Майя Эйлер

Он наклонился и поцеловал мой живот, провел языком до пупка, обрисовал впадинку, вызвав этим у меня судорожный вздох. Я почувствовала, как мои мышцы сжались вокруг его члена, и Игнат вздрогнул, улыбнувшись мне тот самой улыбкой, от которой я готова была растечься перед ним мягкой лужицей.

Замужем – это когда есть тот, кто спиной прикроет от всех проблем, не даст им даже тебя коснуться. Замужем – это не слова о любви, а поступки, после которых если и есть слёзы, то только от радости

всегда будут для него другом. Не может быть иначе. Да и вообще, мы распивали с ним горячительные напитки не просто так! Это уж точно чего-то стоит. – Леся, ты моя единственная. – И неповторимая? – попыталась пошутить. Он тяжело вздохнул: – Да, единственная, неповторимая, истинная. И вот понимаю, что слова мне эти знакомы, но осознать их смысл не могу. Ну, допустим, я его истинная, но что это значит для меня? Любовь? Смешно думать, что мужчина, с которым мы провели

из угла в угол, но я сдерживалась. Даже включила какой-то слезливый фильм, но не вытерпела и выключила его через десять минут.

особо светиться. Макар жутко ревнивый, он весь этаж выкупил, тут только две комнаты занято – эта и наша. Ты бы знала, какого труда мне стоило

передавал дела стаи братишке. У нас ведь с тобой теперь не клан, а целая стая, представляешь

я ничего не знаю, это брат моего мужа. Однажды я спросила, куда он пропал, но Макс попросил не думать о нём, ответил, что его брат на лечении, но вернётся ли когда-нибудь к нормальной жизни, он не знает. Это к лучшему, потому что однажды я всё же узнала, что натворил Артём и… сама пожелала ему не