Читать книгу: «Остров»

Глава I. Сборы

Смс от Элис.

— Ты не забыл? Завтра всё в силе? — Элис спросила Артура так, будто от его ответа зависела судьба всех ребят. В её взгляде читалась привычная смесь тревоги и упрямой решимости: она не простит себе ни одной упущенной детали.

Артур вздохнул, но в голосе скользнула улыбка — тёплая, немного снисходительная:

— Да, всё я понял, Элис. Ты мне это вторишь вторую неделю.

Она не сдалась — лишь чуть прищурилась, будто проверяла, не ускользнёт ли какая-нибудь мелочь:

— А ты договорился с Джоном насчёт катера?

Не дожидаясь ответа, она быстро набрала сообщение в общий чат, пробормотав себе под нос:

— Ребята, все в сборе? Никто не заболел?

— Да, Элис, — спокойно отозвался Артур. — Джон заберёт нас завтра с причала в семь утра.

— Все, поди, спят ещё… Ау, ребята! — вставил Майкл с лёгкой усмешкой, будто сам только что выбрался из-под одеяла и ещё не до конца верил, что день начался.

— Майкл, сейчас час дня! — не выдержала Элис, и в её мыслях прозвучало что-то между смехом и раздражением.

— Элис, это ты ранняя пташка и спортсменка, — парировал Майкл, лениво потягиваясь на своей кровати.

— Я здесь! И готов хоть сейчас! — бодро отписался Роберт, словно ждал только команды, чтобы сорваться с места.

— О, первый пошёл! Здарово, Роб! — рассмеялся Майкл.

— И тебе привет, Майкл! — ответил Роберт.

В чат влетела Аманда:

— Всем приветики! Я не сплю, сижу на маникюре.

Эван тут же вздохнул:

— О боже, ты как обычно…

— А ты спишь до обеда — тоже как обычно, — не осталась в долгу Аманда, и в этом обмене колкостями чувствовалась привычная, почти семейная близость.

— Раунд, детки! Я спрашивала другое! — повысила голос Элис злым смайликом, но в её интонации уже не было настоящего гнева — скорее, привычная роль организатора, без которой вся эта компания, кажется, рассыпалась бы на части.

— Да все они здоровы, Элис, расслабься, — спокойно сказал Артур.

— Ага… Как тогда на Шри‑Ланке. Мне хватило. Эван заболел, благо антибиотики были с собой, — напомнила Элис, и в её словах прозвучал не упрёк, а забота, которую она прятала за строгостью.

— Всё нормально, я же вылечился. Теперь как огурчик! — бодро заявил Эван, будто хотел поскорее закрыть эту тему.

— Надеюсь… — протянула Элис с сомнением, но уже мягче.

— Вставать только рано, лень, — пробурчал Эван.

— Ничего, на катере выспишься. У Джона есть каюта, — успокоила Аманда. — Здорово… Мы уже как пять лет путешествуем вместе.

— Жаль, Джон с нами не может. Ему не дали отпуск, — ответила Элис.

— А что ты хотела? Сейчас лето. Его катер нарасхват. Семейный бизнес — дело такое, — отписался Майкл.

— Да, это понятно, — согласилась Элис, и в её согласии было тихое сожаление: без Джона поездка теряла часть своего привычного уюта.

— Благо, на Шри‑Ланке всё хорошо обошлось, — добавил Роберт.

— Думаю, он не расстроится. Поедет с нами на следующий год куда‑нибудь, — предположил Эван.

— Придумали, куда рванём на следующий год? — поинтересовалась Аманда.

— Нам сначала на острове потусить надо, а потом, как вернёмся, подумаем, — ответил Роберт.

— Если честно, я не понимаю, что нам там делать, — признался Эван. — Туда плыть часа три, никакой цивилизации, тем более.

— Зачем тебе люди? Мы едем просто отдыхать с палатками, от людей — всего на неделю, — возразил Роберт, и в его голосе звучала почти детская радость от самой мысли о полном уединении.

— Хватит ныть! Там шикарные виды и чистая природа, — отрезала Элис, и в этой резкости чувствовалась искренняя любовь к местам, где можно услышать собственный голос и тишину вокруг.

— Все чемоданы собраны. Элис, что с едой? — спросил Эван.

— Не переживай, я всё собрала: крупы, консервы, вода и так далее. Джон завтра поможет всё это загрузить в свою машину, — уверенно ответила Элис, и в её уверенности было что-то успокаивающее: пока она рядом, никто не останется голодным, никто не будет забыт.

Роберт и Аманда в один голос отписались:

— Отлично!

— Супер! — поддержал Эван.

— Ему — орден за помощь! — пошутил Майкл, и этот лёгкий юмор снова снял напряжение в чате, будто смахнул невидимую пыль с общего настроения.

— Вот и здорово! — подытожил Артур, и в этом простом «здорово» слышалось облегчение: всё идёт по плану, всё на своих местах.

На следующий день.

— Привет, Эл! — улыбаясь произнес Джон.

— Привет, Джон! — радостно ответила Элис и тут же встретила друга объятиями — крепкими, искренними, без лишних слов. — Да, конечно. Вся команда в сборе. Надеюсь, никто не проспит.

— Вспомним прошлый год? Эвана например — подначил Джон, и в его голосе звенел тот самый смех, который заражал всех вокруг.

— А‑ха‑ха, точно. Вытаскивали его из постели. Слава богу, сумки собрал сам, — рассмеялась Элис, и этот смех был как глоток свежего воздуха: лёгкий, свободный, настоящий.

— Не говори этого, точно, — согласился Джон. — Садись в машину, погнали за Амандой.

— Парни на такси, — пояснила Элис. — Артур отзвонился, попросил забрать его.

— Видимо, в его районе с такси снова беда, — предположила она.

— Да, там и вправду такое частенько. Никто не берёт в такую даль, — подтвердил Джон.

— Через неделю я вас забираю, правильно понял? — уточнил он.

— Я тут подумала, что лучше через дней пять. Сможешь? Просто ребята изноются без цивилизации, — предложила Элис, и в этой заботе о друзьях слышалась её главная черта: она всегда старалась сделать так, чтобы всем было комфортно, даже если ради этого приходилось менять планы.

— Да, я буду свободен. Думаю, в полдень буду там. Я не удивился вашему выбору отдыха, — признался Джон.

— Хах, это точно. Захотелось тишины, свежего воздуха. Присоединяйся, — улыбнулась Элис, и в этой улыбке было столько тепла, что казалось, будто она может согреть целый остров.

— Надеюсь, в следующем году, — ответил Джон.

Спустя время они подъехали к дому Аманды.

— Ого, Аманда с чемоданами уже у ворот. Зачем ей столько вещей? — удивился Джон, глядя на три внушительных сумки, будто каждая из них хранила отдельную историю.

— Не спрашивай, — рассмеялась Элис, и её смех был таким заразительным, что даже Джон невольно улыбнулся.

— Приветики, красавчики! Я готова! — воскликнула Аманда, и в её энергии чувствовалась та самая искра, которая зажигала всех вокруг.

— Да, мы видим. Куда ты столько вещей взяла, красотка? — поддел её Джон, но в его словах не было злости — только дружеское подтрунивание.

— Я должна быть всегда на высоте, — невозмутимо ответила Аманда, и в этой невозмутимости чувствовалась её внутренняя сила: она знала, кто она, и не собиралась оправдываться.

— Дорогая, ты и фен брала? — не удержалась Элис, закатывая глаза, но в этом жесте не было осуждения — только привычная игра, которая связывала их крепче любых клятв.

— Да, моя хорошая, — спокойно подтвердила Аманда, и эта спокойная уверенность делала её ещё обаятельнее.

Элис закатила глаза, но в её взгляде светилась улыбка:

— Запрыгивай в машину, чертовка, — усмехнулась она, и в этом слове слышалась вся их дружба — с ссорами, шутками и бесконечной преданностью.

— Так спала сегодня замечательно. Взяла с собой книгу, — добавила Аманда, будто это было самым важным в её сборах.

— Да ты молодец! Это твоя первая книга? — пошутил Джон, и его шутка снова заставила всех улыбнуться.

Элис прикрыла рот руками, чтобы не рассмеяться в голос, но глаза её смеялись.

— Ха‑ха‑ха, очень остроумно, — фыркнула Аманда, но в её фырканье не было обиды — только привычное противостояние, которое делало их компанию такой живой.

— Не обижайся, милая. «Я шучу», — примирительно сказал Джон, и в его интонации слышалось искреннее желание сохранить мир.

— Даже не думала, — бросила Аманда, хотя в мыслях пронеслось: «Остряк».

Элис повернулась к подруге:

— Не обижайся. Видимо, у наших знакомых стереотипы о блондинках.

— Они многого не знают обо мне. Я далеко не дура, — твёрдо произнесла Аманда, и в этих словах звучала её правда — простая, честная, без прикрас.

— Я знаю это, — кивнула Элис, и в этом кивке было столько понимания, что любые слова стали лишними.

