Читать книгу: «Клинический случай»

Дисклеймер

Дорогой читатель, эта книга, как и две предыдущие «Ева из Преисподней» и «Лавка желаний», — часть одного мира. Персонажи и события здесь новые, а сюжет завязан на совершенно другой истории.

«Клинический случай» — полностью самостоятельная книга. Я позаботилась о том, чтобы всё было понятно и без знакомства с предыдущими частями.

Однако! Если вы захотите нырнуть глубже, понять природу Врат, узнать, откуда в мире людей взялись демоны и какие тайны скрывает Преисподняя, я бы посоветовала всё же начать путешествие с первой книги цикла — «Ева из Преисподней». Так общая картина мира станет объёмнее, а некоторые отсылки и детали заиграют ярче.

Автор не стремится оскорбить чьи-либо чувства. Все события и персонажи — вымысел.

Пролог

Телевизор в ординаторской гудел на фоне, пока медсестра Галина, зажав в зубах ложку, разворачивала свежие пирожки.

— …По предварительным данным, аномальный разлом в горах Канады продолжает расширяться. Экспедиционные группы сообщают о неизвестных формах жизни, вышедших из зоны вспышки. Власти призывают граждан сохранять спокойствие и не поддаваться панике…

— Панике, как же, — вытащив ложку изо рта, Галина закатила глаза. — У меня паника начнётся, если я в отпуск в ближайшее время не пойду.

— А чего тебе наш цербер ещё не подписал заявление? — отозвалась вторая женщина, сидящая на диване.

— Учёные затрудняются дать комментарии, а представители ООН созвали экстренное заседание…

— Да я не ходила ещё… Как посмотрю на него — внутри всё сжимается. Ох, говорю тебе, Кать, что-то в нём страшное есть!

— Ну, москвич молодой, самомнение до небес, — кивнула коллега, соглашаясь с Галиной.

— У нас будто и без него головняков не было. А теперь вообще носимся как угорелые.

— …В данный момент специалисты из разных стран направляются к месту происшествия. Разлом остаётся закрытой зоной. Источники сообщают, что несколько существ уже доставлены в специальные изолированные сектора для наблюдения…

Галина со скепсисом взглянула на экран.

— Вот тебе и технологии, Кать. Совсем с ума посходили. Им фейк — они верят, ну что за люди!

— Вот-вот. Мне уже внук роликов отправил тьма-тьмущая. А там страшилки из игр этих. Насмотрятся ужасов всяких…

Под монотонное звучание телевизора женщины продолжили светский разговор.

Мир претерпевал изменения, которые оставят неизгладимый след на долгие годы. Но у простых людей всегда находились дела поважнее — отпуск, технологии и новые начальники, от которых внутри всё сжималось сильнее, чем от любого конца света.

Глава 1

Солемия

— Да отпустите же вы меня!

В который раз я попыталась отпихнуть от себя руки человека. Он так настойчиво вытаскивал меня из необычной колесницы, что я едва не выпала прямо на улицу.

Было бы удобнее, если бы не странный костюм, который полностью затруднял движение. Приходилось толкаться плечами, точнее дёргаться в попытке освободиться.

Меня подтолкнули, заставляя шевелиться. Перед лицом открылись деревянные двери, и в нос тут же ударил неприятный запах, от которого захотелось чихнуть. Вообще обстановочка тут оказалась мерзкая.

Белые стены, серый пол, металлические решётки вместо дверей, какие-то картины на стенах. Приглядевшись, я прочитала на одном из них что-то о психическом здоровье, но вникать не стала.

Благо с буквами и языком проблем не было. Всё, как и говорили: после прохождения Врат мы могли спокойно говорить на чужеродном языке.

— Эй, коллеги, принимайте посылку! — рявкнул куда-то вглубь небольшого окошка мой захватчик.

Из-за угла показалась человеческая женщина в белом халате и странной шапочке на голове.

— Что тут у нас?

— Что-что… Не видишь, что ли? Буйную привезли. Поступил вызов, что по улице ходит баба голая. Приехали поглядеть, а там она шляется по парку и верещит что-то про демонов. Малолетки стоят, на телефон снимают, мамочки орут в панике. Мы к ней по-человечески, а она как давай кидаться на нас. Ну тут всё — клиника. Совсем люди с ума посходили от этих новостей, — пробурчал мужлан и протянул бумажки в окошко.

Женщина оглядела меня, а я — её. Ничего примечательного. Люди вообще какие-то блеклые, как оказалось: ни рогов, ни хвостов, ни крыльев. Фу! Все друг на друга похожи, как отличить вообще?

Мужлан и его спутники вообще были на одно лицо. Бледные, глаза и волосы только разные, а так…

— Сейчас санитаров позову, — женщина покачала головой и потянула руку к какой-то штуковине, похожей… Да кто ж разберёт, на что похожей — в Преисподней у нас ничего подобного не водилось.

Она подняла штуковину на шнурке, поднесла её к уху и кого-то позвала.

Как они без магии обходятся — ничего не понимаю... Судя по тому, что я успела увидеть — нормально обходятся. Окружили себя башнями из стекла и железа, по шумным улицам носятся колесницы без лошадей, и все в какие-то прямоугольники пялятся…

Захватчики что-то записали в бумагах, протянутых женщиной, и попрощались с ней. Решётка скрипнула, и ко мне вышли двое здоровых (по меркам людей, конечно) человеческих мужчин. Они даже заговорить со мной не пытались — подхватили под руки и поволокли по коридору.

— Вы что, совсем дикие? Повторяю, отвезите меня к демонам! Мы вышли из Врат!

— Да-да, вас за два дня таких уже штук пять привезли. Отвезём-отвезём, — пробормотал один из людишек.

— Слушай, ну хоть что-то новенькое, а то скучно же было. Одни похищенные пришельцами, дети великих полководцев и реинкарнации богов, — добавил второй.

Что они несут, я не понимала, а потому просто волочилась следом. Переживаний не было, ведь я была уверена, что совсем скоро всё встанет на свои места.

Я — демоница, которая вышла из Преисподней, мои сородичи куда-то пропали, но сомнений в том, что скоро меня хватятся, не было.

— Петрович, оформи новенькую!

Распахнув дверь, один толкнул меня внутрь, а второй остался за дверью.

Небольшая тесная комнатка, по размерам напоминающая мою почивальню во дворце. Оглядевшись, я заметила какую-то тахту, похожую на кровать, ширму, шкаф и стол, за которым сидел ещё один человек в белом халате.

Меня толкнули на странную кровать, надавливая на плечи и вынуждая сесть.

— Фамилия, имя? — спросил человек, не отрываясь от бумаг. — Дата рождения? Адрес?

Я не поняла, что он хочет услышать, и только уставилась на него. Фамилия? Адрес? Это что ещё такое?

— Так… — человек в халате что-то черкнул в листах, а затем кивнул стоявшему рядом мужчине. — Снимайте с неё всё лишнее, потом в наблюдательную.

Один из них подошёл к металлическому шкафчику у стены, достал мягкие серые тряпки — что-то вроде длинной рубахи — и бросил на тахту.

— Дима, останься тут. Наша барышня вряд ли в смириловке просто так.

Человек поднял на меня глаза и кивнул другому. Тот тут же потянулся к завязкам странного платья, сковывающего движения.

— Етить! Она что, голая?! — возмутился мужчина за столом, а я улыбнулась.

В их мире что, женщины не ходят голыми? Захотелось поскорее снять с себя это тряпьё и предстать перед ними во всей красе. Что-то, а стесняться своего тела я не собиралась.

Пусть по меркам демонов я не была красавицей, но и на меня спрос был, хоть и не часто… Всё же демон без сильных рогов, могучих крыльев и магии — это ошибка природы.

— Твою за ногу… — кажется, человечишка выругался. Смешно. — Так. Давай, помоги ей переодеться, но не глазей тут!

Я не сопротивлялась и гордо демонстрировала достоинства, отчего мужчинка смущался и старался отводить взгляд. Он помог развязать ремни сзади и протянул мне тряпки.

— Боишься смотреть? Я разрешаю. Когда ещё демоницу увидишь? — подмигнув, я потянулась к лицу человеческого мужчины, но он отстранился.

— А вы, стало быть, у нас демоница? Позвольте спросить, где же ваши рога и крылья? — раздалось из-за стола.

Фыркнув, я быстро натянула серый бесформенный балахон и села обратно, сложив руки на груди. Даже человечишка посмел упрекнуть меня за отсутствие типичных для демонов конечностей.

— Не выросли ещё, — буркнула я. — Для справки: не у всех демонов есть рога и крылья.

— Ознакомились уже, — в тон мне отозвался человек. — Необычные глаза, цвет кожи и… магия. Может, магию продемонстрируешь?

Да что этот человечишка себе позволяет?! Меня сюда насмехаться притащили? Мало нападок в Преисподней, и здесь туда же.

— Где ваш главный? Я буду говорить с ним!

— Будешь-будешь. Сначала только оформим тебя, — улыбнулся мужчина. — Как зовут?

— Солемия…

Я получила в ответ недовольный взгляд, будто опять что-то сделала не так.

— Настоящее имя какое?

— Солемия!

Мужчина покрутил палку, похожую на перо, между пальцев и усмехнулся.

— Ты погляди, совсем ополоумели… Сначала детей называют как чёрт пойми кого, а потом удивляются, чего они не от мира сего… Лет тебе сколько, Соломия?

— Солемия, — поправила я и скривилась. Никакого уважения к демонам у этих дикарей. — Двадцать семь вроде бы.

— Вроде бы?

— Я не знаю, когда точно родилась, но когда попала во дворец, сказали, что мне примерно десять. Я проработала около… — прикусив губу, я принялась загибать пальцы и пытаться вспомнить, сколько зим прошло с тех пор, как меня выкупили.

— Она головой, что ли, ударилась? Амнезия, может, какая? — человек за столом посмотрел на второго, стоявшего рядом со мной.

— Не сообщалось, — пожал плечами тот.

— Какой год на дворе, понятие имеете, дамочка?

— Откуда я знаю, какой у вас тут год?

— Родственники? Номера телефонов чьи-нибудь помнишь?

— Нет у меня родственников. Мать продала в отрочестве. Я сюда пришла не одна. Мне велено сопровождать домину Рубин, но я очутилась тут. Если не вернусь к ней, то меня и казнить могут.

— Ясно, — кивнул человек и вытащил что-то из ящика стола.

Он лениво поднялся и подошёл, держа в руках странный предмет.

— Руку вытяни…

— Что это? Ага, ещё чего! Что это?!

— Дим, держи её. Давление измерить надо. Угомонись, демон, — покачав головой, мужчина больно схватил мою руку и нацепил на неё какой-то рукав.

— Что за оковы?

Послышался странный звук из-за того, что мужлан начал давить на нечто в своей руке. Плечо стягивало всё сильнее, и я принялась вырываться, но тяжёлая хватка второго не позволяла пошевелиться.

Хвала Великому Демону, длилась эта странность недолго.

— Пописать в баночку надо. Проверить тебя на всякие вещества, — снова сказал человек и подошёл к столу, хватая какую-то штуковину, похожую на стакан.

— Вы тут совсем с головой не дружите?

— С головой не дружите вы, дамочка, а мы будем вас лечить.

— Я здорова! Во дворце есть лекари!

— А у нас тут все здоровые — и становятся ещё здоровее, когда полечатся. Не переживай, Мия, поставим тебе диагноз, прокапаем и отпустим с Богом.

— Какой ещё диагноз?

Происходящее становилось всё нелепее.

Я им на их языке говорю, что меня нужно отвезти к демонам! Понять бы, что произошло и как я вообще оказалась в другом месте…

Помню, как мы вышли из Врат, а дальше — всё. Провал…

— Это уже доктор решит, — пожав плечами, мужчина вручил мне очень лёгкую баночку.

Второй мужлан дёрнул меня, заставляя подняться. Он вывел меня в коридор и толкнул к дверному проёму неподалёку. Самой двери не было, но, пройдя внутрь, я поняла, что это уборная.

Но выглядело всё хуже, чем у наших воинов в казарме… Нет, ну и дикари!

— Без глупостей, — велел человек и отвернулся.

— Что сделать-то надо?

— В баночку пописать, — не оборачиваясь, отозвался человек.

Фу! Отвратительные человечишки!

Оглядевшись, я нашла дырку в полу, заглянула туда и скривилась. И зачем им вообще это сдалось? Пытаться разгадать странное поведение я не собиралась — вряд ли приду к какому-то объяснению.

Быстро сделав то, что велено, я протянула баночку мужлану.

— Пошли в наблюдательную. Там подождёшь врача, он определит, что с тобой дальше делать.

— Ну наконец-то! Давайте скорее, а то я не собираюсь тратить время…

Новая комната оказалась больше, чем та тесная келья, где меня допрашивали, но пустота здесь была ещё удушливее. Стены — унылого серого цвета, без рисунков и символов, только облупившаяся краска; под потолком светильник, мигающий холодным светом.

Подняв голову, я смотрела вверх, пока глаза не защипало. Как они без магии обходятся — ничего не понимаю…

Окна были узкими, закрытыми решёткой. Вместо мебели — железная кровать с привязанными к ней ремнями, прикрученный к полу столик и стул. Странные покои, ничего не скажешь.

Побродив немного по помещению, я повернулась к металлической двери, в которой было небольшое окошко и какая-то странная штуковина, похожая на камешек. Дверной ручки с моей стороны не было…

— Эй, вы! Выпустите меня или зовите главного! Задницы диких кабанов, я с вами говорю! — ударив кулаком по створке, я заорала во всё горло.

Глава 2

Солемия

Я облазила каждый уголок в новом месте, но не нашла ничего, что могло бы помочь. Вроде дикари, а продумали всё до мелочей. Даже к окнам не подобраться, чтобы вылезти.

Орать и бить по двери я устала, а потому просто завалилась на кровать.

Всё было ясно — меня заточили в темницу. Только за что и насколько я не имела понятия. Если они продержат меня здесь долго, то Рубин точно разозлится и доложит всё главному, а там всё… Прощай, жизнь.

Мучительные мысли о смерти не помешали задремать, но ненадолго, потому что створка скрипнула, и внутрь вошёл тот самый мужчина, нацепивший мне на руку странный прибор.

