Читать книгу: «Хроники Нуллификатора 2»

Пролог

Тень минувшегосвета

Пролог: Город, где не гаснут фонари.

Есть города, которые пахнут надеждой. Есть — страхом. А естьтакие, что пропитаны светом так сильно, что кажется, сама тьма обходит их стороной.

Валландейл был именно таким.

Я никогда там не была, но много слышала. Город вечных фонарей,где магия света доведена до совершенства. Где по ночам улицы залиты мягким, голубоватымсиянием, а в домах не знают, что такое коптящие свечи или вонючие керосиновые лампы.Валландейл — гордость магов-практиков, доказательство того, что их искусство можетслужить всем, а не только избранным.

И сейчас этот город умирал.

Я сидела в своём кабинете, глядя на толстый конверт с гербомгерцога де Монфора, который час назад доставил взмыленный курьер. Внутри было неписьмо — пачка документов, отчётов, вырезок из валландейлских газет и личная запискаот герцога, написанная его размашистым, нетерпеливым почерком:

«Элеонора. Прочитай внимательно. В Валландейле беда. Местнаястража разводит руками, Гильдия их магов — тоже. Слишком странно, слишком… необъяснимо.Ко мне обратился лично глава городского совета. Он в отчаянии. Я подумал о тебе.Если справишься — твоё имя прогремит не только в Аркануме. Если нет… просто возвращайся.Никто не осудит. Но посмотри сама. Что-то тут нечисто. — А.д.М.»

Нечисто — мягко сказано.

Я перечитала отчёты. За последние три недели в Валландейле пропаловосемь человек. Не просто пропало — исчезло бесследно, средь бела дня, при свидетелях,которые ничего не видели. Первой была пожилая смотрительница маяка — старого, нефункционирующего,стоящего на скалах за городом. Она вышла подышать воздухом и растворилась в полуденномсвете. Через два дня — двое студентов Академии Света, возвращавшихся с лекций. Исчезлипрямо с городской площади, на глазах у дюжины прохожих. Никто ничего не заметил.Просто перестали быть.

Дальше — лавочник, почтальон, молодая мать с ребёнком (ребёнканашли через час, спящим в кустах у дороги, мать — нет), старый алхимик, лекарь.

Всех объединяло одно: они были магами. Практиками. Слабыми, сильными— неважно. Но все имели искру.

И ни одного следа.

Ни магического, ни физического. Никаких свидетелей, никаких зацепок.Только тишина и растущая паника.

Валландейл, город света, погружался во тьму страха.

— Элли, ты это видела? — Сильван влетел в кабинет, размахиваясвежей газетой. Его эльфийские уши стояли торчком, глаза горели возбуждением. —Тут такое пишут про Валландейл! Люди боятся выходить на улицу после заката. Советгорода собирал экстренное заседание. Они…

— Знаю, — перебила я, протягивая ему конверт герцога. — Мы едем.

Он замер, не веря.

— Что, прямо сейчас?

— Герцог просит. Лично. И платят хорошо. — Я кивнула на приложеннуюк документам дорожную грамоту с внушительной суммой. — Собирайся. Выезжаем утром.

— А Торн? — осторожно спросил Сильван. — Его позовём?

Я задумалась. После дела с «Пеплом» наши отношения с охотникомГильдии превратились в нечто странное. Не дружба, нет. Скорее, вооружённый нейтралитетс элементами взаимного уважения. Он несколько раз обращался ко мне за консультациями,я пару раз пользовалась его доступом к архивам Гильдии. Мы не доверяли друг другу,но знали, что в критической ситуации можем положиться на профессионализм партнёра.

Но это дело — чужое. Валландейл не подчинялся арканумской Гильдии.У них был свой совет магов, свои законы. Торн там был бы чужаком, как и я. Толькоу меня был герцог за спиной, а у него — только его жезл и холодная спесь.

— Нет, — решила я. — Пока справимся сами. Если упрёмся в стену— вызовем. Но не хочу тащить за собой гильдейского пса на территорию, где его могутвстретить штыками.

Сильван кивнул и убежал собирать вещи. А я осталась смотретьна документы, на лица пропавших, вглядываясь в их глаза, надеясь найти там хотькакую-то зацепку. Но бумага молчала.

Что-то происходило в городе вечных фонарей. Что-то, что боялосьсвета. Или, наоборот, слишком его любило.

Утром следующего дня мы с Сильваном грузились в дилижанс, отправляющийсяв Валландейл. Дорога предстояла долгая — почти двое суток тряски по тракту, с ночёвкойна постоялом дворе. Я взяла с собой минимум вещей, но максимум оборудования: новыепробирки для проб, усовершенствованный фотоаппарат (обычный, не магический, спасибоСильвану и его связям с гномами-механиками) и, конечно, свинцовый футляр с ампулойчистого «Пепла», которую я так и не решилась уничтожить. На всякий случай.