Прошло некоторое время. Машина подъехала к дому Артура.

— А вот и дом Артура, — сообщил Джон.

— Ура! «Ну и райончик здесь», —заметила Элис, оглядываясь по сторонам, будто пыталась запомнить каждую деталь этого места, чтобы потом рассказать остальным.

Аманда тем временем слушала песни на заднем сиденье, подпевая про себя, пока Артур не открыл дверь и не поприветствовал ребят.

— Привет, король Артур! «Где твой меч?» — тут же спросила Элис, и в её вопросе звучала привычная игра.

— Он в сумке, там же, где и рыцари круглого стола, — с ухмылкой ответил Артур, и эта ухмылка была такой знакомой, что все невольно заулыбались.

— Люблю твой юмор, Элис, — добавил он, будто хотел подчеркнуть, что эта игра — их общий язык, понятный только им.

— Взаимно, — улыбнулась она, и в этой улыбке была вся их история — годы дружбы, приключений и бессонных ночей, когда они делились самым сокровенным.

— Ого, да у тебя одна сумка, — удивился Джон.

— А что, надо целый дом с собой брать? Как Аманда, например, — поддел Артур, и его поддёвка была такой добродушной, что даже Аманда не обиделась.

Джон рассмеялся:

— У неё три сумки.

— Ничего мне не говори, — отмахнулся Артур, но в его жесте не было раздражения только привычное принятие того, что каждый в их компании особенный, и именно в этом их сила.

Ребята уселись в машину и ехали, слушая радио, до самого причала. В салоне звучали старые песни, которые они знали наизусть, и каждый подпевал вполголоса, будто боялся спугнуть это хрупкое ощущение счастья.

На причале их уже ждали Эван, Майкл и Роберт.

— Приветствую, тихоходки! — весело поприветствовал Эван, и в его голосе слышалась радость от того, что все наконец собрались вместе.

— Привет, привет, парни, — отозвался Артур.

— Ну всё, время пришло. Заносим сумки и в путь. Мне нужно вернуться вовремя, — скомандовал Джон, и в его словах слышалась ответственность человека, который привык держать слово и не подводить тех, кто на него полагается.

Глава II. По струнам моря

Прохлада у самой воды пробиралась под одежду, словно шептала: «Не задерживайся». Ребята заносили сумки и провизию, укладывали всё в трюме, а потом наконец-то отправились в путь. Ветер тянул с моря, и даже воздух казался здесь другим — солёным, густым, в нём будто растворялись все будущие приключения.

Элис зябко поёжилась и тихо пробормотала:

— Возле воды прохладно… Надо накинуть тёплую кофту.

Артур хмыкнул с привычной иронией:

— Тут бы не кофта, а шуба пригодилась.

Джон тут же осадил его:

— Не утрируй.

Аманда спокойно улыбнулась:

— Мне в тёплом костюме вполне комфортно.

Элис, не слушая перепалку, заворожённо смотрела по сторонам. Виды и правда были шикарными — точно кто-то специально расставил декорации для идеального приключения. Она достала камеру и принялась ловить каждый ракурс: как солнце дробится на волнах, как скалы на горизонте кажутся то ли крепостью, то ли древним стражем. Проходивший мимо Эван нахмурился:

— Камеру не вырони.

Элис только отмахнулась:

— Иди спи уже, сова.

— Да, можно, — буркнул Эван и скрылся в каюте.

Джон кивнул в сторону двери, будто подтверждая, что место ждёт:

— Каюта ждёт.

Майкл глубоко вдохнул, расплылся в довольной улыбке и выдохнул:

— Эх, хорошо-то как…

Тем временем Аманда разлила по кружкам сладкий чай. Пар поднимался над краями, смешиваясь с морским воздухом, и разговор пошёл сам собой — лёгкий, неспешный, точно покачивание лодки на волнах.

В какой-то момент Майкл будто между делом повернулся к Джону:

— Ты что-нибудь знаешь про остров?

Джон пожал плечами:

— Да в принципе нет. Знаю только, что рыбаки иногда заходят сюда. А что?

Майкл нервно потёр ладони:

— Просто из-за погоды совсем не хочется там застрять надолго.

Джон усмехнулся:

— Не паникуй. С Элис вы там точно с голоду не умрёте.

Элис тут же подхватила:

— Это точно, Майкл. Всё будет хорошо. Джон ведь обещал забрать нас ровно через пять дней.

Артур кивнул:

— Ну, тоже неплохой срок.

Элис задумчиво посмотрела на горизонт:

— Я подумала, что за неделю ребята устанут…

Майкл только вздохнул:

— Надеюсь, что дождей не будет.

— Мы все на это надеемся, — тихо добавила Элис.

Шум мотора и брызги, летевшие через борт, навевали приятные мысли о предстоящем отдыхе. Все болтали, смеялись, перебивали друг друга, и только Эван спал в каюте. Ему не мешали ни волны, ни стук двигателя, ни голоса друзей — он спал крепко, по-настоящему, словно знал, что впереди ещё будет много бессонных ночей.

Прошло около трёх часов. Время на катере текло странно: минуты растягивались, а часы пролетали незаметно. И вот Аманда первой заметила тонкую тёмную линию на горизонте и воскликнула:

— А вот и наш остров виднеется! Довольно красивый.

Артур прищурился, вглядываясь в очертания суши:

— А он не маленький.

Джон уверенно кивнул:

— Да, вполне. Вам там наверняка понравится.

Майкл с подозрением покосился на него:

— Откуда ты знаешь? Ты же там не был.

Тот невозмутимо пожал плечами:

— Да так… Проходил мимо, рыбаков расспрашивал.

— Понятно, — протянул Артур. — Посмотрим.

Тут из каюты вышел Эван, потягиваясь и щурясь от яркого света:

— Всем доброго дня.

Аманда улыбнулась:

— И тебе привет. Выспался наконец-то?

Эван театрально расправил плечи и провозгласил:

— Я полон сил и готов совершать подвиги ради милых дам! — и отвесил шутливый поклон.

Элис закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку:

— Да что вы говорите…

Друзья дружно залились смехом, и этот смех прогнал последние остатки тревоги.

Джон бросил взгляд на приборы:

— Подходим. Скоро придётся сходить на берег.

Майкл невольно напрягся и пошутил:

— Главное, не сесть на мель.

— Шутник, — усмехнулся Джон. — Пришвартоваться тут негде. Придётся плыть.

— Серьёзно? — вскинулся Эван, точно не веря.

Джон терпеливо пояснил:

— Чувак, это остров. Никаких причалов, только вода и берег.

Элис оглядела компанию и спокойно сказала:

— Ребята, если не хотите мочить одежду, лучше переодеться.

Аманда тут же подхватила:

— Лучше сразу надеть купальные принадлежности.

Эван расплылся в улыбке:

— Я давно уже приготовился.

Молодые люди разошлись переодеваться: девушки скрылись в каюте, парни остались наверху. Солнце уже пекло вовсю, и воздух становился горячим, точно сам остров звал их скорее ступить на берег.

Спустя некоторое время Джон крикнул:

— Всё, ребята, ближе подойти не могу!

Элис тут же взяла дело в свои руки:

— Так, сумки все упаковали, бутылки привязали.

Первым в воду прыгнул Эван — и не просто прыгнул, а сделал сальто вперёд, рассекая воздух и воду одним стремительным движением. Аманда только покачала головой:

— Да ты наш каскадёр.

За Эваном последовали Артур и Майкл, потом Роберт и Элис, а Аманда прыгнула последней. Вынырнув, она закашлялась:

— Тьфу, кхе-кхе… Вода в нос попала.

Элис тут же оказалась рядом, тревожно спрашивая:

— Всё нормально?

Аманда, прокашлявшись, заверила:

— Да, всё хорошо. Вода вышла.

Джон стоял у борта, слегка улыбаясь:

— Всё, ребят, удачи. Буду здесь двадцать третьего числа.

Элис и Аманда хором крикнули:

— Пока, Джон!

— До встречи, — добавил Артур.

Майкл махнул рукой:

— Пока, чувак!

Стоя по пояс в воде, ребята махали Джону, пока катер не превратился в маленькую точку на горизонте, а потом и вовсе исчез за изгибом берега.

Элис глубоко вздохнула:

— Ну всё. Пора переносить вещи на берег.

Артур отдал шутливый салют:

— Есть, мэм.

Роберт и Майкл пошли впереди, уверенно шагая по мелководью. За ними следовали Эван и Артур, а позади, не спеша, шли Элис и Аманда.

Артур покосился на три сумки, которые тащили девушки, и не удержался от поддёвки:

— Аманда, на кой ляд тебе столько вещей? Три сумки, и таскать всё равно придётся нам.

Аманда виновато улыбнулась:

— И я вам очень благодарна. Там правда очень нужные вещи.

— Да, фен на острове — это, конечно, вещь первой необходимости, — буркнул Артур, но в его голосе не было злости, только привычная ирония.

Элис подняла руку, призывая всех сделать небольшую паузу:

— Так, ребят, брейк. Осталось совсем немного.

