Наталья Афанасьева

штемпелю, – оживился Карпатский. – Да и содержимое письма многое может рассказать. Однако по фотографиям разобрать нужные детали не удалось и пришлось снова идти в лабораторию Логинова, чтобы взять и письмо, и конверт. Они уже были отделены друг от друга и разложены по пакетам для улик. – Двадцатое февраля, – не без труда прочитал на штемпеле Карпатский

здесь полежит, – неожиданно для себя ответила Юля, оставляя находку на комоде. Может, это Влад притащил с какой-то пробежки? Он, конечно, давно вышел из того возраста, когда мальчики тащат в дом все красивые камушки

твердо решив стрелять в случае любого проявления агрессии, но  пока незнакомцы просто выходили из леса, приближались к  линии фонарей и останавливались на свету. Когда он завернул за угол, их было уже с десяток. Со стороны главного входа ситуация мало чем отличалась. Не  зря на берегу озера ему чудилась притаившаяся в темноте опасность

Вот только находиться за окном второго этажа обычный человек не мог: там не было ни балкона, ни даже просто крошечного выступа! Если девушка смотрела в это окно, она определенно парила в воздухе

имная, что важно, а потому дико отвлекающая от всего. Ксюша на год меня младше, ее в

Нет мелочей там, где один человек радует другого. Вдумчиво, с учетом нужд и потребностей. И неважно, сколько это стоит. Так что даже не думай об этом,

– Всегда знаете свою норму? – Нет, просто не пью. – Вообще? – Вообще. Диана чуть прищурилась и неожиданно для самой себя брякнула: – Вы что, алкоголик? Карпатский рассмеялся и все-таки полуобернулся, с интересом разглядывая ее. Хотя смотреть на нее этим утром едва ли было приятно. – Почему сразу алкоголик?