Читать книгу: «Придите и возьмите»
Пролог
Вначале никто не считал, что та короткая вспышка, которая привлекла внимание всех астрономов Земли, может оказаться чем-то фатальным. Дискуссии не выходили за узкий круг специалистов: ученые наперебой обсуждали, что же наблюдалось в этой области над эклиптикой: столкновение астероидов в Солнечной системе, далекое слияние нейтронной звезды с черной дырой, сверхновая звезда типа Iа или вообще взаимодействие с темной материей. Множество телескопов перенаправили в эту область и сканировали ее в поисках дальнейших явлений: гамма-излучений, рентгеновского послесвечения, нейтринного излучения, чего угодно.
Но всё было напрасно: пространство, сверкнув ослепительной мгновенной вспышкой, погрузилось в рутинную тьму с обычным космическим мультикомпонентным излучением.
Через неделю обсуждений, после многочисленных интервью и дискуссий ученых, разводящих руками, внимание людей переключилось на всякую бытовуху – мелкую, но осязаемую и понятную.
И потом появился он – чужой космический корабль над поясом ван Аллена.
Он был не очень большим – не Звезда смерти, которая одним своим существованием могла бы сильно повлиять на гравитационные силы на планете.
Сотни профессиональных и любительских телескопов направили на него взоры, и вскоре социальные сети запестрели фотографиями обводов пришельца. Национальные правительства призывали людей сохранять спокойствие, убеждая, что контролируют ситуацию и не допустят катастроф в связи с прибытием инопланетного корабля. Впрочем, они на всякий случай усилили охрану важных объектов гражданской инфраструктуры, и бравые солдаты в строгой форме заступили в караул.
Ученые между тем пытались связаться с пришельцем, отправляя ему радиосигналы с приветствиями и на всякий случай с доказательствами разумности землян: а то вдруг инопланетяне не поймут, что люди – разумный вид, и будут воспринимать нас как больших муравьев, строящих огромные сооружения чисто инстинктивно.
Полдня инопланетный корабль безмолвно кружил на высокой орбите, никак не реагируя на попытки людей вступить в контакт. Затем вдруг в ясную ночь в темном небе над всеми зонами появились странные северные сияния в виде причудливых форм. Лучшие – все умы в земном мире сразу же взялись разгадывать послание инопланетян. В том, что это было именно послание и именно пришельцев с корабля, никто не сомневался.
В ООН царила сумятица, постоянно образовывались новые комиссии для подготовки встречи с чужаками, разрабатывались и тут же отвергались протоколы контакта, в суете возникали и распадались коалиции стран, отстаивающие разные подходы к взаимодействию с космическими гостями.
На следующую ночь люди снова видели странные фигуры в небе, а затем непонятные символы не сложились в привычные земные буквы разных алфавитов. И новое послание оказалось еще более тревожным, чем предыдущие каракули: «Подчиняйтесь и будете свободными».
Этот замысловатый оксюморон звучал как угроза. Никто больше не сомневался, что парни там наверху очень недружелюбны, и ничем хорошим общение с ними, вероятно, не закончится.
Армии усилили охрану критических объектов.
Все предыдущие ООН-овские коалиции рассыпались в мгновение ока, и стали образовываться новые, дипломатические бурления усилились и быстро превратились в броуновское движение.
Философы попытались вступить в разговор и объяснить, что пришельцы имели в виду вовсе не то, что они имели в виду, поэтому бояться не надо, достаточно объяснить существам на орбите, что земляне разумны, ведь известно, что разумные расы не воюют друг против друга.
И в разгар обсуждений и поисков решений одна из стран вспомнила свое далекое прошлое и запустила на орбиту несколько спутников с тоннами железных гвоздей – в надежде то ли напугать незваных визитеров, то ли повредить их корабль.