Наконец, все выбрались на берег и сгрузили сумки. Песок пружинил под ногами, а ветер нёс запах хвои и соли.

Роберт хлопнул в ладоши:

— Так, первым делом нужно достать палатки и всё необходимое для них. Этим займёмся мы с Майклом.

Артур тут же подхватил:

— Тогда мы с Эваном пойдём за дровами.

Эван оживился:

— Значит, девчонки займутся провизией?

Аманда усмехнулась:

— Именно.

И вот так, в простых, но нужных делах, началось их приключение. Остров молчал, точно прислушивался к голосам, и только волны продолжали напевать свою вечную песню по струнам моря.

Глава III. Первая ночь

Близился вечер. Палатки были поставлены, костёр разведён, ужин приготовлен.

Ночью небо сверкало звёздами. После знойного дня к вечеру стало тепло и уютно. Ребята сидели у костра и наслаждались отдыхом в приятной компании. На ужин Элис приготовила замаринованное мясо, нарезанные овощи и фрукты. Эмма заварила травяной чай. День завершился красиво — тихо, сытно, по-домашнему.

Наступила глубокая ночь.

Вдруг — шур, шур, бам! По звону сразу стало ясно: загремела тарелка.

«Что такое?» — подумала Элис.

— Аманда, ты это слышала? — Элис осторожно потрясла подругу за плечо.

Аманда приподнялась на локте, вглядываясь в темноту:

— Ты тоже слышала? Похоже, тарелка упала…

— Парни вроде спят, — прошептала Элис. — Я слышала храп.

— Давай я проверю? Может, это Эван ходит — он всегда ложится позже всех, а потом дольше всех спит.

— Куда ты?! — Элис схватила её за рукав. — С ума сошла? Вдруг там какое-нибудь дикое животное… Запах еды мог его приманить.

Аманда замерла, прислушиваясь.

— Сейчас тихо…

Элис тоже напряжённо вслушалась в ночную тишину.

— И правда. Может, ушёл? Но я теперь точно не усну.

— Расслабься, — тихо сказала Аманда. — Зверёк ушёл.

Но Элис ещё долго не могла уснуть. Она лежала, напряжённо вслушиваясь в каждый шорох. И только когда монотонный шум волн, убаюкивая, слился в ровный гул, усталость наконец взяла своё — и она погрузилась в объятия Морфея.

Раннее утро. Элис проснулась раньше всех. Осторожно выбравшись из палатки, она зажмурилась: красное зарево ярко освещало ту часть острова, где стояли палатки.

Щурясь от рассвета, Элис оглядела зону вокруг костра. На острове было тихо и спокойно, лишь издалека доносилось пение птиц. Подойдя к остывшему костру, она принялась осматривать посуду. Одна тарелка и вправду была перевёрнута и лежала на песке.

— Ах, вот оно что… — пробормотала Элис. — Видимо, ветром свалило. Или какое-то животное задело.

На песке виднелось множество следов ребят, но никаких отпечатков лап не было. Элис перевернула тарелку и вдруг заметила под ней небольшую прямоугольную деревяшку. Подняв её, девушка разглядела выцарапанную надпись: «Помогите мне».

«Что за чёрт… — подумала она. — Опять чья-то шутка из парней».

Спрятав деревяшку в карман, Элис принялась мыть посуду. До того как проснулись ребята, она успела разжечь костёр и сварить кашу.

Вскоре из палатки вышла Аманда.

— Доброе утро! Ты рано встала, — улыбнулась она.

— Доброе утро! — ответила Элис. — Кстати, я тут осмотрелась и не нашла никаких следов животных — только наши.

Чуть помолчав, она достала из кармана деревяшку и протянула Аманде:

— Вот ещё это нашла… Под тарелкой лежала. Там надпись: «Помогите мне».

Аманда взяла деревяшку, повертела в руках, нахмурилась:

— Что это… Сама не знаю. Думаешь, чья-то шутка?

Элис пожала плечами:

— Да… Сначала так и подумала. Но парни вроде ещё спали. Да и шутка какая-то странная.

Аманда снова покрутила деревяшку, будто надеялась разглядеть в ней подсказку.

— Может, это Эван придуривается? Это в его стиле…

— Подождём, когда проснутся парни, — сказала Элис.

Первым из палатки вышел Эван.

— Привет, дамы! — широко улыбнулся он.

— Ой, на ловца и зверь бежит, — усмехнулась Элис.

Эван замер, перевёл взгляд с одной на другую и тут же вскинул руки:

— Что я опять натворил? Не смотрите так на меня!

Элис молча протянула ему дощечку.

Эван взял её, повертел в руках и пожал плечами:

— Кусок дерева… И что?

— Читай, — строго сказала Аманда, кивнув на надпись.

Эван наклонился, вгляделся и пробормотал:

— «Помогите мне»… Ну и что?

— Зачем нам помогать? — фыркнул он, выпрямляясь. — Вы и сами справитесь с завтраком.

— Эван! — чуть повысив голос, воскликнула Элис.

— Я-то тут при чём? — развёл он руками.

— Это ты написал, — нахмурилась Аманда, глядя на него в упор.

— Да мне что, заняться нечем? Это не я, честно! — возмутился Эван. — Вы чего на меня сразу?

Тогда Элис рассказала, что ночью они слышали чьи-то шаги.

— Мы подумали, что это либо какое-то животное, либо кто-то из вас придуривается, — добавила она.

Эван на мгновение задумался, а потом махнул рукой:

— Да ладно вам, девчонки! Вы же знаете, что я не стал бы так шутить.

— Мы просто хотим разобраться, — скрестив руки на груди, сказала Аманда. — Кто-то явно оставил эту деревяшку, и надпись на ней выглядит подозрительно.

Элис кивнула:

— И я не могу понять, зачем это было сделано.

— А ты рано встал, я смотрю, — заметила Аманда.

— Я и раньше всех лёг, так-то, — ответил Эван. — Но я не знаю, что делали другие ребята…

Внезапно он резко сорвался с места, подбежал к палатке парней и заорал:

— Вставайте! Палатка горит!

Первым выбежал Майкл, за ним — Роберт. Еле-еле, протирая глаза, оттуда выбрался Артур.

— Что происходит? — прохрипел он, всё ещё наполовину сонный.

Майкл и Роберт растерянно переглядывались: глаза слипались от недосыпа, а происходящее никак не хотело складываться в понятную картину.

— Ничего, расслабьтесь, — покачал головой Эван. — Ситуация такая. Девушки ночью слышали, что кто-то ходил возле палаток. А утром Элис нашла вот этот «подарок». — Он протянул дощечку. — Читайте.

Артур взял деревяшку и прочитал вслух:

— «Помогите мне». Ну и что это значит?

— Понятия не имею, — пожал плечами Роберт. — Может, чья-то шутка?

— Но кто-то явно ходил ночью возле палаток, — нахмурилась Аманда. — И оставил это.

Все переглянулись, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Майкл и Роберт по-прежнему выглядели сонными и растерянными.

— Без понятия, — снова пожал плечами Эван. — Я спал, ничего не слышал.

— Я тоже спал, — подтвердил Артур. — Мне что, заняться больше нечем — сидеть и вырезать что-то на ночь глядя?

— Все спали, — кивнул Майкл. — Я ничего не слышал. Это выглядит, как какая-то криповая шутка.

Элис нахмурилась:

— Но кто-то явно ходил возле палаток и оставил эту дощечку.

Аманда скрестила руки на груди:

— Очень странные дела…

Элис чуть наклонила голову и тихо предложила:

— Аманда, давай позже пройдёмся? Тут как-то слишком много суеты, хочется просто отвлечься.

Аманда чуть улыбнулась, будто была рада хоть чему-то простому, и ответила:

— Хорошо, давай.

Пока Аманда села за стол и принялась есть — словно хотела хоть чем-то заполнить эту странную, звенящую тишину, — Элис тихо вздохнула, бросила на неё короткий взгляд и пошла в палатку переодеваться.

— Эван, это твоих рук дело? — нахмурился Артур, глядя на него в упор.

— Да нет же! — вскинулся Эван. — Стоит один раз пошутить — и все стрелки на меня! Вы что, серьёзно думаете, что я бы посреди ночи встал, отнес какую-то дощечку и положил её возле палаток?

Майкл хмыкнул и потёр сонные глаза:

— Ну, стиль у тебя такой… внезапный.

— Не мой стиль! — возмутился Эван. — Я вообще спать люблю, а не по лагерю шляться. Лучше помогите разобраться, кто это мог быть.

Роберт пожал плечами:

— Ладно, допустим, не ты. Но кто тогда?

Все снова замолчали, переглядываясь. Загадка никак не хотела складываться в понятную картину.

Ребята умылись, сели за стол и принялись завтракать.

— Адьос! — махнула рукой Элис. — Мы с Амандой пойдём на прогулку.

Аманда улыбнулась, дожевала кусочек бутерброда и поднялась:

— Да, хочется хоть немного развеяться. Тут воздух совсем другой.

