сжималось в тугой обжигающе-горячий узел, и от этого жара плавились все остальные мысли и чувства.

Доброе утро. Рада, что тебе лучше.

— Да ты похоже влюбилась, Лерочка, — констатировала Катя и приобняла подругу за плечо.

— Что? Ты о чем?

— Это же он написал? Видела бы ты сейчас свое довольное лицо, как будто миллион выиграла, — засмеялась Катя.

— Глупости, совсем оно не довольное, — Лера нахмурилась.

— Как скажешь. Только себя ведь не обманешь. Да и меня можешь не пытаться, я тебя насквозь вижу.

Лера сердито сунула телефон обратно в сумку. Неужели она и правда так быстро влюбилась в этого странного парня? Последние несколько лет она была уверена, что любит Ваню. Но только все яснее понимала, что ее теплые чувства к бывшему парню не имеют ничего общего с тем, что она испытывает сейчас к Косте. И как во всем этом разобраться?

— Кать, скажи, почему ты вчера решила, что я с Ваней?

— Даже не знаю, — Катя отвела взгляд и смотрела теперь куда-то на широкую лестницу, по которой нескончаемым потоком поднимались на занятия студенты. — Почему-то подумала, что ты увидела его с другой и осознала, что любишь и не готова отпустить. Он ведь именно ради этого и сошелся с Кристиной, я уверена. Ты просто так странно вела себя вчера, вся издергалась на парах, в телефоне постоянно торчала, а потом сорвалась куда-то.

Лера улыбнулась.

— Я ничего такого не осознала, Катюш. Я даже ничего не почувствовала, когда увидела их вместе. Вот вообще ничего, представляешь? Я бы, наверное, даже удивилась этому, если бы мои мысли не были заняты совершенно другим.

— Так, значит, всё-таки думаешь о другом? — подруга хитро улыбнулась и добавила: — А говоришь, не влюбилась!

— Перестань, — отмахнулась от нее Лера.

Многолетний опыт дружбы подсказывал — Катя вряд ли ошибалась. Она слишком хорошо знала Леру, чтобы понять, что с ней происходит. И пока мозг Леры отчаянно посылал ей сигналы не связываться с Костей, у нее почти получилось убедить себя, что выпрыгивающее из груди сердце в ответ на его сообщение — это вовсе не показатель влюблённости. А то, что при воспоминании о нем и его темных, как грозовое небо, глазах ее бросает то в жар, то в холод — так это все потому, что слишком много нервничает последнее время.

— А вообще я рада, что ошиблась. Как подумала, что ты опять связалась с этим придурком, так решила, что убью вас обоих к чертям собачьим. Ну, тебя так точно, чтобы отбить желание встречаться с идиотами. Но ты меня порадовала! Так держать, детка!

— Идем уже, а то на лекцию опоздаем, — Лера улыбнулась и, забросив сумку на плечо, поспешила в аудиторию.

Лекция по экономике была нудной, сложной и совершенно не желающей укладываться в голове. Лера старалась следить за ходом мыслей молодого преподавателя, безэмоционально читающего текст, но получалось только механически записывать его слова. С тоской подумала, как придется разбираться с этой темой перед сессией, и стало совсем тоскливо. Бросила быстрый взгляд на Катю, которая с энтузиазмом вслушивалась в материал и даже заинтересованно кивала преподавателю, не забывая при этом ослепительно улыбаться.

— Какой он классный, — подруга отвлеклась только для того, чтобы пихнуть Леру в бок.

— Кто? — не сразу поняла ее девушка.

— Виталий Олегович, конечно же, — шепнула Катя, и Лера подняла на нее удивленный взгляд. А потом перевела его на преподавателя за кафедрой.

Молодой, не старше тридцати лет, с модной укладкой на темных волосах и очками, которые он носил исключительно для создания образа — он прекрасно видел и без них. Но они ему очень шли, делая немного мальчишеское и красивое лицо серьезным. В комплекте шло подтянутое тело с широкими плечами — и, как итог, на Виталия Олеговича заглядывались многие студентки. Но вот то, что в их число попала Катя — было неожиданно.

— И давно ты это поняла? — Лера недоверчиво покосилась на подругу, пославшую преподавателю еще одну широкую улыбку. Тот не растерялся и посмотрел на Катерину в упор, склонив голову набок и с интересом прищурившись.

— Сейчас, — огорошила ее ответом Катя и, перестав играть в гляделки с мужчиной, наклонилась поближе, чтобы прошептать: — Я принципиально его не рассматривала, он ведь преподаватель, а я студентка. Думала, это неправильно. Но сейчас подумала — а почему бы и не поступиться своими принципами? Посмотри на него — он взрослый, опытный, умный, интеллигентный. Не может же он оказаться таким же придурком, как Антон и все остальные.

— Как знать, — Лера с сомнением поглядела на Виталия Олеговича. Выглядел он хорошо и вправду производил впечатление воспитанного и образованного человека. — Может, у него тоже есть принципы, и он не встречается со студентками?

— Значит, ему придется их нарушить, — почти не шевеля губами, уверенно заявила Катя. — И сходить со мной на свидание. Он не сможет устоять.

И она плавным движением руки откинула назад волосы, оголяя изгиб шеи. Виталий Олегович продолжал читать лекцию, но его взгляд теперь не бродил по всей аудитории, а остановился на Кате. Его губы тронула чуть заметная улыбка, когда девушка опустила глаза в наигранном смущении.

— Ты уверена, что тебе это нужно?

— А почему нет? Он такой же мужчина, только немного старше, а это даже дает ему несколько бонусных очков.

— Может быть, у него кто-то есть?

— Ну судя по тому, что он совсем не прочь пофлиртовать со мной, это не так.

До конца лекции Катя продолжала мило улыбаться мужчине, а он то и дело возвращался к ней взглядом. А когда пара подошла к концу, и поток студентов быстро покинул аудиторию, Катя шепнула Лере:

— Подожди меня в коридоре, хорошо?

— Что ты задумала?

— Хочу немного поболтать наедине.

Лера усмехнулась. Подруга всерьез взялась за покорение этого мужчины, и решила не откладывать дело в дальний ящик. Кивнув, девушка спустилась по ступенькам аудитории вниз и, проходя мимо кафедры, бодро попрощалась с преподавателем:

— До свидания, Виталий Олегович.

Тот рассеянно кивнул, явно не торопясь покидать лекционный зал — от него не укрылось, что Катя все еще не поднялась со своего места, ожидая, пока они останутся наедине. Лера тоже поспешила в коридор, и, едва вышла за дверь, у нее в руке зазвонил телефон. На экране появилось имя Леши, и сердце пропустило удар от беспокойства. Неужели что-то случилось?

— Да, Леш! — Голос немного сорвался и приветствие вышло более резким, чем она рассчитывала.

— Привет.

— Что-то случилось?

— Что? Нет, все в порядке, — теперь уже Леха напрягся. — С чего ты взяла?

— Не знаю. Увидела, что ты звонишь и сразу подумала о плохом, — от его слов сразу стало теплее, и ей даже удалось выдавить из горла короткий смешок.

— Ну спасибо, что сделала из меня всадника Апокалипсиса, — он глухо рассмеялся.

Лера тоже засмеялась — на этот раз искреннее и расслабленнее. В ожидании Кати залезла на подоконник возле лекционного зала и добавила в трубку:

— Извини. Я какая-то нервная в последнее время.

— Мне жаль, — он тяжело вздохнул и продолжил: — Я просто хотел убедиться, что у тебя в порядке. Ты вчера выглядела такой испуганной.

— Все нормально, — быстро ответила Лера и, не желая вновь погружаться в удушающее чувство страха, перевела тему: — Косте уже лучше, да?

— Да. Я был у него с утра, выглядел он бодро.

— Как думаешь, он будет не против, если я снова заеду к нему?

— Он будет рад, я уверен. Хочешь, я тебя подброшу?

— Уверен? Я вполне могу доехать сама.

— Уверен. У меня сегодня выходной, и время есть. Во сколько ты заканчиваешь?

— В три.

— Отлично. Скинь адрес, я приеду.

Лера отключилась, напечатала Леше адрес и довольно улыбнулась, предвкушая встречу с Костей. Из дверей аудитории показалась Катя, сверкающая, как бриллиант на солнце. Плавной походкой подплыла к Лере и повернула к ней экран смартфона с записанным номером.

— Добыла его телефон? — удивилась Лера.

— Ага.

— И как тебе удалось?

— Да он особо не сопротивлялся и был только рад. Наплела ему что-то про то, что не поняла последнюю тему и мне срочно требуется его профессиональная помощь. Он же не дурак, и, конечно, понял, зачем мне на самом деле его номер. Но не отказал — а, значит, совсем не против общения. Даже хотел взять в ответ мой, но я не дала. Сказала — позвоню сама.

Катя бодро зацокала каблуками по коридору, и Лера направилась за ней, качнув головой. Если уж подруга задавалась какой-то целью — то добивалась ее.

— Ты же позвонишь?

— Только не сегодня, — хмыкнула Катерина, сунув телефон в карман. — Пусть немного понервничает. Может быть, завтра. Ожидание только разжигает интерес.

Глава 15

— Ты домой? — Катя сунула Лере в руки одежду только что добытую из гардероба, и девушка отрицательно покачала головой. — Что, опять к своему мистеру икс?

— Да. — Лера быстро натянула куртку и в нетерпении уставилась на Катю, решившую подкрасить губы. Леша уже написал, что приехал, и ей совсем не хотелось заставлять его ждать.

— Что? — Катя встретилась с ней в зеркале глазами.

— Я тороплюсь, — пояснила Лера. — Ты идешь?

— Я начну ревновать, Лерочка, — подруга аккуратно вытерла кончиком указательного пальца излишек помады в уголке губ, а потом подхватила со стула свою сумку. — Ладно, пошли, я готова.

Машина Леши стояла недалеко от главного входа, и он приветственно мигнул фарами, привлекая внимание девушки. Лера помахала ему рукой, и Катя тут же цепко схватила ее за локоть.

— Лерка, это что, он?

— Нет, это его друг.

— Друг? — на лице подруги отразилось замешательство. — А почему за тобой приехал его друг?

— Долгая история, — вздохнула Лера. — Он просто решил меня подвезти, а я не стала отказываться.

Леша вышел из машины, дожидаясь, пока Лера подойдет ближе. Катя не отставала и, судя по лицу, ситуация начинала казаться ей все более странной. И подруга явно не хотела отпускать ее одну в машине с незнакомцем.

— Привет, Леш. Это Катя, моя подруга.

— Алексей, — тут же представился он и протянул Катерине руку, мило улыбнувшись.

Та недоверчиво поджала губы, сканируя его взглядом. Леша нисколько не смутился от ее пристального внимания, наоборот, улыбнулся еще шире, и девушка, наконец, протянула ему в ответ руку.

— Екатерина, — холодно процедила она.

— Кать, все хорошо, — толкнула Лера подругу в бок. — Я его знаю, можешь выключать режим заботливой мамочки.

— Окей, — протянула Катя, не сводя глаз с Лехи. — Если что, я тебя запомнила. И номер машины тоже. Он же не фальшивый?

Леша рассмеялся и распахнул пассажирские дверцы — сразу спереди и сзади.

— Могу показать права и ПТС. И паспорт с пропиской, чтобы знать, где меня искать.

— Больно надо мне тебя искать, — фыркнула Катя.

— Тогда садитесь. — И он кивнул головой на открытые двери, приглашая сесть.

— Ты предлагаешь мне тоже поехать? — Катерина приподняла бровь и сложила на груди руки.

— Да. Подвезу и тебя заодно до дома. Убедишься, что я не маньяк.

— А с чего ты решил, что вам по пути?

— Значит, сделаем крюк, не вижу проблемы, — Леша спокойно пожал плечами.

Лера даже поразилась его выдержке. Он и бровью не повел в ответ на нападки Кати. Даже наоборот — они его скорее позабавили. И девушка впервые увидела на его лице что-то, кроме усталости и тревоги. Сегодняшний веселый и улыбчивый Леша был так непохож на того хмурого и сосредоточенного парня, который несколько дней назад возник на пороге ее квартиры.

— Кать, пожалуйста, просто садись в машину, — Лера закатила глаза.

— Хорошо, но только ради тебя, Лерочка. — И с гордо поднятой головой, будто делая всем великое одолжение, села в машину.

Лера прошептав Леше одними губами “извини” юркнула на переднее сиденье. Леха опустился за руль и, повернувшись вполоборота назад, весело поинтересовался:

— Куда едем, принцесса? Говори адрес.

— Какая я тебе принцесса? — тут же вспыхнула Катя. — Мы с тобой и пяти минут не знакомы.

— Чем тебе не угодила принцесса? — Леха откровенно развеселился. Начал выруливать с парковки и бросил на Леру быстрый взгляд, не переставая улыбаться, а на его щеках появились удивительно милые ямочки. — Лер, твоя подружка точно не кусается? А то я начинаю побаиваться.

— Кусается, — откликнулась с заднего сиденья Катя. — Поэтому советую подумать дважды, прежде чем называть меня глупыми прозвищами.

— Как скажешь, принцесса. Так куда ехать?

Едва не скрипнув зубами от злости, Катя все-таки назвала адрес. Сначала Леша показался ей просто сомнительным типом. Что еще за непонятный друг неизвестного парня, решивший подвести Леру? Та и так многое скрывала, но это вообще не желало укладываться в голове. И, если Лера — доверчивая девочка, то про Катю такого сказать нельзя. И жизнь с папой-полковником полиции научила ее излишней подозрительности, а еще необходимым навыкам самообороны. А в сумке девушки всегда лежал перцовый баллончик — на самый крайний случай. И, несмотря на то, что Лера, похоже, искренне доверяла этому Леше, согласилась поехать с ними, чтобы не оставлять подругу одну, а еще понаблюдать за парнем.

И чем больше она наблюдала, тем больше он ее раздражал. Во-первых, он много и открыто смеялся, а у Кати такие люди всегда вызывали приступ скептицизма. А, во-вторых, он смеялся и подшучивал над ней. А она привыкла, что в ее присутствии парни окидывают ее обожающим взглядом и заваливают комплиментами. А он вместо этого наградил ее пренебрежительным “принцесса”, и Катя была в шаге от того, чтобы треснуть его тяжелой сумкой по ухмыляющейся физиономии. Остановило только то, что он был за рулем — а человек, ведущий машину, автоматически становился неприкасаемым.

Вел автомобиль Леша плавно и умело, и Катя нехотя записала это в счет его достоинств. А уж сравнить ей было с чем: один из последних парней, с которым она ходила на свидание, ехал так, будто права ему выдали только вчера, а машину он и вовсе видит впервые. За десять минут, которые они провели в дороге от Катиного дома до кафе, в которое он пригласил ее на свидание, они раза три чуть не попали в аварию и еще один едва не сбили человека. Девушка беззвучно вспоминала все известные ей молитвы, а когда он наконец-то затормозил, выскочила наружу, радуясь, что до сих пор жива, и зареклась еще хоть раз садиться с ним в машину.

А Антон, с которым она встречалась после, наоборот, считал себя королем дороги. И лихачил так, что от резких поворотов и перестроений из полосы в полосу начинало подташнивать. Леша же ехал быстро, но аккуратно, уверенно сжимая в руках руль и даже тихонько подпевая себе под нос. И в машине у него было чисто и уютно, а еще приятно пахло кофе.

— Приехали, принцесса, — объявил парень, останавливаясь у ее подъезда. Затем повернулся и нахально улыбнулся. — Или можем отвезти Леру и показаться еще. Что скажешь?

— Скажу — и не мечтай, — отрезала девушка и демонстративно повернулась к Лере. — Если ты не выйдешь на связь в течение часа, я скидываю ориентировку на эту машину.

— Хорошо, Кать, — Лера рассмеялась, а Леха, покачав головой, вышел из машины. — Пока.

— Пока, Лер. — И Катерина собралась выходить из машины.

Но неожиданно дверь перед ней распахнулась, и она с удивлением увидела стоящего перед ней Лешу. Он протянул ей руку, предлагая помощь, но она, ослепительно улыбнувшись, вышла сама.

— О, так ты еще и джентльмен, — язвительно заметила она. — Если с Леркой что-то случится, я тебя найду и голову откушу, обещаю.

— Успокойся, принцесса, — он неожиданно нахмурился и былое веселье стерлось с его лица без следа. И он словно сразу стал старше на несколько лет, а между бровей залегла складка, которая сделала его серьезным и немного похожим на ее отца — у того появлялась такая же, когда на работе были неприятности. — Я не сделаю ей ничего плохого, поверь. Просто по-дружески решил помочь.

— Будем считать, я тебе поверила, — она еще раз смерила его долгим пронизывающим взглядом, а затем круто развернулась на каблуках, бросила напоследок: — Еще раз назовешь меня принцессой, пожалеешь.

Глава 16

— А она занятная, — вынес вердикт Леха, снова садясь за руль.

— Не обращай внимания, — Лера махнула рукой. — На самом деле она очень добрая и милая, а не такая, какой кажется.

— Значит, это мне повезло вызвать на себя ее гнев, — парень рассмеялся. — И чем я так провинился?

— Она просто за меня переживает. Порой даже слишком сильно.

— Как знакомо, — он усмехнулся, плавно выкручивая руль. — В этом мы с ней похожи.

— Останови, пожалуйста, у супермаркета! — неожиданно воскликнула Лера. — Мне нужно кое-что купить.

— Окей.

Он припарковался у самого входа и Лера, заверив его, что быстро вернется, поспешила внутрь. Там она сразу направилась к прилавку с готовой едой. Судя по тому, что она видела вчера, готовить Косте было некому, а оставить его голодным она не могла. Выбрав несколько самых аппетитных блюд, она немного подумала и бросила в корзинку еще несколько фруктов и пару шоколадок. Оплатив все это на кассе, она направилась обратно в машину.

— Теперь можем ехать, — объявила она, радостно улыбнувшись парню.

Еще через пять минут Леха остановился возле Костиного дома. От Леры не укрылось, что он бегло огляделся по сторонам и, только не заметив ничего подозрительного, разблокировал двери, выпуская ее на улицу.

— А ты? Не пойдешь? — спросила она, когда он распахнул перед ней дверь и помог выйти из машины.

— Нет, — он лукаво улыбнулся. — Я заеду вечером, у меня есть еще пара дел.

В его глазах мелькнули задорные огоньки, и стало понятно — дело совсем не в этом. Он просто не хотел им мешать и решил оставить наедине.

Подходя к подъезду, Лера невольно напряглась и огляделась по сторонам. Но возле дома не было никого, кроме молодой мамы, гуляющей по двору с коляской, и девушка, выдохнув, зашла в дом. После первого же звонка дверь в квартиру распахнулась, и на пороге появился Костя. Он был одет в серые спортивные штаны и черную свободную футболку и выглядел намного лучше, чем вчера. С лица ушла неестественная бледность, глаза перестали лихорадочно блестеть, а из движений почти исчезла скованность — теперь не казалось, что ему даже дышать больно.

Увидев Леру, он расплылся в улыбке и отступил вглубь коридора, приглашая пройти:

— Привет! Не думал, что ты снова заглянешь.

— Не рад? — девушка вздернула бровь и прикрыла за собой дверь.

— Конечно, рад. Проходи.

— Держи, это тебе. — Она протянула ему пакет с обедом и фруктами.

— Серьезно? — Парень заглянул в пакет, и его глаза как-то странно блеснули. — Принесла мне еды?

— Не могла же я оставить тебя голодным.

— Могла, — резко выдохнул он. — На самом деле, еще как могла.

В его голосе заклубилось что-то тяжелое, и Лера замерла на месте. Она сделала что-то не так? Обидела его? Но тут же улыбнулся, заметив, как девушка напряглась.

— Прости. Мне очень приятно. И я теперь твой должник навечно.

— Глупости. Обычный жест вежливости к больному человеку.

— Хорошо. Тогда теперь моя очередь проявить немного вежливости. — И он поманил ее за собой.

Лера направилась за Костей на кухню, успев по дороге заметить, что комната, где вчера спал мужчина, сегодня пуста. В квартире вообще было удивительно тихо и пусто.

— Твоего отца нет дома? — с некоторым облегчением поинтересовалась она.

— Он мне не отец, — слишком резко бросил Костя и, поняв, что погорячился, уже мягче продолжил: — Это всего лишь сожитель моей матери. И, да, его нет. Сегодня он соизволил пойти на работу. Или на ее поиски, я, если честно, запутался. Да меня это и мало волнует.

Она случайно попала в больное место и поняла это сразу, как только он снова поднял на нее глаза. В них обжигающая ненависть смешалась с такой опустошающей болью, что становилось не по себе. Он опустил взгляд, беря свои чувства под контроль.

— Прости, я не хотела тебя обидеть.

— Ты меня не обидела, — лицо его смягчилось. — И ты тут совсем не при чем, так что извиняться не за что. Не забивай себе голову. Итак, чай!

Он широко улыбнулся и достал из шкафчика две чашки. Лера опустилась на стул и предложила:

— Тебе помочь?

— Нет, конечно! Сегодня я за тобой поухаживаю. Черный или зеленый?

— Черный.

— Хорошо! — Костя разлил чай по чашкам, поставил их на стол и достал из пакета шоколадки. – Готово.

Он сел напротив и откинулся на спинку стула. Нисколько не стесняясь, принялся разглядывать девушку — его взгляд скользил сначала по ее лицу, задерживаясь на губах, потом встречался с ее ответным взглядом и опускался ниже — к рукам, в которых она крепко сжимала кружку. Этот взгляд прожигал насквозь, был мягким и изучающим, но в то же время заставлял едва ли не ёрзать на месте, будто она сидела не на деревянном стуле, а на раскаленной сковороде.

Лера покрутила в пальцах кружку, от которой еще шел пар. Вообще, она не любила чай и обычно предпочитала кофе. Но этот оказался каким-то невероятно вкусным. Она сделала глоток и неуверенно спросила:

— А твоя мама? Её тоже нет дома?

— Нет. — Ответ слишком быстрый и краткий, будто ему неприятно об этом говорить.

— Прости, что лезу не в своё дело, но почему она совсем о тебе не заботится?

Лера на мгновение представила свою маму. Несмотря на все их разногласия, у неё в голове не укладывалось, что случись ей заболеть, мама не окажется рядом и не окружит её всей возможной заботой.

— Я большой мальчик, сам могу о себе позаботиться.

— Неправда. Всем нужны забота и внимание. И даже тебе, сколько бы ты не утверждал обратное. И вообще-то это ее долг, как матери.

Костя усмехнулся и покачал головой так, будто бы она сказала что-то смешное. Подался немного вперед и ответил:

— Лер, ты живешь в потрясающем мире, где родители любят своих детей, а с людьми никогда не случается ничего плохого. Это здорово, правда. Я хотел бы смотреть вокруг также и думать, что всего этого дерьма просто не существует.

— Не думай, что я наивная девочка, которая не в курсе, что жизнь бывает жестокой. И я не смотрю на мир через розовые очки. Но я не понимаю, как можно быть слепой настолько, чтобы не заметить, что сын едва не умер.

— Она уверяет себя, что со мной все в полном порядке, — хмыкнул Костя. — А я её просто в этом не разубеждаю.

— Но почему?

— Ей нет до меня дела, — он нахмурился. — И никогда не было. Зачем навязываться человеку, которому это не нужно? Я уже давно привык сам решать свои проблемы. Если ей хочется думать, что у меня все хорошо, пускай. Я готов подарить ей это обманчивое душевное спокойствие и чувство исполненного материнского долга.

— Это ужасно. И нечестно. Ты заслуживаешь лучшего отношения.

— Откуда ты знаешь, чего я заслуживаю? — Костя хмуро поглядел на нее и мрачно улыбнулся. — Может быть, я не настолько хороший человек, как ты думаешь.

— Это не так, — Лера уверенно помотала головой. — Плохой человек никогда не помог бы незнакомой девушке, попавшей в беду. К нему не срывались бы среди ночи друзья, готовые из кожи вон для него вылезти. И уж, конечно, плохой человек не стал бы щадить чувства непутевой матери. Прости.

Она прикусила язык и обеими руками схватила кружку с чаем. Что она несёт? Явно не стоило называть его мать непутевой, даже если это действительно так. Но язык был быстрее, чем запоздалая мысль о том, что так говорить неуместно. Только и успела вставить это нелепое "прости" в конце. Но в девушке вскипела злость к этой женщине. Окажись она сейчас рядом, Лера непременно высказала бы ей все, заставила открыть глаза на собственного сына и разрушила так тщательно выстроенную Костей иллюзию.

Она ожидала, что Костя разозлится, но уголки его губ поползли вверх. Проигнорировав ее заявление о матери, заметил:

— Это очень мило, что ты так обо мне думаешь. Мне бы совсем не хотелось разуверять тебя в этом. Но ты делишь мир только на черное и белое, а в нем полно полутонов.

— Хочешь убедить меня, что ты плохой мальчик? — она подозрительно прищурилась.

— Всего лишь хочу предостеречь тебя от поспешных выводов.

— Хорошо, тогда дам тебе возможность доказать, что я не ошиблась. Ты обещал мне свидание, помнишь?

Его глаза на мгновение удивленно расширились, и он тихо и мелодично рассмеялся.

— Не передумала?

— Нет.

Он наклонился к ней еще ниже. Так, что почти коснулся ее лба своим, но девушка даже не подумала отклониться назад. С трудом подавила желание тоже податься вперед, чтобы преодолеть эти оставшиеся между ними сантиметры и коснуться его лица.

— То есть после всего, что увидела и узнала, ты все равно готова дать мне шанс?

— Да.

— Даже не получив ни одного ответа на свои вопросы?

— Если захочешь — расскажешь, — девушка спокойно пожала плечами. — А пока постараюсь довольствоваться мыслью, что ты знаешь, что делаешь.

— Готова так легко мне довериться?

— Доверие — понятие иррациональное. Если доверяешь — никакие объяснения больше не нужны. Да, мне страшно, и я боюсь ошибиться. Но мне хочется тебе верить. И мне начинает казаться, что это ты передумал идти со мной на свидание.

Костя снова рассмеялся, и от звука его смеха по плечам побежали мурашки. Расслабленно откинулся обратно на спинку стула и взъерошил волосы.

— Ни в коем случае. Я готов хоть сейчас.

— Сейчас ты не готов, — укоризненно заметила Лера. — Тебе только-только стало лучше. Если сегодня я потащу тебя на улицу, Леша убьет нас обоих.

— Ладно, согласен, это весомый аргумент. Тогда дай мне пару дней, — он помолчал пару секунд, а потом неожиданно проговорил: — Ты такая красивая. А еще добрая и смелая, — он с удовольствием отметил, как по ее щекам расползается легкий румянец. — Я мог бы еще много чего добавить, ты чертовски мило краснеешь. Неужели тебе редко говорят подобные вещи?

Лера неопределённо пожала плечами. Ваня действительно почти не говорил ей ничего подобного, а с другими парнями она на такие темы обычно не общалась. И раньше даже не задумывалась, как приятно получать такие простые, но искренние комплименты.

— Подожди, серьезно? — Костя облокотился на стол локтями, подперев ладонями голову. — Почему? Парни должны в очередь к тебе выстраиваться.

— Я долго была в отношениях, а это, знаешь ли, довольно сдерживающий фактор.

— Вот оно что, — протянул парень и снова окинул ее долгим взглядом. — Хочешь сказать, твое сердце несвободно?

— Мы расстались, — коротко ответила Лера.

Ей сейчас меньше всего хотелось обсуждать Ваню, да и вообще личную жизнь. Здесь, рядом с ним, это казалось совершенно неуместным и неправильным.

— А что насчет тебя? — теперь Лера окинула его взглядом.

— А что насчет меня?

— У тебя кто-то есть?

Костя отрицательно покачал головой.

— Нет. Никого, кто мог бы претендовать на место в моем сердце. Иначе я бы не позвал тебя на свидание.

Почему-то его ответ заставил сердце тоскливо сжаться. Он сказал, что никого не любит, но ведь это не мешает встречаться и общаться с девушками. Он не сказал этого прямо, но и не исключил такую возможность. А если к этому прибавить вчерашние слова его матери, то все становилось довольно очевидно.

— Тебя расстроил мой ответ? — Костя едва заметно нахмурился.

— Нет, что ты, — Лера постаралась улыбнуться, как можно искреннее.

В конце концов, он ничего ей не должен. Они не встречаются, да они едва знакомы! Он имеет полное право общаться, с кем хочет и как хочет. А еще Лере не помешало бы поработать над тем, чтобы все вокруг не могли так легко считать с ее лица эмоции.

— Я мог бы тебе сказать, что у меня нет вообще никого, но это будет явной ложью. Мне бы не хотелось тебя обманывать, поэтому скажу, как есть. Да, я встречаюсь с девушками, я все-таки нормальный, здоровый парень, сама понимаешь. Но долгое время ни с одной из них мне не хотелось просто сидеть на кухне и пить чай.

Эти слова заставили сердце Леры подпрыгнуть и совершить полный оборот вокруг своей оси. Воздуха в комнате стало так мало, что она даже дышать стало часто и поверхностно, словно стараясь использовать как можно меньше кислорода. Девушка посмотрела в его глаза и ясно осознала, что окончательно и бесповоротно тонет в них. Прямо сейчас, в этот момент она плавно идет ко дну и, что самое ужасное, ей не хочется предпринимать ни малейшей попытки спастись.

Собрав остатки самообладания и практически заставив себя отвести взгляд, Лера сменила тему.

— У тебя сегодня нет температуры? — спросила она первое, что пришло ей в голову.

— Невысокая, выше тридцати семи не поднималась. Как видишь, твое присутствие идет мне на пользу. — Он легко поддался ее нелепой попытке перевести тему и, как ни в чем не бывало, продолжил разговор, будто они только о его температуре все это время и разговаривали.

— Я думаю, это все-таки заслуга антибиотиков и жаропонижающих, — улыбнулась девушка.

— А Леха всегда говорит, что самое важное в выздоровлении — это стимул. — Его взгляд остановился на ее губах, словно он специально дразнил ее, проверяя, насколько прочно она увязла. И улыбнулся, когда Лера нервно облизнула разом пересохшие губы. Рядом с Костей с ее телом происходило что-то странное, и оно переставало нормально выполнять элементарные действия: дышать, разгонять по сосудам кровь, а, главное, адекватно мыслить.

Внутри все в очередной раз перевернулось, а сердце окончательно сорвалось с цепи, грохоча в самом горле. Она попыталась взять себя в руки, стараясь ничем не выдать охватившее ее волнение. Но получалось плохо, и телефон, который она последние минуты сжимала в руках, с глухим стуком выпал на пол.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил у нее Костя, наклонившись и подняв телефон с пола.

— Да… Но мне уже пора. — Она вздрогнула, коснувшись его руки, когда он передал ей телефон.

Воздух. Ей срочно нужен свежий воздух. Иначе она точно сойдет с ума.

А еще время, чтобы принять тот факт, что и Катя, и глупое сердце правы — она влюбилась в этого парня до темноты в глазах. До сжимающего душу наслаждения, граничащего с болью, похожей на ту, которой обжигает легкие, когда в них заканчивается воздух. И в этот самый момент ей было плевать на все: на странные и пугающие знакомства, на темные дела, в которых он мог быть замешан и даже на то, что обо всем этом ей оставалось только догадываться. И все решения принимать вслепую, доверяя только сердцу, которое отчаянно стремилось попасть к нему в руки. Готова была закрыть глаза на все, лишь бы только иметь возможность просто прикоснуться. И это пугало больше всего — то, насколько он становился физически необходим ей.

— Что-то случилось? — Голос Кости доносился словно откуда-то издалека.

— Нет, нет, все в порядке, — выдавила Лера. — Мне правда пора. Извини.

— Я тебя чем-то обидел?

— Нет, все хорошо, — она нашла в себе силы улыбнуться.

— Зайдешь завтра?

— Боюсь, что нет. Мне нужно доделать огромный доклад по учебе и подготовиться к защите, — и, поймав его расстроенный взгляд, поспешно добавила: — Но послезавтра я совершенно свободна.

— Тогда ничего не планируй на четверг. Хочу показать тебе одно место.

Глава 17

В помещении царила прохлада, а приглушенный свет, идущий от низких тяжелых светильников, добавлял обстановке романтики. Леша откинулся на мягкий, обитый красным бархатом, диван и еще раз оглядел зал небольшого ресторанчика. Столики, расставленные друг от друга как можно дальше, чтобы гости не мешали друг другу, высокие потолки, витражи, зеркала и много дорогих тканей. Такие места он не любил — слишком уж много ненужного пафоса. Но коллега с работы, которая отмечала сегодня День рождения, придерживалась совсем другого мнения. И восседая во главе стола в блестящем серебристом платье, с бокалом шампанского в руке и рассыпавшимися по плечам золотистыми волосами, смотрелась тут вполне уместно. А Леха то и дело поправлял на шее воротник белоснежной рубашки, которую доставал из шкафа только по праздникам. Он сдавливал горло и, устав бороться, парень расстегнул несколько верхних пуговиц. Глаза именинницы, Алены, лукаво сощурились, и она расплылась в улыбке:

— Леш, может все-таки выпьешь? — Она приподняла свой бокал, демонстрируя желтоватую жидкость с пузырьками.

— Я за рулем, — покачал головой Леша.

— Лех, ну кто вообще приезжает на праздник на своей машине? — засмеялся Вадим, невысокий мужчина, с уже намечающейся лысиной и животом, перевесившимся через ремень брюк.

“Очевидно, тот, кто не хочет пить” — пронеслось в голове у Леши, но вслух он сказал:

— Я сегодня в резерве, не забыл? Если Саня будет зашиваться, вызовет меня.

Обычно они оставались дежурить в отделении по двое, но, чтобы на праздник к Алене попало как можно больше человек, в больнице остался минимальный состав. И Саша стойко принял на себя ответственность работать одному. Но Леша знал — расслабляться нельзя, и коллега может в любой момент попросить помощи.

— Да Саня ни за что не позвонит, ты же знаешь, у него комплекс Бога, — толкнул его в плечо высокий и широкоплечий Игорь, и все громко засмеялись. — Он должен сделать все идеально и без чужой помощи. Он там в лепешку расшибется, но докажет всем, что в состоянии справиться, даже если ему придется делать две операции одновременно. Так что можешь расслабиться и выпить.

Леха с улыбкой покачал головой. Пить все равно не хотелось, и его вполне устраивал апельсиновый сок в стакане. Алена окинула его очередным хищным взглядом и дала Вадиму знак рукой подлить ей шампанского. Леха раздраженно выдохнул — желание девушки оказаться с ним в постели преследовало его уже почти два года, с того самого момента, как он вообще оказался в отделении, а на каждом корпоративе резко возрастало в геометрической прогрессии, особенно после нескольких бокалов. И ему даже захотелось, чтобы Саня попросил его вернуться, потому что Леха точно знал, какой сценарий ждет его дальше: Алена пересядет поближе, начнет томно дышать в шею, поглаживать тонкими пальчиками по колену, словно бы невзначай касаясь паха, и шептать что-то на ухо. И сегодня парень был совсем не уверен, что сможет ей отказать, и наутро они не проснутся вместе в одной постели — последняя неделя была слишком сложной, и волнение за Костю вымотало его до предела. Но он слишком хорошо знал — эта минута слабости может обернуться катастрофой. Спать с коллегой, с которой ему нужно видеться каждый день и стоять за операционным столом, — отвратительная идея.

— Леха предпочитает другие способы расслабления, да? — хохотнул с другого конца стола Арен, лысый и бородатый громила, которого обходили стороной большинство сотрудников больницы — слишком уж устрашающе он выглядел. — Как насчет того, чтобы подцепить симпатичных девчонок? Вон за тем столиком сидят две очаровательные крошки.

Он махнул рукой в сторону, и Леша на автомате проследил за его жестом. Через несколько столов от их компании и правда сидели две милые девушки, о чем-то увлеченно болтающие. Алена презрительно скривилась и холодно процедила:

— Вот только не надо на мой праздник тащить сюда непонятных девок. И ты себя видел? Тебе же только топора в руке не хватает.

Арен рассмеялся. Несмотря на кажущуюся суровость, он был очень добродушным и веселым. А к шуткам по поводу своего внешнего вида вообще относился со здоровой самоиронией и давно привык.

— Я шучу, Аленочка. Зачем нам кто-то еще, если самые красивые девушки в этом заведении за нашим столом?

Алена победоносно вскинула подбородок и улыбнулась. Но улыбка ее тут же померкла, стоило Вадиму восторженно цокнуть языком и воскликнуть:

— Вы только посмотрите, какая девочка! Как тебе такая, Лех? Хотя, без обид, друг, но я бы и сам не прочь с ней повеселиться. А, черт, она с каким-то мужиком…

— Ты вообще-то женат, придурок, — шикнула на него Алена.

Леха проследил за его взглядом и посмотрел в сторону входа. Его глаза расширились от удивления, потому что там стояла… Катя. В обтягивающем черном платье, открывающем потрясающий вид на бесконечно длинные ноги в ботинках на высокой шпильке. Длинные темные волосы рассыпались по плечам, и даже отсюда было видно, как они блестят. На полных губах играла очаровательная улыбка: мягкая и чувственная, а рядом действительно стоял тот, кому она улыбалась. Он был старше ее, но смотрелся с ней хорошо и совершенно правильно. Высокий, в очках и костюме, который сидел на нем, как влитой. Ему точно воротник не мешал дышать, а ткань рубашки не стесняла движений. В отличие от Лехи, которому последний час не терпелось переодеться в привычные джинсы и футболку.

А стоило увидеть девушку, дышать стало тяжело даже с расстегнутыми пуговицами. А по лицу расползлась широкая улыбка, которую тут же заметили сидящие за столом.

— О, понравилась! — довольно констатировал Арен. — Лех, давай я беру на себя мужика, а ты хватай девчонку.

— Заткнись, — поморщился Леша и постарался перестать улыбаться.

— Да я ж серьезно, по-дружески помочь хочу. Хочешь я его припугну в туалете, чтобы он свалил?

— Тебе заняться нечем?

— Я из самых лучших побуждений.

— Я сам разберусь, — Леша отмахнулся от парня и мельком встретился взглядом с Аленой, которая не сводила с него глаз.

Потом украдкой, стараясь смотреть не слишком очевидно, проводил парочку взглядом. Они сели за столик в другом конце зала. Официант вручил им меню, и Катя принялась сосредоточенно его изучать. Ее спутник наоборот едва бросил в него беглый взгляд, который в основном был направлен на девушку. И Леха его понимал — он тоже был готов смотреть только на нее. Причем, с того самого момента, как увидел ее на парковке института рядом с Лерой.

Огромным усилием воли он все-таки нашел в себе силы отвернуться от нее и сконцентрировал свое внимание на коллегах. Даже старался участвовать в разговоре, но то и дело ловил себя на том, что взгляд так и возвращается к девушке. Вот она над чем-то засмеялась и откинула за плечо прядь волос, вот грациозно закинула ногу на ногу, а вот мужчина мягко накрыл своей ладонью ее руку, и это почему-то разозлило Лешу. Он даже почти не заметил, что рядом с ним оказалась Алена, подвинув в сторону Игоря. Положила руку ему на плечо и шепнула в самое ухо:

— Леш, ты чего такой напряженный?

— Тебе показалось.

— Ну я же вижу. — Ее губы коснулись мочки уха, но это вызвало лишь приступ раздражения. — Хочешь, уйдем отсюда прямо сейчас?

— Это вообще-то твой праздник, не забыла?

— И у тебя есть возможность поздравить меня по-настоящему.

Одна ее рука по-прежнему лежала на плече, а вторая легла на колено. Леха даже усмехнулся — так это все было предсказуемо. Он решительно взял ее за ладонь и остановил, не давая двинуться вверх по ноге.

— Прекрати, Ален. Давай не будем портить отношения. Нам еще работать вместе.

— А кто сказал, что мы их испортим?

— Это очевидно. Мы переспим, кто-то захочет продолжения, а другой не сможет ему это дать. И все — вот между нами уже пропасть, а на работе мы должны быть командой.

Алена обиженно поджала губы и одернула руку. А Леша снова посмотрел в сторону Кати. Как раз в этот момент она встала из-за стола, и ее спутник повел ее к выходу, взяв за руку. Она улыбалась, и фантазия сразу же в красках нарисовала Лехе, куда и зачем они направляются. Он проводил их взглядом до машины, припаркованной у входа.

Остатки хорошего настроения испарились, как капли воды под обжигающим солнцем. Подумав несколько секунд, Леша поднялся под удивленные взгляды коллег.

— Мне нужно уехать. Извини, Ален, и еще раз с праздником.

— Только не говори, что Саня тебя вызвал, — фыркнул Вадим.

— Нет, появились срочные дела. — Никаких дел не было, но находиться здесь не хотелось. — Хорошо посидеть. Всем пока.

И стараясь не смотреть на расстроенное лицо Алены, он ровным шагом пересек помещение, на ходу надевая куртку. Как эта девчонка так легко проникла в его голову?

На крыльце он остановился и глубоко вдохнул прохладный осенний воздух. Ехать домой тоже не хотелось, и Леша потянулся к телефону, планируя позвонить Косте, а потом отправиться к нему.

Его остановила увиденная картина. Через лобовое стекло автомобиля, в который сели Катя и ее друг, он рассмотрел, как парень, погладив девушку по щеке, притянул к себе ближе и поцеловал — настойчиво и требовательно. Рука сползла на шею, прижимая еще крепче, и внутри все оборвалось. Из легких словно выбили весь воздух одним ударом, и Леша прикрыл глаза. Смотреть дальше не было никакого желания, но что-то все-таки заставило его вновь взглянуть в сторону парочки. Вторая рука мужчины уже скользнула по шее Кати и легла на грудь. Девушка дернулась, пытаясь убрать его руку, но у нее ничего не вышло. Тогда она замотала головой, чтобы прервать их поцелуй, и через несколько секунд ей это удалось. Парень резко отстранился и прижал руку ко рту, а его лицо исказилось болью и злобой. Леха сумел разглядеть кровь на его губе — похоже, девчонка его укусила. И он даже усмехнулся этому — не соврала, и правда умеет кусаться. Но уже в следующее мгновение по телу разлилась тихая ярость, когда мужчина рывком подался вперед и грубо схватил ее за шею. Девушка попробовала перехватить руку и вцепилась в его запястье, а в глазах появился настоящий ужас. Она несколько раз дернула на себя ручку двери, но та оказалась заблокирована.

Леша уверенно преодолел расстояние до автомобиля и, подойдя к водительской дверце, громко постучал согнутым указательным пальцем в окно. Стекло медленно поползло вниз, и Леха наклонился. Встретился глазами с уродом, который посмел тронуть девушку и тихим, вкрадчивым голосом, не предвещавшим ничего хорошего, произнес:

— Выходи. Поговорим.

Глава 18

Катя сидела в ужасе прижав руку к шее, которая все еще болела от грубой хватки Виталия и не верила собственным глазам. Леша, тот самый Леша, который вчера подвозил их с Лерой, стоял сейчас перед машиной, и в его глазах сверкали совсем недобрые огоньки.

— Выходи. Поговорим. — Его голос звучал глухо и отстраненно и словно принадлежал не ему.

— Какого хрена? Ты вообще кто? И что надо?

— Я же уже сказал: хочу с тобой поговорить.

— Вали отсюда, — огрызнулся Виталий. — Не собираюсь я с тобой разговаривать.

— Открой двери. И лучше выходи сам, пока я тебя не вытащил за шкирку.

— Слушай, тебе что надо? Машина мешает? Мы уже уезжаем.