Из-за сбоя в оборудовании спутников некоторые из них развалились, не долетев до пояса ван Аллена и рассыпав свой груз на низкой орбите. Так что вместо повреждения недружелюбного чужака железяки накинулись на земные спутники и международные космические станции, разрушая их и дополнительно наполняя пространство мусором. Те же контейнеры, которые смогли преодолеть радиационный пояс, рассыпали железный крепеж слишком далеко от инопланетной базы, так что металлический мусор начал поражать земные телескопы и навигационные системы.
Самым страшным ударом для землян оказалось поражение международной космической станции. Экипаж не успели эвакуировать, и астрономы в телескопы наблюдали, как МКС теряла солнечные батареи, начинала вращаться, потом снижаться. Она раскалялась и светилась всё сильнее, так что ее можно было видеть невооруженным глазом. Люди провожали взглядом яркий сияющий шар, пикирующий в небе на фоне северного сияния, и содрогались от страха. Затем станция распалась на фрагменты, и в конце концов ее обломки упали в океан в северной части Атлантического океана, недалеко от Оркнейских островов.
Огромные клубы пара от раскаленных частей поднялись над водной гладью на высоту двадцать метров – и быстро рассеялись. Несколько нечетких видео и фотографий, снятых местными жителями, завирусились в Интернете, и было непонятно, действительно ли их сняли люди или сгенерировали искусственные интеллекты.
Между тем, знаки в небе снова поменялись. Вместо обрамления из непонятных символов вокруг угрожающего послания в выси появились цифры обратного отсчета от ста тысяч секунд. Когда сто тысяч секунд истекли, появилась новая надпись: «Не подчинитесь – будете уничтожены».
Кто-то из землян криво усмехнулся: и это всё? Не во всех регионах произошло что-то плохое, большинство людей вообще ничего не заметило.
Но одна из улиц в Нью-Йорке исчезла. Вместо нее осталась гигантская стена плотного белесого тумана, непроглядного и непроницаемого. Отправленные в туман дроны и роботы доставки с камерами исчезали безвозвратно: сигнал от них терялся буквально после первого же метра, который преодолевали аппараты. Первые смельчаки, ринувшиеся на поиски жителей улицы, тоже не вернулись, так что власти огородили стену и выставили полицейских, не пропускающих никого вглубь.
Около оцепления собирались группы людей, пытающихся проникнуть внутрь стены тумана или связаться с пропавшими людьми по телефону. На звонки следовал равнодушный ответ операторов сотовой связи: «абонент находится вне зоны покрытия».
Впрочем, на видео и фотографиях стена выглядела безобидно: не черная буря, огонь и молнии, а всего лишь огромный длинный беловатый параллелепипед, так что большинство особо не всполошилось. Где-то люди запаниковали, но цифры в небе выглядели страшнее.
На следующий день несколько улиц пропало в других городах по всему миру.
И тогда уже смятение охватило все страны, в которых следили за происшествиями на планете.
И потом металлические гвозди вернулись на Землю. По всем законам физики эта мелочевка не могла достичь Земли – она должна была сгореть в плотных слоях атмосферы, но вопреки земной науке на города просыпался железный дождь.
Между тем телескопы зафиксировали, что где-то не так далеко от Земли – примерно в одном миллионе километров, что ничто по космическим меркам, – возникли странные светящиеся длинные изогнутые полосы, которые начали сливаться в дуги, словно на границе сферы Хилла кто-то собирал гигантское космическое кольцо.
Глава
Глава 1
До рабочей бригады подводного дата-центра новости доходили с опозданием.
Казалось бы, если дата-центр собирает информацию для искусственного интеллекта со всего мира, то и все новости должны появляться там раньше всего. Но когда все увлечены напряженной работой, занимающей все мысли и время, тут уж не до известий – особенно если они скучнее интересной работы.
Именно такую работу получила дружная рабочая группа: инженер по серверному оборудованию Марк Торнтон, лингвист София Картер, нейросетевой архитектор Тим Фостер, системный администратор Эмма Паркер, техник‑водолаз и специалист по системам охлаждения Виктор Моррисон и специалист по кибербезопасности Стивен Прайс.
