Цитаты из книги «Сердце Пармы», страница 4

Конечно, Миша не мог облечь эти мысли в слова. Но тревожная необходимость ответа смутила покой его доселе безмятежной души. При виде Золотой Бабы побледнел отважный Полюд, ощерился отец, злобно закрестился всегда умильный игумен Иона. А он, Миша, не почуял никакой угрозы — только испуг от их общей неосторожности. Он увидел, что в идоле нет зла, а есть очень большая и чужая сила, другими безоговорочно сочтенная злом. И тогда впервые Миша понял, что далеко не сказочно просто все это — добро, зло, человеческие дела. А потому никогда и никому нельзя позволить решать за себя, что есть добро, и что есть зло, и что надобно делать.

Бессмысленной крови должен бояться даже мужчина

Что такое грех? Человек идёт по судьбе, как по дороге. С одной стороны - стена, с другой - обрыв; свернуть нельзя. Можно идти быстрее или медленнее, но нельзя не идти. Что же тогда это такое - грех?

— Почему на своей земле мы должны откупаться от чужеземцев?

— Лучше откупиться соболями, чем кровью.

— Почему же ты не стареешь? Ты и вправду бессмертен, хакан, как все хумляльты и ламии?

— Ты ведь лучше меня знаешь порядок вещей в мире, старик. Бессмертен любой, кто не доделал своего дела.

Русский народ по-настоящему еще не родился, хотя мы и зовем всех московитов «роччиз» – «русские». Русский народ еще только рождается, принимая в себя многие малые народы – и нас, и зырян, и печору, и вотяков, и черемисов, и новгородцев… Мы – еще пермяки, но дети наши будут называть себя русскими.

Кровью земля к земле прирастает.

Ищи ношу по плечу.

Как же, в конце концов, людей любить, не этих или тех, а всех?

Мы не женщины, чтобы обретать мудрость за одну ночь.