Генри Лайон Олди

Время... мы всегда живем в неудачное время, потому что удачных времен не бывает.

горошек Ну-ка сядем, старики, Со своими стариками, Разломаем хлеб руками, Выпьем всё, что есть в стакане, Всем запретам вопреки. Молодых не пригласим, Пусть гуляют, молодые, Посидим в табачном дыме, Вскинем головы седые, Кто не сед, тот некрасив. И затянем, старики, Так, что горла станет жалко. Нам ли спорить за державу, Если мясо с пылу, с жару, Если к пиву окуньки?

Советник был из тех крыс, которые мало того, что не бегут с тонущего корабля, но в случае шторма способны встать за штурвал, и даже на капитанский мостик.

3. «Записки на облаках», сделанные в разное время монахом Иссэном из Вакаикуса Когда я был ребенком, не достигшим совершеннолетия, у моего отца собрались гости. Насытившись и выпив саке, они предались стихосложению. Я думал, что меня прогонят, но нет, мое общество пришлось гостям по душе. Впрочем, в детстве я был тихим и скромным мальчиком. Вскоре мой отец воскликнул: – Стихи – это прекрасно! Но прекрасный инструмент все же инструмент. Что можно делать с помощью стихов? – Зарабатывать себе на жизнь, – рассмеялся кто-то из гостей. – Достичь славы! – Соблазнить женщину! – Развеселиться, если загрустил! – Проникнуть в суть вещей, – сказал мой отец. Все замолчали. – Мы сидим в тепле и уюте, – продолжил отец. – За стенами нашего дома бушует гроза. Слышите гром? У нас есть слово, которое мы понимаем как «гром». – Но мы понимаем его также как «молнию», – вмешался дядюшка Тори, наш сосед. Отец кивнул: – Это так. Слово «гром» обозначает еще и молнию, которая бегает в тучах. Она бегает, но пока что не ударила. Когда же молния ударит в сосну, растущую на холме, когда она спустится с небес на землю, мы назовем ее совсем другим словом. Молния до удара и молния после удара – две разных молнии, два разных слова. Выходит, любой из нас вчера и он же сегодня – два разных человека. Жаль, что мы не меняем имена каждый миг. Не это ли суть вещей? Все замолчали, а потом удивились. Не словам отца, нет! Просто в тот день я сложил свое первое трехстишье: Молния в тучах, Молния в древесине. Путь меняет все.

Тайные ходы нужны, когда не любишь:

тогда ломишься силой, подкрадываешься со спины или идешь в обход — когда любишь, просто идешь.

оскорбления – как подарки: пока их не примешь, они не твои

Фудо-сан, вы женаты? – Да, Сэки-сан, – откликнулся архивариус. – А вы, Окада-сан? – Да, – кивнул секретарь. – Уже двенадцать  лет. – Я тоже не из холостяков, – подытожил господин Сэки. – Знаете, Рэйден-сан… Даже упади небо на землю, мы отправили бы вас к невесте из простого и свойственного людям чувства злорадства. Я сказал: злорадства? Я оговорился. Я имел в виду чувство сострадания и великой радости за вас