Город засыпал, когда наш экипаж выезжал за восточные ворота.Арканум провожал нас тусклыми огнями и привычным запахом дыма, магии и безнадёжности.Впереди был Валландейл — чистый, светлый, полный надежд. И смертельно опасный.

Я закрыла глаза, пытаясь уснуть под мерный стук колёс. Тишинавнутри меня, та самая, что проснулась после встречи с «Пеплом», одобрительно молчала.Она чувствовала: впереди интересное дело.

Глава 1: Свет, который убивает

Валландейл встретил нас солнцем.

После промозглого, вечно дымного Арканума этот город казался миражом. Широкие, чистые улицы, выложенные светлым камнем. Дома с большими окнами, в которых играли солнечные зайчики. Фонарные столбы, увенчанные не коптящими факелами, а прозрачными кристаллами, внутри которых мерцал ровный, тёплый свет. Даже воздух здесь был другим — лёгким, почти невесомым, без привычной примеси магического смога.

И люди. Они улыбались. Здоровались друг с другом на улицах. Дети бегали по площадям, не боясь, что их кто-то украдёт или сглазит. Всё здесь дышало благополучием, спокойствием и верой в то, что магия — это благо, а не проклятие.

Странно, что именно в этом раю начали исчезать люди.

Мы остановились в небольшой гостинице «Светлый путь» — чистой, уютной, с приветливой хозяйкой, которая, узнав, что мы из Арканума, посмотрела на нас с сочувствием.

— Ох, у вас там, говорят, совсем тяжело, — вздохнула она, протирая кружки. — Магия крови, аристократы, вечные дрязги. А у нас хорошо, тихо. Только вот… — она осеклась, и в её глазах мелькнула тень.

— Только вот люди пропадают, — закончила я за неё.

Она вздохнула и кивнула.

— Третья неделя пошла. Стража с ног сбилась, маги наши все лбы себе проломили — никакого толку. Говорят, совет даже в Арканум писал, просил помощи. — Она с надеждой посмотрела на меня. — Вы не по этому делу?

— По этому, — ответила я, протягивая ей свою лицензию и рекомендательное письмо герцога.

Глаза хозяйки округлились.

— Ой, батюшки… Так вы та самая Вандемьер? Про которую в газетах писали, что она целое подполье раскрыла? — Она всплеснула руками. — Ну, слава Свету! Может, теперь хоть что-то прояснится.

Мы оставили вещи в номере (скромном, но чистом) и отправились в здание городского совета — высокое, светлое сооружение из белого камня, увенчанное огромным хрустальным куполом. Внутри пахло полированным деревом и бумагой. Нас встретил секретарь — сухой, подтянутый мужчина с идеальным пробором — и проводил в кабинет главы совета.

Маркус Вейл оказался человеком лет шестидесяти, с усталыми, но живыми глазами и твёрдым рукопожатием. Он не походил на бюрократа — скорее, на профессора, случайно занесённого в кресло начальника.

— Мисс Вандемьер, — начал он без предисловий, когда мы сели в мягкие кожаные кресла напротив его стола. — Мы наслышаны о ваших успехах в Аркануме. Честно говоря, обращаться к частному детективу для нас было шагом отчаяния. Но местные маги бессильны, а стража… стража умеет ловить воров, а не призраков.

— Расскажите подробнее, — попросила я, доставая блокнот. Сильван устроился рядом, приготовив свой вечный карандаш.

Вейл вздохнул и разложил передо мной карту города, утыканную разноцветными флажками.

— Восемь пропавших. Вот места. — Он указал на красные отметки. — Как видите, никакой системы. Район старого порта, центральная площадь, жилые кварталы, окраины. Время — разное. Утром, днём, вечером. Один пропал ночью — сторож на кладбище. Остальные — при свете дня.

— Что объединяет жертв?

— Все они — маги-практики. Разного уровня. Самый сильный — профессор Академии, заведующий кафедрой световых иллюзий. Самый слабый — ученик пекаря, умевший лишь разжигать печь заклинанием. Но искра была у всех.

— И никаких следов?

— Никаких. — Вейл развёл руками. — Магические детекторы молчат. Следовые заклинания показывают пустоту. Свидетели ничего не видели. Трое исчезли в толпе — и никто ничего не заметил. Это… это невозможно. Так не бывает.

Я задумалась. Бесследные исчезновения магов. Без магии, без насилия, без следов. Это напоминало мне что-то… или кого-то. Но ассоциация ускользала, как вода сквозь пальцы.

— Можно мне поговорить с родственниками? С теми, кто последним видел пропавших?

— Уже организовано. — Вейл протянул мне список с адресами. — И ещё… мисс Вандемьер, будьте осторожны. В городе начинается паника. Люди боятся выходить на улицу. Кое-кто говорит, что это проклятие, что мы прогневали Свет. Другие винят приезжих. Если вы не найдёте ответ быстро… может начаться чёрт знает что.