В этот раз он был в сопровождении незнакомки в белом халате и того самого громилы. Последний закрыл дверь и остался у стены, а вот парочка подошла ко мне, заставляя напрячься.

В руках женщина держала металлический поднос со странными штуковинами. Точно что-то для пыток…

— Итак, Мия, освоилась тут? — спросил мужчина.

— Где это «тут»?

— Это наблюдательная палата, — послышалось в ответ таким тоном, что я скривилась. — Здесь мы смотрим, чтобы вы себе ничего не сделали, пока решается вопрос госпитализации.

— И зачем мне что-то с собой делать?

— Ну-у, знаете, ситуации разные бывают, — женщина присела на край кровати. — Дайте руку, будьте добры. Мне нужно взять анализ крови.

— Ага, совсем мозгов нет?! Может, жизнь сразу отдать? Ну и дикари, — возмутившись, я придвинула колени к груди и сжалась.

— Это не опасно, — улыбнулась женщина. — Мы сделаем это добровольно или свяжем вас. Ди-и-м!

Громила у стены шагнул вперёд, но я сделала разумный вывод и протянула руку.

Уж лучше так, чем быть прикованной. Кто знает, что у них ещё на уме. Вокруг предплечья тут же затянули какой-то плотный шнурок.

— Вот умничка… кулачком вот так поделай, — женщина несколько раз сомкнула и разомкнула свои пальцы.

— Вспомнили фамилию, Мия? — вмешался человечишка, который называл меня как-то странно.

— Солемия меня зовут, и нет никакой фамилии. Что это вообще?

— А отчество? — смазывая мою руку чем-то холодным и отвратительно пахнущим, поинтересовалась незнакомка.

— Отец, что ли? Его звали Д’харсивар, но он умер на войне.

— На какой войне? — заинтересованно спросил мужик и занёс палочку над бумагами.

— На войне против демонов Севера. Они решили завоевать наш край, но не тут-то было…

— М, ясно, на той самой войне, — хмыкнул мужлан, а незнакомка улыбнулась шире.

Само собой, люди были не в курсе нашей истории, но мы-то хотя бы знали, что они существуют, а вот им про нас никто не рассказывал. Как мир разделился, так и жили без ведома. Не то что мы, которые чтим историю, какой бы грязной она ни была.

— Смотри, Мия, ситуация следующая. Ты не хочешь идти с нами на контакт, не говоришь адрес проживания и фамилию. Мы сейчас составим протокол и направим его в полицию, а ещё один — в суд. Пока все документы готовятся, ты временно здесь, под наблюдением. Потом тебя направят в стационар на лечение. Глядишь, родственников твоих найдём.

— Я не больна! И уже сказала, что прибыла сюда с Рубин!

Мужчина вздохнул и поднял на меня уставшие глаза.

— Да, демоны пришли на Землю, увы, это правда. Не знаю, что ты там успела увидеть в новостях, что тебя так травмировало, но они не навредят нам. Их сейчас в специальные колонии оформили. Люди в безопасности. — Женщина рядом со мной ввела в руку острую иглу, отчего я вскрикнула, но она держала крепко, не позволяя отстраниться.

— Так идите в эти колонии и скажите им, что одна из демониц почему-то потерялась!

— Куда идти, в Америку, что ли? — рассмеялся мужчина и покачал головой. — Эх ты, чердачком потекла, но информацию не собрала как следует. Смотри, Мия, давай так: мы отпустим тебя, если ты честно скажешь свой адрес, расскажешь о себе.

— Что за Аме… рика? И где я вообще? Да я рассказала уже всё! Вы просто не слышите!

От отчаяния хотелось выть. Проще было со стеной говорить, чем с людьми.

— Ты в России, в городе Новосибирск, девочка. Сейчас в приёмном отделении психиатрической больницы, и мы собираемся поставить тебе диагноз, чтобы понимать, чем лечить, — ответила женщина и сняла жгут с руки.

Так, если это пытка, то какая-то слабоватая. Мне и посильнее прилетало периодически.

— Кать, сфотай её, разошлём в участки.

Женщина убрала небольшую ёмкость с кровью на поднос и засунула руку в карман. Она вытащила какую-то плоскую штуковину, поднесла её к моему лицу — и послышался щелчок.

Вот в такие и пялятся все остальные.

— Жалко девчонку, Саныч. Красивая такая… В моче обнаружили что-то?

— Пока в лабораторию отдали, минут через десять будет готово.

— Прокапать бы её да отпустить. Родители, наверное, волнуются…

— Ага, мать меня продала за десять медяков! Волнуется она, как же…

— Похоже, нет у неё родителей, — цокнув языком, отметила женщина. — Знаешь же, что они в порыве бреда иногда смешивают факты.

Разговор явно касался меня, но понять смысл целиком получалось с трудом. Я пыталась соображать. Они не верят, что я — демоница. Осуждать их, конечно, за это не стоило: кто виноват, что у меня не было никаких демонских особенностей… Я всё надеялась, что обзаведусь хотя бы хвостом, но нет.

Если так присмотреться, я ведь правда могла сойти за человечишку. Плохо, очень плохо…

— Может, парень есть? — предположил мужчина, почесав подбородок.

— Нет у меня никого! Прислуга не может иметь отношений. Все, кто во дворце, могут брать меня, когда захотят…

— Ужас, — покачала головой незнакомка. — А демонятки у тебя есть?

— Нет, конечно. Знали бы вы, какие воины служат императору, — фыркнула я.

Парочка переглянулась.

— Мия, ты останешься здесь под наблюдением до выяснения обстоятельств. Завтра придёт доктор, который с тобой побеседует основательно.

— Дим, принеси ей поесть и воды, посмотри, чтобы всё съела, — напоследок заявил мужлан и вышел.

Меня оставили одну. Я уставилась на прокол, куда женщина наклеила какую-то штуку, из-за которой кожа начала чесаться.

Через что мне ещё придётся пройти, прежде чем меня отпустят?

Вляпалась — не то слово… Я просто в дерьме! Рубин же предупредила, чтобы я никуда от неё не отходила. Только я и не отходила, но что-то произошло. Вспомнить бы…

— Вот же демон сопливый, — буркнула я и свесила ноги с кровати.

В принципе, тут даже не так плохо, как в темнице, где меня запирали на три дня в наказание. Там ещё еду давали только один раз в день, а тут сказали, что покормят.

Прошлёпав босыми ногами к окну, я встала на носочки и попыталась оценить обстановку. Зелёные деревья, какие-то серые дома и необычные повозки, которые сами едут.

Чудеса, конечно. Магии у людишек не было, но штуковин разных достаточно.

Дверь скрипнула, и внутрь вошёл тот, кого звали Дима. Странное имечко, но похоже на Димитрикуса, который работал казначеем во дворце.

Человек прошёл к столу и поставил на него белый поднос с едой. По идее, пища тут не должна сильно отличаться от нашей — значит, с голоду не помру.

Подойдя к тарелке, я наклонилась и принюхалась. Запаха не было. На вид каша какая-то.

Дима протянул ложку, но не привычную, а какую-то лёгкую белого цвета.

— Что это?

— Овсянка, бутерброд с маслом и компот. На обед суп будет.

— Э-э-э… — зачерпнув немного еды, я осторожно поднесла ложку ко рту.

Высунув язык, я облизнула вязкую жижу и скривилась.

— Что за сопли? Да у нас так даже прислугу не кормят, жлобы!

— Ну бутер съешь, — спокойно отозвался Дима и кивнул на белый хлеб с маслом.

— У вас тут и для этого своё название, — желудок требовал еды, а потому сильно сопротивляться я не стала.

Но и тут случился провал. На вид вроде обычная еда, но на вкус будто жуёшь сено. Еле проглотив кусок, я потянулась к стакану, надеясь, что хотя бы жидкость спасёт ситуацию.

— Да вы издеваетесь! — выплюнув мерзкую воду со вкусом болота, возмутилась я.

Дима с сомнением взял тарелку и понюхал содержимое. По его лицу было понятно, что ничего странного в пище нет.

— Харэ придираться! Либо ешь, либо привяжу, — зыркнув на ремни, заявил мужчина.

Подавляя отвращение, я взяла ложку и в несколько взмахов впихнула в себя отвратительную еду. Пришлось зажать нос, чтобы сдержать рвотный позыв.

— Доволен? — фыркнула я, отпихивая пустую тарелку. — Дальше что?

— Сиди тут и без глупостей, — погрузив посуду на поднос, Дима вышел из комнаты, оставив меня в одиночестве.

Оглядевшись ещё раз, я вздохнула и снова легла на кровать. Во сне время пролетало незаметно, а мне как раз нужно, чтобы это всё быстрее закончилось. Я должна поскорее оказаться с Рубин, иначе… Об этом «иначе» думать не хотелось.

Глава 3

Адам

Выйдя из душа, я споткнулся о чемодан, валяющийся прямо на полу. Толкнув его ногой, я закатил глаза и пошёл на кухню делать кофе.

Игнорируя тот факт, что из спальни доносились всхлипы и грохот, я нажал на кнопку на кофемашине. Ладони легли на столешницу, а взгляд упёрся в руку с обручальным кольцом. Усмехнувшись, я снял золотой обруч и положил его на край стола.

Два года. Не так уж много, но и не мало, чтобы никак к этому не относиться.

— Где фотоаппарат, который ты мне подарил?

Дверь с грохотом ударилась о стену, а я подумал только о том, что после этой истерички придётся делать ещё и ремонт.

— В тумбочке, — кивнув на комод у стены, спокойно ответил я.

Пыхтя и топая ногами, как ёжик, Лиза дёрнула ручку и принялась выкидывать из ящика всё содержимое. Я был уверен, что такой нужный ей фотоаппарат, которым она, кстати, пользовалась лишь в первую неделю после покупки, лежал прямо перед её носом.

Замерев с гаджетом в руках, она вдруг включила его.

Горячий эспрессо как раз наполнил кружку, и я встал у столешницы, наблюдая за тем, как плечи Лизы задрожали.

— Тут наши фотки с отпуска в Бразилии… — пробормотала она.

Вообще, по части актёрской игры Лиза могла бы смело метить куда-нибудь в Голливуд. Ну или в Болливуд — там с переигрыванием получше.

— М-м-м, — протянул я, улыбнувшись в кружку.

— М? — она обернулась и округлила голубые глаза. — Тебе совсем плевать, да?! Три года отношений, а всё, что я получаю, — это «м-м-м»?!

Замахнувшись, Лиза швырнула фотоаппарат в стену и задела картину в тяжёлой рамке, отчего она начала пугающе раскачиваться, но, к счастью, не упала. А вот это зря…

— Это мой дед рисовал, — спокойно сказал я, нехотя отставив кофе на стол.

Лиза подлетела ко мне и толкнула в грудь своими маленькими ручонками. А я так надеялся, что до рукоприкладства не дойдёт.

— Ты бесчувственная скотина! — заливаясь слезами, закричала она. — Картина тебе важнее, чем я!

Перехватив её руки мягко, но достаточно, чтобы прекратить нападки, я посмотрел Лизе прямо в глаза.

— Картина, в отличие от тебя, мне не изменяла, — напомнил я и отпустил бывшую жену.

Нижняя губа Лизы задрожала от обиды. В её мире она — жертва, которую не простили за провинность.

Само собой, я был в курсе, что женюсь на инфантильной кукле, но где-то в глубине надеялся, что брак поможет Лизе остепениться. Спойлер: не помог. Ни брак, ни муж, который делал всё, чтобы она была счастлива.

— Собирай свои тряпки быстрее, я на работу опаздываю, — таким же безэмоциональным тоном сказал я и пошёл в спальню.

Но не успел даже открыть шкаф, как Лиза влетела следом.

— Ну что мне сделать, чтобы ты простил меня? — сменив тактику, она подошла ближе, покачивая бёдрами. — Я уже говорила, что напилась… не соображала ничего. Он для меня ничего не значит…

Острые ногти царапнули грудь, двигаясь ниже. Шальная мысль, что я могу в последний раз воспользоваться «женой», а после этого выставить, пронеслась в голове.

Нет, хреновая затея. В первую очередь потому, что не собираюсь так низко падать.

Я женился, потому что рассчитывал на одну единственную, которая будет просыпаться и засыпать в одной кровати со мной. Кто ж знал, что кольцо на пальце, внимание и забота не всегда залог счастливой семьи.

Перехватив руку, я остановил Лизу и даже убрал прилипшую светлую прядь с её лица. Хоть и дура, но не заслуживала так унижаться.

— Слушай, возьми на себя ответственность и повзрослей. Не унижайся. Ну, изменила и изменила. Прими этот факт и сделай выводы на будущее.

Лиза несколько секунд не моргая смотрела на меня, а после снова толкнула в грудь.

— Пошёл ты! Иди своих психов лечи! — выкрикнула она, схватила чемодан и покатила его к выходу.

Я собирался предложить помощь, но не успел. Входная дверь хлопнула с такой силой, что картины в спальне качнулись.

Оглядев квартиру, я тяжело вздохнул. Надо клининг вызвать — сам я буду это неделю убирать.

Схватив мобильник, я уже собирался написать сообщение в компанию, которая время от времени приходила убираться, но звонок из отделения прервал мои мысли.

— Адам Викторович, у нас ЧП! — послышалось на том конце.

Кто бы сомневался… у меня тут тоже ЧП…

— Что случилось? — надавливая на переносицу, спросил я, хватая рубашку с вешалки.

— Тут новенькую доставили. По всем симптомам — бредовое расстройство. Взяли анализы, а лаборатория у нас чудить начала. Показывает, что уровень железа в крови превышает все допустимые, и в моче…

— Так отправьте в центральную, в чём проблема? — я застёгивал рубашку, прижимая телефон плечом.

— Отправим, Адам Викторович. Но я сам глянул на показатели — такого я ещё не видел. Уровень железа выше в десять раз, глюкоза ноль, а гемоглобин вообще за пределами норм.

— Может, прибор глючит?

— Перепроверили на ручном — та же картина.

— Прекрасно, — выдохнул я. — Только этого мне не хватало. Изолируйте пациентку до результатов, без внешнего контакта. Что с ней вообще?

— Говорит, что демон и вышла… откуда они там вышли…

Я закатил глаза. Снова демон. Совсем людей не жалеют.