Майкл кивнул, не отрываясь от тарелки:

— Только далеко не уходите, ладно? Пока эта ситуация с дощечкой не прояснится… как-то не по себе.

— Не переживай, — улыбнулась Элис. — Мы туда и обратно.

И они тихо пошли прочь от лагеря, оставляя за спиной шумные споры парней и недоеденный завтрак.

— Всё это очень странно, — тихо сказала Элис, поглядывая на тёмные кроны деревьев.

Аманда кивнула, кутаясь в палантин:

— Как будто мы не просто в походе, а в чьей-то игре.

Элис остановилась и огляделась. Они ведь и правда были на острове: вокруг шелестели высокие травы, а между деревьями мелькало солнце.

— Давай осмотримся тут получше, — предложила она. — Вдруг заметим что-то, чего не видели с берега. Какой-нибудь след… или хоть намёк, что кто-то ходил возле палаток.

Аманда чуть помедлила, а потом решительно кивнула:

— Давай. Только держимся вместе, ладно?

И они пошли дальше по острову, ступая осторожно и вглядываясь в каждый куст, в каждую тень — будто сама земля могла шепнуть им разгадку.

Глава IV. Смятение

Солнце уже перевалило за полдень, но в глубине леса тень лежала густо, будто не хотела отпускать ночь. Элис и Аманда шли по узкой тропе, и каждый шаг отзывался в груди не просто шорохом сухих листьев — а каким-то тревожным эхом, будто лес подслушивал их мысли.

— Слушай, Элис… Мне кажется, это всё-таки Эван, — тихо сказала Аманда, покосившись на кусты, будто ждала, что оттуда вот-вот выскочит знакомая ухмылка.

Голос её звучал не как обвинение, а как попытка ухватиться за хоть какое-то понятное объяснение — за шутку, которую можно осудить, отругать и забыть.

Элис присела на поваленное бревно, оперлась локтями о колени и оглядела поляну. Здесь, в этой тишине, даже воздух казался гуще, чем у лагеря.

— Я так не думаю, — покачала она головой.

Она не спорила — просто пыталась собрать в голове то, что не складывалось.

— Да, Эван тот ещё шутник, но это… слишком муторно. Ему бы просто подбросить что-нибудь в рюкзак или написать мелом на палатке. А тут — целая сцена. Шаги ночью, дощечка с надписью…

Аманда нахмурилась, видимо сама чувствовала, как её аргумент теряет силу.

— Но ведь он не раз так шутил — и на Шри‑Ланке, и в Камбодже, — настаивала она. Эти воспоминания были для неё главным якорем.

Она даже слегка подалась вперёд, словно хотела убедить не только Элис, но и саму себя.

— Помнишь, как он тогда подложил в рюкзак Майкла игрушечного скорпиона? Или как в Пномпене развесил по палатке глаза весьма схожи с настоящими? Это было жутко, но… весело. В его стиле.

Элис поморщилась, вспоминая, и всё же покачала головой:

— Да, шутил. Но это были такие… быстрые, наглые штуки.

Аманда хотела что-то возразить, но не успела.

Снова хрустнула ветка — на этот раз чуть дальше, за кустами, не так, как хрустит под ногой, а будто кто-то наступил на сухую палку и тут же замер, поняв, что выдал себя.

Девушки застыли, вцепившись пальцами в колени, и уставились в густую тень между деревьями. Там, где свет почти не пробивался сквозь листву, тени казались плотнее, темнее, будто сами по себе были живыми.

— Ты это слышала? — прошептала Элис. Голос вдруг стал тихим и напряжённым, как у человека, который боится спугнуть опасность, но уже знает, что она рядом.

Аманда медленно кивнула, не отрывая взгляда от зарослей. Её плечи чуть приподнялись, как у зверя, который чует хищника.

— Слышала. И знаешь… сейчас мне уже не хочется думать про шутки Эвана.

Они поднялись с бревна, стараясь ступать бесшумно, и медленно попятились к более открытой поляне — туда, где было хоть немного светлее и откуда хорошо просматривалась тропинка обратно к лагерю. Свет здесь казался не просто светом, а чем-то вроде щита.

— Элис… теперь я хочу в туалет, — вдруг тихо призналась Аманда, что даже страх на секунду отступил.

— Спустись ниже, ближе к деревьям и густым зарослям, — шепнула Элис, оглядываясь по сторонам, будто искала место, где можно спрятаться хотя бы на пару минут.

Аманда кивнула и полезла между деревьями, пробираясь сквозь высокую траву. Она старалась не шуметь, но трава цеплялась за одежду, а под зелёным ковром прятались скрытые корни. Один из них оказался коварнее других: нога скользнула, Аманда зацепилась, потеряла равновесие и покатилась вниз по короткому, но крутому склону. Она цеплялась руками за пучки травы, но ничего не могла удержать — трава вырывалась с корнем, а склон был слишком крутым и сухим.

— А‑а, блин, больно! — крикнула она, наконец замерла у подножия склона и, поморщившись, потёрла локоть и бок.

Сердце Аманды колотилось где-то в горле. Она попыталась сесть.

— Тьфу, — прохрипела она, будто сама не верила в это.

Элис метнулась к краю обрыва, сердце колотилось так, что, казалось, его слышно на весь лес, и крикнула:

— Аманда! Ты живая?!

— Живая, — снова прохрипела Аманда, пытаясь сесть и отряхнуть с себя сухие травинки и песок.

Её голос звучал чуть спокойнее, чем она чувствовала, и в этой попытке казаться нормальной было что-то трогательное.

— Но, кажется, я теперь знаю, как чувствует себя перекати‑поле.

Элис скатилась вниз по склону — не так эффектно, зато куда осторожнее — и присела рядом, быстро оглядывая подругу:

— Где болит? Сильно?

Аманда помотала головой, криво улыбнулась, и в этой улыбке было столько облегчения, что она почти перекрыла боль:

— Ничего не сломано. Просто гордость пострадала чуть больше остального.

Они на секунду замерли, прислушиваясь. Но вокруг снова была только обычная лесная тишина: шелест травы, далёкий крик птицы, никакого подозрительного хруста веток. Только теперь эта тишина казалась не спокойной, а насторожённой, будто лес затаил дыхание.

— Ладно, — выдохнула Элис, протягивая руку.

Ладонь её была тёплой и твёрдой, и это прикосновение вдруг стало важнее любых слов.

— Давай поднимайся. И в следующий раз, если надо куда-то лезть, — зови меня первой.

Аманда ухватилась за её ладонь, поднялась, покачнулась, но устояла.

— Договорились. Вперёд теперь только по плану, без импровизаций.

И они, держась поближе друг к другу, двинулись обратно к более ровной тропе — туда, где путь был хоть чуточку спокойнее. Шаги их звучали теперь громче, чем хотелось бы, но они уже не пытались быть бесшумными: им хотелось просто уйти из этого места, где земля сама выталкивала их.

Аманда повернулась в противоположную сторону от того места, где только что распласталась на земле. И в метрах пяти перед девушкой стояла огромная человеческая статуя — сложенная из веток, переплетённая лианами, густо усыпанная сухими листьями. Она будто выросла прямо из земли, сливаясь с тенью деревьев, но всё равно бросалась в глаза своей неестественной, тяжёлой формой.

— О боги… Что это?! — прошептала Аманда, вжавшись плечами и инстинктивно делая шаг назад, прямо к Элис.

В этом шаге было столько детской потребности в защите, что Элис невольно обняла её за плечи, хотя сама дрожала.

Элис застыла, не сразу находя слова. Статуя выглядела так, будто её собирали не спеша, слой за слоем, видимо кто-то очень хотел, чтобы она казалась живой. В переплетении сучьев угадывались очертания плеч, головы, даже рук, безвольно опущенных вдоль тела. И от этой «живости» становилось страшнее, чем от любой настоящей угрозы.

— Не знаю… — тихо ответила Элис, голос прозвучал непривычно глухо, словно слова застревали в горле.

— Но такое точно не ветром навалило. Это кто-то сделал. Специально.

Аманда сжала кулаки, пытаясь унять дрожь, и голос её прозвучал неожиданно резко:

— Зачем? Кому нужно ставить посреди острова жуткую фигуру из веток?

Элис медленно обвела взглядом округу, будто надеялась заметить хоть какой-то намёк на ясность, на движение, на объяснение. Но лес молчал, и от этого молчания становилось только хуже.

— Элис! — Аманда вцепилась в рукав подруги, голос дрожал, а глаза всё ещё не отрывались от статуи.

— Я не хочу тут стоять. Мне кажется, она сейчас шевельнётся.

Элис сжала её руку чуть крепче, она сама искала опору, но постаралась говорить ровно:

— Не шевельнётся. Это просто ветки. Просто кто-то их так сложил.

Но даже ей самой эти слова прозвучали не слишком убедительно. В них не хватало той уверенности, которая нужна, чтобы прогнать страх.

— Давай уйдем, — тихо предложила Элис.

Она старалась говорить спокойно, но в голосе всё равно проскальзывала дрожь.

