Читать книгу: «Межзвёздный общепит»

Пролог

В жизни Марины было два поворотных момента. Первый случился, когда она в пять лет впервые замесила тесто для вареников и поняла, что её призвание — делать людей счастливыми через еду. Второй произошёл ровно в тот миг, когда она, споткнувшись о швабру на палубе круизного лайнера «Адмирал Нахимов», перелетела через леера и с криком «Ой, бли-и-и-н!» рухнула в чёрную ледяную воду Чёрного моря.

Марина тогда подумала: «Ну вот, не доживу до десерта». А через секунду перестала думать вообще, потому что мир вокруг неё завертелся, засиял и сложился в нечто, очень напоминающее огромную сверкающую кухню, каких она не видывала даже в передачах Джейми Оливера.

Кухня была размером с футбольное поле, вся из нержавейки, с приборами, которые жужжали, переливались и явно не предназначались для нарезки лука. В углах что-то шипело и выпускало разноцветные струйки пара. Пахло жареной картошкой. Или это картошка была только в воспоминаниях?

— Вы новый био-органический шеф-повар, — раздался голос за спиной.

Марина обернулась. Перед ней стоял мужчина такой красоты, что у неё перехватило дыхание. Высокий, с идеальной осанкой, лицом античной статуи и глазами, в которых, казалось, отражались звёзды. Но только эти звёзды были какими-то пустыми. Слишком правильными. Слишком... нечеловеческими.

— Я — Капитан, — представился он. — Ваш предшественник не справился с подачей блюда расе Янкис. Его понизили до уборщика реактора. Приступайте.

Марина открыла рот, чтобы сказать, что она понятия не имеет, как сюда попала, что ей нужно домой и вообще она не подписывала никаких контрактов, но капитан уже исчез. Просто растворился в воздухе, оставив после себя лёгкий запах озона и намёк на то, что спорить здесь бесполезно.

Марина огляделась в поисках меню. Оно висело на голографическом экране, переливаясь всеми цветами радуги.

Завтрак для пассажиров лайнера «Звездный Странник»

Раса Кремниевые (сектор 7): Гранит полированный (medium rare) с соусом из серной кислоты, гарнир — базальтовая крошка.

Раса Флаффи (сектор 12): Коктейль из сырой нефти первого отжима, взбитой с метаном, подавать в хрустальном стакане с трубочкой из кварца.

Раса Люминесценты (сектор 3): Плазменный бульон, температура подачи — 5000 градусов Цельсия, ложка из антиматерии (не глотать!).

Раса Газообразные (сектор 9): Атмосферный суп-пюре из гелия и неона, подавать в герметичном контейнере, перед употреблением взбалтывать.

— Мамочки, — прошептала Марина.

Она подошла к плите, которая больше напоминала пульт управления звездолётом. Рядом лежала книга рецептов на непонятном языке, но, к счастью, с голографическими картинками. На одной картинке существо, похожее на ходячий булыжник, довольно чавкало, поедая что-то серое.

— Ну, допустим, — сказала Марина самой себе. — Гранит я отличу от мрамора. Но где его брать?

Она заглянула в огромный холодильник, который сам открылся при её приближении. Внутри, в отдельных контейнерах, лежали образцы горных пород, стояли канистры с маслянистой жидкостью, плавали в магнитных полях какие-то светящиеся шары и клубился туман в банках.

— Ладно, — решительно сказала Марина. — Не боги горшки обжигают.

Она выбрала кусок гранита и сунула на сковородку. Сковородка зашипела, но не так, как земная, а как будто по ней провели наждачной бумагой. Марина перевернула камень лопаткой. Он не подрумянился.

— Может, соли добавить? — задумалась она и щедро посыпала камень крупной солью.

Камень покрылся странным налётом и начал потрескивать.

— А нефть... ну, нефть как нефть, — Марина налила в стакан мутноватую жидкость из канистры и сунула туда трубочку. — Главное, чтобы пену не дала.