Кто вообще додумался показать это вторжение по центральным каналам? Очевидно, что тут у здорового кукуха поедет, что говорить про нездоровых.

— Оформите пока как «анализ с отклонением». Я скоро буду.

Телефон коротко пискнул, соединение оборвалось. Закончив с рубашкой, я надел брюки и подошёл к столу, допив остатки остывшего эспрессо. Взгляд против воли скользнул к кольцу.

Выбрасывать дорогую вещь, которую сам же купил, не хотелось. Дело вовсе не в мелочности, а в том, что я знаю цену деньгам.

С другой стороны, что с ним делать? Не оставлять же до следующего случая… Ага, будто я решусь когда-нибудь снова добровольно ввязаться в эту кабалу. Хрен там плавал.

Подхватив кольцо, я засунул его в карман. После работы сдам в ломбард, а на вырученные деньги напьюсь. Кажется, так полагается отмечать развод?

Июньское солнце встретило слепящим светом. Недовольно поморщившись, я подошёл к машине и первым делом нацепил очки. Из-за ремонта на мосту машины уже стояли в привычной пробке.

Казалось, ещё вчера из всех углов твердили о демонах, вышедших из Преисподней, и паника охватила весь мир. Но работа сама себя не поработает.

Постукивая по рулю, я слушал радио и смотрел прямо перед собой. Кто мог подумать, что я разведусь так быстро после свадьбы… И ведь надо ещё как-то обо всём сообщить матери с отцом.

Они были так рады, когда я заявил, что женюсь. Неудивительно — они ведь устали клевать меня за то, что в свои тридцать два я до сих пор не оформил им внуков.

Отец, конечно, не наседал, понимая, что наука и работа важнее, но мать… Она без устали причитала о том, что единственный сын вообще не думает о семье.

А я думал. И если бы у меня было чуть больше времени, чтобы этим заниматься, подошёл бы к этому более основательно. Но вместо этого женился на сестре своего одногруппника, которая встретилась мне на его дне рождения.

Лиза долго шутила, что я «странный» — раз в свои тридцать не имел ни детей, ни разводов.

А что я мог ответить?

Что до двадцати пяти учился, потом проходил практику, потом участвовал в исследовании нейрохимических корреляций при психозах. Проще говоря, мы пытались понять, как работает мозг, когда человек перестаёт отличать реальность от бреда.

Я тогда был младшим научным сотрудником в институте психиатрии. Команда занималась экспериментами с новым препаратом — стимулятором нейронной связи, который должен был восстанавливать повреждённые участки мозга после тяжёлых травм.

Всё шло идеально до тех пор, пока на одном из испытуемых не случился обратный эффект — усиление психоза вместо подавления.

После того случая проект свернули, а я ушёл в клиническую практику. Несколько лет работал психиатром в столице, а потом переехал на родину. Отцу в последние годы стало нездоровиться, и я не мог оставаться в стороне.

С таким послужным списком здесь меня сразу взяли на должность заведующего отделением. И хотя душа требовала погружения в исследовательскую деятельность, я понимал, что пока не время.

Машины постепенно двигались, и спустя тридцать минут я добрался до отделения.

Я запарковал машину и двинулся ко входу для персонала. Рядом с обшарпанной металлической дверью красовался новенький электрический замок со считывателем.

После моего прихода многое тут поменялось. В первую очередь хотелось сделать из отделения что-то современное, соответствующее времени. Я уже получил смету для ремонта здания в следующем году…

— Доброе утро, Адам Викторович. Ночка, скажу вам, была та ещё! — покачав головой, медсестра Галина глотнула из кружки.

— Новенькая? — уточнил я, разминая шею.

— Ага, демоница наша. Красивая зараза, даже жаль девчонку… молодая совсем, — поцокав языком, Галина принялась причитать о несправедливости мира.

Поддерживать пустую болтовню я не стал. Попросил дать карту новоприбывшей и отправился в кабинет.

Солемия… Ну и имечко.

Засунув карту подмышку, я вытащил ключи и открыл дверь. Кинув папку на стол, я снял халат с крючка и изучил данные.

На первой странице всё выглядело обычно — дата поступления, возраст, пол, обстоятельства задержания. А вот дальше начинался бредовый калейдоскоп, но по классике сего заведения.

«Заявляет, что является демоницей. Поступила без документов. Считает, что оказалась в «ином мире» после прохождения через некие «Врата». Поведение спокойное, контакт устанавливает, однако на вопросы отвечает нелогично. На момент осмотра в опьянении не замечена».

Я листнул дальше — результаты анализов. И тут брови поползли вверх.

— Что за чёрт… — пробормотал я, опуская взгляд на последнюю строчку, где лаборант неуверенным почерком приписал: «Рекомендуется повторное исследование. Результаты не совпадают с биологическими параметрами человека».

Так, настало время познакомиться с этой «демоницей». Заодно сделаю забор анализов ещё раз, вдруг с образцами что-то не так.

Не теряя времени, я пошёл в наблюдательную. В коморке неподалёку встретил двух санитаров, играющих в какую-то игру на мобильном.

— У вас что, работы нет?

Подорвавшись, молодой парнишка округлил глаза и мгновенно спрятал телефон в карман халата.

— Пока всё тихо, — промямлил он и пихнул товарища в ногу, чтобы тот собрался.

— Что с новенькой?

— Недавно принёс ей поесть, проследил, чтобы она всё съела. Она плевалась, правда, говорила, что невкусно, но ничего — доела.

— Невкусно, — повторил я и мысленно сделал пометку, что пациентка совсем охреневшая.

Тут, конечно, не ресторан, но я лично полгода назад озаботился контролем продуктов и качеством блюд, которые подавались пациентам.

— Ключи, — протянув руку, я дождался, пока санитар вложит в неё ключ от наблюдательной.

Пол под ногами отливал серым блеском, лампы над головой уныло помигивали. Перед нужной дверью я остановился и заглянул через глазок. Девушка расположилась на кровати, подтянув коленки к себе.

Я повернул ключ. Замок щёлкнул сухо, и дверь нехотя поддалась.

Первое, что привлекло внимание, — огненно-рыжие волосы, укрывающие хрупкое тело почти целиком. Осторожно заперев створку и убрав ключ в карман, я подошёл ближе к кровати.

Пациентка не просыпалась, и это заставило меня протянуть к ней руку, чтобы потрепать за плечо. Пальцы почти достигли цели, но она распахнула большие зелёные глаза и уставилась прямо на меня.

Глава 4

Солемия

Тело среагировало быстрее, чем голова успела понять, что происходит. Инстинкт, выработанный годами во дворце, сработал безошибочно.

Рука, потянувшаяся ко мне, едва коснулась плеча, но я перехватила её, рывком потянув на себя. Мужчина не ожидал сопротивления — тяжёлое тело качнулось, и я оказалась сверху.

Подобный трюк мне не раз приходилось вытворять, чтобы остаться целой и невредимой. Увы, демоны Преисподней любят брать то, что им не положено. Если не учиться защищаться, то можно быстро оказаться мертвецом.

Незнакомец не сопротивлялся — наоборот, остался неподвижным, глядя на меня снизу вверх с каким-то раздражённо-спокойным выражением.

Он молча изучал меня, и я делала то же самое. Крупное мускулистое тело, голубые глаза и чуть длинноватые, собранные в хвост, волосы. При иных обстоятельствах я могла счесть его довольно сносным. Во всяком случае внешне он вполне годился в любовники.

Будь он в Преисподней, мог бы стать воином и служить императору…

— Ты кто?

Бёдра напряглись, удерживая тело крупного соперника, и это вызвало на его лице удивление.

— Заведующий отделением — Адам Викторович, — спокойно ответил человек, выставив руки в защитном жесте.

— Ты главный тут? — спросила я, на что он незамедлительно кивнул. — Выпусти меня отсюда! Я — демон.

— Ну, что-то демоническое в тебе явно имеется, — улыбнулся он и, подхватив меня за талию, снял с себя.

Адам поднялся, поправил белый халат и прочистил горло. Он не выглядел испуганным. Будто демоницы уже не раз оказывались на нём сверху, и это было чем-то само собой разумеющимся.

— Солемия, вы осознаёте, где находитесь? — произнёс он, но на моё фырканье продолжил: — Это психиатрическое отделение. Здесь люди отдыхают, пока не разберутся со своими… трудностями.

— Отдыхают? У вас странное понятие отдыха. Меня тут никто не слышит, и ещё взяли кровь прямо отсюда, — вытянув руку, я показала мужчине место, где виднелась липкая штуковина.

Он не отреагировал. Только прошёлся по комнате, остановился у стола и что-то записал на листке. Рука двигалась быстро, уверенно, заставляя меня неотрывно смотреть на длинные пальцы.

— Как себя чувствуете? Головокружение, слабость, тошнота?

— Чувствую, что нахожусь среди безумцев, — отрезала я.

— Хорошо. Значит, сознание ясное.

Он повернулся ко мне и прошёлся внимательным взглядом от макушки до ног.

— Посмотрите на меня, Солемия, — сказал он уже мягче, почти устало. — Я не враг. Моя задача — помочь вам.

— Помочь? Так вы называете эту темницу?

— Больницу. Так мы называем подобные учреждения для особых пациентов, — поправил он.

Наши взгляды встретились и задержались друг на друге дольше. Я не собиралась признавать, но этот мужчина выглядел иначе, чем остальные. В нём таилось нечто… дикое и первобытное, как у демонов.

Я была бы не прочь раздеть его, чтобы изучить, так ли он хорош под одеждой, как и в ней.

— Вы утверждаете, что пришли из Преисподней? — спросил он, заставив мои мысли вернуться в нужное русло.

— Я говорила об этом и не раз. Меня не слушают!

— Прежде чем мы вас отпустим к вашим… сородичам, мне необходимо удостовериться, что вы действительно демон, а не человек с расстройством. К сожалению, среди людей встречаются те, кто подвержен различным болезням и может нести бред, считая его правдой. Поймите меня правильно, но моя первостепенная задача — заботиться о людях и лечить их.

Какой благородный…

— Что будет, когда вы выясните, что я действительно демон?

— У меня нет нужды держать здорового… демона в психиатрическом отделении. Мы отправим запрос в соответствующий отдел, и вас отправят к вашим сородичам. Я слышал, что всех демонов сейчас поселили в специальном месте.

— И как долго вы будете всё это выяснять?

Мужчина улыбнулся, словно остался доволен моим ответом.

— Для начала нам снова нужно взять образцы вашей крови. С прошлым сбором произошла какая-то ошибка…

— Ага! Ничего вы не получите больше! Ещё крови моей захотели?! — не выдержав, я угрожающе шагнула ближе, но Адама мой вид не напугал. — Да за такое, знаешь, что демоны с вами сделают?

Он усмехнулся, будто я сказала какую-то нелепость.

— Солемия, давайте попробуем без угроз. Я не сделаю вам ничего плохого. Если вы не человек, держать вас здесь безосновательно я не имею права. Помогите мне быстрее во всём разобраться.

Нахмурившись, я пыталась понять, не врёт ли этот мужчина. Он говорил разумно, но достаточно ли этого для того, чтобы ему поверить? Точно нет.

Адам подошёл ближе, протянув мне широкую ладонь. Недоверчиво уставившись на неё, я пыталась сообразить, что ему нужно.

— По рукам? — низко спросил он, и у меня по коже пробежали мурашки.

Да что со мной не так?! Почему этот человечишка вызывает у меня такие странные эмоции?

— Люди пожимают друг другу руки, если совершают сделки, — уточнил Адам, наградив меня лёгким прищуром.

— Если в Преисподней совершаются сделки, то есть риск, что кто-то лишится жизни. Так что нет, не буду я совершать никаких сделок, — спрятав руку за спину, ответила я.

— Тогда сойдёмся на словесном согласии? Вы поможете мне быстрее разобраться в ошибке, а я помогу вам быстрее оказаться среди демонов.

В ответ я лишь кивнула и вновь зачем-то посмотрела на него… Хорош. Определённо хорош! Широкие плечи, крепкая грудь и сильные руки, которые не скрывает даже халат.

Когда оседлала его, ощутила, что он просто соткан из стальных мышц…

— Я приглашу медсестру для повторного сбора, а пока не могли бы вы присесть? — Адам указал на стул.

— Это ещё зачем?

— Мне нужно убедиться, что у вас нет повреждений головы.

— И как ты собираешься это сделать? — усмехнулась я и плюхнулась на стул.

— Стандартный осмотр, — он достал из кармана небольшой чёрный предмет. — Это фонарик, позволите?

Не дожидаясь ответа, Адам приподнял мой подбородок двумя пальцами. От этого жеста и того, как он встал надо мной, я неловко поёрзала на месте. Свет тонкой полоской скользнул по зрачкам, заставив зажмуриться.

— Отличная реакция.

— Конечно отличная, — буркнула я. — Я демон, а не труп.

— В моей практике был случай, когда пациент нёс что-то несвязное, но выяснилось, что у него всего лишь сотрясение мозга.

— И кто ж так сильно его тряс?

Адам убрал фонарик в карман и улыбнулся какой-то другой улыбкой… Чтобы прекратить таращиться на человека, я отвернулась к окну.

— Никто не тряс. Это термин, когда происходит сильная травма головы. Неужели в Преисподней нет болезней?

— Есть те, которые лечатся магией и травами, а от остальных умирают.

— М-м-м, как интересно. Расскажите о вашей магии подробнее?

— А вот нет!

— Нет?

— Нет. Ничего я не расскажу, пока меня отсюда не вытащат!

Не переставая улыбаться, Адам лишь понимающе кивнул.

— Вы не могли бы прилечь? Мне нужно послушать лёгкие и сердце, — махнув на кровать, спросил человек.

Издав обречённый стон, я пошла обратно к кровати и легла, но внезапно ощутила, насколько странно это выглядит. Я добровольно легла на матрас по его приказу… А дальше что?

Приблизившись, Адам снял с шеи очередной непонятный для меня предмет, похожий на раздвоенный шнурок. Один из концов пугающе блеснул в свете лампы.

— Что это? — насторожилась я, приподнявшись на локтях.

— Стетоскоп для прослушки органов. Хотите попробовать?

Адам присел рядом, и матрас чуть прогнулся под весом его тела. Он придвинулся и поднёс прибор ближе ко мне.