— Медленно, спокойно. Просто вернёмся к тропе, а оттуда — прямиком в лагерь. К ребятам.

Аманда кивнула, не сводя взгляда с фигуры, и сделала крошечный шаг назад. Потом ещё один.

Они пятились, не поворачиваясь спиной к статуе, будто боялись, что, стоит моргнуть, — и она окажется ближе. Листья шуршали под ногами, воздух стал каким-то густым, тяжёлым, будто сам лес не хотел их отпускать.

Аманда отступила в сторону и вдруг громко пискнула. Она стояла ошарашенная, потом всплеснула руками и выкрикнула:

— Господи, да что происходит?!

Элис в недоумении обернулась к ней, брови сошлись к переносице:

— Что случилось? Что ты увидела?

Аманда тыкала пальцем куда-то за статую, будто боялась даже приблизить руку:

— Там… там мёртвый человек привязан к палке. Он почти разложился.

Голос её сорвался, и она попятилась, врезавшись спиной в Элис.

Элис на секунду застыла — внутри всё будто оборвалось, но она тут же сжала плечи Аманды, удерживая её на месте.

— Не смотри, — тихо, но твёрдо сказала она, разворачивая подругу к себе.

— Не смотри туда.

Но сама не могла не глянуть — только один короткий, резкий взгляд за статую. И этого хватило.

Картинка врезалась в память: тёмная фигура, прикрученная к грубо сколоченной раме из палок, истлевшая ткань, сухие ветки, будто нарочно набросанные вокруг, чтобы скрыть… или подчеркнуть.

Элис резко отвернулась, сглотнула, пытаясь вернуть голосу твёрдость:

— Это ужас…

Аманда дрожала всем телом, глаза были огромными, почти чёрными от ужаса:

— Кто… кто это сделал? Зачем?

Элис не стала врать, что знает ответ. Просто сказала то, что сейчас было важнее всех объяснений:

— Сейчас это не главное. Главное — убраться отсюда. Прямо сейчас. К ребятам. Пусть они решают, что делать дальше.

Она обхватила Аманду за плечи, развернула её спиной к жуткой находке и повела по узкой тропе, крепко придерживая, чтобы та не оступилась.

Они шли быстро, почти бежали, не оглядываясь, а лес вокруг будто стал чужим — не просто тёмным, а враждебным, полным скрытых углов и теней, в которых могло прятаться что угодно. И каждый шорох теперь звучал как предупреждение.

— Как мы отсюда выберемся? — прошептала Аманда, оглядываясь на тёмную кромку леса, будто оттуда вот-вот кто-то выйдет.

— Джон ещё не скоро за нами приедет…

Элис прижала палец к губам:

— Тише.

Она покосилась в сторону, откуда они только что пришли, и голос её стал совсем тихим, почти беззвучным:

— Может… может, это пираты. Решили устроить здесь свой самосуд. Или кто-то, кто хочет, чтобы мы думали, что это пираты.

Аманда сглотнула, глаза расширились:

— Ты серьёзно? На этом острове?

— Серьёзно, — коротко кивнула Элис.

— Или не пираты, а кто-то не менее опасный. Но суть одна: пока мы не знаем, кто это и что ему нужно, лучше не шуметь и не светиться.

Когда они наконец выбрались на более светлую площадку, лагерь показался им не просто местом, где горят костры и пахнет едой, — а чем-то вроде крепости, единственной защиты в этом внезапно враждебном мире.

Майкл, стоявший у костра, нахмурился и шагнул к ним:

— Что такое? Вы какие-то… странные. Будто привидение увидели.

Элис быстро глянула на него, потом снова на тропу, будто проверяла, не крадётся ли кто следом.

— Мы… кое-что нашли в лесу, — сказала она, подбирая слова так, чтобы не сорваться на крик.

— Нехорошее. И я не уверена, что нам стоит тут оставаться до приезда Джона.

Артур, до этого возившийся с фонарём, выпрямился:

— В смысле «не оставаться»? А куда идти? До материка далеко, да и скоро стемнеет…

— Знаю, — кивнула Элис, голос звучал твёрже, чем она чувствовала себя внутри.

— Но сидеть и ждать, когда кто-то снова оставит нам «подарочки» у тропинки, — тоже не вариант.

Роберт подошёл ближе, посмотрел на Аманду — та всё ещё дрожала, кутаясь в кофту. В этом жесте было столько уязвимости, что даже самые резкие слова казались здесь неуместными.

— Расскажи, что вы видели, — сказал он, глядя прямо на неё.

— Всё. С самого начала.

Аманда открыла рот, закрыла, будто слова не хотели вылезать, потом всё же выдохнула:

— Статую… из веток. А потом… за ней… там был… мертвый человек. Привязанный.

В лагере повисла тишина — такая плотная, что даже шум волн стал громче. Казалось, что даже воздух замер, прислушиваясь к тому, что сейчас произойдёт.

Майкл медленно опустил взгляд на свои ботинки, потом поднял его на Элис:

— Значит, мы либо ждём Джона и сидим тихо, как мыши. Либо…

Он не договорил, но все поняли, что «либо» было куда страшнее.

Вдруг Артур кивнул, боялся, что, если заговорит, голос дрогнет:

— Это Эван подбросил табличку.

Слова прозвучали не как оправдание, а как признание, которое давно просилось наружу.

— Ночью, когда все уже спали, подложил дощечку под тарелку Элис. Хотел утром посмотреть на её лицо. Это всё. Больше ничего.

Аманда покачала головой, будто пыталась уложить в голове эту странную, нелепую правду:

— То есть… он просто подложил дощечку? И всё?

Роберт посмотрел на неё прямо, без отводов глаз:

— И всё. Клянусь.

Элис прищурилась, вглядываясь в лица парней, будто искала хоть намёк на ложь, но видела только стыд и неловкость.

— Я догадывалась, — тихо сказала она.

— Сейчас это не важно. Важно то, что мы нашли за статуей. Это вообще не шутка.

Майкл сжал кулаки, голос стал твёрже:

— Кто-то чужой ходил по лесу. И делал эти вещи. Мы здесь не одни..

Из темноты за деревьями раздался голос Эвана — тихий, совсем не такой дерзкий, как он привык казаться.

Он вышел на свет костра, держа руки на виду. Простите… Я только дощечку… ночью… под тарелку положил. Хотел, чтобы утром вы напугались. Я даже не думал, что так глупо выйдет. Честно!

Он подошёл ближе, но остановился в паре шагов, будто боялся подойти ещё — боялся увидеть в их глазах то, чего уже не исправить.

Аманда смотрела на него, и в её взгляде не было злости — только усталость и остатки того ледяного страха, который сковывал её в лесу:

— Ты хоть понимаешь, что мы тогда чувствовали?

Она не договорила, просто махнула рукой, будто слова застряли в горле.

Эван кивнул, не пытаясь оправдаться:

— Понимаю. И мне… мне очень стыдно.

Элис подошла к Аманде, снова обняла её за плечи — не столько чтобы утешить, сколько чтобы почувствовать, что подруга рядом, живая, настоящая.

— Главное, что теперь мы знаем: дощечка — это Эван. А всё остальное…

Элис подняла голову и посмотрела на парней:

— Нам нельзя тут оставаться. Тот, кто это сотворил возле статуи, всё ещё где-то рядом. И он знает, что мы тут.

Майкл выпрямился, взгляд его стал собранным, твёрдым — будто он вдруг сбросил с себя всю неловкость и остался только с тем, что действительно имело значение.

— Мы должны это видеть, — сказал он от лица парней, и в голосе не было ни просьбы, ни сомнения — только холодная решимость.

— Не прятаться и не делать вид, что ничего не случилось. Если там правда что-то есть, мы должны знать, с чем имеем дело.

Артур медленно кивнул, словно каждое движение давалось с усилием:

— Он прав. Бежать вслепую — ещё опаснее. Сначала посмотрим. Вместе.

Роберт скрестил руки на груди, всматриваясь в тёмную полосу леса, словно пытался разглядеть сквозь неё ответы:

— Идём все вместе. Никто не отходит ни на шаг. Если это ловушка — не дадим ей сработать.

Эван стоял чуть в стороне, опустив голову, но теперь поднял её, хотел доказать, что тоже может быть полезен:

— Я… я не пойду вперёд. Но и не останусь тут. Я с вами.

Элис перевела взгляд с парней на Аманду — ища в её глазах хоть намёк на то, что делать дальше. Аманда сжала кулаки, но голос её прозвучал неожиданно твёрдо:

— Если мы пойдём… то только так. Все вместе.

Майкл сделал первый шаг — ровный, без суеты. За ним, плечом к плечу, двинулись Артур и Роберт — молчаливые, собранные, каждый пытался спрятать собственный испуг за жёсткой осанкой. Эван держался чуть позади, не прячась, но и не рвался вперёд: его виноватая тень скользила следом, как будто он хотел быть полезным, но боялся лишний раз напомнить о себе.