— Ты мешаешь, — рявкнул Леха и перевел взгляд на Катю: — Кать, ты в порядке?

— А, так вы знакомы, — Виталий недобро улыбнулся и нажал на кнопку открытия дверей. — Так я никого не держу. Она может валить на все четыре стороны.

— Выходи, принцесса, — глаза Лехи сузились, а скулы заострились.

Повторять дважды Кате было не нужно, и она пулей вылетела из машины. Ситуация становилась все напряженнее, а Леша уже напоминал грозовую тучу, готовую в любой момент заискрить молниями. Девушка прикусила губу от отчаяния.

А все так хорошо начиналось. Выждав целый день, сегодня с утра она все-таки написала Витале. Тот ответил сразу же, и все пары они с ним переписывались. Катя почти ничего не слушала на занятиях, и только удивлялась, как серьезный и занятой Виталий Олегович находит время отвечать ей. И, улыбаясь, представляла, как он рассеянно читает студентам очередную лекцию, то и дело отвлекаясь на телефон.

Разговор тек сам собой, и Кате до ужаса нравилось, как он грамотно строит предложения, легко и со знанием дела рассуждает о сложных вопросах и тонко шутит. С ним было действительно интересно, и это заставляло все внутри мелко подрагивать от предвкушения их встречи. Она уже представляла себе, как они вместе идут в какой-нибудь уютный ресторанчик, а потом несколько часов гуляют по городу. А поздно вечером, когда он проводит ее до дома, она может быть даже подарит ему короткий дразнящий поцелуй.

Но действительность оказалась совсем не похожа на ее фантазии. Виталий назначил встречу на семь, сразу после своей последней пары, и Катю такой вариант вполне устраивал. И после окончания занятий она даже успела вместе с Лерой доехать до дома, где они дописали доклад, а после привести себя в порядок, и к семи быть полностью готовой. Вот только Виталя опоздал почти на полчаса и даже не подумал извиниться — просто пожал плечами, будто в этом не было ничего страшного. А потом привез ее в один из ресторанов, которые Катя терпеть не могла — с давящей мрачной атмосферой и совершенно несъедобным меню, несмотря на цены выше средних раза в два. Но благосклонно закрыла на это глаза, оценив его желание произвести впечатление.

За столом Виталий мало говорил, то и дело отвлекался на входящие сообщения в телефоне и постоянно поглядывал на часы. А Катя постепенно начинала злиться — зачем тогда нужно было приглашать ее на свидание, если настолько занят? Он сейчас совсем не был похож на мужчину, с которым она переписывалась весь день. Не шутил, не пытался ее очаровать, показаться умным, начитанным и остроумным. Он просто ждал, и Катя это ясно видела. Высиживал время в ресторане, словно существовал какой-то определенный минимум времени, которое нужно было провести с девушкой в кафе. И когда он с улыбкой предложил уйти, Катя была даже рада. А еще немного расслабилась — наверное, ему просто не нравились такие заведения, но он посчитал важным все-таки привести ее сюда.

Они сели в машину, и Виталий снова улыбнулся — мягко и широко. А затем огорошил вопросом:

— Ко мне?

— К тебе?

— Можем к тебе.

— В смысле ко мне? — Катя хмуро уставилась на парня.

— Катенька, ты меня запутала, — он низко рассмеялся. — Мне без разницы, выбирай сама.

Злость всколыхнулась в ней, опалив каждое нервное окончание. Гневно сощурив глаза, она сложила на груди руки и отчеканила:

— Я к себе. А ты — куда хочешь!

— Не понял. — Его лицо вытянулось от удивления, он окинул ее взглядом и усмехнулся. — О, прости, я, наверное, слишком поторопился.

И нежно провел рукой по ее щеке, а потом мягко притянул для поцелуя. Тоже нежного, аккуратного и чувственного, но, в то же время, настойчивого. Такого, что Катя сама не заметила, как стала ему отвечать — целоваться он умел. Его рука оказалась на шее, и девушка оказалась вплотную прижатой к мужчине, и ей это даже нравилось. Сильные руки и нежные прикосновения губ — контраст, который заставлял сердце начинать биться чаще.

Наваждение схлынуло с нее ледяным потоком, стоило ему второй рукой требовательно смять ее грудь под тканью платья. Она тут же дернулась в сторону и распахнула глаза, но Виталий крепко держал ее и прерывать поцелуй не собирался. Тогда Катя, не раздумывая, со всей силы прикусила его нижнюю губу. Он выругался и отстранился, а в глазах его мелькнула такая злость, что стало страшно. На мгновение ей даже показалось, что он ее сейчас ударит, и девушка мысленно рассчитывала, насколько быстро она успеет достать перцовый баллончик. Хотя, распылять его в закрытой машине плохая идея…

Но Виталя только с отвратительной усмешкой стер с губы кровь, а уже через секунду рывком схватил ее за шею, прижав затылком к сиденью.

— Ты сдурела? Какого хрена творишь?

— Это я у тебя хотела спросить! Решил, что можешь лапать меня?

— Да ладно, Катенька, не криви душой. Ты же здесь именно для этого.

— Рехнулся? — она схватила его за запястье, изо всех сил стараясь убрать руку, сжимающую шею. Не получалось — хватка у мужчины была стальная.

— Прекрати, — он скривил губы. — Знаю я вас, студенток. Думаешь, ты первая такая? Строишь глазки, заигрываешь, флиртуешь. Я прекрасно знаю, чего ты добиваешься. Да я и не против — надо же пользоваться привилегиями преподавателя, даже зачет могу поставить просто так, услуга за услугу, так скажем. Так что не надо ломать комедию и строить из себя невинную овечку.

— Идиот! — зашипела Катя и, не сводя с него глаз приказала: — Отпусти меня.

Виталий не послушал. Сжал горло чуть сильнее, и вот тогда Кате стало действительно страшно. Кто знает, на что он способен? Она дернула ручку на двери в надежде убраться из машины, но она оказалась заблокирована. “Проклятье!” — мысленно простонала девушка.

— Не торопись, милая, — подозрительно ласково произнес Виталя. — Мы еще не закончили. Ты же хочешь получить зачет по моему предмету?

Ответить Катя не успела — в водительское окно требовательно постучали. Грязно выругавшись, Виталий отпустил девушку, и она увидела того, кого меньше всего ожидала встретить.

Даже сейчас, когда она оказалась на улице, в безопасности и вне досягаемости Виталия, ее не покидало ощущение нереальности. Откуда он здесь? И почему вмешался? Пока она отчаянно пыталась найти ответы на кружащиеся в голове вопросы, Леха холодно процедил:

— А теперь ты. — Его тон был обманчиво спокоен.

— Да пошел ты, — огрызнулся Виталий.

В какой-то момент ей даже показалось, что он сейчас и правда выйдет. Или Леша распахнет дверцу и вытащит его прямо на асфальт. Леха, похоже, тоже решил, что он просил достаточно и потянулся к ручке.

— Леш, не надо, — окликнула его Катя. — Оставь его, он этого не стоит.

— Как скажешь, принцесса, — его губы растянулись в устрашающей улыбке и он, наклонившись поближе к Виталию, процедил сквозь зубы: — Скажи ей спасибо, что все твои кости останутся целы, и сегодняшний вечер ты проведешь не в травмпункте.

Одарив их напоследок взглядом, полным ненависти, Виталя резко завел двигатель и, взвизгнув колесами, рванул с места. Леха только поморщился и, проводив его глазами, подошел к Кате.

— Ты как?

— Нормально. Он мне ничего не сделал. Но спасибо, что вмешался.

— Не за что. — Он мягко, но уверенно поднял ее голову вверх за подбородок и бегло осмотрел шею. Кожа до сих пор немного саднила, но боль исчезла. Леша вздохнул и убрал руку.

— Ты что, следил за мной? — ощущение его пальцев на лице неожиданно вызвало волну мурашек, и это вывело из себя. Хватит с нее этих парней.

— Делать мне больше нечего, принцесса, — Леха закатил глаза и кивнул головой себе за плечо. — Был здесь с друзьями, а потом заметил вашу сладкую парочку.

— Так ты был внутри?

— Ага. Но ты была так увлечена своим парнем, что даже не обратила внимания.

— Он не мой парень, — Катя нахмурилась.

— Знаешь, что самое забавное? — взгляд его серо-зеленых глаз потеплел, и он усмехнулся. — Ты так возмущалась, что Лера села в машину ко мне, а сама оказалась заперта в ней с каким-то малознакомым уродом.

Катя возмущенно вспыхнула, осознавая его правоту, но отступать не собиралась.

— Издеваешься? Это вообще-то мой преподаватель!

— Чего? — Глаза Лехи расширились от удивления, и он рассмеялся: — А ты не перестаешь удивлять, принцесса.

— Я же просила меня так не называть.

Он пропустил ее высказывание мимо ушей.

— Серьезно? Ты пошла на свидание с преподавателем?

— Проблема не в том, что он препод, а в том, что козел! — фыркнула девушка и добавила: — Мда, с экономикой у меня теперь точно будут проблемы.

— Зачем он вообще тебе сдался? Других парней уже не осталось?

— Он показался мне умным и интеллигентным, — непонятно зачем принялась оправдываться Катя. То, что Леша смотрел на нее, как на глупую маленькую девочку, бесило.

— Ключевое слово “показался”, да? — он рассмеялся.

— Тебя так веселит эта ситуация? — Ей стало даже обидно. К ней приставал какой-то неадекватный парень, а Леха смеется.

— Извини. — Смех резко оборвался, и он снова стал серьезным. — Просто хотел разрядить обстановку. Это ни черта не смешно. Поехали, я отвезу тебя домой.

И, не дожидаясь ее ответа, взял за руку и повел к припаркованной неподалеку машине. Открыв пассажирскую дверь, усадил ее внутрь, а сам, быстро оббежав автомобиль, устроился за рулем.

— Я не хочу домой, — неожиданно призналась Катя.

— Хорошо. — Леха завел машину и плавно тронулся с места. — Скажи, куда тебя отвезти.

— На набережную.

Парень пожал плечами и кивнул, не став спорить. А Катя уставилась в окно, за которым медленно проплывали многоэтажки с зажженными в них окнами, мелькали уличные фонари и фары встречных автомобилей. Было уже совсем темно, а набережная, наверное, и вовсе тонула в тени — особенно возле высоких деревьев, до которых не доставало освещение. Но Катя чувствовала острую необходимость оказаться на свежем воздухе и неспешно пройтись по темным аллеям. То, что произошло с Виталием до сих пор не отпускало, и она знала только один способ, который обычно помогал перезагрузиться — прогулка в любимом месте.

Леша остановился на небольшой парковке, на которой почти не было машин. Время было уже позднее, а погода портилась. Девушка вышла из машины и хотела уже было попрощаться с Лешей, как тот неожиданно заглушил двигатель и вышел следом.

— Ты что, собрался со мной? —удивилась Катя.

— Ты явно не в себе, если думаешь, что я оставлю тебя здесь одну.

— Я не нуждаюсь в твоей опеке, — раздраженно бросила Катерина, захлопнув свою дверь. — И вполне в состоянии погулять сама.

— Отлично. — Леха закрыл машину. — Мне тоже захотелось прогуляться. Ты же не можешь мне запретить?

Фыркнув, Катя резко крутанулась на каблуках, отчего ее волосы взметнулись в воздухе. Уверенно пошла вперед, одновременно возмущенная его наглостью и сбитая с толку заботой. А тихие шаги сзади, вторящие ее звонкому цокоту шпилек по мостовой, приятно грели душу.

— Так и будешь идти следом? — бросила она через плечо.

— Наши маршруты совпали совершенно случайно, — ухмыльнулся Леша. — Так что не обольщайся, принцесса.

— Может быть тогда пойдешь рядом? — Катя немного замедлилась, дожидаясь, пока он с ней поравняется.

— Теперь ты приглашаешь меня прогуляться вместе?

— Нет, просто не выношу, когда кто-то дышит мне в спину, — разозлилась Катя. Этому парню вообще с легкостью удавалось вывести ее на эмоции.

— Хорошо, — согласился Леша. — Я тоже больше люблю смотреть девушке в лицо.

Катя фыркнула и демонстративно отвернулась. Ее переполняла злость, причём, по большей части на саму себя. За то, что в голову пришла дурацкая идея познакомиться поближе с преподавателем и что теперь наверняка на сессии будут ждать проблемы. А больше всего за то, что Леша стал невольным свидетелем этой сцены. И не просто свидетелем, а еще и ее участником в роли спасителя. А Катя ненавидела быть слабой и не давала никому, кроме самых близких, даже возможности увидеть ее такой. И тут он — со своим геройством, а потом трогательной заботой, словно она маленькая девочка. Он не пытался добиться ее внимания, произвести впечатление, не рассчитывал получить от нее взамен хоть что-то. Он просто шёл рядом, и Катя ни за что на свете не призналась бы даже самой себе, что рада и этому, и тому, что у него хватило ума не оставлять ее одну.

— Вот скажи, тебе что, заняться нечем? — наконец, спросила она. Прежняя злость уже отступила, зато на смену ей пришла неподъемная усталость.

— Нечем, — Леша утвердительно кивнул.

— Я же серьёзно. Можешь уезжать.

— Ты повторяешься, и мы это уже обсуждали.

Катя тяжело вздохнула и украдкой глянула на его профиль. Он шел, разглядывая под ногами опавшие листья и сунув руки в карманы куртки. Почувствовав на себе ее взгляд, он повернулся и внимательно всмотрелся в лицо девушки.

— Хочешь мороженое? — неожиданно спросил он и широко улыбнулся.

— Что?

— Мороженое. Вон там киоск есть.

— Сейчас? — удивилась Катя. — Холодно же.

— И что? — Леша пожал плечами. — Подожди минутку.

Он быстрым шагом направился к чудом открытому киоску и уже через минуту вернулся с двумя огромными рожками пломбира. Вручил один из них Кате, и та не смогла скрыть искренней улыбки. Есть мороженое холодным осенним вечером под срывающимися с неба каплями дождя казалось таким неправильным и нелогичным, но от этого не менее приятным. И почему-то этот непосредственный жест Лёши трогал больше, чем ужин в самом дорогом ресторане.

Мороженое оказалось очень вкусным. Но от холода сводило щеки и немели губы, и Леха, с улыбкой качнув головой, купил в соседнем ларьке огромный стакан капучино для Кати и чёрный американо для себя. Сразу стало теплее, и Катя с удивлением обнаружила, что согрелись не только озябшие руки. Внутри все тоже оттаивало, и отвратительное послевкусие сегодняшнего дня понемногу стиралось.

— Мне пора домой, — призналась девушка, сделав последний глоток кофе. — Уже поздно.

— Конечно, — не стал спорить Леша. — Поехали, я тебя отвезу.

— Спасибо.

— Не за что, принцесса. Дашь свой номер?

— Зачем это? — изогнула бровь Катя.

— Чтобы я мог тебе позвонить и договориться о свидании.

— Кто тебе сказал, что я пойду с тобой на свидание? — усмехнулась Катя.

— А почему бы и нет? Обещаю, я не буду вести себя, как этот урод.

— Я подумаю.

— Ты хотя бы не ответила категорическим “нет”. Это хороший знак, — Леха рассмеялся и протянул ей телефон, чтобы девушка записала свой номер.

Катя быстро вбила цифры и вернула его владельцу. Леша расплылся в довольной улыбке и сунул телефон в карман.

— Ты не пожалеешь, Кать. — Он впервые назвал ее по имени, и девушка вздрогнула — сказанное им, оно прозвучало особенно приятно.

Она тут же отогнала от себя это ощущение и подавила пытающуюся вырваться улыбку — не хватало еще дать ему понять, что ей приятна его компания. Нет уж, пусть сначала попробует доказать, что она действительно не пожалеет. Поэтому Катя равнодушно пожала плечами и, оставив его обещание без ответа, пошла в сторону машины.

Глава 19

В четверг Лера проснулась раньше будильника, хотя обычно такого не случалось. Она уставилась в потолок, пытаясь понять, что ее так тревожит. То ли волнение перед сегодняшним докладом, то ли свидание с Костей. При воспоминании о нем все внутренности скрутились в тугой жгучий и болезненный узел. Ей до сих пор становилось не по себе, когда она вспоминала, как поспешно она сбежала позавчера с его квартиры. И весь вчерашний день старалась об этом не думать: сначала старательно вслушивалась в слова преподавателей на парах, то и дело бросая хмурые взгляды на Катю, почти не отвлекающуюся от телефона. Она увлеченно с кем-то переписывалась и радостно улыбалась, и Лера была уверена, что она общается с Виталием Олеговичем.

После пар Катя подтвердила ее догадки, заявив, что вечером они идут на свидание, и потащила к себе домой — доделывать доклад. Справились они быстро, благодаря тому, что Лера потратила целый выходной на его написание. И около семи, оставив нарядившуюся Катю дожидаться Виталия, отправилась домой, где занималась, чем угодно — лишь бы не думать о Косте. Снова мелькала предательская мысль — может быть, еще не поздно прервать с Костей всякое общение. Где-то в глубине души так и продолжали скрести кошки, когда она вспоминала о дождливом вечере и перепачкавшей все вокруг крови. Может быть, все-таки стоит проявить благоразумие и держаться от всего этого подальше? От этой мысли сердце болезненно сжалось. Нет, похоже Костя прав — безрассудство ее конек.

Полностью прогнать его из головы не получалось, он то и дело напоминал о себе приходящими на телефон сообщениями. Каждое обязательно вызывало на лице улыбку, а пальцы нервно подрагивали, пока она набирала ответ. Они переписывались о какой-то ерунде: Лера делилась институтскими новостями, а он в ответ рассказывал о каком-то фильме, который смотрел. Но болтать с ним ни о чем было легко и приятно, и Леру весь день не покидало ощущение тепла в груди, словно кто-то разлил внутри горячий чай.

Вздохнув, она поднялась с кровати и направилась в душ. Тонкие струйки воды потекли по ее телу, освежая и бодря. После душа и крепкого кофе, заменившего ей завтрак, она застыла у шкафа в раздумьях. На глаза попался ярко-красный свитер, и девушка с отвращением задвинула его поглубже в гардероб. С недавних пор красная одежда вызывала у нее приступ паники, и как бы она не пыталась убедить себя в глупости этого ощущения, оно ее упорно преследовало. Рука сама собой потянулась с белому вязаному свитеру, к тому же погода сегодня была вполне для него подходящая. Небо затянуло мрачными тучами и, судя по кутающимся в одежду прохожим за окном, дул холодный, пронизывающий до самых костей, ветер. А, значит, утеплиться совсем не помешает.

Коротко загудел телефон — пришло сообщение. Лера сразу же схватила его в руки и улыбнулась, увидев, что оно от Кости.

Доброе утро! Надеюсь, ты не забыла о нашем свидании? Буду ждать тебя после учебы — скинь мне время и адрес своего универа.

Лера сбросила ответным сообщением адрес. А потом добавила:

Жду с нетерпением.

***

Лера так долго собиралась, что едва не опоздала к началу пар. Она вбежала в кабинет за пару минут до занятия и с размаху приземлилась на стул рядом с Катей. Та неодобрительно на неё глянула, на секунду отведя глаза от конспекта, который внимательно читала. Она сегодня была явно не в духе — обычно распущенные гладкие волосы собраны в высокий хвост, а выразительные брови то и дело хмуро изгибались.

— Я уже начала думать, ты не явишься, — проворчала она. — И я одна буду отдуваться с этим дурацким докладом.

— Долго выбирала, что надеть. Ты же знаешь эту извечную проблему — складывать некуда, а надеть нечего, — отмахнулась Лера.

Катя снова отвлеклась от тетради и еще раз посмотрела на нее, на этот раз более внимательно.

— Собралась куда-то? — спросила почти что скучающим тоном, но Лера знала подругу не первый день и руку была готова дать на отсечение, что за ним скрывается любопытство.

— Вроде того. Костя сегодня позвал меня на свидание…

— У вас свидание?! — Катя едва не закричала, и Лера гневно шикнула на нее.

— Чего орешь? — Ей совсем не хотелось, чтобы вся группа была в курсе ее дел.

— Прости, — подруга сделала виноватые глаза и зашептала: Значит, ты все-таки решила пойти? Молодец, Лер. — А потом осеклась и нахмурилась, словно вспомнила что-то.

— А как прошло твое вчерашнее свидание? — Лера сразу почуяла неладное, и оказалась права. Катя закатила глаза и раздраженно выдохнула.

— Даже не спрашивай. Это полный провал.

— Что случилось?

— Он решил, что я флиртовала с ним, чтобы прыгнуть к нему в постель и получить зачет. Похоже, он такое практикует — спит со студентками из-за оценок. В общем, он начал ко мне приставать в машине, я ему отказала, а он разозлился, — Катя запнулась и неосознанно коснулась рукой шеи. У Леры внутри все похолодело.

— И что было дальше? — тихо спросила она.

— О, а дальше было самое интересное, — теперь подруга расплылась в хитрой улыбке. — Появился Леша.

— Леша? — Лера даже не сразу поняла, какого Лешу она имеет ввиду.

— Ага. Тот самый друг твоего Кости, который нас подвозил.

— Откуда он там взялся?

— Случайно оказался в том же ресторанчике, где мы были с Виталей. Он очень разозлился, и они едва не подрались. А потом мы поехали гулять на набережную, — легко закончила она свой рассказ.

— С Лешей? — неуверенно переспросила Лера. Информация пока не желала укладываться в голове.

— Ну да, — Катя тряхнула головой. — Он… Довольно милый.

Подруга странно улыбнулась, и Лера подозрительно сощурилась. Такую улыбку она видела на лице подруги довольно редко — она была удивительно искренней и идущей изнутри. Словно Катя улыбалась чему-то внутри себя. Тому, о чем никто вокруг не знает, а ей стало известно об этом чудом.

— Он тебе нравится, да? — Лера с улыбкой толкнула подругу в бок, и та недовольно наморщила нос.

— Вот еще. Конечно, нет. Я просто сказала, что он милый, а это еще не значит, что он мне нравится.

— Конечно, конечно, — хмыкнула Лера. Она тоже хорошо знала подругу, и видела, что та просто пытается отрицать очевидное. — Только я не пойму, почему ты так не хочешь признавать, что он тебе понравился. Леша хороший парень. Умный, добрый и заботливый.

— И что, мне теперь в ноги ему кланяться что ли? — Катя вздернула бровь. А потом вздохнула: — Надоели они мне все, Лер. Мужчины, я имею ввиду. И Леша этот… Может, он тоже только на первый взгляд такой хороший, а на самом деле такой же, как и остальные.

— Не попробуешь — не узнаешь.

— Надоело разочаровываться в людях. Не хочу ничего — по крайней мере, пока. Захочет — пускай докажет, что я в нем не ошиблась.

— Это жестоко, Кать, — Лера покачала головой. — Он ни в чем не виноват, а будет расплачиваться за ошибки других.

— Ой, Лер, какая расплата. Или добиваться девушки уже не модно? И парни привыкли, что мы к ним сами в койку прыгать будем? — с нескрываемым сарказмом спросила она. — Нет уж, я за ним понаблюдаю. А пока пусть держится на расстоянии вытянутой руки.

Лера вздохнула. Спорить с Катей — на редкость бесполезное занятие. Уж если подруга что-то вбила себе в голову, то переубедить ее в этом практически невозможно.

В аудиторию твердым шагом вошел преподаватель, и сразу стало тихо. Подруга снова схватилась за свой конспект, словно надеясь, что строгий мужчина с легкой сединой в волосах и пронзительным взглядом, не станет отвлекать ее от такого важного занятия ради какого-то доклада. Но ее надеждам не суждено было сбыться, и профессор, бросив быстрый взгляд в лежащий перед ним список студентов, произнес:

— Измайлова, Назаркина! Начнем, пожалуй, с вас.

Глава 20

После последней пары Лера поспешила вниз. Катя торопилась за ней, на ходу восхищаясь, как они удачно сдали сегодня свой доклад, и препод даже почти к ним не цеплялся с вопросами. Не то что к Алинке с Галей — вот уж кого вредный профессор просто загонял. Задал сто вопросов, еще и к тексту придрался.

Лера почти не слушала ее болтовню. Во-первых, все мысли были заняты Костей, а, во-вторых, девчонки сами виноваты. Доклад был откровенно слабым, вот преподаватель и вцепился в них, как гончая в добычу. Катя это, конечно, тоже знала. Но когда подруга волновалась слова лились из нее нескончаемым потоком. А нервничала Катя так, будто это ей предстояла встреча с парнем. Хотя, перед своими свиданиями она сохраняла полнейшее хладнокровие.

Забрав из гардероба куртки, они оделись и вышли на улицу. Небо все также было налито свинцовыми тучами, и пусть дождя не было, не покидало ощущение, что еще чуть-чуть — и нескончаемый поток хлынет на землю.

Едва выйдя из дверей корпуса, Лера сразу увидела Костю. Не заметить его было сложно, и она с неудовольствием отметила стайки девчонок, вертящихся у крыльца и поглядывающих в его сторону. У нее самой сердце так и подпрыгнуло при его виде — так что она прекрасно их понимала.

Он стоял, опершись на бампер черной машины, одетый в джинсы, ярко-синюю толстовку и наброшенную сверху черную куртку. Его светлые волосы растрепались на осеннем ветру, но такая небрежность была ему только к лицу. И красивый прямой профиль, будто тщательно нарисованный талантливым художником, не оставлял девчонкам ни одного шанса. Заметив Леру, Костя улыбнулся и приветственно махнул ей рукой.

— Боже мой! — Услышала девушка возглас подруги, и Катя театрально прижала руку к груди, изображая остановку сердца. — Лерочка, только не говори мне, что это твой новый приятель. Какой красавчик!

— Прекрати, Кать, — одернула ее Лера, послав Косте ответную улыбку.

— Я серьезно, подруга. Я тебе даже немножко завидую. Ваня, хоть и придурок, но очень даже ничего, тут надо отдать ему должное. Но с этим твоим Костей даже рядом не стоял.

— Все, пока, — Лера чмокнула ее в щеку, прервав поток восхищений. — Увидимся завтра.

— Пока, Лерка. Удачного вечера, — мечтательно протянула Катя и добавила вдогонку: — Жду завтра подробностей.

Лера спустилась по широким ступеням к Косте. Краем глаза заметила знакомую фигуру. Ваня. Тот как раз шел к своей машине и не сводил глаз с нее и Кости. В какой-то момент ее взгляд встретился с Ваниным, он несколько секунд пристально, даже с какой-то злобой, смотрел на нее, а затем отвел глаза и поспешил к машине. По тому, как быстро он ее завел и как громко взвизгнули колеса, оставляя на асфальте следы, Лера поняла, что увиденное ему явно не понравилось. И возмущенно выдохнула — то есть ему встречаться с Кристинкой можно, а ей жить дальше не полагается. В полной мере возмутиться она не успела, от мыслей о Ване ее отвлек Костя.

— Привет, — он расплылся в широкой улыбке, и Лера на пару секунд потеряла способность дышать.

— Привет.

— Рад тебя видеть. Я успел соскучиться.

— Мы не виделись всего один день, — усмехнулась девушка, хотя и сама сейчас осознала, как его не хватало. А только увидела — и все встало на свои места, словно нашелся недостающий кусочек пазла.

— Целый день, — поправил ее парень.

— Как твое самочувствие?

— Отлично! — отмахнулся Костя, будто это сейчас не имело для него никакого значения.

Он подался вперед и, лишившись опоры автомобиля, на мгновение поморщился от боли и инстинктивно схватился за правый бок.

— Все еще болит? — тихо спросила Лера и, шагнув вперед, едва коснулась кончиками пальцев толстовки над раной.

Костя вздрогнул от её прикосновения, и их взгляды встретились. Его глаза оказались так близко от нее, что Леру практически в них затянуло. Закрутило и вывернуло наизнанку. Просто черная дыра какая-то, честное слово.

— Ты хочешь услышать честный ответ? Или тот, который бы тебе понравился?

— Конечно, честный!

— Тогда да, чертовски болит.

Лера растерялась и в недоумении посмотрела на него:

— Тогда что ты здесь делаешь? Разве ты не должен лежать в кровати и лечиться?

— И пропустить наше первое свидание? — хмыкнул парень. — Ну уж нет.

— Его всегда можно перенести, в этом нет ничего страшного. Твое здоровье сейчас важнее.

— Тебе не стоит так об этом волноваться. Я, конечно, не образец послушания, но сам себе не враг. Раз я здесь, значит, чувствую себя для этого достаточно хорошо. А боль — это ерунда.

— Тогда давай договоримся. Если вдруг станет хуже — ты мне обязательно скажешь и не будешь строить из себя героя. Не хочу, чтобы ты упал где-нибудь посреди улицы. И я не обижусь, честно.

Парень улыбнулся и кивнул:

— Договорились.

Мимо них проплыла на высоченных шпильках длинноволосая блондинка — Юля Лисицкая. Юлька училась в параллельной группе, и они часто пересекались в стенах университета, вот только практически никогда не разговаривали. Юля вообще почти не общалась с другими девушками, предпочитая их компании парней. И мужским вниманием была не обделена — природа наделила ее хорошеньким личиком и змеиной хитростью, и девушка умело этим пользовалась, не пропуская ни одного симпатичного парня. Поравнявшись с ними, Юля замедлилась и одарила Костю своей самой ослепительной белозубой улыбкой. Потом смерила Леру любопытным, но не особо дружелюбным взглядом — они всегда друг друга недолюбливали. Лера ее за высокомерие, снобизм и отсутствие любых принципов, а Юля за то, что невзрачная, на ее взгляд, Измайлова прибрала к рукам Ваню, не оставив ей ни одного шанса. Отбить у другой приглянувшегося парня было для нее делом совершенно обычным, и такие мелочи, как чужие отношения ее мало волновали. И ей никак не давало покоя, что Ваня так и не купился на ее обаяние.

— Ой, Лерочка, привет! — сладко пропела она. — Давно не виделись.

— Привет, — пробормотала в ответ Лера, сразу почувствовав неладное. — Ты что-то хотела?

— Да ничего такого, — Юля постаралась максимально искренне рассмеяться, но получалось из рук вон плохо. — Увидела старую подругу — дай, думаю, подойду, поболтаю.

Лера недоуменно уставилась на Лисицкую. Что она вообще несет? Когда вчера утром они столкнулись утром в дверях главного корпуса университета, блондинка на нее даже не взглянула, не то что поздоровалась. А теперь ей поболтать захотелось? А уж назваться подругами они могли бы разве что в параллельной вселенной.

Но тут Юля повернулась к Косте и, изящно заправив за ухо белокурую прядь, взмахнула ресницами.

— А это твой друг? Никогда раньше не видела. Познакомишь нас?

Теперь все встало на свои места. Акула Юля просто заприметила симпатичного парня и вышла на охоту. А в любви, как на войне, все средства хороши, можно и Леру подругой назвать, да и вообще пройти по ее голове если потребуется. Таким Юлька тоже не брезговала.

— Мы вообще-то торопимся, — грубо отрезала Лера. Ни за что на свете не будет она их знакомить.

— А я думала, ты с Ваней куда-то торопишься, — невинно моргнув, проворковала Юлька. — Видела, как он вылетел из универа, за ним будто стая собак гналась. Думала, летит к своей любимой, — и она звонко и мелодично рассмеялась.

Вот же стерва! Лера едва зубами не заскрипела от злости. Юлька прекрасно знала, что с Ваней они расстались, но упомянуть бывшего парня перед другим — отличная подлость. Лера покосилась на Костю. Вдруг он сейчас послушает Юлю и поверит, что они с Ваней все еще вместе. Но тот вообще никак не отреагировал на наглое заявление Лисицкой, даже в лице не изменился.

— Мы с ним вообще-то расстались, если ты вдруг не знала, — холодным тоном отчеканила Лера.

— Да ты что! Какая жалость! Вы были такой красивой парой. Сколько там вы с ним были вместе? Лет пять или больше? — В ее глазах плескалось удовлетворение, а с губ не сползала отвратительно фальшивая улыбка.

— Зато он теперь свободен. Только, ой, кажется, он все равно не обращает на тебя внимания, — Лера вернула ей презрительную улыбочку, и глаза Юли полыхнули гневом.

Но она быстро взяла себя в руки и переключила внимание на Костю.

— Так познакомишь? — требовательно повторила она.

— Я же сказала, мы торопимся, — Лера нахмурилась, схватила Костю за руку и потянула к машине.

Разговор зашёл в тупик, и надо поскорее заканчивать его и убираться с парковки, а то Юля сейчас того и гляди голову откусит. Костя дежурно улыбнулся девушке и пожал плечами, мол, извини, но знакомства не будет.

— Прошу, — парень распахнул перед Лерой дверь пассажирского сиденья, а потом, обогнув машину, сел за руль.

Юля еще несколько секунд постояла возле них, метая взглядом молнии, а затем, грозно цокая каблуками, пошла прочь. В ее хорошенькой головке никак не укладывалось, как парень смог ей отказать, а Лера так нахамить. Но саму Леру меньше всего сейчас волновала разозленная блондинка. Костя завел машину и хмыкнул:

— Ну и серпентарий тут у вас.

— А? Что? — Перевела на него взгляд девушка.

— Змеи говорю кругом, — засмеялся парень. — Не девчонка, а удав. Так и ждал, что она бросится на шею и задушит.

Лера тоже рассмеялась. Это описание как нельзя точно подходило Лисицкой.

— Мы с подругой ее акулой зовем, но твой вариант мне тоже нравится.

Машина мягко тронулась с места и Костя, перестав смеяться, сосредоточился на дороге. А Лера окинула взглядом салон машины. Старая японская иномарка выглядела так, будто не сошла с конвейера лет двадцать назад. Салон — светлый, чистый и ухоженный, пластик отполирован, а в воздухе витал запах свежескошенной травы, и Лера прикрыла глаза, стараясь им надышаться.

Он опустил одну руку на разделяющий их подлокотник, и девушке захотелось дотронуться до его ладони. Просто так, невзначай, словно бы случайно коснуться кожи и ощутить ответное прикосновение. Лера с трудом подавила в себе это желание и отвела взгляд. Некоторое время они молчали, а потом Костя негромко спросил:

— Ваня — это твой бывший парень?

Лера вздохнула. Проклятая Юлька! Добилась ведь своего. Но прежде, чем она успела что-то ответить, парень продолжил:

— Просто скажи, мне стоит беспокоиться?

— Нет! Тут не о чем волноваться, честно. Да, мы с ним действительно встречались, и очень долго, но сейчас все в прошлом.

— Это все, что я хочу знать, — Костя удовлетворенно кивнул и пощелкал кнопками автомагнитолы, переключая радиоволны.

— Не ревнуешь? — хитро улыбнулась Лера.

— Ты мне доверилась, почему тогда я не должен? И к тому же, не дала мне ни одного повода усомниться в твоих словах.

— Ты не ответил на мой вопрос, — усмехнулась она. — Доверять и не ревновать — это всё-таки немного разные вещи, а для ревности не всегда нужен повод.

— Я понял, ты хочешь услышать, что я тебя приревновал? — Костя рассмеялся. — На самом деле да. Я с ума схожу от мысли, что рядом с тобой может оказаться кто-то еще. Но моя ревность — это только моя проблема.

— А тебе не захотелось поближе познакомиться с Юлей?

Он как-то странно глянул на нее, будто девушка сказала глупость. Покачал головой и негромко произнес:

— Это с акулой что ли? Я вот не понимаю, откуда в этой миленькой головке появляются такие мысли? Ты хочешь сказать, что допускаешь, будто я могу предпочесть ее тебе? Как ты себе это представляешь — я брошу тебя прямо там, на стоянке, и уеду с другой, или встречусь с ней сразу после нашего свидания? Значит, ты настолько плохого мнения обо мне? — Костя усмехнулся. — Думаешь, я такая сволочь?

— Я так совсем не думаю.

— Тогда в чем дело? Неужели тоже ревнуешь?

Лера молча уставилась в окно, не найдя, что ответить. Ей всегда казалось, что она ревнует Ваню ко всем девчонкам, которые кружатся вокруг него. Была уверена, что неприятное чувство, царапающееся в груди и появляющееся каждый раз, когда он мило улыбался другой или уходил без нее в клуб — и есть ревность. По крайней мере, должно ей быть. Но, оказалось, то горькое на вкус сожаление не имело ничего общего с пожаром, бушующим сейчас внутри от одной только мысли, что Костя мог обратить внимание на кого-то еще. И Лера сама не ожидала, что ее может захлестнуть этим огнем с такой силой.

Она хотела бы также спокойно ему ответить, что доверяет, улыбнуться и забыть о Лисицкой. Но никак не получалось: в груди пекло, а горло сдавливало все сильнее, и Лера нервно рассмеялась — она была готова слепо доверять Косте, закрыв глаза на все произошедшее, и даже ошибиться в этом было не так страшно, как предположить, что он может оказаться рядом с другой.

— Значит, все-таки да, — Костя вздохнул и первым нарушил молчание. — Лера, послушай, это даже приятно, но ты зря переживаешь. Я далеко не образец для подражания, но чего я никогда не делал и не собираюсь — это играть чувствами людей. Если я не заинтересован в девушке, то говорю сразу, если она мне интересна только для коротких встреч — сообщаю об этом прямо. Дальше дело за ней, отказаться или согласиться. Я не буду обещать любовь до гроба, а на следующее утро сбегать и не отвечать на телефон. Поэтому, если я зову девушку на свидание, — это может значить только одно, и я не идиот, чтобы обращать внимание на других. Ты можешь мне доверять.

Он потянулся и взял ее за руку, переплетая пальцы. Дышать сразу стало легче: его нежные прикосновения успокаивали и вытесняли из головы все плохие мысли. Лера улыбнулась и позволила себе расслабиться.

Глава 21

Минут через двадцать они подъехали к старой недостроенной многоэтажке. Она стояла тут уже лет десять и достраивать ее уже никто не собирался. Нижние этажи еще могли похвастать выложенным желтым кирпичом фасадом, а верхние так и остались голой бетонной коробкой и зияющими просветами окон. Теперь этот дом в тридцать этажей стал пристанищем бездомным, а еще компаниям подростков, приходящим сюда в поисках острых ощущений.

— Мы на месте. — Костя припарковал машину и заглушил двигатель.

— Да? — Лера выглянула в окно, а потом с сомнением посмотрела на парня. Не слишком ли беспечно с ее стороны находиться здесь с малознакомым парнем? Откуда ей знать, что вообще у него на уме?

— Не бойся, — будто прочитав ее мысли, произнёс Костя. — Рядом со мной тебе нечего опасаться. Я просто хотел кое-что показать.

Он первым вышел из машины и распахнул перед ней дверь. Лере ничего не оставалось, как довериться ему, ну не убьет же он ее здесь, в самом деле. Ступени в подъезд были то ли недостроены, то ли наполовину разрушены, но их внешний вид не внушал надежности. Лера неуверенно покосилась в их сторону, словно раздумывая, действительно ли они выдержат, если она наступит, или рухнут под ее весом. Свалиться прямо с них в грязь или еще, чего доброго, сломать что-то категорически не хотелось. Заметив ее нерешительность, Костя, ни секунды не сомневаясь, мягко, но крепко взял девушку за руку и потянул за собой. Лера вздрогнула от неожиданности, но приятное тепло его руки вселяло уверенность.

— Здесь может быть скользко, — пояснил он свой жест.

— Спасибо. — Сердце глухо стучало. Ей очень хотелось, чтобы он назвал другую причину, по которой сейчас держал ее за руку так, словно она вот-вот рассыпется пеплом, и только его нежные прикосновения — единственное, что может удержать ее на земле.

Костя увлек ее за собой в холодную темноту подъезда, став уверенно подниматься по обрушенным ступенькам. Он точно знал, куда нужно наступить, чтобы кирпич не начал крошиться под ногами, а Лера старалась идти след в след за ним.

— Аккуратнее, — предупредил парень, подныривая под торчащий из стены кусок арматуры в том самом месте, где в стене был широкий проем.

Лера тоже нагнулась, не до конца понимая, что они здесь делают. Она ждала чего-то другого: прогулки по набережной, в парке или поездки на смотровую площадку на другом берегу реки, с которой открывался чудесный вид на город. Они часто бывали там с Ваней, и, когда выбирались вместе погулять, ноги зачастую сами приносили их туда. Или даже стандартный поход в кафе, где оказываются большинство парочек на первом свидании. Но никак не ожидала, что Костя поведет ее внутрь заброшенной многоэтажки.

В подъезде было сыро и прохладно, из-за чего бетонные стены покрылись мхом и плесенью. А еще оказались почти полностью исписаны десятками имен людей, побывавших здесь за столько лет. Кое-где красовались граффити — некоторые уже совсем облупились, а кое-какие были совсем свежими. Похоже, тут практиковался не один уличный художник. Лера на несколько секунд замерла, разглядывая это уличное искусство. Одна картина с изображением Чеширского кота, парящего в воздухе приглянулась ей больше всего — художник оказался на редкость талантливым и умело изобразил широко улыбающееся животное. А эта сказка была у Леры одной из самых любимых в детстве, и девушка осторожно коснулась кончиками пальцев его зубов, слишком уж похожих на настоящие.

— Мне он тоже нравится больше всех. — Костя остановился, давая девушке время рассмотреть рисунок. — Хорошее напоминание о том, насколько безумен мир, а все вокруг может оказаться совсем не таким, как кажется. Или это только я сумасшедший?

— Мы все здесь сумасшедшие, — Лера с улыбкой процитировала хорошо знакомые слова.

— Наверное, так и есть.

Он снова двинулся вперед, и они стали медленно подниматься по лестнице. Она неплохо сохранилась, лишь немного осыпалась и почернела от времени. Под ногами была куча пыли, грязи и разного мусора: начиная от пивных бутылок и окурков и заканчивая остатками вырванной арматуры и обломками кирпичей. На одном из пролетов на глаза попался брошенный использованный шприц, и Лера тяжело сглотнула. От страха на миг перехватило дыхание, и липкий ужас осел где-то на позвоночнике. Костя проследил за ее взглядом и нахмурился:

— Не бойся. С тобой ничего не случится, пока я рядом.

Она кивнула, хотя уже не была в этом так уверена. Здесь было не просто грязно, тут было опасно. Пугающе, страшно, и кто знает, кого скрывали длинные мрачные коридоры, убегающие в сторону от лестницы. Девушка старалась в них не заглядывать, словно ожидая, что оттуда кто-нибудь обязательно выскочит. Насколько они действительно тут в безопасности?

— Лер, — заговорил он мягким успокаивающим голосом. Повернулся к ней лицом и, продолжая одной рукой крепко сжимать ее ладонь, вторую положил ей на плечо. — Доверься мне, пожалуйста. Здесь безопасно, поверь, я бы не привел тебя сюда, если бы тебе хоть что-то угрожало. Тебе понравится, обещаю. Но если не хочешь — мы всегда можем уйти.

— Идем. Самое лучшее не всегда лежит на поверхности и дается легко, верно?

Он с улыбкой кивнул головой и снова двинулся по ступенькам вверх. Они проходили этаж за этажом, и Лера начала с волнением подглядывать на Костю — он еще едва оправился от ранения, а уже решил пешком покорить высотку. Но парень поднимался так легко, словно они просто прогуливались по парку.

Лестница закончилась неожиданно. Лера бегло огляделась по сторонам: помещение наверху разительно отличалось от того, что она видела внизу. Стены чище и светлее, почти сухие, подсушенные солнечными лучами, которые почти не проникали на нижние этажи. И практически не тронутые рукой человека — о том, что сюда вообще доходил хоть кто-то говорили только составленные в углу пустые бутылки из-под пива.