— Это нужно вставить в уши, — тихо сказал он и без разрешения надел наконечники, отчего все звуки затихли, словно кто-то накрыл меня с головой.

— Держите, — его губы шевельнулись, но я почти не услышала.

Он вложил в мои ладони холодный металлический круг — гладкий, прохладный, будто из живого серебра. Пальцы сжались вокруг него, и я почувствовала лёгкое дрожание, будто откуда-то доносился пульс.

Не сводя с меня взгляда, Адам медленно расстегнул верхние пуговицы рубашки, освобождая грудь. Я успела только замереть от такого внезапного перехода, но даже выдавить ничего не смогла.

Под загорелой кожей у него перекатывались выпуклые мышцы, требующие немедленного внимания моих пальцев. Но я не успела первой дотронуться — он опередил. Взял мою руку вместе с холодным кругом и приложил к себе, чуть ниже ключицы.

И в тот же миг в уши ударил звук — глубокий, мощный, гулкий.

Бух… бух… бух.

Каждый удар отзывался во мне, будто это билось не его сердце, а моё.

Тепло от его тела проникало сквозь металл, и у меня сжалось горло. Я пыталась отвести взгляд, но не могла.

— Слышите? — тихо произнёс Адам, почти касаясь губами моего уха.

Я кивнула.

— Это просто сердце. Мне нужно также послушать ваше.

Но звук этого сердца был не «просто». Оно билось так ровно и уверенно, что от этого у меня внизу живота прокатилась волна жара.

— Теперь моя очередь, — вытащив штуковины из ушей, сказал Адам.

Не растрачивая времени, я быстро распахнула края халата, открывая доступ к груди так же, как сделал он. Прохладный воздух тут же коснулся сосков, отчего я прикусила губу.

Мне тоже хотелось, чтобы он поскорее коснулся меня… и желательно не только металлическим кружком.

Взгляд мужчины на мгновение задержался на моей груди, но вместо того, чтобы незамедлительно припасть ко мне своими красивыми губами… он рывком поднялся.

— Я попрошу медсестру закончить осмотр, — хватая со стола бумаги, он буквально выбежал из комнаты, захлопнув за собой дверь.

— Э-э-э, и как это понимать?

Обречённо вздохнув, я поплотнее закрылась и откинула голову на подушку.

Глава 5

Адам

Я так охренел, что не мог вспомнить, закрыл ли за собой дверь на ключ. Пришлось вернуться и проверить. Но перед этим зачем-то заглянул в глазок, чтобы убедиться, что демоница никуда не делась с койки.

Теперь у меня не было сомнений в том, что пациентка не человек. Никакого бредового расстройства у неё совершенно точно нет. Я видел разные ситуации и, в том числе, искусных манипуляторов, но она… Она не подходила ни под один клинический случай.

Проверив дверь, я отправился прямиком в лабораторию. Нужно поскорее со всем этим разобраться.

Я старался выбросить из головы образ, но насколько плохо это получалось, можно было понять по тому, как я едва не влетел в коллегу. Махнув извинение, я сосредоточился на плитке.

Вот тебе и помощь пациентам.

«Умей расположить к себе пациентов — и тогда проблем не будет…»

Как же! Я всего лишь хотел получше разобраться в её диагнозе, но такое… Дело было не в том, что Солемия показала мне свою охрененно красивую грудь. Меня напугало вовсе не то, что пациентка включила тигрицу в попытке соблазнить…

Проблема была в том, что её глаза в тот момент засветились оранжевым огоньком, будто в них вспыхнуло самое настоящее пламя.

В ту секунду я всерьёз задумался о собственной психике. Может, развод всё же задел меня глубже, чем я думал? Может, стоит взять отпуск, чтобы пострадать и прийти в себя?

Нет. Бред какой-то. Моя психика точно в порядке.

Как такое возможно?! Почему демон в нашем городе?

Я видел сводки. Вышедшие из Преисподней сейчас на другом конце света, и, судя по новостям, там сейчас что-то решается с их расселением.

— Адам Викторович, доброе… — лаборант улыбнулась, но тут же нахмурилась, когда я без лишней болтовни прошёл дальше.

В нос ударил знакомый запах реагентов и спирта. На длинном столе лежали пластиковые контейнеры с подписями, рядом штатив с пробирками и стойка для хранения реагентов. Я не стал заострять внимание на мелочах, сразу переходя к делу.

— Её кровь где? — спросил я, не глядя на лаборантку.

— Там, на третьем месте. Мы прогнали, но результаты, честно говоря, странные…

— Я наслышан, — буркнул я, снимая крышку с пробирки.

Внутри обнаружилась густая тёмно-вишнёвая жидкость, слишком вязкая, почти маслянистая. Нетипичная для человека. Под лампой кровь казалась живой, словно тянулась к свету, мерцая в стекле.

— Несколько раз перепроверила — везде одинаковые результаты. Надо в центральную лабораторию везти.

— А анализы других пациентов? — на всякий случай уточнил я.

— В порядке.

Я кивнул, но в голове соглашался с иной мыслью… Если в наших руках действительно оказалось существо из другого мира, это идеальная возможность для исследования.

Когда я ещё смогу прикоснуться к чему-то потустороннему?

Если я свяжусь с коллегами из столицы, то мы сможем сделать открытие. Не просто открытие, а прорыв. От осознания, что я скоро смогу снова вернуться к исследованиям, сердце забилось чаще.

— Так, я сам отвезу. Мне пока полный отчёт по её анализам и никому ни слова, поняла?

— А повторный образец брать не будем? — резонно спросила коллега.

— Конечно будем, — почесав подбородок, ответил я, но, признаться, был уверен, что он покажет то же самое. — Чуть позже.

Девушка захлопала глазами, но возражать не стала.

— Если косяк с нашими приборами, то может быть проверка. Мало ли сколько анализов мы ещё могли запороть. Поняла? — я нагло врал, но плох тот исследователь, который всем и всегда говорит правду.

Правда тут одна: ни одно открытие не стало бы возможным, если бы однажды кто-то не перешагнул черту. И сейчас я именно этим занимался.

Я вернулся в кабинет и взялся за работу. Точнее, попытался взяться, потому что перебирание бумаг и назначение препаратов пациентам не спасало от мыслей.

— Солемия… — пробормотал я, ощущая, как имя демоницы приятно перекатывается на языке.

В голове пронеслась мысль, что девчонка выглядит совсем хрупкой, а я собираюсь сделать её подопытным кроликом. Но вину я отогнал. Никто ничего плохого с ней не сделает. Возьмём на время под контроль, изучим в лаборатории и отпустим.

Магия… Больше всего меня волновала именно она. У демонов, которых показывали в интернете, было то, чего не было у нас. Понять природу их способностей было невероятно интересно.

Поразмышляв немного, я не выдержал, вытащил мобильник и немедля набрал номер коллеги из Москвы.

— Адам? Сколько лет, сколько зим, — послышался голос через динамик. — Чем обязан?

— Привет, Егоров. Ты сидишь?

— В машине, а что?

— Вы ещё занимаетесь исследованиями? — я решил зайти немного издалека, чтобы понять, насколько быстро мы сможем приступить к изучению.

— Финансирование урезали, вообще-то… Так что у нас не густо. Если ты хотел вернуться, то не рекомендую. Сиди на месте, ты у нас всё-таки заведующий теперь.

— А если я тебе скажу, что у меня есть нечто, способное перевернуть мир?

— Нашёл чемодан с деньгами и решил поделиться со старым другом? — на том конце послышался смех.

— Демоны, — сказал я, в надежде, что Егоров сообразит, к чему идёт разговор.

— Я в курсе, видел новости. У нас тут вообще чёрт-те что творится. Паника началась, люди побежали с прилавков гречку сметать, будто у нас ковид… У вас там как?

Пришлось прикрыть глаза и сжать переносицу, чтобы собраться.

— Так, Егоров, слушай внимательно. Ко мне в отделение попала демоница. Не знаю как именно, но сомнений в том, что она не человек, — нет. Анализы просто зашкаливают относительно человеческих.

На том конце повисло молчание. Мне даже пришлось поднести экран к лицу, чтобы убедиться, что Егоров не сбросил вызов.

— Э-э-э, прости, я проверял дату. Сегодня не первое апреля. Ты там совсем на работе поплыл?

— Я серьёзно. Девчонка похожа на человека, нет никаких внешних отличий, но показатели анализов отличны. Да и я общался с ней — никакого бредового расстройства нет. Ещё раз: в моей больнице демон, ты чуешь, к чему я клоню?

Коллега снова замолчал. Уверен, что он пытался сообразить, говорю я правду или несу бред. Но я был не из тех людей, у кого дела с юмором обстояли хорошо.

— Адам, это серьёзное заявление…

— Очень. И ты знаешь, почему я звоню именно тебе. У нас есть шанс изучить существ из Преисподней. Возможно, ни у кого такого больше нет.

— Ты… можешь прислать мне анализы?

— Отправлю.

— Слушай, это всё звучит бредово… Но если ты уверен, что у тебя демон, это меняет многое. Я могу отправить запрос, кому надо, но ты учти, что я свою жопу подставляю.

— Хочешь, прилетай и лично убедишься?

— Спрашиваешь? Конечно хочу!

Я понимал Егорова как никто другой. Если бы мне так позвонили, я бы тоже не поверил. Прежде чем идти к нужным людям и просить гранты на исследование, необходимо быть уверенным.

— Напиши, когда купишь билеты, я тебя встречу.

— Адам, погоди… Не связывайся больше ни с кем, договор? Если всё так, как ты говоришь, то…

— Именно поэтому я позвонил тебе. Но у меня одно условие: я тоже буду участвовать в исследовании.

— Само собой.

Егоров добавил, что прямо сейчас займётся покупкой билетов, а я ещё больше погрузился в раздумья.

Нужно было оградить девчонку от персонала во избежание утечки информации. Рано или поздно кто-нибудь смекнёт, что Солемия действительно не человек.

А если об этом начнут говорить, то моему плану может прийти конец.

Перелистав страницы её личного дела, я убедился, что дежурный врач отправила запрос в полицию. Там, конечно, вряд ли будут заморачиваться, но лучше перестраховаться.

Остаток рабочего дня я посвятил тому, чтобы имя Солемии осталось только в этих стенах. Обходы пациентов, тесты и сессии я проводил механически, постоянно поглядывая на часы.

Когда стрелка показывала почти шесть вечера, я отправился прямиком в палату к демонице. Признаться, за весь день я несколько раз порывался попасть к ней, но вовремя останавливал себя.

— Адам Викторович, — в коридоре меня остановила коллега — врач-психиатр. — Как дела? Есть новости по нашей новенькой в смотровой?

Новости были, но говорить о них я не собирался. Правда, кроме как просто выписать её, сославшись на то, что она сама призналась, будто сделала это на спор, я не придумал ничего.

Для этого я и отправился к ней, чтобы рассказать детали плана и расположить демоницу к себе.

— Как раз направляюсь к ней.

— Ох, аккуратнее там. Она сегодня какая-то буйная. Хотела у неё тесты собрать, а она мне зубы давай показывать.

— Я разберусь, — показав всем видом, что не намерен задерживаться, я обошёл коллегу и отправился к «буйной» пациентке.

В палате Солемия не выглядела агрессивной, напротив. Демоница стояла у окна и, встав на носочки, пыталась вглядеться через стекло. Услышав затвор двери, она повернула голову.

В золотых лучах солнца эта девушка выглядела слишком хорошо. Я запретил себе продолжать эту мысль. Это неэтично. Я — врач, а она — пациентка и моё будущее исследование. Но, помимо прочего, я ещё и мужчина, у которого есть глаза. Отрицать то, что Солемия выглядела идеально, я не мог…

— А вот и главный, — буркнула она и сложила руки на груди. — Я уже сказала и повторю ещё раз — выпустите меня отсюда!

Сделав несколько шагов к ней, я остановился.

— Солемия, необходимо сотрудничать, чтобы мы могли побыстрее во всём разобраться…

— Это вам надо, а не мне. Я про себя всё знаю, а вот вам нужно что-то доказывать!

— Вы правы, — кивнул я, даже не пытаясь спорить с чертовкой. — Но так устроены правила. В нашем мире, чтобы всё проходило быстрее, нужно иметь как минимум документы. У вас нет ничего, кроме слов…

Она фыркнула и закатила глаза, готовая доказывать свою правду.

— Я вам верю, — решив, что нет более подходящего момента, я перешёл в атаку. — И готов помочь, если вы будете делать то, что я скажу беспрекословно.

— Это как? — сощурив глаза, поинтересовалась Солемия.

— Это не спорить, в первую очередь. Я изучил ваши анализы, они отличаются от человеческих. У меня нет сомнений, что вы — демон.

На лице девушки сверкнула радость. Да, в данный момент времени я был настоящим ублюдком… И останусь таким до тех пор, пока будет идти исследование.

Сейчас проблема в том, что Солемию нельзя держать здесь. Рано или поздно может подключиться полиция. Есть риск, что ей заинтересуется кто-то другой, и я не смогу получить доступ к исследованию.

До приезда Егорова я собираюсь увезти девчонку к себе… А дальше… Дальше — как пойдёт.

— Вы отпустите меня? — не скрывая радости в голосе, спросила она.

Я сделал самое печальное лицо, которое только мог, и покачал головой.

Глава 6

Солемия

Главный посмотрел в сторону и поджал губы. Мне не понравилась эта пауза.

— Увы, это не так просто, Солемия. Дело в том, что демонов здесь нет. Если я просто открою дверь, то вы снова попадёте либо в больницу, либо в полицию. Здесь у вас нет прав…

Схватившись за голову, я обречённо застонала. Да будь проклят этот мир с их дурацкими правилами!

— Как уже сказал, я готов помочь.

Взглянув на мужчину, я нахмурилась. В первую очередь потому, что не понимала, зачем и как он собирается помогать мне. И всё-таки желание выбраться из этих угнетающих стен пересилило осторожность.

— Я позвонил своему коллеге в Москву. У него есть связи с высшим руководством. Скоро он прилетит сюда, чтобы лично убедиться, что вы — демон. А дальше мы попытаемся вернуть вас к своим.

— И что мне нужно делать, кроме как не спорить? — прищурившись, поинтересовалась я.

Адам пристально посмотрел на меня, и мне показалось, что он тщательно обдумывает ответ.

