Читать книгу: «ИЛ-2 против магических бурь»

Глава 1. Попаданка, блин! Или где мой высотомер?

Анна Юсова всегда знала, что её самолёт — это единственное место, где она по-настоящему счастлива. Военный лётчик-испытатель, капитан, за плечами — сотни часов налёта, десятки испытанных машин и личное дело, в котором характеристика «технически грамотна, хладнокровна, в отношениях с личным составом суховата» была зачёркнута и заменена на более дипломатичное «сосредоточена на выполнении задач».

— Ну что, Як, — пробормотала Анна, поглаживая приборную панель своего Як-52, старого, но надёжного учебно-тренировочного монстра, — покажем этим небесам, кто тут главный?

За бортом было обычное хмурое небо полигона, когда вдруг случилось нечто совсем не обычное. Прямо по курсу воздух начал... сворачиваться. Анна моргнула, решив, что у неё от переутомления начались галлюцинации. Но нет. Воздух определённо сворачивался в спираль, переливающуюся всеми цветами радуги, и эта спираль стремительно приближалась.

— Э-э-э... — только и успела сказать Анна, когда матюгальник (так называют ручной громкоговоритель в самолете) взвыл, стрелки приборов заплясали джигу, и её вместе с любимым Яком засосало в эту красочную воронку.

Последней мыслью было: «Ну вот, техника опять подвела. Надо было мотор вчера проверить».

Сознание возвращалось медленно и с явным нежеланием. Первым ощущением была тяжесть — её прижимало к чему-то твёрдому и неудобному ремнями. Вторым — запах. Пахло почему-то сеном и... навозом? И ещё какими-то травами. Третьим — звуки. Кто-то внизу кричал на незнакомом, но странно понятном языке с придыханиями и свистящими согласными.

Анна открыла глаза и увидела, что висит вверх ногами. Её любимый Як-52 застрял в ветвях огромного, просто гигантского дерева, которое больше походило на дуб, переросший самого себя в пять раз. Ветви толщиной с хороший фюзеляж держали самолёт мёртвой хваткой, словно боялись, что эта железная птица улетит.

Внизу, метрах в пятнадцати, копошились люди. Анна прищурилась. Люди как люди, только одеты странно: какие-то балахоны, холщовые рубахи, кожаные жилеты. И все они тыкали в неё палками. А некоторые — вилами.

— Эй! — крикнула Анна. — Помогите слезть!

Внизу поднялся невообразимый шум. Кто-то упал в обморок, кто-то принялся читать заклинания, размахивая руками, а один дядька с густой бородой и невероятно подозрительным взглядом направил на неё арбалет.

— Не стреляй, дурень! — рявкнул вдруг низкий, властный голос, перекрывающий общую какофонию.

Толпа расступилась, пропуская всадника. Анна, насколько позволяло висячее положение, разглядела его: высокий, широкоплечий, в кожаных доспехах с нашивками, которые она мысленно окрестила «местный спецназ». Лицо суровое, обветренное, с глубокими морщинами у губ и глаз — такие морщины бывают у людей, которые много времени проводят на ветру. И глаза — серые, холодные, но с искоркой живого интереса.

— Кто такая? — спросил он, обращаясь явно не к Анне, а к толпе. — Откуда эта штуковина взялась?

— Из портала, ваша милость! — затараторил какой-то мужичок в кожаном фартуке, похожий на местного механика. — Прямо из бури! Грохот стоял, искры летели, а потом — бац! — и эта железная тварь на Священный Дуб рухнула!

— Железная тварь? — всадник спешился и подошёл ближе, рассматривая самолёт. — На дракона не похожа. Крылья короткие, хвост смешной. И воняет... машинным маслом?

— Это самолёт! — крикнула Анна, теряя терпение. — Я — пилот. Меня звать Анна Юсова. Я... попала в аварию. Вы можете помочь мне спуститься?

Всадник поднял голову, и их взгляды встретились. Анна ожидала увидеть страх, недоверие, враждебность. Но в его серых глазах читалось только одно: «Какая интересная задачка».

— Пилот? — переспросил он. — Летающий человек?

— Ну, вообще-то я за штурвалом, а не с крыльями за спиной, но да, в общем смысле — летающий.

— Снимите её оттуда, — приказал всадник. — Аккуратно. И эту... самолёт... тоже снимите. Доставить на почтовую станцию. А вас, — он снова посмотрел на Анну, — прошу следовать за мной. Для объяснений.

Через час Анна сидела в деревянном здании, которое местные гордо именовали «Штаб Королевской Почтовой Службы». Пахло здесь чернилами, сургучом и кожей. На стенах висели карты, на которых вместо привычных изогипс были какие-то цветные разводы, подписанные как «потоки магии ветра».