— Идем сюда. — Не отпуская ее руки, Костя двинулся вглубь дома.

С лестничной площадки они прошли в общий коридор и дальше, через бетонный проем, который должен был быть оказаться входной дверью, в одну из квартир.

— Здесь никого нет? — поинтересовалась Лера.

— Нет, бездомные так высоко не поднимаются, они обычно живут на нижних этажах. Сюда обычно доходят только самые отчаянные. — И он покрепче сжал ее руку.

Пустая квартира казалась огромной — благодаря просторной планировке и яркому свету, без преград попадающему в помещение через пустые оконные проемы. Высокие потолки — на последнем этаже они оказались выше, чем на предыдущих, солнечные блики на стенах, ветер, гуляющий по помещению — здесь даже дышалось по-особенному легко. Без той удушающей влажности и спертости воздуха, которая была внизу. Чистый кислород, подсвеченный лучами заходящего солнца.

Костя подошел к зияющей пустоте окна и улыбнулся девушке:

— Мы и на месте. Отсюда открывается просто шикарный вид.

Лера выглянула в окно. Вид, действительно, был потрясающий. Неяркое осеннее солнце, неожиданно пробившееся сквозь толщу темно-синих туч, плавно клонилось к закату, освещая все вокруг уютным золотым светом. И весь город как на ладони. Вон там можно увидеть ее дом, там главная городская площадь, а это торговый центр, где они с Катей миллион раз бродили по магазинам, а вон там, если хорошо приглядеться, можно увидеть ее институт, скрытый от любопытных глаз густыми красно-золотыми кронами деревьев. Очень красиво. Она как завороженная смотрела на улицы города, проезжающие машины и людей, ставших такими крошечными.

Это была одна из самых высоких точек города, и Лера не раз слышала про нее. Высотка в тридцать этажей, которая когда-то планировалась, как самый высокий дом бизнес-класса в городе, а квартиры стоили баснословных денег. Потом застройщик то ли собрал деньги и сбежал, то ли возникли проблемы с документами и разрешениями на строительство — но стройка встала. И по иронии судьбы теперь в одних из самых дорогих квартирах в городе обитали бомжи и наркоманы.

Раньше она никогда не бывала здесь, хотя среди молодежи это было довольно популярное место. Особенно, среди тех, кто любил острые впечатления и искал приключения. А Лера никогда к ним не относилась. Всю жизнь она жила так, чтобы доставить маме и вообще всем окружающим как можно меньше волнений и неудобств. Была на редкость удобным ребенком — хорошо себя вела, слушалась, старалась не перечить и верила: это все ради ее блага, и родители плохого не посоветуют. А лазание по заброшенной стройке, кишащей опасностями, никак не входило в этот список. И у Леры в мыслях не было вытворить такое, даже будучи подростком, — маму точно бы хватил сердечный удар, узнай она о таком. Но вот сейчас, стоя здесь, она впервые подумала, как же это глупо. Постоянно жить с оглядкой на другого человека, пусть даже это собственная мать. Откуда-то из самой глубины сознания по каплям просачивалась мысль: это совсем не для ее счастья и благополучия, а для маминого спокойствия и удовлетворения.

Потому что счастливой она почувствовала себя именно сейчас, когда наплевала на чужие желания и собственный здравый смысл, всегда говоривший с ней маминым голосом. Когда просто стояла на высоте почти ста метров, сжимала Костину руку, а ветер трепал ее волосы, спутывая и бросая на лицо. И сколько она, оказывается, упускала, следуя ее правилам. Могла бы так никогда и не увидеть город с этой его точки, не почувствовать, как сердце торопится протолкнуть кровь по сосудам и как пальцы покалывает в тех местах, где их касается Костя.

— Тебе нравится? — Костя присел на оконный на проем и отпустил её руку. Лера постаралась скрыть разочарование — без тепла его ладони сразу стало холодно и неуютно.

— Да, — выдохнула Лера, осторожно опускаясь рядом и опасливо поглядывая вниз. — Я здесь никогда не была. Но тут здорово и очень красиво.

— Я так и думал, — усмехнулся парень, наклонившись чуть вперед и упершись локтями в колени.

— Почему?

— Ты не похожа на тех, кто приходит сюда за опасностью и адреналином. И точно не из тех, кто здесь пьет, курит и колется, или кому больше негде жить. Ты и это место — будто из разных миров.

— Тогда почему ты решил привести меня сюда? — Лера аккуратно погладила пальцами бетонный откос окна, нагретый солнцем.

— Это место — особенное для меня. Потому мне захотелось тебе его показать. Я многое тебе не говорю, но ты заслуживаешь знать больше. Хоть я не могу рассказать тебе о той ночи, зато могу поделиться тем, что не знает никто. Я никого не приводил сюда раньше, особенно девушек.

— Значит, я первая? — Лера лукаво усмехнулась и уголки ее губ дрогнули.

— Да. — Он сказал это так твердо и серьезно, что у девушки в груди что-то дрогнуло.

— Ты здесь часто бываешь, да?

Костя кивнул.

— Даже слишком. Особенно раньше, сейчас все реже получается вырваться. Местные обитатели давно считают меня за своего, — он грустно усмехнулся. — Некоторые даже радуются при встрече.

— Почему? — Лера немного придвинулась — ей неосознанно захотелось быть к нему ближе. Настолько, что ее бедро прижалось к Костиному, а их плечи соприкоснулись. Только он сидел все также, поддавшись вперед, а девушка так и осталась с прямой спиной.

Костя ласково глянул на нее, будто его умилила ее наивность:

— В детстве мне было довольно тесно дома. Мама ушла от отца и отчаянно пыталась наладить личную жизнь, правда весьма сомнительными способами. И с крайне неприятными людьми. До меня ей дела особо не было, скорее, я наоборот мешал ей и ее сожителям. Слишком много чужих людей дома и слишком мало тепла — и ноги сами несли меня оттуда. И в основном сюда: мальчишкой я долго бродил по этой квартире, представляя, что это мой дом и моя комната. И здесь ни для кого из них не было места. Так что, добро пожаловать в гости.

Лера потянулась и взяла Костю за руку. Крепко обхватила его ладонь двумя руками и уткнулась лицом ему в плечо. Хотелось обнять его как можно крепче, прижать его к себе сильнее, обхватить так, чтобы в нем больше не осталось места для этой тоски и боли.

— Ты точно не заслужил такого, что бы ты не говорил. Ни один ребенок в мире не должен чувствовать себя одиноким, брошенным и ненужным.

Парень немного повернул голову в сторону, и теперь его дыхание обжигало Лерино лицо. Она прикрыла глаза, наслаждаясь тем, что его губы оказались так близко, и почувствовала легкий поцелуй в волосах. Настолько невесомый, что даже не была уверена — был ли он на самом деле, или ей только показалось. Но в чем она не сомневалась — он улыбается. Лера не видела, но ощущала это тепло всей кожей.

— Я люблю здесь бывать, — продолжил Костя и переплел их пальцы. — Тут мысли всегда приходят в порядок. Ничего не мешает думать.

— А сейчас? Твоим мыслям тоже необходим порядок?

— Нет, — он пристально посмотрел на нее. — Сейчас я, как никогда, знаю, чего хочу. Сегодня мы здесь ради тебя.

— С чего ты взял, что мне это нужно? — Лера приподняла голову и встретилась с его взглядом. Цепким, внимательным и пробирающим насквозь.

— А разве нет?

Лера помедлила с ответом. Она незаметно подошла к самой грани и замерла в шаге от того, чтобы или сбежать обратно в свое спокойное и привычное существование, или прыгнуть в омут с головой. Ей так хотелось совершить этот прыжок, но въедливый страх хватал за плечи, не давая сдвинуться с места. Собрать в кучу расползающиеся мысли и сделать, наконец, выбор — Лере и правда это было нужно.

Она отвела взгляд и уставилась на их сцепленные руки. И это казалось таким естественным и правильным, что Лера с тоской подумала: разве сможет она найти в себе силы отпустить его?

Девушка все молчала, но Костя не торопил. Когда пауза слишком затянулась, Лера вместо ответа спросила:

— А чего хочешь ты?

— Вот этого.

Он резко подался вперед, свободной рукой притянул к себе за подбородок и нежно коснулся ее губ своими. Сердце вздрогнуло и сбилось с ритма, а легкие сжались, отказываясь вдыхать кислород. Ей хотелось дышать только им, с мучительной сладостью втягивать в себя без остатка. Ни с кем не делиться, никому не отдавать.

Лера потянулась к нему в ответ и обхватила рукой за шею, отвечая на поцелуй. Скользнула языком по губам, а затем осторожно прикусила губами. Костя усмехнулся, не отрываясь от ее губ, и положил руку на спину. Принялся медленно поглаживать, ещё крепче прижимая к себе, и его пальцы — такие неторопливые, нежные, но настойчивые пускали мурашки у нее между лопаток. Он не торопился и не брал инициативу в свои руки, словно ждал и давал Лере выбирать самой — остановиться или продолжить.

Мир перестал существовать за пределами этого дома, этой квартиры и его рук. Все мысли и сомнения остались где-то там снаружи. А здесь, внутри, их не существовало. Единственная мысль, которая билась у Леры в голове, была о том, что она умрет, если он сейчас остановится.

Поэтому она углубила их поцелуй, обхватывая его второй рукой и запуская пальцы в мягкие волосы. Прижимая так крепко, словно боялась — он сейчас растворится в воздухе, и она снова рухнет в пустоту, где его нет. Голова кружилась, и Лера почти забыла, что они сидят на узком оконном проеме в сотне метров над землей. Она уже падала: летела в самую пропасть, но ни за что не променяла бы это чувство на ощущение твердой почвы под ногами.

Лера не знала, сколько длился их поцелуй — может быть, минуты, а, может, и часы. Она прервалась только, чтобы коснуться губами линии его скул, а потом легко и дразняще прикусила кожу на шее. Костя, тяжело выдохнув, рывком подхватил ее с нагретого бетона и усадил себе на колени. Принялся покрывать нежными поцелуями шею, то поднимаясь к уху, то опускаясь до ключиц. Затем снова жадно набросился на ее губы, и Лера вцепилась пальцами в его плечи. Он был то ласковым и аккуратным, то настойчивым и жестким, а его руки то обхватывали ее за лицо, то пробирались под куртку, то мягко сжимали бедра. Неожиданно Костя слегка отстранился, все еще крепко сжимая девушку в объятиях, и заглянул в глаза.

— Похоже, мы все-таки хотим одного и того же, да?

Глава 22

Вечер пролетел незаметно: сначала они, как сумасшедшие, целовались на последнем этаже высотки, не в силах оторваться друг от друга, а затем поехали гулять в старый парк в центре города. Лера любила его больше всех остальных за растущие там высокие и раскидистые деревья, а еще за обволакивающую тишину. Людей здесь всегда было мало — молодежь обычно предпочитала гулять на набережной, где выстроился целый ряд кафешек и киосков, в которых можно было погреться или просто выпить кофе, а молодые родители с детьми выбирали небольшой сквер неподалеку с установленными в нем аттракционами. Лера же любила это спокойствие и умиротворение, спрятавшиеся где-то между толстыми стволами тополей и небом, просвечивающими через их кроны.

Лера с наслаждением хрустела лежащими под ногами листьями — было в этом какое-то особое волшебство — и пила горячий кофе из бумажного стаканчика, взятого на входе в парк. Небольшой островок, где его продавали был только там, словно опасался, что, если люди пройдут чуть дальше, его уже ни за что не найдут среди деревьев.

Они болтали обо всем на свете, и Лера с неведомым раньше удовольствием отмечала, насколько с Костей интересно и весело. Он шутил, рассказывал что-то забавное и невольно вызывал желание открыться ему и рассказать о себе все. И она рассказывала — о себе, родителях, друзьях, о своих мечтах и планах.

Ничего не говорила она только о Ване, хоть он и был важной и практически неотъемлемой части всей ее жизни. Настолько, что все вокруг давно перестали воспринимать их по отдельности. Только в связке, только “мы” вместо “я”. И Лера всегда относилась к этому спокойно — она и сама привыкла к тому, что она не просто “Лера”, а “Лера плюс Ваня”. Только вот “равно любовь” не получилось. А сейчас это злило до темных кругов перед глазами. Как так вышло, что она перестала быть отдельной личностью, а стала приложением к Ване? Когда успела потерять себя настолько?

Но сегодня не хотелось вспоминать ни об Иване, ни о болоте их отношений. Вся жизнь рухнула под её ногами, как карточный домик, а ей хотелось улыбаться. Кричать от счастья и рассказать о нем каждому встречному. Настолько живой она не чувствовала себя ещё никогда, и готова была скорее умереть, чем вернуться обратно. Мертва физически или внутренне — есть ли такая уж большая разница?

Когда Костя остановил машину возле дома Леры, уже совсем стемнело. Девушка зябко потерла руки ладонями друг о друга. Уходить не хотелось, вместо этого хотелось свернуться калачиком на сиденье и остаться тут навечно.

— Поднимешься? — с надеждой спросила Лера и взяла Костю за руку. Отпустить его было физически невозможно. — У меня дома есть вкусный чай. А еще пирог с яблоками, я вчера испекла.

— Пирог? —он удивленно изогнул бровь. — Разве от такого можно отказаться? Скажи еще, что сделала его специально для меня.

— Почти, — усмехнулась Лера. Она сделала его, чтобы занять чем-то руки и отвлечься от навязчивых мыслей о парне. Так что в каком-то смысле этот пирог был для него, ради него и во имя него.

Есть она его, кстати, так и не стала. И не потому, что хотела пригласить на него Костю — это решение пришло неожиданно. Просто не было аппетита из-за все нарастающего волнения.

— Так что, поднимешься? Не буду обещать, что он вкусный, но почти наверняка съедобный.

— Я бы согласился, даже будь он совершенно несъедобным, — парень засмеялся и заглушил двигатель. — Даже если бы его не было совсем.

— Отлично, идём! Надеюсь, тебе понравится.

— Мне точно понравится, — пообещал Костя, и Лера почувствовала, как к щекам прилила кровь. — Мне нравятся все, что связано с тобой.

Они вышли из машины и направились в подъезд. В лифте они ехали молча: Костя не сводил с нее пристального взгляда, словно пытаясь запомнить каждую черту, а Лера не переставала думать, что он единственный парень, кроме Вани, которого она позвала к себе в гости. И это не казалось чем-то неправильным, наоборот, ничего в жизни еще не было таким правильным и естественным, как его присутствие рядом.

Быстро скинув в прихожей обувь и куртку, она направилась на кухню. Там Лера включила чайник и прижала к нему замерзшие руки.

— Замерзла? — Костя зашел на кухню следом за ней.

— Немного, — девушка кивнула. — Ты будешь черный или зеленый? Есть еще травяной. Или хочешь кофе? Подожди, пирог я сейчас подогрею… А, может быть, ты хочешь есть?

Костя подошел к ней вплотную, не отводя от нее взгляда, откинул с лица волосы, а затем взял ее руки в свои. Лера с готовностью спрятала их в его теплых ладонях.

— Лер, не суетись, — он улыбнулся, и в глубине его глаз заблестели яркие огоньки. — Любой. Я буду любой чай. Сделай, как себе.

Лера улыбнулась и уткнулась лицом в его плечо. Костя, не выпуская ее рук, крепко прижал девушку к себе и поцеловал в макушку. Время остановилось. Где-то далеко шумел чайник, за окном продолжал гудеть город, живя своей обычной жизнью, а Лера понимала, что могла бы вот так стоять в его объятиях хоть целую вечность. Вдыхать терпкий аромат его кожи, уже давно отпечатавшийся на подкорке, слушать биение его сердца, чувствовать мягкость ладоней.

Звук дверного звонка оказался неожиданно громким. Он пронзительно разорвал тишину в квартире, и Лера удивлённо вздрогнула. Мельком посмотрела на часы — почти девять. Кого могло принести в такое время? Родители не в городе, Катя бы обязательно позвонила перед тем, как прийти, особенно, зная Лерины планы на сегодня. Может быть, соседи?

— Странно, я никого не жду, — пробормотала девушка и направилась к двери.

Глянула в глазок и обнаружила за дверью Ваню. Изумление смешалось с обжигающей горло злостью. Откуда он, черт возьми, здесь? Человек, которого она меньше всего ожидала сейчас увидеть. И меньше всего хотела.

В первые секунды у неё в голове проскочила мысль вообще не открывать ему дверь. Но тот, словно прочитав ее мысли, громко забарабанил в дверь.

— Лер, открывай! — услышала она слегка пьяный голос. Мысленно закатила глаза — она хорошо знала эти возбужденно-агрессивные нотки в его голосе, которые появлялись всякий раз, стоило ему выпить. — Я знаю, что ты дома. У тебя свет горит.

— Вот проклятье, — выругалась девушка, поняв, что он никуда не уйдёт, только напугает всех соседей. И распахнула дверь.

— Приве-е-ет, — протянул Ваня, увидев её, и расплылся в широкой улыбке. — Лерочка, малышка, как же я скучал по тебе.

— Да что ты говоришь, — поджала губы девушка, чувствуя, как в ней все сильнее закипает злость. — И тебе понадобилось так много времени, чтобы это понять? Да ты просто пьян, Вань!

— Прости меня. — Ваня оперся на стену. Держать равновесие ему удавалось с трудом. — Я идиот.

— С этим даже не поспоришь, — зло выдохнула Лера. — Уходи, Вань. Я не хочу с тобой разговаривать.

— Малышка, прости! Я виноват, знаю, но разве я не заслуживаю еще одного шанса после всего, что между нами было? Пожалуйста. Я не могу без тебя, не понимаю, как жить дальше.

— Да? Мне показалось, ты очень даже неплохо освоился, — язвительно заметила Лера. — По крайней мере, ты точно знал, что нужно делать с Кристиной.

— Брось, малыш, ты же понимаешь, что это было только для того, чтобы заставить тебя ревновать. Она мне не нужна.

— А Кристина об этом знает? — Девушке стало даже жаль Маркевич, которую Ваня просто использовал.

— Да какая разница? — Ваня попробовал подойти к Лере поближе, но тут же покачнулся и снова привалился к устойчивой стене. Лера отступила на шаг назад, не позволяя ему притронуться. — Мне нужна только ты.

— Уходи, Вань, — попросила Лера, вздохнув. — Иди и проспись, ты сегодня не в себе.

— Да я из-за тебя не в себе! — зарычал парень. — У тебя кто-то появился, да? И можешь не отрицать, я видел вас вместе у универа!

— Убирайся. У тебя нет никакого права ревновать и указывать мне, с кем проводить время. Больше нет. Мы теперь не вместе, запомни это. Ничего не вернуть.

— Почему? Ты меня больше не любишь? — парень посмотрел на неё остекленевшими глазами.

— Я вообще не уверена, что то, что было между нами можно назвать любовью. Ты всегда будешь моим хорошим другом, Вань. Но ничего большего у нас не получится.

На несколько секунд он замолчал, словно осознавая смысл сказанных ей слов.

—Это... Это всё из-за него, да? — его горящий от ненависти взгляд устремился куда-то Лере за спину.

Она резко обернулась назад и увидела стоящего позади Костю, небрежно облокотившегося на дверной косяк. Он сунул руки в карманы джинс и выглядел совершенно спокойным, но черты лица стали непривычно резкими, а в глазах появилось столько холода, что по спине пробежали мурашки.

— У тебя всё в порядке? — спросил он.

— Да, в полном. Ваня уже уходит.

Лера подумала, что Костя сейчас развернется и пойдёт обратно на кухню, но он не тронулся с места и остался стоять в коридоре, не сводя пристального взгляда с Вани. Она старалась не думать, как выглядит в его глазах появление здесь ее бывшего, да еще в таком состоянии. Она обязательно найдет слова, чтобы все ему объяснить, главное, чтобы Ваня наконец-то исчез из ее квартиры.

— Ну, конечно, — глаза Ивана налились кровью, а голос неприятно резанул по ушам. — Не успели мы расстаться, а ты уже с ним! А, может быть, ты была с ним, когда мы ещё были вместе? Ты мне что, изменяла? Отвечай! Уже переспала с ним?

Лера со всей силы влепила ему пощёчину. Ваня пошатнулся от её удара, а от падения его спасла только дверь за спиной, в которую он, оступившись, впечатался.

— Какого чёрта? — прорычал он, и его лицо исказилось искренней злобой.

— Заткнись. Я не дала тебе ни одного повода так говорить. А все происходящее сейчас тебя вообще не касается.

— Вот, значит, как, малышка, — хрипло рассмеялся Ваня. — Я думал, у нас все серьезно, а ты, как ни в чем не бывало, уже нашла себе другого. Так что, парень, ты поаккуратнее, она только кажется такой хорошей и правильной, а на самом деле та еще... — с отвращением бросил он Косте, но договорить не успел.

Вторая пощечина заставила его снова покачнуться и довольно сильно приложиться головой о тяжёлую металлическую дверь. Ваня едва не зарычал от злости, глаза его потемнели, а руки сжались в кулаки.

Лера инстинктивно сделала пару шагов назад. Ваня смотрел на неё с такой ненавистью, что ей показалось, будто он ударит её в ответ. Тот действительно стал двигаться в её сторону, не сводя с неё озлобленного пьяного взгляда.

Внутри все сжалось от страха, она прекрасно знала, что в таком состоянии он себя не контролирует — алкоголь был ему абсолютно противопоказан. И, скорее всего, наутро он даже не вспомнит ни своих обидных слов, ни действий.

Но не успел Ваня ещё даже протянуть к ней руку, как между ними оказался Костя. Он загородил собой Леру, аккуратно, но уверенно оттеснив ее себе за спину, положил руку Ване на плечо и, насколько мог, мягко, проговорил:

— Иди домой, друг. Являться к девушке пьяным просто невежливо. Если хочешь поговорить, возвращайся, как протрезвеешь.

— Да пошел ты! — взревел Ваня и сбросил с плеча его руку, словно это была ядовитая змея. — Ты вообще кто такой? И откуда взялся? Тебе ничего не светит, мы с ней всю жизнь вместе. Она сейчас наиграется с тобой и приползет обратно ко мне.

— Тогда иди отсюда и жди этого где-нибудь в другом месте.

— Отвали! — рявкнул Ваня. — Я пришел поговорить со своей девушкой, а не с тобой.

— Бывшей девушкой, — ледяным тоном и с едва заметной усмешкой заметил Костя. Мягкость из его голоса пропала без следа, теперь в нем звенел металл. — У меня тоже нет ни малейшего желания с тобой разговаривать, поэтому сделай одолжение, проваливай. Будь мужиком и не устраивай сцен.

Вместо ответа Ваня сжал кулак и бросился на Костю. Он хотел ударить его в лицо, но потерял равновесие и завалился вперёд. Траектория движения руки сместилась и удар вскользь пришелся на левое плечо. Костя среагировал сразу же: один удар, с локтя, прилетел Ване в нижнюю челюсть, другой в живот. Иван охнул и согнулся от боли. Следующий удар повалил его с ног, и парень с глухим стуком рухнул на пол.

– Стой, Кость, пожалуйста! Ты же его убьёшь! — воскликнула Лера, с ужасом наблюдая, как Ваня растянулся прямо на полу её коридора.

Костя примирительно поднял вверх руки и спокойно глянул на неё:

— Ничего с ним не случится. Сам напросился.

Лера опустилась рядом с Ваней на колени и легонько коснулась его плеча. Что бы он не делал и не говорил, это же Ваня. Тот самый, которого она знала, как свои пять пальцев и которому, несмотря ни на что, было отведено отдельное место в сердце. Он стал его частью за столько лет, и вырвать его оттуда было невозможно — слишком уж глубоко он пророс корнями.

— Вань, ты как?

— Да пошли вы все... — пробормотал Иван, повернулся на бок и закрыл глаза.

— Он что, спит? — Лера в недоумении посмотрела на Костю.

— Похоже на то. Да ты посмотри на него, он же пьяный в стельку, — Костя легко подтолкнул его ногой, но тот даже не пошевелился. — Удивительно, как он вообще сюда дошел и смог выдать эту речь.

Он поморщился и глубоко вдохнул, почти незаметно касаясь рукой живота. Но Лера все-таки увидела это быстрое движение и поднялась с пола, заглянув ему в глаза.

— С тобой все в порядке? Тебе больно? Он что, задел тебя?

— Нет, ерунда. Просто слишком резко дернулся. Сейчас пройдет.

— Уверен? Ты всегда говоришь, что ничего страшного, а потом оказываешься при смерти.

— Не преувеличивай, — Костя улыбнулся. — Я просто не привык жаловаться по пустякам.

— Это не пустяки, — Лера нахмурилась.

Ей отчаянно захотелось его поцеловать, и она уже потянулась навстречу, но их отвлек Ваня, который шевельнулся и тихонько застонал. Она перевела на него взгляд, ощущая острый приступ раздражения. И надо же было ему прийти сюда и испортить такой замечательный вечер.

— Прости за эту сцену, — вздохнула она.

— Тебе не за что извиняться, — Костя и мягко коснулся ее щеки. Погладил большим пальцем, и это неторопливое движение успокаивало. Он все еще здесь, рядом.

Лера помолчала несколько секунд, собираясь с мыслями и умоляюще посмотрела на парня:

— Нужно отвезти его домой. Мы же не можем оставить его здесь или просто выкинуть на улицу. Пожалуйста.

— Как скажешь. — Парень пожал плечами и, не возразив ни слова, накинул куртку и кроссовки и стал поднимать Ваню с пола.

Тот недовольно заворчал, но сопротивляться не стал. Костя перекинул одну его руку через плечо и потащил его вниз по лестнице. Лера быстро оделась и, заперев дверь, поспешила за ними. Когда она вышла из подъезда, Костя уже загрузил Ваню на заднее сиденье.

— Показывай, куда ехать, — сказал он ей.

До Ваниного дома они доехали за несколько минут — они жили на соседних улицах. Девушка глянула на часы — начало десятого. Значит, его родители скорее всего дома. Мысленно прокляла все на свете, что не удастся избежать встречи с ними, ведь завести Ваню домой всё равно придется.

Припарковавшись, Костя молча вытащил Ваню из машины и повел к подъезду. Тот что-то невнятно бормотал и еле перебирал ногами. На его лице уже набирал цвет большой синяк, и Лере даже стало его жалко. Ваня и алкоголь были несовместимы, и каждый раз, когда он перебирал с выпивкой, находил себе неприятности.

Они поднялись на второй этаж, и Лера без вопросов залезла в карман его куртки за ключами — знала, что он всегда носил их там. Открывая дверь, она всё ещё надеялась, что дома, по чудесной случайности, никого не окажется. Но не успели они зайти в квартиру, как в коридоре тут же показалась Ванина мама.

— Вань, ты уже пришёл? Ой ... — начала она и тут же замолчала, увидев их компанию на пороге. — Лера?

— Привет, теть Оль, — улыбнулась ей Лера. Высокая брюнетка с эффектным каре и пышными бедрами — эта женщина всегда казалась Лере очень красивой, а еще по-настоящему близкой и родной. Они с мамой были лучшими подругами, но оставались очень разными, и, в отличие от требовательной Елены, Ольга всегда прислушивалась и к сыну, и к Лере, а у них дома девушка порой чувствовала себя спокойнее, чем дома. Здесь никто не давил, не настаивал, не жаждал образцового поведения и послушания. Здесь ее просто любили и всегда были рады.

— Привет. — Женщина в недоумении переводила взгляд с Кости на висевшего у него на руках Ваню. — Что произошло?

— Ваня... Немного перебрал. И мы помогли ему добраться до дома.

— Понятно, опять, значит. Спасибо, что помогли. — Её взгляд задержался на Косте, но спрашивать она ничего не стала, все-таки тактичности в ней было в разы больше, чем в подруге. А потом махнула рукой себе за спину. — Его комната там. Поможете еще немного?

Костя кивнул, и они с Ваней исчезли в глубине коридора. Лера осталась наедине с тетей Олей, и впервые за все то время, что она ее знала, девушке стало не по себе. Словно она предала и обманула доверие той, что считала второй матерью.

— Как ты, Лер? — Ольга улыбнулась, стараясь преодолеть неловкую паузу. — Так давно не виделись, милая, — и тут же виновато осеклась после этой фразы.

— Мне жаль. — Лере действительно было жаль. Не того, что они расстались с Иваном, а того, что эта женщина неуловимо исчезает из ее жизни.

— Глупости, Лер, — тетя Оля легко отмахнулась, но взгляд ее оставался серьезным и даже печальным. — Я же все понимаю. И всякое жизни бывает.

Лера едва не разрыдалась. Конечно, она понимала — она всегда была на удивление понимающей. Они часто болтали и секретничали с ней вдвоем за чашкой чая, когда девушка приходила к ним в гости. И ведь ей действительно нравилась эта женщина — добрая, умная, всегда готовая выслушать и поддержать советом. Ольга постоянно оказывалась на стороне Леры, когда у них с Ваней случались мелкие ссоры, и не упускала случая отчитать сына, обидевшего девушку. Но только не в этот раз. Теперь между ними пропасть, которую они вряд ли смогут преодолеть. И то, с каким разочарованием сейчас она на нее смотрела, выворачивало душу наизнанку.

К счастью, вернулся Костя, и Лера, с облегчением выдохнув, быстро пробормотала:

— Мы тогда пойдём. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Лер. И до встречи.

Лера выскочила из квартиры и поспешила вниз. Костя едва успевал за ней и догнал только на улице, где она жадно глотала прохладный воздух. Он молча открыл машину, и она юркнула внутрь. Прикрыла глаза, стараясь успокоить бешено стучащее сердце. Несмотря ни на какие разумные доводы, она чувствовала себя виноватой перед тётей Олей за то, что рассталась с Ваней. Понимала, что это глупо, но чувство вины за разрушенные чужие надежды ее не покидало. А еще она знала, что едва за ней закрылась дверь, та уже звонила её маме выяснять, что за парень был с ней. А, значит, неприятного разговора с мамой не избежать.

— Всё в порядке? — услышав голос Кости, Лера открыла глаза и встретила его обеспокоенный взгляд.

— Наверное. Я не знаю, — честно призналась она.

Все смешалось в одну кучу: испорченное свидание с Костей, визит Вани, резавший по живому, беспокойная вина, не дающая покоя, оглушающая пустота на том месте, где раньше была тетя Оля, удушающее предвкушение от маминого недовольства — ее разрывало от этого нагромождения чувств. Навалилась такая тяжелая усталость, что не осталось сил ни на что. Сейчас бы завалиться в кровать уснуть в надежде, что утром станет лучше.

Костя взял её руку и крепко сжал. Она ждала, что он начнет задавать вопросы, но он молчал. Просто поглаживал ее пальцы, и дышать становилось легче. В уголках глаз стали собираться непрошенные слезы — то ли нежности, то ли от благодарности. Окажись девушка на его месте, завалила бы себя вопросами. А потом вообще, ушла, громко хлопнув дверью и не слушая объяснений. А он просто молчал, давая ей возможность рассказать все самой, или вообще не говорить ничего, принять своё решение и, главное, принимая любой выбор. Несколько слезинок все-таки скатились из глаз, и Лера тут же постаралась смахнуть их свободной рукой.

— Ну ты чего? — он ласково улыбнулся, и от его мягкого тона захотелось разреветься еще сильнее. — Все хорошо, не плачь. Все обязательно будет хорошо, слышишь?

Он рывком прижал ее к себе, сгребая в объятия, и Лера всхлипнула, уткнувшись лицом ему в грудь, пахнущую мятой. Он не устраивал сцен, не требовал ответов, не давил, только обнимал и закрывал руками от всего мира. И поэтому слова полились сами собой:

— Это мой бывший парень, Ваня.

— Я понял. И ты не обязана ничего объяснять.

— Мы расстались, — продолжила Лера, не обращая внимания на его слова. — После того самого вечера, когда из-за него меня ночью поймали трое парней. Он назначил встречу, а сам не пришел. Как потом оказалось, был просто пьян. Снова.

— Понятно, — нахмурился Костя, и в голосе у него послышались опасные нотки.

—Ты не прав, я обязана всё объяснить. Мы очень долго были с ним вместе. Очень. Мы знакомы с рождения, наши мамы лучшие подруги, а класса с девятого незаметно стали парой. В моей жизни не было ни дня, в котором бы его не было. И наши родители всегда видели нас вместе, моя мама так вообще чуть с ума не сошла, когда узнала, что мы расстались, — Лера издала нервный смешок. — Вот только я поняла, что не люблю его. И все это время будто жила не своей жизнью. Ты должен это знать, потому что я не могу просто взять и вычеркнуть его из своей жизни. Нас слишком много всего связывает. А еще очень тяжело ломать все, к чему привыкла, но, пока ты рядом, мне не страшно. И я точно знаю — это правильно.

Костя погладил ее по голове и запустил пальцы в волосы, прижимая еще сильнее. Поцеловал в макушку, а Лера посильнее обхватила его за спину.

— Хочешь знать, что я обо всём этом думаю? Мне все равно, что там у вас было, это больше не имеет значения. Ведь ты сейчас здесь, со мной, и только это по-настоящему важно.

— Прости, что испортила свидание.

— Это было лучшее свидание в моей жизни, — Костя усмехнулся ей в волосы. — И ничто не в силах это изменить. Но можем повторить еще раз, если хочешь.

— С удовольствием.

— Договорились, — Костя еще раз коротко поцеловал ее и немного отстранился. — Поехали, я отвезу тебя домой. Уже поздно, и ты устала.

Глава 23

На следующее утро Лера едва заставила себя встать с постели. Помимо огромного желания поспать подольше, ее все еще не отпускало чувство вины. Перед Ваней из-за того, что бросила, перед их родителями, что не оправдала ожиданий, перед Костей, что втянула его во все это. Оно придавливало к кровати тяжелой бетонной плитой, лишая способности двигаться. Всю ночь девушку мучили кошмары, и то и дело она видела перед собой раздосадованное лицо мамы. Вчера она ей так и не позвонила, и Лера тоже не стала набирать ее номер. Ничего объяснять не хотелось, но она понимала — вечно этого разговора избегать не получится, и это лишь затишье перед бурей.

Она злилась сама на себя за эти глупые мысли и упрямо твердила, что имеет право на собственный выбор и на настоящие, живые чувства, а не картонные и придуманные. Повторяла раз за разом, пыталась убедить саму себя и избавиться от скользкого и липкого ощущения внутри.

Единственное, что не давало рухнуть в эту бездну отчаяния полностью — это воспоминания о Косте. И теперь даже не хотелось задумываться: а правильно ли это, давать волю чувствам и тонуть в нем с головой? И даже разум помалкивает, больше не напоминая, что это не самая лучшая идея. Похоже, он тоже безмерно очарован этим странным парнем с потрясающе красивыми глазами.

При воспоминании о них, девушка не смогла не улыбнуться. Отчаянно захотелось оказаться рядом с Костей, прикоснуться к его лицу, зарыться руками в вечно взлохмаченные волосы и обнять так крепко, чтобы у него не осталось даже крошечного шанса убежать.

А вот идти в институт совем не хотелось, и Лера даже подумала прогулять сегодня, но тут на тумбочке завибрировал телефон.

Доброе утро, подруга. Зайду за тобой через двадцать минут, будь готова. Жду твой подробный рассказ! И я очень надеюсь, что тебе есть, что рассказать.

Лера вздохнула, зная, что Катя просто так все равно не отстанет, и, если придется, потащит её в университет даже силой. Девушка сползла с кровати и пошла приводить себя в порядок. После освежающего душа и чашки кофе мир вокруг заиграл красками. Она даже перерыла шкаф в поисках подходящего образа, хотя до этого собиралась надеть обычные джинсы с футболкой, и вытащила из самой глубины нежное платье глубокого синего цвета.

Лера собралась даже раньше, чем закончились отведенные ей Катей двадцать минут. Девушка набросила на плечи куртку и вышла из квартиры, тут же столкнувшись с поднимающейся по лестницей подругой.

— Привет, красотка! — радостно воскликнула Катя. — Чудно выглядишь.

— Ты тоже, — улыбнулась ей Лера. Катя действительно была шикарна — ботфорты на шпильке, обтягивающее черное платье, приталенный светлый плащ. Длинные темные волосы водопадом падали на плечи, сами по себе укладываясь в идеальную прическу, волосок к волоску, гладкие и блестящие.

Лера не удержалась от улыбки — у нее самой волосы так никогда не лежали, превращаясь из прямых прядей в волнистые локоны при малейшей влажности. А вот Катины всегда выглядели так, будто подруга только что сошла с кресла талантливого мастера. Но Лера знала: тут стоит сказать спасибо природе, парикмахерам её привередливая подруга доверяла разве что подравнять кончики.

Всю дорогу до института Катя посвятила допросу Леры о том, как прошел вчерашний вечер. Удивительно, как она еще дотерпела до утра, а не примчалась ночью. Но вот дождаться пар уже никак не смогла и зашла за ней домой, как часто делала раньше, когда они еще учились в школе.

— Сначала все было отлично, Кать. Он отвез меня на недостроенную высотку, ты же знаешь это место? Там действительно очень здорово и красиво. И он меня поцеловал. А потом еще раз, и еще. В общем, дальше мы очень много целовались и в перерывах разговаривали. И знаешь, с ним классно делать и то, и другое. Потом долго гуляли в парке, а после приехали ко мне домой… И сказка закончилась.

— Он что-то сделал тебе? — сразу напряглась Катя.

— Нет, ты что! К нам на огонек заглянул пьяный Ваня.

— Чего? — подруга округлила глаза.

— Ага. Это же надо было ему явиться именно вчера. Но, думаю, это не случайно. Он видел нас с Костей днем на парковке возле института, и, наверное, это сильно его задело.

— И что было дальше?

— А дальше они подрались, точнее, досталось только Ване. Он и так на ногах еле стоял. И нам пришлось отвезти его домой.

— И чем же еще заниматься на первом свидании, кроме как возиться с пьяным бывшим, — закатила глаза Катя.

— Но что еще хуже, у Ваньки дома была его мама, — продолжила Лера.

— А вечер становится все интереснее, — хихикнула подруга. — И что же сказала тетя Оля, когда увидела тебя с другим парнем?

— Мне ничего. Но уверена, что они с мамой уже все кости мне перемыли, обсуждая, кто это был рядом со мной и почему мы с Ваней до сих пор не помирились. Мама вчера не звонила, но чувствую, она еще все мне выскажет. Видимо, собирается с мыслями.

— Да ну и что? Очнись! Какая, к черту, разница, что там решили две женщины, пусть даже одна из них твоя мать? Она же не может указывать тебе, как жить и с кем встречаться. Это их мечты видеть вас вместе, но никто не сказал, что вы должны соответствовать их ожиданиям. Да и, к слову, что Ванька думает на этот счет? Я так понимаю, он не особо переживал, что вы расстались, пока не увидел тебя с другим, и это не задело его мужское самолюбие. Всерьез воспринимать цирк с Кристиной, думаю, не стоит. Да, наверное, таким способом он хотел, чтобы ты прибежала обратно, но вот только действительно ли этого хотел, или действовал по привычке?

— Я у него не спрашивала, — пожала плечами Лера. — Но ты, конечно, права, и я все это прекрасно понимаю. Но ты же знаешь мою маму, она всегда уверена в своей правоте. И убедить ее в чем-то невозможно, а, значит, будет скандал. А я так не люблю скандалы.

— Он тебе нравится? — Катя неожиданно замерла, и Лера тоже остановилась.

— Костя? Да, очень. Мне, кажется, я действительно влюбилась. И еще никогда не испытывала ничего подобного.

— Значит, это того стоит, миролюбивая ты моя. И плевать на скандалы и ссоры с мамой, настала пора показать, что у тебя тоже есть зубки. К тому же, она ведь тебе не враг, и когда увидит, что ты счастлива с ним, примет и поддержит.

Лера вздохнула. Ей тоже хотелось в это верить, но она слишком хорошо знала свою маму. И сомневалась, что она когда-нибудь сможет принять кого-то, кроме Вани рядом с ней. Но что удивительно: это не особо ее беспокоило. Примет мама Костю или нет — какая вообще разница, если именно рядом с ним мир вокруг расцветает? Катя права, маме стоит начать считаться с ее желаниями.

За разговором девушки незаметно дошли до института, едва успев к самому началу занятий. Всю первую пару Лера старательно пыталась вникнуть в суть семинара, но на самом деле не сводила взгляд с телефона, который упрямо молчал. Постепенно она начинала беспокоиться все сильнее. Неужели вчерашний вечер все-таки обидел Костю? От этих мыслей желудок сжался, а по спине пробежал холодок. Он вчера твердо сказал, что все хорошо, но вдруг позже все-таки решил, что их отношения с Ваней еще не закончены, и не захотел лезть? Едва дождавшись конца пары, она набрала номер парня.

— Привет, Лерочка! — Почти сразу услышала она на том конце провода его радостный голос. На душе сразу стало легче — значит, он на нее действительно не обижается за их проваленное свидание.

— Привет. Как ты?

— Все отлично. Извини, не успел тебе ни позвонить, ни написать. Я на работе, тут завал.

— Ничего страшного. Встретимся сегодня?

— Конечно! Во сколько ты заканчиваешь?

— Около трех.

— Я буду еще занят, тут накопилось много дел… Может быть, приедешь ко мне на работу? Это недалеко. Подождешь меня немного, а потом вместе пойдем? Если, конечно, хочешь. Или можем увидеться вечером.

— Хорошо, я приеду, — заверила его Лера.

— Отлично, сообщи, как освободишься, я закажу тебе такси.

— Я и сама могу добраться.

— Нет, мне так будет спокойнее. Сам я не успею, а Леха сегодня на смене — так бы попросил его.

— Он же не мой водитель, —рассмеялась Лера. — И не должен меня постоянно подвозить.

—Лер, не упрямься, просто позвони.

— Хорошо, — сдалась девушка. Если для него это так важно, почему не согласиться. — Тогда до встречи.

Лера положила трубку и встретила игривый взгляд Кати.

— Намечается второе свидание? Надеюсь, сегодня у вас все пройдет более удачно, — она толкнула подругу плечом. — И обойдется без приключений.

— Я тоже на это надеюсь.

Глава 24

Такси высадило Леру возле высокого гаража с тремя большими воротами для машин и большой вывеской “Автосервис” по центру. С одной стороны с ним соседствовала заправка, а с другой расположилось огромное складское помещение, возле которого выстроилось несколько грузовиков.

Несмотря на разгар рабочего дня, людей на улице практически не было, если не считать работников склада, которых едва можно было различить с дороги. Все въезды в автосервис оказались закрыты, из-за чего казалось, что внутри никого нет. Но тяжелая металлическая дверь, покрытая темно-зеленой краской, стояла немного приоткрытой давая понять, что хозяева все-таки на месте, поэтому Лера осторожно потянула ее на себя и вошла внутрь.

Перед ней оказалось огромное, но пустое помещение гаража. Внутри было светло: стены выкрашены в белый цвет, а через несколько окон под самым потолком лился дневной свет. Вдоль стен выстроились столы с инструментами, запчастями и неизвестным девушке оборудованием. А в одном из дальних углов выросла башня из шин, накренившись так, что оставалось непонятным — как ей вообще удается устоять.

Две машины, поднятые на автоподъемнике, зависли над землей и еще несколько стояли на полу. У одной не было колес, другая оказалась без дверей — Лера одарила их лишь беглым взглядом и подняла глаза наверх, туда, куда, сразу от входа убегала узкая железная лестница. Она вела к двери в какую-то комнату под самой крышей. И в это же мгновение дверь распахнулась, и показалась голова со знакомой рыжей шевелюрой.