Элис шла рядом с Амандой, крепко держа её за руку. Пальцы у Аманды были ледяными, но хватка — крепкой, почти отчаянной. Она не смотрела по сторонам, только вперёд, туда, где тропа ныряла вниз, в сумрак между деревьями, будто сама земля здесь становилась опаснее.

Склон оказался круче, чем запомнился днём. Корни, выступавшие из почвы, цеплялись за подошвы, а рыхлая земля осыпалась под ногами, превращая каждый шаг в испытание. Артур первым ступил на пологий участок, где тропинка петляла между густых зарослей, и вдруг замер, подняв руку.

— Тихо, — прошептал он, и это слово повисло в воздухе, тяжелее любого крика.

Перед ними снова высилась статуя — та же жуткая фигура из веток и лиан, только теперь, в косых лучах угасающего дня, она казалась ещё массивнее, будто за время их отсутствия успела вырасти. Тени ложились на переплетённые сучья, подчёркивая очертания плеч, головы, рук, безвольно опущенных вдоль тела. Казалось, что, если присмотреться, можно заметить, как эти ветки чуть шевелятся — но это был лишь ветер, играющий с сухими листьями.

Майкл остановился, не сводя взгляда с фигуры, и голос его прозвучал непривычно глухо:

— Жуть какая.

Они стояли плотной группой, словно сами собой образовали живой щит друг для друга. Роберт медленно повернул голову, разглядывая пространство за статуей, и вдруг побледнел так, что даже в полумраке это было заметно.

— Там… — прошептал он, голос сорвался. — Там что-то есть.

Артур сделал полшага вбок, чтобы лучше видеть, и тут же застыл, будто бы налетел на невидимую стену.

За статуей, чуть в стороне, на грубо сколоченной раме из палок, было подвешено тело. Оно выглядело старым, истлевшим, видимо висело здесь не один день. Вокруг валялись сухие ветки, кто-то нарочно набросал их. Пепел, череп и кости.

Аманда, которая так и не стала спускаться, осталась наверху у поворота тропы, вцепившись в ствол дерева, только он не давал ей упасть. Лицо у неё было белым, как бумага. Элис, не сводя взгляда с парней внизу, крикнула ей тихо, но твёрдо:

— Стой там! Не спускайся!

Аманда кивнула, сглотнула, а потом вдруг пробормотала, пытаясь вернуть себе хоть каплю нормальной жизни среди этого кошмара:

— Я… я сейчас. В туалет. Тут, наверху. Недалеко.

Элис хотела было возразить, схватить её, не отпускать ни на шаг, но увидела в её глазах эту отчаянную потребность хоть на минуту уйти от ужаса — и только коротко кивнула:

— И не исчезай из виду.

Аманда быстро, почти бегом, скользнула за ближайшие кусты, словно хотела спрятаться даже от собственного взгляда.

Тем временем внизу Роберт медленно отвёл взгляд от тела и посмотрел на Майкла:

— Что делаем? Уходим? Была бы хоть какая-то помощь…

Майкл горько усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли веселья:

— Никакой помощи не вызвать. Связи тут нет. Мы на необитаемом острове. Даже сигнал не пробьётся сквозь эти дебри.

Роберт резко обернулся к Эвану, но в его взгляде не было злости — только холодная усталость:

Артур сжал кулаки, голос звучал глухо:

— Значит, мы сами. Никто не приедет. Никто не спасёт.

Майкл кивнул, лицо стало жёстким:

— Тогда делаем так: поднимаемся наверх, к Аманде. А потом решаем.

Он сделал шаг назад, не поворачиваясь спиной к статуе и тому, что было за ней, и поманил остальных:

— Идём. Медленно.

Парни попятились, шаг за шагом, не отрывая взглядов от жуткой сцены, пока статуя и то, что пряталось за ней, не скрылись за поворотом тропы. Только тогда Майкл позволил себе выдохнуть.

Группа медленно поднималась вверх по склону, каждый шаг давался тяжелее прежнего — не от усталости, а от тяжести того, что они только что увидели. Тишина вокруг стала почти осязаемой: даже птицы будто притихли, и только сухой хруст веток под ногами нарушал этот странный, неестественный покой.

Глава V Другие.

Аманда не возвращалась.

Ловушка, на которую она случайно наткнулась у поворота тропы, была устроена просто и безжалостно: путы из сплетённых лиан, спусковой механизм, выстреливающий вверх, — и жертва, повисшая на несколько метров над землёй. Аманда запнулась о спусковой рычаг, потеряла равновесие, ударилась головой о ствол и отключилась. Ловушка схлопнулась, подпружинила и взмыла вверх, подняв её над кронами деревьев, где она и повисла — одна, без сознания, в темноте наступающей ночи.

Эван и Майкл отправились на поиски. Прочесали тропу, кусты, каждый поворот — безрезультатно. Остальная группа пошла вглубь острова, прочёсывая заросли на протяжении двух часов. Звали по имени почти шепотом, боясь нарваться на чужаков — ответом был лишь шелест листвы. Когда стемнело настолько, что двигаться дальше стало опасно, все вернулись в лагерь к палаткам. Ночь провели в тревожном полусне, договорившись: если Аманда не вернётся к утру сама, на рассвете начнут поиски заново.

Элис спала плохо. Сон приходил рваный, мелкий — стоило сомкнуть глаза, как перед ней вставало бледное лицо Аманды, её отчаянный взгляд у поворота тропы, и Элис снова просыпалась, уставившись в нейлоновый потолок палатки. Оструганная в потёмках тишина джунглей звучала так, словно остров выл — низко, протяжно, по-звериному. Где-то вдалеке ухали птицы, потрескивали ветки, шуршала невидимая живность, и всё это сливалось в один непрерывный, тягучий гул, от которого мурашки бежали по коже.

А потом зазвучали барабаны.

Сначала далеко — глухие, мерные удары, похожие на удары сердца гиганта. Потом чаще, ближе, и ритм стал рваным, неистовым, будто кто-то колотил в натянутую кожу с остервенением и яростью. Звук шёл из глубины острова.

Элис рывком села, откинула спальный мешок и выглянула наружу. В лагере было темно. Парни спали — ровное дыхание, шорох ткани. Костёр давно прогорел, лишь тусклое брюхо золы мерцало в темноте. Она выбралась из палатки на четвереньках и прислушалась. Барабаны били всё громче, и теперь к ним примешивалось что-то ещё — высокий, протяжный звук, похожий на крик.

Элис метнулась к палатке парней, расстегнула полог и тронула Майкла за плечо.

— Майкл. Просыпайся. Слышишь?

Майкл вскинулся мгновенно — спал чутко, по-звериному, как спят люди, которые знают, что ночью может случиться что угодно. Сел, уставился на Элис непонимающими глазами, и тут до него дошёл звук.

— Что за…

— Барабаны, — шёпотом сказала Элис. — Из глубины острова.

Она разбудила остальных. Артур поднялся бесшумно, как всегда. Роберт застонал, потёр лицо. Эван сел, моргая, и тут же завозмущался:

— Откуда, мать его, барабаны?!

— Не знаю, — тихо ответила Элис. — Но эта жуть доносится из глубины острова.

Эван воззрился на неё:

— Ты предлагаешь нам пойти посмотреть? Не так ли?

— А что нам остаётся?

Майкл медленно натянул кроссовки, и в его лице, обычно самоуверенном и расслабленном, проступило что-то незнакомое — почти детское.

— Я не трус, — сказал он, помолчав. — Но меня этот звук пугает.

— Меня волнует другое, — голос Элис дрогнул. — Где Аманда? И что с ней.

Роберт уже стоял, методично зашнуровывая ботинки.

— Берём ножи и идём?

— Ножи? — поперхнулся Эван.

— Ну, к тем людям можешь надеть костюм и захватить торт, — отрезал Роберт, не поднимая глаз.

— Очень смешно.

— Зато мне сейчас не смешно, — Элис обернулась к ним, и в её голосе прорезалась сталь. — Вдруг на острове людоеды, маньяки, убийцы. И мы — под прицелом.

Майкл посмотрел на неё — и вдруг криво усмехнулся:

— Не гони. Ты себя видела? Они умрут от голода…

Элис со злостью ударила его по руке.

— Ладно-ладно, — Майкл поднял ладони. — Собираемся и идём.

Молодые люди переоделись во всё удобное, натянули кроссовки и устремились в сторону звуков. Дорога к барабанам вела через выгоревшее место — то самое пепелище, которое они заметили ещё днём: ровный квадрат чёрной, обугленной земли, от которого во все стороны расходились следы копоти, будто кто-то выжег участок намеренно, с расчётливой аккуратностью.

Шли тихо, след в след, стараясь не наступать на сухие ветки. Барабанный гул нарастал с каждым шагом, вибрируя где-то под рёбрами.

— Осторожно, здесь заросли, — шёпотом предупредил Артур, останавливаясь.

— Шум усиливается, — Эван говорил так тихо, что слова почти терялись в гуле.

— Мы подходим. Пожалуйста, будьте аккуратны, я вас умоляю, — Элис произнесла это почти беззвучно, одними губами.