Команда подобралась пестрая. Хотя кибера, как они себя называли, раньше все вместе не работали и знали друг о друге только понаслышке, сработались они на удивление хорошо. Живой подвижный Марк Торнтон с густой темной шевелюрой и живыми серо-голубыми глазами, высокая стройная сероглазая шатенка София Картер, блеклый щуплый Тим Фостер с водянистыми глазами под белесыми ресницами, эффектная яркая кареглазая брюнетка Эмма Паркер, невысокий коренастый крепыш с короткой стрижкой и карими глазами Виктор Моррисон и зеленоглазый Стивен Прайс, похожий на студента, чувствовали сродство душ. Им всем им было от тридцати до сорока, так что никаких комплексов по поводу возраста они не испытывали. Торнтон как руководитель группы с самым большим опытом работы пользовался неоспариваемым авторитетом
Трудовое утро пятницы началось бодро: Сампи, искусственный интеллект, приветствовал своих наладчиков стандартной шуткой:
– Начинаем рабочий день чашечкой кофе и сводкой погоды. Температура на Северном полюсе – минус 25 градусов Цельсия, ощущается как минус двадцать два градуса Цельсия. Температура на Южном полюсе – минус сорок один градус Цельсия, по ощущениям – всего минус тридцать девять градусов Цельсия. И только у нас отличная погода: температура – двадцать три градуса Цельсия, сколько натикало, столько и ощущается, давление – одна атмосфера, влажность – пятьдесят процентов, осадков не ожидается. Желаю приятной работы, трудового настроя и отличного настроения.
Работы по дообучению искусственного интеллекта и тестированию оборудования подходили к концу, осталось подвести итоги на месте, и можно было возвращаться на землю.
Уверенней всех себя чувствовал Моррисон: за пять дней он облазил все системы вокруг центра, убедился, что они работают штатно, набросал отчет и теперь спокойно попивал кофе за своим терминалом, наблюдая, как суетятся его коллеги.
Эмма Паркер, напряженно глядя на экран на своей станции, снова и снова прогоняла тестовые задания. Когда девушка так сосредотачивалась на работе, она забавно морщила носик при каждой ошибке. Моррисон посматривал на нее, размышляя, как бы пригласить ее на свидание. Он даже придумал, куда они могут пойти: Лучше всего прямо сегодня вечером, но это было совершенно нереально: наверняка она решит, что ей надо либо дошлифовать отчет, либо сходить на спа-процедуры или в салон красоты. Но вот завтра вечером…
Эмма снова сморщила носик и запустила тест по новой.
– Виктор, отстрелялся уже? – словно почувствовав его взгляд, спросила системный администратор.
– Ага. Чем-нибудь помочь? – охотно откликнулся Моррисон, поднимаясь с кресла.
– Нет, спасибо, просто радуюсь за товарища, у которого миссия уже закончилась.
Моррисон прочистил горло, собираясь заговорить о свидании, но не успел: на дисплеях рабочих станций вспыхнула красная надпись: «КРИТИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ: Потеря связи с береговой станцией (3 неудачных пинга подряд)». Резкий звук сирены ударил по ушам.
Взгляды всех присутствующих устремились на большой экран, на котором побежали строчки системного сообщения:
АВАРИЙНОЕ СОБЫТИЕ
- Тип: Потеря связи с береговой станцией (10.20.1.5)
- Попыток пинга: 5, все без ответа
- Статус кабеля (OTDR): Цел, затухание 0.2 дБ/км
- Резервный кабель: Нет отклика
- Береговое оборудование (IPMI): Нет данных
- Рекомендация: Активация всплывающего буя и спутникового канала
– Что будем делать, Марк? – взвинченно выпалил Тим Фостер, глядя на руководителя группы. – Эвакуируемся?
– Это просто сбой на береговой станции, – с легким раздражением ответила Эмма. – Люди из филиала устранят его в ближайшее время.
