Цитаты из книги «Города гнева», страница 3

– В таком случае вы – плохой командир, – отчитывает ее Одинцов. – Но оставим пока данную тему.

«Тот, кто пишет историю, владеет миром, потому что именно этим он и занимается на своем посту. Создает историю по своим правилам и законам и переписывает все, что считает дестабилизирующим его власть».

Иногда выжить – это уже революция.

– Мы из разных миров, Ила. Вы верите в судьбу, а я – в  выбор, – пытаюсь достучаться до ее разума. – В то, что каждый сам решает, каким будет его будущее.

– Скажу по секрету, – наклонившись, заговорщически шепчу ей на ухо. – С настоящими друзьями намного интереснее. – Ты просто еще не видел Дрейка, – заливисто смеется Ари. – Хочешь я вас познакомлю?

Классовое разделение общества было, есть и будет всегда. Утопии обречены. Твой отец создал идеальную систему.

Свобода, которую им обещали, превратилась в новую форму рабства.

Падальщики – живое воплощение того, во что может превратиться человечество без правил и структуры. Отсутствие контроля всегда порождает хаос и анархию.

Система, которую создал мой отец, превосходна в своей логике, но эта безупречность отталкивает. Моя семья правит миром из золотых сот, окруженных стенами. Мы смотрим на океан через стекло, живём в роскоши, купаемся в безопасности, но все ликующие речи о равноправии и порядке – ложь.

Там, внизу, под уровнем баров, супермаркетов и бутиков, за слоями фальшивого блеска, в подземных секторах жила семья Микаэля Фостера, сына кладовщика и продавщицы. Моего единственного друга, который никогда мне не лгал, не льстил и не лицемерил. Того, кто изменил мой взгляд на многие вещи.