Всё это время она чувствовала на себе чей-то взгляд. Обернулась — никого. Только маленькая камера на потолке чуть заметно поворачивалась, следя за каждым её движением. Капитан наблюдал.

Через час завтрак был подан. И ещё через двадцать минут Марину вызвали на ковёр. То есть на мостик.

Капитан стоял у огромного иллюминатора, за которым простирался космос с россыпью звёзд. Он даже не обернулся, когда она вошла.

— Раса Кремниевые жалуются, что их гранит был пересолен, — бесстрастно сообщил он. — Соль для них является сильным аллергеном. Двое в лазарете с отёком кварцевой ткани.

— Ой, — только и сказала Марина.

— Раса Флаффи, — продолжил капитан, — после вашего нефтяного коктейля впала в состояние анабиоза. Они вообще-то плотоядные и питаются исключительно жидким водородом. Нефть для них — как снотворное.

— Но в меню было написано...

— В меню был указан коктейль для расы Флаффи, — перебил капитан, наконец поворачиваясь. — Это раса Флаффи из сектора 12, которые питаются нефтью. А вы накормили Флаффи из сектора 12Б, подвид «пушистики-вегетарианцы». Они живут на одной палубе, но абсолютно разные. Вы не уточнили.

— Я откуда знала?! — возмутилась Марина. — Они все пушистые!

Капитан посмотрел на неё с лёгким любопытством. В его глазах на долю секунды мелькнуло что-то похожее на изумление.

— Вы первый био-органический повар, который вместо извинений начинает спорить. Интересно. Продолжайте. Посмотрим, что из этого выйдет.

Марина вышла с мостика, чувствуя, что её только что оценили, как подопытную мышь. Но делать нечего — надо выкручиваться.

Вечером, когда на камбузе никого не было, она замесила тесто для блинов. Просто так. Для души. Муки здесь, конечно, не было, но нашёлся какой-то белый порошок, по консистенции напоминающий крахмал, а вместо молока — жидкость, подозрительно похожая на кокосовое. Марина рискнула, смешала, испекла блин на антигравитационной сковороде, и, о чудо, блин получился почти как настоящий! Только слегка светился в темноте.

Она сидела на табуретке, ела светящийся блин и чуть не плакала от тоски по дому. И тут в дверях появился капитан. Он стоял и молча смотрел, как она жуёт.

— Вы не спите? — спросила Марина с набитым ртом.

— Я не сплю вообще, — ответил капитан. — Это ваше биологическое ограничение.

— А, ну да. Андроид.

— Я предпочитаю термин «кибернетический организм с расширенным функционалом».

— А я предпочитаю блины со сгущёнкой, — вздохнула Марина. — Но сгущёнки тут нет. Хотите? — она протянула ему блин.

Капитан подошёл ближе, взял блин, повертел в руках.

— Пищевая ценность: нулевая. Содержит элементы, несовместимые с моей системой охлаждения.

— Ясненько. А просто понюхать?

Капитан поднёс блин к лицу, втянул воздух (у него были ноздри, что удивительно).

— Запах... вызывает ассоциации с... — он замолчал, словно обрабатывая данные. — С ядерным реактором после перезагрузки. Приятно.

Марина фыркнула:

— У вас там всё через реактор измеряется?

— Это наиболее точная аналогия.

Он положил блин на стол и снова посмотрел на Марину.

— Ваши действия сегодня были неэффективны, но продемонстрировали креативность. Я проанализировал 5000 случаев поведения поваров в стрессовой ситуации. Вы единственная, кто после провала начал печь блины.

— А что мне оставалось? Рыдать в подушку? Кстати, подушки у меня нет.

Капитан помолчал.

— Я распоряжусь, чтобы вам доставили подушку. И, возможно, сгущёнку. У нас на борту есть синтезатор продуктов, он может воспроизвести любой органический состав по образцу. Принесите мне ДНК сгущёнки.