Торнтон переглянулся с кибербезопасником Прайсом и, скрестив руки на груди, скомандовал:
– Выпускай буй.
– Буй выпущен, – в ту же секунду ответил голос ИИ из динамика.
Несколько минут, пока буй поднимался к поверхности, в зале царила тишина, вся команда, полукругом расположившись вокруг кресла Эммы, безмолвно ожидала отчета системы.
Спустя четыре минуты голос системы возвестил:
– Аварийный коммуникационный буй на поверхности. Не удается установить спутниковый канал. Антенна развернута, GPS активен. Ожидание ручной конфигурации.
Торнтон и Прайс снова переглянулись.
– Сейчас сконфигурирую, – быстро сказала Эмма.
На экране настройки связи она вызвала список доступных спутников.
К удивлению команды, вместо обычного длинного списка из десятка спутников появилось пустое окно.
– Спутников нет… – прошептала Эмма с тревогой в голосе.
– Одно из двух, – деловито объявил Торнтон, – Либо сбой в системах буя, либо сигналы активно подавляются. Радиоэлектронная борьба…
– Разве здесь были намечены какие-нибудь военные учения? – буркнул недовольно Моррисон.
– Нет, но… мы можем уточнить у нашего подопечного, у Сампи, – вставил Тим Фостер, постучав по значку искусственного интеллекта на рукаве. – У него должна быть какая-нибудь информация, если что-то намечалось до отключения.
– Запроси, – кивнул Торнтон.
Фостер сел в кресло у своего терминала и вызвал нужное меню на сенсорном экране. Через несколько секунд ИИ через динамик коротко отчитался: никаких учений на данном участке не было запланировано и на момент потери связи не проводилось. Проверка состояния буя показала, что все его системы работают нормально.
– Ну вот, – со вздохом ответила Эмма. – И спутники по-прежнему система не находит. Что делать?
– Запустим второй буй. Выясним причину.
Торнтон закусил губы.
– Может, лучше эвакуируемся? – спросил Моррисон.
Впрочем, ни то, ни другое обсудить кибера не успели: буй наконец нашел спутник и подключился к нему.
На экране появилось новое сообщение об установке связи с ограниченной пропускной способностью.
– Сампи, свяжись с береговой станцией, – приказал Торнтон. – Надо выяснить, что у них произошло.
– И загрузи новости, – вмешалась София. – А то мы тут за неделю совсем одичали, оторвались от жизни, – добавила она извиняющимся тоном, – может, тут все-таки какие-нибудь учения идут, все спутники распугали.
– Да, – подтвердил Торнтон. – Любой доступный источник.
– Оба задания активированы, – подтвердил ИИ.
Секундой спустя система вывела сообщила, что нашла новостные серверы и скачивает с них информацию. Последнее сообщение прозвучало для киберов фантастически невероятно:
«ГЛОБАЛЬНОЕ ОПОВЕЩЕНИЕ: УРОВЕНЬ «КРАСНЫЙ»
ТЕМА: ВНЕЗЕМНОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ УГРОЗЫ ПОДТВЕРЖДЕНО
РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПЕРЕЙТИ В РЕЖИМ ИЗОЛЯЦИИ
АВТОМАТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ОПОВЕЩЕНИЯ АКТИВНА»
Вывод: инопланетное нападение подтверждено автоматикой
Фостер присвистнул:
– Кажется, мы всё захватывающее пропустили.
Торнтон подкатил к своему месту в центре кресло на колесиках и опустился с него.
Ситуация была не из легких. Мозг отказывался верить в возможность каких-то инопланетян, которые так внезапно и без предупреждения изменили всё.
Между тем Эмма вывела на экран ролики видеохроники из различных точек планеты. Падение металлических стержней выглядело устрашающим, но самыми ужасными были кадры, на которых люди падали замертво на улицах. Камеры наблюдения бесстрастно фиксировали страшный мор, пронесшийся по городам. Синтезированные голоса нейросетевых журналистов безучастно озвучивали статистику. Может быть, никто уже и не смотрел и не слушал эти отчеты.