— О, Лер, привет, — замахал ей рукой Макс и крикнул куда-то себе за спину: — Костян, тут к тебе пришли. Одна прекрасная незнакомка.

— Привет, — из-за его спины показался Костя и отвесил другу шутливый подзатыльник, вызвавший у того приступ смеха. — Иди сюда.

Лера стала медленно подниматься по шаткой лестнице. Макс, не переставая смеяться, снова скрылся в комнате, а Костя остался ждать наверху. Когда она оказалась рядом, он крепко взял её за руку и притянул к себе так близко, что его дыхание обожгло лицо.

— Привет, — повторил он снова, неотрывно глядя ей в глаза.

— Привет, — выдохнула Лера, и парень потянулся к ее губам. Нежно, но настойчиво ее поцеловал, притянув за шею. Поцелуй вышел коротким, но очень горячим, и в том, как он жадно терзал ее губы, сквозило нетерпение.

— Я скучал, — признался он, прижавшись к ее лбу своим. — Оказывается, несколько часов без тебя — это пытка.

— Я тоже скучала.

Костя улыбнулся и принялся покрывать лицо девушки быстрыми поцелуями, и она рассмеялась, зарывшись лицом в его кофту.

— Я бы продолжил, но тут слишком много людей. Поэтому закончим позже, — шепнул он ей в ухо, а затем указал на дверь. — Проходи сюда. Подождешь меня немного, хорошо?

Он открыл перед ней дверь, и Лера вошла в комнату. Она была совсем небольшой и представляла собой что-то среднее между кабинетом, складом и комнатой отдыха. К одной из стен прижался шкаф, полностью забитый бумагами и папками так, что они лежали даже сверху, а полки прогнулись под тяжестью. Рядом расположился письменный стол, бумаг на котором было не меньше. Лера невольно подумала, что ее маму удар бы хватил, увидь она такой беспорядок. Сама же девушка прекрасно понимала хозяина этого кабинета — на ее рабочем месте царил точно такой же бардак. Место у противоположной стены занял старенький диван с темной обивкой, на котором устроились Макс и Илья. На обоих были надеты синие рабочие комбинезоны — значит, ребята здесь работали.

За столом сидел мужчина лет пятидесяти, старательно что-то ищущий в тоннах бумаги. Он был высоким, подтянутым и широкоплечим, и его возраст выдавала только покрывающая голову седина на темных волосах.

— Привет, — Илья приветливо ей улыбнулся, Макс тоже расплылся следом в широкой улыбочке, но их напряженные лица подсказывали, что она невольно прервала какой-то важный разговор.

— Лера, это Пал Палыч, — Костя указал на мужчину, сидящего за столом. — Он наш шеф. Пал Палыч, это Лера.

— Здравствуй, Лера, — мужчина ласково, почти по-отечески, ей улыбнулся. — Рад с тобой познакомиться. Проходи, не стесняйся.

— Я тоже рада, — девушка немного смутилась от того, с каким теплом ее встретили. Словно она им родная.

Костя щелкнул кнопкой чайника, стоящего на тумбочке у двери и легко толкнул в плечо Макса.

— Уступи место девушке.

Макс тут же подскочил с дивана и жестом пригласил Леру сесть. А она смутилась еще сильнее.

— Ладно, парни, — хлопнул в ладоши Пал Палыч, поднимаясь из-за стола. — Давайте вниз, у нас ещё куча дел. Догоняй, Кость.

Все направились вниз, и Лере стало совсем неловко, будто она им помешала. Костя достал из тумбочки кружку, налил в нее кипяток из чайника и протянул её девушке.

— Я не вовремя? — спросила девушка, принимая из его рук чашку.

— С чего ты взяла? — парень нахмурился. — Ты всегда вовремя.

— Я же вижу, что прервала вас и отвлекла. Ты скажи, если я...

Он не дал ей договорить. Едва ощутимо пробежался пальцами по щеке и приподнял за подбородок, заставив посмотреть прямо в глаза.

— Не говори глупостей. Я же сам тебя позвал. Все в порядке. — Он нежно провёл большим пальцем по губам и добавил: — Я недолго и постараюсь закончить побыстрее.

Он спустился вниз, к остальным, а Лера осталась в комнате одна. Она снова принялась разглядывать скромную обстановку, и её внимание привлекла стена над письменным столом. На ней были развешаны фотографии в рамках, и девушка подошла поближе, чтобы получше их рассмотреть. На одной из них были запечатлены Костя, Макс и Илья, в рабочей одежде, на фоне гаражной стены. Все искренне и широко улыбались, а Макс, как всегда, над чем-то заразительно смеется.

На другой они вместе с Лешей разжигают костёр на природе. На третьей ребята вместе с Пал Палычем на рыбалке, и он с крайне довольным выражением лица, держит в руках только что пойманную крупную рыбу. На следующей Пал Палыч, Лёша, совсем еще мальчишка, и милая светловолосая женщина с кроткой улыбкой, обнимают друг друга. Так значит, Лёша его сын — теперь Лера четко видела сходство между ними и удивлялась, как не заметила этого сразу. Ещё и ещё фотографии, и на всех одни и те же лица.

Лера улыбнулась — это было так трогательно. Пал Палыч любит ребят, как родных, раз весь кабинет увешан их фотографиями. Они больше походили не на начальника и подчиненных, а на большую семью, где все они — его дети.

Рассмотрев все до одной, Лера села обратно на диван. Минуты медленно текли за минутами, а Костя всё не возвращался. Она только на секунду прикрыла глаза, и сама не поняла, как провалилась в сон.

Проснулась Лера от того, что кто-то легонько коснулся ее руки. Она резко села, не понимая, где находится, и закрутила головой по сторонам.

— Я, что, заснула? — Она уткнулась взглядом в Костю, опустившегося на корточки возле дивана и вспомнила, что пришла к нему на работу.

— Похоже на то. Меня не было от силы минут тридцать. Этот диван, несмотря на свой потрепанный вид, на редкость удобный, верно? Я часто сплю на нем. — И он хлопнул рукой по спинке дивана.

— Зачем?

— Порой находиться здесь намного приятнее, чем идти домой, — ответил Костя и резко сменил тему, взяв ее за руку. — Пойдем, я уже закончил. Получилось даже быстрее, чем я думал.

Продолжая держаться за руки, они спустились по лестнице вниз. Пал Палыча уже не было видно, а Макс и Илья перебирали инструменты возле одного из столов и о чем-то спорили.

— Пока, ребята, — крикнул им Макс. — Ведите себя хорошо.

— Пока, — Костя махнул им на прощание рукой.

На улице было еще светло, а погода стояла на удивление теплая и солнечная. Лера даже зажмурилась от яркого света солнца, плавно клонящегося к западу. Что за непостоянство — вчера моросил противный дождь, а сегодня так и слышатся отголоски прошедшего лета.

— Не против прогуляться пешком? — спросил у нее Костя. — В такую погоду просто преступление ехать на машине.

— Конечно!

— Как тебе ребята? — неожиданно спросил Костя.

— Они… Классные, — Лера даже растерялась от его вопроса. — Мне кажется, они хорошие друзья и горой за тебя. А почему ты спрашиваешь?

— Мне важно, что ты думаешь, — задумчиво ответил он. — Они мне, как семья, и ближе них у меня никого нет. Если честно, я ни у одной девушки раньше не интересовался об этом, мне было все равно. Но в отношении тебя, это кажется важным.

— Это, наверное, стоит принять за комплимент, — Лера смущенно улыбнулась.

Костя смерил ее длинным взглядом. А у нее в очередной раз бешено забилось сердце и перехватило дыхание. Он остановился и притянул ее к себе.

— Я серьезно. То, что я чувствую сейчас к тебе, я не испытывал ни к кому. И поэтому мне действительно важно, что ты думаешь.

— Тогда я думаю, у тебя отличные друзья.

Снова этот долгий взгляд. Он пристально смотрел на нее, будто обдумывая что-то. Обхватил руками ее лицо, и его горячие ладони обожгли щеки. Он молчал, и в повисшей между ними тишине, Лера отчетливо слышала, как быстро бьется его сердце. Спешит, мчится, пытаясь пробить грудную клетку. Девушка мягко положила руку ему на грудь, пытаясь успокоить сердцебиение. Костя прикрыл глаза и тихо спросил:

— А что ты думаешь обо всем остальном?

— О чем именно?

— Обо мне, моей семье и жизни?

— Если честно, я не знаю, что и думать. У меня слишком мало информации. Я не знаю, что происходит у тебя в жизни, не понимаю, почему ты не хочешь встречаться с полицией и кто эти люди, стерегущие тебя под подъездом. Ты ничего не говоришь, и порой мне страшно. Но я готова рискнуть. И хочу узнать о тебе больше.

Костя шумно выдохнул и отпустил ее лицо. Он не отступил и не отдалился, но Лера почувствовала, как расстояние между ними стало больше. Словно воздух треснул, и теперь эта невидимая трещина начинала понемногу увеличиваться.

— В этом и проблема, Лер, — он хрипло усмехнулся, и руки его опустились. — Я так не хочу, чтобы ты боялась. Страх иссушает все внутри. Я бы хотел рассказать тебе все о себе, но не могу. И не хочу — тогда страха станет только больше.

— Подожди, — прервала его Лера, пока пустота между ними покрывалась мелкой сеточкой трещинок. А потом подалась вперед и коснулась его губ. — Расскажи, что можешь. То, чем готов поделиться. Например, о своей семье.

— На самом деле рассказывать тут особо нечего, — горько усмехнулся Костя. — Мама с отцом развелись, когда мне не было еще и десяти лет. Он много пил, часто ее бил, да и мне тоже доставалось. Наконец-то ее терпению пришел конец, и она его выгнала. Квартира, в которой мы живем, досталась ей от родителей, поэтому отец, ничего не получив, уехал в другой город. Он стал жить почти в тысяче километров от нас, поэтому мы больше ни разу не виделись. Но, думаю, это скорее потому, что особого желания общаться со мной у него не было. Мы созванивались пару раз в год, на праздники. Ни денег, ни подарков на эти самые праздники от него никогда не было. В общем, типичная история.

Мама долго жила одна, потом в ее жизни стали появляться разные мужчины. Они жили у нас дни, недели, месяцы. Один сменял другого, я в какой-то момент перестал запоминать их имена и лица. Неизменно всегда одно — они много пьют, мало работают и от них больше проблем, чем помощи. Мама тоже стала выпивать, не каждый день, конечно, но на выходных устроить гулянку – это обязательно. А до меня ей никогда особо не было дела, я ей всегда скорее мешал и был постоянным напоминанием о моем непутевом отце.

Пару лет назад он умер, нам об этом сообщила его сожительница. Детей, кроме меня, он больше не завел, но это и к лучшему. Отец из него вышел на редкость хреновый.

Поэтому, когда я сказал, что мои друзья мне, как семья, нисколько не преувеличил. С парнями мы знакомы с детства – я, Макс и Илья учились в одном классе, а Леха старше нас на пять лет, мы с ним жили в одном дворе. И Пал Палыча я тоже знаю с детства – он мне заменил отца. С ним мы учились кататься на велосипеде и машине, ходили в походы, делились всем. Он порой даже в школу ко мне приходил, когда матери было не до меня. Он меня научил всему. Да я в детстве у них дома бывал чаще, чем у себя. А Леха мне, как родной брат. Поэтому после школы я пошел работать в автосервис к Пал Палычу, ему как раз нужен был помощник и напарник, а Леха семейное дело не поддержал – он пошел в медицину. Потом Пал Палыч убедил меня все-таки пойти учиться, и я поступил на заочное отделение. Тогда мне казалось это глупостью и лишней тратой времени, но он настоял. А теперь я ему благодарен — и за образование, и вообще за все. Если бы не он, Леха и его мама, ничего этого у меня не было бы. Я до сих пор не понимаю, как они смогли взять и принять мальчишку из неблагополучной семьи. Помогать, наставлять, заботиться. Собирать в школу, когда у матери, как обычно, не хватало на это денег, кормить, когда дома не было ничего, кроме водки. Любить так, словно я их второй сын. И никогда ничего не прося взамен — вряд ли я смогу хоть когда-то вернуть им этот долг.

— Мне так жаль… — Лера сочувственно посмотрела на него, не зная, как реагировать на такую откровенность.

— Не надо этого! — неожиданно жестко оборвал ее Костя и пронзил ледяным взглядом. — Не нужно меня жалеть. Я тебе не для этого все рассказал, просто хотел, чтобы ты знала обо мне немного больше. В конце концов, рождение — это чертова лотерея, повезет или нет родиться в хорошей семье с нормальными родителями. Мне не повезло, но это не повод для жалости. Это всего лишь факт. Факт того, что вся моя жизнь сводится к тому, чтобы выбраться из этого дерьма. И ты не поверишь, но так живут миллионы людей. Мир вообще не идеален.

В первую секунду в Лере вспыхнула обида на его резкие слова. Но уже в следующее мгновение она поняла — он злится совсем не на нее. Он был зол на весь мир за то, что у него оказались родители, которым дела до него не было, за то, что все свои проблемы ему приходилось решать в одиночку, за то, что ему помогали чужие люди. И сколько, наверное, ему встречалось вот таких сочувствующих, как она. Со словами «мне жаль». А потом спокойно уходивших прочь, ведь что, кроме своей жалости, они могли ему предложить?

— Я совсем не хотела тебя обидеть. — Девушка отстранилась от него и взяла за руку. Она была такой теплой, но Лера чувствовала холод глубоко внутри. — Но в жалости нет ничего плохого. Мне действительно жаль, что в твоей жизни все так сложилось, но это не делает тебя хуже. И тебе не нужно всегда казаться сильным, быть иногда слабым — нормально.

— Если я не буду сильным, кто тогда? — усмехнулся он.

— Я, если хочешь. — Она обвила руками его шею и притянула к себе. Уткнулась губами в теплую кожу, а пальцы запустила в волосы.

Костя дрогнул всем телом. Его руки крепко сжались на талии девушки, и он несколько раз глубоко втянул носом воздух. Несколько минут молчал, прикрыв глаза и не разжимая объятий, а затем произнес совсем негромко, в самое ее ухо:

— Ты сама не знаешь, что говоришь. Не нужно таких слов, если не уверена в них. А ты не можешь быть уверена — ты так плохо знаешь меня, крошка. Не берись сходу взваливать на себя чужую ношу, зачем тебе это? Ты молодая, безумно красивая и невероятно добрая, наслаждайся своей жизнью, а не занимайся спасением утопающих. Ты никому ничего не должна, разве что только себе — быть счастливой.

— Я счастлива прямо сейчас.

— Так не торопись разбираться с чужими проблемами, — он грустно улыбнулся. — Дай себе возможность насладиться этим чувством.

— А ты?

— Что я?

— Кто давал возможность тебе просто быть беззаботным и счастливым? — Лера немного отстранилась, пытаясь поймать его взгляд.

Костя снова улыбнулся, и теперь его глаза наполнились каким-то особенным теплом, словно темная бездна втянула в себя весь солнечный свет, согревающий их сегодня. Он погладил ее по щеке, заправил за ухо выбившуюся прядь волос, одной рукой притянул за шею поближе к себе и поцеловал в висок, едва касаясь губами. От его прикосновений — таких лёгких и почти невесомых, внутри у девушки начали кружить бабочки, решившие распустить свои крылышки. Его грусть и тоска ощущались даже больнее, чем собственные, и Лера сейчас так искренне, как никогда, хотела разделить с ним его боль. Сделать, что угодно, лишь бы понять — ему стало легче.

— Моя маленькая, милая, наивная девочка. Рядом с тобой я чувствую, как потерянные кусочки моей жизни, которые я уже и не думал найти, постепенно встают на место. Не бери на себя больше, ты и так делаешь практически невозможное.

Глава 25

Солнце совсем недолго радовало жителей города своим присутствием, и примерно через час прогулки по улочкам района, небо быстро затянуло и начал накрапывать дождик.

— Надо было все-таки ехать на машине, — усмехнулся Костя, накидывая на голову капюшон от куртки.

Лера, у которой его не было, только подняла повыше воротник и оптимистично заметила:

— Ерунда! Это даже дождем назвать сложно, так, пара капель упала.

Настоящий дождь хлынул минут через пять, и они едва успели добежать до торгового центра. Оба промокли, но Лера не могла перестать улыбаться, а Костя потащил ее в сторону туалетов — сушиться.

— Ты насквозь мокрая, — заметил он, и Лера коснулась влажных волос. Она словно только что вышла из душа, и теперь светлые прядки начали завиваться мягкими волнами. — И снимай куртку.

Девушка послушно скинула промокшую куртку, и Костя забрал ее, перекинув через плечо. Платье под ней тоже оказалось влажным, и девушка зябко поежилась. Парень тоже снял свою куртку и обхватил ее за плечо. От его объятий сразу стало тепло, и Лера с удовольствием прижалась к его боку. У дверей в уборную он ее отпустил, и они разделились.

Первым делом она умыла лицо теплой водой и глянула на свое отражение в зеркале. Глаза лихорадочно блестели, а улыбка была такой настоящей и искренней, что захотелось улыбнуться еще сильнее. Она уже не помнила, когда последний раз видела себя такой — счастливой и беззаботной. А рядом с Костей это получалось само собой.

Кое-как высушив длинные волосы под электрической сушилкой для рук, Лера вышла в коридор, где ее уже ждал парень. Она с разбегу заключила его в крепкие объятия, точно они расставались не на десять минут, а как минимум на месяц. Но девушка ощущала острую потребность прикоснуться к нему, обхватить посильнее и прижаться всем телом. Непонятное, нерациональное и такое несвойственное ей желание.

— Ты чего? — Костя удивленно вздернул брови, но с готовностью обхватил ее в ответ.

— Соскучилась, — шепнула Лера, целуя его в шею.

— Когда только успела? — он ухмыльнулся, возвращая ей поцелуй, и ноги девушки подкосились от наслаждения.

— Мне кажется, я скучаю даже, когда ты рядом. Абсурд, правда?

— Я тебя понимаю. — Он взял ее за руку и повел за собой к эскалатору.

— Куда мы?

— Хочешь есть? Я проголодался.

Только после этих слов Лера ощутила, как желудок свело от голода. До этого она даже об этом не думала.

— Немного.

— Отлично. Что хочешь?

— Без разницы. Полагаюсь на твой вкус.

— Тогда идем, я знаю тут одно классное место.

Они поднялись на второй этаж, Костя уверенно повел ее мимо прозрачных витрин, толпящихся людей и нагромождения вывесок в самую глубь торгового центра. В небольшом закутке оказалась почти неприметная дверь, ведущая в уютное кафе. Место его расположения оказалось крайне неудачным, и, если не знать, что оно здесь вообще есть, шансов у посетителей наткнуться на него случайно почти не было. Но внутри все равно было многолюдно, и им с трудом удалось отыскать свободный столик. Он оказался как раз возле высокого панорамного окна, из которого открывался вид на город.

Лера опустилась на мягкий диванчик кофейного цвета и огляделась по сторонам. Строгий интерьер в коричнево-бежевых оттенках, много света и успокаивающая музыка. И, наверное, вкусная кухня, раз здесь так много гостей.

— Мило, — заметила она.

— Это ты еще не пробовала их меню. Здесь отлично готовят.

— Часто бываешь тут на свиданиях? — не упустила Лера возможности его подколоть.

Он тихо рассмеялся и накрыл рукой ее ладонь. Осторожно погладил пальцами чувствительную кожу на запястье.

— Я не был на свидании… Очень давно.

— Почему?

— Не знаю. Не хотел, не было времени, не цепляло. Много причин.

— Я тоже, — призналась Лера. — Когда ты в отношениях весь свой сознательный возраст, необходимость в них отпадает. А еще все больше времени хочется провести отдельно, а не вместе. Потому что в какой-то момент начинаешь думать — а я точно отдельный человек, или просто чье-то дополнение?

Костя притянул ее руку к губам и поцеловал костяшки пальцев. И в этом невинном касании было столько страсти, что внизу живота разлился обжигающе горячий поток. Лера тяжело сглотнула и опустила глаза в меню.

— Что посоветуешь заказать? — быстро сменила она тему.

— Что хочешь. Мне здесь нравится все, — он улыбнулся и откинулся на спинку дивана.

Лера выбрала почти что наугад, указав подошедшей официантке на то, что первое бросилось в глаза. Думать получалось плохо, мысли путались и терялись, как бы она не старалась за них ухватиться. Не получалось сконцентрироваться ни на чем, кроме его глаз, затягивающих и обезоруживающих, улыбки, которую хотелось зацеловать и руках, от нежности которых накрывало с головой. Она едва заставляла себя держаться на диванчике прямо, орудовать вилкой и поддерживать разговор — на самом деле тело было таким ватным, что, ослабь она контроль над собой хоть на мгновение, сползла бы прямо на пол и растеклась по нему лужицей.

После ужина они направились в кино. Дождь еще не закончился, и Костя предложил переждать его там, а девушка не возражала. О чем был фильм Лера не помнила — они целовались до самых финальных титров. И оторвалась от его губ только, когда в зале вспыхнул свет, оповещая о конце сеанса. Костя тоже нехотя убрал руки, которые уже давно оказались у девушки под платьем, заставляя кожу гореть и покрываться мурашками.

Когда они, в десятом часу вечера, вышли из торгового центра, дождь наконец-то прекратился, и теперь с неба лишь изредка срывались крупные капли, выбивая из луж брызги. И непростительно быстро оказались возле подъезда Леры — а ей все еще так не хотелось его отпускать. Она еще не успела надышаться им настолько, чтобы суметь пережить ночь.

— Зайдешь? — с надеждой спросила она.

— Если ты хочешь. И, надеюсь, сегодня обойдемся без гостей?

— Я их и вчера не ждала, — Лера засмеялась. — И да, я настаиваю. Ты вчера так и не попробовал пирог.

Она схватила его за руку и не отпускала до того момента, пока за ними не закрылась дверь квартиры. Только там она выпустила его ладонь и, скинув куртку и обувь, направилась в сторону кухни. Бросила на ходу Косте:

— Проходи пока в комнату, я сейчас приду.

Включила чайник, словно напоить его все-таки чаем с пирогом было для нее безумно важным, и направилась в ванную. Усмехнулась своему отражению в зеркале — теперь к безумному блеску в глазах прибавились горящие щеки и припухшие покрасневшие губы. Она нервно их облизнула, а от воспоминаний о его жарких поцелуях в кино, едва не рухнула на пол.

Кое-как приведя себя в порядок и расчесав спутанные волосы, она ополоснула лицо прохладной водой и направилась в свою спальню, где с удивлением обнаружила Костю.

— Я думала, ты пойдешь в зал, — смущенно улыбнулась она.

— Мне нельзя было сюда заходить? Прости, я не знал.

— Нет, ничего страшного. — Она поспешно оглядела комнату на предмет слишком личных вещей.

Вроде бы все нормально. Кровать, небрежно с утра заправленная пледом. Комод с вещами, на котором стоит телевизор. Шкаф, забитый одеждой. К счастью, закрытый, там жуткий беспорядок. И письменный стол — и на нем, как всегда, черт ногу сломит. Маму это дико раздражает, но что поделать? На него, сколько не наводи порядок, вещи, словно магнитом, притягиваются. Вот и сейчас там полно всего – начиная от учебников и заканчивая миллионом бумажек с записями. Костя бегло осмотрел этот творческий беспорядок, и его взгляд остановился на нескольких фото в рамках, стоящих на столе. На одной она с родителями на море лет пять назад. На другой они дурачатся с Катей. На третьей… Вот черт! Они в обнимку с Ваней счастливо смотрят в камеру.

Взгляд Кости задержался на последнем фото чуть дольше, но он ничего не сказал. Вместо этого он произнес, указывая на семейный снимок:

— Твои родители? Ты очень похожа на маму.

— Да, мне все это говорят.

— Где они?

— Они работают, — Лера вздохнула. — У них аудиторская фирма, и им приходится часто уезжать.

— А это твоя подруга? — Он указал на Катю.

— Это Катя, она моя лучшая подруга. Да и, пожалуй, единственная. Я вас как-нибудь познакомлю. С Лешей она уже успела познакомиться, и мне показалось, между ними проскочила искра, — Лера рассмеялась, вспомнив лицо подруги, когда она рассказывала об их встрече с парнем.

— Надо же, Леха ничего мне не рассказывал, — брови парня взметнулись вверх, а потом он снова перевел взгляд на фотографию с Катей: — А она симпатичная.

— А я? — Лера слегка надулась. Он сейчас шутит или всерьез?

— Ты? — Он подошел к ней вплотную и взял ее лицо в свои руки. — Ты — самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал.

— Останешься на ночь? — неожиданно даже для самой себя выпалила Лера.

— Что?

— Останься здесь, — повторила девушка, с трудом проговаривая слова. — Если честно, я так не люблю ночевать одна, а с тобой мне удивительно спокойно.

— Хорошо, — Костя улыбнулся и коротко поцеловал ее в губы.

— Тогда я пойду заварю чай.

Лера почти бегом бросилась на кухню и, только оставшись одна, перевела дыхание и в отчаянии закусила губу. Она что, действительно только что предложила переночевать парню у себя? А что, если он неправильно все понял? Он же не невинный восьмиклассник и вряд ли остаётся ночью с девушкой для того, чтобы просто охранять ее сон. От этих мыслей стало очень жарко. Она ничего такого не планировала, и ей действительно с ним хорошо и спокойно, а отпускать его, чтобы вновь остаться одной, не хотелось. Но и заходить с ним так далеко она совсем не готова, хоть от его близости в голове поселяется блаженная пустота, и мыслить рационально не получается. Девушка тяжело вздохнула, осознав, какую кашу заварила. Тряхнув головой, она постаралась расслабиться. Ничего страшного не произошло. Они просто проведут ночь в одной квартире.

Она вернулась в комнату с двумя еще дымящимися чашками чая. Костя сидел в крутящемся кресле возле стола и медленно вращался то в одну, то в другую сторону, словно о чем-то размышляя. Влево-вправо. Влево-вправо. Эти плавные и размеренные движения должны были успокаивать, но вместо этого заставляли нервничать еще сильнее, как тиканье часов в ночной тишине комнаты. Лера натянуто улыбнулась — это все потому, что ее нервы натянуты, как струна, и готовы порваться от малейшего прикосновения.

— Может быть, посмотрим фильм? — поинтересовалась девушка.

— Еще один? — Костя рассмеялся и замер в кресле. Потом согласно кивнул головой. — Справедливо. Ведь тот мы совсем не смотрели.

Почувствовав, что краска заливает все лицо, Лера поспешно опустила кружки с чаем на стол и скрылась за дверцами шкафа, выбирая, во что переодеться. Найдя на полках подходящие вещи, она попросила:

— Тогда поищи что-нибудь интересное, а я сейчас вернусь. Пульт вот там.

В комнату она вернулась уже переодетая в домашние шорты и свободную футболку. Костя окинул ее долгим взглядом, который никак не хотел отводить. Их разделяли несколько метров, а кожа вспыхивала так, будто он касался ее.

— Что такое? — наконец, спросила Лера, опускаясь на край кровати.

— Ничего, просто не могу перестать удивляться, какая ты красивая.

— Ты, впрочем, тоже очень ничего, — фыркнула девушка. Ей пришла в голову мысль, сколько же девчонок теряло от него голову, прямо как она сейчас. А он? Скольким до нее он говорил эти слова? — Ты выбрал фильм?

— Да. — Ей показалось, что он включил едва ли не первую попавшуюся комедию, даже не успев прочитать название. А потом встал со стула и неожиданно снял футболку, обнажив торс. —Ты не против?

Сердце девушки совершило пируэт. И если до этого она еще надеялась сохранить ясность ума и самообладание, то теперь все ее надежды осыпались пеплом. Он был невероятно, просто чертовски хорошо сложен. Это вообще законно быть таким красивым? Она видела его без футболки и раньше — в ту ночь, когда он истекал кровью у нее на полу. Но тогда она просто не обратила на это внимания, было не до того — ее больше привлекал огромный разрез в районе живота. А все остальное слилось в сплошное мельтешащее перед глазами пятно.

Сейчас у нее появилась возможность его рассмотреть — и от увиденного становилось одновременно жарко, холодно и до мурашек приятно. Его тело было загорелым, подтянутым и рельефным, с четкими кубиками пресса на животе. Лишь повязка на правом боку омрачала картину — под ней наверняка останется шрам.

— Нет, конечно, — пробормотала Лера и отвела взгляд, поняв, что пялится на него слишком долго. — Чувствуй себя, как дома.

— Спасибо. — Костя щелкнул выключателем, вытянулся на кровати и притянул девушку к себе.

— Ох, — сдавленно охнула Лера. Она оказалась прижатой к нему всем телом. Одной рукой он крепко обнимал, а другой стал нежно перебирать пальцы ее руки. От него невероятно пахло — смесью мужского одеколона и мятной жвачки. Девушка тоже покрепче обняла его, положив голову на плечо.

Волнение отступало, и на смену ему приходило спокойствие. Она бы легко согласилась пролежать так целую вечность — только знать бы, что он не отпустит ее руку. В полумраке мерно мигал телевизор, но Лера едва улавливала суть происходящего на экране, и уже второй раз за вечер смысл фильма упорно ускользал от нее. Она слушала мерное дыхание парня, вдыхала его аромат, чувствовала его прикосновения по всему телу. Как вообще можно быть таким привлекательным? И почему она так легко готова потерять голову?

— Мне кажется, ты совсем не смотришь кино, — насмешливо усмехнулся Костя, нарушив молчание.

— Почему это? Конечно, смотрю!

— Ну, конечно. И что он сейчас сказал? — спросил парень, видимо, имея в виду главного героя.

— Я… — Лера не нашлась, что ответить. Она действительно совсем не обращала внимания на реплики героя фильма, усердно старающегося добиться расположения девушки.

Костя ловко приподнялся и навис над ней, опираясь на руки. В полумраке комнаты его глаза казались еще темнее, чем обычно. Он наклонился к ней так близко, что его дыхание обожгло кожу на лице. Затем мягко коснулся ее губ долгим поцелуем — не таким, как в кинотеатре, когда они на пару сходили с ума, до изнеможения терзая губы друг друга. Совсем другим — нежным, тягучим, как расплавленная смола и опьяняющим. Лера прикрыла глаза и с готовностью ответила на него. Но он уже оставил ее губы в покое и начал целовать в шею, спускаясь все ниже, к плечу. У девушки непроизвольно вырвался легкий стон. Не прекращая целовать, он одной рукой приподнял ее футболку и коснулся голого живота. Погладил его и двинулся вверх. Когда его ладонь дотронулась до кружевной ткани белья, настала его очередь глухо застонать. Костя нетерпеливо отогнул его в сторону, и пальцы нежно сжали грудь.

Воздух в спальне закончился. Отныне имели значение только его губы, неистово целующие ее. А еще руки — умело ласкающие чувствительную кожу сосков. Лера обхватила его за спину, чувствуя, как под пальцами перекатываются мышцы, сжала плечи, скользя руками по гладкой коже.

Он вытащил руку из-под футболки, и Лера не успела даже возмутиться, как тут же положил ее на бедро. Торопливо сжал и забрался под шорты. Принялся гладить ягодицы, а потом его рука принялась выводить узоры на внутренней стороне бедра, поднимаясь все выше и выше.

— У меня от тебя крышу сносит, Лер, — сдавленно прошептал он. — Серьезно, я вообще перестаю соображать. Почему ты так на меня действуешь?

У Леры не было ответа. Она вообще едва слышала его слова. Губы болели от отчаянных поцелуев, легкие горели, а тело больше не принадлежало ей. Оно жило своей жизнью то завязываясь в узел мучительной болью, то жадно хватаясь за Костино, ища спасения.

Он добрался до ее трусиков, и девушка сдавленно всхлипнула. Теперь их разделяла только тонкая, почти невесомая ткань, и его пальцы легко нащупали напряженную точку.

— Ты потрясающая. Ты просто охренеть, какая потрясающая.

Яркая вспышка мелькнула перед глазами в тот момент, когда Костя оттянул ткань трусов и коснулся обнаженной кожи. Лера резко выдохнула и неожиданно резко отстранилась. Дыхание сбилось настолько, что каждый новый вдох приходилось делать целенаправленно.

— Что случилось? — Костя непонимающе посмотрел на нее. — Я сделал что-то не так?

— Прости… — тяжело дыша, Лера отвела взгляд. — Я просто не уверена, что готова к чему-то большему.

Непонимание в его глазах сменилось удивлением. Он шумно выдохнул и тоже постарался выровнять дыхание. Прикрыл глаза, успокаиваясь, запустил пальцы в волосы, взлохматив их. Его тело била крупная дрожь, и Лера очень хорошо видела, насколько он возбужден. Костя с трудом вернул себе контроль над телом и даже нашел силы улыбнуться.

— Как скажешь, — согласился он, но в его голосе промелькнуло легкое разочарование.

— Кость, прости... — снова начала Лера.

— Это ты прости. Мне нужно было держать себя в руках.

— Я не хотела, правда.

Он прервал ее мягким, почти невесомым поцелуем. Едва коснулся губ, заставляя замолчать. Затем серьёзно посмотрел и произнес:

— Если хочешь, я сейчас уйду.

Лера отрицательно замотала головой — меньше всего на свете ей сейчас хотелось, чтобы он ушёл.

— Я хочу, чтобы ты остался. Пожалуйста, не уходи. Я действительно хотела, чтобы сегодня ночью ты просто был здесь, рядом со мной. Извини, если ввела тебя в заблуждение.

Он кивнул, мягко улыбнулся и снова откинулся на подушку, все еще пытаясь восстановить дыхание и унять бешено стучащее сердце. Лера закусила губу, пытаясь понять, обижен ли он? Злится? Разочарован?

— Все в порядке, — словно прочитав ее мысли, снова улыбнулся Костя и протянул руку, будто приглашая ее в свои объятия. — Иди сюда! Мы вряд ли успели пропустить что-то интересное.

Девушка с готовностью прижалась к парню и попыталась сосредоточиться на фильме, слушая, как громко и быстро колотится его сердце. Все и правда в порядке? Она ведь хотела не меньше, чем он, ее едва не разрывало от желания. И совсем не хотелось, чтобы он решил, будто причина в ее нежелании, а не в том, что просто стало страшно. Это даже жестоко — сначала дать ему надежду, а потом оттолкнуть. И он явно этого не заслужил.

Повинуясь внезапному порыву, Лера высвободилась из его объятий и, ловко перебросив ногу, уселась сверху. Парень изумленно посмотрел на нее снизу вверх.

— Что ты делаешь, Лер? — глухо спросил Костя.

Не отвечая на его вопрос, она быстро, пока не успела передумать, стянула с себя футболку, оставшись перед ним в одном бюстгальтере и шортах. Он положил руки ей на талию и, внимательно посмотрев ей в глаза, повторил свой вопрос:

— Что ты делаешь?

— Хочу тебе дать то, на что ты рассчитывал. Ты же этого хочешь?

— Прекрати, Лер. — Он произнес это очень тихо, даже немного со злостью.

— Почему? Ещё пару минут назад ты был совсем не против.

— Пару минут назад я думал, что ты тоже этого хочешь. Не надо делать из меня подонка. Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать.

— Эй, вообще-то это я сейчас сижу на тебе сверху. Разве это похоже на то, что ты меня принуждаешь?

Он едва уловимо улыбнулся, но продолжил также серьёзно:

— Конечно. Ты решила, что задела меня своим отказом и тут же бросилась это исправлять. Только проблема в том, что ты сама этого не хочешь и не готова двигаться дальше — и это я вполне могу понять. Но если сегодня что-то случится, ты потом будешь об этом жалеть. А мне бы этого не хотелось.

— Хочешь сказать, ты не обиделся?

— Нет, — он вздохнул, и его ладони стали медленно и аккуратно поглаживать кожу на спине. — Но на самом деле это и не важно. Я не стою того, чтобы ты через себя переступала. Ни один парень не стоит.

— Ты, наверное, думаешь, что я идиотка. — По крайней мере, именно так Лера сейчас себя и ощущала, сидя полуголой верхом на парне.

— Я думаю, что ты очень добрая. Даже слишком. Ты боишься обидеть людей, и поэтому готова делать даже то, что не хочешь.

Лера нахмурилась. Ради близких людей она действительно была готова на многое и часто в угоду их желаниям не обращала внимания на свои. И окружающие этим умело пользовались — взять хотя бы маму, которая навязывала ей своё мнение, а девушка послушно шла на поводу, лишь бы та не беспокоилась. Или Ваню, который всегда делал так, как удобно ему, а Лере оствалось подстраиваться. И сейчас, впервые в жизни, кто-то ее остановил и заставил подумать о себе и своих желаниях, а не просто воспользовался ее слабостью. К горлу подкатил ком, и Лере стоило огромных усилий не расплакаться.

Руки парня, до этого нежно поглаживающие кожу на спине, животе и талии, стали сжиматься все крепче.

— Лера, пожалуйста, прекрати, — он почти что взмолился. — Я ведь не железный, и уже почти себя не контролирую. Ты меня так с ума сведешь.

Он протянул ей футболку, которую девушка тут же надела. Помедлив пару секунд, Костя добавил:

— Лер, я совру, если скажу, что не хотел этого. Конечно же, я хочу тебя, это очевидно. Но не значит, что я не готов подождать столько, сколько тебе потребуется.

— Я думала, парни не любят ждать, — пробормотала Лера.

И вспомнила, как злился и обижался Ваня при каждом ее отказе. И как был доволен, когда она наконец-то согласилась. А еще она слишком хорошо помнила гнетущее чувство опустошенности после — вроде бы все было хорошо, ей даже понравилось, и она не могла сказать, что жалела. Но мысль, что поторопилась и просто пошла навстречу Ване не давала покоя. Словно она стояла на краю обрыва и медленно считала до десяти, готовясь прыгнуть в воду, а ее неожиданно толкнули туда на счет “три”.

— Парни много чего не любят, — улыбнулся Костя. — Поверь, я не так уж сильно расстроюсь, если между нами сегодня ничего не будет. В моей жизни было полно отношений, в которых не было ничего, кроме секса. Но с тобой все иначе. Ради тебя я готов ждать сколько угодно. Хотя, не отрицаю, что это будет нелегко.

— Спасибо тебе. — Лера нырнула в его теплые объятия и прижалась как можно крепче, готовая разрыдаться от переполнявших ее эмоций. Радуясь, что он понял, поддержал и не осуждал.

Костя зарылся лицом в ее волосы и тихо прошептал:

— Я просто побуду рядом с тобой, слышишь?

Глава 26

Лера проснулась от того, что солнце светило ей прямо в глаза. Она перевернулась на другой бок и уткнулась прямо в лежащего рядом парня. Девушка открыла глаза и увидела, что он мирно спит, закинув на неё одну руку. Лера улыбнулась и прислушалась к его размеренному дыханию, а затем, осторожно убрав руку, встала с кровати. Мельком глянула на часы — половина десятого — и направилась на кухню готовить завтрак.

Там она первым делом поставила вариться кофе, и, пока кофеварка тихонько шипела, поджарила тосты. Она как раз разливала свежесваренный кофе по кружкам, когда на кухне появился Костя.

— Доброе утро, твой завтрак почти готов.

— Доброе утро. Ты просто чудо, я уже говорил? — он поцеловал ее в щеку. — Я сначала в душ, хорошо?

— Конечно, у тебя есть еще несколько минут.

Минут через пять Костя вернулся из душа, покрытый каплями воды, лениво сползающими вниз. Словно он так торопился, что не успел стереть их полотенцем или намеренно оставил кожу влажной и дал возможность мельчайшим капелькам самостоятельно испариться, даря прохладу. Взъерошил мокрые волосы, на ходу застегивая джинсы, и едва заметно улыбнулся. Отвести от него взгляд было почти физически сложно — хорошо прокачанные грудные мышцы и кубики пресса, сильные руки, умеющие быть такими нежными, дорожка из волос на животе, заманчиво убегающая под пояс джинс.

Лера нервно сглотнула и опустила взгляд вниз и уставилась в кружку с кофе, наблюдая, как молоко окрашивает черный напиток в кремовый цвет. Костя опустился на стул напротив девушки и мягко накрыл ее руку своей.

— Спасибо за завтрак, мне очень приятно.

— Ты у меня в гостях, как можно было поступить иначе?

Он покачал головой.

— Откуда ты взялась такая?

— Какая? — насторожилась девушка.

— Волшебная. Заботливая. Такая милая и трогательная. Я просто с ума схожу, когда ты вот так смущаешься. Хочется схватить тебя и больше не отпускать.

— Я никуда не убегаю, — Лера улыбнулась.

— А вдруг я сейчас проснусь, и это окажется всего лишь сном? И меня безжалостно выбросит в реальность, где тебя нет? Что, если я все еще лежу в бреду, и ты мне только снишься?

— Что ты такое говоришь? — Девушка сжала его руку, а другой дотронулась до щеки.

Он прикрыл глаза и уткнулся лицом ей в ладонь, а затем осторожно коснулся губами. Из его груди вырвался тяжелый вздох.

— Я правда здесь. И никуда не исчезну, обещаю.

Костя распахнул глаза, и в его взгляде мелькнула затаенная боль. Сердце Леры сжалось от тоски — как бы ей хотелось, чтобы она пропала навсегда.

— Последние дни я просыпаюсь с мыслью, что в один ужасный момент тебя снова не станет. Ведь я просто не могу понять, откуда в моей жизни могло взяться что-то настолько прекрасное. У меня такое ощущение, будто я все время шел в темноте, и только сейчас увидел впереди свет.

Лера почувствовала, что ей не хватает воздуха. Он все ещё прижимал ее руку к своей щеке так, словно это последнее, что удерживало его от падения в какую-то одному ему известную пропасть. Ее ладонь согревало теплое дыхание, а от нежных прикосновений губ вверх по рукам бежали мурашки.

— Я... Я не хочу лезть не в свое дело, но, знай, что я всегда готова тебя выслушать.

— Спасибо за предложение, — уголки его губ поднялись вверх. — Но не забивай себе голову. Со мной все в порядке, просто рядом с тобой я становлюсь на удивление сентиментальным.

— Сочту за комплимент, — улыбнулась девушка, а затем добавила: — Твой кофе, кстати, почти остыл.

— Плевать, выпью холодный, — пробормотал он и притянул ее поближе. Медленно и дразняще поцеловал, и Лера прижалась к нему покрепче, обхватив за голые плечи. — Когда ты рядом, я могу думать только о тебе. Когда нет — тоже. Ничего не могу с собой поделать.

— Так не хочу, чтобы ты уходил, — вздохнула девушка, проводя ладонями по коже. — Но сегодня приезжают родители. Вряд ли они обрадуются, обнаружив в квартире незнакомого парня.

— Увидимся позже, хорошо? Мне сегодня нужно на работу, и я бы все равно не смог остаться, — Костя уткнулся лицом ей в шею и поцеловал. — Я тебе позвоню.

***

Костя вышел на улицу и набрал полную грудь свежего воздуха. Медленно выдохнул. Начал искать взглядом машину, пока не вспомнил, что она так и осталась стоять возле автосервиса, откуда они вчера с Лерой ушли гулять. Он даже обрадовался этому факту — пешая прогулка в одиночестве ему сейчас была просто необходима.

Еще больше он хотел пробежать с десяток километров или хотя бы погрузиться с головой в ледяную воду. Но о пробежке не стоило и думать — слишком велик риск того, что швы разойдутся, и он начнет опять истекать кровью. И если это его не прикончит, то гарантированно убьёт Леха за столь наплевательское отношение к своему здоровью.