Роберт обернулся:

— Успокойся сама. Всё будет хорошо.

Но по его лицу было видно: он и сам в это не верит.

Барабаны били так громко и часто, что у всех перехватило дыхание. Молодые люди перестали разговаривать — такой шум невозможно было перекричать, да и кричать было незачем. Артур обернулся к ребятам и приложил палец к губам. Все поняли. Затаили дыхание.

Артур аккуратно раздвинул заросли. Образовалась небольшая щель, в которую можно было наблюдать за происходящим. И то, что они увидели, сковало их ледяным ужасом.

Сквозь плотную стену зелени проступали силуэты в тёмных мантиях — не меньше десяти фигур, неподвижных, словно высеченных из камня. В самом сердце этого молчаливого строя пылал костёр. Возле огня, в пляшущих тенях, двигались полуголые люди, выбивая глухой, первобытный ритм на барабанах. И над всем этим висел пронзительный крик одного из них — громкий, отчаянный, будто зов из иного мира. Звук резал воздух, как лезвие.

Они замерли, не в силах поверить собственным глазам. Шок сковал каждое движение. Перед ними было то, чего просто не могло быть — и всё же оно было.

Прошло время. Голос стих. Барабаны тоже. Люди в мантиях и музыканты выстроились и молча, строем, отправились в сторону деревни — куда-то за деревья, в темноту.

Эван первым нарушил тишину:

— Твою…

Он не успел договорить — его вырвало. Элис зажала рот ладонью, и по её щекам потекли слёзы.

— Чёрт! — Роберт дёрнул Элис за рукав. — Надо уходить. Скорее! Чего встали?

— Ребят, мне это не нравится, — Майкл говорил хрипло, с трудом. — Надо уходить.

Артур стоял неподвижно, глядя сквозь щель в зарослях. Потом выругался — грязно, яростно, вполголоса — и процедил:

— Джон, чтоб его… Придёт только в назначенное время…

Элис трясло. Она вцепилась в рукав Артура:

— Артур, тело, которое лежит… это не Аманда? Посмотри, пожалуйста. Я не хочу.

— Нет, — Артур прищурился. — Это не женщина.

— Что стоим, уходим отсюда! — Эван выпрямился, бледный как смерть, вытирая рот рукавом. — Адово место. Кто это вообще? Секта на острове? Больные ублюдки! Они убивают людей!

— Я вижу кубок, — вдруг сказал Артур. — Он стоит возле трупа. Нужно посмотреть.

— Тебе жить надоело, я смотрю, — Роберт уставился на него.

— Господи, Господи… — Элис прижала ладони к лицу. — Аманда, наверное, у них.

— Скорее всего так и есть, — Эван говорил жёстко, но голос дрожал. — Они её уже убили, наверное. А тело держат где-то, чтобы потом сжечь.

— Нет, нет, нет… — Элис затрясла головой.

— Элис, угомонись, — Майкл взял её за плечо. — Надо мыслить здраво. Она пропала вчера днём. А здесь лежит мужчина.

— Я ненадолго, — Артур уже расстёгивал ножны. — Посмотрю, что там. Стойте здесь.

Он разорвал заросли и пошёл к ритуальному месту — быстро, пригнувшись, скользя между стеблями, как тень.

Артур опустился на колени к телу и осмотрел его. Руки и ноги мужчины были связаны грубой верёвкой. На нём — рваная белая одежда, похожая на ритуальное одеяние. На руках и ногах — глубокие колотые раны и запёкшаяся кровь. Возле тела лежал окровавленный кубок — тяжёлый, медный, с тёмным налётом внутри.

«Что за жесть здесь происходит», — подумал Артур, и по его спине пробежал холод.

Он вернулся к друзьям быстро, вжимаясь в заросли, и коротко рассказал, что увидел.

— Ну, нафиг, — выдохнул Эван. — Надо валить отсюда.

— На берегу нас тоже найдут, — Роберт скрестил руки. — Что теперь делать?

— Искать Аманду, — отрезал Артур.

— Ты видел этих упырей?! — Эван чуть не задохнулся от возмущения.

— А куда ты пойдёшь? — Элис обернулась к нему. — К палаткам? Нас найдут там рано или поздно.

Артур задумался, потом заговорил тихо, взвешивая каждое слово:

— Я думаю, нам надо прошерстить эту деревню. Но не привлекая внимания.

— Нас поймают! — Майкл подался вперёд.

— Их очень много, — Элис кивнула. — Если нас поймают, мы не отобьёмся.

— Я думаю, нужно подождать, когда они лягут спать, и посмотреть обстановку, — Артур произнёс это спокойно, но с такой спокойной уверенностью, что спорить никто не стал.

— Тебе оторвут голову, агент ноль-ноль-семь, — Эван нервно хмыкнул. — Нужно искать убежище. Пещеру — чтобы там спрятаться. Найти Аманду, если она жива, и ждать Джона.

— Так, — Элис выдохнула, унимая дрожь. — Фух. Тишину поймали. Пусть Артур предлагает, что делать.

— Я хочу дождаться глубокой ночи и посмотреть обстановку в лагере сектантов, — сказал Артур. — Роб, ты со мной?

— Да, — Роберт кивнул. — Девушка одна совсем. Надо искать.

— Элис, Майкл и ты, Эван, — Артур обвёл их взглядом, — будьте здесь. Сидите тихо и не высовывайтесь.

— Чувак, я надеюсь, вы вернётесь, — Эван сказал это без тени иронии — впервые за весь вечер.

— Если поднимут тревогу, — Артур посмотрел ему в глаза, — бегите на берег и прячьтесь за камнями. Скалы вас укроют.

Глубокая ночь опустилась на землю тяжёлым покрывалом. Костёр на ритуальной площадке доживал последние мгновения — мерцал в темноте, выбрасывая тонкие язычки пламени, и полная луна, словно страж, возвышалась в небесах. Стояла абсолютная тишина, и даже местные обитатели джунглей умолкли.

Артур начал было выходить из зарослей, как Элис вдруг схватила его за руку.

— Ты чего? — возмутился он шёпотом.

— Тише. Вон там, — она указала куда-то в темноту. — Огни идут. Кто-то не спит.

Майкл прищурился:

— И, кажется, они идут сюда.

— Что? Откуда у тебя бинокль? — Эван вытаращился на Майкла.

— Самое время спрашивать, — Элис бросила на него взгляд.

— На маркетплейсе. Не зря захватил, — Майкл ответил коротко, не отрывая глаз от далёких огней.

— Точно не зря, — Роберт хмыкнул.

— Так, надо всем спрятаться в кустах, на всякий случай, — скомандовал Артур.

Ребята быстро разошлись по укромным местам. Артур остался наблюдать.

Пламя факелов выхватывало из темноты фигуры двух мужчин — они шли к месту, где на земле лежало бездыханное тело. Шли молча, не торопясь, будто делали это не в первый раз. Подойдя к трупу, они просунули палку между связанных рук и ног, приподняли тело, а концы палки положили на плечи.

— Больные ублюдки… животные, — Артур прошептал это почти беззвучно, одними губами, но Элис, стоявшая рядом, прочитала по ним.

— Что там? — Эван подался вперёд.

— Тихо, — Артур повернулся к ним. — Они идут в нашу сторону.

Тут всех осенило: дорога, по которой шли незнакомцы, вела к тому самому пепелищу, где лежало обгорелое тело. Ребята замерли в кустах, вжимаясь в землю, задерживая дыхание.

Но, не доходя до них, неизвестные пошли параллельно зарослям, а потом свернули направо.

— Они идут ниже, — Роберт следил за огнями. — Вижу их.

— Видимо, к тому сожжённому месту, — Элис прижала ладонь к груди.

— Я тоже так подумал, — Майкл кивнул.

— Их двое, — Роберт повернулся к Артуру. — Надо действовать.

— Ты читаешь мои мысли.

Артур вытащил два ножа и один протянул Роберту.

— Вы что задумали? — Элис схватила его за запястье.

— Я думаю, ты поняла ход наших мыслей, — Артур не отвёл взгляда.

— Их двое, — Роберт сказал это ровно, будто констатируя факт. — Мы справимся. Либо они нас, либо мы их. Я хочу жить — как и вы все, как и Аманда.

Друзья умолкли.

— Сидите здесь, — Роберт поднялся. — Мы за вами вернёмся.

Страх словно ушёл, и решения принимались быстро, без раздумий, на инстинктах.

Артур и Роберт проследовали за незнакомцами, осторожно держась на расстоянии. Дошли до места сожжения — чёрной, выжженной поляны, на которую лунный свет ложился бледным серебром.

— Срезай верёвки, — донёсся голос первого.

— Зачем? Сделаем как обычно, — ответил второй.

— Уильям точно убьёт тебя. Он устал уже высекать эти палки.

— Это его работа. Для каждой жертвы свой вертел.

— Продолжай привязывать к дереву. Мне надо отлить.

Пока первый привязывал тело к стволу, второй отошёл в сторону.