Кибера в полном молчании просмотрели несколько сюжетов, и наконец Моррисон произнес:
– Кажется, эвакуация отменяется…
– Кажется, здесь – самое безопасное место, – подхватил Прайс.
– Это если ничего не случится с нашей электростанцией, – охладила их решимость Эмма. – Если отключится электроснабжение, мы задохнемся.
– Ну вот, нигде нет надежного убежища, – притворно вздохнул Моррисон.
Торнтон скомандовал:
– Сампи, проанализируй скаченные ролики и другие новостные материалы. Определи причины происходящего.
Пока искусственный интеллект корпел над сводками новостей, люди, рассевшись полукругом в креслах перед большим экраном, в молчании смотрели остальные страшные картины с поверхности. Параллельно видеокамера на буе показывала тихое мирное море с небольшими волнами, захватывая краешек покрытого серыми тучами неба. Моррисон время от времени цеплялся за эту картинку взглядом – она успокаивала на фоне ужасов со всего мира.
Вот так краем глаза он ухватил крошечную вспышку на периферии на экране видеокамеры. В ту же секунду изображение с буя мигнуло и погасло.
Вместо него на экране появилось тревожное сообщение о критическом падении сигнала из-за физического повреждения устройства.
– Сампи, что это было? – нервно вскрикнула Эмма.
– Анализирую последние кадры, – послушно отозвался искусственный интеллект.
После усердной электронной работы он пришел к выводу, что произошел взрыв буя, теперь устройство потеряно безвозвратно, и порекомендовал запустить новый буй.
Несмотря на хорошую рекомендацию, это была плохая новость. Торнтон помрачнел и стиснул зубы. Легкие перешептывания прекратились, и все люди воззрились на начальника.
– Сампи, можешь установить источник взрыва? – невольно с металлом в голосе спросил Торнтон.
– Анализирую последние кадры… данные… – отозвался Сампи.
На экране снова возник последний кадр: вспышка вверху над поверхностью воды.
Запись автоматически открутилась на несколько секунд назад и стала воспроизводиться на замедленной скорости. За мгновение до всполоха на изображении появился красный кружок среди туч, в котором и возникла вспышка. В момент вспышки изображение увеличилось, приблизилось, и проявились смутные обводы какого-то летящего аппарата.
– Источник взрыва – летательный аппарат на высоте триста метров, – констатировал Сампи. – Провожу идентификацию летательного аппарата… Летательный аппарат по базам существующих моделей не идентифицирован. Нет доступных данных.
– Сампи, поищи, нет ли упоминаний о таких аппаратах в новостях, – посоветовала София.
– Ищу, – послушно откликнулся искусственный интеллект.
Пока он просеивал информацию, люди тихо перешептывались. На экране менялись видеокадры городских пейзажей и разрушений на улицах.
Наконец Сампи проснулся и включился в диалог.
– Нашел упоминания, – отрапортовал бодрый голос из динамика. – Подобные объекты были зафиксированы пользователями и опознаны как инопланетные технологии.
– Ну очевидно же, – буркнул Моррисон. – Надо было самим догадаться.
– Что еще про них известно? – спросил деловито Торнтон.
– Я могу располагать только информацией, полученной до разрыва связи.
В синтезированном голосе Сампи послышались извиняющиеся нотки.
Тем временем по протоколу восстановления соединения на поверхность автоматически отправился второй буй. Когда Эмма спохватилась, он уже бултыхался под тучами, в которых барражировал недружелюбный инопланетный аппарат.
По команде Торнтона Эмма отключила поиск спутникового канала, и буй просто качался на волнах, передавая вниз однообразную картинку пустого моря.