— Я понимаю, — кивнула я. — Сделаю всё возможное.

---

Первые два дня мы опрашивали свидетелей. И каждый раз упирались в стену.

— Я только отвернулась на секунду, а его уже нет.

— Он шёл впереди, я окликнула, а он не обернулся. А когда подошла — пусто.

— Мы разговаривали, я моргнул — и её не стало.

Никто ничего не видел. Ни вспышки, ни тени, ни звука. Просто — исчезновение.

На третий день мы пошли на кладбище, где пропал сторож. Это было старое, заброшенное место на окраине, заросшее плющом и диким шиповником. Сторожка — маленький домик у входа — пустовала, дверь была приоткрыта.

Внутри пахло сыростью и запустением. Кружка с недопитым чаем, раскрытая книга на столе, смятая постель. Ничего особенного. Но моё новое восприятие, то самое, что проснулось после встречи с «Пеплом», вдрезко сработало.

Я увидела след.

Он был слабым, почти стёршимся, но — другим. Не магическим и не обычным. Это был отпечаток чего-то, что находилось между. Свет. Не иллюзия, не заклинание, а чистый, сфокусированный свет, такой яркий, что он оставлял ожоги на реальности.

— Сильван, — позвала я, не оборачиваясь. — Иди сюда. Кажется, я что-то нашла.

Он подбежал, включил свой фонарь.

— Что там?

— След. Не человеческий. Не магический. Световой. — Я присела на корточки, вглядываясь в едва заметное мерцание на полу. — Тот, кто это сделал, не использовал магию в обычном смысле. Он использовал свет. Чистый, сконцентрированный свет.

— Как в маяке? — спросил Сильван.

— Как в оружии, — поправила я, и в этот момент в моей голове что-то щёлкнуло.

Смотрительница маяка. Первая жертва. Старый, неработающий маяк на скалах.

— Нам нужно туда, — сказала я, резко вставая. — На маяк. Немедленно.

---

Маяк возвышался на скалистом мысу в часе ходьбы от города. Старая каменная башня, давно не работающая, облюбованная чайками и любителями острых ощущений. Смотрительница жила в домике у подножия, одна, и знала каждый камень на побережье.

Её исчезновение было первым. И, как я теперь понимала, ключевым.

Домик был опечатан, но печать была формальной, городской, не магической. Мы без труда вошли внутрь. Там царил идеальный порядок — чистота, вымытая посуда, заправленная постель. Ничего не указывало на борьбу или панику. Только на столе, под стеклянной банкой, лежала стопка бумаг.

Я подошла, сняла банку. Это были письма. Старые, пожелтевшие, исписанные аккуратным, чуть дрожащим почерком. И одно — совсем свежее, датированное днём исчезновения.

Я развернула его.

«Мира,

Я знаю, что ты не ждала этого письма. Я знаю, что прошло сорок лет, и ты имеешь право забыть всё, что было. Но я не могу больше молчать. Они возвращаются. Те, кого мы считали мёртвыми. Я видела свет на скалах прошлой ночью. Тот самый свет, который мы поклялись забыть.

Если ты получишь это — беги. Не жди, не пытайся понять. Просто беги. Потому что если они найдут тебя, они найдут и всех нас. А мы поклялись хранить молчание.

Прощай. И прости.

Твоя сестра, Лена».

Подписи не было. Только инициалы — «Л.В.».

Лена Валлес. Смотрительница маяка. Которая видела свет на скалах. Тот самый свет, который убивал сорок лет назад.

Я перевернула конверт. На обороте стоял адрес в Аркануме. И имя получателя.

Мира Валлес. Улица Старых Мастеров, 14.

— Сильван, — тихо сказала я, чувствуя, как холодок бежит по спине. — У нас есть зацепка. И она ведёт домой.

Он заглянул в письмо, прочитал, и его лицо вытянулось.

— Элли… это же…

— Да. Это связано с прошлым. С чьим-то прошлым. И нам нужно найти эту Миру, прежде чем те, кто охотится за «Свечами», доберутся до неё.

Мы вышли из домика, и я в последний раз оглянулась на маяк. Он стоял молчаливый и тёмный, но где-то в его недрах, я чувствовала, ещё теплился тот самый свет, который убивал. Который забирал людей, оставляя после себя только пустоту.

Расследование только начиналось. И теперь оно вело нас обратно в Арканум — туда, где жила женщина по имени Мира, где хранились тайны сорокалетней давности и где, возможно, скрывался тот, кто охотился за последними «Свечами».

Я сжала письмо в руке и пошла к дороге, где нас ждал экипаж. Впереди была долгая дорога домой. И встреча с прошлым, которое, как оказалось, никогда не уходит по-настоящему. Оно просто ждёт своего часа, чтобы вспыхнуть с новой силой.