— Просто скажите, что всё это была шутка. Что вы солгали о себе, чтобы проверить реакцию персонала. Люди любят такие истории. Поверят быстрее, чем правде.

— И вы хотите, чтобы я при всех сказала, что не демон? — смешок вырвался сам по себе.

Абсурднее предложения я не слышала, а я многого наслушалась. В Преисподней и не такие шуты имеются — правда, о продолжительности их жизни никто не задумывается.

— Это необходимость, — совершенно спокойно отозвался Адам, будто не предлагал мне отказаться от своей сущности.

Я готова была протестовать, ругаться и даже драться, если это потребуется, но что это решит? Этот мужчина — единственный, кто предложил помощь. Пусть его слова и звучали безумно, но выбора у меня было немного.

Скрипнув зубами, я подавила возмущение. Совру ради собственного блага и поскорее окажусь с Рубин. Очень надеюсь, что у меня получится объяснить ей всё так, чтобы она не доложила это Асму…

— Хорошо… Я пошутила. Никакая я не демоница.

— Вы просто увидели ролик в интернете и решили придумать историю, чтобы привлечь внимание? — склонив голову, спросил Адам.

— Именно так, — злясь ещё больше, ответила я.

— Это всё значительно облегчает, — кивнул Адам, делая пометку в карточке. — В подобных случаях оформляется заключение об отсутствии признаков психоза. Завтра созову комиссию, чтобы подтвердить вашу адекватность.

— Комиссия? — переспросила я.

— Всего лишь формальность. Главное — держитесь своей версии. Я буду помогать.

Мне пришлось согласиться. Адам остался ещё ненадолго, чтобы помочь мне придумать более убедительную историю.

Лёжа в кровати перед сном, я повторяла про себя, что меня зовут Мария Смирнова, я студентка пищевого техникума, живу в Ленинском районе с подругой. А всё это я затеяла, потому что поругалась с парнем, который сказал, что я скучная.

По задумке мужчины, мне казалось, что таким образом я докажу бывшему свою… как там… изобретательность?

Надеюсь, что вся эта постановка действительно приведёт меня куда нужно. Находиться среди людей мне не нравилось.

В Преисподней моя роль предельно ясна. Пусть я была обыкновенной служанкой, но привыкла к этой жизни и знала, где ждать подвоха и даже как из него выкрутиться. Не будь я такой проворной — давно бы сдохла…

На следующий день меня разбудили со словами, что меня ждут на комиссии. Я так разволновалась, что забыла о той истории, которую выдумал Адам.

К счастью, перед всем этим мне притащили очередную безвкусную порцию еды. У меня появилось немного времени, чтобы напрячь голову.

Когда за мной пришла женщина в белом халате, я уже в сотый раз прокручивала эту нелепость.

— Пойдёмте, вас ждут, — сказала она, раскрывая передо мной дверь.

Сегодня не было Димы, который обычно всегда присутствовал или сопровождал меня в туалет. Вероятно, мне уже поверили, раз в конвоиры приставили обычную женщину.

Она махнула мне, чтобы я шла по длинному коридору, потом провела по лестнице и остановилась у деревянной двери, предварительно постучав. Послышался мужской голос, и женщина жестом велела войти.

Комната оказалась ярко освещённой. За столом сидели трое: двое незнакомых мужчин и Адам.

Он выглядел так, будто всё происходящее не имело к нему отношения. Только глаза, внимательные, чуть прищуренные, пристально следили за мной.

И, несмотря на всю абсурдность, я не могла не отметить: что-то в нём заставляло меня задерживать взгляд чуть дольше.

— Присаживайтесь, — сказал один из мужчин.

Я опустилась на стул. Ткань халата неприятно прилипла к спине. В Преисподней никто не заставлял сидеть и ждать чужого решения — там всё было проще: виновен или нет. Здесь же всё было иначе, но насколько — предстояло понять самой.

— Мария Смирнова, верно? — уточнил второй, поправив очки на носу.

Я кивнула, как учил Адам, но про себя подумала, что на Земле много чего отличается от Преисподней, но всё же какие-то детали очень похожи друг на друга. Например, очки и пишущие палочки в их руках.

— Расскажите, зачем вы это сделали? — Адам смотрел в бумаги на столе, делая вид, что изучает надписи.

Он говорил спокойно, даже доброжелательно, но за этим спокойствием таилось ожидание. Я должна была произнести правильные слова, чтобы убедить собравшихся во лжи.

— Это был спор, — начала я, преодолевая сухость во рту. — Я поссорилась с парнем, он сказал, что я скучная. Я хотела доказать, что это не так. Решила… притвориться демоном.

Краем глаза я заметила, как Адам чуть наклонил голову, вроде бы одобрительно. Остальные переглянулись, и на их лицах появились лёгкие улыбки.

— Притворились?

— Да. Тогда в новостях как раз говорили об этих существах, вот я и… выбрала тему.

В кабинете повисла короткая пауза. Адам сделал пометку на бумаге, не глядя на меня.

— Понимаете, подобные розыгрыши воспринимаются всерьёз, — произнёс человек напротив, почесав подбородок. — Вас доставили сюда на скорой, персонал потратил ресурсы, чтобы обследовать…

Он говорил долго и нудно о каких-то особенностях и последствиях, а я перестала слушать. Глаза сами находили Адама, изучая черты его лица. Тёмная прядь легла на его лоб, и мне захотелось убрать её. Он собирал волосы в пучок, но я бы с удовольствием посмотрела на него, если его распустить.

— Мария, вы слышите?

— Похоже, вы нашли более действенный способ отомстить парню, — рассмеялся мужчина, и второй подхватил смех.

— Психотических симптомов не наблюдается. Поведение стабильное. Девушка осознаёт ситуацию. Коллеги, предлагаю оформить выписку, — сказал Адам, всё так же не глядя на меня.

Эти слова словно подвели черту. Остальные согласились без лишних вопросов. Всё выглядело настолько просто, что я даже растерялась.

— В таком случае показаний для госпитализации нет. Пациентку можно выписать. Но учтите, Мария, — мужчина подчеркнул выдуманное имя, — подобные розыгрыши могут закончиться административным протоколом. В следующий раз предостережением не обойтись.

Слова звучали как предупреждение и что-то серьёзное, но я совершенно не понимала, о чём речь, поэтому соглашалась. Всё-таки благодаря идее Адама я скоро окажусь там, где должна, и это самое главное.

— Есть кто-то, кто может привезти ваши вещи и документы? — этого вопроса я никак не ожидала.

Тех самых документов, о которых постоянно говорили люди, у меня, естественно, не было. Кроме вымышленной истории у меня вообще ничего не было, а как отвечать на другие вопросы — ответа Адам не дал.

Я молчала и искала помощи у главного затейщика.

— Вы можете позвонить с моего номера, — вытащив из кармана телефон, он протянул мне чёрный прямоугольник. — Предлагаю закончить и заняться более важными делами?

Мужчины за столом закивали головами и принялись подниматься.

— Что ж, Адам Викторович, оставляем девушку на вас, — пододвинув бумаги ближе к главному, люди просто вышли из кабинета, оставив нас вдвоём.

Я не могла поверить в то, что всё случилось так быстро и никто не заподозрил подвоха.

— Вашу выписку оформляют, — оставшись без лишних ушей, Адам наконец-то посмотрел на меня так, как следовало… Хотя с чего я вообще решила, что именно так ему следует смотреть? — Обычно просят подождать родственников или знакомых, чтобы привезли вещи и документы. Но в вашем случае это невозможно.

Пытаясь сосредоточиться, я продолжала жадно глазеть на его губы. Интересно, если я предложу ему переспать, он согласится? Мне вот вдруг стало любопытно, насколько хороши человеческие мужчины в постели.

— Поэтому я отвезу вас к себе, — Адам продолжал говорить, а я прикусила губу, коря себя за глупые мысли. — Это временно. Мой коллега уже в пути, и до его приезда вы побудете у меня. Так проще — и для вас, и для нас.

— К себе? — повторила я, округлив глаза.

Можно ли счесть это предложение признаком того, что он сам не против испробовать демоницу? Хотя что тут думать, конечно, не откажется. Когда в его жизни, да и в моей, подвернётся такой шанс?

Адам поднялся, обошёл стол и подошёл ко мне, вытянув руку. Неужели он готов перейти к делу прямо здесь? Или, может, ждёт благодарности за то, что помог мне выбраться отсюда?

Как бы там ни было, я поняла этот жест по-своему.

Не отрывая глаз, я встала и немедля обвила его шею руками. Под пальцами прощупались весьма напряжённые мышцы.

— Что вы… — слова утонули где-то между нашими дыханиями.

Несмотря на то, что Адам был выше, мне удалось притянуть его лицо к своему. Мягко, почти невесомо, я коснулась его губами. В этом не было расчёта, скорее инстинкт. В моём мире благодарность часто выражали телом.

Секунду-другую он отвечал: осторожно, будто проверяя, в самом деле ли это происходит. На вкус мужчина оказался крайне приятным, настолько, что я вцепилась в его волосы, притягивая.

Наши языки переплелись, и я прильнула к нему ближе, заставляя ощутить упругость моей груди. Признаться, целовался Адам весьма неплохо… Настолько неплохо, что я мечтала поскорее почувствовать его иначе.

Его рука скользнула вниз, сжимая талию, и я подумала, что была права — он не против «испытать демоницу».

Глава 7

Адам

Демоница тёрлась об меня так явно, что я на мгновение потерял рассудок.

Вообще здравомыслие всегда было одной из моих отличительных черт, но не сейчас. Казалось, я сам подтолкнул Солемию к столу, усадил и жадно целовал уже шею, не думая ни о правилах, ни о последствиях. Она сводила с ума в прямом смысле. Никогда прежде я не терял голову так явно…

А потом, как удар током: до меня дошло, где мы находимся и что я делаю. Кабинет, в котором только что заседала комиссия. Бумаги на столе с моей подписью. Кто-то мог войти, и тогда меня бы ждал не просто скандал, а статья. Карьера, и всё, что я строил годами, улетело бы в трубу.

Я шарахнулся назад, наблюдая за тем, как демоница непонимающе захлопала ресницами. На её щеках выступил румянец, но точно не от смущения. Она возбудилась не меньше, чем я. А ещё в глазах снова плясал тот самый огонёк, который я видел недавно…

— Под статью меня подвести хочешь? — поправляя халат, хрипло выдохнул я, наблюдая, как цвет её зелёных глаз возвращается в норму.

— Если в вашем мире так зовётся соитие, то да. Очень хочу, а ты против?

Если бы передо мной стояла обычная женщина, я мог бы понять её мотивы, но что творилось в голове демоницы, было неизвестно. Проворачивая весь этот фарс, я ожидал, что столкнусь с трудностями, но никак не предполагал, что создаст их рыжеволосая чертовка.

— Я твой лечащий врач, это неэтично.

Слова звучали твёрдо, но внутри всё равно мелькнуло сожаление… Такое глубинное и животное. Я мог бы наплевать на всё и воспользоваться тем, что она сама не против, но, в отличие от примитивных форм жизни, у человека есть контроль — и именно он отделяет разум от инстинкта.

В моей парадигме не существовало этих бредовых отмазок типа «не сдержался». Так мыслят только приматы, каким-то образом сумевшие эволюционировать в людей.

И после этого мне предстояло привезти демоницу к себе домой… Я прикрыл глаза ладонью, стараясь держать эмоции под контролем.

— Послушай, Солемия, я женат. В нашем мире, конечно, есть те, для кого брак — не повод для верности, но у меня другое воспитание. Я жене не изменяю, — формально я не врал.

Пока на руках у меня нет заявления о разводе, Лиза числится моей женой. Не знаю, насколько это весомый повод для демоницы, но лучше такой, чем правда о том, что я не собираюсь вступать ни в какие отношения с объектом будущего исследования.

— О-о-о, — протянула Солемия, но на лице не мелькнуло ничего.

Хотел бы я, чтобы она выдала хоть какую-то эмоцию, но, увы. Поправив края больничного халата, демоница спрыгнула со столешницы.

— Когда я попаду к демонам?

— Это зависит не от меня, а от бюрократии нашего государства. Сначала необходимо сообщить информацию нужным людям. Этим займётся мой коллега, когда убедится, что ты действительно демон.

Я говорил честно, пусть и упускал значительные детали. Естественно, мы вернём Солемию к её сородичам, но для начала проведём исследование, соберём анализы и немного поизучаем её.

Такого шанса точно больше не будет.

В интернете достаточно видео, показывающих, как демоны реагируют на любые попытки людей «изучить» их. К счастью, ко мне попала женская особь, не обладающая магией, предположительно. Иначе — страшно представить, чем всё могло закончиться.

Я прошёл к столу, собирая бумаги в папку, чтобы придать своим действиям вид обыденности.

Комиссия прошла так успешно по большей части из-за моей беседы с коллегами, где я выдал ту же историю, что и Солемия. Мы вместе посмеялись над находчивостью и глупостью девчонки, но я был уверен, что проблем не возникнет.

Помимо прочего, я сказал, что беру пациентку под личную ответственность для внепланового наблюдения на дому. В психиатрии это допустимо, если речь идёт о лёгких случаях социальной адаптации. Формулировка звучала безупречно — ни один чиновник не докопается, а подпись я, между прочим, имею право ставить сам.

Снимая халат, следом я забрал мобильник, который Солемия положила на стул перед тем, как наброситься на меня.

— Придётся добраться до моей квартиры в таком виде. Позже куплю тебе новую одежду.

Солемия не ответила. Несмотря на отсутствие эмоций, что-то в ней изменилось. Я мог бы предположить, что она обижена, но это была только гипотеза.

В конце концов, я не имел понятия, что там в голове у женщин из Преисподней. У меня с человеческими-то бывали трудности…

Вывезти демоницу не составило труда. Я молча протянул дежурной медсестре подписанные документы, отметив в журнале, что пациентка направляется со мной на консультацию в городскую клинику.

Дежурная даже не подняла взгляд, просто машинально проверила печать, кивнула и вернулась к своим бумагам.

Всё выглядело привычно и буднично. Никто не удивлялся, когда заведующий забирал «выздоровевшего» пациента на обследование. У нас и не такое случалось. Главное — уверенность в голосе и печать в нужном месте.

