Виктор Панов

Таить в себе злое чувство против обыкновенных людей за то, что они не герои, может только узкий или озлобленный человек."Скучная история"

Наконец добрались и до самой залы, где праздновалась свадьба. Направо, перешептываясь и пересмеивались между собой, стояли все мышки-дамы, а налево, покручивая лапками усы, - мышки-кавалеры, а посередине, на выеденной корке сыра, возвышались сами жених с невестой и страшно целовались на глазах у всех. Что ж, они ведь были обручены и готовились вступить в брак.

Я заметил, что в тесной квартире даже и мыслям тесно.

романтическая драма «Странный

Пожито, попито, господа; пора и бороду утирать»

Я не понимаю отдыха иначе, как в уединении. Быть с другими для меня значит уже чем-нибудь заниматься, или работать, или наслаждаться. Я чувствую себя совершенно на просторе только тогда, когда я один. Как это назвать? Отчего это? У одних от скрытности; у других от застенчивости; у третьих от расположения хандрить, задумываться; у четвертых от недостатка симпатии к людям. Во мне, кажется, нет ничего этого: я прямодушен и откровенен, я готов быть всегда весел и вовсе не хандрю. Смотреть на людей для меня приятно; но это для меня уже соединено с работою или с наслаждением, это уже нечто требующее после себя отдыха, то есть, по-моему, уединения.

Смерть не ждет, и жизнь ждать не должна