Её спаситель (или арестовавший? Анна ещё не определилась) сидел напротив и сверлил её взглядом. Его звали Грегориан Валгор. Грегориан «Гроза» Валгор, как шепнул ей по дороге конвоир. Начальник почтовой стражи.

— Итак, — начал он, барабаня пальцами по столу, — вы утверждаете, что прилетели из другого мира?

— Утверждаю, — кивнула Анна. — Я не местная, это точно. У вас тут даже розеток нет.

— Чего?

— Не важно. Слушайте, командир, я понимаю, что ситуация дикая. Я сама в шоке. Мой самолёт... вы его не сломаете? Там двигатель сложный.

— Ваша железная птица цела. Мои люди бережно спустили её на верёвках. Стоит в ангаре. Но это не ответ на вопрос, кто вы и зачем пожаловали.

— Я же сказала: я пилот. Лётчик. Умею водить вот такие машины. И не только такие. Я военный лётчик-испытатель. Понимаете, я могу летать в любую погоду. В туман, в грозу, в снегопад — по приборам.

Грегориан нахмурился.

— По приборам? Что значит «по приборам»? Как можно лететь, не видя неба, не чувствуя ветра, не слушая духов?

Анна моргнула.

— Духов? Каких ещё духов?

— Духов ветра, конечно. — Грегориан посмотрел на неё как на слабоумную. — Каждый уважающий себя пилот перед вылетом приносит жертву духам ветра. Масло топлёное льёт, хлеб крошит. Иначе в полёте не видать удачи. А если буря — только духи помогут, если задобришь.

— Так, стоп. — Анна подняла руку. — Вы хотите сказать, что вы летаете... на вере? На интуиции? Без приборов?

— А какие могут быть приборы? — искренне удивился Грегориан. — Есть компас, который показывает на Северный Полюс Магии. Есть амулеты высоты — они теплеют, если поднимаешься слишком высоко. И всё. В хорошую погоду летишь по солнцу, по звёздам. А в бурю... в бурю сидишь на земле, потому что ни один дурак в бурю не взлетит.

Анна откинулась на спинку стула и расхохоталась. Истерическим смехом человека, который только что понял, что попал в мир, где авиация находится на уровне каменного века.

— Ой, не могу! — вытирала она слёзы. — Духи ветра! Масло топлёное! Слушайте, командир, да ваши духи — это просто воздушные потоки разной плотности и температуры! А бури у вас — это циклоны и антициклоны! Их предсказывать можно, а не задабривать!

Грегориан побагровел. Он вскочил, опрокинув стул.

— Вы смеете глумиться над священными традициями?!

— Я не глумлюсь, я объясняю! — Анна тоже встала, уперев руки в бока. — Вот скажите: ваши пилоты часто разбиваются?

Грегориан замялся.

— Ну... в прошлом году потеряли трёх.

— А в позапрошлом?

— Пятерых.

— А груз сколько раз не доставляли из-за бурь?

— Да каждый месяц по нескольку раз! — выпалил Грегориан и вдруг осекся, поняв, что его развели на откровенность.

— То-то же, — удовлетворённо кивнула Анна. — А я могу летать, когда другие сидят на земле. Я могу видеть сквозь туман и облака. Я могу определять высоту с точностью до метра, скорость ветра — до метра в секунду. Не духами, а приборами. И научу ваших людей, если вернёте мне самолёт.

Грегориан смотрел на неё долго, очень долго. В его серых глазах боролись начальственная гордость, недоверие к чужачке и... отчаянная надежда человека, который уже устал объяснять вышестоящему начальству, почему почта снова опоздала.

— Вы можете доказать? — спросил он наконец.

— Легко. — Анна улыбнулась своей лучшей, самой уверенной улыбкой. — Дайте мне учеников. Самых бестолковых, от которых вы уже отчаялись. Я сделаю из них пилотов.

— Хорошо, — Грегориан сел обратно и жестом предложил сесть Анне. — Допустим, я соглашусь. Но учтите: если вы провалитесь, ваш самолёт пойдёт на дрова, а вы — в тюрьму за мошенничество.

— Дрова? — Анна аж подпрыгнула. — Да вы знаете, сколько этот самолёт стоит?! Да я за него...

— Мы договорились? — перебил Грегориан, и в его глазах блеснула усмешка.

— Чёрт с вами, — сдалась Анна. — Договорились.

— Тогда добро пожаловать в казарму, — Грегориан встал и протянул руку. — Начальник почтовой стражи Грегориан Валгор.

Анна пожала его твёрдую, мозолистую ладонь.

— Пилот Анна Юсова. Будем знакомы.

Когда она вышла из штаба в сопровождении конвоира, Грегориан долго смотрел ей вслед. Странная женщина. Говорит странно, одета странно. Но глаза... глаза у неё были такие же, как у него самого — глаза человека, который знает, что небо — это работа, а не романтика.