Оказавшись на улице, Солемия остановилась и принялась вертеть головой. Яркое летнее солнце подсвечивало небольшие веснушки на её щеках, отчего демоница казалась совсем не обитательницей Преисподней. Только внешность обманчива. Я успел это понять, когда она жалась ко мне в кабинете.

Может, у них там, по другую сторону, чем ярче особь, тем опаснее? Прямо как у нас в животном мире.

Мягко подхватив её под локоть, я намекнул, что нам лучше не задерживаться. Всё-таки вид девчонки мог вызвать вопросы. Больничный халат и резиновые тапочки — не самая неприметная экипировка.

— Мы на этой штуковине поедем?! — не скрывая восхищения, спросила Солемия, разглядывая мою машину.

Я почти испытал гордость за самый обычный седан, купленный с рук. От средства передвижения мне никогда не требовалось чего-то особенного, кроме его основной функции.

Только Лиза частенько ненавязчиво намекала, что такому уважаемому человеку нужна машина получше. Правда, разговоры про статус не приносили особого эффекта…

Может, поэтому бывшая и решила мне изменить? Нашла кого-то с тачкой из салона…

— Садись, — распахнув дверцу, я махнул демонице.

Она смешно втянула голову в плечи и с недоверием залезла внутрь. Её руки то и дело тянулись к пластику приборной панели.

Вообще, взгляд Солемии вдруг вызвал у меня трепет. Есть в этом что-то сакральное: показывать технологии менее развитым формам жизни.

Вся поездка превратилась в блиц-вопросы, на которые я отвечал с пониманием.

— Что это шумит?

— Почему вы строите такие высокие дома?

— Что это за штуковины у всех людей? — кивнув на проезжую часть, Солемия обратила внимание на пешехода с мобильным.

На каждый её вопрос я отвечал развёрнуто и старался объяснять так, чтобы всё было понятно. Спрашивала она крайне точно и по делу, отчего я невольно восхитился её наблюдательностью.

— Почему эти…

— Кнопки, — подсказал я, наблюдая за тем, как пальчик коснулся приборной панели.

— Да, кнопки. Почему они светятся? Это ведь не магия.

— Не магия. Электричество.

Она нахмурилась, явно пытаясь связать услышанное с тем, что видит.

— Электричество… — повторила осторожно, будто пробуя слово на вкус. — Оно живое?

— В каком-то смысле, — ответил я. — Оно течёт по проводам, питает всё вокруг. Без него здесь не работает ни одно устройство.

— Значит, вы приручили энергию? — прозвучало с искренним восхищением.

— Можно и так сказать, — не сдержав улыбки, я позволил себе задержать взгляд на её лице. — А ваша магия… вы её тоже приручили?

— Э, нет уж, человек, я ничего тебе не скажу, — уверенно заявила Солемия и сложила руки на груди.

— Я честно отвечаю на твои вопросы.

— Этого я не знаю, и у меня нет причин доверять тебе.

Несмотря на некоторую степень наивности, демоница оставалась настороженной. Это натолкнуло меня на несколько мыслей. Во-первых, жизнь в Преисподней могла закалить настолько, что доверие там стоило жизни. А во-вторых, у демонов есть причины, по которым они не хотят делиться своим миром.

В любом случае, так или иначе, Солемия откроет тайны своего мира и магии.

Запарковав машину, я помог демонице выбраться.

— Здесь я живу, — кивнув на высотку, оповестил я.

— Ну и коробка… — подняв голову вверх, заметила Солемия, и я мог только согласиться с этим заявлением.

— А ты в каком доме жила?

— Во дворце императора.

— Так ты у нас персона королевских кровей? — без доли иронии спросил я и запустил демоницу в подъезд.

— Если бы… Обычная служанка, но мне ещё повезло. За всё время работы Асмара-то пару раз в глаза видела.

— Асм — это ваш император?

— Один из, — весьма размыто отозвалась демоница, разглядывая кабинку лифта.

Пришлось пояснить, что кабина, в которой мы находимся, предназначена специально для подъёма и спуска людей между этажами.

— Ну, похожие и у нас есть. Дворец императора очень большой, а крылья есть не у всех.

Какая-никакая, но картина Преисподней постепенно вырисовывалась. Сразу представились образы из какого-нибудь средневекового фэнтези, которое в студенческие времена я любил читать.

Только магия в их мире — не вымысел, а реальность. Но, с другой стороны, откуда бы у человечества возникли даже глубинные знания об этом? Вероятно, наши миры как-то связаны. Ведь для нас слово «демон» тоже не ново — просто используется в другом значении.

Желание поскорее приблизиться к чему-то столь необыкновенному буквально зудело на подкорке.

Повернув ключ в замке, я распахнул дверь перед демоницей, впуская её в квартиру.

К счастью, накануне приезжал клининг, и теперь хотя бы не было бардака, оставленного Лизой.

Солемия осторожно вошла внутрь, словно уличная кошка, которую впервые привели в дом. Она медленно оглядела обстановку и неуверенно прошла в гостиную.

Глаза постоянно задерживались на деталях интерьера, а я невольно улыбался от мысли, что мне предстоит ей столько всего рассказать.

— Что за чёрная картина? — ткнув пальцем в телевизор на стене, спросила демоница.

— Телевизор, — улыбка стала ещё шире, когда я взял пульт и включил экран.

Чертовка подпрыгнула, а после забежала мне за спину, ухватившись пальчиками за мои плечи.

— Спокойно, — сказал я, пытаясь не рассмеяться. — Это просто изображение. Люди, но не настоящие.

— Они в ловушке?

— Нет, — я повернулся к ней и жестом пригласил взглянуть. — Это запись. Как воспоминание, только сделанное при помощи техники.

Солемия выглянула из-за моей спины, прищурилась, потом подошла ближе. На экране шёл новостной сюжет. Диктор рассказывал о политике, за спиной мелькали кадры заседания.

Демоница молчала, всматриваясь в движущиеся лица, будто пыталась понять, кто из них живой. Она подошла ближе и с недоверием коснулась панели.

— Держи, — вкладывая пульт в её руку, я показал, как переключать кнопки. — Нажимаешь сюда — и появляется другая картинка.

— Зачем вам это?

Я пожал плечами, соображая, как лучше ответить.

— Чтобы видеть то, чего нет перед глазами. Люди любят наблюдать за другими. Особенно когда это безопасно, на расстоянии.

— Подглядывать? — уточнила она с нескрываемым интересом.

— В каком-то смысле, да. Мы подглядываем за чужими жизнями, чужими ошибками. Иногда это развлекает, иногда помогает забыться.

— Вы боитесь одиночества, но запираетесь в комнаты и смотрите, как живут другие?

Я не нашёлся, что ответить. Как ни крути, в её словах была правда — простая, обнажённая, без сантиментов.

— Так устроено, — сказал я наконец. — Нам проще притворяться, что всё под контролем. Даже если это иллюзия.

— У вас красивые иллюзии, — заметила она, но от экрана отвернулась, предпочитая смотреть на меня. — У нас такие не прижились бы.

Знала бы демоница, сколько у нас разных способов уйти от реальности, но я решил давать ей информацию дозированно.

Глава 8

Солемия

Обиталище Адама было куда интереснее, чем те покои, где я находилась последние дни. Я подходила то к одним, то к другим предметам, постоянно спрашивая, что это и для чего.

— Хочешь кофе? — спросил мужчина, стоя с кружкой в руках.

— Ваша пища невкусная и пресная, — кривясь, ответила я.

— Уверен, что тебе понравится, — хитро улыбнувшись, Адам подошёл к очередному непонятному предмету, что-то нажал, и послышался странный звук.

Запахло действительно приятно, но кто знает, что там будет на вкус…

— В интернете говорят, что вам нравится перец, и любая еда и напитки с ним становятся пригодными для ваших рецепторов, — потянувшись к шкафу вверху, мужчина вытащил баночку и сыпанул немного перца в чашку.

Я подошла и принюхалась.

— Осторожно, горячее… — предостерёг Адам, когда я схватилась за стенки и поднесла напиток к губам.

Запах был обманчиво мягким, но вкус… я не ожидала, что он окажется таким. Горячая жидкость обожгла язык, и я прикусила губу, но глоток всё равно прошёл — густой, плотный, с горечью, которая сперва показалась неприятной, а потом раскрылась чем-то терпким.

Я сделала второй глоток, уже медленнее, и позволила напитку растечься по языку. Появилась лёгкая сладость, и я вдруг распахнула глаза, осознавая, что ощущаю вкус.

— Странно, — пробормотала я, глядя в чашку, — горькое, а хочется ещё.

— Демоница всё-таки, — почесав подбородок, пробормотал Адам. — Как ты сюда попала, Солемия?

— Я не помню. Только как мы оказались у Врат, а дальше — ваш мир и я среди людей.

— Может, это твоя магия?

— У меня нет магии, не проснулась ещё. А если бы проснулась, я бы почувствовала… — с досадой сказала я и сделала ещё один глоток.

— Как почувствовала? И что значит «проснулась»? Вы не рождаетесь с магией?

Хитрый мужчина продолжал расспрашивать о моём мире, но я раскусила его и не собиралась говорить о Преисподней. Улыбнувшись, я отвернулась и продолжила изучать убранство.

— Твой дом маленький, — заметила я, разгуливая и заглядывая в комнаты.

— Мне хватает. И купил квартиру я сам, а не в ипотеку.

— Что такое ипотека?

— Займ, который даёт банк, чтобы приобрести что-то типа машины, техники или квартиры.

— То есть ты берёшь у кого-то чужие монеты, чтобы купить себе жильё?

— Верно, — кивнул он, опираясь на косяк двери и наблюдая за мной с нескрываемым интересом. — А потом возвращаешь. С процентами.

Я провела рукой по мягкому покрывалу на большой кровати. Из-за образов, которые представились в голове, я не сразу расслышала его вопрос. Уж лучше бы мы изучили друг друга иначе, а не через бессмысленные разговоры…

— А у вас как? — спросил он из кухни.

— У нас власть принадлежит тем, кто умеет держать страх. Чем сильнее твоя магия — тем выше ты стоишь. Остальные — служат. И надеются не попасть под горячую руку.

Адам переваривал услышанное, а я думала совсем о другом. Недавно этот мужчина отказал мне, а теперь я в его обиталище и никак не могла перестать вспоминать то, как он отскочил после того, как целовал.

— Где я буду спать? — спросила я, делая вид, что просто интересуюсь.

— В этой спальне, — коротко ответил Адам. — На кровати.

— А ты?

Он поднял бровь.

— На диване.

— М-м, — протянула я, пряча улыбку. — А твоя… женщина?

На короткое мгновение глаза мужчины округлились. Он что, не ожидал, что я запомню причину, по которой он прервал нашу вспыхнувшую страсть?

— Она уехала… на какое-то время… по работе…

— Тогда ты можешь спать со мной.

— Не могу, Солемия. Я… верный человек и не изменяю. Разве в Преисподней пары не хранят верность друг другу?

— В Преисподней верность — не клятва, а договор. Его можно расторгнуть, если один из двоих устанет. Даже если двое в отношениях, любой может поддаться страсти с кем-то третьим. Это не осуждается.

Он нахмурился, будто не знал, что на это сказать.

— Звучит удобно.

— Это честно, — поправила я. — Никто не врёт. Есть те, кто считается истинными парами, но их очень мало. Остальные вольны спать со всеми, когда захотят.

Адам отвернулся, будто мои слова задели, хотя я и не понимала, чем именно.

— У нас тоже есть те, кто изменяет, даже если клялся в верности. И есть те, кто предпочитает хранить верность. Я отношусь ко вторым… — пробормотал мужчина и прошёл к шкафу, вытаскивая оттуда какие-то вещи. — Это полотенце и моя футболка… Пока я не купил тебе что-то более подходящее.

— Дай мне вещи своей женщины. Наверняка они подойдут мне больше.

— Ладно… Нет у меня никакой жены, — выдохнул Адам, и голос прозвучал непривычно, словно этими словами он пытался убедить не меня, а себя.

Он посмотрел на руки, сжимающие вещи, и добавил уже тише:

— Она изменила. Ей так было проще. Может, в вашем мире партнёр и не страдает от того, что второй решил так поступить, но людям от этого бывает очень больно…

— Понятно, — только и сказала я, но вдруг испытала странное сочувствие.

Не знаю, как на Земле устроены отношения, но Адам выглядел расстроенным. Наверное, он любил свою женщину, раз не согласился переспать со мной… Странно.

Он кивнул, будто пытался поскорее закрыть тему, и протянул мне футболку.

— В душе разберёшься? Или показать, как всё работает?

Я уже была в душе в том месте, которое они зовут больницей… Ничего сильно отличающегося от Преисподней там не было, а потому я мотнула головой. Адам открыл передо мной другую дверь.

— Если что-то потребуется — зови. Я буду рядом.

Хотела предложить ему пойти вместе со мной, так ведь будет проще «подсказать», но промолчала.

Этот мужчина не выглядел расположенным к соитию, скорее наоборот… Его хотелось пожалеть, заставить лечь головой ко мне на колени и гладить, пока не станет легче.

Шумно вздохнув, я вошла внутрь небольшого помещения и повертела головой. Стены были гладкими и чуть тёплыми на ощупь, как и пол, которого я коснулась ногами.

Я провела ладонью по металлической полке, разглядывая аккуратно выставленные баночки и флаконы. На каждой была надпись о том, для чего это предназначается. Очень удобно…

В человеческом мире было много странностей, но не стану отрицать, что некоторые вещи действительно выглядят удобными.

Повесив на крючок мягкое полотенце, я замерла, глядя на отражение в зеркале. Длинные волосы спутались, напоминая солому. Под глазами залегли мешки. Недовольно поджав губы, я принялась поскорее снимать халат, который на меня нацепили недавно.

Воздух коснулся кожи, и я уловила непривычное покалывание в пояснице.

Вдруг что-то обожгло кожу у основания позвоночника, будто в меня вонзили тонкое раскалённое лезвие. Я вскрикнула, дотрагиваясь до спины, но руки онемели.

Позвонки будто зажили своей жизнью, под кожей что-то шевельнулось, потянулось вниз, и я, теряя равновесие, уткнулась ладонями в стену.

Непривычная боль длилась всего ничего, а когда я дотронулась до пылающего места, неожиданно вскрикнула.