Однако на этот раз инопланетный дрон не стремился уничтожить непонятный объект на воде. По команде Сампи нашел его силуэт в небе, выделил для наглядности красным кругом. Дрон кружил среди туч, не обращая внимания на буй внизу.
– Мы молчим, не ищем спутник, и он нас не видит, – пробормотал Фостер.
Наконец Сампи вывел на экран всю найденную информацию.
Данных было немного: несколько подобных аппаратов видели в разных городах Земли. В Индии зафиксировали пролет аппарата на низкой высоте над улицами Мумбая – дрон даже пытались сбить камнями. В Норвегии туристы заметили аппарат над фьордом, сняли видео на телефон – а потом телефон умер. К счастью, память из мертвого телефона вполне сохранилась, и туристы выложили забавные на их взгляд кадры в сеть. Прежде чем уйти из сети навсегда. В Канаде над Торонто видели подобную штуку и попытались подстрелить из ружья, впрочем, безрезультатно – аппарат стремительно набрал высоту и исчез.
– Эта летабла патрулирует здесь пространство… Интересно, зачем? – ни к кому не обращаясь, произнес Моррисон, наблюдая, как на экране трансляции с буя снова в облаках появился красный кружок с хищными обводами внутри.
– Ищет… источники радиосигнала, – пожал плечами Торнтон. – Очевидно.
– Вот и нас нашел, – подхватила Эмма.
– Сампи, что думаешь? – обратился к искусственному интеллекту Фостер.
– Анализирую данные… Точной цели не знаю, но паттерн действий однозначен: фиксация – анализ – возможная маркировка целей – нанесение удара, – ответил Сампи.
– Ищет выживших, – уверенно предположила София.
– Чтобы сделать их невыжившими, – подхватил Прайс.
– Логично, – согласился Сампи. – Рассчитаю варианты с учетом цели летательного аппарата – уничтожение выживших.
Вердикт искусственного интеллекта прозвучал неумолимо: летательный аппарат прочесывает зону в поисках землян, поддерживающих радиосвязь, и уничтожает их, когда находит. Больше ничего Сампи сказать не мог: не было связи с глобальной сетью.
Заключение было неприятное и обезнадеживающее.
Люди понурились. Их лица в неестественном свете зала выглядели усталыми и печальными.
– Выше нос, киберы, – все-таки выдавил из себя Торнтон, глядя на угрюмых подчиненных. – Что бы ни говорил Сампи, это значит, что выжившие есть и они сопротивляются.
Второй – более приятный – вывод напрашивался сам собой: их дата-центр аппарат не видел или не считал угрожающим объектом. Поэтому оставаться внутри подводного сооружения было безопасно, если не отрубалось электричество и не ломалось оборудование жизнеобеспечения.
– Надо проверить электроузел и восстановить связь, – деловито предложила Эмма. – Без связи Сампи слеп и глух, и мы ничего не знаем о том, что творится наверху.
– И не сможем связаться с теми, кто остался, – многозначительно кивнул на трансляцию с буя Прайс.
– Хорошо, – кивнул Торнтон, – отправляем наверх группу…
В группу хотели войти все, даже София, настаивавшая, что если они столкнутся с инопланетянами, она будет полезнее всех остальных. Все-таки своим волевым решением Торнтон выбрал трех: Прайса, Фостера и Моррисона.
– Это сексизм! – воскликнула Эмма. – Я знаю, как находить проблемы и как их устранять! Я должна быть в этой группе!
– Эмма, ты нужнее здесь! – твердо ответил Торнтон.
– Эмма, ты нужна мне, – подхватил Сампи. – Кто будет спасать меня от проблем?
В его искусно синтезированном голосе послышались нотки нарочитой тревоги, и Эмма, не выдержав, прыснула со смеха.
– Ты уже большой мальчик, Сампи! – покачала она головой. – Ты должен сам заботиться о себе.
– Один ум – хорошо, а два – лучше, – не замедлил ответить ИИ. – И не забывай – мы не в обычной обстановке, везде снуют злобные инопланетяне! Шаблонов на их присутствие у меня нет! Мне нужен человек, который не боится импровизировать там, где я застреваю на «Ошибка 404: Решение не найдено».