Артур двинулся к нему — как тигр, крадущийся к добыче. Каждый шаг выверен, каждый звук поглощён мягкой землёй. Подойдя вплотную, он вонзил нож в шею и зажал рот ладонью. Тело обмякло, и Артур плавно опустил его на землю. Роберт, наблюдавший из зарослей, поразился быстроте и точности друга.

— Что ты там возишься? — крикнул первый из темноты. — Не отлынивай от работы, займись делом и помоги мне!

Роберт двинулся к нему, но под ногой хрустнула сухая ветка — резко, оглушительно, как выстрел.

Первый резко повернулся.

— Какого чёрта? Ты кто такой?

Роберт замешкался — на секунду, всего на секунду, — но Артур уже налетел сзади и сделал то же самое: нож — в шею, ладонь — на рот. Первый дёрнулся и обмяк.

— Роб, хватай жевать сопли, соберись, — Артур тяжело дышал, вытирая нож о траву.

— Ну знаешь! — Роберт отступил на шаг. — Я не наёмный убийца. А к тебе у меня куча вопросов.

— Да, мне надо было подождать, когда он тебе проломит голову жертвенным серпом, который у него на поясе.

Роберт опустил взгляд. На поясе мертвеца, в кожаных ножнах, действительно висел кривой серп — ритуальный, с тёмными потёками засохшей крови.

— Прости… — Роберт сглотнул. — Не подумал.

— Возьми себя в руки, если хочешь вернуться домой, — Артур посмотрел ему в глаза. — Что теперь с ними делать? — Произнес Роберт.

— Нужно спрятать тела в кустах, — Артур наконец заговорил ровно. — Потом закопать.

Они оттащили тела в густые заросли и забросали ветками.

Когда Артур и Роберт вернулись, Элис первой бросилась к ним — и отшатнулась.

— Господи, Артур! Ты весь в крови…

— Спокойно, — Майкл удержал её. — Что делаем дальше?

— Тела мы спрятали в кустах, — Артур отёр лицо рукавом. — Позже нужно закопать, иначе найдут или кровь привлечет здешних хищников.

— Сейчас, думаю, надо двинуться в сторону лагеря и собрать всё нужное, — Роберт огляделся. — Нам нельзя оставаться на открытой местности.

— Я со всем согласен, — Майкл кивнул. — Давайте покинем это место.

Друзья шли через пепелище. Артур показал тела, спрятанные в кустах. Эван глянул — и рухнул без сознания. Привели в чувства: хлопки по щекам. Эван открыл глаза, бледный, с мутным взглядом, и долго не мог подняться.

Ребята вышли к палаткам и начали собирать рюкзаки. Всё самое необходимое: воду, еду, ножи, верёвку, аптечку, одежду. Элис складывала вещи торопливо, путаясь, роняя то одно, то другое.

И тут она заметила.

Вдалеке, на вершине, мигало странное свечение — прерывистое, мерцающее, похожее на фонарик.

— Ребята, — Элис подняла голову. — Смотрите туда.

— Что это? — Майкл прищурился.

— Похоже на сигнал SOS, — Роберт сказал медленно, будто не веря собственным глазам.

— Я туда не пойду, — Эван тут же поднял руки.

— Вряд ли это сектанты, — Артур покачал головой. — Они бы просто нас схватили.

Он помолчал, потом повернулся к Майклу:

— Пошли со мной. Роберт, ты останешься здесь, на всякий случай. Теперь ты знаешь, что делать.

— Понял, — Роберт кивнул.

— Если всё в порядке, я помигаю семь раз — и можете подниматься ко мне.

— Чем ты нам помигаешь? — Эван вскинулся. — У нас нет фонарика. Только лампа для выживания.

— Возьму у того, кто там, — отрезал Артур.

— А если сектанты?

— Значит, знака не будет, и вам придётся выживать без нас.

Эван побледнел:

— Удачи! — Ответил Роберт.

— Хороший друг. На смерть отправлять.

— Заткнись, Эван, — Роберт бросил на него тяжёлый взгляд.

— Хватит перепираться, — Элис хлопнула ладонью по рюкзаку. — Собирайте. Берём всё самое необходимое.

Артур и Майкл двинулись к свечению. Нужно было взобраться на гору, пробраться через дебри и не убиться — задача не из лёгких.

— Хорошо, что начинает светать, — Артур окинул взглядом тропу.

— Да, хоть видно, куда наступаешь, — Майкл шагал следом, раздвигая ветки. — Надеюсь, мы поступаем правильно.

— Это определённо точно.

Майкл выдохнул — с толикой грусти, толикой облегчения.

Пришлось пробираться через заросли, буквально разрезая ножом проход. Колючие лианы цеплялись за одежду, корни выступали из земли, словно ловушки, и каждый шаг давался с усилием.

А тем временем внизу, у палаток, Эван ворчал:

— Где наши фонарики?

— Я вам говорила, что надо брать с собой, — Элис сложила руки на груди. — На что вы мне упорно отвечали? «Зачем? Есть же лампа, костёр. В туалет ночью далеко не пойдём».

— А где твой? — Роберт поднял бровь.

— Свой я не нашла, — Элис нахмурилась. — Возможно, забыла где-то в путешествии. Эмма взяла, кстати.

— Та-а, да, — Эван протянул. — Она весь дом с собой берёт.

— Перестань, — Элис бросила на него взгляд. — Я за неё переживаю.

Фонарик продолжал моргать.

Майкл, шагая следом за Артуром, оглянулся:

— Отсюда уже не видно свечение.

— Я думаю, оно за ближайшей горой. Надо обойти, — Артур прищурился.

— Я так полагаю, здесь не ходят эти аборигены? — Майкл кивнул на отсутствие тропы.

— Правильно полагаешь. Иначе здесь была бы тропа.

Ребята аккуратно зашли сзади горы, и Артур осторожно выглянул из-за скалы, чтобы посмотреть, что там происходит. И вдруг — громко, почти весело:

— Какие люди! А мы переживали!

Девушка дёрнулась и испуганно обернулась.

— Эмма! Слава Богу, ты жива! — Артур шагнул вперёд.

— Мальчики… — Эмма заплакала навзрыд, и плечи её затряслись от рыданий.

— Как ты здесь очутилась? — Майкл подошёл ближе.

Эмма, глотая слёзы, постепенно успокаивалась:

— Я вам всё расскажу.

— Дай фонарик, нужно позвать остальных, — Артур протянул руку.

— Да, здесь безопасно, — Эмма кивнула, передавая фонарь.

Артур подал знак — семь коротких вспышек. Внизу, у палаток, Роберт увидел и тронул Элис за плечо:

— Пошли. Всё в порядке.

— А здесь уютно, — Майкл огляделся. — Ветра нет, в пещере тепло.

Спустя время остальные ребята поднялись к горе. Элис, увидев Эмму, ахнула:

— Господи, Эмма, я уже думала плохие вещи!

И обняла девушку так крепко, что та закряхтела.

— Полегче, раздавишь ребёнка! — Эван криво усмехнулся, но в голосе не было яда — только облегчение.

Эмма рассказала, что, когда пошла в туалет, вдруг наступила на что-то. Ногу обвили путы и резко дёрнули вверх. Мир перевернулся. Она ударилась головой о ствол и отключилась. Проснулась уже в сумерках — висела в непонятном коконе, похожем на ловушку для животных, сплетённую из лиан, туго обхватывающую тело. С трудом достав из поясной сумки нож, она начала резать путы, пока ловушка не ослабла достаточно, чтобы выпустить её.

— От страха я заплутала и оказалась здесь, — Эмма обвела взглядом пещеру. — Всю ночь слышала страшные звуки.

— Откуда у тебя нож и фонарик? — Роберт спросил деловито.

— Из дома. У меня поясная сумка удобная — там нож, фонарик, компас, спички, фляжка с водой и дождевик.

— Да ты подготовилась! — Артур присвистнул.

— Я не стала ничего вытаскивать из сумки, — Эмма слабо улыбнулась. — И не пожалела.

— Какие звуки ты слышала? — Элис подалась вперёд.

— Звуки диких животных. Стуки барабанов… Много непонятного.

Ребята переглянулись. Эмма заметила их взгляды — тяжёлые, тревожные — и напряглась.

— Что? Что случилось?

Они рассказали. Всё — от ритуала в глубине острова, об убийства двух сектантов, и ночи, проведённой в зарослях. Эмма слушала, побледнев, пальцы её нервно перебирали ремешок сумки. Потом она вскочила и начала ходить вперёд-назад по пещере, не в силах усидеть на месте.

— Здесь творятся ненормальные вещи, — Элис произнесла тихо, когда Эмма наконец остановилась. — Уже поздно. Нужно выспаться. Завтра будем думать, что делать.

Никто не возразил. Один за другим они устраивались в пещере — кто на расстеленном дождевике, кто прямо на вещах, — и тишина наконец опустилась на них, мягкая и глухая, как вата.

Только Элис ещё долго не спала, глядя в темноту и думала о том, что делать дальше — на этом опасном острове.