— Великий демон… наконец-то! — покрутившись у зеркала, я радостно заверещала.

Хвост… Прямо в нужном месте красовался красивый длинный хвостик с чёрным наконечником. Изящный, такого же цвета, как мои медно-красные волосы… Но самое главное — мой собственный хвост!

И пусть теперь кто-то из демонов посмеет назвать меня недоделанной!

— Ага, подавитесь костью!

Размахивая новой конечностью, я принялась проверять, насколько он гибкий. И стоило мне подумать о том, чтобы хвост начал шевелиться, как это произошло. То извиваясь в воздухе, то обвивая мою ногу, он делал именно то, о чём я думала.

Хвост чуть дёрнулся, будто подтверждая мои мысли. Я усмехнулась и скользнула ладонью по зеркалу, где отражение, наконец, выглядело правильным. Моим. Демоническим. Пусть пока без рогов, без магии, но хоть что-то появилось.

Правда, никто уже не рассчитывал, что я когда-то обзаведусь демонскими отличиями.

Обычно все рождаются с такими, а вот мне не повезло. Хотя и отец, и мать выглядели как обыкновенные демоны, я — отличалась.

В детстве меня называли уродиной, а когда я подросла, просто игнорировали. А вот во дворце Асмара всем было неважно, как я выгляжу, главное, чтобы работу выполняла.

Говорили, что служанки в Императорском доме не живут долго, но на меня попросту не обращали внимания. Первое время я даже сочувствовала другим демоницам, которые возвращались в покои, побитые и измученные после столкновения с солдатами.

Правда, это длилось недолго.

Однажды и на меня посмотрели… Демон был так пьян, что наплевал на то, что я непривлекательная. Так что хоть и редко, но я оказывалась в шкуре обычных демониц. И каждый раз в такие моменты я благодарила Великого демона, что отличаюсь, пусть и внешне. Иногда это спасало.

Странно, что мой хвост появился именно здесь, в чужом мире… когда я окружена людьми.

— Солемия, у тебя там всё в порядке? — послышалось за дверью, и я, не думая, поспешила похвастаться.

— Адам! Смотри! — ничуть не смущаясь обнажённого вида, я повернулась к мужчине спиной и помахала хвостиком перед его лицом.

— Это… хвост? — наконец спросил он, и я обернулась, радостно улыбаясь и кивая.

— Именно! У меня вырос хвост, представляешь? — никак не унимаясь, я дотрагивалась до конечности, изучая и поглаживая пальцами бархатистую кожу. — Хочешь потрогать?

— Э-э-э…

Адам выглядел ошарашенным. Он смотрел куда угодно, но не на меня, и я сообразила, что причина в моей обнажённости.

Хвост потянулся к его лицу, и кисточка скользнула по линии челюсти. И через это касание я уловила тепло его кожи и лёгкую щетину. Просто невероятно…

Голубые глаза мужчины расширились, он медленно посмотрел на хвост, а после осторожно поднял руку и коснулся его пальцами. И это было очень зря. Или нет…

Оказалось, что эта конечность крайне чувствительна. Волна возбуждения моментально прокатилась по животу. Я прикусила губу, чтобы сдержать стон.

Грубые пальцы увереннее дотрагивались и пробегали то вверх, то вниз. Адам всего лишь изучал то, чего никогда не видел, но я задышала чаще.

— О да-а-а… — не сдержавшись, выдохнула я и вцепилась в его плечо.

Глава 9

Адам

Я взглянул на то, как Солемия откинула голову назад и прикрыла глаза.

До меня дошло, что происходит нечто странное только когда демоница застонала.

Отрицать её возбуждающий вид я не мог… Впрочем, как и не мог остановиться массировать кожу, покрытую мягкими рыжими волосками. Пальцы дотронулись до упругого кончика, чем-то напоминающего сердце, которое часто изображали в виде символа на глупых открытках.

Солемия с силой сжала ткань моей рубашки и застонала громче, показывая, что ей крайне приятно. Мне тоже было приятно… и странно одновременно. И всё-таки руку я не убрал, оправдывая это исследовательским интересом.

В паху ныло от распирающего напряжения, и это ощущение усилилось, когда чертовка опустила ладонь вниз, поглаживая меня. Я зашипел сквозь зубы, потому что не был готов к такому.

Как и в кабинете совсем недавно, я потерял контроль, который считал своей отличительной чертой.

Схватив Солемию за плечи, я сделал шаг вперёд. Она отступила, и спиной упёрлась в стену, глядя прямо мне в глаза — без смущения, только со своим необъяснимым светом в зрачках.

Здравомыслие пробивалось, но проиграло под натиском податливого тела демоницы. Кончик хвоста скользнул к моим губам, и я зачем-то провёл по нему языком. Это произошло само по себе, но по реакции чертовки я понял, что только что сделал ей крайне приятно.

— Адам… я…

Дверной звонок не дал ей договорить. Солемия нахмурилась и принялась прислушиваться, а я готов был наплевать на всё и продолжить или хотя бы дослушать, чем закончится фраза.

В дверь позвонили ещё раз, потом ещё.

— Да чтоб тебя, — нехотя оторвавшись от демоницы, я отправился открывать.

Кто притащился, я не имел понятия, но был этому благодарен. Чем всё могло закончиться, оставалось только догадываться.

Черта, которую я едва не пересёк, могла лишить меня возможности…

— Лиза?! — распахнув дверь, я замер на месте.

— Адам, я пришла поговорить, — посмотрев в сторону, тихо начала бывшая жена.

— Сейчас не время.

— Я приезжала к тебе на работу, но мне сказали, что ты уехал куда-то, — совершенно не слушая, продолжила она.

Сжав ручку, я соображал, что можно сказать, чтобы побыстрее выпроводить бывшую. А вот Лиза ждать не стала, просто шагнула в квартиру будто это что-то само собой разумеющееся.

— Не против, если заварю чаю? — Лиза не отличалась вежливостью, но сейчас то ли играла отменно, то ли правда затеяла серьёзный разговор.

Я нервно перевёл голову в сторону ванной. Не то, чтобы я переживал за чувства женщины, которая о моих чувствах не думала. Но лишние вопросы точно не нужны. Очень надеюсь Солемия притихнет там и не высунется.

Бывшая жена обошла меня и двинулась на кухню. В привычной манере, возомнив себя хозяйкой, она вытащила из ящика заварник и листья зелёного чая в банке.

— Лиз, я занят. Ты можешь сразу перейти к делу? — подперев дверной косяк, я наблюдал за ней, но терял терпение.

На лице ещё недавно моей жены скользнула обида.

— Что мне сделать? — отложив затею с заваркой, она повернулась. — Я не готова терять тебя, Адам…

Закатив глаза, я не сдержал усталого выдоха. Казалось, что мы уже всё выяснили.

— Это была ошибка и я жалею, что…

— Что изменила? — с иронией продолжил я. — Поставь себя на моё место. Ты бы простила?

Лиза так и не ответила, зато взглянула мне за спину, и я понял, что всё пошло не по плану…

— Это ещё кто? — ткнув пальцем в сторону Солемии, с раздражением спросила бывшая.

— Ого, а это твоя женщина, которая изменила?

Отдать должное, демоница хотя бы додумалась натянуть футболку, а не вышла обнажённой.

Лиза истерически засмеялась и хлопнула рукой по столу. Так хотелось избежать этого, но не вышло.

Как реагировать на подобного рода скандал, я не знал. Вряд ли получится просто взять и выставить бывшую в таком состоянии.

— Это просто шикарно! Ты у нас такой белый и пушистый. Ноешь, что я изменила, а сам… Подвернулась возможность и притащил в дом какую-то…

— Солемия, — отозвалась демоница.

— Интересное имечко, чтобы клиенты лучше запоминали? — съязвила Лиза, угрожающе шагнув ближе.

Я на всякий случай перегородил ей дорогу, чтобы предотвратить какую-нибудь глупость. Мне тут драки только не хватало.

— Кажется я понимаю, почему ты не прощаешь её, — буркнула чертовка и усмехнулась. — Блеклая, как моль, так ещё и орёт без умолку…

— Что?!

Несмотря на то, что я стоял неподалёку, не смог остановить бывшую жену. В тот момент, когда она вцепилась в волосы Солемии, я как раз повернулся на демоницу.

Заминки хватило, чтобы прямо на моих глазах разворачивалось нечто необъяснимое. Я, конечно, был наслышан, что женщины в гневе крайне опасны, но воочию никогда не видел…

Лиза тянула волосы Солемии, та кричала на неё, пытаясь отпихнуть. Я не успел ничего — только податься вперёд. Лиза вскрикнула, когда Солемия в одно движение сбила её с ног. Воздух вырвался из лёгких с глухим стуком, когда тело бывшей жены ударилось о пол. Демоница оседлала её, сжав бёдрами, прижимая плечи к плитке. Это выглядело так, будто в моём доме поселилась сама дикая стихия.

Лиза дёргалась, хватала Солемию за руки, но та удерживала её без особого труда. Кончик хвоста двигался над лицом бывшей — медленно, гипнотически, то приближаясь, то отстраняясь.

Я слышал только прерывистое дыхание и низкое рычание Солемии. В глазах демоницы светилось нечто, что я не смог бы назвать яростью. Это было превосходство — чистое, хищное, животное удовольствие от того, что она сильнее.

— Какого…

— Солемия, хватит, — отойдя от ступора, я схватил демоницу за плечи и рывком оторвал от бывшей жены, а после помог подняться Лизе.

— Адам… Ты видел?! — испуганно спрятавшись мне за спину, бывшая ошарашенно таращилась на демоницу. — Что за чертовщина?

Такого исхода я вообще не ожидал. Одно дело, когда Солемия внешне не отличается от человека, но совсем другое, когда размахивает хвостом.

В моей голове всё было предельно просто: скрывать чертовку до тех пор, пока Егоров не убедится и не начнёт искать тех, через кого можно осуществить исследование.

— Лиза, успокойся, я всё объясню, — прикрыв глаза ладонью, я пытался признать, что облажался. И у меня не было ни малейшего понимания, как это исправить.

— Данов, что ты собираешься объяснять?!

Солемия тем временем довольная победой, улыбалась и смотрела на бывшую, как на спарринг-партнёра, готовясь в любой момент повторить атаку.

Я всегда был уверен, что у меня порядок с ответственностью. Но сейчас я не знал, как сказать Лизе, что девушка перед ней — демон. По большей степени, потому что к бывшей у меня не было никакого доверия. А если она выйдет отсюда, то где гарантии, что не побежит трепать всем налево и направо.

— Будешь знать, как на демонов кидаться, моль!

— На кого? Адам, она сказала «демон»? — Лиза вцепилась в мои плечи и прильнула, показывая, насколько напугана, но вот Солемии такая близость определённо не нравилась.

Хвостик демоницы принялся угрожающе покачиваться из стороны в сторону.

— Так. Садись, я заварю тебе чай и всё объясню, хорошо? — повернувшись, я взял бывшую за лицо, заставляя смотреть на меня.

Лиза нехотя кивнула и прошла к столу.

— Солемия, ты можешь больше не нападать?

Чертовка закатила глаза и фыркнула, показывая всё своё отношение к моей просьбе.

— Она первая кинулась. Нападая, будь готов получить ответ.

— Мудрая мысль, но об этом мы поговорим позже. Присядь, пожалуйста, — махнув на свободный стул, сказал я.

Чай я всё-таки заварил, но постоянно поглядывал в сторону двух женщин. Лиза ссутулилась и старалась смотреть куда угодно только не на Солемию. А демоница сложила руки на груди и безотрывно наблюдала за моей бывшей женой. Ну просто картина из комической постановки.

— Так, — поставив дымящую чашку на стол, начал я. — Солемия попала ко мне в отделение. Мы думали у неё бредовое расстройство, но выяснилось, что она — настоящая демоница. Ты сама могла в этом убедиться, — взглянув на хвост, который обвил ногу хозяйки, добавил я.

— Как это возможно? Они же… По телеку…

— Мы не знаем, а сама Солемия не помнит, как оказалась отрезанной от своих сородичей. Но факт остаётся фактом. Как понимаешь, держать в отделении существо из другого мира крайне опасно. Поэтому я позвонил Егорову, чтобы он помог мне отправить демоницу куда надо, — упустив некоторые детали, признался я.

— Почему Егорову? Разве не проще было отправить запрос куда-нибудь в СМИ или в полицию, они бы связались с МВД или… ну, с кем там надо связаться?

Мыслила бывшая крайне логично, заставляя меня хмуриться и посматривать на Солемию. Не хватало, чтобы демоница начала задавать вопросы.

Посвящать Лизу в свои планы я не собирался. Скорее всего наше исследование будет проходить под грифом секретности.

— У людей и без того паника, представь, если станет известно, что демон свободно разгуливает в нашем городе? Ты увидела её и испытала страх, а что начнётся у большего количества людей?

То, что я говорил, звучало разумно, но разум — последнее, на что опираются, когда рушится привычная картина мира. Лиза посмотрела в чашку. Было видно, как в ней борются логика и страх.

— То есть ты хочешь сказать, — наконец произнесла она, — что держишь демона у себя дома, чтобы… защитить людей от паники?

— Чтобы предотвратить хаос, — уточнил я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Пока Егоров не приедет, Солемия будет здесь. Мы должны убедиться, что она не представляет угрозы. В клинике её держать нельзя. Рано или поздно кто-то догадается…

— А если представляет? Ты же не знаешь, на что она способна! Может, она способна манипулировать или что ещё…

Вспомнив, что вытворял с демоницей до прихода бывшей жены, я поджал губы. В тот момент я действительно выглядел околдованным, но дело тут вряд ли в магии. Хотя утверждать наверняка я бы не стал.

Во всяком случае такого больше не повторится. Я и так потерял контроль дважды за день. Надо поторопить коллегу, чтобы демоница побыстрее оказалась подальше от меня.

— Я вообще-то здесь сижу, — буркнула Солемия, привлекая внимание. — У меня нет желания причинять кому-то вред. Я хочу попасть к демонам и всё. Адам сказал, что поможет мне.

— Ага, конечно… А чего вы тогда припёрлись на Землю? Поработить нас хотите?

Чертовка нахмурилась, но не собиралась отвечать. Причины, по которым демоны оказались здесь до сих пор не были ясны. Во всяком случае большему количеству людей.