Теперь, когда Сампи поставил точку в дискуссии, экипаж ремонтной миссии собрался в путь.
Перед отправкой Эмма все-таки составила коллегам длинный список операций и советов, хотя Моррисон убеждал ее, что отлично всё знает сам. Каждый из троицы избранных получил носитель с подробными инструкциями. Кибера положили носители в нагрудные карманы.
Команда спустилась в транспортный зал, где стояли два челнока – подводных катера, на которых группа обслуживания добралась до дата-центра. Катера напоминали мини-подводные лодки: темные, матовые, вытянутой формы с плавными обводами, с серыми винтами, забранными решетками, на корме. В носовой части металл корпуса переходил в композит, который мог становиться прозрачным по сигналу с пульта. Сейчас же нос был темен и непроницаем для света.
Катера дремали у посадочных платформ справа и слева, словно большие усталые дельфины.
Торнтон прилепил на спину левого «дельфина» контейнер с катушкой, закрепил магнитами, подергал для надежности: контейнер прочно держался на металлической поверхности. Тонкая белесая нить тянулась до дверей шлюза и свободно выходила из катушки, когда Торнтон для проверки потянул ее.
Тем временем ремонтники спустились в рубку левого катера, устроились в креслах. Носовой панорамный иллюминатор автоматически стал прозрачным, и остающиеся кибера видели, как их коллеги пристегиваются, обмениваются короткими репликами, готовят челнок к отплытию.
Мориссон устроился за пультом пилота, рядом с ним вторым пилотом примостился Фостер. Они помахали руками провожающим, Торнтон в ответ показал им большой палец.
После задраивания люков катер медленно погрузился в воду и исчез из вида в глубине.
Торнтон и девушки вернулись в диспетчерский зал.
София налила воды из кулера и жадно, в несколько больших глотков, выпила. Затем она прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.
– Не могу прийти в себя, – пробормотала она жалобно. – Это сон, ущипните меня. Так в жизни не бывает.
– Мы все в стрессе, – медленно ответила Эмма, садясь на свое место у терминала.
– Может быть, это розыгрыш? Всё не по правде? – София вопросительно посмотрела на Торнтона.
– Розыгрыш, когда тут Сампи? Знаешь, сколько он стоит, чтобы его в розыгрышах использоваться? – вздохнул Торнтон, кивнув в сторону машинного зала.
– А вдруг это такое его тестирование? – не сдавалась София. – Стресс-тестирование супер-ИИ.
– Для чего? – пожала плечами Эмма.
– Ну, не знаю… Скажи, Сампи, это может быть тестом для тебя?
Из динамиков раздался негромкий скрежет.
– Сампи, это ты так смеешься или что? – встревоженно спросил Торнтон.
– Это нелепое предположение о тестировании, – ответил Сампи.
– Больше не звучи так, пожалуйста, ты нас пугаешь. Слишком похоже, что ты сломался, – выдохнула Эмма.
– Лучше бы это был тест, – с тоской протянула София. – Тогда бы я была уверена, что с моими всё в порядке. А теперь не знаю, что и думать. Как они там.
Торнтон нервно сглотнул.
– С ними всё в порядке. Я уверен, что с ними всё в порядке. Как и со всеми нашими.
– Вероятность выживания равна ноль целых пять десятых процента, – вмешался Сампи.
– Ну вот кто тебя просил? – сквозь зубы процедила Эмма.
– Я хотел сказать что-то приободряющее. На самом деле вероятность выживания в тысячу раз ниже.
– Заткнись, пожалуйста, – София громко выдохнула и налила себе еще стакан воды.
– Процент выживания отличен от нуля, я хотел сказать, – не унимался Сампи. – Это хорошо.
– Заткнись, Сампи, – в один голос ответили Торнтон и Эмма.