А вот оказаться под обжигающе холодной водой он мечтал еще со вчерашнего вечера, когда его душу едва ли не наизнанку вывернуло от ошеломляющей близости Леры. А когда полуобнаженная девчонка вдруг оказалась на нем сверху, одному Богу известно, чего ему стоило не притронуться к ней. Он даже не знал, что обладает таким запасом силы воли, но все же был крайне близок к поражению в этой борьбе с самим собой.

И если бы на ее месте была любая другая, он уверен, что не стал бы особо сопротивляться. И даже успокоил вечно не дремлющую совесть тем фактом, что "она сама захотела". Но с Лерой... С ней никак нельзя было так поступить — мысль, что он обидит ее словом или делом резала больнее ножа. Костя даже сам не понял, в какой момент его накрыло этой лавиной чувств, но одно он знал точно — его прочно погребло под ней, как незадачливого альпиниста в горах. Эта девушка легко влезла в душу, забралась так глубоко, что он едва понимал, как у нее это вышло. Играючи преодолела все так тщательно возводимые им преграды. Больше не было “нельзя”, “неправильно” и “это плохо кончится”. Он всегда считал, что способен держать свои эмоции под контролем и не идти на поводу у чувств. Но какое же его ждало удивление, когда оказалось — она, не задумываясь, ставит его на колени и обнажает душу, а он и не думает сопротивляться. И будь это тысячу раз неправильно, какое это теперь вообще имеет значение? Если она уже проникла под самую кожу?

В кармане куртки заиграл телефон. Костя вытащил его и, увидев имя звонившего на экране, поморщился. Но звонок все-таки принял, грубо ответив в трубку:

— Что надо?

— Эй, полегче, дружок. Ты что абонентов перепутал?

— Я тебе не дружок, — тихо зарычал Костя. — Я уже говорил, не заставляй меня повторять.

— Как знаешь. Хотя со мной лучше дружить, — засмеялся его собеседник. — Я по делу. Во-первых, тебе привет сам знаешь от кого. А, во-вторых, заглянем с ребятами завтра к тебе в гости.

Парень едва не заскрежетал зубами от злости. Процедил в ответ:

— Нет.

— Что ты сказал?

—Нет. Не раньше, чем во вторник. Даже не вздумай явиться завтра.

— А ты не приборзел, парень? Это я тебе говорю, когда приду, а не наоборот.

—Еще ничего не готово, — рявкнул Костя. — Так что избавь меня от лишней встречи с тобой и твоими шавками.

Из трубки зазвучали ругательства, но он уже нажал на отбой. Едва удержался, чтобы не разбить телефон и выместил свою злость на так кстати попавшейся под ногами жестяной банке из-под пива. Он со всей силы пнул ее ногой, с трудом сумев заглушить рвущийся из горла громкий крик. Банка отлетела на несколько метров и с грохотом врезалась в растущее вдоль дороги дерево, спугнув стаю сидящих на нем птиц.

Легче не стало.

***

К огромному гаражу, служившему пристанищем их мастерской, Костя подошел уже минут через десять. Дошёл даже быстрее, чем рассчитывал — и все из-за ярости, подгонявшей точно хлыстами.

Дверь оказалась приоткрыта, а внутри горел свет, и громко играла музыка. Парень вошел внутрь и обнаружил там Илью и Макса, переодетых в рабочую форму. Они сидели у дальней стены на потертых пластиковых стульях, составленных вокруг круглого столика, и курили, решив устроить себе перерыв от работы. Увидев друга, они, не сговариваясь, помахали ему, и Костя, кивнув в ответ, подошел поближе.

— Вы чего тут забыли, парни? Сегодня суббота, выходной вообще-то.

— А ты? — ответил вопросом на вопрос Илья.

— Поработать захотелось.

— Вот и нам, — заржал Макс. — Проснулись с Илюхой утром, чего-то заняться нечем в такой чудесный день, дай, думаем пойдём поработать.

Костя улыбнулся и, вытащив из пачки сигарету, прикурил и затянулся. Он очень редко курил, но сегодня хотелось хоть немного сбросить пар. И в который раз задался вопросом: за что ему так посчастливилось иметь таких друзей? Наверное, в этом мире всё-таки существует шаткое подобие равновесия, и, забирая одно, судьба щедро одаривает тебя другим. Только потом все равно норовит отобрать, и вот тогда уже приходится вгрызаться ей в глотку, как дикому волку, защищая то, что дорого — это Костя слишком хорошо усвоил.

— О, у кого-то сегодня плохое настроение? — Илья указал на сигарету в руках друга.

— Я бы с удовольствием сейчас уединился с боксерской грушей, но нельзя. Приходится так.

— Можно еще уединиться с какой-нибудь красоткой, эффект будет примерно тем же, — ухмыльнулся Максим. — Ты же вчера не один ушёл, чего такой дерганный тогда? Или Леха тебе вообще все упражнения запретил, даже в горизонтальной плоскости?

Он громко засмеялся, а Костя смерил его таким тяжелым взглядом, что Макс даже поперхнулся и округлил и без того огромные глаза.

— Та-а-ак, подожди. Только не говори, что у тебя с этой девчонкой все серьезно.

Костя молчал. Не мог обратить в слова все, что испытывал к Лере — смесь необузданной страсти и обезоруживающей нежности, разрывающего на части дикого желания быть рядом каждую минуту и не менее сильного — спрятать ото всех, и даже от себя.

В первую очередь от себя.

— Похоже, кое-кто влюбился, — серьезно констатировал Илья.

— Я не знаю. Наверное. Меня в щепки крошит от одного ее взгляда.

— О-о-о-о, дружище, да тут крайняя степень любовного помешательства. — Илья похлопал его по плечу.

—Так я не понял, — не унимался Максим. — Ты влюбился, как мальчишка, она вроде тоже на тебя смотрит, как на сказочного принца. Чего не в духе тогда? Ночка разве была не прекрасной?

Костя опустился на стул и выдохнул сигаретный дым практически в лицо ухмыляющемуся рыжеволосому другу. Смерил его долгим пронизывающим взглядом:

— Макс, какой же ты всё-таки бываешь придурок.

Тот возмущенно замахал руками и закашлялся.

— Да что я такого сказал-то?! Могу вообще молчать. — Он обиженно поджал губы.

— Сделай одолжение, а? Хотя бы на пять минут, — усмехнулся Костя. — И вообще, дело не в Лере. Мне сейчас звонил Руслан. Сказал ждать его завтра. Я, конечно, сказал, чтобы не заявлялся раньше вторника, но не думаю, что он послушает.

В помещении, которое еще несколько секунд назад наполнял расслабленный дружеский смех, повисла напряженная тишина. Костя кожей почувствовал липкие щупальца, обхватившие его за шею — он всегда знал, что они там, но в такие моменты ощущал это особо остро. Макс больше не смеялся, словно имя Руслана застряло у него во рту костью, а у Ильи между бровями залегла глубокая морщина — и как же хотелось отмотать время назад и не произносить этих слов вовсе.

— Ладно, — первым среагировал Илья. — Подумаешь, Руслан. Покажем, что есть, и пошел он к черту.

Костя хрипло рассмеялся. Пошел он к черту. Не так давно эта фраза чуть не стоила ему жизни.

— Нет, не так, — покачал он головой. — Я покажу. Вас завтра здесь быть не должно.

— Но Кость… — заспорил было Илья.

— Я серьезно. — Костя поднял вверх руку, вынуждая друга остановиться. — Даже не вздумайте прийти.

— Ага, — проворчал Макс. — Предлагаешь оставить тебя здесь одного? Тебе мало прошлого раза?

— Я справлюсь. И мне будет проще, если я буду знать, что мне не нужно переживать еще и за вас.

— Мы вообще-то тоже не беспомощные дети! — возмутился Макс.

— Макс! — Костя повысил голос. — Просто пообещайте, что завтра я вас тут не застану.

Он переводил требовательный взгляд с одного дуга на другого, и тем не осталось ничего, кроме как сдаться.

— Окей, — Илья кивнул, и Макс нехотя повторил его движение. — Только знай: я не согласен с твоей позицией. Но решать тебе.

Костя с облегчением выдохнул. Он мог быть тысячу раз идти вразрез с мнением парней, и окажись тот же Илья на его месте, точно также уверял бы друга в том, что он ошибается. Но это все было неважно. Он не имел права оступиться и ошибиться. Рухнуть на самое дно пропасти и потянуть за собой еще и их.

Несколько секунд в гараже стояла оглушительная тишина. Каждый думал о своем, и Костя ясно слышал, как глухо капала на бетонный пол вода из неплотно закрытого шланга.

Кап. Кап. Кап.

Точно также утекала по каплям его жизнь. Словно кто-то забыл плотно закрутить вентиль, и теперь она просачивалась из него и растекалась по грязному полу, прекращаясь в ничто.

Воспользовавшись этой заминкой, Костя перевел тему:

— Парни, идите домой. Вы и так до хрена здесь впахивали, пока я дома прохлаждался. Теперь отдыхайте, дальше я сам.

— Ага, конечно, — заверил его Илья. — Вот сейчас только здесь закончим, и обязательно отдохнем. Ты нам и так запретил завтра приходить, так что придется поработать сегодня подольше.

Глава 27

Оставшись одна, Лера принялась за уборку. Обычно это занятие всегда отвлекало от беспокойных мыслей — стоило сделать музыку погромче и начать с усердием разбирать очередной шкаф. В детстве она часто спасалась этим от тошнотворного чувства одиночества, поэтому после каждой командировки родители возвращались в сияющую чистотой квартиру.

Сегодня это тоже почти сработало — и ей удалось хоть ненадолго перестать думать о Косте и том, что произошло вчера, пока она раскладывала по местам вещи, скопившиеся на письменном столе. Почти — потому что то и дело ловила себя на мысли, что вспоминает о нем и глупо улыбается, рассеянно переставляя рамку с фотографией с места на место. Опомнилась она ближе к полудню, когда поняла, что меньше, чем через час родители будут дома, а ей даже нечем их накормить. Поэтому, бросив уборку, заторопилась на кухню — готовить обед.

Звонок в дверь раздался неожиданно, и Лера удивленно вскинула голову, чтобы посмотреть на часы. Время бежало слишком быстро, а она никак не могла собрать себя в кучу и вернуться в свою привычную жизнь, которая была до появления Кости. А, главное, не хотела.

— Привет! — воскликнула Лера, распахнув дверь.

— Привет, Лерка! — Папа крепко зажал ее в объятиях, а мама быстро чмокнула в щеку. — Как ты тут?

— Всё отлично, как и всегда.

— Я и не сомневался, — папа подмигнул ей, — ты же у нас умница. Накормишь нас? А то лично я голодный, как зверь!

Лера засмеялась и пошла накрывать на стол, пока родители умывались и переодевались. Разливая по тарелкам суп, она размышляла, удастся ли им хотя бы спокойно поесть, или допрос начнётся прямо во время обеда. Зная свою маму, девушка была удивлена, что та не завалила ее вопросами прямо с порога. Выжидательная тактика — совсем не ее конек, она говорила сразу все, что крутилось у нее в голове, обычно не задумываясь, стоит ли вообще открывать рот.

— Лера, как у тебя дела? — начала мама, едва взяв в руки ложку.

Ну вот, началось. Плакал их спокойный обед, сейчас будет скандал.

— Я же сказала, всё отлично, — Лера выдавила неискреннюю улыбку. За неделю, что их не было, она успела начать дышать полной грудью, но, едва вернувшись, мама с лёгкостью перекрыла ей кислород.

— А с Ваней? — В ее голосе появились требовательные нотки.

— И с Ваней всё тоже отлично, — уверенно ответила девушка и поджала губы.

— Хочешь сказать, вы помирились? — мама вздернула бровь.

— Нет, конечно. Почему мы вообще должны были помириться? Мы расстались, и точка. — Лера старалась отвечать, как можно спокойнее, хотя мамино желание контролировать ее жизнь начинало напрягать все больше.

— Это очень глупо, Лера. — Мама неодобрительно покачала головой.

— Глупо — это навязывать мне того, с кем я должна, по твоему мнению, встречаться! — резко выпалила девушка. — Это моя жизнь, мама.

Елена разгневанно сверкнула глазами, а папа, поняв, что назревает серьезный конфликт, примирительно поднял руки:

— Ну же, девочки, не ссорьтесь. Лен, мы с тобой уже тысячу раз обсуждали, что это совсем не наше дело.

Мама недовольно замолчала. На пару минут в комнате повисла напряженная тишина, прерываемая только стуком ложек о тарелки. Неужели пронесло? Но молчание продлилось совсем недолго.

— Хорошо, — не вытерпев, мама решила зайти с другой стороны. — Оля мне рассказала, что видела с тобой какого-то парня. Не хочешь рассказать, кто это?

— Нет, — категорично ответила Лера, а затем, немного подумав, уже мягче добавила: — По крайней мере, пока.

— Почему? Что за секреты?

— Да потому, что ты даже не дашь ему шанса тебе понравиться. Ты его еще не знаешь, а уже настроена против него, ведь так?

— Мне просто хочется знать, с кем моя дочь проводит время.

— Для чего? Чтобы сделать что? Запретить общаться, если компания покажется недостойной? Мам, мне не десять лет, я в состоянии сама понять, с кем мне проводить время и как.

— Не десять, конечно, но ты еще так молода и неопытна. Вот в Ване я уверена — он тебя не обидит и не предаст, а можешь ты сказать такое про этого парня?

Лера истерически рассмеялась. Да уж, если подумать, мама довольно плохо знает свой объект обожания. Сказала бы она то же самое, окажись свидетельницей его последнего визита? На долю секунды мелькнула мысль рассказать все: и про темный двор, где она оказалась по Ваниной вине, и про его пьяные оскорбления и агрессию. Но не стала. Их отношения должны остаться только между ними, даже если бы таким образом удалось утереть маме нос.

— Во-первых, как ты можешь быть в этом так уверена? Ты умеешь предсказывать будущее? Откуда тебе знать, что будет между нами через несколько лет? А во-вторых, если так рассуждать, то получается вообще нельзя доверять людям, которых ты знаешь чуть менее, чем всю свою жизнь. Ты же сама вон как-то с папой познакомилась, и ничего.

— Это другое, — категорично ответила мама.

— Мам…

— Стоп! — прервал их папа. Этот разговор ему порядком надоел, и голос его звучал раздраженно. — Лен, ну что ты к ней пристала? Она же не замуж за этого парня собралась! Да хоть бы и замуж. Захочет — расскажет, нет — значит, так надо. Неужели ты про всех своих парней родителям докладывала, а?

— Непременно! — воскликнула мама и укоризненно посмотрела на дочь. — Дабы они не волновались, что я связалась с непорядочным человеком.

Лера глубоко вздохнула. Этот разговор зашёл в тупик. Мама живёт в каком-то своем мире, выбраться из которого, равно, как и попасть туда — та еще задача под звёздочкой.

— Ага, конечно! — громко засмеялся папа. — Да мы с тобой три месяца по подъездам встречались, чтобы твой папа нас не засек.

Лера не удержалась от смеха и бросила благодарный взгляд на папу. На лице мамы, наконец, тоже стала расползаться улыбка, и они все втроем рассмеялись над папиной историей. Девушка облегченно выдохнула, надеясь, что буря миновала. Нужно как-то пережить обед, а потом можно спрятаться в комнате до вечера.

Но смех Елены быстро оборвался. Она снова нахмурилась и повернулась к мужу.

— Сереж, ты что, не думаешь о будущем дочери? Ладно, ей двадцать, у нее ветер в голове. Но ты-то должен думать на несколько шагов вперёд! — Она разгневанно всплеснула руками. — Лера оступилась, какой-то парень заморочил ей голову, и твоя дочь в шаге от того, чтобы разрушить свою жизнь. Сейчас ее влюблённая эйфория пройдёт, и с чем она останется? Потом будет локти кусать, а уже поздно! Мы должны указать ей верный путь.

Лера прикрыла глаза, чувствуя, что закипает. Забавно, но в глазах собственной матери она была лишь безвольной и глупой куклой. “Лера оступилась”, “ей заморочили голову” — мама никак не хотела видеть в ней человека, который может принимать собственные решения. Она настолько привыкла контролировать свою дочь, что была уверена: точно также делают и все остальные.

Лера задыхалась. Ее душила злость, а еще цепь, на которой она так долго сидела.

— Мам, ты себя слышишь?

— Слышу. А ещё слышу тебя! И вижу, как ты изменилась. Это наверняка все влияние этого парня. Ты раньше никогда так со мной не говорила. — И мама почти незаметно всхлипнула. Лера сжала руки в кулаки — начинается второй акт трагедии. Когда не помогают убеждения, в ход идут манипуляции.

— Да, я изменилась, но только в том, что впервые решила поступить против твоей воли. Но дело не в нем, а только во мне. Во мне, понимаешь? Я больше не хочу жить по твоей указке, и это не потому, что кто-то на меня плохо повлиял. А потому, что я решила выбраться из той жизни, которую ты для меня придумала.

Мама демонстративно бросила ложку и на стол и вышла из кухни. Лера слышала, как она громко хлопает дверцами в шкафу, где лежала аптечка, долго шуршит бластерами с лекарствами — слишком долго — чтобы девушка в полной мере прочувствовала всю свою вину. Потом включает воду в ванной, умываясь, и через несколько минут — характерный тихий гул автоматического тонометра. Спектакль, который она играла лишь с одной целью — заставить дочь одуматься и почувствовать вину.

Лера отложила свою ложку. Аппетит пропал. Она подняла глаза на папу, который тоже вяло копался в тарелке.

— Пап, я разве не права? — тихо спросила она. — Я просто хочу жить так, как хочу, а не так, как заставляет она.

— Права, дочь. Конечно, права. Не переживай, все будет хорошо. Она обязательно поймет и смирится, что ты уже давно взрослый человек, который не нуждается в ее опеке.

***

После обеда Лера отправилась к себе в комнату и засела за учебники. Спряталась ото всех, но все равно слышала негромкие разговоры за стенкой и голоса: мамин с ноткой истерики и папин — раздраженный и злой. Это резало по живому, родители очень редко ругались, и осознание, что сейчас именно она — причина их ссоры, только больше разжигало чувство вины. Не успела она слезть с одного маминого поводка, как тут же угодила на другой, и непонятно какой еще держал крепче.

Через пару часов в дверь ее комнаты тихонько постучались, и мама, приоткрыв дверь, заглянула внутрь. Подозрительно мило улыбнулась, словно совсем недавно они не разругались в пух и прах и проворковала:

— Лерочка, к тебе гости.

— Кто? — Лера напряглась. Неужели Костя?

— Я думаю, ты будешь рада, — мама торжествующе улыбнулась, будто, как минимум, только что открыла новый химический элемент, и открыла дверь пошире.

На пороге стоял Ваня. Рада? Лера в недоумении глядела на счастливое, нет, даже светящееся, лицо мамы и не могла понять, в какой момент эта женщина окончательно сошла с ума. Похоже, после неудачного разговора, она решила перейти к активным действиям. Неужели она думает, что они с Ваней сейчас поговорят, помирятся и будут снова вместе? В том, что это именно мама позвала сюда парня, сомнений у девушки не было. Лера прикрыла глаза и глубоко вздохнула, собирая все силы, чтобы не разорался и не послать их обоих к черту.

Ваня неуверенно переминался с ноги на ногу, чувствуя себя не в своей тарелке. Смотреть Лере в глаза он не решался, и поэтому внимательно разглядывал свои руки, сцепленные в замок. Мама подтолкнула его внутрь и закрыла дверь с выражением истинного блаженства на лице.

— Привет, — наконец, неуверенно произнес Иван и осторожно опустился на стул. Точно опасался, что даже мебель в Лериной комнате будет против его появления и развалится прямо под ним.

Выглядел он довольно жалко: взгляд растерянный и виноватый, а на щеке красовался фиолетовый синяк — след от его столкновения с Костей.

— Привет.

Неловкое молчание. Лера поудобнее устроилась на кровати. Разговора уже не избежать, а, значит, самое время все обсудить.

— Зачем ты пришел?

— Нам нужно поговорить.

— А если бы моя сумасшедшая мать тебя не притащила, ты бы так и не решился?

— Когда-нибудь, наверное, решился. Но не сейчас. Сейчас мне сложно даже в глаза тебе смотреть. Лер, прости меня. Я полный дурак, — Ваня неуверенно поднял на нее взгляд. — И за тот вечер, когда подвел тебя. И за все, что было до этого. И, особенно, за то, что завалился к тебе пьяным выяснять отношения, не стоило этого делать. Сам не знаю, что на меня нашло, как будто стоп-кран сорвало. И за все, что наговорил. Я так не думаю, правда. Просто увидел тебя с другим и даже не ожидал, что это так зацепит.

— Я на тебя не обижаюсь, — вздохнула Лера.

—Ты ничего не рассказала родителям о том, как я себя вел, да? Иначе твоя мама вряд ли стала бы звонить мне и уговаривать прийти поговорить с тобой. А я просто не знал, как это сделать после всего, что натворил. Но с твоей мамой сложно спорить, верно? – он усмехнулся.

Лера невольно рассмеялась. Да уж, Ваня не хуже нее знал, каково это — пытаться доказать обезумевшей родительнице, что тебе лучше знать, как жить свою жизнь.

— Я и не собиралась. Вань, я на тебя не в обиде, правда. Несмотря ни на что, ты навсегда останешься моим хорошим другом. Но, надо признать, это все, что может между нами быть. Мы и так слишком долго разыгрывали этот спектакль.

Ваня задумчиво посмотрел на нее. Сейчас злость куда-то исчезла, и Лера чувствовала к нему только жалость и искреннюю симпатию, как к другу и человеку.

— Лер, я совсем запутался, — признался он. — Я никогда не задумывался, что чувствую к тебе. Все происходило само собой, и я даже сам не понял, когда мы из друзей вдруг превратились в пару. Но все вокруг твердили, как это чудесно, замечательно и правильно, что стало казаться — так оно и есть. И это было очень удобно: ты рядом, с тобой все знакомо и понятно. Вроде бы и девушка есть, а вроде и делать совсем ничего не надо… Я и не задумывался раньше, что может быть как-то иначе, что нужно чувствовать что-то большее, чем, чувствовал я. Поэтому, когда ты меня бросила, я даже не понял, а изменилось ли что-то? Да, мне по-своему не хватало тебя, но я не перестал есть, спать… И что там еще происходит с людьми, когда им разбивают сердце? Все шло своим чередом, мир не рухнул. А потом, когда увидел тебя с тем парнем, меня как током ударило! Это, что, и есть любовь?

— Думаю, что нет, — Лера покачала головой. — Скорее, банальная ревность. Когда ты встретишь настоящую любовь, ты не будешь сомневаться. Но поверь мне, то, что между нами было, точно не имеет к ней никакого отношения. Как бы твоя или моя мама не пытались нас убедить в обратном.

— Ты его любишь? — задумчиво спросил Ваня.

— Кажется, да. А почему ты спрашиваешь?

— Ты достойна лучшего. Достойна любить по-настоящему и того, чтобы тебя любили в ответ. Прости, что не смог тебе этого дать.

— Также, как и ты. Ты очень классный, просто нереально крутой! И любой девушке, которая окажется рядом с тобой очень повезет. Но, к сожалению, не мне.

— Лер, помни, что ты всегда можешь на меня положиться, я буду рядом. Нашу дружбу никто не отменял.

Лера подскочила с кровати и крепко обняла Ваню. Тот тоже сжал ее в объятиях и ласково потрепал по голове. Лера вдохнула поглубже его такой знакомый аромат и на мгновение зажмурилась. Картинка сложилась: он оказался именно на том месте, на котором и должен был. Кусочек головоломки, который много лет пытались поставить не туда. На долю секунды Лера даже испытала острую благодарность к маме за то, что та заставила Ваню прийти и поговорить. Вот только вряд ли её устроит такой результат их разговора, а, значит, новой порции упреков и скандалов не избежать.

Глава 28

За Ваней еще не успела закрыться дверь, а довольная мама уже появилась на пороге Лериной комнаты. Впервые с того момента, как она сегодня вошла в квартиру, у нее на лице сияла искренняя улыбка, и Леру больно кольнуло, что причина была не в радости от встречи с дочерью, а в уверенности, что ее параноидальное желание помирить их с Ваней увенчалось успехом.

— Ну что, поговорили? — Она вошла в спальню с невозмутимым видом. Словно их ссоры за обедом и не было вовсе. — Ваня в таком хорошем настроении ушел! Помирились, да? Я ему предлагала на ужин остаться, но он не захотел. Сказал, очень торопится…

Лера отложила в сторону учебник, поняв, что сегодня ей уже вряд ли удастся что-то почитать. Мама более, чем решительно настроена наладить ее личную жизнь.

— Нет, мам. Мы все обсудили и окончательно расстались. И ты не поверишь, но оба довольны таким итогом.

Мама так и замерла с открытым ртом. В ее глазах удивление постепенно сменялось разочарованием и даже злостью.

— Лер, ну как же так! – почти закричала она.

— А что в этом плохого? Кроме Вани, других парней на планете не осталось? Что за помешательство на его персоне? Я его не люблю, понимаешь?

— И кто есть? Этот твой новый знакомый? Его, ты хочешь сказать, любишь?

— А если люблю?

— Лера, милая. — Мама присела к ней на кровать и взяла за руку. —Ты еще такая молодая. В твоем возрасте так легко спутать влюбленность и любовь. А еще ошибиться в человеке. И я просто хочу тебя защитить.

— Ну и пусть. — Лера рассерженно вырвала руку. — Даже если я ошибусь, это будет моя ошибка.

— Ты так говоришь потому, что твое сердце никто не разбивал.

— Мам, я уже все решила. К Ване я не вернусь, мы с ним друзья, и не больше. Он думает точно также, поэтому можешь даже не стараться свести нас вместе — этого не хочет ни один из нас. И этот разговор бесполезен, если только ты не хочешь снова поругаться.

Елена тяжело вздохнула и замолчала, поджав губы. Несколько секунд она обдумывала, стоит ли продолжать спор, взвешивая, что ей дороже — желание дочери, или собственные планы.

— Ты будешь жалеть, — тихо пробормотала она. — Я тоже была молодой и тоже ошибалась. Предпочитала яркие чувства стабильным отношениям и проигрывала.

— О чем ты? — Лера нахмурилась. — О папе?

— Нет,нет, — мама быстро замотала головой. — Твоего папу я встретила позже. Это было еще до него. Я встречалась с мальчиком. Он был хороший, очень: добрый, заботливый, делал для меня все, на руках носил. А потом я увидела другого — и влюбилась так, что забыла обо всем на свете. У нас с ним случился такой яркий и страстный роман, что я была уверена — вот это и есть самая настоящая любовь, а не тихое и молчаливое обожание бывшего. Только мы быстро перегорели, и не осталось ничего. Ничего, понимаешь? Он уже через несколько дней после нашего разрыва нашел другую, а я осталась одна. Не нужная никому. И ты даже не представляешь, как я жалела, что поддалась этим чувствам и бросила того мальчика. И я просто хочу, чтобы ты не повторяла моих ошибок.

— Мам. — Лера обняла маму за плечи и покрепче к ней прижалась. — Мне очень жаль, но это твоя история, не моя. И я не могу всю жизнь прятаться только потому, что твое сердце было разбито. И, знаешь, Ваня никак не тянет на роль того влюбленного мальчика, — она тихо рассмеялась. — Нет между нами никакой любви.

— Хорошо, — наконец, выдавила женщина. — Заставить я тебя все равно не смогу, переубедить, похоже, тоже. Но я хочу познакомиться с твоим новым парнем. Нам через несколько дней опять уезжать, и я не смогу оставить тебя, даже не зная, с кем ты проводишь время.

— Ладно, мам, — от удивления, что этот раунд остался за ней, Лера сразу же согласилась. — Только обещай не набрасываться на него сразу, он не виноват в том, что он не Ваня. Дай ему шанс.

— Договорились. Тогда ждем его завтра к ужину.

***

Лера нерешительно замерла с телефоном в руке. Только сейчас она задумалась: насколько это вообще уместно приглашать знакомиться Костю с родителями? Они и сами-то не так давно знакомы. А вдруг он не захочет или решит, что их отношения ещё не перешли на тот уровень, когда это будет необходимо? Лучше всего было бы сразу сказать маме, что это плохая идея и отложить ее до лучших времен. Но Лера просто не смогла отказать маме, которая наконец-то решилась сделать шаг в ее сторону

Девушка набрала номер парня и, затаив дыхание, стала вслушиваться в гудки, нервно считая их про себя. Раз, два, три…

— Привет, малышка, — на пятом, наконец, раздался его голос — радостный, но в то же время уставший.

— Привет. — Внутри у Леры будто разлилось что-то теплое. — Не занят?

— Немного, я еще на работе. Но для тебя найду пару минут.

— Еще не закончил? Уже так поздно. — Девушка быстро глянула на часы, которые уже показывали начало девятого.

— Тут полно дел, — вздохнул Костя. — Я останусь здесь на ночь, завтра с утра придется продолжить.

— Ты не устал? Нормально себя чувствуешь?

— Вполне.

— Уверен? Ты неделю назад едва не умер, а сегодня пропадаешь на работе.

— Ты за меня беспокоишься? — он тихо рассмеялся. — Это чертовски приятно. Но все в норме, правда. К тому же недавно Лёха заходил, и если бы ему показалось, что со мной что-то не так, он бы выволок меня отсюда безо всяких церемоний. Скажи лучше, как ты? Родители приехали?

— Да, все хорошо. У тебя есть планы на завтрашний вечер? — быстро выпалила Лера.

— Я надеялся провести его с тобой.

— А как ты смотришь на то, чтобы прийти ко мне домой на ужин? Мои родители хотели бы с тобой познакомиться. Только даже не спрашивай, как так вышло, — взмолилась Лера и замерла в ожидании его ответа.

Он замолчал на несколько секунд, которые показались девушке вечностью. Она уже тысячу раз успела пожалеть, что вообще предложила ему эту встречу. Все-таки знакомство с родителями — ответственный шаг, и их отношения явно еще до него не дошли. Она судорожно начала придумывать, как перевести все в шутку до того, как он откажется, но Костя произнес:

— Да, конечно, почему бы и нет.

— Точно? — не поверила своим ушам Лера. — Если ты не хочешь, можешь ответить прямо, я придумаю, что им сказать.

— Малышка, я сказал, что приду, — устало произнёс он. — Ты же меня не в клетку к голодным тиграм просишь зайти, а всего лишь провести вечер с твоей семьей.

"Как бы голодные тигры не показались тебе детской забавой после встречи с моей мамой" — мрачно подумала Лера, но вслух произнесла:

— Спасибо, что согласился. Это важно для меня. Тогда до завтра?

— До завтра. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи!

Глава 29

Лера неторопливо расчесывала волосы, стараясь не нервничать, хотя это было почти невозможно. Даже просто мысль о том, что она сейчас увидит Костю, заставляла сердце бешено стучать, а уж перспектива посадить его за один стол с ее семьей, и вовсе вызвала у девушки приступ паники. Это казалось чем-то нереальным: не так давно она даже не знала о его существовании, а сегодня готова насколько впустить его в свою жизнь. И в верности этого решения она ни на секунду не сомневалась, ее больше беспокоило насколько эта самая жизнь окажется готова его принять.

Девушка последний раз оценивающе окинула взглядом свое отражение. Нежно-розовая футболка и светлая джинсовая юбка — достаточно мило, чтобы понравиться Косте, но не слишком нарядно, чтобы он подумал, будто она специально наряжалась. В этот момент раздался звонок в дверь, и Лера нетерпеливо ее распахнула.

Первое, что она увидела — это букет ярко-красных роз.

— Ого! Что за повод, Кость? — удивленно поинтересовалась Лера.

— Разве мне нужен повод, чтобы порадовать тебя? — Костя тепло улыбнулся и протянул ей цветы.

— Спасибо. — Лера прижала их к себе, вдыхая аромат. — Они очень красивые.

— Не красивее тебя, малышка. —Он приобнял ее, нежно поцеловав в висок, и шепнул на ухо: — Я так соскучился по тебе..

— О, у нас гости. — В коридоре показался папа. — Да еще и с подарками!

Он протянул руку Косте, и тот в ответ крепко пожал ее.

— Папа, это Костя. Костя, это мой папа, Сергей Петрович, — представила их друг другу Лера.

— Здравствуй, Константин, рад с тобой познакомиться. Ты проходи, не стесняйся, мы не кусаемся. Большинство из нас, по крайней мере, — папа рассмеялся и гостеприимно махнул рукой в сторону кухни. — А это наша мама, Елена Анатольевна.

Мама как раз вышла в коридор и внимательно изучала гостя. По ее вежливо-дружелюбному взгляду невозможно было понять, о чем она думает. Так иногда смотрит строгий профессор на новую группу студентов: еще не знает, что от них ожидать, но уже заранее не надеется ни на что хорошее.

— Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, — Костя обворожительно улыбнулся и, словно фокусник, извлек откуда-то торт. — Для вас у меня тоже есть небольшой подарок.

На губах Елены Анатольевны начала появляться улыбка, на этот раз похожая на искреннюю. Сладкое было одной из немногочисленных слабостей женщины, и Костя сумел попасть в цель. Лера даже с опозданием подумала, почему ей самой не пришло в голову предупредить об этом парня и дать ему возможность заработать несколько дополнительных очков. У него все получалось так легко и просто, и девушка даже не удивилась, если бы он достал откуда-нибудь из-за спины коллекционный нож — папину страсть и вручил тому в качестве знака внимания. Не похоже было, что он вообще хоть немного волнуется — самоуверен, как всегда. Он что, каждый день знакомится с родителями девушки? Заметив на себе ее взгляд, Костя подмигнул Лере и снял куртку.

Он оказался одет в черные джинсы и белую обтягивающую футболку, которая как нельзя лучше подчеркивала рельеф его мышц на груди, и Лера едва заставила себя отвести от них взгляд. Она подняла глаза к волосам — слегка растрепанным и немного влажным, будто он совсем недавно вышел из душа и так торопился, что не успел их высушить.

Поставив свои цветы в вазу, Лера присоединилась к уже сидящим за столом родителям и Косте. Она села рядом с парнем и, едва успев опуститься на стул, почувствовала прикосновение его руки к своей коленке. Девушка вопросительно на него поглядела, и парень едва заметно улыбнулся, слегка приподняв уголки губ.

— Интересно, как же вы познакомились, Константин? Лера нам совсем ничего о вас не рассказывает, словно это какая-то тайна за семью печатями, — как бы между делом поинтересовалась мама, раскладывая по тарелкам жаркое.

— На улице, совершенно случайно, я же говорила, мам, — быстро ответила Лера. Она ни в коем случае не собиралась рассказывать, как все было на самом деле и бросила беглый взгляд на парня, опасаясь, как бы он не сболтнул лишнего. Иначе ужин будет провален с первой же минуты — а дальше скандал и скорая для мамы.

— Это мы уже слышали, дорогая, — поморщилась Елена. — Теперь мне бы очень хотелось послушать версию Кости.

— Так все и было, — пожал плечами парень. — Я заметил ее издалека, когда возвращался домой, я живу неподалеку. И решил подойти познакомиться, ведь не сделать этого — было бы преступлением. Вот и вся история. Ничего такого, что можно потом рассказать детям.

Мама закашлялась, услышав слово "дети" и поспешно сделала большой глоток воды из стакана, стараясь сохранять самообладание. А Лера нервно хохотнула — историей их знакомства и правда только детей пугать. Бандиты, ножевые ранения, море крови и операционная прямо в этой самой комнате, где они сейчас сидели.

— Похвально, — папа довольно кивнул головой. — Решительность – это хорошее качество для мужчины. Но довольно редкое в наше время, к сожалению.

— Костя, ты учишься? Или работаешь? — решила не тянуть с расспросами мама, у которой, был наготове целый список вопросов.

Лера состроила ей страшные глаза, намекая, что стоит делать между вопросами хотя бы небольшие перерывы. Елена сделала вид, что не заметила предупреждения дочери и продолжала невозмутимо сканировать глазами парня.

— Я работаю в автосервисе, — спокойно ответил Костя. Его не смущал такой поток вопросов, больше похожий на допрос. — И параллельно учусь на заочном. Этот год у меня последний.

— Молодец, — похвалила его мама. Лера скептически изогнула бровь, пытаясь найти в ее голосе фальшь, но звучало вполне искренне. — А что твои родители? Чем они занимаются?

Лера едва не подавилась куском мяса. Какая же она дура! Ей нужно было заранее сказать, чтобы мама даже не вздумала поднимать тему родителей. То, что эта тема для Кости болезненная — очевидно, а Лере совсем не хотелось делать ему больно. Особенно ради того, чтобы мама утолила свое любопытство.

— Мам, какая разница! — воскликнула она. — Мы собрались поужинать или на допрос?

— А что я такого спросила? — Она невинно взмахнула ресницами. — Во-первых, самый обычный вопрос. А во-вторых, я уверена, что если хочешь узнать человека получше, стоит просто расспросить его о семье. Все ведь закладывается именно там. У осинки не родятся апельсинки, а от дворняжки не стоит ждать породистых щенков.

Перед глазами у Леры потемнело. Горло сжалось, и она не смогла даже ничего прохрипеть в ответ. А хотелось кричать.

Словами можно убивать. Можно делать ими больно, запускать их в сердце острыми шипами и рушить надежды. Лерина рассыпалась пеплом прямо сейчас — мама еще ничего не сказала именно о Косте, просто обозначила свою позицию, но Лера уже точно знала — она никогда его не примет. Что-то внутри громко затрещало и разорвалось — последние нити сомнений не выдержали в этот самый момент, и Лера абсолютно точно поняла: ей все равно. Все, что ее волновало — это как оградить Костю от своей матери. Он не заслужил этого. Не заслужил. И не должен слушать такое.

— Мам, — тихо начала Лера, но Костя уже ответил ровным будничным тоном, словно это совсем ничего для него не значило:

— Мама работает уборщицей в магазине, а папа умер пару лет назад.

Повисла напряженная тишина. Елена Анатольевна прокашлялась и смущенно отвела глаза, понимая, что задела его за живое. Удивительно, но этой женщине тоже могло быть стыдно за свой слишком длинный язык. Лера бросила быстрый взгляд на Костю, пытаясь понять, насколько все плохо. Внешне он выглядел спокойным и, знай девушка его чуть похуже, решила бы, что ничего страшного не произошло. Но она очень хорошо видела тонкую складку между бровей, дрогнувшие руки и опустившиеся плечи.

— Извини, я не знала… — начала Елена.

— Все в порядке, — Костя натянуто улыбнулся, — откровенно говоря, отца у меня никогда и не было, он оставил нас с мамой еще очень давно. У меня и семьи нет — по крайне мере, семьи в вашем понимании этого слова. Всего лишь несколько людей, объединенных одним генетическим материалом. Простите, если я вас разочаровал, но я та еще дворняжка.

Елена Анатольевна на миг прикрыла глаза, а Лера пыталась разгадать, о чем она думает. Ей неловко за сказанные слова? Или наоборот, она только сильнее убедилась в своей правоте — что Косте не место рядом с Лерой?

— Семья — это еще не все, — выдавила она, и у Леры камень свалился с души. Она старалась — старалась ради нее. — Многое зависит от самого человека.

— Товарищи, кому еще салат? — папа сориентировался быстрее всех и взял в руки большую миску, пытаясь спасти ситуацию.

— Мне, пожалуйста! — тут же воскликнула Лера, радуясь, что он сменил тему.

Остаток вечера, на удивление, прошел спокойно. Маме, видимо, было неловко, и она прекратила свой допрос. Зная ее, Лера могла сказать, что только на время, но была рада даже этой короткой передышке. Поэтому разговор плавно тек за обсуждениями машин и их запчастей между Костей и папой и похвалами кулинарному мастерству мамы. К концу вечера девушка даже удовлетворенно заметила, что все прошло совсем неплохо. Гораздо лучше, чем она ожидала. Что стало тому причиной: то, что мама старательно держала себя в руках, или поистине героическая стойкость Кости, было до конца непонятно, но уже не столь важно.

Когда было покончено даже с десертом, Лера решила, что с Кости на сегодня достаточно и поднялась со стула, потянув парня за собой.

— Мам, пап, спасибо за ужин. Мы пойдем. — И решительно направилась из комнаты.

— Спасибо, все было очень вкусно, — только и успел бросить Костя на ходу.

Лера завела парня в свою комнату, и едва успела закрыть дверь, как тут же оказалась прижатой к стене. Костя крепко обхватил ее, не давая малейшей возможности пошевелиться, и начал покрывать шею поцелуями, легко покусывая нежную кожу. Лера закусила губу, чтобы подавить крик, и едва слышно застонала.

— Я так по тебе соскучился, — хрипло прошептал он. — Сидеть рядом с тобой и не иметь возможности прикоснуться — это просто пытка какая-то.

Вместо ответа Лера поймала его губы своими и яростно поцеловала. Затем обхватила его за талию, запустив руки под футболку. Неожиданно Костя сдавленно охнул и болезненно поморщился. Девушка широко распахнула глаза и поняла, что случайно задела рукой порез на боку.

— Прости, пожалуйста! — воскликнула она. — Тебе очень больно?

— Я в порядке. — Костя немного отстранился и, приподняв футболку, глянул на рану. — Леха сегодня убрал повязку. Сказал, через несколько дней снимет швы, и я буду, как новенький.

Лера глянула на заживающую рану, которую теперь не скрывала повязка. Она была довольно длинной — около пятнадцати сантиметров, зашитая аккуратными стежками, с ровными краями, что было даже удивительно, учитывая условия, в которых работал Леша.

— Ты знаешь, кто это сделал? — неожиданно спросила Лера.

— Да. — Лицо Кости помрачнело.

— Но ты не расскажешь?

— Нет. — Еще мрачнее.

Лера вздохнула и опустилась на кровать, потянув за собой Костю. Как же с ним порой бывает тяжело — он будто выпускает сотню острых и холодных лезвий, того и гляди порежешься.

— Прости за маму. Ее иногда заносит, и она болезненно переживает мой разрыв с Ваней, — Лера нервно рассмеялась. — Но уверена, стоит ей узнать тебя получше, он обязательно поймет, какой ты замечательный.

— Даже я в этом не уверен, — Костя покачал головой, и девушка нахмурилась от его слов. — Твоя мама права, я — последний, кто тебе нужен.

— Не говори так, — возмутилась Лера. — Мне все равно на то, что происходит у тебя в жизни, что говорит мама. Знаю только то, что ты мне действительно нужен, и это единственное, в чем я сейчас точно уверена.

Костя мягко улыбнулся и провел рукой по волосам девушки. Положил ладонь ей на затылок и притянул поближе. Нетерпеливо поцеловал, зарываясь пальцами в пряди волос, а затем начал покрывать короткими, невесомыми поцелуями лицо, шею и ключицы. С силой сжал в объятиях и едва слышно прошептал:

— Прости.

— За что?

Костя не ответил. Продолжил целовать так, что Лера теряла способность говорить, думать и воспринимать что-то, кроме его губ и рук. И это “прости” утонуло в общагающих прикосновениях, растворилось в расползающемся по телу желании и затерялось в глубине его бездонных темных глаз.

Глава 30

Пепел медленно падал на землю с высоты тридцатого этажа, но разглядеть этого было невозможно — Костя терял его из виду уже через несколько секунд. За последние дни он курил больше, чем за последние лет пять, и это ему совсем не нравилось. Он почти никогда не возвращался к привычке, от которой отказался много лет назад. А пристрастился ещё лет в десять — когда почти жил на улице и связался не с той компанией. Уже потом Пал Палыч заставил бросить, взял под свое крыло, и Костя прислушался — авторитет мужчины для него всегда был неоспорим. Но иногда — стоило лишь на секунду ослабить контроль — руки сами вспоминали ощущение сигареты в пальцах.