Официально власти заявили, что существует некая Преисподняя, из которой существа и вышли. А на вопрос «зачем?» представители властей отвечали сухо: «Причины уточняются, но уверяем, что демоны не причинят вреда землянам.»

— Где твоя семья? — сообразив, что демоница не ответит, Лиза попыталась зайти с другой стороны.

Вообще я не мог игнорировать, как бывшая жена смело вела допрос после того, что увидела.

— У меня нет семьи. Я сопровождаю свою домину.

— Кого?

— Домину Рубин, — повторила Солемия с лёгким раздражением.

— Она служит во дворце прислугой, предполагаю, что речь о какой-нибудь более привилегированной демонице, — пояснил я, чтобы Лизе было проще.

— У них там что рабство?

— Я пока не уверен, но скорее жесткая иерархия, построенная на силе магии. Солемия не обладает магией, поэтому она прислуживает тем, у кого она есть.

— Какой кошмар, — выдохнула Лиза, отставив чашку в сторону. — И ты хочешь вернуться к тем, кто заставляет тебя работать?

Покосившись на демоницу, я увидел, как она сложила руки на груди. Хвостик у её ног замахал активнее, словно выражая эмоции владелицы.

Глава 10

Солемия

Человеческая женщина раздражала. Как так получилось, что они вообще были вместе? Внешне она была непримечательной, так ещё и громкой. Ей бы за него держаться, а она…

Женщина, как там её… Лиза всё пыталась осознать услышанное, будто я сказала что-то непостижимо дикое. Люди вообще странные — любят судить о вещах, которых не понимают.

— В Преисподней никто не выбирает, кем быть. У кого есть сила — те управляют. У кого нет — служат. Так устроен порядок, и это не жестокость, а справедливость.

Взгляд светловолосой изменился, в глазах словно появилась жалость. Будто меня надо было жалеть…

— Значит, ты просто смирилась? Тебе нравится, когда с тобой обращаются как с вещью?

Адам не вмешивался, но я видела, как ему тяжело от присутствия Лизы. С тех пор, как она появилась, он не улыбнулся и, кажется, даже сидя не мог расслабиться.

— Справедливость не равна добру. Разница большая.

В отличие от Адама, эта женщина задавала вопросы пренебрежительно. Она не пыталась понять мой мир — она заведомо ставила свой выше.

А ещё… что она тут вообще делает? Если я всё правильно поняла, то эта подвальная моль добровольно отказалась от отношений и изменила, из-за чего Адам выглядел подавленным, хоть и пытался скрывать это.

Хотела бы я признать, что мне нет дела ни до него, ни до неё, но… Человеческий мужчина вызывал во мне интерес. Я едва не отдалась ему, а он, наконец, перестал притворяться и прекрасно показал, что сам не против.

— Мне надоело говорить с тобой, ты слишком глупая. Уходи.

— Солемия, — покачав головой, Адам нахмурился.

Я вообще-то для него стараюсь! Эта женщина помешала нам, и я бы очень хотела продолжить с момента, на котором мы остановились.

— Я вообще-то жена Адама.

— Лиз, не выдумывай. Мы в разводе…

— Официально — нет, — прошипела она и сжала губы так, будто боялась, что вырвется что-то лишнее.

— Я подал заявление, — Адам посмотрел на женщину уверенно, а во взгляде читалось, что это не подлежит оспариванию.

Лиза медленно повернулась к нему и округлила глаза, в которых тут же заблестели слёзы.

— Что?

— Ты всё слышала, — продолжил он. — Документы уже в суде. Имущество, купленное в браке, разделим пополам.

— Вот так просто, да?

Я наблюдала за ними со стороны с нескрываемым интересом. Эмоции людей походили на демонические. Всё же мы много чем похожи, хотя и различия имелись.

— Солемия, можешь оставить нас? — мягко попросил Адам, и я молча поднялась.

Наверняка у него было что сказать женщине без посторонних. Пусть я и не понимала половину из того, что они произносили, но просьба была вполне обоснованной.

Решив, что сейчас самое время, наконец, принять душ, я вернулась в небольшое помещение. Стянув футболку, я ещё немного покрутилась у зеркала, наслаждаясь новым приобретением.

Хвост выглядел идеальным… К тому же он был крайне чувствительным не только к прикосновениям, но и к эмоциям. Я успела заметить, что шевеления меняются в зависимости от моего настроения.

Даже человеческая женщина не смогла испортить счастье от приобретения. К тому же в схватке с ней я была сильнее. Всё-таки годы, проведённые во дворце, закалили. Другие прислужницы иногда не держали языки за зубами, и частенько приходилось доказывать правоту кулаками. Тогда у меня не было, чем ответить на нападки «уродина», но больше такого не будет.

Натирая кожу мылом, я думала о том, как теперь сложится моя жизнь. Всё-таки это многое меняло. Может быть, и магия проснётся, а тогда…

Вот бы мне досталось что-то невероятное и полезное, а не какая-нибудь чушь в виде изменения запахов. С такой способностью меня максимум заставят обходить комнаты во дворце, чтобы наполнять их какими-нибудь ароматами.

Отогнав гнетущие мысли, я выключила воду, обтёрлась досуха, надела футболку и вышла.

Женщины, кажется, не было, но Адам встретил меня с недовольным видом. Он сложил руки на груди и смотрел исподлобья так, будто я сделала что-то ужасное.

— Она ушла?

— Что за фокусы, Солемия?

Вопросы прозвучали одновременно.

— О чём ты? — подойдя ближе, я заглянула прямо в лицо мужчины.

— Ты соврала, что у тебя нет магии?

— Будь у меня магия, я бы тут не стояла, — решив упустить моменты, что магия бывает вполне бесполезной, ответила я. Пусть думает, что все способности наделяют демонами силами. — Почему ты думаешь, что я вру?

Адам свёл тёмные брови к переносице и напряг челюсти так, что я увидела жилки под кожей.

— Рядом с тобой я не могу себя контролировать, — тихо ответил он.

Смешок вырвался сам по себе.

— Это ты не можешь себя контролировать, а во лжи подозреваешь меня.

Он сжал губы, будто хотел возразить, но не нашёл, что сказать. Я знала этого человека всего-ничего, но выводы сделать могла. За этими стальными мышцами и мозгами скрывался противоречивый мужчина.

Во дворце мне часто приходилось следить за демонами, чтобы понимать, кого из них стоило опасаться. И несмотря на тягу к человеческому мужчине, я могла с уверенностью сказать, что от него тоже следовало держаться подальше.

Но, увы, больше свою помощь мне никто не предлагал.

— Так может, это ты врёшь сам себе? — наклонив голову, добавила я тише, и хвост слегка качнулся, словно подтверждая мои слова.

В его голубых глазах мелькнуло что-то опасное: то ли злость, то ли желание, от которого у меня внутри приятно потеплело. Только второе Адам показывать не стал, просто кивнул.

Человечишка обвинял меня, что не может себя контролировать, но я испытывала то же самое. Только признавать не собиралась.

— Спальня в твоём распоряжении, я приготовлю ужин и съезжу в магазин за одеждой. У вас там в Преисподней носят нижнее бельё? — проскользив оценивающим взглядом, поинтересовался он.

— Носят, — ответила я и поспешила в выделенную мне комнату.

Говорить с мужчиной, боящимся признаться самому себе в желании, больше не хотелось. Я ведь не предлагала ему отправиться в Пустошь, чтобы подтвердить чувства ко мне. Просто заняться любовью и то, в качестве интереса.

Людям, наверняка, скучно живётся, раз они так сильно привязываются друг к другу. В Преисподней, всё куда проще.

Закрыв за собой дверь, я опустилась на кровать и долго сидела, глядя в одну точку. Что это вообще со мной? Откуда во мне самой всё это… желание? Не просто любопытство, а нечто тёплое, дикое и почти болезненное.

Всю жизнь я прожила среди тех, кто привык брать, не спрашивая, кто не знал слова «стыд». Мы знали страсть, знали власть, знали инстинкт. Но ничего похожего на то, что творилось со мной сейчас, я не испытывала никогда.

Этого человека я знала всего несколько дней, а готова довериться ему вот так сразу. Не просто довериться, а отдаться. Но в отличие от Адама, я не врала себе. Да, он интересен, но не более…

Я провела рукой по хвосту. Он задрожал, реагируя на прикосновения. Да, что-то во мне изменилось. Дело не только в теле. Возможно, с этим переходом через Врата во мне проснулось ещё что-то, чего я сама не понимала.

Мы не рождаемся с магией, а приобретаем её со временем. У кого-то она появляется рано, а у кого-то не появляется вообще. Говорят, что магия живёт в каждом и ждёт своего часа, чтобы проснуться.

И демоны нашли закономерность — магия просыпается от силы эмоций. Неважно, светлые они или тёмные — важно, насколько глубоко проникают под кожу. Радость, ярость, отчаяние, страх, восторг — всё это способно растормошить спящее внутри.

Но с яростью и болью срабатывает надёжнее.

Говорят, именно плохие эмоции открывают демона настоящему «Я»: боль не врёт, она прожигает насквозь и заставляет суть выйти наружу. В бою, в унижении, в потере — именно тогда под кожей вспыхивает первое пламя силы.

Некоторые демоны специально вызывают страдания, чтобы ускорить пробуждение. И чем сильнее чувства, тем мощнее отклик.

Во мне тоже пытались разбудить… До того, как мать продала меня, осознав, что толку от меня мало, она пыталась найти мне более полезное применение. С магией было проще найти работу, а без неё выход один — служить.

Правда, сколько бы мать ни причиняла страха и боли, способность не просыпалась. Однажды она оставила меня в диких лесах, в надежде, что это поможет, но, увы, ни наличие озлобленных животных, ни осознание, что я заблудилась, не помогли.

Спустя пару ночей местные охотники нашли и доставили маленькую меня обратно в деревню.

Шумно выпустив из лёгких воздух, я упала на кровать, раскинув руки в стороны.

Ну и вляпалась же…

Не знаю, сколько я провалялась, пока не раздался короткий стук, а за ним и голос.

— Солемия, ужин готов. Ты выйдешь?

Хотелось ответить «нет», но тело уже стояло на ногах, а пальцы тянулись к ручке. Я очень хотела есть. В последние дни в ужасной боль… больнице я толком не могла питаться. Меня заставляли, конечно, но еда не приносила никакого удовольствия.

— Что это? — с нетерпением спросила я, выглядывая из-за широкой спины Адама. Он помешивал что-то на плите, но моё внимание привлекло не это… А то, что голубоватое пламя само по себе облизывало края кастрюли. — Ты сказал, что у вас нет магии!

Мужчина обернулся и протянул мне ложку, поднося её к губам.

— Единственное, что я умею готовить — борщ. Попробуй, — оставив без внимания мой вопрос, он несколько раз подул на ложку.

Я нахмурилась, но подношение с красноватым цветом всё-таки опробовала. Чуть кисловато, но вкус есть!

— И это не магия, а газ. Мы добываем его из-под земли. Оно горит, выделяя тепло, и благодаря этому мы можем готовить, отапливать дома, даже создавать энергию для машин.

В очередной раз я пришла к выводу, что у людей не было магии, но они научились приручать энергию.

Электричество, чтобы всё горело и двигалось, и газ, чтобы вызывать огонь без способностей. Всё это выглядело как магия, но без запаха силы. Просто… работало.

— Вы не чувствуете энергию, но всё равно заставляете её служить? — спросила я, наблюдая, как Адам вытащил глубокие тарелки.

— Поставь на стол, пожалуйста. В холодильнике сметана, — он указал рукой на большой чёрный прямоугольник и даже приоткрыл его, чтобы я не гадала, как это делать.

— Тут холодно! — я отдёрнула руку и чуть не захлопнула дверцу. Изнутри повеяло леденящим воздухом, будто я открыла портал в другое место.

Адам усмехнулся.

— Это и есть холодильник. Мы храним в нём еду, чтобы она не портилась. Холод замедляет процессы гниения.

— Замедляет что? — я с подозрением глянула на белые облачка, стелющиеся изнутри.

— Порчу, — терпеливо пояснил он и сам вытащил какую-то белую баночку, протянув её мне. — У нас нет магии, чтобы сохранять продукты свежими, поэтому мы используем низкую температуру. Минусовые градусы не дают бактериям размножаться. Кстати, почему ты так хорошо понимаешь нашу речь?

Сколько ещё удивительных открытий ждало меня в этом мире? Определённо достаточно…

— Это эффект после перехода Врат, — пожав плечами, ответила я, но больше добавить было нечего.

Адам почесал подбородок.

— А если так? Comment tu t'appelles? (как тебя зовут франц)

Я нахмурилась, а потом до меня дошло: он перешёл на другой язык, но смысл был ясен, как и раньше.

— Je m'appelle Солемия. (меня зовут Солемия)

— Удивительно…

— Твоя женщина назвала тебя... Данов? Что это значит? — теперь уже поинтересовалась я, вспомнив странность.

— Это моя фамилия. Адам Данов.

— Как второе имя?

— Вроде того. У людей есть имя, которое дают родители при рождении. И фамилия — общее название для всей семьи или рода. Она передаётся от отца к детям, иногда от матери. Представь, что в твоей деревне десять демонов по имени... ну, не знаю... Николас. И чтобы не путаться и точно знать, о ком речь, у людей есть фамилии. Как вы не путаете друг друга?

Вопрос был простым, но ответить на него оказалось сложнее, чем я думала.

— Если о способностях демона известно, то говорят имя и его магию. Если он служит при дворе, то его должность, ну и так со всеми.

Мы сели за стол и Адам придвинул мне баночку с перцем.

— Для вкуса тебе нужно каждое блюдо сдобрить этой специей. Как я понял, демонам нравится насыщенная еда и почему-то в нашем мире она раскрывается через перец.

— Откуда ты это знаешь?

— Я видел видео в интернете…

— И что, там показывали демонов?

— Именно. Сейчас все новости только об этом. Поешь, и я покажу тебе одну из главных гордостей человечества, — Адам зачерпнул сметану и положил её прямо в мою тарелку с пояснением, что так намного вкуснее.

И правда, благодаря перцу вкус человеческой пищи, наконец-то приобрёл яркость. Я с удовольствием уплела свою порцию.