Цитаты из книги «Горе от ума», страница 25
А судьи кто? – За древностию лет К свободной жизни их вражда непримирима, Сужденья черпают из забыты́х газет Времен Очаковских и покоренья Крыма; Всегда готовые к журьбе, Поют всё песнь одну и ту же, Не замечая об себе: Что старее, то хуже. Где, укажите нам, отечества отцы, Которых мы должны принять за образцы? Не эти ли, грабительством богаты? Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве, Великолепные соорудя палаты, Где разливаются в пирах и мотовстве
Петрушка, вечно ты с обновкой, С разодранным локтем. Достань-ка календарь; Читай не так, как пономарь; А с чувством, с толком, с расстановкой. Постой же. – На листе черкни на записном, Противу будущей недели: К Прасковье Федоровне в дом Во вторник зван я на форели. Куда как чуден создан свет! Пофилософствуй – ум вскружится; То бережешься, то обед: Ешь три часа, а в три дни не сварится! Отметь-ка, в тот же день… Нет, нет. В четверг я зван на погребенье. Ох, род людской! пришло в забвенье, Что всякий сам туда же должен лезть, В тот ларчик, где ни стать, ни сесть. Но память по себе намерен кто оставить Житьем похвальным, вот пример: Покойник был почтенный камергер, С ключом, и сыну ключ умел доставить; Богат, и на богатой был женат; Переженил детей, внучат; Скончался; все о нем прискорбно поминают, Кузьма Петрович! Мир ему! — Что за тузы в Москве живут и умирают! — Пиши: в четверг, одно уж к одному, А может, в пятницу, а может, и в субботу, Я должен у вдовы, у докторши, крестить. Она не родила, но по расчету По моему: должна родить.
Чацкий (рассеянно) Как Софья Павловна у вас похорошела!
Блажен, кто верует, тепло ему на свете!
Поводья затянул. Ну, жалкий же ездок. Взглянуть, как треснулся он – грудью или в бок? (Уходит.) Явление 8 Те же без Скалозуба. Чацкий Помочь ей чем? Скажи скорее. Лиза Там в комнате вода стоит. ( Чацкий бежит и приносит. Всё следующее – вполголоса, – до того, как София очнется.) Стакан налейте. Чацкий Уж налит
Ученье – вот чума, ученость – вот причина,
Ах! злые языки страшнее пистолета. Лиза
Вот, например, полковник Скалозуб: И золотой мешок, и метит в генералы.
Вот уважать кого должны мы на безлюдьи!
Ах! боже мой! что станет говорить Княгиня Марья Алексевна!