А сегодня он мало что контролировал. Он столько лет усердно карабкался из грязи, пытался выбраться со дна и даже поверил — у него получилось. Но, что бы он ни делал, как бы ни старался, ничего не менялось. Для окружающих он так и остался оборванцем без имени и будущего.

В голове не укладывалось, как Лера сумела что-то разглядеть там, внутри. Как эта девочка не испугалась ни Кости, ни вида крови, ни его нежелания обратиться в полицию, ни его семьи. Она провалилась в его жизнь и все равно оставалась рядом. Смотрела на него так, будто он заслуживал такого отношения.

Вот только он ни черта не заслуживал. Он слишком хорошо знал — это не сможет длиться вечно. И есть то, чего Лера еще не знает. То, что она вряд ли сможет принять. А даже если сможет — какое у него есть право впутывать ее в паутину лжи?

Короткий сигнал на телефоне оповестил о пришедшем сообщении. Костя вытащил его из кармана и, глянув на экран, не смог сдержать улыбки.

Кость, ты в порядке? Извини еще раз за этот ужин. И за маму, она у меня слегка не в себе. Мне правда жаль, что тебе пришлось все это слушать.

Он ответил не сразу. Долго вчитывался в эти строки, раз за разом прокручивая ее слова в голове. Лера успела напечатать следующее сообщение:

Я переживаю. Пожалуйста, ответь.

Костя быстро напечатал ответ.

Я в порядке, малышка. Все хорошо, не переживай.

Внутри потеплело. Он затушил сигарету об оконный проем, на котором сидел, и бросил бычок вниз. Курить расхотелось. Больше всего хотелось сжать ее в объятиях, ощутить запах ее тела и нежность кожи. Он представил, как она улыбнулась, читая его сообщение, как ее тонкие пальцы запорхали над экраном, печатая ответ, как она в задумчивости накрутила белокурый локон на руку, как забавно наморщила носик. Зияющая дыра внутри наполнилась теплом до самых краев. Настолько, что оно выплескивалось через край.

И каким бы ни было правильным решение отпустить Леру — разве это вообще возможно?

Эгоист.

Чертов эгоист.

Костя покачал головой и посмотрел вниз. Было темно, и земля тонула в сумерках. Зато впереди — город, как на ладони, подсвеченный тысячами огней. Он подумал, что Лере точно бы понравился этот вид, но знал, что вряд ли приведет ее сюда в это время. Ночью здесь можно было нарваться на кого угодно, а подвергать девушку опасности он не собирался.

На телефон пришло новое сообщение, и Костя перевел взгляд на экран.

Мы увидимся завтра?

Конечно, малышка. Если ты этого хочешь.

Хочу.

Насколько было бы проще, скажи она “нет”. Это он смог бы принять. Смириться и жить дальше. А вот отказаться от нее самому — невыполнимая задача.

Тогда до завтра.

Костя заблокировал экран и прикрыл глаза. Но телефон тут же ожил мелодией входящего вызова. Вот только это оказалась не Лера. Руслан. Проклятье.

— Да. — Костя неохотно принял звонок.

— Привет. — На хриплый голос, раздавшийся из трубки, у него автоматически сжимались в кулаки руки. — Босс недоволен, что работа идет медленно.

— И что? Можешь послать его к черту.

— Следи за языком, пока тебе его не укоротили.

— Пошел ты, — сквозь зубы процедил Костя.

— У тебя три дня.

— Твой босс в курсе, что это нереально?

— Твой босс. Не забывай. И все реально, главное мотивация. Может быть, тебе ее не хватает? Как думаешь, то, что все твои друзья доберутся до дома живыми и невредимыми, будет достаточной? Крайний срок — три дня. А дальше… Знаешь, лично меня очень бесит твой рыжий дружок.

— Только попробуй.

— От тебя требуется только укладываться в сроки. То, что я увидел сегодня, мне не понравилось. И боссу тоже.

— Как думаешь, может это потому, что я чуть не сдох на той неделе? — глухо спросил Костя, до боли сжав челюсти. — И выпал из жизни на несколько дней?

— Сам виноват.

— Больной ублюдок, — ухмыльнулся Костя.

— Не нарывайся. Я ведь могу и закончить начатое.

— Я ведь могу и ответить.

— Не можешь. Слишком печешься о своих дружках.

Костя едва не зарычал от злости. Осознание, что он связан по рукам и ногам — убивало. Больше всего на свете ему хотелось убить Руслана голыми руками, но вместо этого ему оставалось только бессильно злиться.

— Три дня, запомнил?

— Да.

Костя резко отключился. Руслан тут же позвонил снова, но разговаривать с ним парень больше не собирался и сбросил вызов. Он с такой силой вцепился пальцами в оконный проем, что старый кирпич раскрошился в его руках.

А потом громко закричал, и его голос эхом отразился от стен пустой комнаты.

***

— Как же меня задолбала эта тупая программа! — Леха в сердцах хлопнул ладонями по столу и откинулся на спинку стула. — Опять зависла. Да это издевательство! Я только дописал чертов дневник!

Костя приподнял голову и посмотрел на друга. Он сидел, откинувшись затылком на жесткую спинку старого дивана в ординаторской, и, кажется, успел задремать под монотонное щелканье клавиатуры. И неудивительно — был уже второй час ночи.

Леха раздраженно поднялся со стула и, взяв со стола кружку, направился к небольшому столику, на котором стояли чайник и микроволновая печь. Включив чайник, он размял шею и достал из тумбочки банку с растворимым кофе.

— Будешь? — поинтересовался он и, не дожидаясь ответа, насыпал его сразу в две кружки.

— Давай, — Костя согласно кивнул головой.

— Я бы не отказался его сейчас себе по вене пустить, — Леша вздохнул. — Теперь заново всё забивать.

— Сочувствую, брат. Чем-нибудь помочь?

Эту ночь Костя решил провести на работе у друга. Возвращаться домой не хотелось, снова ночевать в гараже тоже. Как и оставаться одному — поэтому он и пришел к Лехе, который провел его к себе в ординаторскую, напоил чаем и не стал задавать никаких вопросов.

— Сходишь вместо меня на следующую операцию? — рассмеялся Леша. — Шучу, ничего не надо. Нужно побыстрее закончить с бумагами, потому что если сейчас привезут кого-нибудь экстренного, идти мне. А дописывать утром. Еще и Арен уже на два часа завис в операционной. Что у него там приключилось? Должен был быть обычный аппендицит…

Он нахмурился, что-то напряженно обдумывая, и уткнулся в телефон. Его мрачное лицо тут же просветлело, и на нем расплылась широкая улыбка.

— Нет, эта девчонка меня с ума сведет! — ухмыльнулся он.

— Какая?

— Катя. Подруга твоей Леры.

— Вы общаетесь? — удивился Костя. Кажется, Лера что-то про это говорила, но он не придал этому значения.

— Общением это сложно назвать, — хохотнул Лёша. — Она меня динамит который день. Я написал ей еще утром, а она только ответила.

— Не слишком торопилась, да? — улыбнулся Костя. — И что написала?

— Я позвал ее завтра на свидание. Потому что именно завтра — в понедельник — у меня выходной. Но она ведь дождалась полуночи и ответила, что завтра её вполне устраивает. Во вторник, мать твою, когда я должен быть на работе! — друг всплеснул руками, а потом сунул их в карманы небесно-голубого хирургического костюма и покачал головой.

Костя рассмеялся. Забавная девчонка.

— И что будешь делать?

— Подменюсь, — уверенно заявил Лёха. — Освобожу себе вторник, и ей придется пойти со мной. Не откажется же она от своих слов.

— Неужели так понравилась?

— Ага, — Леха спокойно пожал плечами. — Зацепила, и все тут. А ты знаешь, я своего добиваюсь. Слушай, а спроси у Леры, как Катя вообще настроена! Они же подруги, наверняка, они об этом болтают.

— Спрошу, но ничего не обещаю. Ты же знаешь девчонок, из них порой слова не вытащишь.

— Спасибо, — кивнул Леша и осторожно спросил: — Как ты вообще?

— Я? Лучше всех, Лех.

— Я серьёзно. Можешь ничего не говорить, если не хочешь. Но я всегда готов выслушать.

Костя уткнулся лбом в сцепленные в замок руки и выдохнул.

— В моей жизни, Лех, удивительная стабильность. Мать притащила домой очередного мудака, который однажды, когда меня не окажется рядом, убьет ее в пьяной горячке. Руслан со своей шайкой стоит у меня поперек горла. А, нет, подожди. Ко всему этому дерьму прибавилось гребаное чувство вины. Какого дьявола я вообще связался с Лерой? Зачем порчу ей жизнь?

— Ну, нет! Даже не думай об этом, Кость. Ты заслуживаешь банального счастья: просто быть с девушкой, которая тебе нравится.

— Вот именно, Лех. Она мне нравится. Очень. И я так хочу защитить ее. Разве она будет в безопасности рядом со мной?

— И что ты предлагаешь? Расстаться с ней?

— Я не знаю. По-хорошему, не стоило даже начинать. А теперь мне с каждой минутой все сложнее отказаться от нее, хоть я и понимаю, что должен.

— Ничего ты не должен. Это дерьмо в твоей жизни не навсегда, ты выберешься.

— А если нет?

— Поговори с ней. Дай ей решить самой.

— Веселый получится разговор, — усмехнулся Костя. — Зачем ей все это? У нее же нормальная счастливая жизнь.

— Просто дай ей возможность самой принять решение. Лера только кажется слабой и ранимой, но ты не хуже меня знаешь — она сильная и смелая.

— Я подумаю, — пробормотал Костя. — Где там твой кофе?

— Держи. — Леха поставил перед другом кружку и отпил из своей. Поморщился, покачав головой: — Отвратительно. Но ничего лучше нет. Хотя, в шкафу завалялась бутылка коньяка, мне нельзя, а вот тебе могу предложить.

— Нет, я пас, — покачал головой Костя.

— А вот это правильно, — удовлетворенно кивнул Леха и снова сел за стол, ненавистным взглядом уткнувшись в компьютер. — Лучше поспи, Кость. Подумаешь обо всем на свежую голову, ты сейчас слишком устал, чтобы принимать какие-то решения.

— Ладно, — Костя даже не стал спорить. Глаза после тяжелого дня слипались, а кружащимся мыслям в голове нужно было дать хоть несколько часов покоя.

Даже не допив кофе, он скинул кроссовки и откинулся на подушку. Сон пришел почти мгновенно, и последнее, что Костя запомнил — это как Леха накинул на него мягкий плед, а потом на него навалилась тишина.

Глава 31

— Лера, я тебя умоляю еще раз обдумать свое решение. — Мама картинно заломила руки и тяжело вздохнула. — Пожалуйста!

— И что с ним не так, мама? — нахмурилась Лера.

— Милая, ну он же из явно неблагополучной семьи…

— И что? — девушка начала закипать. — В чем его вина?

— Его вины здесь нет, но, Лера, ты же понимаешь…

— Нет, не понимаю! — резко оборвала ее Лера. — Еще раз скажешь, что от дворняжки не рождаются породистые щенки? Это было очень грубо.

— Лера, послушай. — Елена села рядом с дочерью и заглянула ей в глаза. — Я же желаю тебе только добра. Ну какое у него будущее? Перспективы в жизни?

— Мама! Мне даже не верится, что ты говоришь такое.

— Я забочусь о тебе.

— Не нужна мне такая забота! Просто оставь меня в покое. Мне давно не пятнадцать лет, и у меня, если ты не заметила, тоже есть голова на плечах.

— Что опять за шум, а драки нет? — В дверях комнаты появился папа. — Девочки? Сейчас угадаю — причина опять в нашем сегодняшнем госте?

— Именно. И в его бесперспективности, по мнению мамы.

Мама закатила глаза, а Лера разрывалась между желаниями послать ее к черту и разрыдаться от обиды. Она всегда считала, что у нее отличные отношения с мамой. Они часто и подолгу болтали обо всем на свете, засиживаясь ночами на кухне, делились самым личным, понимали друг друга с полуслова. Но только не в последнее время. Теперь Лера ее едва узнавала. Или, наоборот, только сейчас узнала настоящую? Оказалось, это работало только, если Лера играла по её правилам. А иначе — все рассыпалось в прах.

— Лен, отстань от парня. Учится, работает. Что тебе ещё от него нужно? Лично мне он понравился. Есть у него внутри стержень, которого так не хватает твоему Ваньке. И это Леркино дело.

— Посмотрим, что ты скажешь, когда она неожиданно забеременеет от него. И чье это станет дело тогда?

— Мам, не сходи с ума! — Лера не удержалась и закатила глаза.

— Милая, я тебя понимаю, — продолжала настаивать Елена Анатольевна. — Ты влюблена, и не замечаешь ничего вокруг. Он красивый и обаятельный — этого не отнять. Я тоже когда-то была девчонкой и сходила с ума от таких же улыбок и глаз, в которых можно утонуть. Но, пожалуйста, будь осторожнее. Ты совсем мало его с ним знакома и не можешь знать, что у него на уме. Вдруг он совсем не такой, каким кажется.

— Забавно, мама, — ледяным тоном ответила Лера и встала. — Я знаю тебя всю свою жизнь, и оказалось, что даже ты совсем не такая, какой я тебя считала.

Женщина резко дёрнулась, будто Лера влепила ей пощёчину, и девушка молча вышла из комнаты. Разговаривать с мамой больше не хотелось. Только не сейчас. Возможно, потом, когда они обе остынут, им и удастся прийти к компромиссу, но пока Лере хотелось только одного: послать всех к черту.

Остаток вечера она просидела в своей комнате, избегая встречаться в родительницей. Слышала громкое голоса за стенкой — слов было не разобрать, но по тону становилось ясно, что там не утихали споры. Мама что-то доказывала папе, тот редко, но громогласно отвечал ей, ненадолго становилось тихо, а потом все начиналось по новой.

Лера старалась не обращать на это внимания. Главное — больше никто не собирался обсуждать Костю с ней, мама не пыталась прорваться к ней в комнату — хотя, последнее скорее всего было заслугой папы. Мама ведь не сможет сопротивляться вечно — и когда-нибудь она обязательно разглядит в Косте то, что видит сама Лера.

***

На следующий день, перед началом пар, Лера стояла перед огромным зеркалом в фойе института и крутила в руках телефон. Она раздумывала над тем насколько уместно позвонить Косте прямо сейчас, когда на часах не было даже восьми. Он ведь работал все выходные, устал и скорее всего еще спит. Но желание услышать его голос перекрывало доводы разума, с которыми девушка обычно привыкла считаться. Она в десятый раз разблокировала телефон и зависла над его номером, задумчиво покусывая нижнюю губу.

Может быть, написать сообщение? Тогда она не потревожит его, если он спит. Но как же всё-таки хочется позвонить...

Когда она в очередной раз включила экран, уже решив для себя, что напишет сообщение, на телефоне появился входящий звонок от Кости. Едва не вскрикнув от восторга, Лера приняла вызов.

— Привет!

— Ты будто ждала мой звонок, так быстро ответила, — мягко засмеялся Костя.

— Хотела позвонить сама, но подумала, у тебя выходной, и ты еще спишь.

— Нет, с выходным сегодня не получилось, — мрачно ответил парень. — Я уже на работе.

— Жаль... — разочарованно протянула Лера.

— Мне тоже, малышка. Знаю, что мы хотели провести день вместе, но дел очень много, парни без меня не справятся.

— Ничего, я все понимаю, — Лера вздохнула. Настроение упало ниже некуда, и она уныло улыбнулась своему отражению в зеркале.

— Если хочешь, приезжай после занятий, — неожиданно предложил Костя. — Побудешь со мной. Мы, конечно, вряд ли сможем остаться наедине, но Макс с Ильей тоже будут тебе рады.

— Правда? Круто, конечно, я буду. А я вам точно не помешаю?

— Точно, - парень усмехнулся. — Давай я за тобой заеду?

— Нет, не стоит, я доберусь сама.

— Уверена? Мне совсем не сложно.

— Абсолютно. Тогда до встречи?

— До встречи, малышка.

***

После окончания пар Лера направилась по знакомому маршруту в автосервис. В этот раз она решила поехать на автобусе и, выйдя на нужной остановке, направилась вдоль дороги к видневшемуся впереди зданию гаража, старательно обходя лужи после прошедшего ночного дождя.

Ей оставалось пройти не больше ста метров, когда ее медленно обогнала черная, тонированная со всех сторон машина, и вдруг резко затормозила в нескольких шагах впереди.

Девушка замедлила шаг и постаралась разглядеть водителя, но плотная тонировка никак не давала этого сделать. Решив, что лучшим решением будет поскорее добраться до сервиса, она быстро пошла вперед. Но стоило поравняться с машиной, как пассажирская дверь открылась, преградив ей дорогу, и рядом с ней оказался высокий парень.

— Ну, здравствуй, красавица, — он хищно улыбнулся, облизнув губы.

Лера с ужасом всматривалась в знакомые черты лица. Руслан. Это был тот самый парень, от которого ее спас Костя в их первую встречу, и девушка никак не могла понять, откуда он тут взялся.

Его взгляд жадно скользнул по ее фигуре, и Лера инстинктивно сжалась. Отступила на шаг назад, но это движение только сделало лицо Руслана еще более довольным — ему нравился ее страх.

История повторялась, как страшный сон, который снится из ночи в ночь: она снова стояла перед ними, совсем одна, а Костя в этот раз оказался слишком далеко. Лера с надеждой глянула на дверь в гараж, прикидывая какова вероятность успеть добежать до нее прежде, чем Руслан что-то предпримет. Водительская и одна задняя дверь машины тоже распахнулись, и оттуда, гадко ухмыляясь, показались еще двое парней. Тогда, ночью, Лера не смогла разглядеть, кто был с Русланом, но была уверена, что это они. Но даже окажись другими — сути дела это не меняло. Ее угораздило снова оказаться в окружении людей, от одного вида которых ее руки начинали мелко дрожать, а язык не хотел шевелиться. И, несмотря на то, что на улице стоял самый разгар дня, спокойнее от этого не становилось — эта компания пугала ее сейчас ничуть не меньше, чем темной ночью.

— Пацаны, посмотрите, кто тут у нас. — Губы Руслана растянулись в приторно-сладкой улыбке, не предвещавшей ничего хорошего. — Костина подружка, так ведь? Которую он в прошлый раз пожалел для своих друзей. А с друзьями так не поступают. Может быть, в этот раз он будет более сговорчив?

Парни довольно загоготали, а Лера почувствовала, как спина покрылась холодным потом.

— Ты ведь к нему собралась? Не просто же так ты оказалась здесь? — Парень немного склонил голову набок, ожидая ее ответа.

— Да, я к Косте, — с трудом выдавила Лера.

— Какая удача, — продолжил Руслан. — Сейчас пойдем к нему вместе и спросим. Мы как раз собрались его проведать, а тут такая встреча. Или можем никуда не ходить, а просто уехать отсюда вместе?

Лера замотала головой. Нет, только не это. Если только они решат посадить ее в машину и увезти в неизвестном направлении — это точно плохо закончится.

— Нет, идём к Косте, — как можно увереннее сказала она.

— Как скажешь. — Он грубо приобнял ее за плечи и подтолкнул вперед. — Давай, пошли.

Лера попыталась скинуть его руку, но тот вцепился мертвой хваткой, и девушка бросила эту затею. Ладно, можно и потерпеть. Главное, они двигались в направлении гаража. А там был Костя, и от осознания этого даже дышать становилось легче.

Войдя в мягкий полумрак помещения, Лера сразу увидела Костю, Макса и Илью, что-то бурно обсуждающих. Они были на взводе — это она сразу поняла по заострившимся скулам и поджатым губам Кости, больше, чем обычно нахмуренным бровям Ильи и губам Максима, на которых не было и тени привычной улыбки.

— Костян, — громко позвал Руслан, — смотри, кого я тут встретил.

Костя медленно повернулся на его голос. Словно в замедленной съёмке — или это просто мир вокруг разогнался до сумасшедшей скорости. Лера встретилась с ним взглядом, и сердце рухнуло вниз, словно камень в пропасть. Она еще ни разу не видела в них такую настоящую, первобытную ярость, прожигающую до костей. Ей стало страшно. За себя — ее тоже затягивало в этот водоворот его злости, за Костю — она даже не представляла, на что он способен в таком состоянии, и даже за Руслана — кто знает, чем вообще закончится эта встреча.

Костя сжал кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Быстрым шагом направился к вошедшим и толкнул Руслана в грудь с такой силой, что тот едва устоял на ногах, от неожиданности выпустив Леру из рук.

Костя резко схватил девушку за руку и одним движением оттащил к себе за спину, загородив собой. Лера стиснула зубы, подавив вскрик — запястье обожгло резкой болью.

— Если ты ее еще раз хоть пальцем тронешь, — произнес он, чеканя каждое слово. — Я убью тебя, клянусь.

— Успокойся, дружок. Я просто проводил твою девчонку. А то девушка идёт совсем одна по улице, а времена сейчас такие неспокойные. Я бы посоветовал тебе быть внимательнее, — Руслан ухмыльнулся.

— Угрожаешь? — прорычал Костя, хватая его за воротник куртки.

— По-дружески советую.

— Мы с тобой не друзья.

У Леры от ужаса стучало в висках. Кто такой этот Руслан? Что ему нужно от Кости? И от нее? Вопросов становилось все больше и то, что до этого казалось лишь смутным ночным кошмаром, теперь все больше становилось реальной опасностью. Довериться Косте и не задавать вопросов было ее решением, но следовать ему получалось все сложнее — особенно, когда у нее на плече лежала рука Руслана, а сам Костя становился совсем другим — чужим и злым.

Она замерла на месте, боясь пошевелиться, но тут кто-то мягко взял ее за руку. Лера вздрогнула от прикосновения и резко обернулась.

— Тише, это я. — Макс потянул ее за собой. — Идем, здесь становится жарко.

Лера послушно направилась за Максимом. Он отвел ее подальше и усадил на старый стул, стоящий в углу гаража. Теперь она почти не слышала, о чем говорили Костя и Руслан, но все еще видела их лица — искаженные ненавистью и злобой. Лера сжалась в комок, мечтая провалиться под землю или просто исчезнуть отсюда. Становилось нечем дышать: воздух в помещении едва ли не искрился, и в нем совсем не оставалось кислорода, а к горлу подкатывала паника, грозя вот-вот прорваться неконтролируемой истерикой.

Макс присел рядом с девушкой на корточки и, мягко погладив по руке, заглянул в глаза.

— Лер, ты как? Успокойся, все хорошо. С тобой ничего не случится, обещаю. Давай, дыши, девочка. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

Лера постаралась дышать точно в отсчитываемый Максом ритм и почувствовала, что тиски, сжимающие горло, начали понемногу отпускать. Она слабо улыбнулась парню и подняла глаза.

— Спасибо.

— Он никому не даст тебя обидеть.

— Что им вообще нужно? — тихо спросила Лера. — Что у них за дела с Костей? Ты же все знаешь, пожалуйста, ответь! Я так больше не могу.

— Прости, Лер, — парень покачал головой. — Спроси у Кости. Я пообещал ему помалкивать и не собираюсь нарушать свое обещание.

Девушка кивнула и перевела взгляд на компанию у двери и увидела, как Илья подошел к Косте и встал рядом. До нее стали долетать обрывки разговора, становящегося все громче

— Какого черта тебе нужно? — Голос Кости звенел от злости. — Мы все решили вчера.

— Я могу приходить, когда посчитаю нужным, — рявкнул в ответ Руслан. — И мне не нужно для этого твое разрешение.

— Нет, не можешь, — Костя уже почти кричал. — Что бы нас с тобой не связывало, это не даёт тебе права вламываться сюда. Проваливай.

Руслан расплылся в отвратительной ухмылке, от которой у Леры кровь начинала застывать в жилах. Он бросил на нее быстрый взгляд и подмигнул.

— Ладно, обсудим это позже. И ты — ответишь за каждое свое слово.

Руслан кивнул своим парням, давая знак уходить, и первым вышел из гаража. Дверь за ними захлопнулась, и Лера, наконец, смогла выдохнуть.

Резко развернувшись, Костя пересек помещение автосервиса, подошел к Лере и, опустившись перед ней на корточки, взял за плечи и заглянул в глаза.

— Ты в порядке, Лер? Они ничего тебе не сделали? — В его глазах все еще плескалась ярость, но теперь она удивительным образом смешивалась со страхом. Страхом за нее. — Посмотри на меня, пожалуйста.

— Со мной все хорошо, — откликнулась Лера.

Он рывком крепко прижал ее к себе, и Лера, прижавшись к его груди, услышала, как часто колотится сердце. Парень тяжело дышал, будто только что пробежал марафон, а каждый мускул тела был до сих пор напряжен. Лера сползла со стула и опустилась на колени прямо на бетонный пол, и Костя рухнул рядом с ней, все ещё крепко сжимая в объятиях.

— Испугалась? — тихо спросил он, выдохнув ей вопрос в самое ухо.

— Да. Очень. Его и… Тебя.

Он замер на мгновение, не дыша, и даже сердце в груди затихло. С шумом выдохнул и сжал ее еще крепче.

— Прости, малышка. — В его голосе было столько боли, что Лера тут же пожалела о том, что сказала. — Прости, что напугал тебя, но этот ублюдок не понимает другого языка.

Лера уткнулась лицом ему в шею, и он принялся ласково поглаживать ее по волосам. На языке крутились вопросы, которые Лера так и не смогла задать — сил на это уже не осталось.

— Отвези Леру домой, Костян, — устало произнес Илья. — Мы с Максом пока останемся здесь. Приедешь, как сможешь. И будьте осторожнее, пожалуйста.

Костя кивнул, соглашаясь на предложение Ильи. Поднявшись с пола, он поднял и Леру, затем пожал руку друзьям на прощание и что-то тихо пробормотал. Лера не расслышала — да и не старалась. На улице она быстро огляделась по сторонам, ожидая, что Руслан дожидается их, чтобы закончить начатое. Но улица была пустынна, и из ее груди вырвался облегченный вздох.

Они сели в машину, и Костя, ничего не говоря, резко рванул с места. Лера тоже молчала, уставившись в окно невидящим взглядом. Она не решалась взглянуть на Костю, который ехал, куда угодно, но только не к ее дому — нужный поворот давно остался позади, а парень, машинально управляя автомобилем, просто бездумно ехал вперед.

С каждой минутой напряжение отступало, и ему на смену приходила усталость. Больше всего на свете Лере захотелось лечь на кровать, укрыться с головой большим теплым одеялом и ни о чем не думать. От навалившейся слабости у нее задрожали руки, а по щеке прокатилась слезинка. Она быстро смахнула ее рукой и покрепче стиснула зубы, стараясь не разреветься. Бросив в ее сторону быстрый взгляд, Костя громко выругался, а потом резко затормозил и припарковал машину у обочины.

— Это моя вина. — Его голос дрогнул. — Прости, что тебе приходится плакать из-за меня.

— Нет, ты не виноват. — Лера мотнула головой, и из глаз предательски брызнули слезы, которые она старательно пыталась сдержать. Не плакать, только не плакать.

— Конечно, я виноват! — Он со всей силы ударил руками по рулю. — Я не смог оградить тебя от всего этого. Думал, что смогу, но у меня ни черта не получается! Хотел никуда не втягивать, но ты оказываешься в этом дерьме уже только потому, что рядом со мной!

— От чего оградить? — воскликнула Лера. — Кость, это просто нечестно. Меня хватают на улице трое парней, а я даже не понимаю, в чем дело и что им от меня нужно! Кто этот Руслан? Что он хочет от тебя? А от меня? Я хочу тебе доверять, но чувствую себя настоящей дурой. Я словно слепой котенок, который выполз на дорогу и не понимает, что в любой момент его могут раздавить.

— Он — подонок, с которым лучше не иметь ничего общего и от которого нужно держаться подальше. Особенно тебе.

— А тебе? Что общего у тебя с ним?

— Это сложно.

— Я смогу понять.

Костя откинулся головой на спинку сиденья, закрыл глаза и уткнулся лицом в ладони, зарычав от бессилия и злости. Лера терпеливо ждала, пока он ответит, но он покачал головой и тихо проговорил:

— Безопаснее всего тебе будет больше не видеться со мной.

— Серьезно? — Лера в недоумении посмотрела на него. — Это ты сейчас так предложил расстаться?

Его глаза стали безжизненными — будто в них потухли все эмоции разом. Сейчас по ним невозможно было понять, что он на самом деле чувствует, всерьез ли говорит. Лера с трудом протолкнула воздух в легкие и сглотнула пересохшим горлом.

— Для тебя так будет лучше всего, — выдавил он.

—Я сама могу решить, что будет лучше для меня. — Лера нашла его ладонь и крепко сжала. — Но я должна понимать, что происходит. Не решай за меня, а будь честным. Мне нужно от тебя только доверие и правда.

— Хочешь правды? Хорошо. Я расскажу тебе все, а потом ты сама решишь, стоит ли ты лезть в это. Думаю, так будет честно.

Лера кивнула, и Костя начал свой рассказ под первые капли осеннего дождя, застучавшего по крыше машины.

Глава 32

Оказывается, оставив семью и уехав из города, Костин отец не терял зря времени. Попробовав поработать то тут, то там, в конце концов он связался с криминальной бандой. Чем конкретно он занимался, Костя не знал, но вышло так, что его отец и тут отличился и задолжал крупную сумму денег. Но разобраться с долгами не успел — умер. Бандиты решили все-таки вернуть свои деньги и заявились к его бывшей сожительнице, но та, не растерявшись, поведала, что у мужчины в другом городе осталась семья — жена и сын, поэтому все вопросы должны быть к ним. И даже услужливо предложила им адресок. Вряд ли ей удалось убедить головорезов в своей непричастности к финансовым махинациям бывшего любовника, но чем дело кончилось для этой женщины Костя не знал, да и знать особо не хотел.

Поэтому около полугода назад, в один из теплых весенних вечеров Костя встретился с Русланом и его компанией. Они, не церемонясь, доставили его к своему боссу, мужчине лет шестидесяти по имени Михаил. Он был выходцем из девяностых, за его спиной был не один год колонии и неизвестно сколько человеческих жизней на руках.

Михаил был то ли друг, то ли бывший сокамерник бандита, которому Костин отец задолжал денег. Ехать и разбираться в другой город, за тысячу километров тому оказалось не с руки, вот он и решил продать ему свой долг.

Именно в тот вечер жизнь Кости перевернулась с ног на голову. Не сказать, что она и до этого была похожа на сахар, но происходящее теперь и вовсе напоминало идиотский спектакль. Все, что он получил в наследство от своего никудышного отца — это огромный долг, который теперь именно с него хотела получить шайка бандитов и убийц.

Он, конечно, сразу сказал, что таких денег у него нет и отдавать ему совершенно нечего, но Михаил любезно предложил их отработать. Узнав, что парень работает в автосервисе, он заявил, что тот будет разбирать машины, которые угоняют его подельники. Продать машину целиком слишком сложно, и сразу всплывает, что она краденая, а вот по запчастям — совсем другое дело. Этот бизнес у Михаила был давно налажен, не хватало только рук, чтобы эти самые машины превращать в груду металлолома. А как Костя будет это осуществлять, заботило его мало.

Парень категорически отказался. Во-первых, ему совсем не хотелось связываться с криминалом в целом, и с Михаилом в частности, а, во-вторых, привозить в автосервис угнанные машины — значило подставлять Пал Палыча и ребят.

Но Михаил отказа не принял, недвусмысленно намекнув, что это вообще-то не предложение с правом выбора. И выход у него только один — отработать чертов долг, иначе Михаил никак не мог ручаться за безопасность его матери, друзей, да и его самого. А найти их, конечно же, будет не проблема.

Так Косте, скрипя сердце, пришлось признать своё поражение. Он бы с удовольствием не рассказывал никому о том, на что ему пришлось согласиться, но спрятать машины под носом у всех не представлялось возможным. Пришлось поделиться и с Пал Палычем, и с ребятами. Он ожидал, что те ни за что не согласятся ему помогать. И, наверное, даже обрадовался бы этому факту, но они сразу безапелляционно заявили, что друзья для того и нужны, чтобы выручать в самых сложных ситуациях. А человек, заменивший ему отца, в очередной раз доказал, что Костя для него — как второй сын. Пал Палыч ни секунды не сомневался, когда давал добро на появление в его мастерской угнанных машин, ставящих под удар не только дело его жизни, но и честное имя, и чистоту перед законом.

Так началось их “сотрудничество” с Михаилом и его бандой. Днем они работали, чиня машины, а по вечерам и ночам разбирали те, которые им регулярно поставлял Руслан. Но недели три назад они разобрали последнюю, и долг, наконец, оказывался закрыт. Костя считал дни до этого момента и надеялся, что сможет забыть это, как страшный сон, и выбраться из этой грязи, не увязнув с головой. Но все оказалось не так просто.

Михаил вызвал его к себе и заявил, что ему очень нравится их работа, и он не готов их отпустить — именно таких ребят ему не хватало, готовых работать днями и ночами. О том, что парни это делали лишь для того, чтобы побыстрее отработать проклятый долг и не иметь с ним больше никаких дел, ему было невдомек.

Теперь босс предлагал работать на него дальше, только уже за деньги. Костя резко отказался, сказав, что отныне не собирается иметь с ними никаких дел. Наверное, слишком резко. Он ушел, надеясь, что больше никогда их не увидит. Но, оказалось, Михаил не принимал отказов и не терпел, когда с ним общались подобным образом.

Уже следующим вечером Костю ждала невеселая встреча с Русланом, его бандой и их ножами. Они не забыли бросить напоследок ему, истекающему кровью, что босс очень сердит и советует подумать еще раз над его предложением. Права выбора Косте снова никто не давал, и теперь было ясно: его угрозы — не пустые слова, и ему ничего не стоит привести их в исполнение. Это было лишь предупреждение, убивать они его не собирались, но вышло так, что Руслан немного перестарался, и в тот день Костя действительно мог умереть, не найди его Лера.

И пока Костя лежал с ранением и температурой, на разбор в гараж уже привезли новую машину, доведя его до бешенства. Больше всего парень переживал, что подставляет друзей, но они и тут его не подвели. Как бы им всем не хотелось не иметь с Михаилом никаких дел, они понимали, что все козыри у него в руках. Поэтому принялись за очередную машину, а сам Костя теперь вообще перестал видеть свет в конце этого тоннеля.

Вероятность, что бандиты сами от него отстанут, таяла с каждым днем. Обратиться в полицию — невозможно, они ведь сами соучастники преступлений, и тоже пойдут под суд. Если вообще до него доживут. И если бы он один был замешан в этом, то послал бы Михаила вместе с его машинами куда подальше и будь, что будет. Посадят, убьют - ему было уже все равно. Но под ударом оказывались все те, кто ему дорог, а этого он допустить никак не мог.

Поэтому машина так и осталась в гараже, а Руслан, довольный донельзя, что смог доказать свое превосходство, строил из себя начальника, контролируя ребят и выводя Костю из себя все больше с каждым днём. Все прекрасно понимали, кто на самом деле всем руководит, но Рус из кожи вон лез, чтобы задеть парня, и их без того напряженные отношения накалились до предела. И сегодняшнее его появление в мастерской стало последней каплей в чаше терпения Кости, потому что чертов подонок, помимо всего прочего, посмел тронуть Леру.

— Поэтому быть рядом со мной небезопасно. Все, кто мне дорог, автоматически становятся рычагами давления, а, значит, любое неправильное действие — и они под угрозой, — тихо закончил свой рассказ Костя.

Он замолчал, а Лера в ужасе переваривала услышанное. Мир вокруг кружился, и она отчаянно пыталась найти точку опоры. Зацепиться хоть за что-то, пока ее не снесло этим ураганом.

— Лер. – Костя взял ее за руку и мягко сжал. — Я понимаю, как это звучит. Это ни хрена не весело и не романтично, и явно не то, что хочется услышать от парня. Я не жду от тебя мгновенного решения и готов дать сколько угодно времени. Я пойму, если ты сейчас уйдешь и больше не захочешь меня видеть. Прости, что вообще поставил тебя перед таким выбором.

— Я не знаю, что сказать, Кость, — только и пробормотала девушка, нервно закусив губу.

Думать не хотелось. Размышлять о том, чем ей грозят эти отношения, ставить на одну чашу весов себя и свою безопасность, а на другую… Его. Сердце рвалось на части от одной только мысли о том, что Костя прав, и быть рядом с ним — совсем не лучшая идея.

— То, что со мной происходит, похоже на разлетевшиеся во все стороны осколки нормальной жизни, которые ранят всех вокруг. И меньше всего на свете мне хочется, чтобы пострадала ты. Я бы хотел тебе пообещать, что уберегу тебя от всего, и все будет хорошо, но я не могу. Все, что я могу — это быть честным с тобой, — Костя продолжал, а Лере все больше хотелось кричать.

До хрипа в горле и осипших голосовых связок. И еще заставить его замолчать, а затем взять свои слова обратно. И умолять сказать, что это была всего лишь шутка. Глупая, совсем не смешная шутка.

— Кость, — тихо позвала девушка. — Отвези меня, пожалуйста, домой.

В его глазах проскользнула боль, но он лишь согласно кивнул и завел машину. Всю дорогу до ее дома они промолчали. Лера сидела, застыв, не до конца понимая сон это, или реальность. Ей нужно было время, чтобы все обдумать, а сейчас она была на это просто не способна — мыслей было так много, что разболелась голова. Очнулась она только, когда машина остановилась.

— Я позвоню тебе. — Она быстро поцеловала Костю и поспешила скрыться в подъезде.

Ей было тошно от самой себя, от того, как легко она поддалась страху. От осознания, что он остался сидеть в машине один, легко позволив ей уйти и не посмев остановить, горло начинал сдавливать тугой обруч, грозя задушить или прорваться громкими рыданиями.

— Лер, это ты? — Услышала она мамин голос, едва зайдя в квартиру.

— Да, мам, — устало ответила она.

— Ты вовремя, я как раз закончила с ужином.

— Спасибо, но я не хочу есть. Я буду у себя.

— Лер… — начала мама, выходя в коридор. Но Лера быстро проскользнула мимо нее и закрылась у себя в комнате. Сил на очередной раунд выяснения отношения сейчас не было.

Она упала на кровать и уставилась взглядом в потолок. Ну и какого черта? Что ей теперь делать? Отойдя от первого шока, она ощутила страх. Жуткий, пробирающий до костей, не дающий сделать глубокий вдох. Неужели он теперь будет ее вечный спутник? Страх за себя, свою семью, за Костю, которого ежедневно могут убить. Или посадить за решетку. Он так прочно увяз в этом болоте, что выйти из него чистым и сухим едва ли реально.

Но разве можно его оставить? Ведь он не выбирал такую жизнь, этот решение приняли за него. И он больше всех хотел выбраться, никому не навредив. Разве это будет честным? Но где взять сил на такое решение…

Девушка закрыла глаза и потерла пальцами виски. Ей нужен совет. Чей-то взгляд со стороны, который натолкнет ее на верное решение, даже если ответ уже сам собой созрел где-то глубоко внутри.

Поговорить с мамой? Лера, даже не начиная разговор, уже знала, что та скажет: бросай его немедленно и никогда больше не приближайся. И не забудет добавить, что была права. Костя ей не пара, и рядом с ним ее не ждет ничего хорошего. Наверное, в этот раз даже папа окажется на стороне Елены Анатольевны и заявит, что рисковать ради парня, с которым едва знакома, — верх глупости.

Катя. Лера достала телефон и набрала подруге. Но в трубке были слышны только длинные гудки – Катя не торопилась отвечать. Тогда девушка сбросила вызов и набрала другой, знакомый до боли, номер.

— Привет. Мне нужна твоя помощь. Сможешь подъехать?

Глава 33

— Привет. — Лера села в подъехавшую машину и захлопнула дверь.

— Привет. — Ваня напряженно глянул на нее. — Что случилось? У тебя был очень встревоженный голос.

— Прости, что побеспокоила. Просто мне нужно поговорить с кем-нибудь.

— Не извиняйся. Я же говорил — мы все еще друзья, и ты всегда можешь положиться на меня. Выкладывай!

Лера помолчала секунд десять, собираясь с мыслями. Она понятия не имела, как лучше преподнести информацию. Рассказывать Ване все напрямую ей не хотелось, все-таки Костя поделился именно с ней, а выдавать секреты — значило предать его доверие. Она уставилась в окно, наблюдая, как из соседнего подъезда неспешно, едва переставляя ноги, вышла баба Валя, или как ее в шутку называли "охранная система Валентина". Несмотря на кажущуюся болезненность и неторопливость, баба Валя успешно справлялась с надзором за всем двором. Сколько раз она гоняла Леру с Ваней, сидящих на лавочке и слишком громко, на ее взгляд смеющихся, даже не счесть. Девушка тоскливо улыбнулась — тогда все было так просто и легко, а главной проблемой оставалась, как не попасться грозной Валентине.

— Как думаешь, — наконец, начала она, — что в конце концов побеждает — здравый смысл или чувства?

Иван кинул на нее удивленный взгляд, но Лера, не дожидаясь ответа, продолжила.

— Если здравый смысл, то были ли вообще какие-то чувства, раз от них так легко отказаться? Или нелегко? И ты всю оставшуюся жизнь будешь корить себя за то, что не прыгнул в этот омут с головой и спасовал перед первыми же трудностями? Достоин ли любви человек, который не готов за нее бороться?

— Я не понимаю Лер, — вздохнул парень. — Ты говоришь загадками. Давай прямо, что случилось? Он обидел тебя?

Лера лишь отрицательно помотала головой и продолжила, даже не думая отвечать на его вопрос. Словно пришла сюда на самом деле поговорить с собой, а не с Ваней.

— Я боюсь. Но еще больше я боюсь оставить его. Когда я об этом думаю, мне становится все равно — случится ли что-то со мной, лишь бы он был рядом. И от этого еще страшнее. Разве это не глупо так себя вести?

— А вот сейчас я уже начинаю напрягаться, — Ваня нахмурился. — Что происходит? Я ни черта не понимаю, но общее настроение мне уже не нравится.

— Я не могу тебе всего рассказать, Вань, извини, — Лера вздохнула. - Просто скажи, ты бы отказался от того, что тебе дорого, ради призрачной безопасности и спокойствия?

— Я не знаю, — честно ответил он. — Может быть. Слишком мало вводных данных, Лер.

Они оба замолчали, а затем Ваня первым нарушил тишину:

— Этот парень, он что, опасен?

— Он — нет.

— Опасно рядом с ним?

Девушка кивнула. Иван постучал пальцами по рулю и мрачно посмотрел на Леру.

— Да уж, Лер, — пробормотал он. — Вот угораздило тебя вляпаться.

— И что же мне делать? — спросила она больше у себя, чем у Вани.

— Мне сложно сказать, — после долгого молчания проговорил Ваня. — Как твоему другу, мне бы, конечно, хотелось, чтобы ты забыла о нем и жила спокойно, зная, что тебе ничего не угрожает. Но я слишком хорошо знаю тебя, поэтому прекрасно понимаю, что ты его не оставишь, а пойдешь за ним до конца. Ты даже со мной до последнего возилась, что уж про него говорить. Ты и сама это знаешь не хуже, просто тебе нужно было услышать это от кого-то другого. И еще. Я плохо знаю этого парня, но кое в чем уверен. Он не допустит, чтобы с тобой что-то случилось, и кто-то посмел тронуть хоть пальцем.

Девушка едва заметно улыбнулась. И поняла, что свое решение, несмотря на отчаянно протестующий голос разума, приняла уже давно. Наверное, в тот самый момент, когда привела к себе домой истекающего кровью парня, прекрасно понимая, что ничем хорошим это не закончится.

Темноту разрезал свет фар приближающегося автомобиля. Он остановился возле ее подъезда, и из него быстро вышел человек. Слишком знакомый силуэт… Костя!

— Это, похоже, к тебе. — Ваня тоже его заметил.

— Костя! — Лера открыла дверь машины и окликнула парня.

Тот оглянулся и с удивлением посмотрел на девушку. Затем увидел Ваню, сидящего за рулем автомобиля и помрачнел.

— Что ты здесь делаешь? — Лера подошла к парню поближе.

— Приехал к тебе, не мог найти места из-за того, что оставил в таком состоянии. Но, похоже, ты не особо меня ждала. — Его голос стал ледяным.

— Что? Почему? Ты про Ваню сейчас? Мы просто разговаривали, это совсем не то, что ты думаешь… — Лера стала замечать, что глаза Кости темнеют от злости и разочарования.

— Я думаю, что ты сделала правильно, придя к нему, — резко прервал он ее, сделав шаг назад. — Наша встреча была ошибкой. Не усложняй себе жизнь, детка. Ты приняла единственно верное решение.

Его слова били хлыстом, оставляя кровоточащие раны. Лера сейчас с трудом узнавала в нем парня, который всего пару часов назад выворачивал перед ней наизнанку душу. В его темных глазах теперь было невозможно тонуть — из бездонных черных дыр они превратились в лезвия металла, а на лице застыла холодная маска безразличия.

— Кость! Что ты такое говоришь? Я...

Но он уже повернулся, не давая ей закончить, и сел в автомобиль, захлопнув дверь с такой силой, что Лера вздрогнула.

— Костя! – беспомощно крикнула она ему вдогонку, но машина резко тронулась с места, взвизгнув колесами об асфальт.

***

Она позвонила ему раз двадцать. Он ни разу не взял трубку. И еще около десятка ее сообщений остались без ответа. Лера сходила с ума от беспокойства и желания объяснить, что она не собиралась от него отказываться. Не собиралась сбегать обратно к Ване, а всего лишь хотела поговорить с другом. Огромным усилием воли заставила себя остаться дома, а не броситься искать его по городу. Костя мог быть где угодно: дома, в автосервисе, у кого-то из друзей, да черт знает, где еще. Лешу тоже решила не беспокоить, убедив себя, что можно подождать до утра. А завтра его точно можно будет найти на работе, и она заставит его себя выслушать.

На следующий день Лера пришла в институт и опустилась на скамейку в фойе, ожидая Катю. Она снова набрала Костин номер, но в ответ услышала только длинные гудки. Вздохнув, девушка со злостью сунула телефон в карман и увидела приближающуюся подругу.

— Что у тебя случилось? — даже не поздоровавшись, спросила Катя. — Выглядишь, будто по тебе поезд проехался.

— Нам срочно нужно поговорить. — Лера схватила подругу за руку и потащила в туалет на последнем этаже, в который обычно редко кто-то ходил. — Ты не против прогулять первую лекцию? Разговор будет долгим.

— Когда я отказывалась прогулять скучную лекцию? — Катя постаралась пошутить, но в ее голосе слышалось волнение. Если уж Лера прогуливает пары, значит, случилось что-то действительно серьезное.

Лера завела подругу в туалет, поудобнее устроилась на подоконнике и начала свой рассказ. На Катю она могла положиться на все сто процентов, поэтому рассказала все без утайки: начиная от самой первой встречи и заканчивая вчерашней ссорой. Та выслушала девушку, не перебивая, и когда Лера закончила, спросила:

— И почему ты еще здесь?

— То есть? — Лера изумленно взглянула на нее.

— Лера. — Катя укоризненно глянула на нее, как на несмышленого ребенка, задавшего очевидный вопрос. — Ты только представь. Вчера он открылся тебе полностью, рассказал о таком, о чем вообще не принято болтать двум влюбленным на свидании. Ты думаешь, просто ему было выложить это тебе? Уверена, ты вообще первая девушка, кому он это рассказывал. Значит, Костя доверяет тебе, а, главное, ему важно, чтобы ты понимала его и принимала со всеми проблемами. А ты мало того, что сбежала, но это еще полбеды. Ты испугалась, тут все понятно. И он это прекрасно понимал, даже сам приехал к тебе, чтобы ты не оставалась с этим грузом одна. И что же он видит? Ты разве что не в объятиях своего бывшего! И только не надо сейчас про друзей, об этом ты можешь говорить мне, но не ему. Что он должен был подумать? Что, обдумав все, ты решила, будто лучшим выходом будет вернуться к Ване, а не вот это все. Ты же просто растоптала его чувства. Удивляюсь только, как он не прибил Ваньку прям там.

— Я хотела ему все объяснить. Звонила, писала. Но он не хочет разговаривать? Кать, неужели я все испортила? — пробормотала Лера.

— Едь к нему прямо сейчас! Все объясни и убеди, что он не зря тебе открылся.

— Кать, прикроешь меня? — Лера соскочила с подоконника и схватила сумку.

— Конечно, подруга, — улыбнулась Катя. — Давай, мчи к своему принцу.

***

Лера быстро добралась до автосервиса, и, только уже подходя к нему, вспомнила, что сегодня здесь должен быть Руслан. Встречаться с ним и его шайкой совсем не хотелось, особенно теперь когда она точно знала, на что они способны. По спине забегали мурашки, а в голову полезли дурацкие мысли, но Лера отмахнулась от них и уверенно открыла дверь в гараж.

К счастью, там были только Костя, Макс, Илья и Пал Палыч. Костя стоял ближе всех ко входу около открытого капота машины, задумчиво рассматривая его содержимое, а остальные были чем-то заняты у дальней стены гаража. Дверь за спиной Леры громко хлопнула, и все повернули к ней головы.

— Привет, — негромко сказала она.

— Привет, — помахали ей из дальнего угла ребята.

Костя мрачно глянул на нее. Он был одет в синий рабочий комбинезон, под которым виднелась черная обтягивающая футболка. Парень с грохотом захлопнул капот, вытер руки и медленно подошел к ней.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он ровным тоном. — Тебе сегодня не стоит здесь появляться. Да и вообще не стоит.

— Ты не отвечал на мои звонки.

Лера заглянула в его глаза и ничего в них не увидела. Они были пусты и безжизненны. Ни вчерашней злости, ни нежности, с которой он обычно смотрел на нее. Там, где раньше был океан, теперь осталась только высохшая пустыня.

— Я был занят.

— Нам нужно поговорить.

— Нам не о чем разговаривать. Забудь все и живи дальше.

— Я не хочу забывать! — Лера повысила голос. — Давай поговорим. Пожалуйста.

— Окей, — он тяжело вздохнул и опустил голову. — Поговорим, раз тебе так сильно хочется. Что ты хочешь сказать?

— Я очень виновата перед тобой, Кость. Я… И Ваня… Мы. Ты все неправильно понял. Мы только друзья, и нас больше ничего не связывает. Я не собиралась уходить к нему… — она запнулась, понимая, что слова никак не связываются в предложения.

Костя вопросительно поднял бровь. Лера глубоко вздохнула и постаралась успокоиться.

— Костя, пожалуйста. Я понимаю, как это выглядело. Но что бы ни происходило у нас с Ваней, я знаю его с самого рождения, и он в первую очередь мой друг. И я рада, что ты доверился и рассказал мне все. И хочу, чтобы ты знал — я тебя не предам и не оставлю. Именно такое решение я приняла. Мне не важно, что происходит в твоей жизни, я хочу быть рядом. Я готова рискнуть ради тебя.

Парень несколько секунд помолчал, словно взвешивая что-то в голове. Его лицо не выражало абсолютно ничего, и догадаться о том, что он чувствует было практически нереально. О том, что этот разговор имеет для него какое-то значение, можно было догадаться только по слишком плотно сжатым губам и едва подрагивающим пальцам.

— Я тоже принял решение, — Костя отвел взгляд, смотря девушке за спину. — Нам не стоит быть вместе. И это даже не из-за твоего бывшего, хотя, признаюсь, увидеть вас вчера вместе было довольно неприятно. Просто так действительно будет лучше. Для всех. Что я могу дать тебе? Бесконечные переживания и страх? Нет, ты достойна большего. А будешь ты с ним, или найдешь другого — выбор за тобой. Мне жаль, я не должен был втягивать тебя в это дерьмо. Прости.

— Прости? И это все, что ты можешь мне сказать? Ты дал мне возможность сделать выбор, и я его сделала! Так какого черта ты сейчас принимаешь решение за нас двоих?

— Потому что я ошибся. Нет никакого выбора.

— Ты же не всерьез сейчас! — Лера встряхнула его за плечи, заставляя посмотреть в глаза. Но в его не увидела ничего: ни сожаления, ни грусти, ни даже разочарования. Словно она не значила для него ровным счетом ничего.

— Лер, я серьезно. — Его голос едва заметно дрогнул.

— Но… Я люблю тебя! — Лера безвольно уронила руки, и ее глаза наполнились слезами.

Его лицо исказила гримаса боли. Будто ему вонзили нож в самое сердце, а потом провернули несколько раз.

— Извини, — глухо ответил он и опустил глаза вниз. — Мне нечего тебе на это ответить.

Сердце девушки на несколько секунд перестало биться, и она забыла, что нужно дышать. Как он может говорить такое? После всего, что было, после всех сказанных слов, после того, как ворвался в ее жизнь и закружил в этом водовороте чувств. А когда легкие зажгло от отсутствия кислорода, она шумно вдохнула и, резко развернувшись, пошла прочь.

Глава 34

Я люблю тебя.

Я люблю тебя.

Я люблю тебя.

Дверь за Лерой уже давно с грохотом захлопнулась, а Костя все еще не слышал ничего, кроме этих слов. Они пульсировали в голове, глубоко отпечатываясь и прорастая корнями внутрь.

Сердце разлетелось на миллион крошечных осколков. Ему никогда в жизни не было так больно — ни когда в детстве упал с дерева и сломал ногу или подростком дрался на улице, ни когда Руслан воткнул ему в живот нож, ни когда Леха потом зашивал эту рану. Это была особая, ни на что не похожая, боль. Будто ты изнутри разваливаешься на мелкие атомы, и все пространство заполняет пустота.

Хотелось броситься за ней и крикнуть, что это все неправда. Он лжет, хотя обещал быть честным. Он первый же ее и обидел, хотя уверял, что никому не даст ее тронуть. Но Костя лишь до боли сжал руки в кулаки, огромным усилием заставляя себя остаться на месте.

Нельзя.

Так будет лучше — для нее. А он научится жить дальше.

— Мальчик мой. — Услышал Костя тихий голос рядом, и чья-то теплая рука опустилась ему на плечо.

Он обмяк, закрыл глаза и привалился к стене, прижавшись лицом к холодному бетону. Пал Палыч придвинул ему поближе стул и слегка надавил сверху на плечо, заставляя присесть. Костя опустился на сиденье и только теперь заметил, что руки и ноги предательски дрожат.

— Ты уверен, что это необходимо? — Макс присел рядом с ним на корточки.

— Да, — Костя тяжело выдохнул. — Я не могу подвергать ее такой опасности. И не должен был вываливать на нее все и заставлять принимать решение. Я не уверен, что смогу ее защитить, не уверен в завтрашнем дне, даже не знаю — доживу ли я до следующей недели. Не хочу делать ее пешкой в чужих руках. Лера скоро забудет обо мне и заживет спокойно. А я… Я как-нибудь справлюсь.

В гараже повисла напряженная тишина. Костя смотрел в одну точку на полу, а парни переглянулись с Пал Палычем. Мужчина сжал Костино плечо и, нахмурив брови, склонил голову набок.

— Может, не стоит рубить сгоряча? — осторожно спросил Илья.

—Не стоит? — глухо отозвался Костя. — А чего ждать? Того, что в следующий Руслан ранит не меня, а ее? Или сделает что-нибудь похуже? Как мне потом жить с этим? Я и так достаточно рискую вами, но у вас хотя бы была возможность послать меня к черту. А у нее?

— Она могла и не выбирать тебя, но пришла сюда, даже зная правду, — резонно заметил Макс.

Костя грустно улыбнулся и покачал головой.

— Нет, Макс. Я с самого начала знал, что так и будет — я же видел, как она смотрела на меня, видел ее глаза, все чувствовал. Но, как последний дурак, поддался этому соблазну, хотя не стоило даже начинать. Я понимал, что все так кончится, но сил отказаться от нее сразу не хватило. И сделал только хуже — и ей, и себе.

— Кость, ты рушишь свою жизнь, — хмуро сказал Пал Палыч. — Это все зашло слишком далеко, нужно что-то решать. Выход есть, я уверен.

— Когда-нибудь я найду этот выход. А пока... Она должна жить, ничего не боясь.

***

Дверной звонок разрывался, но открывать никто не торопился. Костя накинул на голову одеяло в надежде, что незваные гости догадаются уйти сами. Трель смолкла, но вместо нее ожил телефон на тумбочке.

Даже не глядя на экран, Костя сбросил вызов и выключил звук. На несколько минут в квартире воцарилась долгожданная тишина, но потом снова вернулся отвратительный писк дверного звонка. На этот раз он длился недолго, и скоро в коридоре послышались раздраженные и недовольные голоса — кто-то все-таки решил открыть дверь. Еще несколько секунд — и одеяло рывком слетело с Кости.

— Вставай, — хмуро заявил Леха.

— Отвали, Лех. Я сплю.

— Ты не отвечаешь ни на чьи звонки, второй день не выходишь на связь. Отец беспокоится, мама места себе не находит. Я тоже. Парни вчера так и не смогли к тебе попасть. Какого хрена,Кость? Мы переживаем.

— Передай всем, что я жив-здоров. И уходи. — Костя снова подтянул к себе одеяло и отвернулся к стене.

— Нет. — Леша сел на кровать. — Я никуда не уйду. У меня сегодня выходной, и я как раз не знал, чем заняться.

— Мне не нужна нянька, — огрызнулся Костя. — Я просто хочу побыть один.

— Ну конечно, — криво усмехнулся Леха, а потом резко развернул Костю к себе за плечо: — Что это такое?

Он указал на ссадину на щеке, а его глаза скользнули вниз, отмечая пару синяков в районе ребер и сбитые костяшки пальцев.

— Ничего. Просто подрался.

— С кем? Опять Руслан?

— Нет. С каким-то парнем в баре. Кажется, мы не сошлись во взглядах.

— Твою мать, Кость! — Леха сжал его за плечо и с силой встряхнул. — Да ты же до сих пор пьян! Сколько ты вчера выпил?

— Понятия не имею.

Леша схватил парня за подбородок и посмотрел в глаза, внимательно вглядываясь. Поджал губы и процедил:

— Кажется, ты не только пил. Что еще принимал?

— Не помню.

— Решил сам себя угробить?

— Какая теперь разница?

— Соберись, Кость! Это еще не конец света.

— Думаешь? — ухмыльнулся Костя. — У меня такое ощущение, что из меня выкачали все хорошее, и осталась только беспросветная темнота.

— Верни ее. Позволь ей быть рядом.

— Не могу, — Костя замотал головой. — Я закрываю глаза, и вижу на ней руки Руслана и ее испуганные глаза. И понимаю, что это моя вина.

— Ты не виноват.

Костя прикрыл глаза и с раздражением откинулся на подушку.

— То, что она пострадает не от моих рук, не значит, что я не виноват. Она мне доверилась, а я подтолкнул к краю пропасти. Не хочу быть тем, кто сбросит ее вниз.

— Кость…

— Лех, отвали! — Костя грубо оттолкнул друга. — Я не хочу разговаривать, не хочу в сотый раз обсуждать дерьмо, в котором увяз. С машиной мы закончили, когда Руслан привезет следующую, я приеду. А пока — оставьте меня в покое.

— Я просто хочу помочь. Ты не в себе и можешь натворить глупостей.

— Каких глупостей? Мне светит до хрена лет колонии или пуля в лоб, и я прогнал девушку, которую люблю. Что еще может со мной случиться? Я и так на дне.

— Поехали со мной? Проспишься у меня дома, а я хотя бы буду уверен, что ты не лежишь в какой-нибудь канаве.

— Никуда я не поеду. Иди, Лех, и займись своими делами.

Костя накинул одеяло на голову и уткнулся лицом в сгиб локтя. Леха сидел молча, но уходить не торопился. Костя слышал и его тяжелое дыхание, и все повисшие в воздухе, несказанные слова. Выпитый вчера алкоголь до сих пор покачивал на мягких волнах, и друг не ошибся — Костя едва помнил прошедший вечер, но во вспыхивающих обрывках воспоминаний были не только коньяк и сигареты. Голова была непривычно тяжелой и гудела, словно в ней завелся пчелиный рой. И сквозь подступающую тошноту, Костя нехотя понимал: Леха прав, и вчерашний день мог закончиться плохо. Вот только он даже хотел этого – чтобы на смену разрывающей все внутри боли пришла головная, а из памяти стерлись события не только нескольких последних часов, а пары недель. Чтобы обжигающая боль от удара чужого кулака в лицо оказалась сильнее, чем от осознания, что он своими собственными руками разрушил все самое хорошее, что было в жизни.

Леха со вздохом встал, и кровать тихо скрипнула. Похлопал Костю по плечу, но тот даже не повернулся, мечтая провалиться в беспокойный сон и хотя бы ненадолго отключиться от реальности.

— Пообещай, что не вляпаешься в неприятности.

Костя промолчал. Говорить не хотелось, как и обещать того, в чем не был уверен.

— Кость?

— Окей, Лех. Буду паинькой. По крайней мере, постараюсь. А сейчас дай поспать — голова просто раскалывается.

— Хорошо. Если что — звони.

Глава 35

Три дня Лера провела будто в бреду. Она на автопилоте ходила на пары, общалась с друзьями и родителями. Им про Костю она ничего рассказывать не стала, подумав, что не готова сейчас выслушивать еще и восклицания мамы. Девушка поделилась только с Катей, которая как всегда, поняла и поддержала.

Проснувшись в пятницу утром, Лера долго не могла заставить себя подняться с кровати. Она снова не спала полночи, раз за разом прокручивая в голове разговор с Костей, и эта бессонница уже начала входить в привычку. Она выматывала и забирала остатки сил, которых и так едва хватало, чтобы создавать вокруг себя иллюзию того, что все в порядке. Даже закралась мысль не ходить в институт, но Лера вовремя вспомнила, что родители дома, а значит, начнется куча вопросов, почему она не на учебе. Проще сходить, чем объяснять, почему ей больше хочется смотреть весь день в потолок, а не общаться с людьми.

Лера нехотя поплелась в душ, а затем вышла на кухню. Мама уже хлопотала над завтраком, попутно напоминая папе, что из вещей нужно не забыть сложить в чемодан. Тот молча кивал, даже не особо прислушиваясь к словам жены — знал, что она все равно сама еще несколько раз перепроверит содержимое сумок. Лера с некоторым облегчением выдохнула, радуясь, что хотя бы ненадолго сможет избежать косых взглядов и нравоучений от мамы, которая, кажется, обо всем уже догадалась, но пока ей хватало такта молчать.

— Не выспалась? — папа бросил на дочь быстрый взгляд.

— Нет. — Лера опустилась рядом с ним на стул и налила молоко в свежесваренный кофе.

— Милая, ты точно справишься одна? — Мама задавала этот вопрос уже в третий раз.

— Конечно, мам, я же не первый раз остаюсь одна. Что должно измениться сегодня?

— Просто ты последние дни сама не своя…

— Со мной все в порядке, на учебе завал, вот и все, — отрезала девушка.

— Хорошо, — согласилась мама, не став спорить. — Если вдруг придет Костя…

— Он не придет, можешь не переживать, — резко прервала Лера маму. — Он… Уехал.

— Уехал?

— Да, ему понадобилось срочно уехать по делам. — Лера сама не понимала, зачем сейчас врет. Рано или поздно родители все равно узнают, что они расстались. Но лучше она расскажет им чуть позже, когда хотя бы сможет говорить об этом без слез.

— У вас что-то случилось? — задумчиво спросила мама.

— Ничего не случилось! — Лера замотала головой. И чувствуя подступающие слезы, крепко сжала руки в кулаки, пытаясь их прогнать. Понимала, что выдает себя с потрохами, но сил на спектакль больше не было. — Давай без допросов, мам.

— Милая. — Мама села рядом, нервно комкая в руках кухонное полотенце. — Он что-то сделал тебе? Обидел?

— Ну почему, мам? Почему ты сразу решила, что он сделал что-то плохое? С чего такая уверенность?

— Это не уверенность, это жизненный опыт.

— На этот раз он тебя подвел.

— Я этому только рада, — Елена Анатольевна погладила дочь по волосам. — Я бы очень хотела ошибиться на его счет. Ты же знаешь, что всегда можешь поделиться со мной тем, что тебя беспокоит?

— Конечно, — Лера кивнула головой, точно зная, что ни за что на свете не будет обсуждать эту ситуацию с мамой.

Она слишком хорошо знала выражение ее лица, так и кричащее: “Я же говорила. Знала, что так и будет — он поиграет и бросит, и ты ему будешь не нужна. Разобьет твое сердце вдребезги и уйдет. А ты, дурочка, уже успела влюбиться”. И в конце обязательно добавит: "Ваня бы так никогда не поступил, нужно вернуться к нему”. Ее тошнило от этих, еще не сказанных, слов. И еще от того, что мама, похоже, оказалась права.

***

Пары тянулись и тянулись. Больше всего Лере хотелось вернуться домой, спрятаться под одеяло и крепко заснуть. Желательно, на ближайшие лет сто. А затем проснуться без этой ноющей боли за грудиной и с возможностью снова дышать.

Она села на лекции за самый последний стол и старательно делала вид, что записывает слова профессора, с энтузиазмом что-то объясняющего. Как девушка ни вслушивалась, она все никак не могла уловить смысл его слов — мысли были слишком далеки от этой аудитории. Они витали вокруг Кости, цепляясь за обрывки их совместных дней, выбрасывали на поверхность все его слова и поцелуи, от которых горела кожа. Лера хотела запретить себе думать, но не получалось. Проще было приказать сердцу не биться, чем мыслям о Косте исчезнуть из головы.

Катя тоже оставила их привычное место в лекционном зале и села рядом с подругой. Лера ее об этом не просила, да и, если честно, была бы даже рада немного посидеть в одиночестве. Потому что искоса брошенные взгляды и тяжелые вздохи, начинали все больше напрягать.

— У меня что, вторая голова выросла? — наконец, не выдержала Лера, поймав на себе очередной обеспокоенный Катин взгляд.

— Что? — встрепенулась та. — Нет, конечно. Что за вопрос?

— Тогда может хватит на меня так смотреть? Я не рассыплюсь в прах прямо посреди аудитории.

— Я переживаю за тебя, Лер, — Катя взволнованно зашептала. — Я знаю тебя миллион лет и ни разу не видела такой.

— Какой?

— Убитой. Расстроенной. Ты же вообще почти никогда не грустишь, быстро отходишь и переключаешься. А сейчас я тебя не узнаю. Где твоя постоянная улыбка?

Лера молчала, глядя, как преподаватель бросает в их сторону неодобрительные взгляды — он терпеть не мог, когда на его лекциях начинали болтать.

— Потому что я идиотка, Кать. Я просто глупая, влюбленная, наивная девочка, которая поверила парню и готова была пойти за ним хоть куда. А ему, оказывается, это было и не нужно.

— Мне кажется, ты ошибаешься.

— Ошибаюсь? — воскликнула Лера громче, чем следовало, и, увидев, что в их сторону стали поворачиваться студенты, продолжила чуть тише: — Он, глядя в глаза, сказал, что нам нечего делать вместе, и он ничего ко мне не чувствует. Как я могу ошибаться?

— Зачем бы он тогда рассказывал тебе все? Хотел, чтобы ты знала?

— Откуда мне знать? — зло бросила Лера. — Решил проверить, как далеко я могу зайти? Потешить свое эго?

— Не сходится, подруга, — покачала головой Катя. — Больше похоже, что он просто испугался за тебя, не думаешь?

— Я не хочу об этом больше думать! Ломать голову над тем, что им двигало. Больно одинаково.

— Галерка! Мы вам не мешаем? — профессор прервал свою лекцию и смотрел теперь на них, ожидая, когда в них проснутся угрызения совести.

Лера лишь раздраженно хмыкнула, даже не собираясь извиняться перед ни в чем не повинным преподавателем.

— Извините, — пришлось отдуваться за двоих Кате.

— Если вам совсем не интересно, можете покинуть аудиторию и не мешать слушать остальным, — процедил мужчина.

— Какое замечательное предложение. — Лера подскочила с места, на ходу хватая свою сумку. — Пожалуй, я им воспользуюсь!

Брови профессора поползли вверх — вряд ли он рассчитывал, что его слова воспримут так буквально, а Катя раздражённо цокнула языком, даже не пытаясь остановить подругу. И под удивленные взгляды сокурсников, Лера быстрым шагом покинула лекционный зал.

Она пулей спустилась по лестнице на первый этаж и, на ходу натягивая куртку, направилась на улицу. Выйдя из института, Лера уже хотела направиться в сторону остановки, как увидела на парковке знакомую машину. Она замерла, не решаясь уйти, но и не уверенная, что стоит подходить. Пока она раздумывала, водительская дверь открылась, показался Леша и помахал ей рукой. Помедлив, Лера все-таки пошла в его сторону.

— Привет, — улыбнулся парень.

— Привет, — Лера напряженно посмотрела на него. Что он тут делает?

— Как дела? — Леха явно не знал, как начать разговор.

— Что ты хотел, Леш? — вздохнула Лера. — Ты же здесь явно не за тем, чтобы узнать, как мои дела.

— Лер, я понимаю, что, лезу не в свое дело, но… Я не могу смотреть, как сходит с ума мой лучший друг.

— Сходит с ума? — девушка нервно хохотнула. — Что ты имеешь ввиду?

Леша покачал головой и сунул руки в карманы куртки.

— Он словно с цепи сорвался. То ходит как в воду опущенный, то злится и срывается на окружающих. Напивается в сомнительных барах, черт знает что принимает, с кем-то дерется. Не хочет ни с кем разговаривать, а я даже не знаю, как ему помочь — не нужна ему моя помощь. Боюсь, это плохо кончится, но меня он слушать не желает.

Сердце Леры предательски заныло. Она представила Костю — разбитого, потерянного, сломленного, пытающегося забыться любым способом.

— И что ты от меня хочешь? — дрогнувшим голосом спросила она.

— Чтобы ты поговорила с ним.

— С чего ты решил, что он прислушается ко мне? Последний раз, когда мы виделись, он едва согласился поговорить со мной, а потом заявил, что я ему не нужна.

— Лер, не глупи, ты же понимаешь, что он так не думает, — Леха раздосадованно качнул головой и нахмурился. — Он уверен, что только так сможет тебя защитить. Даже, если ему придется от тебя отказаться.

— Не хочу я ничего понимать. Не хочу догадываться и искать оправданий. Он решил все за нас двоих, а я ведь имела право голоса. И мне тоже больно, Леш.

Леша неуверенно потянулся вперед и приобнял Леру, погладив по спине. Девушка закусила губу, стараясь не разреветься. Только не сейчас. Уткнулась лицом в мерно вздымающуюся грудь парня и постаралась взять себя в руки.

— Я понимаю. И его тоже могу понять. Он знает, на что они способны, а ты нет. Это не шутки, Лер, эти ребята действительно опасны. И не думай, что это решение далось ему легко.

— Как и мне, — Лера дернулась в Лешиных руках. — Мне тоже было тяжело все принять. И я понимаю, насколько они опасны. Вот только я была готова рискнуть всем, а Костя нет. Так что, извини, но это его выбор.

И, бросив на прощание Леше невнятное “пока”, она почти бегом направилась в сторону дома.

Глава 36

Когда Лера открыла глаза, за окном уже совсем стемнело. Девушка взглянула на часы — почти половина восьмого. Она проспала несколько часов и все равно чувствовала себя уставшей и разбитой. Встреча с Лешей только расшевелила внутри кровоточащие раны и добавила новых острых граней ее боли. Теперь сердце трещало по швам, а тело бросало в дрожь при каждой мысли, где сейчас Костя. Не совершил ли он какую-нибудь глупость? Его боль чувствовалась даже острее, чем своя, и так хотелось хоть немного ее облегчить.

Лера мотнула головой, в очередной раз напомнив себе, что он сам решил отпустить ее. А, значит, дальше каждый справляется сам, как может. А ей срочно нужно что-то сладкое — обычно это всегда помогает почувствовать себя лучше. Лера направилась на кухню, перерыла все шкафы и громко выругалась, ничего не найдя.

Решив во что бы то ни стало добыть себе шоколад, она, проклиная все на свете, натянула джинсы с футболкой, и, накинув куртку, отправилась в магазин. На улице было темно и промозгло, а холодный ветер задувал в воротник, заставляя съежиться. Но не успела Лера сделать и нескольких шагов, как от стены дома неслышно отделились четыре темные фигуры и шагнули к ней навстречу. Одна из них схватила ее за талию и, рывком притянув к себе, шепнула на ухо:

— Ну, здравствуй.

От знакомого голоса все внутри перевернулось. Руслан. Лера попыталась оттолкнуть его, но в темноте бледно сверкнуло стальное лезвие.

— Я бы не советовал тебе дергаться, крошка. Давай прокатимся!

Он потащил ее в сторону припаркованного у обочины автомобиля, затолкал на заднее сиденье и сел следом. С другой стороны подсел второй парень — высокий и крупный, и девушка оказалась зажата между их телами. Еще двое бандитов оказались спереди, и машины, взвизгнув шинами по асфальту, рванула вперед, и Лера в ужасе пыталась сделать судорожный вдох — все произошло за считанные секунды, и она едва успела понять, как оказалась в одном автомобиле с Русланом и его шайкой.

Пытаясь проигнорировать липкий страх, сжимающий горло, она начала прокручивать в голове варианты, как ей отсюда выбраться. На ум ничего не приходило, а холодный металл, находящийся так близко от груди, в которой заходилось с бешеном беге сердце, и вовсе отбивал всякое желание что-то делать.

— Что вам нужно? — дрожащим голосом спросила она.

— Хочу немного проучить кое-кого, — Руслан оскалился и положил руку к ней на колено.

Лера содрогнулась от ощущения его грубых пальцев и резко отбросила руку парня в сторону. Тот лишь рассмеялся и с такой силой сжал ее ногу, что девушка даже вскрикнула.

— Советую не сопротивляться, — шепнул он ей в самое ухо, так что она ощутила его дыхание на своей шее.

У Леры закружилась голова, и ее затошнило от этой отвратительной близости. Его губы почти касались кожи, и она как можно глубже вжалась в сиденье — лишь бы оказаться подальше.

Всю оставшуюся дорогу Руслан размеренно болтал со своими друзьями. Девушка никак не могла уловить суть их разговора, ей не давала покоя рука парня, по-хозяйски лежащая у нее на ноге, и хотелось как можно скорее выбраться из этой душной машины. Но она понимала, что, скорее всего, то, что ждет ее дальше, окажется еще хуже.

Наконец, машина остановилась и Руслан, грубо схватив ее за руку, вытащил на улицу. Она бегло огляделась и разочарованно поняла, что не знает, где находится. Перед ними возвышалось большое здание с яркой неоновой вывеской, похожее на клуб, но Лере было незнакомо и его название, и местность вокруг. Людей на улице, кроме двух охранников на входе, не было. На секунду у Леры зародилась надежда, что эти двое помогут ей, но, когда Руслан протянул им руку, чтобы поздороваться, четко осознала — помощи в этом месте она не дождется.

Руслан грубо подтолкнул ее ко входу, и вся компания вошла в здание. Они попали в пустой холл, но через большие полуприкрытые двери был виден танцпол. Там ярко мигали прожектора и гремела музыка, вырываясь наружу, а, главное, там были люди. Сердце Леры на секунду радостно подпрыгнуло — может быть, хоть кто-нибудь поймет, что она здесь не по своей воле и вмешается. Но Рус резко свернул к железной двери, за которой скрывалась лестница, ведущая в подвал. Лера и опомниться не успела, как они, спустившись по ней, попали в просторное помещение, напоминающее комнату отдыха. Толстый потолок приглушал доносящуюся сверху музыку, и она лишь отдавала по стенам едва ощутимым гулом. По центру стояли два огромных дивана из черной кожи, несколько кресел и большой резной деревянный стол, за которым легко можно было рассадить компанию человек из двадцати. На стенах развешаны картины, по углам — цветы в горшках. Довольно уютно, если бы не обстоятельства.

Рус взмахом руки указал на диван, и Лера осторожно села. Парни скинули куртки — в помещении было жарко — и тоже расселись по диванам и креслам. Руслан рывком стянул с девушки куртку и бросил на спинку дивана, усевшись вплотную к Лере.

— Да не напрягайся ты так, — хрипло рассмеялся он. — Решил поухаживать за гостьей. Нечасто к нам заглядывают такие милые девушки.

— Придурок, — процедила Лера едва слышно.

— Не нарывайся, девочка! — рявкнул парень. — Меня легко вывести из себя, и тогда я уже не буду таким добреньким.

— Что вам от меня нужно ? — повторила свой вопрос девушка.

— Есть у меня одно дельце, а ты мне поможешь. Как насчет позвонить твоему красавчику? — Рус усмехнулся и достал телефон из кармана.

Он набрал номер и прижал телефон к уху, не сводя пристального взгляда с Леры. Она слышала громкие длинные гудки из трубки и зачем-то отсчитывала их про себя. Три. Четыре. Пять. Шесть.

— Что-то ты не торопишься отвечать, — недовольно проворчал Руслан.

Лере был не слышен ответ собеседника, но лицо Руса недовольно скривилось.

— Скоро ты заговоришь по-другому. К нам тут одна птичка залетела. Хочешь ее на пару слов?

Он протянул трубку Лере, и та неуверенно ее взяла.

— Костя?..

—Лера! Твою мать! — рявкнул Костя в трубку так громко, что девушка даже отшатнулась. — Ты в порядке? Они ничего тебе не сделали?

— Со мной все хорошо, — девушка встретилась взглядом с Русланом и добавила: — По крайней мере, пока.

Тот захохотал и вырвал у нее телефон.

— Твоя девчонка верно подметила. Так что загляни в гости, нам есть о чем поговорить. А мы немного развлечемся, пока будем тебя ждать.

Он резко нажал на сброс вызова, не дожидаясь ответа. Парни довольно загоготали. Лера с некоторым облегчением выдохнула — раз Костя придет сюда, с ней все будет в порядке. Значит, они притащили ее сюда не с целью навредить, а для того, чтобы позлить парня и заставить приехать.

Но уже в следующее мгновение страх охватил ее с новой силой – а что, если они что-нибудь сделают Косте? Зачем-то же они пытаются его сюда заманить. Что им ещё может быть от него нужно, если он и так выполняет все, что хочет их босс?

Отбросив телефон на стол, Руслан придвинулся к Лере ещё ближе и провел ладонью по ее бедру. Лера раздраженно откинула его руку, но тот лишь рассмеялся.

— Ну же, крошка, не дергайся. Неужели ты думаешь, что справишься с четырьмя мужиками? Если я захочу, смогу сделать с тобой все, что угодно. Но… Возможно, попозже. Так что просто расслабься и получай удовольствие.

Что? Удовольствие? Он вообще в своем уме?

— Стоит признать, у него хороший вкус, — продолжал Руслан. — И я бы с огромным удовольствием утер ему нос.

— Он убьет тебя, если ты мне что-нибудь сделаешь, — как можно более ровным тоном сказала Лера, хотя внутри все крошилось от страха. Она действительно не сможет ничего сделать против них, и стоит только Руслану захотеть — ей конец.

— Ты думаешь, я его боюсь? — он приблизил свое лицо настолько близко, что ее обожгло его дыхание.

— Конечно, боишься.

В его глазах промелькнула ярость, и он с силой схватил девушку за подбородок, прижав головой к дивану. Лера подавила вскрик и закусила губу, изо всех сил стараясь не показывать, в каком она ужасе.

— Последи за своим язычком, крошка, пока я не разозлился. Ты же не хочешь проверить, на что я способен в гневе?

— Если ты вдруг решил узнать, чего хочется мне — то я бы с удовольствием вообще сюда не приезжала. И, кстати, вы зря стараетесь — мы с Костей расстались.

Руслан расхохотался, разжал пальцы и откинулся на спинку дивана.

— Да мне плевать, крошка. Вместе вы или нет, спите друг с другом, или с кем-то еще. Главное — он сорвался сюда, как верный пес. А то, что ты свободна — так даже лучше, могу приласкать одинокую девушку. Ребята выйдут, не переживай. Ну, или останутся, если хочешь.

— Ни за что, — устало огрызнулась Лера. — Я бы не осталась с тобой наедине, даже останься ты последним человеком на земле.

— Не зарекайся, девочка, — процедил Руслан. — А то мне все сильнее хочется доказать тебе обратное.

Лера замолчала. Дразня парня, она вела опасную игру, ведь до появления Кости они могли успеть с ней сделать, что угодно. Не успела в ее голове пронестись эта мысль, как дверь в комнату распахнулась с такой силой, что с горохом ударилась о стену. Девушка бросила быстрый взгляд на часы, висящие на стене — от телефонного звонка до появления Кости на пороге прошло не больше десяти минут. С какой скоростью он вообще ехал?

Он сейчас напоминал дикого зверя, загнанного в ловушку: глаза горели яростью и ненавистью, тело напряглось до предела, готовое биться до последней капли крови, не на жизнь, а на смерть. Даже Лере стало страшно — а если он сейчас кого-нибудь убьет? Что тогда будет?

Костя подлетел к Руслану и, схватив его за грудки, с силой отбросил на другую сторону дивана, подальше от Леры.

— Чертов ублюдок! — зарычал парень. — Я же тебе сказал, чтобы не смел даже приближаться к ней.

— Эх, Костян, — Рус довольно рассмеялся, — вот ты и попался. Босс будет очень доволен. Когда он узнал, что возле тебя крутится эта девчонка, поручил мне узнать, что она для тебя значит и чем может пригодиться. И увиденное превосходит все ожидания. Да из тебя же теперь можно веревки вить! Ты идиот. Влюбленный идиот. Неужели забыл, что такие, как мы, не могут любить?

— Я не такой, как вы.

— Можешь говорить это сколько угодно, твои слова ничего не меняют. Ты все равно один из нас. А твоя сентиментальность нам только на руку, и, если что, эта девчонка будет нашим методом убеждения. Если будешь не слишком сговорчив, придется нам снова с ней прогуляться. Но не могу обещать, что в следующий раз ее никто не тронет…

Кулак Кости со всей силы врезался в лицо Руслана, заставив того взвыть от боли.

— Слушай меня внимательно. Еще раз хотя бы посмотришь в ее сторону — ты труп. И мне все равно, чей это будет приказ, если ты ее хоть пальцем тронешь, клянусь, я убью тебя.

Он посмотрел в сторону Леры и протянул ей руку. Она быстро поднялась с дивана и крепко схватилась за него. Их никто даже не пробовал остановить, и девушка облегченно выдохнула — неизвестно, чем бы закончилась эта драка.

Сердце Леры часто билось, и она никак не могла успокоиться. Ее не отпускал страх и отвращение от близости Руслана, а ещё хотелось кричать от бессилия, что из-за нее Костя оказался ещё больше прижат к стенке. Она отдавала себе отчет, что ее вины в этом нет, но мысль, что лучше бы им и правда никогда не встречаться, тупой болью пульсировала где-то в висках.

Костя искрился чистейшей, почти осязаемой яростью, которая заполняла все пространство вокруг. Он шел, почти не разбирая дороги и несколько людей, встретившихся им по дороге из клуба, шарахались при их приближении в стороны. Девушка едва поспевала за ним, но он держал ее такой стальной хваткой, что даже упади сейчас на здание метеорит — это вряд ли бы заставило его разжать руку. Они дошли до машины и, только сев за руль, парень позволил себе отпустить ее ладонь.

Лера искоса взглянула на него. Волосы растрепаны, бровь рассечена, костяшки пальцев разбиты — последствия драки, о которой ей рассказывал Леша. Он изо всех сил вцепился в руль, мелко дрожа всем телом — то ли от злости, то ли от напряжения. Костя глубоко вздохнул и попытался взять в себя руки: медленно провел ладонями по лицу, запустил пальцы в волосы, взлохматив их еще сильнее, затем несколько раз сжал и разжал кулаки, пытаясь унять дрожь. Потом, не проронив ни слова, завел машину и стремительно сорвался с места.

Скорость, с которой они двигались, была явно выше положенной, и он нарушал с десяток правил дорожного движения. Лера вообще сомневалась, что он видит происходящее на дороге. Она вжалась в кресло и закрыла глаза, стараясь не слушать визг тормозов на каждом повороте и собственное сердце, пытающееся вырваться из груди.

Все позади. Костя рядом. Она в безопасности.

Глава 37

Костя впервые за всю дорогу посмотрел на Леру, только остановившись у ее дома. Перевел на нее тяжелый, затуманенный взгляд и с трудом сглотнул. Его кадык дернулся, а скулы заострились.

— Лера… — начал он и замолчал, явно не зная, что сказать.

Сжал руки на руле и шумно выдохнул, пытаясь подобрать слова.

— Лер, прости. Прости, что из-за меня в твоей жизни начался такой кавардак. Я постараюсь это уладить, тебя больше не тронут. Я пообещаю им все, что угодно, но тебя это не коснется.

— Именно этого они и добиваются, — тихо ответила ему Лера.

— Значит, они получат, что хотят, — он отвел взгляд и уставился в одну точку за стеклом. — Главное, чтобы ты была в безопасности, с остальным я разберусь.

— Так нельзя! Иначе это будет длиться до бесконечности. Их запросы будут расти, а ты будешь на все соглашаться.

— Я заведомо в проигрыше.

— Кость, давай пойдем в полицию? Все расскажем? Они учтут, что вы действовали под давлением! Катин папа полковник полиции, он постарается помочь!

— Я не могу так рисковать, — Костя покачал головой. — В этом замешан не только я. Плевать, что будет со мной, я готов к любому исходу. А если это разрушит жизни моих друзей?

— А так разве лучше? Так они не рушатся? Совсем не обязательно говорить, что они в этом участвовали. Можно вообще не впутывать их или придумать что-то еще. Кость, пожалуйста! Тебе нужно только решиться и довериться. Чем дальше все это заходит, тем сложнее будет выбраться.

— Я подумаю над этим. Обещаю, — устало выдохнул он.

Лера замолчала и уткнулась взглядом в свои колени. Костя тоже неотрывно смотрел прямо перед собой, и тишина, разлившаяся между ними по машине, сковывала и грозила раздавить своей тяжестью.

— Прости меня, — Лера первой нарушила молчание.

Парень изумленно перевел на нее взгляд.

— О чем ты? Тебе не за что просить прощения.

— Я снова умудрилась попасть в неприятности, поставив тебя под удар. И прости, что из-за меня у тебя будут новые проблемы с этой бандой. И за то, что они будут диктовать свои условия. Я бы хотела это изменить, но не знаю как.

— Глупышка, — уголки губ Кости нерешительно дернулись вверх. — Ты ни в чем не виновата. Как такое вообще пришло тебе в голову?

— Ты не обязан этого делать, — совсем тихо продолжила Лера. — Я имею ввиду, ты не должен меня защищать только лишь потому, что чувствуешь себя виноватым.

— Дело здесь совсем не в чувстве вины.

— А в чем же тогда? — из глаз едва не брызнули слезы, и девушка с трудом смогла проглотить горячий ком, вставший в горле.

Костя ничего не ответил, лишь откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

— Поднимешься? — после продолжительного молчания произнесла Лера. — Пожалуйста, хоть ненадолго. Я не хочу оставаться одна.

Костя кивнул и заглушил машину. Лера вышла на улицу и полной грудью вдохнула влажный холодный воздух. Похоже, опять начал собираться дождь, и с теплыми осенними днями покончено окончательно. Они поднялись в квартиру, и, когда тяжелая железная дверь захлопнулась за ними, отрезая от всего мира, ноги Леры предательски задрожали, точно она пробежала не один десяток километров.

С трудом дойдя до комнаты, она устало опустилась на кровать и почувствовала, что все ее тело колотит крупной дрожью. И только сейчас осознала, как ей сегодня повезло — она дома, в целости и сохранности. А в следующий раз удача может повернуться к ней совсем другой стороной.

Заметив, что она дрожит, Костя опустился рядом с ней на кровать, подхватил на руки и усадил к себе на колени, притянув к груди. Нежно погладил по голове, позволяя уткнуться лицом в плечо. Лера прижалась к нему, ощущая, как он играет ее волосами, мельком касается пальцами шеи и шумно дышит.

— Тише, успокойся. Я рядом, — шепнул он.

Леру будто током ударило. Она резко отпрянула от него и, заглянув в глаза, со злостью бросила:

— Рядом? Разве ты был рядом последние дни? Ты просто взял и оттолкнул меня! И кому от этого стало лучше? Так ты хотел защитить меня? Как видишь, мне это не очень помогло. Или ты сказал правду, и в самом деле ничего не чувствуешь ко мне? Тогда что ты сейчас тут делаешь? Мне не нужно, чтобы сначала ты обещал быть рядом, а потом исчезал!

Лицо Кости исказилось от боли, будто она вонзила ему нож в самое сердце. А по щекам Леры предательски потекли ручейки слез, остановить которые было не под силу.

— Прости меня, — произнес он упавшим голосом. — Я думал, если ты будешь держаться подальше от меня, это позволит тебе спокойно жить дальше. Но, оказалось, вместе мы или нет, это никак не влияет на мое отношение к тебе. Ты в опасности только потому, что дорога мне.

Слезы полились с новой силой, и Костя обхватил ее лицо руками.

— Пожалуйста, не плачь. Это убивает.

— А знаешь, что убивает меня? То, что я была готова идти за тобой до самого конца, а ты так легко отказался от меня.

— Не говори, что это было легко.

— Да плевать! Как ты мог?

— Это было самое трудное решение в моей жизни, и я проклинаю себя за него до сих пор. Но что мне еще оставалось делать?

— Выслушать меня, например, а не принимать решение за нас двоих. Это нечестно!

— Ты сама не знаешь, что творишь. Не понимаешь, во что ввязываешься. Ты влюблена — и все проблемы кажутся пустяком, но это не так. Я позволил тебе влюбиться, позволил и себе, хотя не должен был. Заведомо подставил тебя под удар.

— Ты жалеешь об этом? — тихо спросила Лера. — Жалеешь, что встретил меня? Что подошел тогда? Прошел бы мимо — и никаких тебе лишних проблем.

Его глаза сурово блеснули в полумраке комнаты, и он отчеканил каждое слово:

— Нет. Конечно, нет. Ты собираешь меня по кусочкам, склеиваешь осколки моей гребаной жизни, несмотря на то, что твоя начинает трещать. Я бы прошел это все еще раз, если бы знал, что в конце меня будешь ждать ты. Но я был готов отказаться от тебя — если бы благодаря этому ты была жива, здорова и счастлива.

Он рвано выдохнул, прижался лбом к ее, зарылся руками в длинные светлые пряди и продолжил:

— Я был готов пойти на это. Ненавидя себя, сжирая день за днем, медленно подыхая. Меньше всего на свете мне хочется еще раз пережить то, что я почувствовал, когда услышал твой голос в телефоне. Если ад существует — я в нем сегодня побывал. А если бы с тобой что-то случилось — это скорее всего был бы последний день жизни Руслана, да и моей, наверное, тоже.

— В том, что случилось виноват не ты, а только они.

— Ты думаешь от осознания этого факта мне было бы легче? Разве я ненавидел бы себя меньше за то, что подверг опасности и не смог защитить?

— Я понимаю, — голос Леры дрогнул. — Если хочешь, можешь уйти прямо сейчас. Я не буду тебя держать. В твоей жизни и без меня достаточно проблем.

— Не могу, — едва слышно выдохнул Костя. — Я же не железный. Я отпустил тебя тогда, сделать то же самое второй раз — выше моих сил. Ты сказала однажды, что быть иногда слабым — нормально. Так вот, сейчас я очень слаб. Настолько, что не готов даже просто выпустить тебя из объятий. Ты — моя самая большая слабость.

Лера поглубже вдохнула, чувствуя, что ей не хватает воздуха. Мир вокруг закружился с невероятной скоростью и стал потихоньку терять очертания. Виной тому пережитый стресс, болезненная откровенность Кости или его опьяняющая близость, но сознание стало покидать ее.

— Лер! — Голос Кости звучал, будто из тумана, и казался таким далеким.

Она почти провалилась в темноту и пустоту, как вдруг ее коснулись его теплые и мягкие губы. Он начал целовать мягко и нежно, но с каждой секундой становился все настойчивее, будто хотел вложить в этот поцелуй всю страсть и боль. Хватаясь за его губы, как за спасительный круг, Лера понемногу стала возвращаться к действительности. Мир вокруг снова стал приобретать яркие краски, но внезапно сузился до его глаз, губ и рук.

Она ощутила каждую клеточку своего тела, в которое возвращалась жизнь, кровь побежала по сосудам с бешеной скоростью, разгоняя сердце и пуская его в галоп. Дышать стало легко, и она набрала полные легкие воздуха. Все органы чувств заработали в полную силу, и все вокруг смешалось в клубок из звуков, вкусов, прикосновений и запахов. Ее захлестнуло волной чувств, сметающих все на своем пути. И вдруг все стало предельно ясно — никаких вопросов и сомнений. Она его любит, и точка. А все остальное не так уж важно.

Лера запустила руки в его волосы и легонько толкнула спиной на кровать. Оказавшись сидящей сверху, лицом к лицу, медленно стянула с себя футболку, оставшись в черном кружеве бюстгальтера. Костя шумно втянул носом воздух, в его глазах читалась смесь эмоций — от непонимания до восторга.

— Ты уверена? — хрипло спросил он.

— Как никогда. — Лера наклонилась и накрыла его губы поцелуем. Глубоким и требовательным, от которого голова кружилась, а тело плавилось.

Не прекращая поцелуй, Костя немного приподнялся и быстрым движением стянул с себя футболку, обнажив подтянутый торс. Лера скользнула по обнаженному телу кончиками пальцев, и из его горла вырвался хриплый стон. А она, не останавливаясь, изучала рельеф мышц, впивалась ногтями в гладкую горячую кожу, сходила с ума от того, как он тяжело дышал, остро реагируя на каждое ее прикосновение.

Оторвавшись от губ парня, Лера начала спускаться ниже, покрывая поцелуями его шею, грудь, живот. Задержалась на тонкой линии шрама на боку, осторожно проведя по нему кончиком языка. Костя напряг все мышцы, и его руки сжались в кулаки с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

Лера приподнялась только, чтобы посмотреть на Костю, сходящего с ума от ее ласк. Но он тут же легко перехватил девушку и повалил ее на кровать, оказавшись сверху. Удерживаясь одной рукой, второй он уверенным движением расстегнул на ней джинсы и стянул их. На секунду замер — любуясь результатом, а затем быстро избавился от своих.

Лера притянула его к себе, прижимаясь всем телом, до изнеможения желая раствориться в нем без остатка. Он с готовностью обхватил девушку руками то нежно поглаживая, то с силой сжимая. Лера закрывала глаза — и видела разряды электричества, пробегающие между их телами, открывала – и видела только его.

— Погоди, — Костя внезапно отстранился.

— Что такое? — Лера непонимающе на него посмотрела.

— Я должен кое-что сказать. Я соврал тебе.

— Что?

— Когда я сказал, что мне нечего тебе ответить. Я солгал… Ты должна знать — я люблю тебя.

— Я знаю, глупый, — улыбнулась Лера и прижала его к себе еще крепче.

Он снова нашел ее губы и стремительно поцеловал, с жадностью и дикой страстью. Потом усмехнулся и прижался лбом к Лериному.

— Черт! У меня с собой нет защиты. Как-то не догадался прихватить, выбегая из дома.

— У меня есть. В тумбочке, — выдохнула Лера и мысленно поморщилась, надеясь, что Костя сейчас не станет размышлять, откуда она там взялась. И не начнет задавать вопросов о Ване — меньше всего сейчас хотелось, чтобы его невидимая тень витала в комнате.

Но Костя лишь улыбнулся и, нашарив в ящике квадратную упаковку из фольги, стянул с себя боксеры. Лера со свистом выдохнула, не в силах скрыть дрожь в переставшем слушаться теле. Оно больше не принадлежало ей — оно мучительно желало принадлежать стоявшему перед ней парню.

Еще несколько движений — и черное кружево полетело в сторону, перестав быть последней преградой между их телами. Воздух вокруг был накален до предела, и Лера с трудом понимала, как ей удается дышать. Она перестала ощущать что-то кроме его поцелуев, ласк и прикосновений, все остальное перестало существовать. Только его тяжелое дыхание. Аромат кожи. Блеск глаз. Невнятный шепот.

— Я люблю тебя, — еще раз выдохнул Костя ей на ухо.

— А я тебя, — прошептала ему в ответ Лера.

Глава 38

Костя не спал почти всю ночь — слушал мерное дыхание девушки, устроившейся в его объятиях, поглаживал нежную кожу, играл белокурыми локонами, разметавшимися по всей кровати и опутавшими его, словно сетью. Вдыхал сладковатый аромат ее духов, пропитавший все вокруг, и не мог надышаться. Не мог заставить себя закрыть глаза хотя бы на минуту — хотел успеть запомнить каждую, самую мельчайшую деталь. То, как мелко подрагивают ее ресницы, как она забавно морщится во сне, а, уткнувшись ему в грудь, коротко улыбается и прижимается крепче.

Он чувствовал себя одновременно самым счастливым и в то же время самым несчастным человеком. Счастливым — потому что Лера здесь, рядом с ним, хотя в последние дни он запретил себе даже думать о такой возможности. Просто вырвал у себя из груди огромный кусок сердца и старался заново научиться дышать.

А несчастным — из-за того, что все-таки не смог уберечь. Так сильно хотел оградить ее от всего, но не вышло. Звонок Руслана разделил его жизнь на до и после, и теперь испуганный дрожащий голос Леры из динамиков будет долго преследовать его в ночных кошмарах.

Костя уснул только с первыми рассветными лучами, наполнившими комнату, неглубоким и беспокойным сном. А, проснувшись утром, четко осознал — нужно что-то делать. Осторожно, стараясь не разбудить Леру, он сел на кровати и потянулся к своим вещам, но девушка тут перевернулась к нему лицом и обхватила рукой за торс.

— Только не говори, что сбегаешь, — сонно пробормотала она.

— Не хотел тебя будить. — Костя наклонился и запечатлел на ее губах нежный и аккуратный поцелуй.

— Ложись обратно. — Лера потянула его к себе, но Костя отрицательно покачал головой.

— Мне нужно идти.

— Что? Куда? — девушка подскочила в кровати, и лицо ее помрачнело.

— Не волнуйся, мне просто нужно встретиться с ребятами. И как только освобожусь, сразу вернусь к тебе.

— Хорошо, — грустно выдохнула Лера и рухнула обратно на подушку, спрятав в ней лицо. — Как же не хочется тебя никуда отпускать.

— Я постараюсь не задерживаться, малышка.

Натянув одежду и расцеловав на прощание Леру, Костя вышел из квартиры и сразу набрал номер Леши. Друг взял трубку не сразу, а только через пять долгих гудков.

— Да, — раздался его сонный голос.

— Лех, привет! Черт, ты спишь? Я тебя разбудил?

— А ты на время смотрел? — недовольно проворчал он в ответ. — Сейчас девять, я недавно с дежурства пришел, только заснул.

— Прости, дружище, вопрос срочный. Отец дома?

— Дома. Что случилось? — сонливость из голоса Леши как рукой сняло, и он напрягся.

— Пока еще ничего непоправимого, — задумчиво ответил Костя.

— Ты там философа выключи, — хмыкнул Леха. — С тобой все в порядке?

— Со мной да, если не считать, что я вчера чуть не сдох от страха и злости, а еще был в шаге от убийства, — тихо прорычал парень в трубку и, переведя дыхание, уже спокойнее продолжил: — Этот чертов ублюдок посмел тронуть Леру. Эти амбалы схватили ее посреди улицы и увезли в свой притон. А, знаешь, для чего? Решили узнать, стоит ли использовать ее в своих целях. Проверка, конечно, удалась на славу — это уже сегодня я понимаю, что не надо было реагировать так остро и показывать им, как много она для меня значит. Но сдержаться не получилось, не убить Руслана прямо там — единственное, на что меня хватило.

Леха громко и нецензурно выругался.

— С Лерой ничего не случилось?

— Вчера нет. Не думаю, что они действительно собирались ей как-то навредить, просто проверяли. Но что будет дальше?

— Дальше будет хуже, — устало произнес Леша. — Теперь они знают все твои слабые места и в курсе, на что давить, а поэтому будут требовать все больше и больше. И не оставят в покое ни тебя, ни Леру.

— Да, Лех. Поэтому я кое-что решил, но сначала должен обсудить все с вами. Скажи отцу, я скоро буду у вас.

— Да объясни ты, в чем дело, Кость, — начал Леха, но Костя уже отключился. На ходу набрал сообщения Илье и Максиму, чтобы те шли к домой к Пал Палычу, а потом, сев в машину, рванул с места.

Ранним утром улицы были еще пусты, и минут через пять он уже парковался возле белой девятиэтажки. Но выходить на улицу сразу не стал — нашарил в бардачке пачку сигарет и прикурил одну. Медленно выдохнул через опущенное стекло белый дым, стараясь не думать, чем все закончится, если эта затея не выгорит. К горлу подкатила тошнота — то ли от вкуса сигарет, то ли от мыслей, что будет с ним, с ребятами и Лерой. Особенно с Лерой. Руки сами по себе сжались в кулаки, и он даже не заметил, как тлеющий окурок оставил на пальцах ожог. Костя бросил его на асфальт, решительно вышел из машины и направился в подъезд.

Дверь ему открыл Леха. В домашней футболке и штанах, помятый и невыспавшийся, он отступил внутрь прихожей, запуская Костю внутрь.

— Прости, что разбудил, — Костя скинул кроссовки и пожал другу руку.

— Не страшно, — отмахнулся он.

— И за остальное тоже прости.

— Забыли, — Леха с улыбкой хлопнул его по плечу, а потом взъерошил волосы. — Я рад, что ты к нам вернулся. И рад, что не успел натворить глупостей. Пошли, мама напекла блинов, и теперь не выпустит никого из дома, пока мы не съедим все.

— Сейчас здесь будет Макс, так что нам еще и не хватит, — рассмеялся парень.

Они прошли на кухню, где уже витал стойкий аромат блинов, перемешанный с запахом кофе. Леха рухнул на небольшой диванчик, откинувшись на мягкую подушку, а Костя тут же попал в теплые женские объятия.

— Костенька, дорогой! — невысокая светловолосая женщина сначала крепко обняла его, а потом, немного отстранившись, пристально оглядела и возмутилась: — Совсем похудел! Опять ешь как попало? Почему так долго не заходил?

— Дел много было, теть Маш, — Костя ей улыбнулся и перевел взгляд на сидящего за столом Пал Палыча. Тот еле заметно качнул головой, намекая, что его жене ничего не известно о настоящей причине его отсутствия. — И совсем я не похудел.

— Садись давай, — распорядилась она, решительно подталкивая его к столу. — Ты будешь чай или кофе?

— Кофе, —Костя опустился на диван рядом с Лехой и почувствовал себя так, словно перенесся на десяток лет назад, когда они точно также сидели на этой кухне, прибежав с улицы после долгой прогулки. Леха всегда звал его зайти домой и каждый раз придумывал какую-нибудь причину: показать новую компьютерную игру или потому, что кому-то из родителей требовалась срочная помощь. А там уже тетя Маша обязательно усаживала мальчишек за стол, и они вместе ужинали. Со временем это вошло в привычку, и поводов зайти больше не требовалось. У Кости появилось не только собственное место за обеденным столом, но и в жизни каждого члена семьи.

— Мне тоже, мам, — подал голос Леха. — Только покрепче.

— А тебе пора завязывать пить столько кофе, — проворчала она, но все-таки достала две кружки. — Это вредно.

— Вредно работать по ночам, — парировал Леха. — А кофе мне жизненно необходим.

— Отстань от него, Маш, сам разберется, не маленький, — отмахнулся Пал Палыч, перед которым тоже дымилась огромная кружка с угольно-черным напитком. — Давай лучше сюда свои блины, а сейчас Максимка придет, и нам с парнями ничего не достанется.

Костя с Лехой дружно рассмеялись, а тетя Маша тут же поставила перед ними тарелку с огромной стопкой блинов.

— Да я еще напеку, мне не сложно, — она знакомым едва уловимым движением придвинула поближе к Косте его тарелку и баночку со сметаной. — Ешьте, пока не остыло.

Костя коротко улыбнулся. Здесь всегда было тепло и уютно, и он чувствовал себя почти что дома. Почти — потому что даже будучи мальчишкой всегда понимал, что его настоящий дом в другом месте. В том, где по утрам никогда не пекли блины и не обнимали при встрече. Там день обычно начинался с выяснения отношений, пьяных криков и взаимной ненависти. А он всегда был лишним и никому не нужным.

Костя с силой сжал в руках кружку так, что костяшки пальцев побелели. От мысли, что из-за его проблем, спокойная жизнь этой семьи может разлететься вдребезги, становилось тяжело дышать. И дня не проходило, чтобы он не жалел, что втянул их во все это. Поддался, дал слабину, позволил себе помочь — а теперь они все оказались под угрозой.

Прозвенел звонок в дверь, и тетя Маша пошла открывать. А вернулась с Максом и Ильей, и места на небольшой кухне стало совсем мало. Кое-как рассевшись за столом, все принялись за завтрак. Максим без умолку болтал, Леха огромными глотками пил кофе, пытаясь взбодриться, тетя Маша подкладывала всем по очереди на тарелки очередные блины и щедро приправляла их сметаной и вареньем, а Пал Палыч громче всех над шутками Макса.

Тетя Маша ушла с кухни только, когда убедилась, что каждый сидящий за столом не в силах больше съесть ни одного блина. Удовлетворенно кивнув, она направилась в гостиную, где как раз начиналась очередная серия ее любимого сериала, и, стоило ей выйти из комнаты, четыре пары глаз уставились на Костю.

— Что за срочный сбор? — первым спросил Илья.

— Я решил пойти в полицию, — чуть помедлив, признался Костя. — Хочу рассказать все, что знаю. И будь, что будет. Чем бы это ни кончилось — результат все равно будет. Даже если меня посадят, плевать, зато им больше нечего будет с меня взять. А вы сможете жить спокойно.

— С ума сошел? Что значит — пусть посадят? Хочешь всю жизнь себе испортить? — Леша поморщился и потер пальцами лоб.

— Лех, ты же не хуже меня понимаешь, что выбора у меня особо и нет, — совсем тихо сказал Костя. — Или так, или продолжать делать все, что они хотят. А мне надоело подставлять всех вокруг себя и каждый день ждать, что с кем-то из вас случится непоправимое.

Леша раздосадованно покачал головой. В комнате повисло молчание, и слышался только стук чайной ложки о кружку, которой Максим задумчиво мешал давно растворившийся сахар в остывшем чае.

— Я бы уже давно пошел в ближайшее отделение, но просто не знал, как это сделать, не подставив вас. Но Лера предложила помощь знакомого полковника, и я очень надеюсь, что смогу с ним договориться. Постараюсь преподнести все так, чтобы ваши имена вообще не фигурировали.

— Ладно, Костян, ты прав, — хлопнул ладонями по столу Макс. — С этими ребятами и правда пора заканчивать, но запомни одну вещь. Даже не думай взваливать всю вину на себя. Мы все делали вместе, а, значит, и отвечать будем наравне с тобой. Мы не слепые котята, которых ты обманул и подставил. Мы согласились сами, осознавая все риски и последствия. И отдуваться за всех тебе одному — неправильно.

Костя поднял голову и посмотрел на друзей, ставших ему второй семьей и настоящими братьями. На Пал Палыча, заменившего сбежавшего отца и любившего его больше родных родителей. Все они согласно закивали на слова Макса, и Костя не смог не улыбнуться в ответ. Если бы не эти люди он, наверное, сдался и сломался уже очень давно. И именно поэтому он никак не мог поступить так, как говорил Максим — они многим пожертвовали ради него, и теперь пришла пора возвращать долги.

Глава 39

— Что случилось, Лер? Ты меня напугала, — едва открыв дверь в свою квартиру, Катя набросилась на подругу с расспросами, но увидев, что девушка пришла не одна, удивленно замолчала.

— Кать, не переживай. Нам просто нужно поговорить с твоим папой. — Лера сняла куртку и повесила ее на вешалку. — Кстати, знакомьтесь. Это Костя, а это Катя, моя лучшая подруга.

Катя обворожительно улыбнулась, а Костя лишь напряженно кивнул. Он был сам не свой — за всю дорогу не проронил и пары слов, все больше молча о чем-то думал и выглядел крайне отчужденно. Лера и сама подрагивала от нетерпения и волнения с того самого момента, как ближе к обеду он позвонил ей и заявил, что готов сдаться полковнику. Сердце в груди бешено застучало от радостного предвкушения — она ни на секунду не сомневалась, что Катин отец поверит в невиновность Кости и сумеет помочь ему выбраться из этой передряги. Иначе и быть не могло. Лера не хотела себе даже представлять другой вариант развития событий: что его сочтут соучастником и привлекут к ответственности вместе со всей остальной бандой. Такого просто не могло быть. Он невиновен, и точка.

— Лер, ты точно в порядке? — Катя поглядела на нее с недоверием.

— Катюш, давай поговорим у твоего отца в кабинете? — взмолилась девушка. — Не будем терять время.

— Ладно, пошлите, вам еще повезло, что папа сегодня дома, обычно его не поймать, — Катя вздохнула и повела гостей по коридору. Заглянув в одну из закрытых дверей, она просунула внутрь голову. — Папочка, к тебе тут Лерка пришла!

Затем распахнула дверь и жестом пригласила ребят заходить. Они оказались в рабочем кабинете: посреди небольшой комнаты расположился огромный письменный стол, на котором ровными аккуратными стопками были разложены бумаги. Одну из стен полностью занимал шкаф, забитый книгами, у другой уютно расположился небольшой диванчик. За столом сидел высокий мужчина лет сорока пяти, практически полностью седой, несмотря на свой возраст. По Косте сразу скользнул его взгляд — прямой и невероятно цепкий, словно мужчина привык внимательно изучать и оценивать каждого своего собеседника. Возможно, встреться они при других обстоятельствах, это знакомство не сулило бы ему ничего хорошего, но сейчас, при виде вошедших, глаза мужчины подернулись теплотой, а на губах расплылась улыбка.

— Лера! Рад тебя видеть. Что-то давно к нам не заходила, — почти обиженно произнес он, будто они были давними друзьями именно с ним, а не с Катей.

— Привет, дядь Саш! — Лера улыбнулась в ответ. — Что-то все времени нет, сами знаете, какой у нас вечно завал на учебе.

— Да ладно? — он покосился на Катю. —А Катька вон вечно куда-то убегает. Дочь, у тебя чего, завала нет что ли?

Катя грозно запыхтела и состроила Лере злобный взгляд.

— Ой, пап, да не слушай ты ее. Ну какой завал, октябрь на дворе, до сессии еще, как пешком до Китая. А ты, Лерка, папочке моему лапшу на уши не вешай — так и скажи, что у тебя любовь-морковь, тебе не до вредного ворчливого дядьки.

— Ладно, дядь Саш, — Лера улыбнулась и постаралась быстро сменить тему. Времени обсуждать Катину личную жизнь сейчас не было. — Мы к вам по важному делу. Нам нужна ваша помощь. Точнее, она нужна Косте.

Лера взяла Костю за руку и крепко сжала. Дядя Саша внимательно посмотрел на них, затем привстал, чтобы пожать парню руку, и, снова опустившись в кресло, протянул:

— Костя, значит? Что ж, очень приятно. Почему я раньше тебя никогда не видел? Лер, за тобой же Ванька вечно таскался?

— Уже нет, — уклончиво ответила Лера, думая, как все быстрее объяснить, чтобы дядя Саша не задавал лишних вопросов, а Косте не пришлось лишний раз слушать про Ваню. — Мы с Ваней больше не встречаемся. А Костю вы не знаете, потому что мы с ним не так давно знакомы.

— Ладно, ребята, — полковник откинулся на спинку кресла и махнул рукой. — Это, в общем-то, совсем не мое дело. За вами, молодыми, не угонишься. Садитесь лучше и рассказывайте, что у вас ко мне за важное дело.

Все трое, как по команде опустились на диван, еле уместившись на нем.

— Только пообещайте мне кое-что! — Лера с мольбой глянула на дядю Сашу.

— Да?

— Пообещайте: что бы Костя вам сейчас не рассказал, ему ничто не угрожает. И все сказанное останется между нами.

— Не нравится мне такое начало разговора, — полковник покачал головой. — Лер, ну как я могу такое обещать?

— Пожалуйста! Ради меня.

— Вы что, кого-то убили? — нахмурился мужчина.

— Что? — Лера нервно рассмеялась. — Нет, конечно!

Дядя Саша смерил их долгим тяжелым взглядом, будто взвешивая в уме все за и против такого своего обещания и, наконец, кивнул:

— Тогда ладно, обещаю. Давай, Костя, рассказывай, что ты натворил.

Костя вздохнул и выложил все – и про долг отца, и про незаконную работу автосервиса, про все угрозы и нападения на него и про вчерашнюю поездку Леры с бандой уголовников. По ходу рассказа лицо полковника становилось все мрачнее, а брови сдвигались к переносице все ближе. Он постукивал подушечками пальцев по столешнице, а когда Костя закончил, покачал головой и серьезно сказал:

— Ну, вы даете, ребята. Влипли по самые уши.

— Да, я знаю, — хмуро ответил Костя. — Влип сам, втянул в это других людей. С этим можно что-то сделать?

— То, что ты, парень, сглупил — это очевидно. Тебе нужно было идти в полицию еще сразу, до того, как к вам пригнали первую машину, и вы стали соучастниками преступлений. Тогда все было бы намного проще.

— Я не мог так рисковать, — отрезал Костя. — Случись что-то с моими друзьями, я бы никогда не простил себе. К тому же, у них везде связи, а, заявись я в обычный участок, кто бы стал меня слушать?

Дядя Саша бросил на него тяжелый взгляд, но промолчал, что-то невнятно пробормотав себе под нос.

— Папуля, неужели совсем ничего нельзя поделать? — воскликнула Катя. — Костя же совсем не виноват. А теперь еще и Лерка под угрозой! А если с ней что-то стучится? И они до нее доберутся?

Она взволнованно сжимала Лерину руку. А Лера ощутила острый прилив любви к подруге, которая в любой ситуации оставалась на ее стороне. Другая бы обязательно сказала, какая она дура, что влезла во все это, а Катерина просто сидела рядом, умоляла папу помочь непутевой подружке и ни слова не говорила против Кости.

— Тише, тише, — дядя Саша поднял вверх руки. — Чего раскричалась? Я еще не закончил. Я сказал, что так было бы проще, но это не значит, что сейчас ничего нельзя сделать. Вполне можно доказать, что все действия были совершены под давлением. Главное, нам нужно найти на эту банду как можно больше всего и взять их. А доказать невиновность Кости и отделаться легким наказанием как-нибудь да сможем.

— Мне все равно, что будет со мной, — не обращая внимания на счастливые возгласы девушек, произнес Костя, не сводя глаз с полковника. — Оправдают или посадят, это не так уж важно. Главное, чтобы те, кто мне помогал, не пострадали. Они ни в чем не виноваты и не должны быть втянуты во все это. А я готов понести любое наказание, если буду знать, что ребята и Лера в безопасности. У меня много чего есть на Михаила, но до того, как я все расскажу, должен быть уверен в их безопасности.

— Кость… — начала Лера.

— Это не обсуждается, Лер, — резко оборвал ее парень.

— Я тебя понял, — дядя Саша кивнул. — И сделаю все, что от меня зависит. Мне нужна от тебя вся информация, которую ты знаешь. Все имена, адреса, явки, пароли. Все номера и марки машин, которые помнишь. Все, что поможет выйти на этих бандитов. А вы, девочки, можете пока пойти помочь маме с ужином.

Лера кинула взгляд на Костю. Он едва заметно ей кивнул, давая знать, что он в порядке и справится сам. Но девушка все равно замешкалась, не желая оставлять парня одного. Он и так брал на себя слишком много, и хотя бы здесь ей хотелось помочь ему. Но Катя потянула ее за руку.

— Идем, — тихонько сказала она. — Ты здесь больше не нужна. Ты сделала все, что от тебя зависит.

***

После ужина, на который Леру с Костей непременно уговорили остаться, они вышли на холодный осенний воздух. Сумерки уже сгустились настолько, что дома и дворы тонули в тени. Потихоньку начал накрапывать привычный осенний дождик, и Лера поплотнее застегнула куртку и подняла воротник.

— Замерзла? — Костя ласково обнял её и прижал к себе.

— Немного.

— Спасибо тебе, — он уткнулся лицом в ее волосы и шумно выдохнул.

— За что?

— За то, что подарила шанс выбраться, а еще за то, что была рядом.

— Кость, я тебе уже сказала, что готова быть рядом, несмотря ни на что. И я отдаю себе отчет в том, что говорю, хоть ты и думаешь, будто это не так, — Лера приподнялась на носочки и, обхватив его лицо, поцеловала. — И Михаила со всей его бандой мало для того, чтобы я от тебя отказалась.

Костя рассмеялся и поцеловал ее в ответ, а девушка уже потянула его в сторону дома.

— Пойдем скорее? Дождь становится сильнее.

— Мне остаться у тебя?

— Конечно, — уверенно заявила девушка и покрепче сжала его руку, будто опасаясь, что он сейчас убежит. — Никуда я тебя не отпущу.

Становилось все темнее, и, коротко моргнув, вдоль дороги зажглись фонари. Лера поежилась — с недавних пор темные осенние улицы вызывали у нее страх и нарастающую панику. Она никак не могла перестать оглядываться по сторонам и вглядываться в каждую тень. Присутствие рядом Кости придавало уверенности, но она прекрасно понимала, что вряд ли он один сможет что-то сделать против нескольких отморозков с ножами или чем-нибудь похуже.

Костя наоборот был абсолютно спокоен, и от этого Лере становилось только страшнее. Она боялась еще и того, что, если Руслан и его друзья решат снова ей угрожать, он вполне может принести свои вчерашние обещания в действие. То, с каким лицом Костя обещал убить Руса, не вызывало сомнений — он сдержит свое слово. И тогда уже ни дядя Саша, ни кто-либо другой не смогут ему помочь, и от одной только мысли об этом у Леры внутри все сжималось от страха.

Девушка смогла облегченно выдохнуть только, когда за ними захлопнулась дверь квартиры, и она старательно заперла ее на два замка.

— Всё в порядке, я же рядом, — Костя провёл рукой по её лицу и нежно поцеловал.

— Я знаю. Но дома мне все равно спокойнее.

Он улыбнулся и медленно потянул вниз замок на ее куртке. Затем крепко прижал к стене, одной рукой упираясь ладонью над головой девушки, а другой плавно скользя по изгибам тела. Его губы были то нежными, то настойчивыми и опускались все ниже — по шее к плечу и ложбинке над ключицей. Быстро высвободившись из своей куртки, Лера стянула Костину и помогла ему снять толстовку, оставив в одной только обтягивающей белой футболке. Костя одним быстрым движением стащил с неё кофту, едва успев скинуть обувь, легко подхватил девушку на руки и, не переставая целовать, понес в комнату. Опустив на кровать, избавился от остатков своей и её одежды. Задыхаясь, Лера как можно крепче прижала парня к себе, зарываясь руками в его волосы.

Хотелось быть как можно ближе. Чувствовать его каждой клеточкой тела. Стать одним целым и знать — у них впереди не только эта ночь, а вся жизнь.

Глава 40

Когда Лера открыла глаза, комнату уже наполнял утренний серый свет. Небо также, как и вчера, было затянуто тучами, но, несмотря на это, настроение было замечательным. Довольно потянувшись, девушка села в кровати и внезапно поняла, что находится в ней одна. На несколько секунд Лера напряглась, гадая, куда мог исчезнуть Костя. Неужели ушел, даже ничего не сказав? В глубине души неприятно заскребли кошки.

Со стороны кухни послышался приглушенный звон посуды, и девушка облегченно вздохнула. Он здесь. Рядом. Натянув домашнюю футболку, она тихонько вышла из комнаты и на цыпочках прокралась на кухню. Костя стоял голый по пояс и, что-то напевая себе под нос, колдовал у плиты.

— Доброе утро, — тихо окликнула его Лера.

Он обернулся и, увидев её, расплылся в улыбке. Такой настоящей и искренней, что не улыбнуться в ответ было просто невозможно.

— Доброе утро. Надеюсь, ты не против, что я решил немного тут похозяйничать?

— Ну что ты, — девушка опустилась на стул. — Мне очень приятно.

— Тогда, — он играючи переложил яичницу со сковородки на тарелки и поставил на стол, — приятного аппетита!

— Очень вкусно! — Лера прикрыла от удовольствия глаза, взяв в рот небольшой кусочек. — А ты, оказывается, отлично готовишь.

— Мне приходилось довольно часто практиковаться. — В его глазах мелькнула едва уловимая грусть.

Лера вздохнула, поняв, что снова невольно попала в больное место. Сколько у него их? Такое ощущение, что она ходит по минному полю и пока не особо хорошо справляется, раз за разом царапая его очередным острым осколком по еще не затянувшейся ране.

— Ты просто чудо, — она поцеловала Костю и нежно взъерошила его волосы. — Какие планы на сегодня?

— Я должен выйти на работу, — нехотя произнес Костя.

— Сегодня? Воскресенье же...

— Да, но выпала моя смена.

— Жаль, — Лера вздохнула. — А я так хотела провести сегодняшний день с тобой...

— Я обещаю, что к шести уже освобожусь. И весь вечер будет только наш. Согласна?

— Конечно, — девушка грустно пожала плечами, — можно подумать, у меня есть выбор.

Ей до ужаса не хотелось отпускать его, но Костя, поцеловав ее на прощание, быстро собрался и ушел. Она еще долго стояла в коридоре, не желая расставаться с его образом на пороге квартиры. Он так идеально сюда вписался, и она поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы он вот так уходил отсюда каждое утро на работу, а она ждала его, весь день мечтая об их встрече. Ловила на себе взгляд его темных глаз, который бы он бросал, уже закрывая дверь, — полный нежности и теплый, как ночное летнее море.

Лера сама не заметила, как пролетел день. Она успела решить кучу вопросов по учёбе, переписать пару лекций, приготовить ужин и даже поболтать по телефону с Катей. Та минут десять безостановочно восхищалась, какой же Костя все-таки красавчик, но потом умоляла подругу быть очень осторожной.

— Ты боишься? — Подруга будто заглянула в самую душу.

— Ты даже не представляешь как, — вздохнула Лера. Это липкое чувство, кажется, не покидало ее теперь ни на минуту, становясь привычным спутником. — Я боюсь за себя, за него, даже за то, что он может сделать что-то ужасное. Но это того стоит. Он того стоит.

— Все просто обязано быть хорошо! Папуля быстро выведет этих подонков на чистую воду, ты же его знаешь. А потом они обязательно что-нибудь придумают, как сделать Костю белым и пушистым. Прорвемся, Лер!

— Я очень на это надеюсь, Кать.

— Я же сегодня встречалась с Лешей, — неожиданно сменила тему подруга. Она коротко рассмеялась, будто сама не верила, что это случилось.

Лера с досадой поморщилась. Ее собственная жизнь закрутилась с такой скоростью, что едва успевала следить хотя бы за ней. А последние дни, после разрыва с Костей, вообще ни на что вокруг не обращала внимания, и ей даже в голову не пришло узнать у Кати о ее делах.

— Кать, прости, что я сама не спросила! Я ужасная подруга!

— Да ладно, Лер, я же все понимаю. У тебя последнее время не жизнь, а криминальный сериал по НТВ.

— Это точно, — Лера рассмеялась. — Так что там с Лешей? Рассказывай!

— Вообще-то мы должны были встретиться с ним еще в понедельник, — она хихикнула. — Но я знала, что выходной у него только в этот день, и встретиться согласилась, но сделала так, что свидание выпало на вторник, когда ему нужно было на работу…

— Кать, я запуталась, — призналась Лера, теряя ход мыслей подруги.

— Да неважно, — отмахнулась Катя. — Думала, он обломается, но он оказался находчивым и перенес выходной на вторник.

— Но во вторник вы конечно же тоже не встретились? — устало вздохнула Лера. Раньше ей всегда было все равно на то, с какой легкостью Катерина кидала парней, а за Лешу стало обидно.

— Конечно, нет. Это слишком быстро.

— И зачем это все?

— Хочу быть уверена, что он действительно заинтересован. Вряд ли он будет ждать неделю просто для того, чтобы затащить меня в постель, для этого можно найти вариант попроще.

— Кать, я тебя, конечно, люблю, но иногда ты ведешь себя как настоящая стерва, — Лера покачала головой. — Я тебе и без этих проверок могу сказать, что Леша из тех, кто думает головой. То есть ты динамила его с понедельника?

— Не динамила, а откладывала встречу, — уточнила Катя. — Но сегодня днем мы прогулялись с ним в парке.

— И?

— И он довольно милый. Ни разу не упрекнул меня за то, что я его неделю, как ты выразилась “динамила”. И даже не лез целоваться.

— Ну вот, а я что говорила? Сменишь гнев на милость?

— Подумаю, — фыркнула подруга.

— Пока будешь думать, он найдет кого-нибудь не такого вредного, — рассмеялась Лера. — Правда, Кать, прекрати морочить ему голову.

— Ты говоришь прямо, как моя мама, — усмехнулась Катя, и Лера была уверена, что она в этот момент закатила глаза. — Все, я побежала. Неспокойной ночи, подруга!

Лера отключилась и поняла, что уже почти шесть часов. А, значит, Костя с минуты на минуту должен приехать. Решив обдумать отношения Кати и Леши немного позже, она принялась накрывать стол. Красиво расставила тарелки, водрузила в центр стола блюдо с запеченным в духовке мясом, зажгла свечи и включила расслабляющую музыку. Быстро переоделась, скинув домашние вещи и надев обтягивающее черное платье. Покрутилась перед зеркалом, довольная результатом и улыбнулась сама себе — ей очень хотелось сделать этот вечер особенным и подарить Косте хоть немного домашнего уюта и тепла.

Но парень не объявился ни в шесть, ни в четверть седьмого, ни даже спустя полчаса. Лера нетерпеливо отщипнула с тарелки кусочек уже начинающего остывать мяса и набрала Костин номер. Бесстрастный женский голос сразу же ей сообщил, что “телефон абонента выключен”, и сердце с грохотом рухнуло вниз. Внутри зашевелилось нехорошее предчувствие, и Лера стала снова и снова набирать номер, не с первого раза попадая по клавишам. Но чуда не произошло — телефон всё также оставался выключен.

Уверяя себя, что Костя просто заработался, а его телефон разрядился, девушка набрала Лешу.

— Привет, Лер, — сразу ответил он.

— Леш, привет, — дрогнувшим голосом произнесла она.

— Что случилось? — парень сразу напрягся, с первых секунд уловив взволнованную интонацию ее голоса.

— Я не знаю, Леш, надеюсь ничего. Костя сегодня был на работе и обещал вернуться в шесть, но его до сих пор нет, а телефон отключен. Может быть, Максим или Илья рядом с ним? Можешь с ними связаться?

— Вот черт. Он сегодня был один в сервисе, у ребят выходной. Значит, так, я сейчас поеду туда. А ты ни шагу из дома, поняла?

— Да.

— Я тебе позвоню, как только что-нибудь выясню.

Он резко отключился, и Лера осталась один на один с нарастающей паникой. Как бы она не старалась уверить себя, что ничего плохого не случилось, здравый смысл твердил обратное. То, что Костя мог по собственной воле не приехать к ней сегодня, не укладывалось в голове и совсем не было похоже на правду. Минуты тянулись целую вечность, и Лере показалось, что она просидела в ожидании звонка от Леши несколько часов. Но когда её телефон наконец-то ожил, она с удивлением обнаружила, что прошло немногим больше десяти минут.

— Да! — она схватила трубку, едва на экране высветилось имя Леши.

— Лер... — начал он и тут же замолчал, а она сразу поняла, что ничего хорошего он ей сейчас не скажет. Сердце снова провалилось в пропасть, а глаза сами собой наполнились слезами.

— Что?

— Его здесь нет.

— Может быть, он просто ушел домой? — девушка схватилась за этот шанс, как за соломинку.

— Я уже позвонил ему домой, — разбил ее надежды Лёша. — Он там сегодня не появлялся. К тому же, дверь в гараж осталась не заперта, а внутри разбросан ящик с инструментами. Не похоже, что он просто взял и ушел.

— И что же теперь делать? — Лера всхлипнула, и слезы тонкими обжигающими дорожками потекли по щекам.

—Тебе — постараться успокоиться, сидеть дома и ни в коем случае никуда не выходить. А мы с парнями начнем его искать. Все будет хорошо, слышишь? С ним все будет хорошо. — Леру не покидало ощущение, что он пытается убедить в первую очередь себя.

— Хорошо. Держи меня в курсе, пожалуйста.

— Само собой.

Лера отключилась и ещё несколько минут сидела неподвижно, осознавая, что это не ночной кошмар, а происходит на самом деле. Они забрали Костю. В том, что это был все тот же Руслан со своей шайкой, она ни секунды не сомневалась. Как и в том, что он бы не пошел с ними по своей воле. Он так переживал, чтобы они не тронули никого из его близких, а в итоге оказалось, что ему не мешало бы волноваться за себя.

Хотелось выть от отчаяния. Ломать, крушить все вокруг, бессильно кричать до хрипоты. Сердце громко бухало в самом горле, а руки мелко дрожали то ли от страха, то ли от ярости.

Она несколько раз глубоко вдохнула выдохнула. Рассеянно пригладила растрепавшиеся волосы и резким движением смахнула со щек текущие слезы. Запретила себе даже думать о том, что может его больше не увидеть. Ухватилась за хрупкую и нечеткую мысль, что с ним все в порядке, и он, по меньшей мере, жив. Большего сейчас ей было и не нужно.

Постепенно туман в голове рассеивался, и Лера поняла, что не может спокойно сидеть дома. Она должна сделать хоть что-то, пока не сошла с ума от пугающих картинок, мелькающих в голове. Поэтому, наспех натянув на себя джинсы и свитер, она накинула сверху куртку и, забыв про обещание, данное Лехе, пулей вылетела из дома.